Действия

- Ходы игроков:
   Вступительное слово  (1)
   Sumu (4)
   Bànrigh (2)
   Mona (1)
   Andi (1)
- Обсуждение (12)
- Информация
-
- Персонажи

Форум

- Общий (14176)
- Игровые системы (5777)
- Набор игроков/поиск мастера (37696)
- Котёл идей (2581)
- Конкурсы (9867)
- Под столом (17293)
- Улучшение сайта (9481)
- Ошибки (3857)
- Для новичков (3391)
- Новости проекта (11404)
- Неролевые игры (8894)

FAIRY FUCKING TALES 3 | ходы игроков | Sumu

 
DungeonMaster Edda
22.11.2020 00:38
  =  
Sumu - Туман
История по мотивам финской сказки "_________________________".
ссылка

Набухший от влаги воздух не предвещал подходящей для прогулок погоды. Туман рассеялся только к полудню и ехать по озябшей сентябрьской трассе стало легче. Опаздывать к началу было неприемлемо, но душу грело осознание, что туман наверняка задержал всех до единого сотрудников отеля на их пути в живописный городок Наантали.

Уж в чём, а в выборе мест для корпоратива, пиар-менеджер отеля, Сату Корхонен, была изобретательна донельзя. “Вы едете в Наантали, это недалеко от Або!”. Уроженка Стокгольма, она прожила в Хельсинки пятнадцать лет, но по-прежнему именовала Турку на шведский манер.
Неизвестно, в чем заключалась ирония организаторов, но для ежегодных мероприятий они выбирали здания, не менее мрачные, нежели сам отель, построенный на костях прежней тюрьмы. Средневековый Лоухисаари - особняк, один из старейших в городке, приветливо распахнул скрипящие двери спешащим на корпоратив сотрудникам. На вид он тоже выглядел как тюрьма или госпиталь. На худой случай, как казармы. Что они будут делать двое суток? Играть в прятки? Слоняться по коридорам, избегая друг друга и рассматривая портреты на стенах? Устроят званый ужин у камина? Вызовут привидение?

Немного погодя, когда первое впечатление схлынуло, владелец особняка, лично встречавший всех, успокоил собравшихся, рассказав, что для них приготовлена, так называемая, зона отдыха с грилем, тентами и комарами на берегу “живописнейшего озера”, что расположено неподалеку от средневекового ужаса Лоухисаари.

В первый вечер всё шло довольно прозаично: те, кто производил впечатление весельчака, веселился и не мешал веселиться другим; унылые коллеги (как тот же Матти Валонен) стали еще тоскливее, стоило произнести первые пять тостов, директор заскочил на пять минут и пожал всем руки, тоже как всегда. Развлекательной программы с конкурсами, к счастью, не предполагалось и когда выдалась возможность лечь спать, большинство тотчас ретировались по приготовленным для них "уютнейшим номерам" Лоухисаари. Примерно четверть корпоративных гуляк облюбовали палатки, оборудованные в зоне кемпинга на озере, что при подобной сентябрьской промозглой хмари было несколько опрометчиво, хоть и весьма живописно. Когда сумерки опустились на озеро и еще не совсем стемнело, Каари смогла сосчитать все оттенки синего и первая заметила задумчиво наползающий на берег туман.


Вводная часть для раскачки, а также понимания, что Каари делает на корпоративе и куда направляется спать.
Дедлайн пока не ставлю.
Отредактировано 22.11.2020 в 01:32
1

