Немеллис: Война мечей и чудовищ | ходы игроков | История первая: Месть некроманта

 
DungeonMaster Bangalore
18.07.2018 00:33
  =  


Торговое соглашение между Нурцией и Вольными Городами отнюдь не стало таким радужным, как это, должно быть, изначально представляли себе люди. Драгоценные камни высшего качества и ткани в обмен на бессмертную армию, что без устали станет убивать тех, на кого падёт указующий перст некроманта, поднявшего их бренные тела из могил. Или же того, кого выберут новые «хозяева» Аарена. Эта работа не должна была отнять много времени, так как Совет Тринадцати принял решение менять некромантов каждые полгода, чтобы те выполняя свои обязательства перед империей мертвецов всё же почувствовали на своей собственной шкуре, что такое святая магия и грязь, в которую мёртвым волшебникам придётся испачкаться. Причём речь в данном случае шла не столько о земле, сколько об обществе, в которое Немиус вот-вот неминуемо должен был погрузится в ближайшие несколько дней.

Почти два месяца пути по ледяному морю остались позади. Холод, периодически промерзающий палубы и превращающий их с ледяной каток был способен убить любое живое существо, кроме разве что Римиуса, запечатавшего себя в каюте, точно в гробу и благополучно проспавшего всё это время. Однако, считать вампира живым существом воистину могла только нежить, чьё сердце больше не бьётся, а тело без особых зелий не ощущает совершенно ничего. Аарен вполне мог оставить корабль посреди океана льда на несколько долгих месяцев, позволив себе и пассажирам самым натуральным образом замёрзнуть, пока весеннее солнце не отогрело бы их и ледники вокруг, но, увы, возможно это единственный шанс для некроманта совершить собственную месть, разделавшись со страной, что превратила его в раба, а после и вовсе пыталась заставить сгнить заживо на огромных кораблях, где рабы налегают на вёсла, чтобы привести тех монстров в движение. Впрочем, сейчас в распоряжении мёртвого волшебника тоже были рабы, что без жалоб и устали занимались всеми необходимыми работами, о большей части из которых Аарен даже не подозревал. Специально созданные для моря скелеты, точно знали какой из парусов стоит натянуть, а карие собрать. Словно по часам надраивали палубу вымывая и без того идеально чистое дерево, или же скалывали с неё образовавшийся за ночь лёд. О них некроманту можно было не волноваться, только продолжать напитывать собственной энергией магический кристалл, лежащий в одном из карманов тёплого, расшитого серебром, но такого бесполезного для нежити плаща.

Очередное утро встретило Римиуса, стоявшим возле бизань-мачты*. Проделанный путь отнял почти все его силы, даже не смотря на некоторую помощь с попутным ветром со стороны Люмии, стало настоящим испытанием на выносливость. Попытки восстановить магию, при постоянном расходовании были всё ещё крайне неумелыми и потому довольно часто оканчивались нечем. Всякий раз приближаясь леденящему холоду из пустоты и забвения. Будучи мёртвым уже несколько лет, Аарен всё равно начинал дрожать. Учитель часто говорил, что это нормально и скоро страх отступит, но пока этого так и не случилось. Наверное, будь Римиус человеком он бы сейчас выдыхал облачка пара, пытаясь согреть себя руками. Но увы магу не было необходимости даже дышать, да и внутри он был таким же холодным, как и окружающий галеон нежити утренний туман.

В Нурции был самый разгар осени, время фестивалей и сбора урожаев, праздников и веселья. На фоне этого идея о начале войны показалась бы людям кощунством, но они ещё не знали, что их ждёт…

О чём бы некромант не думал его отвлёк звук шагов, слишком тихих для доспехов, в которые был одет поднимающийся на кормовую палубу человек. Его лицо скрывала маска, а волосы чёрный бархатный капюшон. Достаточно тяжёлый, чтобы его не могло сдуть порывом ветра. Облачение рыцаря состояло и адаманта и, против обыкновения нежити, митрила. Белоснежные, начищенные пластины блестели, отражая те немногие крохи света, что уже пробились из-за горизонта. В руках у человека был поднос с кувшином и бокалом, от которых поднимался густой пар. А ещё спустя мгновение, хотя между Аареном и гостем всё ещё было порядка десяти метров, некроманта накрыла мощная аура смерти, что ласкала кожу и восстанавливала утраченные ранее силы.

Рыцарь смерти остановился и слегка склонив голову набок озадаченно посмотрел на «капитана» судна, а по сути своего мастера и хозяина, заминка была вполне ожидаемой, так было часто с тех пор, как волшебник запретил своему телохранителю обращаться к себе по титулу, велев называть лишь по имени. Даже сохранившаяся личность человека, которым когда-то был этот убийца и маг не могла превзойти вживлённую в него обрядом покорность.

- Я бы сказал, что ты простудишься… Аарен, но нам это больше не грозит. Вот горячее вино, оно конечно безвкусное, но у него, наверное, приятный запах, и оно должно быть тёплым. – Рыцарь Смерти демонстративно вздохнул, точно в этом была какая-то необходимость, а после, заставил себя преодолеть оставшееся расстояние до своего господина.
- Румиус проснулся, - начал воин, прислоняясь спиной к бизань-мачте, - и он очень голоден. Город конечно уже близко, но ты уверен, что справишься с маневрированием, может лучше я?
*Бизань-мачта - кормовая мачта на многомачтовых парусниках.

Рыцарь Смерти Румиус Люмия
Отредактировано 28.10.2018 в 11:59
1

Аарен Немиус Lottarend
19.07.2018 19:00
  =  
«Вестник смерти» выматывал. Долгими, долгими днями Аарен смотрел лишь на огни мерно горевших магических свечей и пламя камина, сжиравшее и без того немногочисленные силы некроманта, которые ему, по-хорошему, следовало бы приберечь для более важных вещей, но…
В то же время, они позволяли ему хотя бы ненадолго избавиться от того жуткого холода, что год за годом терзал его сердце. Нет, его было не ощутить физически - по крайней мере в этом учителя Аарена были правы. Пройдя через обряд посвящения, когда стылый, высасывающий саму его жизнь кинжал был вонзён в сердце Немиуса, некромант потерял способность чувствовать. Ему больше был не страшен голод, а пробирающий до костей ледяной ветер не вызывал у Аарена и толики беспокойства. Некромант лишился осязания, возможности наслаждаться вкусом еды, что навечно стала для лишь элементом интерьера, к которому более никогда не возникало желания прикоснуться; его тело потеряло способность вырабатывать адреналин, что сделало многие вещи попросту бесполезными – Аарена больше не восхищали физические упражнения и поединки, не вызывали восторга головокружительные взлёты и падения, которыми юные ученики Вольных Городов порой забавлялись, взбираясь по отвесным скалам и прыгая в бушующее море, равнодушно подхватывающее ребячливые крики глупцов, которым буквально через пару лет будет суждено навечно упокоиться в своих могилах.
Если им, конечно, не повезёт остаться тем единственным, кому будет присвоено звание некроманта Вольных Городов.
Он избавился от всех своих товарищей. Они вместе сделали это - он и Круан, заключив тайный союз, просуществовавший всё недолгое время их смертоносного обучения. Порой это казалось действительно лёгкой задачей - ведь люди, по самой своей природе, были невероятно хрупки.

- «Мы все просто оболочки, состоящие из мяса, костей и крови, - говорил Немиусу человек, владевший им на протяжении более чем пятнадцати лет. В тот момент в его руках был тонкий, изящный клинок, с которым Джулиус упражнялся, стремясь как можно более точно повторить движение, обязанное принести ему победу на ближайшей дуэли. Улыбка господина никогда не предвещала Аарену ничего хорошего – только лишь боль, с которой знаменитый фехтовальщик познакомил его уже очень и очень давно. – Тебе могло показаться, что ты - особенный… - некромант помнил, как Джулиус, просто ради забавы, на несколько миллиметров вонзил в его плечо лезвие своего меча. Это происходило уже не в первый раз – в конце концов, Немиус был для него не более, чем разумной вещью, способной выполнять полезную работу. – Но твоё тело говорит об обратном, - продолжил фехтовальщик, с возбуждением смотря на тонкую струйку крови, скользнувшую по коже светловолосого парня вниз. - Не зазнавайся, Аарен. Ты всё ещё раб, пусть и научившийся строить для меня баллисты. Твоя вольная жизнь окончена. А посмеешь столь дерзко посмотреть на меня ещё раз, - его клинок поднялся вверх. – Я выколю тебе глаз. Усвоил урок?»

В то время, Немиус только вернулся из Рак'Сатанской инженерной академии, куда хозяин отправил его для обучения изготовлению осадных орудий. Со стороны Джулиуса это был довольно неожиданный шаг, ведь в подобных школах обучались только настоящие рак’сатанцы. Для раба, находиться там – среди граждан Империи, казалось немыслимой почестью со стороны своего владельца, снабдившего его всеми необходимыми документами и привилегиями свободного человека. Лишь на время, разумеется. В конце концов, инструкторы прекрасно знали, кем мальчишка являлся в действительности.
Если бы Аарен родился в неволе, то некромант, возможно, даже сейчас испытывал бы к Джулиусу искреннюю благодарность, ведь фехтовальщик подарил ему, своей игрушке, самое ценное в этой жизни – образование. Но Немиус оглушил небеса своим первым криком именно в Нурции, родившись в семье беглых дворян, когда-то пересекших границу этого государства в надежде на спасение от гнева Императора Рак’Сатана, объявившего их род клятвопреступниками и изменниками. Бежать в Нурцию, в надежде на лучшую жизнь, в то время казалось им хорошей идеей. На деле же, молодую пару ждало лишь убогое существование безызвестных аристократов, которые были здесь совершенно никому не нужны.
Аарен помнил смутно, точно во сне, как его родители спорили о том, стоит ли им возвращаться обратно в Империю. Проверенный источник сообщил отцу информацию - все ложные обвинения, ставящие род Немиусов вне закона, были сняты.
«Милостью Великого Императора, по случаю годовщины свадьбы наследного принца, - гласил полученный им документ, - следующим знатным дворянским семействам вновь разрешается вступить во владение своими землями…»
Соблазн стать уважаемыми членами общества, носить богатую одежду и каждое утро просыпаться в роскошном каменном замке оказался сильнее любых доводов разума. Собравшись, он, старший брат, родители и младшая сестренка отправились в Рак’Сатан…
Вот только всё то, что поведал им давно знакомый дипломат, оказалось неправдой.
Так Аарен получил своё клеймо – рабскую метку, что оставалась с ним и теперь, спустя столько лет, каждый раз напоминая магу о мести, которой так страстно желала его душа.

Уже значительно позже, обреченный на мученическую смерть на галерах, почти выжавшую из него всю жизнь – каплю за каплей, и чудом обретший спасение благодаря некромантам Вольных Городов, Немиус наглядно продемонстрировал, что наставления его бывшего господина не прошли даром.
Закон сильных. Убей остальных или убьют тебя. Посвящение может пройти лишь один из класса.
Остальным уготована только смерть.

Лицо Лианны до сих пор стояло у него перед глазами. Она думала, что он позвал её в ту башню ради поцелуя, страстно желая её, как уже не раз поступал до этого. Была уверена в том, что Аарен никогда её не предаст.
Вместо этого он столкнул её вниз. С высоты, достаточной, чтобы переломать и куда более крупному человеку все кости. Почему она не умерла сразу же? Немиус помнил, как медленно спускался по холодным ступенькам, попеременно чувствуя, как озноб сменяется жаром; выглядя невероятно больным – бледным и дрожащим, точно прокаженный. Ему пришлось обнажить клинок и перерезать горло той, кого Аарен однажды вполне мог полюбить. В другое время. С другой судьбой. Если бы только правила Вольных Городов были хотя бы немного снисходительнее…

И вот итог. Он справился. Убил их всех. Прикончил собственную совесть и все прочие чувства, что делали его человеком. Кто он теперь? В какое существо обратился?
Остались лишь эмоции. Воспоминания. Представления о том, какими вещи должны быть. Всего прочего, Аарен был лишён. Навсегда.
Холод стал его вечным спутником. О, об этом Немиусу тоже говорили, но лишь умерев некромант действительно понял, какого это – чувствовать прикосновение смерти. Каждую секунду. Каждый миг. Стылое, отвратительное ощущение, словно бы вытягивающее все те малые крупицы жизни, которые у него все ещё оставались. От этого было не скрыться, не спрятаться, не убежать. Только терпеть, используя ману, чтобы отогнать смерть как можно дальше. Не позволить ей забрать себя в то мрачное царство, куда уже давно отправились его семья и друзья.
Пламя камина, многочисленные огоньки свечей, тёплое солнце… всё это помогало, но больше морально, чем фактически. Аарену нелегко было объяснить любовь некромантов к подобным вещам, но если их тела всё ещё и могли чувствовать хоть что-то, то тепло было тем единственным, что связывало мертвецов с миром живых людей.

«Вестник смерти». Прекрасный галеон, огневой мощи которого завидовали многие феодалы – более чем семидесяти невероятно точных магических орудий обычно было достаточно, чтобы раз и навсегда разобраться с любой возможной угрозой. С помощью него можно было даже захватить прибрежный город, если, конечно, завоевателей устроили бы руины, в которые зачарованные ядра превращали любые фортификационные укрепления.
Была только одна проблема…
Управление им истощало его силы.
Ещё никогда Немиус не был так близок к окончательной смерти. Два месяца слились для него в один день. Бывало, что Аарен и вовсе терял сознание, просыпаясь только когда костлявой оставалось совсем немного для того, чтобы вытащить его душу из уже мёртвого тела и утащить за собой, оставив в каюте лежать лишь отвратительный, постепенно разлагающийся труп.

Услышав звук шагов, Аарен несколько заторможено повернулся, точно был удивлён тем, что кто-то вообще мог навестить его – на долгое время ставшего самим кораблём, не знавшим отдыха и не ведавшего усталости…
И уж точно никогда не имевшего друзей.
Вздрогнув, когда аура смерти накрыла его, даря энергию, столь желанную некроманту, Немиус с трудом улыбнулся и крепко обнял Рыцаря Смерти – самого близкого друга и брата, который у него когда-либо был.
- Круан… - Аарен отступил на шаг назад, после чего взял из рук воина кувшин и прикончил вино в несколько глубоких глотков. Тепло, блаженно разлившееся по желудку, показалось ему невероятно приятным. – Я так рад, что ты здесь. Кажется, я не видел тебя с того самого момента, когда мы покинули Вольные Города.
Он тряхнул головой, всё ещё пытаясь прийти в себя.
- Прости, «Вестник смерти» отнимает все мои силы. В действительности, я не помню, что делал в то время, пока не был занят управлением нашим великолепным галеоном, - Немиус пожал плечами и хмуро усмехнулся. – Возможно, только этим я и занимался.
Аарен обдумал услышанное. Ему действительно не помешала бы помощь, но…
- Эти воды мне незнакомы. Я не знаю, существует ли здесь опасность сесть на мель и есть ли поблизости маяк, показывающий направление. Думаю, что я справился бы, будь вся эта информация для меня доступна.
Зачем-то поставив кувшин на лакированные доски палубы, Немиус откровенно признался:
- Но я чертовски устал, Круан. Ты уверен, что сможешь заменить меня на время швартовки? Что же касается Румиуса, то боюсь, ему придётся потерпеть. На «Вестнике» едва ли найдётся кто-либо, чья кровь придётся ему по вкусу.
Отредактировано 27.07.2018 в 20:32
2

DungeonMaster Bangalore
29.07.2018 17:55
  =  
От крепких и несколько неожиданных объятий воин слегка вздрогнул, но не от того, что они были для него неприятны, вовсе нет, просто Рыцарь Смерти пытался удержать в равновесии свою ношу, благо кувшин практически сразу перекочевал в руки мёртвого некроманта, а уж поймать безнадёжно соскальзывающий по подносу бокал, для бывшего убийцы из империи Рак’Сатан, особого труда составить попросту не могло. Подождав, пока его господин избавится от содержимого кувшина и отставит тот в сторону, воин услужливо подал своему хозяину бокал, с рубиновой жидкостью, от которой всё ещё поднимался тёплый парок, а после оставив поднос возле кувшина, подошёл к фальшборту, отделявшему кормовую палубу от остального корабля.

- Смогу, - тихо отозвался рыцарь, - но лишь теперь, когда мы вошли в воды Нурции и власть Сандро надо мной ослабла. Я…
Убийца повернулся к своему мастеру и, какое-то время медлил, точно подбирая слова, но лишь тряхнул головой и явно сменил тему.

- Я поймал несколько гарпий и сирен, - немного неуверенно начал юноша, - они залезли на борт, когда я играл на флейте и ни в какую не хотели уходить. Не знаю, что именно им было от меня нужно, но …
Договорить Рыцарь Смерти не смог, ибо прямиком на него спикировала тёмная тень, в полёте меняющая своё обличье и обнимающая нежить за плечи со спины.
- Попался, - игриво произнесла девушка, пожалуй, единственная, по-настоящему, живая душа в их небольшой кампании, которая, впрочем, не была непосредственным пассажиром судна и проделала весь путь на своих собственных крыльях.
– Круан, - томно позвала красавица, продолжая самым наглым образом виснуть на воине Вольных Городов, - ну поиграй со мной, или … доставь мне удовольствие. Ты же так прекрасен, под этой ужасной маской, такая потеря для мира живых.

Отказаться от того, чтобы после двух месяцев практически полного беспамятства предаться хоть какой-то радости собственного существования – одной из немногих, которые у него остались, некромант попросту не смог. Вот почему он с такой охотой набросился на кувшин горячего вина, проигнорировав даже бокал, который весьма цивилизованно подал ему Круан, как бы намекая на то, что они отнюдь не варвары из Земель Льда и Тумана, многие из которых не знали даже посуды и столовых приборов. Впрочем, когда содержимое кувшина подошло к концу, Аарен, уже куда более спокойно, поднёс бокал к своим тонким губам, позволив жидкости, вкуса которой он более не чувствовал, слегка поласкать бесполезные рецепторы собственного языка.

- «Как жаль, - в глазах Немиуса промелькнула лёгкая грусть. – Мне было достаточно и простой воды. Не стоило тратить дорогое вино на таких, как мы, Круан».

Естественно, вслух он этого говорить не стал. Некромант понимал, что ему не стоит лишний раз огорчать своего друга – ведь именно из-за него Круан сейчас находится в столь плачевном состоянии.
Скорее всего, если бы нынешний Рыцарь Смерти осознанно не пошёл на сделку с Сандро, то сейчас Аарен уже давно лежал бы в могиле. Или же его ждало бы возрождение в качестве низшей нежити – судьба, прямо скажем, не самая лучшая из всех возможных. Немиус всегда знал, что с лучшим убийцей Джулиуса шутки плохи; пожелай Круан занять его место и на то, чтобы избавиться от своего лучшего друга, у парня ушло бы от силы пара секунд.
- Сирены и гарпии, значит... видимо, их привлекла твоя ангельская игра, Круан, - произнёс некромант с лёгкой усмешкой. – Нужно приказать запереть их в клетках – ещё не хватало того, чтобы эти бестии расхаживали по моему кораблю, - он поставил бокал на поднос, заодно убрав кувшин на него же. Нужно будет отнести обратно - не нагружать же Рыцаря Смерти столь глупой задачей. - А то они как раз пустуют. Прямо сердце кровью обливается каждый раз, как вспоминаю об этом прискорбном факте. Может быть, даже выручим за этот зверинец какие-то деньги на суше – лишнее золото бы нам точно не помешало.

Учитывая, что подобные создания занимались тем, что пожирали плоть людей, клюнувших на песни сирен или попросту оказавшихся не там, где следовало бы, Аарен не видел ничего плохого в том, чтобы отдать их богатым дворянам не перевоспитание. В конце концов, монстры есть монстры, а извращенцев, любящих ощущения поострее, в этом мире везде хватает. Главное - уведомить покупателей, что ответственности за пожеванные причинные места, экипаж «Вестника смерти» ни в коем случае не несёт.

Спикировавшая на Круана тень, при ближайшем рассмотрении оказавшаяся довольно симпатичной девушкой – во всяком случае, Аарен, будучи живым, определенно нашёл бы её привлекательной, на несколько долгих секунд заставила некроманта погрузиться в размышления о природе таинственной гостьи.
- Неужто у великого дракона больше нет иных важных дел, чем приставать к моему Рыцарю Смерти? – осведомился Немиус, пристально посмотрев в глаза красавицы.

Рыцарь же даже не пытался высвободиться из объятий весящей на нём рептилии, по причудливому желанию принявшей человеческий облик. Точнее он уже пытался сделать это ранее и понял, что без применения магии — это попросту неосуществимо.
- Великого дракона твой учитель отправил вместе с тобой, чтобы моя кровь не сводила с ума его названного брата, - с той же интонацией отозвалась красавица. – Можно подумать это я виноват в том, что случилось с Раак’наром. Я предупреждал его о последствиях, кто же виноват в том, что он не слушал.

Нальфейн ещё с пару мгновений подумал, а затем отпустил Рыцаря Смерти. Как ни странно, но на дракона аура Смерти похоже не оказывала ровным счётом никакого влияния, впрочем, и у этого необычного явления было своё понятное объяснение. Правда известно оно было далеко не многим. Обогнув свою добычу и продемонстрировав капитану корабля прекрасно выделяющиеся в обтягивающей одежде ягодицы, точно специально слегка чуть подавшиеся ближе к некроманту, когда девушка с задумчивым выражением на лице чуть нагнулась, рассматривая крепления маски убийцы. Но затем, ловко поддела её, явив миру невозмутимое выражение абсолютного спокойствия, в котором сейчас и пребывал воин.

- Почему? – крайне недовольно протянула девушка, обхватывая маску двумя руками и строя крайне разочарованное выражение на лице, - ты же ещё ночью казался совсем живым и играл на флейте ту чудесную мелодию, так почему сейчас ты выглядишь точно так же, как и прочие болванчики Сандро?

- Мастер, вам не стоит волноваться о незваных гостьях. Я «расселял» их в новые «апартаменты» сразу по прибытии, посему на корабле могут свободно передвигаться лишь ваши соратники и рабочая нежить, - слегка склонив голову отозвался Рыцарь Смерти, совершенно игнорируя не только действия, но и само наличие дракона перед собой.

- Ты читаешь мои мысли, Круан, - довольно кивнул Аарен, лишь слегка мазнув взглядом по формам девушки, которые живым людям должны были казаться весьма привлекательными. Говоря иначе, он совершенно игнорировал столь прекрасное зрелище и смотрел Рыцарю Смерти прямо в его изумительные глаза, более не скрываемые маской благодаря крайне учтивым действиям Нальфейна. – Я всегда знал, что могу на тебя рассчитывать. Вижу, что и с ролью капитана ты справишься не хуже меня.

Слова драконицы не удивили некроманта. Он и без того знал, что Сандро сделал с Круаном нечто странное, но…
Вот уж кто-то, но Аарен был только рад подобным экспериментам. В конце концов, именно благодаря им его лучший друг сохранил частичку былой личности, и за это Немиус лишь ещё больше превозносил гениальность и милосердие своего учителя.

Сделав шаг в сторону и попытавшись обойти Нальфейна, чтобы положить руку убийце на плечо, некромант тепло улыбнулся Круану, продолжая усиленно делать вид, что они находятся здесь только вдвоём.
- Спасибо, что избавляешь меня от части работы, которой ты вовсе не обязан заниматься, - в глазах Аарена читалась настоящая, искренняя благодарность. - Я очень ценю это. Правда. Хочешь, чтобы я постоял вместе с тобой, пока ты управляешь «Вестником смерти»?

Рыцарь Смерти улыбнулся Аарену, от чего дракон инстинктивно отошёл от убийцы на пару шагов назад, пропуская некроманта ближе к этой, явно «неисправной» машине убийства. За тря десятилетия, что Нальфейн провёл в Вольных Городах он видел многое, но подобной нежити не имеющей кровавых уз с вампиром, не встречал ещё ни разу. Собственно, в этом и крылась проблема. Рыцари Смерти были не способны на создание связей с живыми, но и добровольно под нож никто из них не ложился, а уж в столь юном возрасте… и подавно.

- Почему? – как-то странно, совсем иным голосом произнёс дракон. - Зачем ты добровольно отдал свою жизнь Предвечной? Ты – чудовище, Круан! Ненавижу тебя, ненавижу!
Буквально взвизгнув последние слова, рептилия взмахнула руками, что обратились в могучие крылья, едва не сдувшие мертвецов с палубы, и взмыла в верх. А Рыцарь Смерти только тяжело вздохнул и отвёл взгляд в противоположную от Аарена сторону, не желая смотреть на некроманта. Он не знал есть ли на его лице осуждение или же нет, просто память услужливо напомнила ему почти такую же ситуацию, но произошедшую между ними уже более трёх лет назад.

- Прости, - тихо начал убийца, - но я тоже не знаю вод Нурции и на швартовку галеона у меня может уйти целый день, а то и больше. Думаю, тебе лучше пойти и хорошенько отдохнуть перед встречей со знатью Нурции, Аарен. Я пришлю слуг, когда закончу здесь.

