Маяк | ходы игроков | - Young and Beautiful

 
DungeonMaster Akkarin
30.01.2019 21:08
  =  
Раннее утро проходило в благостной дрёме, которую лишь усугубляли цокот копыт и мерное покачивание крытого экипажа. Вторая ночь длинной дороги миновала без происшествий – беглецы стремительно приближались к желанной границе. Сквозь полуприкрытые декоративными шторками окна проглядывала укутанная туманом зелень равнины, сквозь другое стекло открывался впечатляющий вид на безграничное и бушующее далеко внизу тёмное море. Дорога змеилась у самой кромки скалистого побережья, близость ощерившейся далёкими рифами пропасти вызывала смутное беспокойство. Сквозь смотровое окошко виднелась ссутуленная спина закутавшегося в попытке спастись от утренней сырости слуги, социальное положение которого едва ли позволяло ему блаженно возлегать на мягких диванах в салоне кареты. Погонщик, по всей видимости, боролся со сном, время от времени вяло подстёгивая измотанных лошадей хлыстом и натянув практически на глаза капюшон.

Невероятные события последних нескольких дней помнились смутно, впрочем, с каждой минутой приобретая всё большую чёткость. Фантастическая авантюра, побег, путешествие на многие мили к желанной границе с единственной целью – обручиться и связать двух влюблённых друг в друга людей перед лицом Господа и общественности священными узами брака. Предыдущий вечер и вовсе терялся в тумане – том самом, который ластился теперь к стёклам одинокого экипажа, снижая и без того невысокую видимость с каждой минутой. Прошлой ночью карета остановилась около небольшого и ничем не примечательного придорожного трактира, который, несмотря на кажущуюся невзрачность, смог обеспечить путников нормальной едой, сеном для лошадей и человеческим отдыхом на настоящих кроватях. Миновавшая же ночь как-то сразу не задалась – как Бернард ни старался, подгоняя Лорнета и Крама, состоящая преимущественно из холмов и елей однообразность окружающего ландшафта так и не разбавилась ни малейшим намёком на отголоски цивилизации. По трезвому размышлению появилась мысль, что, возможно, стоило приказать слуге остановиться где-нибудь на ночь, но вот только вчера вечером, почему-то, Уильям об этом совсем не подумал. Медленно и нехотя просыпаясь, молодой лорд лаконично отметил, что и бедняга Бернард, и лошади, по всей видимости, так и не сомкнули до сих пор глаз.

Оливия спала на диване напротив. Или, по крайней мере, делала вид, что по-прежнему спит. Такая милая и очаровательная в этом особенном состоянии, она казалась истинным воплощением безмятежности и почти ангельской красоты. За окном теперь плескалась лишь молочная пелена тумана, сквозь который тут и там проступали тёмные силуэты тех самых опостылевших елей. То, насколько быстро снижалась видимость, пробудило в исследователе мимолётное любопытство. Определённо, не самый лучший день для безрассудных побегов. Да и пора года выбрана, если начистоту, исключительно неудачно.

Праздные размышления так и не проснувшегося окончательно Уильяма совершенно бесцеремонным образом прервал ощутимый толчок – карета подпрыгнула на невидимой кочке и сразу же моментально накренилась на борт. Невеста Таркуса едва не свалилась от неожиданности с дивана на пол, в то время как ещё несколько более слабых толчков и ржание обескураженных лошадей оповестило о провальной попытке животных тянуть дальше повреждённый экипаж. Движение прекратилось. Сильный уклон кареты вызвал вполне однозначные, пусть и исключительно неприятные мысли о потерянном колесе или даже, в самом худшем случае, сломанной оси.
Выбрать и указать отдельно в характере наиболее сильные страхи (от 1 до 3 включительно).
Отредактировано 30.01.2019 в 21:09
1

Уильям Таркус Деркт
01.02.2019 02:49
  =  
Уильям полусидел на лавке. Сонный взгляд, тихое ранее утро. За окном туман, холод, слякоть и грязная дорога. Бедный Бернард, сколько времени он уже без смены? Надо дать ему отдохнуть. Старина не заслужил такой участи. Никто не заслужил рулить повозкой столько часов подряд. Взгляд Уила перемещается по внутреннему убранству телеги. Да, чуточку трясёт, но..Как же красива невеста.