Kaarina Maria Wahlgrén Francesco Donna
22.11.2020 14:54
  =  
За стеклом машины пролетали ели и каменные отроги, маленькие деревеньки и мосты через ручьи. Клятый туман наконец закончился, и можно было ехать без опасения познакомиться с ближайшим столбом. Два часа дороги – это не то расстояние, чтобы испугать даже не столь опытного, как Каари, водителя, но жизнь и погода внесли свои коррективы, а посему приходилось разгонять тяжелый джип, ласково называемый хозяйкой из-за своих габаритов «Сарайчиком» до максимально разрешенного на трассе режима. И слава Богу, что она по привычке выехала с запасом, иначе точно бы опоздала!
Не то, чтобы женщина так уж рвалась на сегодняшний корпоратив, но не поддерживать командный дух было дурным тоном, а уж для нее, для которой это была подработка, тем паче. А посему на празднестве следовало присутствовать, даже если вариант «остаться дома с книжкой» был предпочтительнее. Много лучше было бы, если мероприятие проходило бы в городе – так можно было до полуночи досидеть, а потом сбежать, словно Золушка: к тому моменту подвыпившие коллеги не заметят дезертирства не самого активного участника застолья.
При загородном варианте такой возможности не было: не каждый таксист согласится в ночи езжать к helvetti на рога, а потом обратно. Впрочем, на сей раз выбранный деятельной Сату формат оказался вполне приемлемым: из Наантали как раз ходил паром на Аланды, так что можно было, сославшись на живущего в Мариенхамине дядюшку Оскара, при необходимости сделать ноги. Может же, в конце концов, пожилому мужчине потребоваться помощь, или нет!? И даже то, что сама Каари будет наверняка подшофе, не будет преградой – за пару банкнот какой-нибудь официант или охранник Лоухисаари наверняка согласится довезти джип вместе с его хозяйкой до парома, а на той стороне уже встретит и сядет за руль дядюшка.
Проработав таким образом пути к бегству, удовлетворенная собственной находчивостью экономист остаток дороги провела в приподнятом настроении, открыв окно и выдыхая клубы табачного дыма, быстро рассеивающегося в морозном сентябрьском воздухе. «Туман!, - хохотнула своим мыслям Каари, - Я и сама могу напускать туману и словами и, - выдох, - сигаретами»!

…Как, собственно и ожидалось, корпоратив был уныл и скучен. Одна отрада – не заставили участвовать в идиотских конкурсах и позориться. Так что ассистент главного бухгалтера госпожа Вальгрен оказалась одной из тех, кто спокойно сидел на своем месте, ожидая, когда закончится официальная часть и можно будет спокойно заняться своими делами или попросту отдохнуть от тяжелых будней. Каарина неторопливо потягивала вино, ковырялась изредка в салате, с аппетитом поела рыбки и даже пару раз потанцевала – когда музыка располагала к движениям, а не к эпилептическому припадку.
А пока коллеги вели разговоры о семье, детях, отдыхе, постройке чьего-то дома и прочем, мало интересовавшем (положа руку на сердце, вообще не интересовавшем) женщину, она вела у себя в душе форменную войну с наступлениями, отступлениями, неожиданными маневрами, уступками территории и кровопролитными баталиями. К вящему удивлению экономиста, толи пропустившей информацию мимо ушей ранее, толи и вправду узнавшей об этом только сейчас, Лоухисаари предлагал своим постояльцам возможность кемпинга, и тут было, над чем поразмыслить. В чужой палатке Каари отдыхать бы отказалась, но в багажнике «Сарайчика» ждала своего часа ее родная хорошая палатка, с полиэфирной тканью и фиберглассовыми дугами, комфортная, легкая в переноске и установке. Это, конечно, не папина армейская брезентная, где они втроем с отцом и братом могли бы расползтись по углам и не задевать друг друга, но тоже – вещь неплохая.
Так что выбор стоял, с одной стороны, между комфортным номером в старинном, пускай и несколько мрачноватом поместье, и пребыванием на «собственной земле», вместе с нечасто выпадающей возможностью встретить рассвет на берегу. Плюсов было достаточно и там, и там, и мысли блондинки пол-вечера металась, не зная, на чем остановиться. В итоге она остановилась на палатке, убедив себя, что там меньше шансов услышать шатание нетрезвых полуночников, а рассвет в компании с сигареткой, кружечкой густой арабики, свежеприготовленной на горелке, и, может, чем-нибудь согревающим, вроде стаканчика коньяка из фляжки, с лихвой компенсирует все возможные трудности. Тем более что в противном случае Эльза, узнав о том, что она выбрала номер, еще неделю будет подкалывать «маленькую сибаритку Рину» - а этого Каарине совсем не хотелось.