Намного позже, когда светило уже окончило свой дневной путь и последние его лучи догорали, окрашивая небеса в цвета крови, к мёртвому маги прибыли присланные Рыцарем Смерти скелеты, возвестившие о том, что корабль успешно вошёл в порт Карнаэн и уже почти завершил швартовку.
НальфейнКруанСирена (примерный вид в воде и на суше)Гарпия (примерный вид)
Отредактировано 29.07.2018 в 17:55
3

Аарен Немиус Lottarend
06.08.2018 08:55
  =  
Аарен не стал перечить Рыцарю Смерти – в конце концов, некромант слишком доверял Круану, чтобы идти против его воли. Немиус понимал, что действительно сильно вымотался - пожалуй, чересчур для той миссии, которая ему ещё предстояла; небольшая медитация наверняка восстановит часть сил, достаточную, чтобы Аарен мог предстать перед дворянами в лучшем свете.
- Да, так и поступлю. После того, как осмотрю трюм и зайду, чтобы поговорить с Римиусом по поводу его голода, - некромант легонько хлопнул Круана по плечу. – Если что, ты знаешь, где меня можно найти.
Подхватив с пола поднос, Аарен огляделся по сторонам. Три скелета, выглядящих достаточно грозно: с палашами у пояса и щитами за спиной, занимались тем, что надраивали палубу «Вестника смерти». С точки зрения самого Немиуса – занятие не такое полезное, чтобы не воспользоваться помощью рабочей нежити… пусть даже и для того, чтобы нести за ним этот несчастный поднос.
Закрыв глаза, Аарен сконцентрировался, пробуждая управляющие потоки некромантии, контролирующие само существование скелетов, когда-то насильно поднятых из своих могил. Ни грамма мозгов - лишь простое исполнение приказов, понимание которых было заложено мёртвыми магами Вольных Городов.
- Ты – понесёшь этот поднос, - велел Немиус одному из них. – Вы двое, будете защищать меня, если это потребуется.

Не то, чтобы Аарен действительно не доверял никому на «Вестнике смерти»… во всяком случае, Круан точно был вне всяких подозрений. Но остальные - это просто змеи, которые с радостью вцепятся ему в глотку, если подобное будет в их интересах. Немиус прекрасно знал, что ученики Сандро, как правило, не выживают, погибая при самых нелепых и таинственных обстоятельствах. Несомненно, в Вольных Городах была своя борьба за власть и, к сожалению, пройдя обряд посвящения, Аарен невольно присоединился к этому клубу существ, что были вынуждены вечно оглядываться через плечо, ожидая увидеть тех, кто изо всех сил желал их второй смерти.
Люмия – сильный некромант, которую сопровождал подчиняющийся ей Рыцарь Смерти. Избавившись от Аарена, она сможет получить более выгодную позицию в иерархии Вольных Городов и, быть может, даже обратит на себя внимание самого Сандро. Опасный противник, которого действительно стоит остерегаться. Что касается Римиуса, то вампиры всегда были себе на уме, а их жажда крови порой превращает этих опасных существ в совершенно неконтролируемых монстров, в силу своей живой природы, куда проще поддающихся манипуляциям… в отличие от уже мёртвых и потому совершенно бесчувственных некромантов, которым попросту нет никакого дела до удовольствий, свойственных обычному человеку.
О Нальфейме и говорить не приходится – о чём думает эта рептилия по-прежнему оставалось для Немиуса глубокой загадкой. Аарен лишь надеялся, что одержимость Круаном, которую только что продемонстрировал дракон, не позволит тому, скажем, просто забавы ради, когда-нибудь сжечь его самого, столь некстати прервав лишь недавно начавшееся существование некроманта.

В трюме, куда Немиус направлялся, хранились осадные машины - квинтэссенция всех его знаний, полученных во время обучения в инженерной академии. Шесть требюшетов в разобранном состоянии и десять скорострельных баллист, способных значительно повысить потенциал небольшой армии скелетов Немиуса. В Нурции, которой некромант собирался предложить свои услуги, такая техника была в новинку. Власти этой страны слишком полагались на своих магов, даже не думая о том, что с десяток осадных машин, оснащенных соответствующими магическими снарядами, легко могли бы заменить волшебников на поле боя.
- Неплохо поработали, - сподобился на похвалу Аарен, убедившись в том, что осадные орудия по-прежнему находятся в превосходном состоянии. За это на борту отвечала специально обученная нежить – скелеты, в пустые черепа которых Немиус буквально вшил алгоритм заботы о таких хрупких, недолговечных деревянных машинах.
Что касается сирен и гарпий, то некромант лишь слегка скользнул по ним взглядом. Довольно привлекательные женские тела, без сомнений. Если покупатели найдутся, за этих восьмерых любителей флейты наверняка получится выручить хорошую сумму денег.

- И даже не пытайтесь меня завлечь, - бросил Немиус, проходя мимо встрепенувшихся девушек. – Предложить вам мне нечего. Разве что, я услышу что-нибудь действительно ценное… нечто такое, что можно обменять на вашу свободу.
Особо он ни на что не рассчитывал. Слухи о потонувших судах его мало интересовали.
Конечно, если только речь не шла о галеоне, до верху набитом золотыми монетами.

Девушки молча смотрели на мертвеца. Повисшую тишину нарушал лишь скрип «Вестника», который резко накренился вправо, обходя очередной риф, которого не было ни на одной морской карте и который вовремя заметила аура Рыцаря Смерти. Также едва слышалось дыхание прелестниц и редкое хлопанье крыльев. Но ни одна из пойманных красавиц не желала идти на сделку, пока не подала голос сирена, сидевшая отдельно от остальных:
- Твоё предложение не ценно для нас, мертвец, - у девушки был необычайно приятный мелодичный голос. В её волосы были вплетены драгоценности и золотые украшения, а тончайшее одеяние совсем не скрывало привлекательного тела Сирены. – Мы легко выберемся из любой клетки, созданной людьми. Предложи мне нечто более ценное, скажем, возможность путешествовать с тобой по их миру и тогда, я расскажу тебе о сокровищах, что эти глупцы не видят даже перед самым своим носом.

- Вот как? Позволю себе в этом усомниться, - произнёс Аарен, заткнув пальцы за пояс и с любопытством смотря на заговорившую с ним девушку. - Не думаю, что вам нравится сидеть голодными и послушно ждать своей участи. Да и в любом случае, стража легко пустит вас на ломтики, если вы попытаетесь покинуть место своего текущего обитания. Но спасибо за предупреждение - я обязательно трижды всё проверю, когда соберусь продавать вас местным дворянам для любовных утех.
Он вновь окинул сирену задумчивым взглядом.
- Так ты, значит, главная в вашей компании любителей повилять хвостиком?

Сирена только пожала своими плечами, позволив локонам шёлковых волос с лёгким шелестом скользить по бархатной коже.
- Мы не голодны, - отозвалась девушка, рассматривая кончики своих ногтей. - Юноша с флейтой, он кормит нас рыбой и расчёсывает. Не лучшая пища, стоит сказать, но выбирать не приходится. Никто из нас не прожил бы без еды и недели, а я здесь почти месяц. Итак, за мной ухаживают, кормят, а по вечерам играют на флейте, какой резон мне уходить отсюда?
Сирена рассмеялась заливистым смехом.
- А если ты продашь меня человеку, то я стану жить как царица, ведь люди готовы на всё ради моей благосклонности. Гарпиям хуже, они маги иллюзий, а не чар обольщения, но тоже своего не упустят. Так скажи мне мёртвый маг, что я могу получить от тебя за сведения о магическом артефакте или о месте, где на дне лежат горы золота, на что ты готов за подобное?

Вообще говоря, некромант не отказался бы получить "дополнительное финансирование" в деле обеспечения своей маленькой мести, но ему сильно не нравился вольготный тон этих созданий. Сведения о золоте, которое покоится на дне, несомненно были достаточно ценны уже сами по себе, но поднять его обратно на бренную землю представлялось несколько проблемной задачей.
Оценив риски и то, что в ближайшее время ему точно будет не до поиска сокровищ, Аарен решил не идти у столь словоохотливой сирены на поводу.
- Вот и славно, - подвёл итог он. - Значит сопротивляться при продаже не будешь. Может и мне следовало быть таким же послушным в своё время - глядишь до сих пор бы блистал гладкой и нежной кожей, а не служил ходячей иллюстрацией из учебника по фехтованию.
Уже развернувшись, чтобы уйти, некромант добавил:
- Да, чуть не забыл. Юноша с флейтой сейчас занят, так что кормить и вычесывать вас будет некому. Придется вам, уважаемые царицы, побыть в столь низменных условиях ещё какое-то время. Не стесняйтесь, выползайте в море за добычей, если вам вдруг наскучит подобное времяпровождение.

- Шкуру можно и поправить, - фыркнула в след некроманту сирена, - тоже мне великая задача восстановить кожу мертвеца. Впрочем, тебе же не интересны ни красота, ни башня твоего мёртвого собрата, ни золото погибшей империи, так что да, пока не приведёшь жирненьких покупателей, говорить нам, действительно, больше не о чем. И можешь даже не смотреть на остальных, они не знают твоего языка, так что что бы ты им не пообещал, всё будет в пустую.

Пообещай она хоть артефакты самого Сандро, прямо сейчас Аарена это действительно мало волновало. Собственное душевное спокойствие было для него куда более предпочтительнее того психического стресса, который он испытает, терпя подобное создание в качестве члена своего экипажа.
- Ладно, говорливая моя. Как бы я не любил спрятанные сокровища, компания подобных девушек действует мне на нервы. Иногда молчание - настоящее золото, - махнув рукой ближайшим скелетам, некромант коротко велел: - Возьмите эту сирену и бросьте её обратно в море.
"Ещё одна Люмия на этом судне - явный перебор, - подумал Немиус, представив, сколько бы от пойманной Круаном пленницы было проблем. - Жаль, что она слишком ценна, чтобы избавиться и от неё тоже".

Слова некроманта вызвали у красавицы лишь новый приступ самого настоящего хохота.
- Ты решил отказаться не только от знаний, но и от денег за моё тело? - всё ещё смеясь и утирая враз выступившие слёзы спросила сирена, - неужели я настолько страшная, что пугаю тебя некромант? Ты ведь тот самый Аарен, да? Человек, которого всей душой любит юноша с флейтой. Человек, из-за которого наши чары бессильны. Интересно, а ты любишь кого-то, может мне запеть? Тогда мы точно это узнаем, правда, тогда ты не выкинешь меня, а будешь на руках носить, вот же задача.

- А это интересно... - протянул Немиус, после чего подал ещё один знак скелетам, на этот раз велев им отступить на шаг назад от клетки, которую те только что распахнули. Неожиданно для самого себя, некроманта охватило некое подобие азарта, столь сильно любимого им прежде.
- Поступим вот как, - в конце концов решил Аарен, смотря на девушку с лёгкой улыбкой. - Начинай петь. Пока ты будешь делать это - тебя никто не тронет. Я же выслушаю тебя до конца. Если твоё прекрасное пение сможет меня очаровать, я окажу тебе почести, которых заслуживают богатые леди и позволю сопровождать меня на берег. Если же нет...
Некромант качнул головой. Его голос звучал спокойно и ровно, точно он рассуждал о чём-то до крайней степени обыденном - вроде того, чтобы приготовить свежепойманную дичь себе на ужин.
- Ну, для начала, я просто перережу тебе глотку. Затем - подниму вновь в качестве нежити. Если мне повезет, ты будешь разумной в достаточной степени, чтобы выложить всё, что в действительности знаешь об этой таинственной башне и обо всё остальном. В ином случае придётся найти твоему телу какую-нибудь простую работу... придумаю что-нибудь. Или избавлюсь. Одно из двух.
Он пристально посмотрел на сирену. Холодным, точно вымораживающем до костей взглядом.
- Приступай.
4

DungeonMaster Bangalore
10.09.2018 09:23
  =  
Улыбка медленно сползла с лица высокомерной сирены. Впрочем, ни страха, ни, тем более, ужаса, на нём так и не появилось. Скорее недовольство и лёгкое замешательство от происходящего. Причин тому было много и главная из них – рассвет, чьи лучи уже проникали внутрь прекрасного галеона из империи мертвецов. Да, они пока давали крайне мало света по сравнению с магическими лампами, что зажглись по всему периметру трюма, стоило некроманту сделать вниз всего лишь один шанс, но их свет – естественный свет, заставлял магию мёртвый меркнуть. И, похоже, нечто подобное происходило и с сиренами. А потому, стоило девушки открыть рот и пропеть первые несколько слов чарующей песни, как по всему трюмы поднялся самый настоящий гвалт и шипение, что издавали как гарпии, так и сирены. Впрочем, после нескольких резких фраз со стороны высокомерной красавицы, все остальные сочли за мудрость захлопнуться и смирно ждать развязки происходящего.

Выходило, что пропетое девушкой предложение, не несло в себе магии, быть может оно было всего лишь названием или обращением к тому созданию, что сочинило эти песни когда-то? Ох, если бы только Нальфейн был здесь, то одно имя Лилианны, заставило бы его вздрогнуть, но отнюдь не от ужаса, перед создательницей песен, а перед тем, какую власть над душами бессмертных они могут дать.

Об этой истории знала лишь кровь юного императора драконов, она произошла задолго до рождения этого мира, что считал себя единственным во всём Мироздании, но отнюдь таковым не являлся.

Песня эльфийки, приручившей своего бога и получившей над его сердцем пусть и всего лишь иллюзорную, но абсолютную власть, всего на один день. Жрица обречённого народа эльфов стала повелительницей над всеми мирами и жизнями. Тот самый день, на который она смогла сделать бессмертного собственной игрушкой. Он был краток, но и этого оказалось достаточно, чтобы спасти обречённый на мучительную смерть народ, дать им новый мир и новую жизнь.
Легенда, что была воспета бардами, а затем бесцеремонно утеряна иными народами, кроме драконов. И всё же… остались те, кто помнил…

Сладкий, томный голос сирены заполнил всё пространство трюма, заставив горизонт в глазах нежити покачнуться. Безмозглые скелеты и те попадали на пол точно кучки бесполезных костей, которыми в сути и являлись. А самому некроманту пришлось опереться о ближайший столб, кажется являющийся основанием одной из мачт «Вестника смерти». Удивительно, но обычно чистое сознание нежити стало затуманиваться, точно от крепкого вина.

Мысли путались ощущения – то, чего, казалось бы, и не должно было остаться у мертвеца, навязывали ложное представление о мире. А самое страшное – от этого было практически невозможно спрятаться. Единственная лазейка – сердце, что должно было любить кого-то, всё ещё испытывало смятение от убийства девушки, с которой Немиус был близок столь долгое время, равно как и те чувства, что нежить питала к Рыцарю Смерти…

Чарующая песня, которую сопровождали мерные удары волн о борта галеона захватывала некроманта точно войска, штурмующие крепость, вот только стены были не из монолитного камня, как замок его учителя, а из дешёвых человеческих кирпичей, грубо обтёсанных и уже долгое время не ремонтируемых добродетельным лордом.

И в момент, когда оборона этих стен была уже почти полностью прорвана, точно из ткмана послышался столь знакомый голос Круана:

- Мастер, по левому борту стал виден берег Нурции. Не желаете взглянуть на знаменитый залив «Драконьих когтей» и горный хребет? Полагаю, сейчас он предстанет перед вами в большем великолепии, чем когда мы пристанем к берегу.
5

Аарен Немиус Lottarend
24.10.2018 05:12
  =  
Её песнь проникала в душу. Порабощала. Усмиряла. Заставляла видеть в надменной сирене ту, кем она попросту не могла являться. Аарен знал, что если бы он поддался хотя бы на миг, если бы позволил себе закрыть глаза и погрузиться во власть необычных, но чрезвычайно могущественных слов, оказавшихся гораздо сильнее того примитивного волшебства, которое он прежде рисовал в своём воображении, он бы ощутил их – женщин, которых желал видеть рядом с собой.
Лианну, тянущуюся за поцелуем. Маленькую сестренку, клянчащую у братьев угощения. Улыбающуюся мать, ласково треплющую своего сына по голове.
Сирена может стать любовницей и дарить ему то тепло, о котором Аарен так мечтал в своё время. Она в состоянии и быть ему другом, поддерживая во всём, пока он предоставляет ей - этой особе, ведущей себя с воистину королевским величием, то, чего она желает достичь. Сирена станет кем угодно – если это будет нужно для дела.
Песня позволяла этой девушке совершить любое перевоплощение… по крайней мере в глазах тех, на кого она будет воздействовать. В реальности же, всё ложь, обман, притворство. Отношения, основанные на материальной выгоде и разуме, что затуманен чарующим волшебством.
Аарен знал всё это. И прекрасно понимал, что просто не может поддаться на столь грубую манипуляцию, не может позволить себе оказаться опозоренным перед милостивым учителем, давшим шанс далеко не самому талантливому мальчишке возвыситься и отомстить. В конце концов, не мог позволить пленнице диктовать свои собственные условия.
И всё же…
Он поддавался.
Одно из двух зелий, на время дарующих некое подобие жизни, могло позволить Аарену насладиться её телом: плавные изгибы фигуры, привлекательные, довольно приятные формы, красивое личико – всё это начало вызывать в нём необычное волнение. Умерев и ощутив тот лютый холод и пустоту, что окружали каждого некроманта, Немиус предсказуемо начал тянуться к жизни; знание рецепта, который был способен вернуть утраченные ощущения – пусть и всего лишь на полчаса, поначалу заставляло испытывать настоящую ломку, которой весьма ярко способствовали воспоминания, многие моменты которых – совершенно привычные, обыденные для каждого человека, теперь начинали казаться настоящим блаженством. И тем не менее, он ни разу не приготовил его. Даже когда Сандро вручил два этих эликсира в дорогу, Аарен пообещал себе, что никогда не притронется ни к одному из них. Зачем было становиться нежитью, если тебе так дороги чувства, ощущения, само восприятие жизни? Неужели только затем, чтобы и после окончательной смерти будто бы стать наркоманом, стремящимся к изготовлению волшебных снадобий и предающемуся забвению в ощущения, которых отныне был лишён?
Аарен напомнил себе, что сам убил Лианну. Вспомнил о том, что его семья взята в рабство и, скорее всего, к текущему моменту уже давно мертва. Существовал лишь один человек, который действительно любил его – и он до сих пор рядом с ним. Пусть и в том виде, подчиненный такой судьбе, которой Немиус не желал никому.
Голос Круана развеял иллюзию. Он подумал о том, какое удовольствие получает от их славных, таких запоминающихся бесед и вспомнил о том ощущении спокойствия, что всегда разливалось по телу, когда его названный брат стоял рядом с ним. Вспомнил тепло, которое испытывал, когда руки Круана касались его, а ещё о той жертве, на которую Рыцарь Смерти пошёл, чтобы спасти ему жизнь.
Аарену не нужно ничего иного.
У него уже есть всё.
- «Благодарю тебя, Круан. Я обязательно присоединюсь к тебе, но… немного позже. И спасибо. Пожалуйста, будь и дальше в моих мыслях. Как можно чаще».
Медленно выпрямившись, придерживаясь одной рукой за столб, Аарен спокойно взглянул сирене в глаза. Нет, ему не стоит её убивать. Она ещё может пригодиться.
- Как тебя зовут? – прямо спросил некромант, не кичась больше положением и не играя роль надменного рабовладельца, которым никогда не являлся. Он вновь был учеником Сандро, который должен думать лишь о выполнении порученного ему задания.

- «Что-то случилось?» - тут же отозвался убийца и одновременно с этим галеон довольно ощутимо тряхнуло. Видимо потеряв концентрацию Рыцарь Смерти слегка не справился с управлением. Для такого мощного судна эта царапина ровным счётом ничего и не значила, но сам факт того, что мертвец не в состоянии сохранять свой разум спокойным, говорила о многом...
Официально Император нежити назвал Круана Рыцарем Смерти, но, что именно он сделал с ним, знали лишь двое. Сам Сандро и юный убийца, что всё же лишился в том ритуале своей жизни и тепла. Однако это поведение было слишком странным, переменчивым. Точно названного брата Аарена разделили на двое. Часть стала леденой машиной для убийства, спокойно и непринуждённо забирающей жизни, но другая... она сохранила то, кем был Круан при жизни. И теперь, это создание, точно подбрасываемая вверх монетка, могло оказаться как тем человеком, которого некромант прекрасно помнил, так и слугой Предвечной, что не знает ни чувств, ни усталости.
Как бы там ни было, но Сандро предупредил своего ученика как о некоторой нестабильности его телохранителя, единственной целью которого, помимо служения Предвечной, является защита всё ещё довольно молодого мага, так и о том, что даже он не знает, что ждёт Круана спустя несколько лет. Быть может его названный брат вернёт себе собственный рассудок, сумев продраться сквозь магические плетения, а со временем даже сумеет обрести и зачатки ощущений, что приблизят его к обычным людям, но имеет право на существование и иная вероятность, по которой Круан исчезнет навсегда, став лишь Рыцарем Предвечной. Со слов Учителя, Сандро устраивает любой исход, так как в любом случае Империя Вольных Городов получит в свои руки убийцу с крайне редким даром - возможностью слышать голос своей Госпожи.
- Имя? - переспросила сирена и слегка испуганно подалась назад. По-видимому, одним этим вопросом Аарен выдал с потрохами тот факт, что не подчинился магии пения прекрасного существа. - У нас нет имён, что могли бы правильно произнести люди или нежить. Да и зачем оно тому, кто в любом случае собирается избавиться от меня?

- "Одна из сирен попыталась повлиять на меня своей песней. Я сам отдал ей этот приказ, так что не спеши убивать её, Круан, - мысли Аарена струились, подобно бурному ручью, намекая на интерес, который некромант испытывал к происходящему. - Я знаю, что это было, по меньшей мере, безответственно, но среди пойманной тобой добычи нашёлся интересный экземпляр и мне очень хотелось испытать её. К несчастью, моя ментальная защита оказалась не так крепка, как я предполагал. Тем не менее, это уже не важно - ведь благодаря тебе я смог устоять".
Горячая волна благодарности на мгновение прокатилась по телепатическому каналу связи, позволяя Рыцарю Смерти почувствовать, насколько Немиус признателен брату за столь своевременную поддержку, хотя последний, должно быть, едва ли понимал, насколько значимыми для некроманта были их странные отношения.
- "Эта сирена - могущественная волшебница. Преданность подобного создания может заставить многих мужчин склонить головы, признавая власть Вольных Городов. Кроме того... признаюсь, её магия кажется мне интригующей. Я бы хотел понять природу этого странного волшебства, хотя данная цель, разумеется, вторична по отношению к нашим текущим задачам".
При воспоминании о семье, навсегда утраченной по воле правителя империи Рак'Сатан, мысли Аарена приобрели на редкость холодный оттенок. Он желал мести, и эта потребность, завёдшая их с Круаном так далеко, была тем единственным, что ещё удерживало Немиуса в этой отвратительной оболочке. Как некромант, он мог бы убрать все шрамы, украшающие это тело, когда-то изуродованное его господином; мог бы изменить свою внешность, придав плоти новые очертания, но Аарен отнюдь не восхищался собой - он презирал то, что сделал, и проклинал себя за боль, которую пришлось испытать Круану по его вине.
- "Я присоединюсь к тебе, как только окончательно улажу здесь все вопросы. Только прошу, брат, не отвлекайся. Я знаю, как тяжело управлять "Несущим Смерть" и не хочу, чтобы у тебя возникли из-за меня проблемы".
Послав это лёгкое, заботливое предупреждение, Аарен вновь перевёл взгляд своих странных жёлтых глаз, до того словно бы смотревших в пустоту, обратно на сирену, явно что-то прикидывая в уме.
- Я изначально не собирался тебя убивать. Просто желал испытать твою смелость, - признался некромант, растянув свои бледные губы в улыбке. - Меня восхитило используемое тобой волшебство и уверенность в собственных силах. Знай, что те, кто находятся рядом со мной, не должны быть заурядными личностями, покорными, точно бездушные слуги - их у меня и без того в достатке. Мне нужны верные подчиненные, способные действовать, полагаясь на опыт и собственный разум, и ты можешь стать одной из них - если этого пожелаешь.
Немиус хлопнул в ладоши, невидимыми для посторонних движениями восстанавливая управляющие заклинательные нити, тем самым заставив рухнувших скелетов вновь встать на ноги. Короткий жест, и мёртвые солдаты разворачиваются, чтобы удалиться прочь - они больше не понадобятся в данный момент.
- Платья, украшения, деньги... если ты хочешь этого, то для меня не составит проблем даровать тебе нечто подобное. Просто пой для тех, на кого я укажу, когда мне это потребуется - и проси всё, чего пожелаешь. В разумных пределах, разумеется. А теперь... идём, Целестия. Я покажу тебе твою комнату.