Тихие, спокойные черты лица. Свет из окна скрадывает многое, но не её милый сердцу силуэт. Задумчивая сонная нега окутывает сердце юноши. Сейчас он лишь сгусток сонной истомы, развалившийся на диванчике внутри кареты, и разглядывающий свою любимую женщину. Дремлет, милая..ах эти волосы. Кажется, даже сейчас до ноздрей юноши доходит лёгкий аромат её духов. Мягкая улыбка на лице. Вчера он собственноручно укрыл её одеялом - чтобы девушка не замёрзла. Юноша уже почти собрался с силами, чтобы выглянуть из кабины кареты, когда произошло..что-то. До этого он никогда не попадал в экипаже в подобные передряги.

Не сразу сориентировавшись, юный Таркус не нашёл ничего лучше, чем схватить возлюбленную, и прижать к себе. Тёплая, мягкая, сонная, такая уютная и милая. Приятная на ощупь, даже сквозь одеяло. Увы, наклон телеги не оставил ему шансов сохранить при этом равновесие - поэтому юноша завалился на пол, пригвождённый гравитацией и своей собственной неуклюжестью. За всю свою жизнь у Уильяма не было более приятного падения. Трепет девичьего тела, крепко и надёжно обхваченного лапищами юноши.

- Доброе утро, Лив. - Уильям прошептал эти слова прямо на ушко своей возлюбленной. Тепло прошептал, с какой-то потаённой дрожью, надеждой. На самом деле он не мог сказать это в полный голос, или пропеть, как ему бы хотелось - пол немного вышиб из него дух. Сверху, на голову Таркуса упал венок, с засыхающими ромашками. Уильям ухмыльнулся. Давно пора этот венок выкинуть, но..достать цветы было непросто, и даже сейчас они радовали. Осторожно передвинул ещё сонную и мало что понимающую Лив, приподнялся сам, а затем подхватил её на руки. Что-то было не так. Точно! Карета ощутимо кренилась на бок! Проклятье, неужели поломка?

Босые ножки леди выглядывали из-под одеяла. Чертовски привлекательное и отвлекающее от назойливой реальности зрелище. Уильям прочистил горло, и с некоторым душевным усилием заставил себя бережно положить девушку на лавочку, с которой она упала. Где-то на задворках, весьма занимательное предположение не давало юнцу покоя, заставляя его уши и щёки слегка рдеть.

- Я сейчас, дорогая. - лорд торопливо обулся.

- Эй, Бернард! У тебя там всё в порядке? - не дожидаясь ответа, Уильям распахнул дверцу, впуская холод и туман промозглого утра. Весьма отрезвляющий холод. Уил приготовился покинуть кабину кареты, чтобы самолично оценить, насколько плачевна ситуация. И разумеется, придержать дверцу, если его дама сердца захочет покинуть экипаж.
2

Зеленый, залитый ярким полуденным солнцем, сад, яблоня в цвету, белый шатер, дорожка… Столы, украшенные белыми лилиями, кресла, составленные в ровные ряды. Все в цветах, в лентах, все навевало дух торжества! Конечно же, нашей невесте уже давно и стабильно снились сны о свадебной церемонии. Так, наверное, бывает у каждой девушки – омут эмоций накануне венчания сводит с ума и не дает ни о чем другом думать! Нужно ведь все успеть, чтобы все было идеально! Нашей Оливии в каком-то смысле повезло – тайная свадьба не предполагала так много хлопот, однако это не отменяло сладких переживаний! Ведь скоро, перед лицом Господа, они произнесут свои клятвы и тогда их союз будет нерушим на земле и на небесах!

В трясущейся карете невозможно было ни читать книг, ни заполнять дневники, поэтому Лив думала о предстоящем ритуале часами, меланхолично уставившись в окно. Уильям частенько мог уловить, как шелестит шепотом заученная свадебная клятва. Не было сомнений в том, как для Оливии это было важно.

И вот сейчас, такой сладкий сон, прерывается не менее сладко. Невеста, не успевающая еще очнуться ото сна, чувствует, как смыкаются у нее за спиной объятия возлюбленного. Это чувство приносит покой, за которым почти сразу следует сигнал тревоги! Уил! Остановись! Не опережай события! Разумеется все протесты прогремели в голове, а так барышня всего-то вся сжалась и заробела, не осмеливаясь одернуть любимого словом. Но стоило открыть леди глаза…
- Пресвятая дева Мария! – запричитала Оливия, обнаружившая себя прямехонько поверх туловища будущего супруга.
Суетливо, подобрав юбки, пытается встать смущенная невеста, да не особо выходит. Не мудрено – ножки путаются в обилии складок, да и странный наклон пола делает ее совсем неуклюжей. Уильям, ее бесстрашный герой, которого едва не обозвали легкомысленным за зря, снова взваливает на свои плечи заботу о даме, вздымая на руки, как пушинку, и так же любовно возвращая свою жемчужину на подушку.
- Уил! – сдавленно донеслось ему в спину с тревогой и протестом в голосе, когда парень вознамерился выйти прочь и выяснить причину остановки.