Была еще одна маленькая проблемка – одежда, вернее, практическое ее отсутствие. Каари не рассчитывала на ночевку лагерем, и не удосужилась загрузить обратно в багажник рюкзачок с походными вещами, так что из чего-то теплого, в чем можно было переночевать, у нее был только старый, широкой вязки отцовский свитер с национальным орнаментом. Кто-то, морща нос, скажет: «фи, одежда с чужого плеча, да к тому же мужского!», - но дочери флотского офицера на это было наплевать. Этот свитер не только грел, но еще был вещественным напоминанием о семье и домашнем уюте, а это стоило куда дороже, чем любая новая, сколько бы она хороша не была, вещь. К тому же сама Каари была невысокой, а капитан Вальгрен, напротив, был мужчиной рослым, так что в спускающийся ниже середины бедра свитер можно было без труда укутаться, спрятать руки в длинных рукавах, а нос – в широком воротнике, и быть в тепле.

…Когда, наконец, можно было безбоязненно удалиться, Каари в числе первых спустилась на парковку и, выгрузив из «Сарайчика» палатку, компресс-мешки со спальником и тонким надувным матрасом, блок-горелку и пакет с гигиеническими принадлежностями, футболкой с гербом хельсинкского порта и верным свитером, навьюченная всем этим, отправилась разбивать лагерь. «Гробик эгоиста», как она ласково называла свою палатку, устанавливалась быстро и просто, так что вскоре на площадке возле самого берега возник невысокий зеленый купол.

Солнце уже золотило последними лучами верхушки елей и оставляло таинственные изжелта-серебряные письмена на озерной глади, когда женщина, подсвечивая себе фонариком на телефоне, нырнула в палатку. Поворчав в очередной раз на свою непредусмотрительность, она сменила нарядную белую блузку и чернильно-синий костюм на растянутый свитер, благо по длине он был немногим короче юбки, оставив из предыдущего наряда только колготки и сапожки, и выползла наружу.
Вскоре с земли закатному солнцу отвечали от самого берега два огонька: бело-синее пламя горелки и рыже-алое – сигареты. Стоя у самой кромки воды в накинутом сверху пальто, Каари неторопливо курила, периодически заправляя за ухо выбивающиеся прядки, которыми с достойной лучшего применения настойчивостью пытался поиграть легкий ветерок. Сейчас ей было куда комфортнее, чем за столом: не смотря на наличие вокруг других обитателей палаток, она ощущала себя совершенно одной, оторванной от людей и большого мира – и это было превосходно.
Последние лучи мешались с подступающей синевой, и казалось, что водная гладь раскинулась не только под ногами, но и над головой. Туманы как смесь молочная уже укутали серый лес на том берегу, поглощая все звуки, и с плавной неотвратимостью наползали на озеро, укутывая его мягкой пеленой. Это было чарующе красиво и немного тоскливо – идеальная картина для легкой, возвышенной меланхолии. Каари улыбнулась своим мыслям и глубоко затянулась.
На корпоративе спокойно сидеть за столом, пару раз выползти танцевать. Ночевать в палатке.
2

DungeonMaster Edda
28.11.2020 22:43
  =  
Тихой поступью двигался туман вдоль берега, словно не желая нарушать покоя расположившихся в зоне кемпинга полуночных гостей. Укутывая озеро, кромку земли и осторожно подбираясь к людям, туман всё разрастался, вступал в свои права, осматривал владения.

В какой-то миг пламя горелки пропало, соприкоснувшись с белесой гладью, нежно обнявшей огонь, да так, что тот сдался.
Каари ощущала ее безжизненную прохладу, словно дыхание сентября в конце лета - еще не осень, но шаги первых ее дней слышны, как никогда, близко. Особенно по ночам.
Монотонные размышления прервал голос.