- «О, вот оно как», - отозвался юноша, на первые слова мёртвого мага, а затем в очередной раз подкинутая смеющейся судьбой "монетка" не лишила Аарена его названного брата, подменив обычно доброго и отзывчивого Круана статуей, с душой, что без всяких сомнений была отлита из проклятого льда, окружавшего замок их Учителя и уж точно не имеющая ничего общего с тем человеком, которого, как казалось некроманту, он знал, как самого себя.
- «Воля ваша, Мастер», - холодно и крайне отстранённо отозвался бывший убийца, его ответ, это идеальное следование приказам, выровнявшийся корабль, что стал стремительно набирать ход, ловко лавируя даже в незнакомых для бывшего убийцы водах – всё это говорило, что некромант вновь потерял своего друга. Оставался лишь вопрос о том – сколь долго Предвечная будет пытать разум Круана, насаждая некогда милому мальчику, испорченному собственным отцом и лигой убийц Рак'Сатана мысли и волю, что слышали лишь такие же отмеченные прихотью богини Судьбы несчастные. Они не считались ни с кем и ни с чем, кроме своего хозяина и богини, причём последняя могла настоять на своём, а порой и зайти куда дальше. На одном из уроков, обычно немногословный Сандро разошёлся, тогда ещё почти перед целым классом из пяти учеников, лишь недавно вернувшихся в холодный зимний замок, что казался им невероятно натопленным и жарким после холодных горных ветров и вечного снега:
- Доподлинно нам не известно, что это: стоны жнецов или, быть может, желание непосредственно самой богини, дарующей нам вечность и бесконечные силы для изучения аспектов мира, но … Я помню, как на моих глазах верные мне Рыцари Смерти без каких-либо разъяснений начинали убивать людей. Их не волновало мирный ли это корабль торговцев, прибывший в порт в поисках выгодной сделки или новорожденное и совсем невинное дитя. Они пытали или же лишили их жизни единым ударом, что не сможет остановить ни один из смертных.
Рыцари слушаются некромантов, но далеко не всегда наш голос для них словно громкое эхо по сравнению с другим. И тем не менее, каким бы жестоким или неуправляемым не казался ваш спутник, он делает всё это не по своей воли, и уж точно не для получения удовольствия, нет! Им двигает только прихоть Предвечной, её шёпот, заставляющий забирать в леденящие объятья Смерти новую душу, насыщая вечный голод богини теплом затухающей жизни. Я ничего не могу обещать вам. Рыцари поклялись защищать нас, но… если вы пойдёте против воли и желаний Предвечной… ваш страж убьёт вас! – А через несколько лет, когда молодой некромант уже потерял и брата, и собственную жизнь, учитель продолжил, - Война – прекрасный способ получить её благосклонность. Я уничтожил не одну страну за то, чтобы иметь возможность управлять всеми её порождениями, точно собственными слугами. Если хочешь вернуть его – убивай! Заставь кровь литься ручьями, избавься от человечности, и Предвечная вернёт тебе Круана, но будь осторожен. Я не хочу потерять ещё одного ученика из-за его привязанности к тому, кого больше нет, или глупой мести…
Мгновение и ледяная волна ауры Смерти, прокатилась по галеону накрыв собой весь этот огромный корабль и заставив затрястись от ужаса даже горделивую сирену, должно быть впервые ощутившую самый настоящий животный страх и пробирающий не только до костей, и царапающий саму душу холод, столь близкий к смерти, тот, который способны порождать лишь очень немногие слуги Предвечной. Стоило ли говорить, что старания скелетов, потративших всё это довольно долгое путешествие на уход за осадными машинами, едва не пошли от этой магии, покрывшей проклятым льдом буквально каждую дощечку на «Несущем Смерть», гарпиям под их пушистые хвосты? В то же самое время для самого мага это было подобно освежающему душу, смывающему усталость и дающему новые силы. Если бы сила гарпии и подействовала, то подобная атака не оставила бы от неё и следа, разметав в клочья всё нежные чувства и вернув сирене вид перемазанной в тине девушки с грязными спутанными волосами, похожими цветом на устланный водорослями песок.
- «Приказывайте, Мастер, и я всё исполню» - следующие несколько долгих мгновений, Рыцарь точно обдумывал что-то, а может просто возвращал контроль над теми силами, что задействовал. Как бы там ни было, но столь сильная магия довольно часто брала верх над слабой человеческой душой воинов Предвечной. В любом случае аура исчезла столь же стремительно, как появилась, сконцентрировавшись где-то в передней части судна. Что именно делал с ней Круан и зачем он воспользовался столь изматывающей техникой, оставалось для некроманта загадкой, но почти сразу же магический ветер стал раздувать паруса увеличивая ход галеона, давая тому разогнаться едва ли не до той же скорости, с которой совсем недавно вёл «Несущий Смерть» сам Аарен.
Девушка же, как и её соплеменницы, пушистые и не очень, забилась в самый дальний угол своей клетки и тряслась от страха не в силах ничего с собой поделать. Возможно, она даже не поняла сказанных некромантом слов…
6

Аарен Немиус Lottarend
24.10.2018 05:14
  =  
Подобное изменение, произошедшее с Круаном, заставило некроманта стиснуть кулаки в бессильной злобе. Ему не нужна была бесчувственная машина смерти. Сейчас он всей душой желал лишь одного - чтобы его друг вернулся тем, кем он всегда был, и если бы боги этого мира позволили Аарену обратить время вспять, он ни за что не позволил бы Круану стать тем, кем он являлся теперь.
- "Продолжай вести судно в порт. В случае каких-либо непредвиденных ситуаций, немедленно сообщи мне. Это - приказ. А следующее... просто слова, - произнёс некромант и мысли его окрасились болью. - Потерпи немного, мой брат. Я превращу Рак'Сатан в руины во имя Предвечной и позволю ей сполна насладиться его страданиями. А если и этого окажется недостаточно, я направлю свой гнев дальше, истребляя всех на своём пути, до тех пор, пока ты вновь не станешь самим собой".
Аарен не считал себя хорошим человеком. Он был ужасным мерзавцем и совершенно точно заслуживал окончательной смерти. Но до тех пор, пока она не придёт к нему, Немиус будет убивать - ради того, чтобы вернуть своего лучшего друга и ради мести, во имя свершения которой Круан пожертвовал собой, даровав ему шанс отомстить за погибшую, замученную до смерти семью.
Опустив взгляд на трясущуюся, забившуюся в клетке сирену, которой Аарен даровал имя "Целестия", некромант молчаливо шагнул к ней, вытащил лёгкое тело и взял девушку на руки, безо всякой брезгливости прижимая к себе морское создание, довольно мерзко пахнующее грязью и тиной. Мыслями он устремился прочь, грезя о возможностях, которые дарует песня Целестии, воздействуя на слабую волю тех людей, кого он однажды пожелает подчинить своей власти.
Комната, в которую Немиус отнёс её, когда-то была его собственной - на самом первом, раннем этапе плавания, ещё до того, как некромант решил оставить её в пользу куда более аскетичного, но также и несравненно более функционального жилища.
Грубый деревянный пол каюты был украшен бархатистым ковром, на котором стоял широкий, довольно удобный стол. Сбоку от него располагалась тумбочка с тремя зеркалами, напротив них же - роскошная кровать с балдахином, по обеим сторонам которой покоились шкафы, сверху-донизу забитые различными книгами. Иллюминаторы в каюте были заменены полноценными окнами, открывающими чудесный вид на морскую стихию.
Рядом со столом также стояла весьма приличных размеров ванна, соседствующая с несколькими бочками, наполненными водой.



Едва только Аарен зашёл внутрь, как один из корабельных скелетов, до того молчаливо ждавший своего капитана у двери, проследовал за ним и, повинуясь короткой команде Немиуса, поспешил наполнить ванну ледяной жидкостью, которая, впрочем, довольно быстро разогрелась благодаря руне огня, наспех сотворенной Аареном - одной рукой, в то время как другая пыталась тщетно удержать изо всех сил вырывающуюся сирену.
- Дальше мы сами, уйди прочь! - несколько раздраженно отдал приказ Немиус, после чего, помогая себе кинжалом и игнорируя страшный крик, которая издала Целестия, видимо, посчитав, что он собирается окончательно её добить, принялся избавлять девушку от её легкого одеяния, поскольку стянуть с неё одежду иначе в данный момент представлялось слабо возможным.
Это заняло некоторое время, но некромант всё же поместил Целестию в ванну - вместе с собой, обнажившимся и тоже забравшимся туда следом. Оказавшись в тёплой воде, которая, по мнению мага, должна была несколько успокоить сирену, Аарен резко прижал её к себе, принявшись легонько поглаживать девушку по спине, дожидаясь того момента, когда к её разуму, пораженному страхом, вернется возможность нормально соображать.

- «Будет исполнено, Мастер, - холодно и крайне отстранённо отозвался Рыцарь Смерти, как собственно и всегда, но чуть позже добавил, - Молодому некроманту это неизвестно, но если… если бы только эта душа признала главенство Предвечной, то уже давно обрела бы ту свободу, что некромант хочет ей даровать. Впрочем, даже самые извращённые из пыток моей Госпожи похоже бессильны против неё. За эти восемь лет душа так и не изменилась, а её внутренней силы хватило, чтобы поставить свои условия даже богине Смерти. Я передам ей твои слова, маг, но и ты, уважай выбор этой души, выбравшей служение смертному вместо богини, от которой напрямую зависит её существование. Не вмешивайся в битву, в которой молодой некромант всё равно бесполезен!»
То, что Рыцарь ответил, само по себе, не являлось чем-то необычным. Слуги Предвечной, хоть и обычно не выказывали словоохотливости, но при желании вполне были способны составить достойную кампанию. К тому же именно через своих преданных Рыцарей, богиня и выражала свою волю. Впрочем, право понимать и истолковывать свои слова Предвечная всегда милостиво оставляла за слугами. Но тот, кто сейчас откликнулся и управлял телом бывшего убийцы, скорее всего должен был быть Жнецом. Только они могли переносить души нежити так, как им заблагорассудится, это же объясняло ужасающую силу ауры и хладнокровность использования её на корабле, что перевозил вампира, которому такая атака также не была приятна. И похоже, в этот раз слуга был достаточно словоохотлив, чтобы пролить хотя бы каплю света на ту тьму, что сотворил с Круаном их Учитель…
Тем временем сирена медленно приходила в себя, постепенно расслабляясь в объятьях мёртвого, но вполне себе тёплого волшебника. Её кожа оказалась молочного оттенка, а волосы, с которых уже смылась грязь и тина, были цвета начищенного золота, точно тончайшие нити парчи, они лениво колыхались в воде, отражая свет магических ламп и свечей.
- Вы – чудовища, а не мы, - едва слышно произнесла девушка всё ещё дрожащим от страха голосом. Рассматривая свои прекрасные ножки, которые вопреки слухам так и не обратились в хвост. – нам нужна пища и только. Не наша вина, что люди ловят рыбу и лишают нас пропитания и всё же… теперь мои сёстры больше никогда не приблизятся к кораблям с вашими парусами…

Если бы Аарен по-прежнему был жив, то слова, сказанные этой таинственной сущностью, что сейчас говорила от лица Круана, заставили бы его кожу покрыться мурашками. Но хотя его мёртвая плоть и не отреагировала, в сознании некроманта на мгновение полыхнуло пламя злости и раздражения, которые Немиус тотчас же умело замаскировал и постарался спрятать в глубинах своей души.
- "Разумеется. Я не буду вмешиваться там, где я бесполезен", - молчаливо отозвался он.
Он не испытывал гнева к Жнецу или, что было бы и вовсе невероятно глупо, к Предвечной. Он злился на самого себя.
Только это у него и оставалась.
Посчитав, что Целестия уже достаточно успокоилась, Аарен отстранился от девушки и спокойно взглянул на её обнаженное тело.
- Да, мы чудовища. Но чудовищ боятся - и именно поэтому с ними безопасней, чем где-либо ещё... если ты, конечно, сумеешь заручиться их доверием.
Он легонько провёл пальцем по её плечу, убирая прочь налипшую грязь.
- Сейчас тебе нужно помыться, чтобы избавиться от запаха, который вызовет у обычных людей довольно неприятные чувства. Думаю, для той, кто решила изучить мир людей, это будет не лишним, Целестия.
Целестия

Отредактировано 24.10.2018 в 05:16
7

DungeonMaster Bangalore
28.10.2018 11:58
  =  
Свет магических ламп, стал постепенно тускнеть, уступая рассвету. Солнечные лучи, что ранее согревали только чёрные точно безлунная ночь доспехи Рыцаря Смерти, теперь лениво заползали и сюда. Если Румиус и впрямь больше не спит, то он наверняка невероятно «счастлив». Ход судна уменьшился до движения под лёгким бризом, вместо бушующего ветра, видимо, даже истинному слуге Предвечной не так-то и просто провести махину, каковой являлся этот превосходный галеон сквозь многочисленные рифы залива «Драконьих когтей». В какой-то момент «Вестник» довольно сильно накренился в бок, искусственно созданной при помощи магии волной, что заставило выплеснуться часть воды из ванны прямо на прекрасный ковёр, но ни удара, ни скрежета от соприкосновения с камнем так и не последовало. Корабль полностью был под контролем этого неведомого создания, что управлял телом бывшего убийцы и, похоже, очень скоро некромант сможет ступить на причал Карнаэна, одного из портовых городов своей истинной родины…

- Но, я не умею, - довольно честно ответила сирена и из-за неожиданного крена ухнулась под воду с головой. В тот же момент прекрасные ножки девушки заменил светящийся золотыми чешуйками, длинный рыбий хвост. С ним и золотистыми локонами, разметавшимися под водой во все стороны она смотрелась воистину невероятно прекрасным созданием. Совсем не похожим на то замученное создание в клетке. Видимо неволя негативно сказывалась на красоте и состоянии этих магических созданий. И даже своевременный уход и еда не могли обеспечить сохранение первоначального вида девушек в достойном состоянии…

Превращение Целистии, сопровождаемое довольно сильным всплеском, равно как и само качание корабля, привели к тому, что некроманта окатило водой по самую макушку. Его белоснежные волосы прилипли к коже, скрыв один из самых безобразных шрамов Немиуса - у правого глаза, полученный им, когда они с Круаном, выбрав время и подготовив неплохой план, попытались сбежать от своего нового хозяина - жирного торговца Разза, использующего рабов в качестве гребцов на галерах. И всё же... не смогли.

Что сделали с соблазнительным юношей, в своём возрасте не сильно отличающимся по красоте от девушек, Аарену представлять не пришлось; что касается другого, более уродливого парня, всё тело которого уже к тому моменту было расписано шрамами, оставленными тончайшим лезвием меча Джулиуса, то сперва его хорошенько резанули кинжалом по лицу - за дерзость, после чего с душой отпинали, ломая рёбра и рассуждая о том, не бросить ли раба на корм акулам. И всё же, вернули обратно за вёсла - работать. Чтобы послужил остальным примером.
Каким-то образом, Немиус умудрился выжить в тот раз. Потом, на следующее утро, к нему даже привели врача. Как выяснилось, исключительно по просьбе Круана, задобрившего своего нового повелителя так, как он хорошо умел. Благодаря проклятому Джулиусу, посмевшему сделать из собственного сына игрушку для чужих утех.
Аарен чуть опустил голову, отгоняя воспоминания прочь. Он подумал о том, что не стоит и дальше держать сирен в клетках: они оказались слишком человечны. Совсем не такими, как их представлял Немиус - в его мыслях подобные создания были всего лишь монстрами в людском обличье.

- Я помогу тебе, - не слишком удивился некромант столь неожиданному признанию. В конце концов, она пока ещё не понимает, как всё устроено у тех, кто живёт на суше. - Люди ухаживают за телом, используя мыло - вещество, хорошо очищающее кожу. Оно наносится на жесткую ткань, после чего... - намылив мочалку, Аарен легонько потёр свою руку. - Нужно делать подобные движения, чтобы стереть грязь или отмершую кожу, и устранить плохой запах. Затем мыло смывается. Я могу помыть тебя на этот раз, но впоследствии ты должна делать это самостоятельно. Многие люди в той стране, куда мы направляемся, совершают подобное крайне редко, но ты, если начнёшь ухаживать за собой, на их фоне будешь блистать подобно алмазу, - он чуть нахмурился. - И ты должна казаться именно такой, Целестия, если собираешься стать частью моей свиты. От того, что другие подумают, смотря на тебя, будет зависеть моя репутация.

Девушка с живым интересом наблюдала за процессом намыливания и лопала переливающиеся пузырьки своими небольшими коготками. Затем приблизилась и понюхала, состроив довольно забавное выражение на своём личике.
- Оно пахнет также, как и тот юноша, - заметила сирена, а после ударила кулачком по ладошке, делая собственный логический вывод. – Точно! Вы сделали это из того юноши, который заботился о нас, значит люди годятся и на подобное, как интересно, я и не знала, что люди используют друг друга в подобных целях… О и что такое репутация?
Новое слово далось красавице с некоторым трудом и всё же она смогла выговорить его достаточно правильно, чтобы произношение можно было списать на особенность акцента.

Не смерить оказавшуюся так близко Целестию любопытным взглядом было бы сложно – несмотря на полное отсутствие в своём организме химических реакций, ответственных за естественный процесс возбуждения, Аарен прекрасно помнил те чувства, которые он ещё испытывал при жизни. В частности, некромант был полностью уверен в том, что нашёл бы довольно соблазнительными весьма большие, красивые груди девушки, увенчанные тёмно-красными, дерзко торчащими сосочками – показавшимися из-за холодного воздуха внутри каюты, которые, вдобавок, прямо сейчас касались его обнаженного торса, то и дело слегка трясь об него, пока девушка обнюхивала его намыленную руку. Слегка колышущаяся вода, омывающая эти прекрасные формы, лишь придавала им ещё большую красоту, заставляя взглянуть на Целестию в новом свете.

«Интересно. Я многого не замечал, пока она была в клетке, - некромант крепко задумался над этим, размышляя, получится ли использовать сирен должным образом. – Она так спокойно говорила о продаже – как собственной, так и прочих пойманных Круаном созданий, да ещё и сейчас сидит столь близко к обнаженному мужчине, не демонстрируя никакого смущения…»

- Конкретно это создано из растительного жира. Из растений. Часто их делают из животных, - начал отвечать Немиус, натирая пальцы приятно пахнущим кусочком мыла. – Что же касается репутации… пожалуй, если описать это как можно проще, мы придем к следующему объяснению: смотря на тех, кто окружает человека, люди судят о том, какой он есть на самом деле.
После чего, некромант неожиданно положил свои ладони на груди девушки и принялся их тщательно намыливать, не забывая задевать сосочки и вообще самым бесцеремонным образом лапать. Как и следовало ожидать, формы сирены оказались мягкими и довольно упругими, заставляя Аарена невольно сравнивать Целестию с прочими девушками, которые когда-то делили с ним постель.

- Знаешь, а у тебя отличная фигура. Твои груди так прекрасно лежат в моих ладонях… они такие нежные и приятные… - приговаривал некромант, продолжая ритмично сжимать, слегка массируя, большие шарики девушки своими руками. – По правде говоря, мне интересно узнать от тебя кое-что и я надеюсь, что ты будешь честна со мной, - продолжил Немиус, переходя к вопросу, который его заинтересовал. - Мужчина уже был внутри тебя, Целестия?

Если она действительно не против подобного обращения, Аарен использует её соответствующим образом. Для этих целей некромант, конечно, собирался полагаться на Люмию, тем более, что той это точно было привычно – о прошлом волшебницы Немиус был прекрасно осведомлен. И всё же, она, как и он, являлась некромантом из Вольных Городов, и точно не упустила бы возможности, чтобы использовать полученное влияние против ученика Сандро - в попытке занять его место.
Для соблазнения знатных лордов, Аарену лучше использовать кого-то, кто не станет пытаться убить его при первой возможности.

Сирена, не предпринимавшая никаких попыток к сопротивлению, лишь с интересом наблюдала за действиями мёртвого волшебника и легонько постанывала, когда то или иное прикосновение было ей особенно приятно.
Её взгляд хоть слегка и затуманивался удовольствием от довольно умелых ласк некроманта, но всё же сохранял осмысленность и некоторую задумчивость. Похоже она и впрямь пыталась понять новое для себя слово и обстоятельства, с которыми ей нужно будет мириться, чтобы осуществить свою немного странную для монстра мечту. Хвост девушки исчез, вновь сменившись двумя прекрасными, гладкими ножками.
Однако последний вопрос явно вызвал у сирены недоумение и непонимание:
- Еда во мне? – переспросила красавица, слегка закусив нижнюю губу, смысл сказанного волшебником явно ускользнул от неё, но всё же она ответила именно так, как поняла, - Конечно. Я съела довольно многих мужчин. У нас часто были люди, несколько раз сёстры топили корабль эльфов. – Сирена задумчиво положила пальчик в рот, - У них было такое нежное и сочное мясо, а однажды нам попался гном, но он был очень жёстким на вкус, и мы отдали его акулам. А что?

Происходящее вызвало у Немиуса слегка задумчивое выражение. Он видел, что девушка была не против прикосновений и вела себя довольно раскованно, но она явно не понимала того, что он у неё спрашивал. Так или иначе, даже если обитатели суши и не удостаивались чести разделить с Целестией ложе, должны же подобные ей как-то размножаться?

- Я говорю не про еду, а про нечто иное… про процесс, с которым обычно связывают деторождение, - произнёс Аарен, пытаясь более понятным образом донести до неё свои слова.
Неужели ему придется пояснить всё самым буквальным образом?

- Когда мужчина… - продолжил некромант, в то время, как его правая ладонь плавно сместились вниз, скользя по изгибам тела Целестии, вплоть до того самого, сокровенного места, что столь услужливо стало доступно благодаря повторному превращению девушки. – Проникает своим членом… - произнёс Аарен, пока мягкие подушечки его пальцев нежно ласкали промежность сирены. – Вот сюда?

Одновременно с этим, некромант не переставал мять груди девушки, перемещая руку с одной на другую и постоянно дразня её сосочки, тем самым заставляя сосредоточиться на процессе и дать ему наиболее правдивый ответ. Конечно, нельзя сказать, что Немиус был действительно очень хорош в постели, но Рак’Сатанские дворянки, с которыми он вместе учился в Академии, смогли преподать ему несколько хороших уроков.

- Дети? – переспросила сирена, сладко застонав от удовольствия им с придыханием продолжила. - я не знаю, как мы рождаемся. Мне ещё не исполнилось двух столетий и потому жрицы не забирали меня в подводный храм, а туда… там никто такого со мной не делал.

Девушка закусила изгиб своего пальчика, чтобы не стонать слишком громко.
- Мы… - начала она немного неуверенно, - мы ласкаем друг друга иногда, но не так, не туда… но это... это тоже очень приятно!

- Так ты невинна… - вздохнул Аарен, отводя руку прочь и принявшись неспешно смывать то мыло, которое он уже успел нанести на груди сирены. – Сейчас ты мне совершенно не сопротивлялась и это, разумеется, правильно, ведь от меня зависит твоя судьба. Но в человеческом обществе, та, кто послушно позволяет делать с собой подобное всем подряд, зачастую презирается другими людьми. Запомни это и не позволяй прикасаться к себе остальным, пока ты действительно не поймёшь смысл соответствующих правил.

Меньше всего некроманту хотелось читать девушке нотации, тем более, что и он сам, в моральном плане, был весьма далёк от совершенства. Но портить невинное создание, используя её таким образом, который навсегда изменит её сознание, Немиус определенно не желал.
Даже ему была не чужда жалость.

- После того, как мы закончим с мытьем, я подберу тебе одежду и позабочусь о том, чтобы тебе принесли поесть. Теперь это – твоя каюта. Ты можешь ходить по всему кораблю, если тебе этого захочется, но только в сопровождении меня, или того юноши, который о тебе заботился. Как только ты освоишься и познакомишься с остальной командой, я разрешу тебе гулять одной.
Закончив с объяснениями, Немиус принялся сосредоточенно натирать девушку мочалкой. Её всё ещё требовалось избавить от неприятного запаха.

- Понятно, - немного озадаченно протянула сирена, пытаясь переварить новую для себя информацию и понять, как так вышло, что мир людей куда запутаннее, чем ей всегда казалось. Подавшись чуть вперёд и оказавшись совсем близко к мёртвому магу, девушка озадаченно посмотрела на его лицо. – Сейчас ты кажешься красивым, та отметила тебя определённо портит.

Протянув руку, девушка хотела коснуться волос, скрывавших шрам, оставленный головорезами Разза. В этот самый момент сознания некроманта вновь коснулся голос жнеца.

- «Мастер, к вам идёт вампир, - безучастно сообщил Аарену Рыцарь Смерти, предупреждая своего господина о возможной угрозе, - я не считаю его угрозой, но он читает заклинания поддержки, я решил, что вы должны узнать об этом за ранее».

Буквально в следующий момент двери в каюту распахнулись порывом ветра, а в проёме появился Румиус. Вид у кровососа был изнурённый и немного замученный. По вине ли ученика Сандро или какой-то иной, но сон упыря прервался раньше срока и отсутствие крови крайне сильно сказывалось на всё ещё довольно молодом вампире. Он был попросту неспособен жить так же как древние, не мог напиться вином и уснуть ещё на несколько недель без последствий для своего самочувствие и уж тем более не был в состоянии переродиться в некое подобие живого человека, способного питаться обычной едой.

- Аарен! – рыкнуло сие чудо, приваливаясь к косяку. – С девкой развлекаешься? Так может ответишь какого хрена вы разбудили меня так рано? Где моя еда? Не ты ли должен был о ней позаботится сразу по прибытии? Или эта девица и есть мой завтрак?

Самое смешное, что кровососа по ходу дела ещё довольно знатно укачивало, или же он настолько ослаб, что едва мог держаться на ногах. А учитывая, что жнец правил судном как хотел, то вампиру явно не стоило завидовать, ведь в отличие от прочей нежити его чувства были гораздо острее человеческих…
8

Аарен Немиус Lottarend
01.11.2018 18:40
  =  
Когда Целестия прильнула к нему, некромант не придал этому особого значения, занятый мыслями о той роли, которую в состоянии сыграть сирена в его планах. Учитель Аарена - мудрый и куда более дальновидный, чем он сам, использовал бы девушку не раздумывая, умело манипулируя умами лордов Нурции, чтобы заставить золото из их кошельков наполнить казну Вольных Городов – всё ради армии, которую Немиусу ещё только предстояло создать. Армии, что непременно потребует ресурсов…
В первую очередь, ресурсов на производство осадных машин, которых не знало военное дело этой страны.
Невинность Целестии стала преградой, через которую некромант не решался переступить. Но, быть может, другие из её рода окажутся более искушены в подобных вопросах? То, что ему нужно – это агенты влияния, способные обеспечить поддержку «денежных мешков» Нурции. Если сирены, сидящие сейчас в клетках, будут работать на него, исполняя приказы Целестии, то всё окажется даже лучше, чем он планировал изначально.
Когда голос Круана вторгся в его мысли, Аарен поблагодарил Рыцаря Смерти, заметив, что Румиус оказался куда более терпелив, чем он предполагал изначально. По правде говоря, некромант ожидал, что молодой вампир придет требовать свою пищу гораздо, гораздо раньше, ведь их голод он, пусть сам и не имел никакого отношения к «детям ночи», представлял довольно ярко – вряд ли подобное чувство сильно отличается от той сосущей пустоты, что довелось испытать Аарену в рабстве, когда Джулиус целыми днями морил строптивую собственность голодом, надеясь приучить молодого бунтаря к дисциплине.
Поэтому и требование вампира он встретил совершенно спокойно: в первую очередь, поднялся из воды, показывая собственную готовность действовать.
- Нет, это не пища. Она та, кто служит мне. Но не волнуйся. Мне известно, чем тебя накормить…
Последние слова Аарен говорил, делая резкий прыжок, чтобы подхватить отключившегося вампира на руки и не дать тому упасть на холодный деревянный пол.
- Это Румиус. Вы ещё познакомитесь, когда он придёт в себя. А теперь… помойся, осмотри комнату и найди себе какую-нибудь одежду. Я ещё вернусь, чтобы завершить наш разговор, - произнёс некромант, покидая каюту Целестии.