Суета на диванчике не унималась – Оливия, свесив голову вниз, искала свои сапожки. Надо бы поскорее обуться и идти следом! Помощи, конечно же, от нее будет мало, но любопытство уже распирало и эту заспанную тихоню!
- Что там видно? – в полтона допрашивала своего мужчину Лив, попутно не отставляя поиски одного пропавшего сапога.
Находит сапог - выходит следом, не находит - сидит, нервничает, периодически возмущается и осыпает вопросами Уила из разряда "все ли в порядке".
Отредактировано 02.02.2019 в 02:41
3

DungeonMaster Akkarin
02.02.2019 22:16
  =  
Молодой лорд открыл дверь кареты, впуская в салон холод и сырость туманного раннего утра вместе с порывом осеннего ветра. В ноздри ударил, подтверждая близость моря, запах водорослей и чего-то ещё. Вдохнув полной грудью, Уильям в полной мере насладился кристально чистым воздухом провинции, столь разительно контрастирующим с затхлым смогом столицы. Липкие щупальца тумана вместе с холодом начали просачиваться в карету, монотонно накрапывал дождь. Сквозь практически непроницаемую белесую пелену Уилл видел только несколько смутные силуэтов разлапистых елей, да, как следует высунувшись, мог разглядеть тёмную фигуру Бернарда, стоящего спиной к нему и возящегося с упряжью лошади. На окрик лорда слуга никак не отреагировал – в ответ донеслось лишь приглушённое бормотание, подозрительно напоминающие привычного ворчание пожилого слуги. Уильям спрыгнул на землю и обернулся, осматривая накренившийся экипаж. Даже его не слишком обширных технических навыков оказалось более чем достаточно для того, чтобы понять – случилось непоправимое. Задняя ось кареты переломилась практически пополам, а треклятое колесо и вовсе валялось неподалёку, старательно делая вид, что не имеет ни малейшего отношения ни к произошедшему, ни к вышедшей из строя конструкции. По спине пробежала морозная дрожь, стоило Уильяму осознать всю катастрофичность их положения – они застряли посреди какого-то пустыря в этом практически непроглядном тумане, имея прискорбно мало шансов самостоятельно починить экипаж, обратиться в ближайшее время за помощью к настоящим специалистом или хотя бы арендовать где-нибудь новый. Ситуация выглядела совершенно безвыходной – всё неоднозначно говорило о том, что это настоящая катастрофа. Путешествие сорвано, тайный побег самым бесславным образом провалился – едва ли вымотанная до предела слякотью, сыростью и изнурительной дорогой Оливия окажется в состоянии принести свой обет. Даже если захочет. Всё шло к тому, что продолжать дорогу придётся верхом. Причём, учитывая количество лошадей, вдвоём на одной или, и того хуже, кому-то из влюблённых придётся делить лошадь с Бернардом.

В салоне экипажа и без того не наблюдалось того, что можно было бы назвать идеальным порядком, однако бесцеремонно разбудивший Оливию инцидент и вовсе перевернул всё с ног на голову. Уильям уже топтался снаружи, в то время как девушка всё ещё заглядывала под лавки в тщетных попытках обнаружить пропавший сапожок. Забавно, что, в конечном счёте, он нашёлся именно на диване, под пледом. Потратив некоторое время на то, чтобы натянуть упрямую кожу на стройную ножку, Лив, то и дело вздрагивая от сырости, холода и резких порывов осеннего ветра, выбралась вслед за Уиллом из кареты.

Сам Таркус, тем временем, уже полностью осознал масштабы постигшей их катастрофы. Кто-то определённо должен ответить за случившееся и этот кто-то усиленно делал вид, что всецело поглощён изучением упряжи, напрочь позабыв о присутствии благородных господ.
Бернард гневно дёрнул поводья, заставив Крама испуганно и недоумённо заржать – слуга отошёл чуть назад и принялся копаться в оставленных на козлах припасах. Высокая худощавая фигура слуги в чёрной осенней накидке выглядела как-то странно и даже немного зловеще. Ветер услужливо донёс до слуха возлюбленных обрывки фраз, которые Бернард, чрезвычайно увлечённый изучением содержимого саквояжа, не переставал бормотать.
- … всегда при себе… бинты… так темно… дьявол, куда подевалось это огниво…
И больше ни единой живой души вокруг. Только скалистый обрыв, песчаная полоска дороги, несколько тёмных елей и вездесущий туман.
4

- Чертов сапог, да где же ты?! – теряя терпение, Лив истерично дернула за подол своей юбки.
На пол каскадом поползли складки пледа, под которым, как выяснилось, и прятался несчастный сапожек. Несчастный потому, что Лив едва не оторвала ремешок в попытках наскоро его надеть и застегнуть.