- Ты моя, - едва различимый шепот долетел до ушей. Шелест, не более. - Ты моя, - к безжизненному шелесту добавилась эмоция. Каари пока не понимала, какая. Она вообще не понимала, откуда слышится звук. Казалось, что отовсюду. Спине стало холодно, словно кто-то открыл дверь позади. Дверь, которой не существовало. И тогда вдруг пришло понимание - насмешка! В голосе звучала насмешка. А еще зависть. И голос был женским. Совершенно точно принадлежал юной девушке.
- Такая теплая, живая... - словно выдох, порыв ветра в спину.

Каари проснулась от толчка. Кто-то, что было сил, толкнул ее в районе лопаток и она очнулась, взглянула на пламя горелки, которого не было, на пролитый кофе, подползающий все ближе туман, луну где-то там в облаках. И совершенно ясно ощутила - рядом кто-то есть. Глаза не могли найти ее, или его - нет, всё же ее - уши не слышали, руки также провалятся в пустоту, стоит ей начать искать ее наощупь, но всей кожей Каари теперь знала - кто-то рядом.
3

Kaarina Maria Wahlgrén Francesco Donna
29.11.2020 01:17
  =  
В такие моменты Каари жалела, что не стала художником или писателем – тогда бы ее таланты позволили надолго запечатлеть эту картину, где динамичность неостановимого движения, этого голодного поглощения реальности сплелась в неразделимый узел со статичностью серой хмари. Начинало – стоит дать волю воображению – казаться, что она заточена внутри дымчато-серой жемчужины, а маленькое солнце сигаретного огонька и есть та самая песчинка, вокруг которой эта морская драгоценность и проросла. Оставалось лишь дождаться, как сквозь этот тусклый, мглистый покров проявится крепкая, мозолистая рука ловца, что поднимет жемчужину из глубин – и тогда, поднятая из плена вод, она заиграет сотнями ярких оттенков в ласке солнечных лучей.

Уставшая, девушка опустилась на корточки, еще ближе приблизившись к растаявшей в объятиях тумана озерной глади. Серая пелена уже перехлестнула через воды, затопляя собой землю, и экономист улыбнулась в своих мыслях: «Как хорошо, что кемпинг затопит только туман, а не вышедшее из берегов озеро».
Но недолго продолжался настрой романтической меланхолии – жизнь, как обычно не спрашивая мнения человека, вносила свои коррективы. Моргнувшее в последний раз тускло-синим цветом пламя горелки взметнулось на миг и погасло. Удивленная, Каари недоверчиво покачала головой, но быстро нашла рациональное объяснение: ну конечно, туман вон какой тяжелый, в нем водной взвеси много, вот пламя и погасло! Горелка-то у нее не горная, приспособленная к работе в метель, и в ливень, а самая обычная, туристическая – так чего же тут дивиться?

Нарядившаяся в нарядный серый плащ земля, скрывшая своим новым убранством все вокруг, несла с собой холод: медлительный, тяжелый, неотвратимый. Не тот холод, в котором можно замерзнуть насмерть, но не менее неприятный – пробирающий до самых костей, до самых укромных уголков. Поежившись, девушка привычным движением подняла очки к переносице, чуть дернув уголком губ из-за прикосновения к холодному металлу, и зарылась в высокий воротник свитера. Так как кофе по понятным причинам отменялся, оставался лишь единственный вариант согреться – уползти в палатку, укутаться с головой в спальник, высунув наружу только нос, и блаженно рухнуть в объятия Морфея с осознанием, что она, даже когда за тонкой, прогибающейся иногда под порывами ветра стенкой стоит такой холод, лежит в тепле и даже относительном комфорте.

Каари снова улыбнулась одними губами – на сей раз в предвкушении сна. Посмотрела на потухнувший окурок и сжала его в кулачке – в палатке она уберет его в карман, чтобы с утра выкинуть в мусорный бак. Постояв у берега еще несколько ударов сердца, вдыхавшая чарующую смесь ароматов влажной травы и пронзительной свежести озера, украшенную мягким, обволакивающим ароматом хвои, она повернулась спиной к сокрытому в тумане озеру и, пригнувшись, уже намеревалась открыть палатку, как в спину ударил чей-то незнакомый шепот.