***

Аарен не мог позволить своему вампиру сдохнуть от голода, но и еды, подходящей под его вкусы, на борту сейчас не было. Конечно, он мог бы использовать сирен и для этого, но жертвовать ими сейчас, когда некромант уже задумал применить их в другом плане, казалось попросту нецелесообразным. Тем не менее, он не был бы учеником Сандро, если бы не нашёл из этой ситуации выход.
Личная каюта Немиуса была куда более аскетичной и функциональной: минимум личных вещей, простая и крепкая кровать; широкий, удобный стол, шкаф с одеждой и тумбочка со множеством отделений, где, помимо всего прочего, Аарен хранил зелья, способные позволить таким как он вновь почувствовать вкус жизни.



Осторожно уложив Румиуса на постель, Немиус подошёл к столу. Там он взял пустой кувшин, в котором когда-то плескалось вино, после чего резким, быстрым движением сделал на руке глубокий надрез, заставляя холодную кровь заструиться, стекая в глиняное горлышко.
Жидкость, что течёт по жилам некромантов – чистая энергия. Вампир не сможет питаться чем-то подобным…
Только если не вернуть ей, такой же мёртвой, как и её владелец, некое подобие жизни.
Когда кувшин наполнился до краёв, Аарен взял чудодейственный эликсир и смешал его содержимое с кровью. После чего, сев рядом с вампиром на кровать, приподнял голову мужчины, позволяя ему припасть к сосуду и утолить столь терзающий его голод.

Тело вампира оказалось на удивление лёгким, едва ли он весил больше Круана в их первую, не очень удачную встречу, едва не закончившуюся смертью молодого убийцы. Однако, желание напившегося раба отомстить своему господину хоть как-то рассыпалось на мелкие осколки с первыми лучами рассвета, когда в своей постели вместо девушки Аарен обнаружил умирающего от потери крови юношу. Ну откуда Немиус мог знать, что Найлиз заставит собственного брата-близнеца быть ею перед почётными гостями, прибывшим ради помолвки с прелестной девой, чей род хоть и находится в тенях, но всё же отнюдь не на последнем месте в иерархии Рак’Сатана. Должно быть в тот вечер своих детей спутал даже их отец, во всяком случае Джулиус не постеснялся отвесить своему «сыну» знатную оплеуху и выгнать наглого щенка прочь с праздника, освободим тем самым Найлиз от необходимости лицезреть своего жениха и семейку в целом. Но даже сейчас, спустя столько лет, Аарен так и не получил ответы на свои невысказанные вопросы, да и кем надо быть, чтобы спросить у мальчишки, которому едва исполнилось тринадцать, о причинах, по которым он - профессиональный убийца даже и не подумал оказать сопротивление напившемуся, но совершенно необученному боевым искусствам рабу. Что стало причиной слёз и, самое главное, почему молодой господин сделал всё, чтобы Немиуса, проявившего к мальчишке жестокость не наказали? И, его слова:
- Прости, надеюсь теперь твоя ненависть хоть немного удовлетворена. Мне нечего дать тебе, но ты можешь забрать мою жизнь, если хочешь и попытаться сбежать, не бойся, даже если бы я и хотел, то не смог оказать сопротивление, не сейчас…

***

Румиус казался куклой. Фарфоровая кожа, неестественные черты лица, слегка заострённые уши, точно у полукровки-эльфа, хрупкое сложение… Игрушка – одна из тысяч таких же, выдернутых Раак’наром – названным братом Императора Вольных Городов, из мира живых и обречённая по его прихоти на вечный голод, что может утолить лишь кровь…
Магическая реакция была довольно резкой, каюту заполнил запах человеческой крови, намного более резкий, чем мог помнить молодой некромант, держащий в руках нагревшийся кувшин.
Вампир пришёл в себя не сразу, как не сразу его алые глаза, алчущие крови, вернули себе изумительный изумрудный оттенок, похожий на листья ядовитого терриасуса, растущего в оранжерее Сандро.
Закашлявшись, вампир проронил несколько капель на свою белоснежную рубаху, но, кажется, сейчас это волновало его меньше всего…
- Что это? – с трудом произнёс кровосос, ненавязчиво отбирая у некроманта кувшин и продолжая поглощать его содержимое, - Чья это кровь? Она не принадлежит человеку!

Немиус легко поделился с ним этой информацией. Скрывать было попросту незачем. Наоборот, если эксперимент окажется успешным, это поможет укрепить преданность Румиуса и избавит его от необходимости питаться другими людьми.
- Моя, - произнёс Аарен, растягивая бледные губы в улыбке. - Как ощущения? Только кувшин не урони. Я потратил ценное зелье, чтобы добиться необходимого эффекта.

Вампир слегка дёрнулся, умудрившись при этом каким-то чудом не расплескать ни капли. На его лице было неподдельное удивление. Похоже осознание происходящего приходило к Румиусу крайне медленно, что в общем-то не мешало упырю обняться с кувшином, продолжая поглощать рубиновую жидкость большими глотками.
- Это твоя жизнь и магия, ты же в курсе, что теперь не сможешь какое-то время колдовать, да? – неуверенно, но уже куда более бодро спросил вампир, отрывая свой взгляд от кувшина и переводя его на некроманта, а немногим позже добавил, - Я не уверен, на вкус, мягко говоря, не очень, но оторваться невозможно! Почти как филитиум, только разум не дурманит, наверное…

- Замечательно, - покивал головой Аарен, вставая с постели, чтобы найти себе одежду. Стараниями интенданта Вольных Городов, в распоряжении некроманта было множество разнообразных одеяний. Кроме того, ему и без того следовало соответствующим образом переодеться перед прибытием в порт Карнаэна. - Я учёл то, что магия будет мне недоступна, пока я не восстановлю силы, - донёсся голос Немиуса из-за открытой двери шкафа. - А вот вопрос по поводу вкусовых добавок, я думаю, всё же решаем. Ты пробовал разбавлять кровь человеческими приправами?

- Не совсем, - слегка неуверенно отозвался вампир, занимая сидячее положение. – Мой Создатель был консервативных взглядов на еду, пока святоши не убили его, а Сандро, ну он ставил на мне какие-то свои опыты, но в основном они заключались в поиске вещества, что было бы способно усыпить таких как я, сохранив наши силы. Собственно, благодаря его опытам я всё ещё и не ушёл в объятья Предвечной.
Допив остатки крови Румиус поднялся с постели и всё ещё немного пошатываясь направился в сторону некроманта.
- Честно говоря, я бы попробовал кровь нашего дракона, но моих сил недостаточно, чтобы противостоять чарам древней магии, а перспектива принадлежать кому-то вечность, меня немного пугает. Что до трав, используемых людьми… - Вампир почти беззвучно поставил кувшин на стол и перевёл взгляд на окно, за которым утро уже вступило в свои права, - для таких как я это звучит дико, но попробовать, конечно, можно. Всё равно меня собратья не любят, я же для них псевдоДревний.

- Так ли уж важно, кем тебя считают братья? - уточнил некромант, продолжая облачаться в выбранную им одежду. - Тебя отправили сопровождать меня, а я - ученик Сандро. После выполнения нашего задания, я возвращусь в Вольные Города с вестями о победе, которая непременно возвысит всех нас. Так что держись меня, и этим проклятым выскочкам, мнящим о себе невесть что исключительно из-за собственного происхождения, придётся признать тебя равным. Кстати... - Аарен решил, что стоит прояснить Румиусу увиденное ранее в его бывшей каюте. - Ту девушку зовут Целестия и она - сирена. Я собираюсь использовать её в своих планах, так что не ешь её пожалуйста, ладно?

- Тут скорее дело в том, кем они меня не считают, - отозвался Румиус, бесцеремонно опустившись в удобное кресло, выбранное некромантом, как раз за эти качества, - Твой учитель сделал меня фактически одним из Отверженных, тех, кто не принадлежит к Линии Крови нашего Прародителя, если я войду в Первый дом, то стану в их глазах ничуть не лучше того же Сарвокса или Альхельма, если они, конечно ещё живы. Вот только в отличие от них я не так силён. Они были вампирами ещё во времена Немезиса, а для меня само это слово, которым так восхищаются Древние ничего толком и не значит. Эта Империя уже была царством проклятого тумана, когда я только родился. И тут уже не важно, чего я хочу, и кто мой Прародитель, какая из Линий Крови течёт во мне. Я выжил, Аарен, выжил там, где все прочие вампиры погибли – именно это будет всегда раздражать глав Второго дома. Само моё существование точно плевок в их гордость и надменность. Трудно объяснить что-то подобное некроманту, меня можно сравнить с молодым выскочкой, что по причудам Судьбы оказался за одним столом со старцами и эти самые Древние не имеют надо мной власти, понимаешь? Все им подчиняются, а я нет и не обязан, ибо у нас один Прародитель и это их ужасно бесит. Думаю, если я сдохну в этом походе они будут праздновать это несколько лет к ряду. Что-то я разговорился…
Хмыкнув Румиус поднялся и приблизился к некроманту:
- Я согласен не трогать ту девушку, но только если ты не станешь одевать этот ужасный наряд, хотя бы на первую встречу с Нурцианцами, договорились?

Немиус действительно увлёкся историей молодого вампира, хотя, естественно, молодым он являлся только лишь по отношению к своему виду. Некромант прекрасно отдавал себе отчёт в том, что Румиус был гораздо старше его самого и уж точно обладал куда большим жизненным опытом. По правде говоря, подобная иерархия... в том смысле, что далеко не новорожденное "дитя ночи" было вынуждено подчиняться некроманту, назвать которого "старым" - в лучшем смысле этого слова, язык бы не повернулся даже у самых изощренных лизоблюдов, казалась довольно несправедливой.
"Ты наверняка считаешь меня ребёнком, не так ли? - вопросил Аарен вампира, впрочем, вовсе не пытаясь передать тому информацию посредством мыслеречи - подобный вид связи постоянно использовали они с Круаном. Сейчас это, тем не менее, были лишь мысли; обычные размышления человека, задумавшегося о горделивых речах, которые он недавно произносил. - Но, по крайней мере, не личинкой жука, каковой меня, должно быть, видит Сандро с вершины прожитых им лет".
- Полагаюсь на твой опыт, Румиус, - спокойно кивнул Немиус. - Что мне следует одеть? Командуй, не стесняйся... я к твоим услугам.
Казалось, вампир только сейчас заметил те несколько капель крови, что пролил на себя в самом начале и слегка фыркнув, лёгкой манипуляцией заставил рубиновую жидкость полностью испариться с собственной одежды, не оставив на ней и следа.
- Хорошо, - нисколько не стесняясь, Румиус стал довольно придирчиво осматривать некроманта, чем почти наверняка напомнил Немиусу о работорговцах, с той же придирчивостью осматривающий живой товар. – Тебе повезло с цветом волос и … комплекцией. Кажется, я теперь знаю, что так сильно привлекает в тебе Рыцаря Смерти, ну да ладно, - Загадочно хмыкнув и расплывшись в лукавой улыбке, упырь с лёгким смешком продолжал – Цвета Нурции – это пурпур, сталь и бронза на алом фоне. Заявиться к ним в этом ужасном сером плаще, значило бы проявить неуважение по отношению к Вольным Городам. Тебе скорее всего плевать на такие мелочи, оно и понятно, это не тот материал, которым Сандро стал бы забивать тебе голову, с другой стороны, хотя бы основы он вбить попросту должен был.
Перепадами настроения кровосос явно мог затмить любую девушку, в их особый период, вот только его поведение было притворным и являлось скорее привычной игрой, чем истинной сущностью вампира. Лёгкий немного хищный прищур зелёных глаз вампира выдавал его в этот момент с головой.
- Синий, - наконец, решил для себя скорее, чем для Немиуса, Румиус, а затем коснулся лица мёртвого волшебника и кивнув собственным мыслям заключил, - и голубые глаза! Ещё, было бы неплохо немного подрастить тебе волосы и избавить от отметин, но это уже на твой вкус, настаивать не стану…

- Я не стану ни изменять свою внешность, убирая шрамы, оставшиеся от клинка хозяина, ни даже просто менять цвет глаз, которые когда-то смотрели на то, как Рак’Сатанские солдаты насилуют и убивают мать несчастного мальчика, чьи родители поверили словам гнусного предателя о лучшей жизни, что ждала их в родной стране! - Аарен точно взорвался, цедя слова одно за другим - причём с такой злостью, которую от него редко можно было услышать. Взгляд Немиуса был колючим и невероятно жестоким, впрочем… всего лишь мгновение. Уже в следующую секунду его глаза чуть расширились, а взгляд неожиданно смягчился, демонстрируя Румиусу запоздалое понимание некроманта, осознавшего тот простой факт, что он только что выплеснул на ни в чём не повинного вампира ярость, прорвавшую его тонкий душевный барьер.
Аарен поднял руку, призывая к тишине и показывая, что ему требуется некоторое время, чтобы прийти в себя.
- Извини. Я бы уже давно сделал своё тело куда более привлекательным и отнюдь не похожим на тот полуживой труп, который ты наблюдаешь перед собой сейчас, если бы в моём текущем облике не было скрытого, особого смысла. Это, - он провёл ладонью по рукам, испещренным ужасными, толстыми шрамами, после чего сместил пальцы к лицу, красоту которого портила уродливая отметина. - Напоминание мне о том, что я должен сделать и кому мне следует отплатить, когда придёт соответствующий час. Именно поэтому я и не желаю изменять свою внешность. Даже самым незначительным, но всё равно совершенно неестественным образом.
Некромант вздохнул и уже куда более спокойно взглянул на Румиуса, размышляя о том, не напугал ли он вампира столь грубым проявлением своего колючего характера.
- Конечно же, ты можешь подобрать мне любую одежду. Этот вопрос мне совершенно безразличен. И… ещё раз, позволь мне извиниться перед тобой за своё поведение. Ты не должен был стать свидетелем подобных эмоций, - Аарен прижал кулак к груди и легонько поклонился. – Я прошу у тебя прощения.

- Вот оно как, - задумчиво произнёс вампир, начиная наводить самый настоящий хаос среди вещей Немиуса, - и всё равно, я немного завидую тебе, некромант! У вас нет иных хозяев, кроме богини. Ты волен в любой момент избавится от своего учителя и занять его место, тоже касается и других магов. У той же Люмии есть подобное право, но не у вампиров. Линия Крови подчиняет нас нашему Прародителю навсегда. Ни одному вампиру не по силам пойти против своего Создателя. Даже сейчас, когда от Раак’нара осталась лишь его бледная тень, искра - раздутая твоим своевольным наставником благодаря той связи, что объединила их. Мы не признаём в этом создании нашего Прародителя и всё же… не можем ослушаться его приказов. Из этой формы рабства есть лишь один выход – Смерть!
Что удивительно, но судя по тону, каким вёл своё повествование Румиус, он отнюдь не жалился, скорее пытался донести до собеседника, что всё не так уж и плохо, как он считает.
- Значит, берём синий, голубой, немного парчи и … - вампир обернулся в сторону Аарена и, устало вздохнув, покачал головой, а затем сделал вывод, - отращиваем тебе волосы до середины лопаток и одеваем капюшон! Да, капюшон и демонстрация светлых волос – обязательна! Это естественное изменение, потом – хоть на лысо обрейся, но первое впечатление слишком важно оставить приятным. В конце концов это ты хочешь кому-то там отомстить, но наша миссия дипломатическая, я же ничего не путаю?
- Всё верно, обыкновенная дипломатическая миссия по налаживанию отношений. Тем не менее, я планирую принять непосредственное участие в боевых действиях – ведь это не только связано с моим личным желанием мести, но и наглядно продемонстрирует мощь Вольных Городов. Когда даже небольшой отряд из пары некромантов, вампира и двух Рыцарей Смерти способен в кратчайшие сроки обзавестись собственной армией, это начнёт внушать определенное уважение, не так ли? – подобный пространный монолог Немиус выдал как для того, чтобы немного прийти в себя, так и ради желания прояснить свои цели, которых вампир совсем не знал.
Отрастить волосы до необходимой длины – простая задача, занимающая, как правило, не больше минуты. Воздействовать на собственное тело в некоторых, пусть и строго определенных пределах было необычайно легко и, если бы Немиус пожелал, он бы давно уже сформировал себе более привлекательную внешность, но… как некромант уже и сказал, его тело было лишь холстом, отражающим боль и жестокость тех, кто обрёк их с Круаном на столь сильные страдания.
Когда длинные, светлые волосы свободно упали ему за спину, Аарен слегка неуверенно взглянул на Румиуса, поворачиваясь перед ним из стороны в сторону.
- Всё правильно? Я нигде не перестарался?
Отредактировано 01.11.2018 в 18:52
9

DungeonMaster Bangalore
01.11.2018 18:41
  =  
Известия о том, что дипломатия перерастёт в войну, вызвали у упыря довольную, а судя по выражению лица явно ностальгическую, улыбку. Оно и не удивительно, пусть и будучи ещё совсем юным вампиром, но Румиус принимал участие в войне против демонов, окончившейся примерно три сотни лет назад. И хотя его место было практически в самом глухом тылу армии Вольных Городов, рядом с Сандро, которого кровосос добровольно вызвался защищать наравне с Рыцарями Смерти, косившимися в сторону хрупкого мальчишки с явным презрением, именно ему принадлежала заслуга по поимке самых быстрых демонических тварей, что желали вывести Императора нежити из игры единым ударом. Да, вампир не мог убивать существ, что были настолько сильнее его, но этого от него и не требовалось. Ведь стоило врагам хоть немного замедлиться, как Рыцари тут же превращали отродий Бездны в самый обыкновенный фарш.
Когда же некромант закончил приводить свои волосы в запрашиваемое Румиусом соответствие, упырь лишь вздохнул и покачал головой:
- Ты самый настоящий придурок, Аарен, - смеясь произнёс упырь поймав внезапно, для самого себя, начавшего терять равновесие мёртвого мага. Пододвинул к себе то самое кресло, что кровосос облюбовал немногим ранее, а затем усадил в него Немиуса. – За четыреста лет я видел многих учеников Сандро и, честно говоря, ты самый забавный из них. Я бы сказал, что ты родственник нашего Императора, ибо когда Сандро серьёзен, то также, как и ты, не контролирует количество потраченной энергии. Его я помнится тоже пару раз ловил, - вампир рассмеялся этому воспоминанию, - правда, там вокруг нас было ещё десятка с два Рыцарей Смерти, так что это было, ну, немного жутковато, касаться волшебника, чьё единственное слово может лишить тебя жизни, просто потому, что ты решил помочь ему. Впрочем, я тоже тот ещё отморозок, раз позволил себе подобную вольность.
- А теперь серьёзно, - тон Румиуса довольно резко изменился, - ты не сможешь больше коснуться потоков, даже для таких вот мелочей, ещё как минимум…, - вампир задумчиво поднёс руку ко рту, что-то прикидывая в уме, ударяя при этом длинным изящным пальчиком по своей щеке, - Часов двенадцать, полагаю. Волосы я собирался нарастить тебе сам, впрочем, - тут же оживился упырь, - теперь ты знаешь цену за потерю собственной крови, и это тоже замечательно!
Ещё раз окинув некроманта придирчивым взглядом, вампир коснулся его волос, с длиной которых Аарен явно перестарался и взяв в руку один из локонов поднёс к своему лицу, начав довольно придирчиво изучать. А затем, призвал себе коготь и, лёгким движением срезал лишнюю длину, позволив волоскам начать свободное падение на деревянные полы каюты, чтобы в последствии утонуть в устилающем доски мягком ковре.
- Я принесу тебе одежду, посиди пока не будешь уверен, что в состоянии свободно двигаться сам! Показаться в таком виде перед кем-то кроме меня или твоего Рыцаря – значит подписать себе смертный приговор, запомни это, некромант!

Он и правда совсем забылся. И ведь прекрасно помнил, что магию использовать нельзя, но это ведь такая мелочь, такой пустяк! Всего лишь небольшие манипуляции с клетками собственного организма... приведшие к действительно катастрофичному результату.
Если бы Румиус желал убить его, то сейчас вампиру даже не пришлось бы напрягаться. Аарен оказался целиком в его власти - настолько он был не способен контролировать тело, что предало некроманта, разом став похожим на послушную куклу, лишённую способности принимать самостоятельные решения.
"Что ж, по крайней мере вопрос о его верности окончательно разрешён, - хладнокровно подумал Немиус, желая извлечь хоть какую-то выгоду из сложившейся ситуации. - Если бы Люмия уже завербовала его, то именно сейчас вампир нанёс бы свой удар. Интересно... значит, она не считает его полезным. Или же попросту не знает о знакомстве Румиуса с самим Учителем, явно оказывающим ему доверие... хотя бы самим фактом нахождения вампира на этом судне?"
- Запомню, - ответил Аарен своему собеседнику, в то же время расслабляясь в кресле и позволяя себе начать процесс восстановления магической энергии. - Я ценю твою заботу, Румиус. Когда, в следующий раз, тебе понадобится кровь, вновь приходи ко мне - если, конечно, не найдёшь источника получше. Ингредиенты для зелья не так сложно достать, так что повторение сегодняшнего опыта не станет проблемой.

- Снова шутишь? – отозвался вампир, продолжавший наводить в шкафу полнейший хаос, в котором, однако, начинала просматриваться некоторая закономерность. Какие-то из вещей заставляли Румиуса презрительно фыркать на сам факт их существования и местонахождения в шкафу ученика Сандро, другие вызывали покачивание головой и вздох и лишь единицам доставался кивок и отбрасывание в небольшую кучку. – Наполненная магией кровь, пусть и отвратительная на вкус, против человеческой, что хоть и смахивает на вино, но годится лишь для поддержания сил и регенерации, как думаешь, что я предпочту? И да, почему ты до сих пор не призвал посох, он ведь ускоряет восстановление магии в разы?

Аарен крепко задумался над сказанными Румиусом словами. Учитель никогда не демонстрировал ему собственного посоха – если он вообще был у Сандро, да и тому, что означенный предмет может использоваться иначе, чем в качестве опоры для более уверенной ходьбы или оружия в руках бывалого путника, некромант узнал впервые. Узнав же, как и всякий волшебник, стремящийся к приумножению собственной мощи, тотчас испытал любопытство, подкрепленное лёгкостью, с которой Румиус говорил о восстановлении магической силы. Действительно, если создание посохов – распространенное искусство, то изготовить его не должно быть сложно… конечно, при наличии необходимых знаний. Но Немиус смел надеяться на то, что навыки плотника и инженерное искусство позволят ему справиться с извлечением из толщи древа достойной заготовки, способной стать проводником магического искусства некромантов.
- Никогда о таком не слышал, - качнул головой Аарен, всё сильнее расслабляясь и постепенно раскручивая потоки энергии внутри себя, заставляя их циркулировать по телу, восстанавливая количество и плотность маны в организме. – Мне преподавали медитацию, как способ повышения собственной концентрации и лучшего ощущения тела, которое мы, некроманты, носим подобно мясному костюму, более не нуждаясь во всей этой коже и плоти… во всяком случае, со слов самих инструкторов. Это искусство, как процесс, похоже на попытку раскрутить внутри себя маховик новой жизни, с каждым оборотом которого совершать новые становится всё легче и легче. Вот только с каким же трудом нам даются самые первые из них… - помолчав, Немиус чуть улыбнулся, подумав о внутреннем «колесе», вращать которое ему сейчас было крайне сложно. - Иной способ ускорить восстановление маны мне неизвестен, Румиус. Видимо, Сандро изначально не собирался приучать своего ученика к использованию глупой палки, точно костыля, без которого невозможно нормальное существование. Но… - в голосе некроманта послышалась оживленность. – Мне, несомненно, интересно послушать про нечто подобное. Как, и благодаря чему посох способствует восстановлению маны? Из чего их делают? И как долго нужно учиться, чтобы изготовить один из них?
На мгновение задумавшись, Немиус кивнул сам себе, смерив Румиуса внимательным взглядом.
- И мне, конечно же, любопытно, какой эффект оказала на тебя моя кровь. Она действительно даёт тебе куда больше сил, чем та, что течёт в жилах обычных людей? И… в чём это измеряется? – волшебник продолжал рассуждать, фактически, заваливая вампира всё новыми и новыми вопросами. – Обретаешь ли ты возможность использовать некромантию дольше и могущественнее обычного – разумеется, если ты способен на нечто подобное, поскольку я не знаю твоих возможностей. Либо же моя мана, перешедшая внутрь тебя, находит себе иное применение? Ощущаешь ли ты, что твоя реакция возросла, что сила, ловкость и выносливость стали куда лучше обычного, или же кровь дала лишь чувство бодрости, не предоставляя более никаких ответов? Всё это – крайне интересные мне темы… и как прекрасно, что прямо сейчас здесь есть благодарный слушатель, который может удовлетворить моё любопытство!