Ну а теперь оставалось еще осторожно покинуть лежанку и саму карету, по которой в полумраке перемещаться было весьма затруднительно и травмоопасно. Воображая себя эквилибристкой, девушка, размахивая неловко руками и цепляясь за все, что только можно, выбралась на улицу, с трудом преодолев последний рубеж в виде ступенек. Ей потребовалось время, чтобы суметь хорошенько разглядеть масштабы посетивших путников неприятностей.
- И это происходит со мной именно сейчас… - раздался за спиной Уильяма дрожащий голос подруги, расстроенной, похоже, до глубины души.

Еще немного посопев и поохав над проказами судьбы, артистично при этом хватаясь за лоб, нашептывая что-то в адрес небес и постоянно вздыхая, Оливия, наконец, снизошла уточнить. Ну, вдруг все не так уж и скверно, а она тут за зря убивается…
- Уильям, вы ведь сможете это починить, правда? – по тону уже было ясно, что правда ее если и не убьет, то повергнет в величайшую тоску.
5

Уильям Таркус Деркт
05.02.2019 00:36
  =  
Выскочив, юноша вдохнул воздух полной грудью. В экипаже было относительно тепло и немного душно, но до того как Уильям попал на улицу, он этого не осознавал. Морской воздух..приятная свежесть, от которой хочется жить и даже немного танцевать. Что же до поломки? Пустяки, они справятся. Хотя, конечно, для Оливии это большой стресс. Юноша провёл рукой по подбородку, раздражённо почесал щетину. Он прихватил инструменты по настоянию Бернарда, хотя до этого момента не совсем понимал, для чего они были нужны. Возможно, придётся рубить какую-то лесину, чтобы приспособить вместо оси, и ехать медленно и осторожно.

- Ось сломали. Ничего, милая, мы всё равно доберёмся. - уверенно заявил Уильям. И лучезарно улыбнулся, прислушиваясь к возне там, за дверью экипажа.. Конечно Лив..милая, уютная, домашняя девушка, не привыкшая к тяготам походной жизни, и по прибытию в городок ей нужно будет хотя бы сутки на отдых. А между тем, отец её наверняка пустил погоню по их следам. Возможно, у них есть запас по времени, но так ли он велик? Неизвестно. Таркус подал руку, даже не задумываясь, помогая спустится из экипажа.

Между тем слуга усиленно делал вид, что он оглох, и дёргал поводья лошади, роясь в сумке. Да что с ним такое? Хмурая складка пролегла на лбу юноши. Он присмотрелся внимательней. Нет, долговязая фигура и голос принадлежали однозначно Бернарду, старому слуге, человеку, который в некоторой степени оказал на воспитание Таркуса влияние.

- Бернард! - на этот голос лорда был властным, и никак не увещевающим. - Старина, ты цел? Что ищешь ты во тьме ночной? Наш экипаж накрепко встал, однако, я уверен, мы справимся с этой проблемой, если приложим усилия. Но, думаю прежде стоит тебе немного передохнуть. Давай распряжем наших лошадей. -

С такими словами, юный Таркус пошёл к голове экипажа. Где-то там, на козлах должен был быть фонарь.
6

DungeonMaster Akkarin
05.02.2019 02:59
  =  
Бернард в ответ на оклик поворачивался мучительно медленно. Неверный свет утренних сумерек пролился на изнеможенное и утопающее в тени капюшона лицо. Ссутуленный прежде, слуга выпрямился во весь свой внушительный рост, словно готовый с гордо поднятой головой принять все упрёки своего благородного господина. В его руках тускло сверкал сталью старый пехотный палаш, тот самый, который он привёз в качестве трофея годы назад. Но, в то же время, что-то с ним было очень серьёзно не так. На бледном бородатом лице лихорадочным безумным огнём горели глаза – множество лопнувших одновременно сосудиков окрасили практически весь белок кровью, в то время как сами зрачки многократно расширились, походя теперь на два бездонных колодца. Встретившись с взглядом Бернарда, Уилл отшатнулся.