Дернувшись, непонимающая, что происходит, Каари нахмурилась и замерла, прислушиваясь. Снова тот же шепот! Нет, не сзади – вообще не понятно откуда, словно бы он доносится… отовсюду? Да еще спины словно внезапно коснулась чья-то огромная, ледяная рука.
- Perkele! – коротким выдохом выругалась экономист, чувствуя, как медленное биение сердца сменилось на быстрый, рваный ритм. Та рука, что будто коснулась спины, теперь словно бы сжала горло, превращая слово в полузадушенный писк. А голос – нет, не так: Голос все не смолкал…
Испуганные, словно барашки пены на отмелях при приближающемся шторме, метались перепуганные мысли. Стук сердца неумолчно отбивал в ушах барабанную дробь, губы стали сухими. Что же это происходит!? И наконец, словно скала, проступившая из волн, монолитом встало единственно возможное объяснение: «Сату! Эта изобретательная негодяйка с шилом в известном месте решила разбавить программу корпоратива интерактивным приключением! Наше временное обиталище еще как располагает к чему-то мистическому и таинственному, вот она и организовала нам фильм ужасов с доставкой на дом, так сказать! И если здесь голоса, то что творится в самом доме»?
Успокоив себя таким образом, сжавшаяся было, как котенок на морозе, девушка гордо развернула плечи, готова обернуться к подступающему к ней «ужасу» и… проснулась.

Замерев на миг на тонкой границе меж сновидением и явью, Каари все еще не понимала, где она и что происходит вокруг. Моргая не понимающе, она вздрогнула от холода и привидевшегося кошмара, нервно оглянувшись вокруг. Нет, это сон, это был только сон… Ее разморило на самом берегу, и она неосторожно уронила гревшийся стакан, залив пламя горелки, и интерпретировала это в сновидении как поглощенный туманом огонь. А толчок… Ну, наверное, она просто ударилась спиной о что-то. Потому что думать как-то иначе – расписаться в том, что она бредит наяву.
И все-таки было что-то не так. Словно за ней неотрывно и немигающе следил чей-то тяжелый, недобрый взгляд. И взгляд этот, похожий на зрак огромного змея, ничего хорошего не сулил. Передернувшись с отвращением от собственный ассоциаций, немного напуганная ощущением пристального внимания, Каари медленно поднялась на ноги, одернув свитер пониже. Осмотрелась испуганно:
- Кто здесь?, - негромко спросила она, не рассчитывая даже на ответ, а просто желая услышать в этой поглощающей все звуки серости, уже не кажущейся такой возвышенной, хотя бы какой-то звук. Пускай даже это будет звук ее собственного голоса.

Ответа не было. Жутко хотелось курить, чтобы успокоить расшалившиеся нервы – но ни свитер, ни колготки карманов не предусматривали. И сигареты, и зажигалка, способная хоть как-то разогнать эту мертвенную, клубящуюся стену, остались в палатке. Сглотнув, Каари отступила на пол-шага, потом еще чуть-чуть, пока не почувствовала, как за ее ногой прогибается тент. Это успокаивало. Наверное – по крайней мере, хотелось в это верить. Оставалось только опуститься вниз, быстро-быстро раскрыть вход и нырнуть внутрь. А там – короткое жужжание молнии, и она отгородится от всего непонятного снаружи. И даже, черт с ними, с правилами, покурит прямо внутри и прекратит себе придумывать Бог весть что.
Подняв сжатую в кулачок ручку, экономист нервно прикусила палец и поняла, что внутри что-то зажато. Это был окурок. Тот окурок, что она спрятала в руке – еще тогда, во сне…
4

Партия: 

Добавить сообщение

Для добавления сообщения Вы должны участвовать в этой игре.