Вампир в очередной раз крайне громко хмыкнул.
- Приучать к костылю, говоришь? – смеясь переспросил упырь, отправляя в сторону некроманта белоснежную хлопковую бумагу. – Ну да. Жаль, ты не видел ту магию, что с помощью такого вот «костыля» творил Сандро, сжигая целые армии демонов в зелёном пламени предвечной. Впрочем, после такого вот заклинания его и приходилось ловить и защищать по нескольку часов. Ты прав, я - не маг, во всяком случае пока! Как и всех моих сородичах, во мне течёт магия крови, что по меркам людей можно отнести к колдунам и шаманам, наверное… Для таких как я ваши «костыли» - это слово Румиус выделил по-особенному, - просто бесполезны. Я мало знаю о посохах, в основном со слов твоего учителя, а настроение поболтать у Императора, как ты сам прекрасно знаешь, появляется крайне редко и всё же…
Упырь слегка призадумался, точно пытаясь припомнить наиболее важные моменты.
- Сандро говорил, что эти штуки опасны. Они помогают восстанавливать силы и управлять Потоками, но если творить вашу магию через них, то «костыли» и впрямь становятся ими. Не уверен, как это работает, но после каждого такого пламени, для которого Императору была нужна та украшенная костями палка, он становился всё слабее. И я говорю не о состоянии тела или разума. Магическая сила Сандро буквально таяла на глазах. После он занимался чем-то близким к… - Румиус пытался подобрать верное сравнение, но после махнул на это рукой, отправляя при этом какой-то малиновый плащ в сторону горки с вещами, которой упырь явно присвоил имя «мусор», - процессу самоудовлетворения в крайне извращённой форме. Император восстанавливал свою магию, отставлял посох, тратил все свои силы практически до твоего нынешнего состояния, вновь брал посох в руки и всё повторялось вновь и вновь, пока магия Сандро не возвращалась к какой-то одному ему ведомой отметке, чтобы он вновь использовал это проклято пламя. Сейчас сила твоего учителя огромна и внушает страх, но тогда, в последние годы войны, он буквально ходил по краю, прекрасно зная, что ни я ни Рыцари Смерти не сможем помочь ему, ведь вас нельзя вернуть из лап Предвечной. Насколько я знаю, почти все сильные маги создают посохи и их вид всегда зависит от души волшебника. Должно быть и Сандро создал свой ещё будучи живым. Я не претендую на это знание и не уверен в этом, но под всей той мишурой из костей и драгоценностей была спрятана самая обычная древесина, так что…
Вздохнув вампир принялся за две последних полки.

- Нам совершенно определённо придётся протащить тебя по местным портным и магазинчикам, даже если ты будешь упираться, я всё равно сделаю это! А что до крови… без боя, серьёзного боя, я не могу тебе сказать о том, каков эффект и насколько он сильнее, чем от человеческой крови. Но… говоря о ней… я хотел бы попробовать кровь твоего Рыцаря, нашего несносного дракона и моего Прародителя. К сожалению, последняя полностью уничтожена, а те остатки, что плавают в Конраде или как там его теперь зовут… не та кровь, что нужна мне! С Нальфейном всё… куда труднее, ибо он для меня всё равно что наркотик от которого я буду зависеть всё свою жизнь, ну а кровь Круана – чистейший из существующих в этом мире ядов, что в отличие от твоей обычным зельем оживления в сладкий сок не превратишь. Остаются ещё конечно зелья Святого Престола – в них полно силы и даже частички знаний, но… достать такую роскошь будет довольно трудно. Так что да, ты или иной волшебник, по чьим венам течёт кровь, наполненная магией – это лучший обед из возможных.
Румиус несколько хищно облизнулся и в один миг оказался возле некроманта.

- Сейчас, я могу сотворить с тобой всё что пожелаю, и твой Рыцарь не успеет спасти тебя, - Вампир приблизился ещё ближе, так чтобы едва не коснуться своим носом щеки Аарена и провёл пальцем по губам Немиуса, позволил некроманту ощутить теплоту своего дыхания на шее, а затем отстранился, поворачиваясь к магу спиной и спокойно зашагал обратно, в сторону шкафа, - это действие крови.
Спокойно и довольно холодно отозвался кровосос.
- Она распаляет во мне нечто низменное. И если большую часть своих действий и мыслей я ещё могу контролировать, то желания… - Румиус фыркнул, - Я хочу тебя, Аарен, прямо сейчас и на этом самом кресле и моему разуму совершенно плевать, что это неправильно и так не должно быть, и это для таких как я - нормально. Так что впредь будь осторожен давая мне кровь. Если я буду ранен или истощён, то за свои действия – не отвечаю! Ни один вампир не отвечает за то, что придёт к нему после новой крови, мы не знаем того что ждёт нас, какие желания проснуться и чем это обернётся для окружающих.

- Вот как… - задумчиво произнёс некромант, смерив Румиуса ещё одним внимательным взглядом. – Не думал, что кровь окажет именно такой эффект. Ну что ж, это лишь показывает, как мало я в действительности знаю о вампирах.
Довольно показательная демонстрация своих намерений, сводящаяся к излишней близости и явной борьбой с желаниями, весь смысл которых стал ясен после того, как Румиус сам же и озвучил их, заставила Немиуса погрузиться в новые размышления. Первоначально он, помимо спасения жизни своего подчинённого, думал о том, что таким образом – поставляя вампиру собственную кровь, сможет привязать его к себе и тем самым смахнуть ещё одну фигуру с доски, которой пользовалась Люмия в своих интригах. На этом корабле, невидимая взгляду, шла настоящая борьба за влияние и пока что Аарен лидировал. Но не стоит и говорить, что Люмия, в силу своей красоты и обаяния, справилась бы с дипломатической миссией как нельзя лучше. Кроме того, Сандро явно присматривался к ней, что давало волшебнице небольшой шанс стать его ученицей.
Разумеется, после гибели самого Немиуса.
- Я могу предоставить тебе то, что ты желаешь, - наконец, произнёс Аарен, подперев подбородок ладонью. – Люмия охотно раздвинет перед тобой ноги, как только узнает, что ты столь близко знаком с самим Сандро и мог уже сотню раз убить меня этим днём. И уж конечно она согласится поставлять тебе свою кровь, если это даст ей возможность меня прикончить. Так что я опережу её и сделаю этот ход первым… в обмен на твою личную преданность.
Сделав данный вывод, некромант чуть кивнул сам себе.
- Как ты знаешь, я ничего не чувствую в постели и не желаю использовать зелья, позволяющие ощутить тень былых ощущений. Надеюсь, это не станет для тебя проблемой. Так как ты хочешь это сделать?

- Замолчи! - От слов некроманта Румиуса слегка затрясло. Он поранил собственные руки, вогнав в ладони, выросшие по желанию упыря, острые, точно лезвия адамантовых клинков когти. Прокусил одним из клыков губу и теперь тяжело дышал, пытаясь собрать всю свою волю воедино. Заговорил вновь упырь лишь через несколько минут, когда под ним уже образовалась небольшая лужица из почти чёрной крови – Даже Сандро не так жесток, как ты. – Вампир тяжело дышал, его когти и клыки исчезли, а раны стали затягиваться.
- Само твоё существование висит сейчас на волоске от порога в пустоту Предвечной, а ты… - Румиус тяжело привалился к дверце шкафа сползая по ней на мягкий ковёр и закрывая рукой лицо, - ты предлагаешь мне то, от чего я не в силах отказаться, уже прекрасно зная, что мой контроль нарушен и я согласен абсолютно на всё! Будь я хоть немного моложе, и ты был бы уже мёртв.
Поджав одну ногу под себя, а вторую, согнутую в колене притянув ближе, упырь обнялся с ней, обхватывая себя руками за плечи, точно ища объятий и утешения у пустоты, вместо предложенных магом.
- Если ты до сих пор не заметил, то я и так предан тебе, Аарен. Император дал мне весьма чёткий приказ. Я должен учить и защищать тебя, но не проси от меня невозможного. Если прямо сейчас эта глупая девчонка предложит мне себя, я накинусь на неё точно зверь. Но Люмия полна сил и энергии, а ты едва можешь шевелиться и до сих пор не надел рубашку, что я выбрал для тебя! Если к ночи, когда твои силы восстановятся, ты повторишь сказанное сейчас, то я соглашусь. Плавание было долгим и тяжёлым, даже не смотря на зелья твоего учителя. Я прошёлся по краю и потому мне абсолютно плевать на то, кем будет мой партнёр. Что до отношений с Люмией… полагаю, она знает на что я способен, и избегает меня лишь из-за репутации вампира-отступника, не подчиняющегося ни одному из Великих домов. Что отчасти является правдой. У меня два Создателя: Прародитель, что подарил мне жизнь, как «дитя ночи» и Сандро, который спас её, когда Раак’нар погиб. До остального мира мне нет дела, однако, если ты найдёшь способ сделать меня Древним без крови дракона и раньше, чем пройдут два положенных для этого тысячелетия, я стану твоим Древним вампиром
10

Аарен Немиус Lottarend
01.11.2018 18:44
  =  
- Возможно, я действительно несколько переоценил свои силы, - миролюбиво заметил Немиус, наблюдая за страданиями "создания ночи". - Тяжело осознать пределы возможностей, когда вокруг одна лишь холодная пустота... пусть её станет немного больше или немного меньше - это не будет играть особой разницы, - Аарен вздохнул. - Так или иначе, Румиус, не рань себя ещё больше и будь уверен в том, что я попытаюсь найти способ дать тебе ту силу, которую ты заслуживаешь.
Произнеся это, некромант совсем по-живому, как-то зябко повёл плечами и произнёс, смотря перед собой, но кажется, не видя ничего вокруг.
- Пожалуйста, не мог бы ты зажечь свечи? Их тепло и мерно горящее пламя меня успокаивают. Даже странно... ведь я видел, как пламенеющий костёр, разожжённый Рак'Сатанскими святошами, дотла спалил тела моих отца и матери. И всё же, я не могу отказаться от огня. Только он и способен хоть как-то разогнать ту тьму и холод, что сковывает мою душу, отринувшую смерть и оставшуюся жить в этом мёртвом теле

Упырь вздохнул и поднялся. Его странная магия вновь стёрла с тела и одежды Румиуса все следы крови, она же избавила от них и ковёр. По какой-то причине вампир наотрез не желал, чтобы хоть где-то оставалась его кровь. Выбрав несколько вещей запримеченных и откинутых им ранее в сторону кучи «годных», эта странная нежить поднесла и положила их на колени некроманта.



- Одевайся! Я согрею вещи магией, когда ты закончишь. – Вновь вздохнув Румиус перевёл немного печальный взгляд на свечи, - я не владею знаками Аркана огня. Просто не могу использовать их, но, - вампир слегка прикусил свою губу, - могу соединить наши силы. Это не узы крови, они не постоянны, и ты не сможешь стать от них таким, как твой учитель, да и своими выходками ты у меня пока не вызываешь доверия, но …
Цыкнув на самого себя, Румиус подошёл к окну, за которым уже во всю светило утреннее осеннее светило, трудясь в бесплодной попытке прогреть воду Ледяного моря. Его лучи отражаясь от волн попадали на вампира, не причиняя тому никакого вреда.
- Тебе нужна магия, Аарен, но ты не хочешь пить зелье и становиться подобием живого, чтобы получить кровь вампира. Тебе нужна наша верность и ты готов рискнуть для этого даже своей жизнью, не думая о последствиях и всё это лишь для того, чтобы получить возможность отомстить кучке жалких смертных, что и так умрут в мучениях если предварительно не накурятся филитиума до потери сознания. Я этого не понимаю. Возможно, у меня было нечто подобное, когда меня самого только обратили, но… четыреста долгих лет жизни нежитью стёрли это, а может то вина Императора, искавшего во мне замену ушедшему от него «брату». – Упырь медленно повернулся обратно к мёртвому волшебнику и неспешно направился в сторону стола, на котором стоял начищенный скелетами до зеркального блеска подсвечник. – Я хочу предложить тебе свою силу и верность сейчас, когда они так нужны, в комплекте с некоторого рода неуязвимостью сравнимой со становлением личем, только филактерией в данном случае буду я, а не какой-то там горшок. Это нужно, чтобы получить ответы напрямую от твоей души, соединив её с моей на несколько дней. Наверное, это даже не больно и довольно весело. Вся загвоздка в том, что вампиры и некроманты не доверяют друг другу, а имеющие связь не могу создать новую. Так Император, связанный с Раак’наром узами крови смог спасти его душу, но не в силах создать другую. Его слова пробудили во мне желание прикоснуться к тому же, взять на себя часть холода Предвечной и посмотреть, что будет со мной, даст ли мне это новые возможности, те, что есть у некромантов? Увеличит ли контроль, с которым у моих сородичей так много проблем? Насколько притупятся мои ощущения? Три дня будет вполне достаточно, что скажешь?

С некоторым трудом, но Аарен всё же поднялся с кресла и начал примерять на себя одежду. Дослушав же до конца предложение Румиуса, он, хоть и заинтересовавшись им, не стал отвечать сразу...
Как из-за того, что боялся вновь почувствовать себя живым, так и из-за некоторого внутреннего ощущения, говорившего некроманту, что он не может принимать подобных решений в одиночестве.
- "Брат мой, ты слышишь меня? Мне нужен твой совет, - обратился Немиус к Рыцарю Смерти. - Румиус предлагает сформировать со мной связь на короткий срок - всего на три дня. Что ты думаешь об этом? Вызывает ли у тебя подобное отвращение или... пожалуйста, Круан, мне нужно узнать твоё мнение. Я не стану принимать решение самостоятельно, не спросив твоего согласия. С одной стороны, возможность вернуть, пусть и на короткое время, себе практически полноценную жизнь во всех красках, которых я был лишён, не может не завораживать меня, но, в то же время... Я не желаю вновь привыкать к тому, что чувствуют некроманты - ко всему этому холоду и пустоте. Лучше уж так, чем проходить через это вновь..."

Слова некроманта не возымели ровным счётом никакого эффекта, во всяком случае именно так можно было судить по продолжавшему свой плавный ход галеону. Если Круан и слышал Немиуса, то сил пробиться сквозь стену, возведённую жнецом у него явно не было.
- «Мастер? – безразлично отозвался жнец, чей обжигающий холод был ничуть не лучше того, которым сковывала душу Смерть. Несколько секунд создание точно пыталось обдумать сказанные некромантом слова, а после выдало довольно короткий, но ёмкий ответ, - Предвечной – всё равно, что вы сделаете с собой, если это в конечном итоге принесёт ей новые жертвы, что до души… - жнец слегка утих, но почти сразу же продолжил, - за него я не отвечу, могу только сказать, что её любовь к Мастеру поистине безгранична. Ваша смерть принесла ей ужасную боль, ведь душа пожертвовала собой ради того, чтобы Мастер оставался живым и наконец-то обрёл свободу, что так желало его сердце, посему – можете делать что пожелаете, сильнее ранить душу вы всё равно уже не сможете, Мастер».
Последнее слово жнец произнёс с явной издёвкой, которая отчётливо ощущалась даже через телепатическую связь. Тем временем вампир терпеливо ждал ответа некроманта, лениво проводя рукой по тёмной столешнице и, без особого интереса, изучая содержимое книжного шкафа.

- Хорошо, - приняв окончательное решение, Немиус вынес вердикт. Он не стал отвечать Жнецу - это попросту не имело смысла, а возможность, которую предлагал ему Румиус, было никак нельзя упускать. - Я согласен на этот контракт. Только учитывай, что я буду вести себя не так, как обычно - былые чувства, если я верно понимаю то, что связь может мне предоставить, вскружат мне голову. Но я был бы не прочь попробовать, вот только... - некромант развёл руками. -Тебе, боюсь, не придутся по вкусу те ощущения, которые я испытываю каждое мгновение моей новой жизни. Ты действительно согласен пойти на нечто подобное?

Вампир вновь вздохнул, возвращая взгляд к морю, плещущемуся за огромными окнами каюты.
- Это риск для нас двоих, но он … оправдан, - негромко начал Румиус, спустя пару секунд созерцания водного простора. – Я получу вашу технику контроля собственного сознания, а это то, что такие как я освоить по учебникам не в состоянии, а также возможность использования магии Аркана, ты же – доступ к моему Потоку и мою магическую энергию, что, учитывая разницу между нами, будет больше твоей собственной как минимум вдвое и знания вампира. В том числе о твоём учителе.
Повернувшись упырь сделал к некроманту несколько шагов, после чего задал вполне уместный вопрос:
- Так я могу начинать?

- Начинай, - согласно кивнул Немиус.

- Хорошо, тогда вели своему Рыцарю остановить галеон и бросить якорь. Хотя я могу сделать это и сам, просто готовься подтвердить отданный мною приказ. – На мгновение вампир обхватил себя руками, точно от холода, а после опустил их и, закрыв глаза поднял голову к потолку. Несколько долгих секунд ничего не происходило, видимо это время ушло как раз на то, чтобы свернуть паруса и окончательно заставить огромный корабль замереть на месте, а после… - Я ослушаюсь тебя. – мягко произнёс Румиус, поворачивая голову к Немиусу и открывая свои, вновь ставшие алыми, глаза, - для ритуала мне нужна кровь, так что не ранить себя не получится.
На лице упыря появилась ехидная ухмылка. А после острые когти разрезали тонкий бархат его камзола, одновременно с этим распарывая кожу на тонких руках, давая почти чёрной крови вырваться на свободу. Но ни одна капля так и не упала в мягкий ворс ковра. Повиснув в воздухе, точно потеряв весь вес, жидкость стала образовывать символы древней магии, той что доступна лишь немногим, имеющим природный или, как в случае с вампиром, приобретённый дар манипуляции с самой жизнью.

Стоило отметить, что за этим, пусть и довольно кровавым, зрелищем было довольно интересно наблюдать. Всякий раз, когда тот или иной символ был завершён верно, он вспыхивал ярко алым, а затем собирался с другими в единый узор, менявший собственный цвет на багровый. Это повторялось снова и снова, пока полный круг не был завершён. Некоторые из знаков были похожи на знакомые молодому некроманту символы Аркана, но всё же отличались. Действо заняло несколько долгих минут, а после огромный круг, стал расползаться, впуская в себя Немиуса и выстраиваясь вокруг мёртвого мага в новые узоры. Ещё одна ослепительная вспышка, вынудившая вначале сощуриться, а после и вовсе закрыть глаза и … лёгкие сделали первый вдох. Непонятно зачем, но необходимость дышать показалась нормальным явлением и необходимостью. Ещё мгновение и по венам побежало что-то непростительно горячее, обжигающее, но не приносящее при этом никакого вреда. А следом пришла сила…
Магической энергии вампира казалось нет конца. Она кружила голову, вызывала желание смеяться, отдаваясь во власть тёплых волн магической энергии. Рядом были и знания кровососа, до них нужно было лишь протянуть руку и все они достанутся некроманту, но ещё одна деталь, та самая из-за которой некроманты и хотят заключать подобный союз явно ждала до последнего. Притаилась в глубине, ожидая, пока тело наполнится тёплой кровью, получит призрак той самой настоящей жизни, чтобы обрушиться на мага миллионом желаний. Просто в один момент они все сразу ворвались в сознание, точно толпа непрошенных гостей…

До тех пор, пока творимое Румиусом волшебство не начало своё стремительное воздействие, Немиус пристально наблюдал за появляющимися узорами и запоминал их, жалея лишь о том, что не успевает взять перо и чернила, чтобы окончательно запечатлеть видимое им магическое плетение в памяти. Тем не менее, это было не чем иным, как проявлением инерции мышления, свойственной большинству людей – ведь вампир вполне чётко упомянул, что, подобно тому, как он сам получит доступ к сокровенным знаниям, дарованным Сандро своему ученику, Аарен также обретет власть над многими секретами Румиуса, которые тот, возможно, желал бы по-прежнему оставить за стеной, отделяющей их души друг от друга. В каком-то смысле, на следующие три дня, некромант и вампир станут едва ли не самыми близкими созданиями во вселенной… и это казалось вдвойне интересным, ведь Аарен бы с радостью разделил нечто подобное с Круаном, в то же время, предпочтя и вовсе не связывать своего разума с Румиусом, что был ему почти незнаком – ведь на данную сделку Немиуса толкнуло лишь простое любопытство, а отнюдь не чувство глубокого доверия к «созданию ночи», которого он ещё всего пару часов назад считал лишь нейтральной фигурой на доске власти, где, соревнуясь в изобретательности, они с Люмией сражались друг с другом, стремясь как можно сильнее упрочить собственное влияние.
Как бы ни боялся Аарен возвращения былых чувств и последующего погружения в холодную пучину смерти, что вновь окружит его пониманием природы того отвратительного создания, в которое он позволил обратить себя во имя возмездия империи Рак’Сатан, некромант был убеждён, что этот опыт окажется ему крайне полезен. Знания вампира: о Сандро, его драгоценном Учителе; информация о природе «созданий ночи», об их слабостях и уязвимостях, понимание их сильных и наиболее опасных сторон… все это, непременно, могло пригодиться, а уж каждое воспоминание, каждый образ, в котором отразится волшебство правителя Вольных Городов, будут просмотрены Немиусом столько раз, сколько потребуется ради осознания сути магии, используемой Сандро во время великой войны. Да и повышение предела магической энергии в два раза – разве не об этом ему стоило мечтать?
Тем не менее, хотя некромант и думал, что подготовил свой разум в достаточной мере, истинная сила чувств, что обрушилась на Аарена подобно стремительному водопаду, буквально выбивала землю у него из-под ног.
Когда тело вновь наполнилось жизнью и воздух вокруг внезапно оказался насыщен миллионами оттенков, которых Немиус раньше не замечал; когда знания вампира оказались скрыты лишь за тончайшей пеленой, не представляющей для его разума совершенно никаких преград; когда желания, свойственные обычным смертным – связанные с простыми, мирскими удовольствиями, которых Аарен, как ему казалось, был окончательно лишён, наполнили его душу бурным потоком, вычленить нечто конкретное из которого казалось действительно невозможной задачей, Немиус рассмеялся.
Он смеялся долго, наслаждаясь ощущением кислорода, толчками наполняющего его лёгкие, пока, наконец, не обратил свой взор на вампира, сверкая радостной, пусть и несколько безумной улыбкой.
- У тебя получилось! – произнёс Аарен, захлебываясь от восторга. Сам не зная, когда именно это произошло, некромант приблизился к своему «брату по связи» и порывисто поцеловал его, наслаждаясь забытыми чувствами и желая поделиться собственной радостью с Румиусом, чтобы вознаградить его за предпринятые усилия. – Получилось… - прошептал Немиус, по-прежнему счастливо улыбаясь. – Это… невероятно! А ты… как ты себя чувствуешь? Тебе так же хорошо, как и мне?

Вампир немного вымученно улыбнулся и, покачав головой, тихо прошептал всего одно слово: - Откат.
Кровавая пелена магии сошла с глаз упыря вернув тем изумительные оттенки изумруда. Раны на руках почти исчезли, чего нельзя было сказать о разрезанных рукавах камзола, который теперь придётся менять или же отдавать мастеру для ремонта. Сам Румиус тяжело дышал и дрожал от холода, пытаясь освоится с техникой контроля души, что перешла к нему вместе с Потоком, доступ к которому для «детей ночи» был в любом ином случае закрыт.

- Да, судя по тому, что я от тебя только что узнал, откаты могут быть довольно болезненны, - со знанием покивал Немиус, прилив бодрости и безумного оптимизма которого сейчас ничто было не в состоянии поколебать. – Но скоро всё это закончится, Румиус. Да… - некромант подхватил его на руки, удобно взяв одной рукой под колени, точно поднимал в воздух ребёнка. – Скоро всё закончится, и ты сможешь в полной мере насладиться знаниями, к которым столь сильно стремился… Как же прекрасен этот мир, Бездна меня забери!
Закружив вампира по комнате, Аарен расхохотался, пока, впрочем, не вспомнил о том, что последний по-прежнему испытывает некоторые неприятные ощущения, не позволяющие ему разделить радость своего «брата по связи».
- Друг мой, - проникновенно обратился некромант к Румиусу. – Мне нужно время, чтобы прийти в себя, да и тебе, как я вижу, тоже. Почему бы нам не потратить его с пользой, рассказывая друг другу о новых возможностях, что мы обрели?
Отредактировано 02.11.2018 в 01:38
11

DungeonMaster Bangalore
04.11.2018 15:50
  =  
Удар от заклинания и впрямь стал затихать, понемногу отпуская колдуна крови из удушающей хватки своих лап. Состояние вампира возвращалось к норме и даже на губах, появилась лёгкая ухмылка.
- Ты просил зажечь свечи, да? – поинтересовался упырь, однако вопрос явно был риторическим, так как в следующий момент Румиус уже вычерчивал один из Аркан пламени, заставивший фитили и камин вспыхнуть ярким белым пламенем. Удивление на лице Румиуса было более красноречиво, чем любые слова. Он сам не понимал кокой из двух великих Потоков принял его, как мага. Белое пламя было характерно как для Души, так и любимого потока последователей ордена Святого Престола. Узнать это можно было только двумя способами: использовав Аркан, что откликается лишь на силу потока или же… просто засунуть кого-то из нежити в это пламя. Поток Душ не может навредить никому, но в тоже самое время необычайно силён, настолько, что может удерживать тех, кто стоит на краю от встречи с кругом перерождения или самой Предвечной, в то время, как Поток Света, заставит нежить осыпаться на пол кучкой пепла.

Упырь тем временем похоже вполне себе пригрелся на руках у Немиуса и совершенно не был против подобного отношения к собственной персоне. Его желания были весьма понятны и если откат заставил их поутихнуть, то сейчас, всё ещё лишённые контроля, они вновь начинали давать о себе знать.

- Вот как. Крайне… крайне интересно, - с жаром отозвался некромант, уже предвкушая тепло, которое окутает его тело, когда огонь как следует нагреет воздух в помещении. То, что Румиусу стала подвластна подобная магия, делало его лишь ещё более ценной боевой единицей. При этом совершенно не важно, какие возможности в действительности открылись вампиру, пока Аарен был связан с ним этой связью и пока всё происходящее находилось под его полным контролем.

Хотя, разумеется, Поток Света выглядел куда более опасным – в первую очередь, для всех на этом корабле, но и куда более интригующим. Некроманту бы пригодился способ слегка приструнить Люмию, тем самым заставив несносную девчонку исполнять его приказы.
Прислушавшись к другим своим ощущения, Немиус почувствовал, как желания вампира разгораются с новой силой и сам ощутил прилив возбуждения, подумав о прелестных фигурах девушек, находившихся на борту «Несущего Смерть». И чем больше он размышлял о действительно важных проблемах, тем сильнее становился их голос, пока и вовсе не превратился в один звенящий, понуждающий к действиям колокол, с каждым своим движением разгоняющий по телу волны страсти, требующих от него немедленного выхода.