Старый слуга дома Таркусов, один из наиболее верных и доверенных людей его дяди, Бернард был для Уилла хорошим другом с самого детства. Искалеченный ветеран последней колониальной войны, он часто рассказывал молодому лорду волшебные байки о дальних экзотических странах, которые, быть может, во многом способствовали развитию в Уильяме тяги к путешествиям и исследованиям. Единственной проблемой Берндарда на протяжении долгих лет практически безукоризненной службы была только его чрезмерная привязанность к алкоголю – всегда, впрочем, недостаточно сильная для того, чтобы это сделалось настоящей проблемой. Уильям привык видеть бородатое лицо слуги добрым и улыбающимся, или же, напротив, скорее грустным, но никогда – таким. Лицо Бернарда теперь превратилась в неестественную восковую маску, на которой отпечатались смутные тени гнева, боли и чудовищного страдания.

- Кейптаун. Огонь под Кейптауном, - совершенно отчётливо произнёс вдруг Бернард, его голос одновременно и дрожал от ужаса, и звенел от ярости.
Взгляд залитых кровью глаз вдруг оставил в покое Уильяма и впился в Оливию, чудовищная уродливая ухмылка исказила физиономию пожилого слуги.
- Она звала маму… Так плакала, умоляла, просила не трогать… Но как мы могли? Как..? – Бернард уже кричал, наступая прямо на девушку. – Мы..? Могли?!
Он вдруг упал на колени, содрогаясь в рыданиях.
- Они не вернулись… Никто не вернулся… Салливан, Джой, Расти… Солдаты не возвращаются. Война никогда не заканчивается.
Рыдание перешли в низкий утробный рёв. Бернард вскинул голову, капюшон упал назад, высвобождая его чёрные, с благородной проседью, волосы. Из измученных глаз на манер слёз сочилась тёмная кровь, оставляя на щеках жуткие полосы.
- Я не вернулся, - произнёс совершенно спокойно, отрешённым металлическим голосом. И резко поднялся. Капли влаги сверкали на изрытом зазубринами лезвии трофейного палаша.
7

Похоже слугу волновали сейчас явно какие-то другие вещи, а не ремонт экипажа. Он что-то лепетал, бубнил себе под нос, но после сорвался с цепи, надрывно и проникновенно просвещая господ в некие тайны своей биографии. Лив тоже, в расстроенных чувствах и в страхе, была сама не своя. Самообладание в груди сжималось пружиной и, если честно, она уже почти достигла пика сжатия. Аристократки такие капризные! Их так легко выбить из равновесия.

- Бернард, сейчас не время…
Только вот чего «не время» Лив не успела уточнить, проглотив уже подступающие к горлу слова, что камнями рухнули в желудок. Знать крепкие были слова. Оливию швырнуло в холод – старый ветеран, лишившийся похоже рассудка, уверенно попер в ее сторону, с палашом в руке, с яростным блеском в глазах…

Лив медленно попятилась назад, хотя надо было бы разворачиваться и бежать. Но ноги от ужаса налились свинцом, в голове свистел ветер раздувая панику. Слова Бернарда, каждое в отдельности и все вместе, врезались в память, проникали в сердце, заставляя его биться с болью.

Мужчина падает на колени – Лив совершает короткий отскок назад и без оглядки продолжает свое глупое отступление. В конечном итоге, что было бы рано, или поздно, неизбежно, девушка натыкается спиной ствол дерева, окончательно теряя дар речи и способность уверенно перемещаться на ногах. Она смотрит Бернарду в глаза, урывками поглядывает на палаш, зубы ее стучат, грудь вздымается и проваливается в бешеном ритме, пальцы дрожат и коленки. Сознание не уходит, видимо давая изнеженной девице последний шанс взять ноги в руки и дать деру.
8

Уильям Таркус Деркт
07.02.2019 17:14
  =  
Уильям во все глаза наблюдал за своим слугой. Тревожные мурашки поползли по спине, когда он увидел..кровь. В темноте дорожки были казались чёрными, но ошибки быть не могло. Более того, кровь выступила даже в глаза..подобное могло бы быть при сильном сотрясении. Но пуще всего настораживал клинок в руке. Зачем слуга его достал? Остриё смотрело в сторону молодого лорда. Отшатнувшись лорд непроизвольно выпрямился, подражая своему слуге.