- Давай узнаем, что тебе досталось, Руми, - улыбнулся Аарен, повышая голос и отдавая следующий приказ: - Стража! Войти сюда!
На охране, как и всегда, ошивалась пара скелетов, которые стояли здесь больше для вида и повседневных задач, чем действительной ради заботы о безопасности окружающих.
- А ну ка склонитесь и засуньте свои головы в тот камин, - распорядился некромант, в то же время стремительно перенося вампира, тело которого сейчас казалось невероятно лёгким, на свою постель. – А мы посмотрим, - закончил Немиус, усаживая Румиуса на перины и тотчас же принявшись помогать ему раздеваться.

Назвать вампира девушкой, сейчас, можно было разве что с большой натяжкой. Всё же Румиус довольно сильно отличался от убийцы, и имел некоторые черты характерные только для мужчин, однако… потребовалось бы совсем немного манипуляция, чтобы замаскировать их. А его фарфоровая бледность… о теперь Аарен прекрасно знал, как по ней сходит с ума Нурцианская знать. Для них начитанный и хоть немного миловидный, белокурый парень, будет в разы привлекательнее даже самой прекрасной из дев. А изумрудные глаза и миниатюрное, точно у девушки в силу происхождения строение костей, лишь довершали шедевр.

Самое смешное, что этот упырь прекрасно знал о том, что от него потребует их миссия, но вот готов он к ней явно не был. Напившись зелий, что дал ему Император Вольных Городов, Румиус эль’Сайтанель – последний представитель-полукровка когда-то правящего, а ныне мёртвого дома эльфов Тар'Инэ'блоу'Иннэс, желал лишь одного – никогда больше не открывать глаза, но у Сандро, прекрасно знавшего вампира, были совсем иные планы. Некромант нарочно уменьшил дозировку, подарив тем самым упырю лишь крайне долгий и мучительный сон, окончившийся ужасным голодом и головной болью.

В последнем сражении с демонами, старший брат Румиуса - чистокровный правитель эльфов был ранен. По общей истории он так и не смог оправиться, скончавшись в течении нескольких недель, но это было самой настоящей ложью, ведь Румиус был там и отдавал своему брату практически всю свою кровь, до последней капли, вытаскивая единственного живого родственника с порога смерти, что должна была унести его душу в великий круговорот. И если яд демонов юному вампиру, только недавно спасённому Сандро понемногу поддавался, то вот против подлости других домов, что решили избавится от своего правителя, полукровка уже ничего сделать не смог.
Кровь вампира может бороться против одного недуга, пусть и довольно сильного, даже смертельного. Но когда ядов несколько… способов к спасению не оставалось! Помочь могло лишь обращение брата в такое же чудовище, каким некогда стал сам Румиус. Но правитель эльфов, предпочел вечности смерть.

В тот момент желания полукровки, видевшего как на его глазах медленно умирает последний член его семьи, но не имеющего возможности сделать хоть что-то не сильно отличались от мыслей Немиуса относительно Рак’Сатана. Вампир поклялся спалить ко всем чертям эти благоденствующие рощи и обратить прекрасные земли эльфов в дымящиеся руины, а если и этого окажется мало, то попросту отворить Врата в Бездну, что запечатывала его семья. Ключ от которых Сайтанель так и не передал старшему брату, погружённому в дрязги между домами и войну с демонами.

И только Сандро, а теперь и его ученик знали, чего стоило Императору приручить своевольного Румиуса, сделав того сравнительно послушным. Но даже это не изменяло одного простого факта, прямо сейчас перед Аареном был один из Хранителей Врат, ведущих в Бездну. Всего одно слово, одно желание вампира, и страна эльфов – падёт, а новая война с демонами обескровит Немеллис, совершенно не готовый к ней.
Но, в тоже самое время, это создание жаждало удовольствия и ласк. Упырь охотно подавался вперёд, позволяя себя раздевать и… далеко не только это. Вампир легко готов был отдаться во власть любого сильного создания, чтобы лишь на несколько кратких минут забыть всё, что связывает его, забыть кто он, перестать ощущать металлический холод ключа от Врат Бездны, спрятанного глубоко в душе…
Так и сейчас, если Немиус только захочет, то упырь станет его ручной игрушкой, безропотно подчиняющейся грубой силе и даже самым низменным из возможных желаний некроманта…
Скелеты-стражи, имевшие минимальный разум и не испытывающие абсолютно никаких чувств покорно сунули свои головы в белое пламя камина, но лишь для того, чтобы взвизгнув, загореться, а после и вовсе осыпаться на пол, покрытый адамантовыми пластинами, двумя кучками пепла. Ответ был очевиден – из всех Потоков, что могла использовать нежить, Сайтанелю достался самый опасный…

Проследив за уничтожением нежити и отметив, что связь дала вампиру даже больше, чем Немиус смел рассчитывать, некромант направил всё своё внимание на Румиуса, в тайне надеясь, что «дитя ночи» не станет столь же внимательным образом копаться в памяти самого Аарена… тем более, что и смысла делать нечто подобное у него, фактически, не было, ведь Румиус и без того получил всё, чего только хотел.
Воспоминания вампира были очень печальны и наполняли той же грустью его собственный разум, к сожалению, заставляя ученика Сандро прокручивать в сознании фрагменты собственного прошлого, освещенного лишь лучиком света, что ворвался в кромешную тьму, полную одной только злости, боли и низменных желаний. Благодаря Круану, Аарен пережил рабство на галерах, сломавшее многих хороших людей; пережил и обучение в Вольных Городах, в конце концов обратившись в мёртвое существо, отринувшее саму жизнь ради осуществления личной мести. Но эта история едва ли заслуживает столь печального зрителя, каковым, в понимании Немиуса, являлся вампир, через многое прошедший и успевший многое потерять – некромант не думал, что Румиусу будет приятно смотреть на события давно минувших дней, оставивших в душе Аарена кровоточащие шрамы.

Так как же случилось, что, едва только вернувшись из инженерной академии Рак’Сатан и впитав, точно губка, все знания, которые ему преподавали, Аарен уже через несколько лет попал в рабство к торговцу Раззу, искавшему себе в услужение обычных гребцов? Разве не мог он, добившись от Джулиуса права обучаться в столь элитном заведении, и дальше удостаиваться его доверия, возводя для солдат, верно служащих знатному дому, могущественные осадные орудия, способные обрушить на врагов Империи настоящую смерть, пришедшую с небес?
Всему виной была лишь гордость Немиуса, невероятно выводившая его хозяина из себя. Джулиус желал видеть Аарена пусть и непростым, но всё же рабом, покорно знавшим своё место… и всё же тому, кто мечтал о свободе, подобная роль казалась хуже жесточайшего из ядов. Оружие, что должно было воплотить его чертежи, опережало осадное дело Рак'Сатана на десятилетия вперёд, но эта адская машина, обладавшая поразительной скорострельностью и точностью, была создана Аареном лишь в единственном экземпляре. Немиус сделал её, чтобы доказать свою уникальность; желая доказать Джулиусу, чего он достоин на самом деле. Более того, Аарен вполне был готов строить для него подобные машины, но за соответствующую, в общем-то, не слишком высокую цену…
За свободу.
И возмездие…
Не для хозяина, которого тогдашний раб пусть и ненавидел, но к кому, за столь долгое время совместного существования, вполне смог привыкнуть. Нет, он требовал смерти самого Императора, обещая дать Джулиусу оружие, способное поставить на колени любую армию, против которой оно будет обращено.

Но хозяин распорядился иначе. В результате, они вернулись к мечу, что продолжил пронзать тело непокорного слуги; кнуту, рассекающему плоть до костей, и голоду, сводившему Аарена с ума. Все свои знания талантливый инженер хранил лишь в собственной голове, отказываясь передавать секрет изготовления скорострельной баллисты даже под страхом смертной казни.
Немиуса пытали. Затем предоставляли уход и терпеливо ждали, когда его раны затянутся, чтобы он смог вернуться к работе. Затем, спустя некоторое время, пытали снова. Замкнутый, бесконечный круг.
Со временем, Джулиус решил, что избавиться от непокорного раба, чье здоровье в последнее время становилось только хуже и хуже, будет лучшим выходом из возможных. Впрочем, не удивительно – ведь Аарена использовали как мишень, на которой хозяин оттачивал своё непревзойденное фехтовальное мастерство.

- Милый, мой милый вампир, - шептал некромант, покрывая тело Румиуса поцелуями. Он был очень, действительно очень нежен и аккуратен, точно обращался с хрупкой фарфоровой статуей, опасаясь причинить ей даже малейший вред. – Забудь обо всех проблемах и бедах. Забудь о долге, что висит над тобой, словно остро наточенный клинок…
Когда Аарен подался вперед, преодолевая последнюю преграду, то прошептал, сливаясь с Румиусом воедино:
- Забудь обо всём, кроме наслаждения.

***
За свою жизнь Румиус имел огромное количество связей. Некоторые были из-за обычного желания, иные наполняли настоящие чувства и всё же, сейчас Немиус узнал об упыре одну простую, но довольно необычную для «дитя ночи» истину – ни потомков, ни преемников, ни птенцов. У Сайтанеля не было никого! Всех, кем вампир питался он непременно убивал, не давая ни малейшего шанса прикоснуться к Линии Крови, которую Румиус считал проклятой.
Однако сейчас в быстро заполняемой теплом комнате, ласкаемый заботливыми руками, ничего не требующими взамен и точно знающими чего именно ему хочется в данный момент полукровка, понемногу сдавался, уступая некроманту главенство, а заодно и власть над собой. Каждое касание, заставлявшее Сайтанеля поначалу вздрагивать, теперь встречалось улыбкой. Закрыв глаза и запрокинув голову, подставляя свою шею Аарену, как единственно доступный «детям ночи» знак доверия Румиус отдал себя во власть некроманта, отпуская последние, ещё давным-давно заготовленные им плетения и становясь беззащитной игрушкой в руках волшебника.

***
Лишь спустя несколько часов, пролетевших точно мгновение, разума некроманта коснулся голос Рыцаря Смерти:
- «Мастер, прямо по курсу корабль. Он идёт под флагом Нурции, но на борту есть как маги, так и священники, - спокойно произнёс всё тот же жнец, сменивший убийцу на уже довольно продолжительный срок. – Напоминаю вам, что мы идём под штандартами Вольных Городов и их Первого дома. Это может вызвать некоторое недопонимание и спровоцировать агрессию, если, конечно, их появление здесь является всего лишь совпадением».
12

Аарен Немиус Lottarend
04.11.2018 15:53
  =  
К тому моменту сам Аарен уже довольно порядочное время «отмокал» в ванне, размышляя о плотских желаниях и их воздействии на разум. Конечно, его несколько пугал тот простой факт, что он, кажется, отвыкнув от них, уже совершенно не мог контролировать позывы собственного тела, но полученное им удовольствие пока что с лихвой перекрывало все недостатки подобной связи.
И всё же…
Впереди его ждал печальный финал.
Немиусу придётся вернуть себе то, что он потерял - разум, пребывающий в холодной пустоте Предвечной. Попросту потому, что Аарен вполне справедливо считал себя нынешнего слабо пригодным к планированию и уж точно недостаточно сдержанным, чтобы командовать этой миссией. Плюсы, впрочем, тоже были: помимо удвоенного запаса магической энергии, некромант получил доступ к магии крови, которую могли использовать только вампиры. А значит, немного потренировавшись в этом виде волшебства, Аарен вполне мог попробовать использовать «очарование вампиров», подчиняя смертных своей воле.
Кроме того, бесценные знания о Румиусе, как о хранителе Врат в Бездну…
«Теперь я вынужден беспокоиться о твоей жизни, - иронично подумал Немиус. – До этого же воспринимал лишь как солдата Вольных Городов, способного отдать жизнь по моему приказу. Да… что бы ни случилось, Врата должны быть закрыты. Иначе этому миру настанет конец».
Встрепенувшись, когда Жнец вновь вышел с ним на связь, Аарен незамедлительно ответил ему, в то же время резко поднимаясь из воды, обрушившейся обратно в ванну градом хрустально-чистых капель.
- «Держаться прежнего курса. Мы – посланцы Вольных Городов, прибывающие в Нурцию с официальным визитом. Тем не менее, если эта страна желает боя, она его получит, - против обыкновенного, некромант ощутил в себе какую-то странную кровожадность. - Абордажной команде вооружиться и ожидать готовности! Зарядить пушки! Мы не станем атаковать первыми, но должны быть готовы к немедленному ответу, если нурцианское судно начнёт бой».
Делая шаг к полотенцу и быстро вытирая влагу со своего тела, некромант добавил:
- «Я поднимаюсь на палубу».
- Одевайся, Румиус. К нам приближается корабль из Нурции. У него на борту как маги, так и священники, которые, возможно, решат, что присутствие «Вестника Смерти» оскверняет их затуманенный верой взор. Будь готов к тому, что скоро начнётся бой… если они настолько глупы, чтобы и правда напасть на нас!

- «Да, Мастер, - покорно отозвался Рыцарь, - будет исполнено».
Сразу же после этого ответа корабль буквально ожил, начав готовится к возможной битве. Послышались негромкие быстрые шаги костяных матросов, которым жнец отдавал приказы через связь с галеоном, управляя всем точно паук, старательно дёргающий нити новенькой паутины, проверяя те на прочность. Ни одной команды так и не прозвучало над кораблём. Всё происходило в полнейшем молчании, столь характерном для Вольных Городов. И лишь активирование печатей на пушках вызывало непривычно мерзкое ощущение…
Вампир, нежившийся до того в сладкой дрёме на тёплой постели Немиуса, с явной неохотой приподнялся. Привычным движением откидывая за спину пряди светлых и стараниями некроманта теперь безнадёжно спутанных волос. Всё ещё немного сонный, Сайтанель довольно сильно напоминал Круана, когда убийца ещё был живым и вот так же просыпался в комнате своего раба вместо того, чтобы нежиться на мягких перинах господской кровати. Если бы только поменять цвет этих волос, столь услужливо скрывающих заострённые уши полукровки…
Осознание сказанных Аареном слов слишком медленно достигала сонного разума «дитя ночи» и виной тому было полуденное светило, приветливо заглянувшее в окна каюты некроманта. Его лучи что согревали пол и стены, заставляли упыря щурится и явно не вызывали у Румиуса никакого удовольствия. Да, Линия Крови, да и довольно продолжительная жизнь защищали вампира от разрушительного воздействия света, но, тем не менее, вызывали болезненные ощущения при прямом попадании на кожу. Закутавшись в белоснежную простыню, Сайтанель стал аккуратно обходить их по краю.
- Я пойду к себе, чтобы переодеться под… погоду, - всё ещё сонным голосом промурлыкал полукровка, пробираясь к двери, за которой начиналась территория вечного полумрака. – К сожалению, мне всё ещё необходим плащ от полуденного светила, да и адамантовые клинки использовать в его лучах куда разумнее, чем оружие, что я способен создать из собственной крови…

- Как скажешь. Я поднимусь на палубу и приму командование, - согласился Немиус, смерив нежить внимательным взглядом. Он бы, конечно, мог запретить Румиусу принимать участие в сражении, но что-то подсказывало Аарену, что совершить подобное – лучший способ потерять его расположение. Оставалось только довериться боевому опыту вампира и тем новым возможностям, которые он приобрёл благодаря их связи.
- Только не дай огню магов опалить твою причёску, - неожиданно пошутил некромант, как-то инстинктивно решив, что нечто подобное будет соответствовать нынешней обстановке. – Без этих шикарных волос ты будешь нравиться мне куда меньше.
Одновременно с этим, Аарен продолжал облачаться в выбранную вампиром одежду, естественно, делая это наспех и совершенно не заботясь о том, чтобы красивое одеяние сидело на нём как положено. Он ведь, Бездна раздери этих нурцианцев, готовился к бою, а отнюдь не к церемониальной встрече со всеми поклонами и прочими любезностями.
«Не забыть взять меч и ритуальный кинжал, - напомнил Немиус сам себе, рывком снимая со стены ножны с кривым клинком, что был в них вложен – подарок Круана, которым некромант пусть и не слишком умело, но всё же мог пользоваться. - Было бы неплохо, если бы я обладал твоим мастерством, Румиус. Быть может, опыт тех сражений, через которые ты прошёл, хоть как-то улучшил мои навыки».
Закончив со сборами, Аарен приготовился подняться на палубу, где первым делом намеревался рассмотреть корабль Нурции своими глазами. Затем некромант встретится с Круаном и узнает, изменилась ли ситуация за время, прошедшее с их последнего разговора.

Задержавшись у двери, чтобы лучше расслышать слова Нимиуса, полукровка довольно улыбнулся и кивнул, буквально растворяясь в полумраке коридора. Это было умение скольжения в тенях. Нечто подобное Аарену уже доводилось видеть, хоть и не в столь идеальном исполнении. Убийцы Империи Рак’Сатан практиковали подобное искусство и, как следствие, им владел и Круан. Всего один шаг и тогда ещё совсем юный мальчишка растворялся в тенях. Стоило ли говорить, что для «детей ночи» нечто подобное являлось более чем естественным.
Палуба встретила некроманта приятным морским бризом и оживлением. Скелеты послушно занимали свои места, готовясь по первому слову капитана накинуться на указанную им цель, магические пушки слегка шипели, а его Рыцарь Смерти стоял на носу «Вестника» и всматривался в медленно приближающийся к ним корабль.
К счастью или нет, но судно не выглядело достаточно большим, чтобы представлять для боевого галеона серьёзную угрозу. Ну разнесёт один борт, ну задержит это нежить на несколько дней, всё же поиск древесины её заимствование с потопленного врага, а то и выращивание новой – та ещё задача, но всё же…
Жнец не ошибся, корабль и впрямь шёл под торговыми флагами Нурции, но было в нём что-то странное. Даже не обращая внимание на то, что он мог вывозить из страны неугодных чародеев или служителей церкви, что воспротивились желанию короны заключить подобный союз, что-то так и говорило об опасности, или то, что судно шло прямо на огромный галеон не собираясь отворачивать…
- Клипер, - негромко прошипел Рыцарь, отдавая нежити новые приказы, отчего на палубе довольно быстро появились арбалеты, заряженные «кошками», крюками и прочей снастью, предназначенной для уничтожения парусов, а отнюдь не самого судна или его команды, - мы готовы, Мастер.
Отвесив учтивый поклон произнёс жнец. Примерно в это же время пространство меж двух кораблей стали заволакивать тучи, готовые вот-вот разразиться молниями и проливным дождём. Магия Аркана, прошедшая сквозь самого некроманта, принадлежала вампиру, что поднялся на палубу укутанный в чёрное и вооружённый до зубов, а в случае упырей, можно сказать, что и те являлись довольно неплохим орудием убийства…
- Мы будем сражаться? – воодушевлённо поинтересовался Румиус, удерживая заклинание дождя активным.

- «Готовы… только вместо Круана, всем здесь управляешь ты, Жнец, - в мысленном голосе Аарена послышалось недовольство. Некроманту не нравилось, что он не может даже общаться с Рыцарем Смерти – его место занял этот слуга Предвечной, который, если уж говорить начистоту, пока не вызывал у Немиуса доверия. Быть может, всё это было результатом вновь возвращённых чувств, но прямо сейчас Жнец вызывал у Немиуса раздражение и даже некую неприязнь, в причинах которой он так до конца и не разобрался. В конце концов, раньше Аарен вполне нормально воспринимал подобные перемены… так почему агрессия начала проявляться именно сейчас? – У тебя есть имя? Если уж госпожа не может вернуть мне Круана прямо сейчас, то я хотел бы, по крайней мере, говорить с личностью, а не с простым исполнителем моей воли».
- Я пока не уверен, - произнёс некромант, оборачиваясь в сторону Румиуса. – Нурция – не враг Вольным Городам… но предчувствие говорит мне, что бой неизбежен. И всё же, мы не станем атаковать первыми. Вместо этого, мы дождёмся того момента, когда клипер начнёт атаку – и немедленно ударим в ответ. Жнец, - Немиус бросил взгляд на Рыцаря Смерти. – У противника судно, которое куда быстрее нашего, не так ли? А пушки «Вестника» невероятно разрушительны, но их зарядка занимает много времени… что даёт противнику шанс на победу. Нам нужно лишить его этой надежды. Пусть обслуга осадных орудий перенесет на палубу столько машин типа «Гнев Небес», сколько получится здесь разместить, равно как и снаряды к ним. Я займусь подготовкой расчёта к стрельбе, ты же – руководи остальным сражением, если оно всё же начнётся.
«Гнев Небес» - это личное изобретение Немиуса, продвинутая версия обычной баллисты, отличающаяся от неё только, пожалуй, частотой выстрелов, неимоверно превосходящей все прочие осадные орудия… во всяком случае, как было известно Аарену по сведениям, почерпнутым им в инженерной академии. В отличие от баллист, используемых Империей Рак’Сатан, заряжающихся порядка десяти минут - что превращало их лишь в инструмент поддержки, а отнюдь не в машину смерти, уничтожающую войска противника градом опасных снарядов, рушащихся на людей с небес, «Гнев» был способен выпускать камни, магические ядра, или же горшки, наполненные огневой смесью, буквально каждую минуту.
Конечно, за всё приходилось платить и износ подобных машин был колоссален… но по крайней мере один, может быть два боя они всё ещё могли протянуть.
Аарен привёз десять таких орудий, намереваясь продемонстрировать их во время своего задания в Нурции. В конце концов, ему так или иначе нужно было провести настоящее, полевое испытание и сейчас Немиусу представилась отличная возможность проверить свои разрушительные машины в деле.

- «В моём имени нет смысла, - отозвался жнец. – Сегодня, сейчас, здесь я, а завтра, или даже через полчаса, может оказаться уже иной из слуг госпожи. Обращайтесь к нам так, как вам будет угодно, Мастер».
Рыцарь молча кивнул, на слова некроманта, продолжая командовать командой галеона и отдавая скелетам соответствующие приказы.
- Понятно, - промурлыкал вампир, приваливаясь к тёплой древесине мачты, тем самым прячась в её тень. – В таком случае нам легче остановить корабль и встать на якорь. А тебе забрать управляющее заклинание на себя. Так будет легче управлять нежитью, да и противник не сможет использовать наш ветер для разгона.
- «А ещё… - Румиус перешёл на мысленное общение, чтобы не произносить вслух очевидные для него вещи, - твой Рыцарь и я – убийцы, прошедшие обучение Вольных Городов. Нас логичнее отправить на абордаж, в тоже самое время с тобой останется Люмия и Хром. Наша связь даёт тебе все мои боевые навыки, и, хотя для победы над Рыцарем Смерти и некромантом этого будет явно недостаточно, ты всегда сможешь позвать меня. И да управление скелетами с прямым контролем будет куда как проще. Впрочем, решать лишь тебе. Однако, если начнётся бой, мы не сможем стрелять из пушек. В противном случае одно-два попадания разнесут их судно в щепки, а нам нужно узнать о том, кто их послал и зачем».
Упырь довольно шумно вздохнул, опуская взгляд на доски палубы.
- «Прости, я знаю, что наша связь будет ещё какое-то время туманить твой разум, вновь ощутивший вкус жизни, и что возможно, мои слова не к месту и всё же Сандро использовал бы нас именно таким образом. Священники опасней магов, поэтому их мы убьём первыми, все остальные раны не станут смертельными. Я не уверен, но думаю твой Рыцарь ответит тебе точно так же».
Погода стала стремительно портится. Тучи полностью скрыли солнечные лучи, а на собравшихся на палубе упали первые крупные капли будущего ливня, что будет мешать обычным людям, ежащимся от холода и противной влаги, но никак не нежити, которой совершенно нет дела до капризов погоды, какими бы силами те не были вызваны.
- Мастер Аарен, - послышался недовольный голосок Люмии, наконец-то соизволившей почтить их своим присутствием, - вы переполошили весь корабль, а теперь решили ещё и намочить нас?

Тщательно обдумав советы Румиуса, некромант счёл за лучшее согласиться с его боевым опытом и воспользоваться рекомендациями вампира, который явно понимал в тактике куда больше мага, а в прошлом – обычного инженера, едва ли хорошо знавшего, как следует правильно командовать войсками. То, что Румиус передал подобную информацию по мысленной связи, не став подвергать авторитет командира сомнению, позволило Немиусу сохранить лицо, выдавая чужие, куда более мудрые слова, в качестве своих собственных.
- «Не за что извиняться. Ты всё сделал правильно, - ответил некромант, поглаживая рукоять меча, действительно ощущавшегося сейчас несколько иначе, чем прежде. Аарен уже давно чувствовал, что его восприятие клинка существенным образом изменилось, но лишь теперь он получил окончательное подтверждение своей недавней догадки. - Значит, владею оружием не хуже вампира с четырёхсотлетним опытом? Что ж, это не может не радовать. Во всяком случае, я узнаю, насколько сильно Люмия желает моей смерти».
Ещё несколько часов назад, Немиус ни в коем случае не стал бы рисковать, отправляя Круана биться в абордажной команде – далеко от себя, оставляя собственную жизнь без надёжной защиты. Но теперь какое-то странное чувство азарта, или, быть может, предвкушение возможной опасности, равно как и связанного с этим риска, приятным холодком начало щекотать его нервы, разжигая интерес и заставляя Аарена закрыть глаза на проблемы, с которыми он может столкнуться вследствие принятого им решения. Немиусу хотелось ощутить вкус борьбы за свою жизнь; он желал выяснить, насколько в действительности стал хорош в качестве фехтовальщика и могут ли амбиции Люмии оказаться так велики, что она посмеет напасть на него прямо посреди развернувшегося сражения.
- Разумеется, ты прав. Бросим якорь. Жнец, передай мне управляющее заклятье - я буду командовать нежитью и направлять корабль в случае возможной необходимости, - согласился Аарен с приведенными доводами. – Мои баллисты в щепки разнесут их мачты, после чего «Вестник» сблизится для абордажа. Ты, вместе с Румиусом, возглавишь наши силы на борту вражеского корабля. Нам нужны пленные, чтобы понять цель атаки, предпринятой против официальных посланников Вольных Городов… конечно, если бой всё же состоится, - одёрнул сам себя Немиус, поняв, что начинает говорить о грядущем сражении как об уже свершившемся факте.
Когда Люмия обратилась к нему в своей обычной, несколько насмешливой манере, Аарен, заранее понимая, как отреагирует, обернулся к девушке, всё же не сумев удержать себя от того, чтобы непривычно долго задержать взгляд на местах, раньше не имевших для него никакого значения. Привычка мастера-некроманта носить одежды, которые можно было счесть приличными исключительно в стенах борделя, действовала на Немиуса не самым лучшим образом – его разум тут же наполнился сотней фантазий об этой утончённой искусительнице: об её тёмных волосах, растрепавшихся по подушке; об упругих, соблазнительных формах, что будут доступны его ладоням и о чём-то куда более приятном, чего Аарен не знал уже многие годы. Тем не менее, жажда женской плоти оказалась вполне предсказуема - по крайней мере, в достаточной степени, чтобы некромант сумел с собой совладать.
«Пожалуй, мне всё же придётся заглянуть к Целестии, когда всё закончится, - отметил Немиус, одновременно с этим приказывая расчёту доставить баллисты на палубу. Он также раздавал и другие поручения, несколько отвлекавшие его сознание от некоторых соблазнов, ощущать которые некромант отнюдь не желал. – Если не удовлетворить эту страсть, я стану лёгкой добычей в руках той, кто уже давно привыкла манипулировать мужчинами».
- Вы пришли вовремя, Люмия, - Аарен был довольно любезен. – Вероятнее всего, скоро начнется бой и нам, если до этого дойдёт, может понадобиться ваша помощь… но пока что, просто наблюдайте за ситуацией. Я сообщу, если от вас что-либо потребуется.

Рыцарь Смерти лишь вновь кивнул, соглашаясь с волей своего хозяина и послушно передавая мёртвому магу основные контуры управления галеоном, что в этот раз ложились в руки некроманта отдавая лёгким покалыванием в моменты соприкосновения с Потоком колдунов. Ещё один сюрприз к которому могло быть только смешанное отношение. Ведь изначально контур должен был состоять только из магии Аркана. Наличие же в заклинание плетений, что есть лишь у обладателей особого дара, наверняка могло обернуться тем ещё сюрпризом для мага, не сведущего в подобном и не имеющего ни малейшего понятия о колдунах.
Волна, охватившая Аарена всего на мгновение, задела и вампира. Правда, полукровка от этого и ухом не повёл. Точнее он выглянул за мачту, чтобы увидеть соблазнительную картину, в которой крупные капли влаги, падая на груди Люмии, медленно стекают по ним, устремляясь к талии и плоскому животику… к слову состояние Немиуса было вампиру более чем понятно и всё же он, видевший и обладавший за свою жизнь далеко не одной сотней красавиц не был впечатлён увиденным, а потому лишь вновь фыркнул. Оттолкнувшись от дерева и в этот раз с головой выдав себя мелодичным перезвоном метательных ножей-рыбок, Сайтанель осмотрел союзницу с ног до головы, точно прикидывая, как лучше начать разговор…
- А почему ты не нагая? – ласково интересовался упырь, бесцеремонно и откровенно начав пялится на девушку, - зачем эти драные лоскуты, они же всё равно ничего толком скрыть не в состоянии, или ты хочешь, чтобы любой взглянувший на тебя решил, что Вольные Города — это бордель, а все его маги самые обычные шлюхи?
- А ты не охренел ли часом, а Румиус? – тут же вспыхнула Люмия. Явно пришедшая в состояние бешенства и напрочь забывшая обо всём кроме слов вампира, что оскорбил её «милый» наряд.
- Отнюдь, - спокойно отозвался упырь, - Я вот что подумал, если это и впрямь торговцы, может нам сдать им тебя на часок-другой. Тебе не привыкать, ты всю жизнь этим занималась, а нам прибыльно, заплатят за тебя немало, а то глядишь и домой отвезут, в трущобы халифата из которых ты выползла века кажется полтора назад, я же ничего не попутал, да?
- Ну всё кровосос, - прошипела девушка собираясь активировать магию Аркана…

«Какого демона Румиус творит?»
Мотивы вампира были для Аарена совершенно непонятны. Неужели нельзя было выбрать другое время, чтобы злить волшебницу и доводить её до состояния полного бешенства? Люмия тоже хороша – ну поиздевался над ней вампир, зачем сразу нападать, бросаясь заклинаниями в союзника, когда прямо сейчас к ним приближается куда более опасный враг, способный, при некотором стечении обстоятельств, уничтожить их всех?
- А ну тихо! Не хватало нам ещё поубивать друг друга прямо под носом у светлых! – рыкнул Аарен, сверкнув глазами и вообще демонстрируя куда больше эмоций, чем он, лишённый чувств живых, привык показывать прежде. К несчастью, некромант вновь мазнул взглядом по телу волшебницы, в результате чего начал испытывать ещё большее раздражение – но на этот раз, уже относящееся к самому себе. Ему что, делать больше нечего, как любоваться грудью Люмии, которую та столь вызывающе выставила напоказ? Правильно вампир говорил, от полной наготы это практически не отличается... и если раньше Немиусу было наплевать, в чём девушка шествует по палубе его корабля, то теперь, когда они вскоре должны были вступить на сушу, с волшебницей следовало поговорить. Как бы сам Аарен к ней не относился, но у лордов Нурции не должно сложиться превратное мнение по поводу официальной посланницы Вольных Городов.
Одновременно с этим, на палубу потянулись скелеты, поднимающие из грузового отсека корабля первый «Гнев Небес». Некромант выбрал для него расположение, отдал приказ об установке и велел начать заряжать орудия цепными книппелями – ядрами, как следует из названия, связанными между собой цепью. Именно такие снаряды предназначались для уничтожения рангоута и такелажа у деревянных парусных судов. Конечно, первый выстрел едва ли попадет точно в цель, но уже следующий наверняка ударит куда как ближе - баллисте требовалась некоторое время, чтобы начать поражать свои цели точным огнём.
Отредактировано 07.11.2018 в 02:31
13

DungeonMaster Bangalore
04.11.2018 15:56
  =  
- Конечно, только поставлю этого мерзкого вампира на место, - прошипела Люмия отправляя уже готовое заклинание прямо в переместившегося к переднему борту полукровку. В какой-то момент могло показаться, что упырь намерен использовать жнеца, как не совсем живой щит, но …

Брошенный ранее якорь, как раз достигший в этот момент дна и закрепившийся за что-то, косой боковой ветер, раздувший ещё не убранные паруса и галеон со скрипом ушёл в глубокий крен практически развернувший его в боевую позицию для атаки судна Нурции и вынудивший попадать на деревянные доски едва ли не всех присутствующих. Теперь если клипер не отвернёт, то он попросту врежется в «Вестника», разбив себе о его прочную древесину всю носовую часть.

В то же самое время заклинание, брошенное мёртвой волшебницей, не найдя свою цель, полетело в сторону корабля Нурции, и… взорвалось, встретив сопротивление из магии Света буквально в метре от борта галеона.
- Очень вовремя, - прокомментировал поднимающийся упырь, - ещё немного и нас бы всех задело им.

- «Это ты сказал мне о нём, - продолжил Сайтанель улыбаясь, - твоё предчувствие. Это Отложенная магия, довольно редкий дар даже для представителей ордена. Я не ощутил колебаний Потока, ранее, хотя теперь они готовятся к атаке. И нет, я не сталкивался с подобным лично, лишь читал о таком в книгах твоего учителя, хотя никогда не верил, что подобное и впрямь возможно. Считал, что Сандро ошибся и таким образом скрыл потерю целого отряда, но, видимо именно по этой причине теперь нежить сначала атакует, а потом разбирается с причинами».

- Да вы определённо наша спасительница, Мастер Люмия, благодарю вас, - промурлыкал вампир, но в конце всё же добавил, - но переодеться вам всё же стоит, хотя бы в мой плащ, ведь холод и вода вредны для вашей кожи, к тому же он отражает больше половины светлой магии, в нём сейчас безопаснее всего. Кстати, а что это вообще такое было? – состроив совсем невинное лицо поинтересовался кровосос начав снимать свой балахон, чтобы затем протянуть его поднимающейся на ноги волшебнице.

Удивительно, но на Румиусе, не оказалось брони. Только побрякушки, от которых совсем слабо тянуло магией. Их назначение можно было откопать в памяти упыря, и большая их часть сводилась к созданию магического барьера путём поглощения крови «дитя ночи». Времени Сайтанель явно не терял, так как часть его волос была заплетена в косички, оканчивающиеся самыми настоящими перьями, вот только их острота была куда выше чем у зачарованного адамантового клинка. Из оружия на упыре были метательные ножи и необычного вида двуручный изогнутый клинок, находившийся в ножнах на спине. Он был зачарован, но вот из какого металла была выполнена основа оставалось пока тайной. Смешно, но именно так, без доспехов и явных преимуществ, спасённый Императором вампир ловил демонических тварей, сравниваясь с ними в скорости и нанося одну- две раны в уязвимые места, тем самым снижая скорость чудовищ и давая более сильным воинам расправиться с добычей.



- Отличная работа, мастер Люмия, - поддержал Аарен вампира, едва только придя в себя после произошедшего. Вспышка взрыва от двух заклинаний, столкнувшихся в воздухе, всё ещё стояла у него перед глазами. Подумать только, если бы магия Ордена достигла своей цели… - Ваше чутье невероятно! - продолжил нести полный бред некромант, как и Румиус, стремясь лишь побыстрее остудить гнев волшебницы, перенаправив её внимание на врагов. – Действительно, вы озадачили даже меня. Любой маг, наблюдавший за нами с расстояния, совершенно точно не подумал бы о том, что вы раскусили их планы. Отличная, отличная работа! - покивал Немиус, после чего, подумав о том, что ещё большей чуши он просто не в состоянии придумать, перешёл к более важной части данного разговора. - Продолжайте в том же духе и позаботьтесь о создании барьера, который защитит «Вестник» от последующих магических атак. Я же займусь наведением баллист и обеспечу святошам достойный приём, - рассчитав время таким образом, чтобы посмотреть на девушку, когда она уже должна была облачиться в предлагаемый ей плащ, Аарен чрезвычайно серьёзно и, вместе с тем, требовательно взглянул на волшебницу. - Полагаюсь на вас, мастер Люмия.

Что касается мысленной речи, которую Немиус адресовал вампиру, то она, в отличие от слов, произнесённых им вслух, отличалась куда большей несдержанностью.
- «Ты меня напугал, Румиус. Отлично сработано, но… ты ведь предупредишь меня в следующий раз, чтобы я не волновался за тебя, не так ли? – некромант отправил вампиру ответную улыбку. - Не рискуй своей жизнью напрасно – если я не смогу завалить тебя в постель снова, я, знаешь ли, очень расстроюсь».

Установив первую из баллист, скелеты начали взводить тетиву оружия. До пристрелочного выстрела, направленного в сторону противника, оставалось совсем немного.
В то же время, из проёма, ведущего в грузовой отсек, показался следующий «Гнев Небес» и Аарен незамедлительно указал грузовой команде место, где его следовало разместить.

Заканчивающая с недовольной гримасой натягивать явно мужской плащ-балахон Люмия по началу фыркающая, теперь расплылась в улыбке принимая благодарность и восхищение как должное. Сохранившая тепло и запах вампира вещь была девушке несколько не впору. Длинные полы одеяния скользили по палубе при каждом шаге Люмии, но, самое главное, она узнала магию того, кто нанёс плетение на плащ.

- Откуда у тебя артефакт, созданный самим Императором? – прошипела волшебница, плотнее укутываясь в магическую ткань.

- Давай потом, а? Если прямо сейчас не поставишь защиту нас всех сожгут, точно чучела на праздниках весны у северных народов, - с неохотой отозвался Румиус, подходя к борту галеона и наблюдая своими изумрудными глазами за тем, как вражеское судно вынуждено сбрасывает скорость, пытаясь уйти от столкновения.

- «Конечно, - отозвался Сайтанель спустя несколько долгих мгновений, обращаясь к некроманту, - просто времени объяснять практически не оставалось и… я не оставлю тебя вот так просто, даже когда связь между нами разорвётся. Сначала мы уничтожим твой Рак’Сатан, а после - сожжём Тар'Инэ'блоу'Иннэс дотла!»

Глаза вампира блестели, медленно меня цвет с изумрудного на огненно-алый. Упырь пару раз обменивался взглядами со жнецом, явно о чём-то с ним споря. И лишь первые магические удары, обрушившиеся на созданный Люмией щит, заставили Рыцаря Смерти сдаться, соглашаясь на то, что он считал по меньшей мере чистым безумием. И вслед за этим «дитя ночи» стал использовать собственную магию, ту, что оставалась обычно для некромантов полнейшей загадкой, но не сегодня. Сейчас Аарен прекрасно различал, как небольшой порез, нанесённый как-бы по неосторожности, давал полукровке доступ к его Потоку и свободу в использовании заклинаний и магии крови, а ещё… Немиус почему-то знал, что как раз эту самую магию, ту, что наиболее подходила Румиису как убийце, он сможет использовать всего несколько раз прежде чем потеряет все свои силы. И всё же… одно за другим Сайтанель накладывал заклинания на себя и Круана выжидая, когда клипер подойдёт достаточно близко, чтобы … создать мост? Магический мост над водой, что может быть сломан любой из сторон, даже по неосторожности…

Корабли сближались, а погода становилась всё отвратнее. Дождь лил точно из ведра, мешая как врагам, так и союзникам прицелится и нанести хоть какой-то вред друг другу, вынуждая перейти к ближнему бою, вместо магической перестрелки. И вот, когда между двумя суднами оставалось ещё около двухсот метров, двое убийц попросту прыгнули за борт галеона, устремляясь едва различимыми глазу тенями в сторону нурцианского корабля. Их ещё можно было вернуть назад, под защиту зачарованного дерева и подождать полного сближения, а можно дать напасть на живых, что вряд ли ожидают нападения так скоро…

- «Разумеется, сожжём, - легко согласился Немиус, которому попросту незачем было жалеть народ эльфов. То, что будет после свершения его мести над Империей Рак’Сатан, некроманта едва ли заботило… и если Румиус уже проник в его голову достаточно глубоко, то должен был понять, что смерть даже целой страны не станет для Немиуса большой проблемой. Вся его новая жизнь была основана на возмездии, которое Аарен обязан был совершить; помимо этого, он желал лишь искупления долга перед Круаном, принесшим себя в жертву во имя лучшего друга. Это было единственным, чего Аарен никогда себе не простит – смерть Круана и его обращение в Рыцаря Смерти оставили на его душе глубокие шрамы. – Но ты всё же будь осторожен. Незачем излишне рисковать головой, когда есть другие пути к достижению своих целей».

Конечно, если вампир действительно изучил его душу, то он знал, что Немиус не собирался жить вечно. И тем не менее, некромант вполне мог позволить себе немного задержаться на этом свете, чтобы помочь Румиусу осуществить собственное возмездие.

Занятый расчётом баллист и закреплением возведенных Люмией барьеров, равно как и координацией действий скелетов, приготовившихся к абордажу, Аарен обратил внимание на волшебство вампира лишь к тому моменту, когда менять что-либо было уже слишком поздно.

Проводив взглядом убийц, устремившихся по созданному Румиусом магическому мосту, некромант на мгновение задумался о том, чтобы вернуть их, отдав немедленный, требующий полного подчинения приказ - дождаться начала настоящего абордажа, шествуя во главе низшей нежити, способной оказать Рыцарю Смерти и вампиру необходимую поддержку.
Минуло несколько долгих секунд, в течение которых Немиус боролся с собой.

Но… в конце концов, он решил ничего не делать.
Румиус и Круан знают свои возможности. Они бы не устремились в подобную атаку, будь риск слишком велик.

Первый же залп усовершенствованного орудия некроманта, довольно чётко дал понять своему изобретателю, что благодаря не совсем надлежащим условиям хранения и проклятому льду жнеца, его изобретения скорее всего не переживут этот бой. Впрочем, сейчас, управляя скелетами и корректируя предполагаемые траектории, вписывая в них такие переменные как погода, расстояние, непривычный снаряд и много другое, включая несовершенство нежити, что вполне могла положить ядра не так как положено и, скажем, дать цепи свеситься на край, Немиус, тем не менее, достигал довольно крупных успехов.

Да основную мачту его игрушки так и не смогли пока повредить, но вот за несколько минут стрельбы паруса стали похожи на лохмотья, а три остальные мачты были сломаны примерно посередине. Всё это способствовало началу полнейшего хаоса, которым и воспользовался Сайтанель, разделив мост у самого борта и создав тем самым видимость атаки с двух сторон.

Глазам вампира не нужно было видеть противника, он просто убивал всё живое, прекрасно чувствуя, что трюме и каютах есть кто-то ещё. Они с Рыцарем вполне разумно решили избавить палубу от любых признаков жизни, чтобы затем методично допрашивать тех немногих оставшихся о целях их атаки…

Правильное деление, убийство наиболее лёгких жертв и… через пару минут судно Нурции врезалось в галеон, давая возможность низшей нежити довершить начатое. К тому моменту Вампир и жнец были уже в нижнем трюме, куда по воле судьбы занесло несколько непредвиденных гостей…

А уж волну магической энергии почувствовали даже некроманты, оставшиеся на верхней палубе, а после…

- «Аарен, - тихий и крайне слабый голос Круана коснулся разума Немиуса, - не убивай их, они…»

Но договорить Рыцарь так и не смог, вместо него продолжил Румиус, виновато подбирающий верные слова:

– «Я... я не знаю, что сказать в своё оправдание, разве что… меня там не было. Твой Рыцарь увидел женщин, которых насиловали и отшвырнув меня магической волной кинулся к ним в трюм в одиночку. Когда же я очухался и вошёл следом, все кроме них уже были мертвы. - полукровка был довольно напряжён, ведь прямо сейчас через его тело проходила магия Потока Некромантов, - Моих знаний вполне должно хватить, чтобы он выжил, если так можно сказать о нежити, но мне понадобится время, Рыцарю нанесла рану магия света. Я вырубил тех девок, так что если не трудно, захвати по пути сюда несколько душ, и собери для меня кровь, а то я потратил на этот бой почти все силы и скоро сам лишусь сознания…».
Отредактировано 07.11.2018 в 02:34
14

Аарен Немиус Lottarend
08.11.2018 18:43
  =  
Руководить стрельбой баллист, полностью управляя при этом скелетами, оказалось той ещё задачей. Вся проблема заключалась как раз в том, что они не думали самостоятельно и лишь слепо исполняли его приказы; сам же Немиус отнюдь не считал себя человеком, который никогда не допускает ошибок. Некромант предоставлял неправильный угол атаки, поправлял сам себя, вносил коррективы, одновременно с этим производя расчёты для остальных машин, обслуга которых не собиралась предпринимать совершенно никаких действий, пока новый приказ не поступит в их пустые, костлявые головы. Даже удивительно, что, несмотря на все мешающие обстоятельства, их команда достигала неплохих результатов – изменить направление эта нурцианская посудина больше определенно не могла. И, тем не менее, для самого Немиуса опыт испытаний «Гнева Небес», работающего в связке с низшей нежитью, оказался разочаровывающим. Для баллист требовались более исполнительные и самостоятельные слуги, вероятно, сотворенные по особому проекту. Собственно говоря, созданию программ обучения подобной нежити Аарен, охваченный рабочим азартом, собирался посветить всё ближайшее время вплоть до прибытия в порт Карнаэна. Как-то сами собой исчезли мысли об иных желаниях, что тревожили его душу, уступая место давно позабытому творческому порыву, мгновенно напомнившему Немиусу долгие, бессонные ночи, которые он провёл, создавая своё единственное, но по-настоящему уникальное изобретение.

В общем-то, всё действительно шло хорошо и это позволило Аарену погрузиться в мысли о нежити, которую ему предстояло создать. У неё должно быть живое, творческое сознание, но ограниченные силы, чтобы пустить все ресурсы исключительно на способность вести необходимые Немиусу вычисления. Предстояло как следует повозиться. Нужны свежие трупы…

Некромант продолжал думать над этим, даже когда корабли столкнулись, принуждая Аарена отдать приказ об абордаже. Немиус с некоторым раздражением отвлёкся и на подавление магических атак, которые направили в него всё ещё находящиеся на клипере волшебники, вынырнувшие на палубу откуда-то изнутри – они чудом разминулись со смертоносной парочкой, успешно выкосивших целые ряды солдат противника и унесшихся продолжать свою кровавую резню на нижние уровни судна. Впрочем, не увлекаясь битвой слишком сильно, некромант просто кинул в магов несколько «копий смерти» и, увидев, что светлые окончательно увязли в обороне от наступающих полчищ скелетов, вновь вернулся к составлению необходимых ему планов.

«Это, разумеется, должны быть те, кто владеет магией – чтобы освоить искусство, потребуется живой и подвижный ум, - продолжал размышлять Аарен. – Не обязательно опытные волшебники, достаточно простых учеников. Затем, мне следует поднять их в качестве зомби, но сохранить способность к самостоятельному мышлению. Главное, не переусердствовать - мне ведь не нужны слишком уж разумные солдаты, способные отказаться от собственного предназначения… что?»

Волна магии, явно ударившая откуда-то из нижних уровней клипера, разом заставила Аарена насторожиться. Что-то было не так. Тревожные ожидания, пожалуй, даже некое предчувствие неизбежного, лишь сильнее подливали масла в огонь. Некромант нервничал и, как выяснилось, не напрасно.

- «Я скоро буду, - его мысленный голос можно было в полной мере охарактеризовать как «замогильный». – Скоро буду и… почему? Как? Кто это сделал, Румиус? – прорвавшись сквозь первоначальное отрицание происходящего, эмоции Аарена захлестнули мысленный канал связи. К удивлению вампира, там не было злости – пока ещё нет. Только лишь горечь и странное недоумение, словно бы некромант всё ещё не верил в слова вампира до конца. – Он же непобедимый воин. Мне таких больше не доводилось встречать… почему из-за каких-то девок, Круан… - гнев толчками начал пульсировать в его душе. – Спаси его, Румиус. Я достану всё, что тебе необходимо. А после – ты найдёшь мне того, кто сотворил с моим братом такое. Если он ещё жив, то я сохраню ему жизнь… а после заставлю пройти через чертову Бездну страданий! Найди мне ублюдка, что ранил Круана, Румиус! Я уничтожу его, разорву на части, сварю в кислоте, посажу на кол, заставлю всё тело гнить заживо, спалю на костре, убью, убью, убью, уничтожу, разрежу, прикончу…»

Затем же, попросту не дав ему ничего сказать в ответ, вампир почувствовал, как канал связи между ними захлопнулся – по воле Аарена, разумеется. Сейчас с ним определенно было лучше не говорить.
Тем не менее, несмотря на испытываемый гнев, некромант казался довольно спокойным. Он молчаливо отобрал группу скелетов, велев им следовать за собой. Передал Люмии, чтобы продолжила подавлять сопротивление, если таковое всё ещё оставалось. Сошёл на вражеский корабль, придирчивым взором пройдясь по толпе искалеченных солдат, медленно умирающих от потери крови.
После чего достал свой кривой меч и с особой жестокостью попросту искромсал тела нескольких воинов, не слушая стонов и мольбы о пощаде. Через некоторое время, его жуткий гнев сменился какой-то озлобленной сосредоточенностью, заставившей сознание мыслить на удивление ясно.
Аарен нашёл на палубе тело мага, с которым недавно сражался. Его грудь была насквозь пробита клинком одного из скелетов, но он всё ещё был жив. Совсем ещё мальчишка… что ж, сойдёт. Рана ужасная, но с ней он будет умирать ещё не меньше нескольких часов. Размахнувшись, некромант двумя ударами перерубил волшебнику все пальцы, тем самым лишив парня возможности колдовать, после чего, отдав скелетам приказ взять жертву, тотчас же принялся искать других кандидатов на корм своему вампиру.
Воин, потерявший от боли сознание…

Женщина-арбалетчик, мышцы ног которой оказались буквально рассечены точной атакой. Интересно, кто из них постарался – Рыцарь Смерти или сам Румиус?
Ещё один солдат, тело которого вполне годилось для необходимых ему задач.
Аарен кивнул сам себе. На первое время их должно хватить. Потом, если понадобится, он достанет ещё. А сейчас – нельзя терять времени.
- За мной, - некромант указал скелетам направление, после чего, идя впереди них, одновременно занялся восстановлением канала связи, закрытого самим Аареном по вине сильной злости, которую он испытывал.
- «Я уже иду, Румиус. Захватил тебе еду. Как он?» - уточнять, кого именно некромант имел ввиду, не было смысла.