- Берни! - Юный Таркус позволил себе то, что делал очень редко. Сокращение имени - эти двое были действительны на короткой ноге долгое время. Пожалуй, половину сознательной жизни Уильяма, если не больше. И сейчас эта связь подверглась очень тяжёлому испытанию.

Клинок в руках солдата, остриём к молодой парочке. Вот что беспокоило Уильяма. Бернард время от времени учил бою юного сэра. И юноша знал, каким этот немолодой уже человек может быть проворным. В юности ему часто доставалось в тех тренировочных боях. И сейчас у солдата был далеко не учебный клинок. В бою у ветерана словно вырастала третья рука. Где-то позади Лив испуганно пролепетала. И судя по всему на его невесту взгляд старого легионера произвёл глубокое впечатление.

Обнажать клинок против своего товарища молодому лорду категорически не хотелось. Дорожный посох слуги. Окованный снизу, тяжёлый и длинный. Обычно, старик не торопился обнажать клинок, и в случае неприятностей тянулся именно к посоху.

- Берни! Война давно закончилась. Ты забыл? В конце-концов, ты присягал нашему роду! А Кейптаун на другом материке! - юноша схватил посох поудобней, и встал между Оливией и Бернардом. Так чтобы встать между ними двумя, загородить. Пока жив жених он не позволит причинить вред своей невесте. Перехватывает аристократ посох поудобней.

Да. Это, точно не благородное оружие, и если уж на то пошло, не оружие совсем, но лучше чем ничего.

- Оливия, душа моя. - голос жениха был изрядно напряжён, а сам он следил за каждым движением своего слуги. - Принеси саквояж с красным крестом. -

- Бернард. - дворянин неосознанно копировал своего дядю сейчас. Дядя Джофри умел быть жестким. - Опусти клинок. -
9

DungeonMaster Akkarin
12.02.2019 23:54
  =  
Бернард наступал. На его лишённом даже намёка на здравый смысл отрешённом лице не проступало теперь ни единой эмоции. Его залитые кровью глаза, казалось, смотрели не на Уилла и Лив – нет, они смотрели куда-то мимо. Услышав голос Уильяма, слуга оскалился – почти с ужасом юный лорд увидел кровь на дёснах и желтоватых зубах старого ветерана. Это было ненормально. Пугающе, отвратительно нереально. Как ни старался Таркус, у него не выходило припомнить ни одного пусть даже самого экзотического заболевания, которое могло бы вызвать такие симптомы. Интуиция подсказывала – нет, это отнюдь не болезнь. Нечто иное. Нечто несравненно более страшное.

- Война никогда не заканчивается, - прохрипел совершенно чужим незнакомым голосом старый слуга и расхохотался.
Этот хохот глухим эхом разнёсся по туманным просторам, заставляя внутренне сжаться даже застывшего напротив Бернарда с посохом Уильяма, не то что Оливию. Нормальный человек не мог так смеяться. В хохоте старого ветерана явственно сквозило неизлечимое чудовищное безумие.
Блуждающий взгляд слуги в конце концов сфокусировался, остановившись, на Уилле. В бедняге уже не осталось даже тени недавнего безудержного веселья – теперь им целиком и полностью владели страх, ожесточение и лютая злоба.

Лошади, словно взбесившись, вторили хриплому шёпоту Бернарда неистовым ржанием. Рвались вперёд, беснуясь и силясь сдвинуть с места сломанный экипаж.

Палаш слуги, покрытый зазубринами, оставленными на металле в ходе закончившейся едва ли не десятилетие назад колониальной войны, приподнялся. В стиле боя Бернарда не было и намёка на то изящное фехтование, которому пытались обучать в своё время самого Уильяма. Нет, старый ветеран привык не столько красоваться со шпагой, сколько кромсать, эффектности неизменно предпочитая максимальную эффективность. Он не чурался использования наиболее грязных приёмов – соображай Бернард здраво и сохраняй своё обыденное хладнокровие, он бы наверняка смог расправиться с лордом. Но теперь, когда глаза слуги застилала кровавая пелена гнева и ярости…
- Нет веры конфедератам, - прохрипел он и, взревев, бросился на стоявшего между ним и Оливией Уильяма.
Противник - Бернард.
Для получения преимущества в схватке с Бернадром в полную силу необходимо 2 успеха и более по результатам броска.
Для успешного сражения с Бернардом в щадящем режиме необходимо 4 успеха и более по результатам броска.
Принять решение относительно характера схватки необходимо до совершения решающего броска.
10

Уильям Таркус Деркт
15.02.2019 00:36
  =  
Ржание испуганных лошадей. Кажется, что сердце юноши подпрыгнуло, когда клинок верного слуги с гулом рассёк воздух, вставая в боевую позицию. Сомнений быть не могло. Остриё смотрело прямо в сердце Уильяма.

Если Бернарда не остановить прямо сейчас, то он убьёт Оливию. Таркус и не подозревал в ветеране такой свирепой кровожадности, однако – вот она, смотрит прямо на вас, и кончик палаша, о, он так близок. Девушка за спиной. Будучи мужчиной и просто отважным человеком, Уильям не мог спустить подобное с рук покушение. Да и выбора особенного не было, отвязаться от капрала сейчас было невозможно.

- Капрал! Именем Её Величества! Сложить оружие! – И Уильям подался в сторону, кружа своего противника. Более молодой, сильный, выспавшийся, не дубевший на холоде сутками напролёт, о, он не чета своему старому слуге, у которого ноет правое колено, особенно по утрам. Дворянин знает его слабости и сильные стороны. Юноша был уверен, что ему хватит молодой удали обезоружить своего старого товарища, не выбивая ему мозги. И пускай старый слуга сейчас получит пару весьма серьёзных синяков, а то и перелом..но головы слуги он не коснётся ни при каких обстоятельствах, а там глядишь уже можно будет его связать и дать успокоительное.

Где-то внутри задорно загорелся внимательный огонёк. Да! Это просто тренировочный спарринг, устроенный посреди дороги глупым старым слугой. Сейчас он, благородный лорд Уильям Таркус выбьет из него всю дурь, свяжет, даст успокоительное..а дальше мысли жениха пока не шли.

- Лив! Кинь в него чем-нибудь! - весёлый, хотя и немного напряжённый голос юноши слегка развеял нездоровую атмосферу безумия. - Или займись конями! -
Результат броска 6D6: 6 + 5 + 6 + 4 + 5 + 3 = 29 - "Щадящий режим".
Отредактировано 15.02.2019 в 00:46
11

Бедняжка Оливия… Бедная девочка, не знавшая никогда настоящих бед и опасности. Побег из дома – ее первый бунтарский поступок. Любовь слепила, сметая на пути преграды. Зато теперь все встало с ног на голову и безобидное казалось бы путешествие превращалось в катастрофу. Забившейся зайчихой сидела она на земле, уповая на Господа в безмолвной молитве.

Лив опешила настолько, что практически страх парализовал ее. Реакции леди были сильно заторможены. И когда ее возлюбленному понадобилась помощь, она не сразу сумела сообразить, чего именно ждет от нее Уил, и для чего понадобилось швырять во взбунтовавшегося слугу какие-то предметы. Наконец в руке ее оказалась палка, на которой все это время лежала ее рука. Не слишком крепкое оружие обороны, но отвлечь на самом деле мог и брошенная в лицо горсточка земли… И палка была пущена в полет, Оливия метила в Бернарда, хотя и не слишком верила в свой успех.

12

DungeonMaster Akkarin
20.02.2019 02:53
  =  
Бернард определённо был совсем не в себе. Ни секунды не колеблясь, налетел он на Уильяма, неистово размахивая перед собой палашом. Чудовищные и лишённые малейшего намёка на изящество рубящие удары обрушивались на едва успевавшего уклоняться от них юного лорда, рискнувшего лишь немногие из них попытаться парировать посохом. Положение дел сильно затруднял и тот факт, что Уильям во что бы то ни стало решил не причинять вреда пожилому слуге – и, подобно тому, как это часто бывает в схватке на неравных условиях, сперва отступал. Бернард же, напротив, даже не думал щадить его чувства – всё лицо старика было залито сочащейся из носа и глаз густой тёмной кровью, застывшая улыбка напоминала волчий оскал, само Безумие взирало на Уильяма сквозь глазницы Бернарда.

Слуга никак не отреагировал на отданное Таркусом приказание, не обратил ни малейшего внимания на брошенную Оливией палку. Он наступал – со свистом проносился в опасной близости от лица лорда палаш, в то время как обитый железом наконечник посоха несколько раз прощупывал бедро и рёбра слуги. Он хрипел, брызжа слюной, однако не собирался сдаваться. Тем не менее, ярость и ненависть превратили старого солдата в не слишком хорошего фехтовальщика – подловив момент, Уильям застал его врасплох ловким ударом по вечно ноющему колену. Тот не издал ни звука, однако нога его против воли хозяина подогнулась – набалдашник посоха лорда ударил по сжимавшей палаш руке и трофейный клинок бесславно отлетел в придорожную грязь.

Бернард стоял на коленях – поверженный, обезоруженный, залитый собственной кровью. Накрапывал дождь – струи воды стекали по лицу старика, превращая его и без того жутковато выглевшую физиономию в гротескную кровавую маску, на которой двумя безумными огоньками блестели глаза. Снизу вверх он смотрел на Уильяма всё с той же жутковатой ухмылкой – поверженный, но не сломленный.
Он отвёл взгляд от Уилла и посмотрел на сжавшуюся позади него в страхе Оливию. Густая тёмная борода Бернарда намокла и слиплась от крови. Это лицо, эти сверкающие точки-глаза – подобные чудовища редко добирались до сознания Лив даже в её наиболее тёмных кошмарах. Тот факт, что всё это происходило по-настоящему попросту не укладывался в голове юной девушки.
– Туман, - прохрипел Бернард настолько тихо, что даже Уильям едва разобрал его шёпот. – Только не это, опять, чёртов газ…
Руки слуги панически шарили по накидке в районе пояса, тщетно силясь обнаружить что-то, чего определённо там не было. Он согнулся в приступе сильного кашля, упираясь руками в жидкое месиво, в которое уже успела превратиться обочина. Не без беспокойства Уильям отметил, как всё большее количество крови окрашивает багрянцем одну из находившихся под Бернардом многочисленных лужиц. Так и не прекращая кашлять, слуга захрипел, изогнулся в чудовищной конвульсии, и, схватившись за бок, рухнул лицом прямо в грязь. Так и замер там, неподвижный – лишь продолжало едва заметно подрагивать в такт прерывистому дыханию грузное тело.

Почти в то же мгновение одна из лошадей, Крам, встала на дыбы с испуганным ржанием и что было сил рванулась вперёд. Ослабленная Бернардом упряжь слетела, с треском лопнула одна из верёвок и получивший внезапно свободу конь устремился вперёд диким галопом, в считанные мгновения исчезая в тумане.
13

Уильям Таркус Деркт
21.02.2019 02:45
  =  
Уильям удивлённо вскинул брови. Газ? Что за чушь несёт его старый друг? Какой бес его укусил? Тем не менее, кашель был страшным. Чертовски неприятным. Как будто и вправду, солдат получил отравление газом где-то глубоко, в шахтах. Дыхание у слуги было прерывистым, и довольно редким, что было странно, учитывая недавний бой. Убежавшая лошадь..конечно, неприятно, но зато экипаж остановился, и почти не дёргался, прочно застряв в дорожной грязи. Без задних колёс шансы сдвинуть экипаж у одного Лорнета были призрачными, однако он не оставлял попыток. Юноша поднял выбитый у слуги клинок.

- Милая, ты цела? - Уил обернулся. Лив здорово напугалась. И всё же, она помогла. Испугалась, но не убежала. Молодой человек подбежал к девушке, помог подняться. Приобнял на секунду, встрепав волосы. С некоторым сожалением отпустил. Не время, сейчас совсем не время. - Лив, Бернарду очень плохо. Мне понадобится саквояж с красным крестом...и верёвка. Я пока пригляжу за ним. -
14

Здоровье Бернарда сейчас меньше всего волновало невесту. Как и любая юная леди, Лив очень негативно относилась к насилию, хотя сейчас, в глубине души, не понимала, почему Уильям медлил. Поединок был коротким, но для девушки эти минуты были целой вечностью, наполненной пытками страха. Как велико было желание отвернуться, или спрятаться…

Несколько глухих ударов, кашель, шорохи… Уил ловит в объятия свою невесту. В ответ она обхватывает его торс и прижимается, так сильно, что может даже причиняет молодому лорду боль… Его просьба звучит как-то неправильно. Спасать? Кого?
- Мы должны уехать, Уил! – словно не желая слушать ничего о спасении прислужника, Оливия сжимает руки возлюбленного и смотрит на него с мольбой, - Давай уедем! Увези меня Уил! Увези… Домой, куда угодно…
Глаза ее в такой момент были полны безумного отчаяния. Желание убраться было выше всякой логики, и похоже, что отказ ее вряд ли воодушевит. Потом она испуганно отпрянула, зажмурилась… Что случилось? Похоже, что Лив ожидала удара. Пощечины, якобы призванной приводить в чувство.


15

Добавить сообщение

Для добавления сообщения Вы должны участвовать в этой игре.