Вампир наполовину погружённый в магию Смерти, что буквально пыталась поглотить сознание Сайтанеля среагировал на слова некроманта слишком медленно, для того, чтобы суметь сказать хоть что-то важное, ведь Аарен практически сразу же закрылся. Вздохнув и покачав головой, упырь коснулся второго из Потоков, на сей раз родного, но оттого не менее болезненного. У Румиуса попросту не было времени на такую мелочь, как укусы ещё тёплых людских тел. По Немиусу прошла лёгкая волна от заклинания поглощения, что использовал вампир. Смысл его был несколько необъясним и непонятен. Оно предназначалось для всего лишь частичного заимствования крови и сил у уже умерших и никак не могло навредить живым. Однако, полученные знания упрямо твердили, что это крайне неразумно! Куда как проще было выпить кровь всего одного из трупов и восстановиться едва ли не полностью, если тот был магом и сила Потока ещё не покинула его, а тут…
Сайтанель в буквальном смысле избавлялся от свидетелей, ведь после такого обряда, поднять тех, кого коснулась эта магия, как нежить, будет невозможно.
- «Хорошо», - уставшим голосом произнёс упырь, но так и не уточнил к чему именно относилось это слово к факту того, что некромант несёт еду или, что состояние Рыцаря улучшилось, оставалось лишь надеяться, что этот ответ подходит ко всем вопросам сразу…

- «Магия Сандро – это не то, что легко воспроизвести, даже если ты видел её во всех деталях не одну сотню раз», - устало прошептал вампир и теперь уже сам закрылся от окружающего мира возводя вокруг себя защиту.
Уже подходя к трюму Немиус услышал обрывок разговора, который было трудно трактовать без деталей:
- Ты же спасёшь его, правда, вампир? – спрашивал женский, явно заплаканный голос.
- Не знаю, должен, не мешай! – фыркал Румиус в ответ, - Лучше зажми вот здесь, да аккуратнее же ты, дурная, эта кровь Рыцаря Смерти. Капли будет достаточно, чтобы прожечь твою плоть до костей. А я не желаю разделять свою кровь хоть с кем-то, для меня это всё равно что приговор!

- Прости, - послышался виноватый голос всё той же женщины, - а вампиры все такие странные как ты?
- О чём ты? - непонимающе переспросил полукровка, явно застигнутый подобным вопросом врасплох. – Вот, прижимай через эту ткань. Рана глубокая, поэтому дави сильнее.
- Ты не хотел защищаться от его клинков, смерти искал что ли? – не унималась осмелевшая деваха.
- На меня напал мой же союзник, - отозвался Сайтанель, - из-за вас двоих, между прочим. Что мне оставалось по-твоему делать, сражаться? К тому же он – Рыцарь Смерти, его воля — это отражение желания Предвечной…
В трюме царил полнейший хаос из изрубленных тел. Повсюду были брызги крови, а девушки… та, что помогала вампиру была полностью раздетой и перепачканной в мужские выделения, что крайне раздражало упыря, вынужденного использовать её помощь. Вторая была не многим лучше своей товарки, однако на ней всё же сохранилась часть одежды. Перепачканные и замученные, сейчас этих женщин и мать родная бы не узнала и всё же, если внимательнее рассмотреть первую, её тёмные волосы и такие знакомые и в то же самое время совсем чужие черты лица.

Обрывок разговора, донесшийся до ушей Аарена, в другое время определенно насторожил бы его, но не сейчас – в данный конкретный момент, некроманту было абсолютно наплевать на детали произошедшего. Более того, покопавшись в воспоминаниях Румиуса, Немиус мог бы и сам узнать всё, чего бы только ни пожелал. Такова сила магической связи. Тайное, так или иначе, станет явным и не в силах вампира этому помешать – по крайней мере, пока заклятье, что он сотворил, продолжает соединять их души воедино.
Зайдя внутрь помещения, некромант кратко взглянул по сторонам, на доли секунды задержавшись лишь на женских телах, что по-прежнему сильно влекли его, после чего его глаза, обратившись к лицу Круана, продолжали смотреть только на Рыцаря Смерти, не видя больше ничего вокруг.
- Круан… - некромант сделал несколько порывистых шагов вперёд и рухнул перед своим братом на колени. Будь он жив и Аарен искал бы следы бледности на коже; убедился бы в том, что его сердце по-прежнему бьётся, равно как и проверил, что грудь Рыцаря Смерти слегка приподнимается, как это всегда бывает при дыхании, но… как понять, что Предвечная ещё не окончательно забрала Круана в свои объятия? Как узнать, поднимется ли он вновь и появится ли на его губах улыбка, которой Немиус уже давно не видел?
«Что же ты молчишь, вампир…»

- Мага сюда, живо! – некромант отдал приказ скелетам, велев ближе подтащить визжащего и упирающегося волшебника, который, впрочем, довольно скоро замолчал, оглушенный ударом костлявого кулака одного из солдат Аарена. – Восстанови свои силы, Румиус, - прошептал Немиус, заглядывая вампиру в глаза. - Его кровь даст тебе много энергии.
Заметив девушку, которая, судя по всему, как-то пыталась помочь в лечении Круана, некромант раздраженно рявкнул, лишь спустя несколько секунд поняв, что же именно он произнёс на самом деле:
- Бездна тебя задери, Айн, не мешайся!
Когда осознание сказанного настигло Немиуса, некромант более внимательно оглядел особу, в которой он, видимо, как-то подсознательно, но всё же признал сестру своего названного брата. Черты лица, с поправкой на возраст и иной пол, действительно были довольно схожи, да и то, как глаза изнасилованной девчонки удивленно расширились, говорило само за себя.
В конце концов, именно с её помощью раб Джулиуса, напившись и набравшись смелости на этот безумный поступок, когда-то собирался отомстить своему хозяину за всю боль, что тот причинил ему. Не удивительно, что Аарен узнал её даже сейчас.
- Твой брат ещё откроет глаза, но, если ты будешь мешать нам и по твоей вине он окончательно погибнет, я лично убью тебя! - зловеще прошипел некромант. - Уйди прочь и не путайся под ногами!
Румиус нехотя приподнялся, но так и не оторвал руки от тела Рыцаря, в которого сквозь вампира вливалась магическая энергия. Движения Сайтанеля были какими-то замедленными, точно перед некромантом было не порождение ночи, а ужасно созданный зомби. Однако голос и мысли упыря оставались предельно ясными.
- Тогда можешь убить её после того, как она уберёт руку, от его раны, - отозвался Румиус, - именно это окончательно убьёт твоего Рыцаря. Накрой её руки своими и очень осторожно давай тем выскользнуть, если так хочешь закрывать рану Круана сам, но, если вы позволите этому мальчишке потерять хоть ещё немного крови, я не смогу его спасти, так что препираться будите после, когда я с ним закончу. Впрочем, говорить я вам не запрещаю. Да и на свой вопрос я уже получил достойный ответ.
Практикуя словоблудие, кровосос тем временем дал знак скелетам приблизить «обед» поближе и сделав небольшой укол в области шеи паренька, припал к полившейся крови губами, не позволяя ни одной из капель пропасть даром.

- Конечно, Румиус, - тотчас же согласился некромант. – Командуй, я всё сделаю.
Послушно накрыв руки девушки своими, Немиус медленно, по миллиметру, начал позволять тем выскальзывать прочь, следя, чтобы из раны Рыцаря Смерти не пролилось ни капли крови. Ничего больше говорить он не стал. Сознание некроманта, видевшего, как его друг умирает, не могло отвлечь ничто иное – это был совершенно неподходящий момент для проявления чего-либо ещё, кроме послушного подчинения командам вампира.

Против обыкновения, полукровка выпил совсем чуть-чуть, только чтобы продержаться до конца ритуала. Разумеется, никому, не объясняя причин своих поступков.
- Зажми его рану, - отдал он приказ скелету, - и оттащи к вон той девке. – Взмах в сторону второй из выживших. - Как очухается, сунь мальчишку ей под нос, пусть спасает. Вы, - теперь досталось остальным скелетам. – Подтащите тела ко мне поближе. Я не собираюсь тянуться за ними!
Дождавшись, когда полуразумная нежить выполнит указания, Сайтанель тяжело вздохнул и у этого была весьма веская причина. Как и говорил вампир, он собирался воспользоваться магией, что создал Сандро, воссоздавая ту в своей памяти. Аркана Смерти – самая трудная часть школы некромантии. Учитель не раз и не два заставлял Немиуса пытаться вникнуть в смысл символов, ругая за попытку просто запомнить вереницу причудливых закорючек.
- «Да научить вампира понимать суть Смерти и то легче», - как-то произнёс Император, видя очередную ошибку в, казалось бы, идеально начертанных символах. И теперь Аарен прекрасно понимал, о ком в тот момент думал его наставник.

Ядовито-зелёные, точно наполненные зловонием и испарениями символы, загорались вокруг Румиуса. В отличие от мёртвых некромантов, чья плоть уже давным-давно была мертва, вампир оставался всё ещё живым. И если Айн могла с визгом отскочить в сторону, передав мертвецу возможность спасти её брата, то вот Сайтанелю приходилось терпеть начавшие появляться то тут, то там ожоги. Эта была ожидаемая цена для «дитя ночи» за использование магии, что доступна лишь высшим некромантам, тем, кому больше не нужно дышать.
Вереница символов Аркана, повинуясь движению упыря прыгала с одного человека на другого заживо выдирая из жертв души, под ужасающие предсмертные крики и вой. В каком-то смысле второй девушке очень повезло с тем, что она не могла лицезреть эту мерзкую магию, попирающую всё, во что её учили верить.
- Сандро как-то сказал мне, - внезапно произнёс упырь, продолжавший с шипением выводить руны и преобразовывать тем самым души людей в своего рода дымку, - что если я войду в такой же невидимый глазу круг, создаваемый его магией, во время вот такого вот исцеления, то неминуемо умру. Интересно думал ли он о том, что я сам создам нечто подобное и буду его центром.

Ещё пара символов, что была до неприличия похожа на герб Первого дома и вся эта разлитая по округе дымка устремилась к Рыцарю Смерти, в то время как вампир со всей возможной скоростью дёрнулся в сторону, выходя за пределы воздействия собственной магии, начавшей пожирать всё живое. Тела людей, кровь, она даже попыталась прогрызть деревянные балки, а после с воем устремилась к Круану, вливая в него силы и заставляя рану затянуться на глазах.
- Можешь отпускать, - промурлыкал вампир, сползая по стеночке, - жить, конечно, он не будет, но существовать продолжит. Моих сил не хватило на полное исцеление, как ты видел я был вынужден сбежать до того, как заклинание завершилось. Так что какое-то время придётся подождать, но он очнётся, когда восстановит свои силы напрямую из Потока. Думаю, к ночи Рыцарь уже даже сможет встать и вновь начнёт досаждать тебе своим присутствием и чрезмерной опекой.

Ритуал, что использовал Румиус, не вызывал у некроманта ничего, кроме истинного, подлинного восхищения. Видеть, как буквально на глазах затягиваются раны Круана, благодаря магии Потока Смерти, использующей жизненную силу всех, кто был вокруг - восхитительное и ужасающее зрелище. Практически интуитивно Аарен вообразил о том, что будет, если использовать подобный ритуал в более крупных масштабах: на небольшом селении, городе или, быть может, даже целой стране? Только лишь представляя, какая сила будет подвластна благодаря подобному волшебству, у Немиуса захватывало дух.
Впрочем, восторг некроманта несколько испортился благодаря ощущению боли, коснувшемуся сознания Аарена точно раскалённой иглой. Это не были чувства самого Немиуса – пострадал Румиус, использовавший волшебство, которому было вполне по силам его убить.

- «Прости, что ты так пострадал из-за меня. Если бы только я мог сотворить это заклинание самостоятельно… - подумал некромант с жалостью и грустью, ведь вид вампира, на котором буквально не осталось ни одного живого места, не мог не затронуть его сердце. – В следующий раз тебе не придётся терпеть боль из-за отсутствия у меня нужных знаний. Я сам освою магию Смерти. И… спасибо тебе, Румиус. Каким бы ты виноватым себя не считал, в моих глазах ты уже искупил всё тобой совершенное».
- Ты будешь жить, брат, - некромант любяще, нежно погладил Круана по щеке, после чего, глубоко вздохнув, огляделся вокруг. Его взгляд приобрёл иное, куда более сосредоточенное и злое выражение. – Искать красные зелья Ордена! По всему кораблю. На этом судне они должны быть, - Аарен передал свой приказ дальше, к другим скелетам, что, не получив новых приказов, сейчас лишь бесполезно простаивали на палубе клипера. Говорил он вслух лишь для Румиуса и Айн, которая, теоретически, могла знать о их местонахождении. – Как только вы их найдёте, немедленно несите к Румиусу - все, что отыщите. Думаю, он оценит их по достоинству, не так ли? Потерпи ещё немного, я уверен, помощь скоро придёт.
Повернув голову в сторону по-прежнему обнаженной девушки, Аарен, постепенно расслабляясь, принялся откровенно пялиться на её прелести.

- Твоя грудь явно подросла с того времени, как я видел тебя в последний раз, Айн. Прикройся чем-нибудь – вид стекающего по твоему телу семени меня несколько отвлекает, - голос его стал серьёзным. – Тебе выделят отдельную каюту. Побудешь на нашем корабле почётной пленницей, пока Круан не придёт в себя. Еду, новую одежду и воду для омовения тебе принесут.
«Изрубленные на куски тела, девушки, которых насиловали… допустим, одна из них Айн, но кто тогда другая? Брат просил пощадить их обеих, – какое-то время вполне спокойно размышлял Аарен, пока, при мысли о случившемся, ярость вновь не затмила его сознание, заставив с силой сжать кулаки. – Теперь, когда твоей жизни ничто не угрожает, я узнаю правду. Он не сдохнет так просто – я вдоволь заставлю помучиться того, кто покусился на твою жизнь, Круан».
- Но у нас есть ещё одно незаконченное дело, - резко произнёс некромант. – Где тот ублюдок, который нанёс рану моему Рыцарю Смерти?
Айн
15

DungeonMaster Bangalore
08.11.2018 18:44
  =  
Сайтанель тяжело дышал, но, несмотря на испытываемую им боль, его жизни совершенно ничего не угрожало. Раны, пусть и крайне медленно, затягивались, постепенно восстанавливая фарфоровую красоту «дитя ночи». Блаженная улыбка говорила о том, что упырь собой более чем доволен, и всё же она довольно резко сползла с лица кровопийцы сразу после отданного некромантом приказа.
- Ты, - он резко приподнялся, и зашипел ничуть не хуже Люмии от пары лопнувших пузырей, - стой на месте и держи рану мага закрытой! Тебя приказ некроманта не касается, понял?
Скелет переступил с ноги на ногу, но кивнув остался на месте.
- Как будто я этого хотела, - фыркнула девушка, сложив руки под двумя налитыми грудями и отвернув личико в сторону, - я вообще не знаю кто ты и что тебе нужно, так с какой стати я должна подчиняться тебе? Меня вообще-то спас вампир, и он же явно хотел от меня избавится своей мерзкой магией, а ещё…

- Ты хоть когда-нибудь затыкаешься? А ведь из твоего брата и слова клещами не вытянуть, - устало спросил упырь и кивнул в сторону всё ещё лежащей без сознания женщины. - Это она, Мастер! Без понятия, что было на уме у этой тупой жрицы Единого, и за кого она приняла нас. А может девочке просто надоело быть игрушкой в мужских руках, и она решила избавится от своей святости, а мы подвернулись под руку. В общем… я влетел сюда на своей скорости, когда их насиловали, полагаю по кругу и далеко не в первый раз. Эта, - указание в сторону лежащей без сознания, - начала визжать точно резанный поросёнок и пытаться вырываться, явно поняв кто я такой, когда в трюм спустился ваш Рыцарь. Полагаю, вид любимой сестрёнки взбесил его, ведь он не совсем нормальный. Всё же Император убил тринадцать человек, создавая это чудовище. В общем потом мне прилетело сначала от Рыцаря, возомнившего невесть что, а затем, когда я очухался эта сучка атаковала нас магией света. Я успел поставить барьер, но моей крови не хватило на нас двоих, я избавился от жрицы, ибо вот эта, - кивок в сторону Айне, - умоляла меня позволить помочь спасти её брата. Деталей, что произошли пока я был в отключке, мне к сожалению, неизвестны, вам придётся прояснять их у девушек и вашего Рыцаря, Мастер.
Вампир учтиво склонил голову и вновь зашипел. Как раз в этот момент в трюм вернулся скелет с алым флаконом в руке. И повинуясь ранее отданному приказу понёс его к Румиусу.

Взгляд, который Аарен бросил на потерявшую сознание девчонку, явно заставил бы несчастную сожалеть о том, что её всё ещё не сношают ныне мёртвые нурцианские ублюдки. Видит Бездна, эта участь для неё была куда более милостива, чем та, которую некромант, узнав о произошедшем, уготовил для жрицы Единого, посмевшей посягнуть на единственного человека, заменившего для него давно погибшую семью.
- Ты несколько по-другому докладывал мне о ситуации, Румиус. Но это уже не важно. Используй зелья так, как тебе хочется – я знаю, что ты жаждешь знаний, которые они в себе хранят, - глаза некроманта, в иное время выглядевшие довольно привлекательно, теперь буквально лучились такой холодной, вымораживающей, жуткой яростью, что могли заставить иного, более слабого человека вздрогнуть от этого взгляда, предвещающего скорую смерть всякому, кто навлечёт на себя его гнев. – Неважно кто я, Айн. Моего имени ты всё равно не вспомнишь – скорее всего, ты его даже не знаешь. Сейчас, для тебя я – ученик Императора Вольных Городов, командующий «Вестником Смерти», где тебе, благодаря приятному факту родства с моим Рыцарем Смерти, окажут вполне гостеприимный приём. Но если ты и дальше будешь дерзить, я позабочусь о том, чтобы мои солдаты продолжили то милое занятие, которое Круан столь неожиданно прервал. Тебе всё ясно?

Сверкнув глазами, некромант подозвал к себе парочку скелетов, ошивающихся на палубе, после чего приказал им, указав рукой в сторону жрицы Единого.
- Свяжите эту девку и бросьте в мою каюту, - он с сожалением покачал головой. - Жаль, что я не могу убить её миллионом способов, которые хотел бы осуществить… уж не знаю почему, но Круан пожелал, чтобы я сохранил этой девчонке жизнь. Может быть, ему зачем-то нужна жрица Единого? Но не волнуйся, брат, - Аарен легонько погладил Рыцаря Смерти по щеке. – Когда ты очнешься, она уже сполна ответит за содеянное.
Рассмотреть тело рыжеволосой приспешницы Ордена с подобного ракурса было достаточно сложно, но кажется, что она вполне соответствовала его вкусам – во всяком случае, эти большие груди явно были очень красивы и могли свести с ума многих мужчин. Перед тем, как Немиус покинул Вольные Города, Сандро, в качестве эксперимента, посоветовал ему поселить в достаточно сильную женщину магическое семя, конечно, вполне способное убить мать при родах, но... если эта девушка нужна Круану на более длительный срок, Аарен всегда сможет пересадить семя обратно в сосуд, где оно и хранилось в настоящее время.
- Ты, - некромант обратился к скелету, зажимающего рану волшебника, которого Румиус, видимо, пожелал присвоить себе в качестве источника пищи. – Остаешься в распоряжении моего вампира. Тебе нужна ещё какая-нибудь помощь, Румиус?

Упырь слегка дёрнулся, когда по нему скользнул взгляд мёртвого мага, которому сейчас совершенно ничего не стоило покончить с полукровкой в одно-два заклинания.
- Простите, Мастер, – промурлыкал Румиус, - я не хотел отягощать вас лишними подробностями, отвлекая от боя. Ведь наличие рядом со мной потенциального противника явно не добавило бы вам спокойствия, равно как и слова о небольшой потасовке, за право обладания особой добычей.
- «Всё же они должны были стать моими пленницами, а не Рыцаря, что пришёл сюда вторым. – Сайтанель так легко перешёл на мысленную форму общения, что могло показаться, что он продолжает произносить всё это вслух. - Впрочем, это не важно, однако, раз ты забираешь жрицу, и она не вылечит для меня мага, мне придётся поделиться с ним кровью Тар’стейна. А он тот ещё ублюдок, если честно, причём как на вкус, так и на знания».
- Только ваша благосклонность и защита, Мастер, ведь я самый обычный упырь, - вампир улыбнулся и вновь продолжил, сменив способ связи:
- «Люмия жаждет мести, а за Круаном необходим некоторый уход. В моей каюте есть зелья, что помогут Рыцарю прийти в себя гораздо быстрее, но сам я не смогу двигаться ещё несколько минут. Поток Смерти слишком силён для "детей ночи". Возможно позже. Когда у меня будет сила Древнего, я смогу использовать эту магию без столь разрушительных для себя последствий, но пока… одного скелета в качестве помощника мне явно будет… маловато».
Айн, тем временем притихла, прикидывая свои шансы и вспоминая слова брата, о которых в этой комнате сейчас знала лишь она. Её взгляд блуждал по некроманту, точно оценивая есть ли смысл говорить ему о том, кто эта жрица и что она тоже важна для её брата, как минимум потому, что он имел глупость влюбиться в её покойного брата, да к тому же ещё и беглого раба. Но всё так и осталось на уровне нескольких вздохов и странной активности:
- Я помогу тебе, вампир, ты спас моего брата, так что можешь взять и мою кровь тоже, это будет вполне честно, ведь ты хотел её, правда?

- «Понимаю, - ответ Аарена не заставил себя долго ждать. – Жрица и в самом деле моя добыча… но не волнуйся, Румиус, мы найдём тебе другую прислужницу Ордена вместо неё. Кроме того, зелья... Я намерен сделать все подобные эликсиры, которые мы получим в ходе наших странствий, твоей личной собственностью – вот насколько ты для меня ценен. Что же касается Круана, то, по правде говоря, я собирался предложить тебе нечто похожее, - некромант подпустил в свой мысленный голос лёгкую улыбку. – Я возьму тебя на руки и отнесу до твоей каюты. Если Люмия попытается напасть… что ж, я полон сил и магической энергии. Хитрая бестия, она не рискнёт в бою, результат которого до конца не известен. К тому же, Люмия сама сильно измотана, ведь именно ей пришлось всё это время держать над «Вестником» защитный барьер. Не думаю, что она вообще осмелится на атаку, но даже если и так, я вполне способен оказать нашему общему другу достойный приём».
Слова Айн заставили некроманта насторожиться. Он прекрасно помнил, что эту юную девушку, точно так же, как и Круана в своё время, ещё в детстве готовили стать убийцей. Если она спелась с Орденом, то подобное предложение могло обернуться изощренной ловушкой.
- Надеюсь, твоя кровь не отравлена, - взгляд Аарена неприятно впился в красавицу. Впрочем, поскольку та, похоже, совсем не планировала одеваться, зрелище её обнаженного тела несколько смягчило гнев некроманта. В то время, как его плотские желания вновь пробуждались, Аарен подумал о том, что иногда их присутствия он желал бы полностью избежать.
Передав Рыцаря Смерти скелету, Немиус проследил, как другие два заканчивали связывать жрицу, похоже, спеленав её буквально по рукам и ногам.
Ничего... вскоре, он избавится от этой жажды. По крайней мере, на время.

Осторожно, без резких движений, но вампир всё же смог подняться по стенке самостоятельно, хотя любой сделанный им шаг, неминуемо должен был обернуться падением.
- Да кого волнует кровь убийцы, - издеваясь в своей привычной манере, промурлыкал упырь, - особенно сейчас, когда в моих руках находится такой милый молоденький мальчик. – Повинуясь мысленному приказу Румиуса, лишь чудом стоящего на ногах самостоятельно, скелет подтащил мага к нему, помогая влить тому в рот остатки алого зелья, заставившего волосы паренька буквально на глазах окрасится в белый цвет.
- Что ты делаешь? – вскрикнула Айн, на глазах которой упырь в прямом смысле убивал мальчишку зельем, чьё назначение было совершенно противоположным.
- А что я делаю? – переспросил Сайтанель, но тут же продолжил, - Вот скажи мне, Айн. Насколько этот ребёнок сейчас старше того возраста, когда ты попыталась избавится от собственного брата, стравив его с ненавидевшим вашу семью рабом, думаю года на два, да? Удивительно, что ты защищаешь его, хотя… он ведь единственный, кто не покусился на тебя. Но дело тут не в морали, просто он истинный Нурцианец.
Вампир самым наглым образом захохотал. Его явно забавляло всё происходящее. Но при этом он вёл и другой, немой разговор.
- «Не думал, что жажда будет так сильно мешать тебе, Аарен. Впрочем, если ты закроешь глаза и пройдёшься по моим воспоминаниям, то будешь приятно удивлён некоторыми особенностями вампиров. – Полукровка улыбнулся. – Твой Учитель никогда не прикасался ко мне, пока я не прибегал к магии изменения. Прости, что не предложил подобного сразу, просто из-за твоей связи с Круаном я почему-то решил, что подобное тебе вовсе не интересно. Хотя и застал тебя намыливающим спинку той девице».
Память же, о которой говорил Румиус содержала довольно красочные события, в которых маленькая хрупкая эльфийка принадлежала Императору Вольных Городов. Это были те редкие моменты, когда Сандро снимал всю свою многочисленную защиту, чтобы ненадолго погрузиться в вполне понятное плотское удовольствие с, пожалуй, единственным, не считая Раак'нара жителем собственной Империи, которому он мог доверять. Забавно, что при подобных обстоятельствах, Хранитель Врат всё ещё считал, что Император способен убить его.

Аарен прислушался к разговору, когда речь коснулась их с Круаном – ведь только это вампир и мог иметь в виду, не так ли? Впрочем, уж кого, а Айн некромант защищать точно не собирался. Её судьба его совершенно не трогала; Немиус бы попросту избавился от обеих девушек, даже не разбираясь, кто из них и кем является, если бы не просьба Круана, заставившая мага повременить с решением. Вечно капризная и своенравная дочь Джулиуса оставила в памяти некроманта исключительно негативные воспоминания, никогда не вызывая у него даже толики сочувствия.
- «Меня уже давно ничего не интересовало, - спокойно ответил Аарен, и в самом деле прикрыв глаза, чтобы прокрутить… весьма интересные подробности личной жизни Учителя. – Я не делил ни с кем ложе многие годы – именно потому, что у меня не было в этом потребности. Наша связь стала своеобразной отдушиной, через которую я вновь учусь понимать мир живых… но это, как выяснилось, влечет некоторые неудобства. Что же касается Целестии, я лишь интересовался её пониманием отношений мужчины и женщины. Эта сирена, несмотря на то, что она может сотворить с противоположным полом, совершенно невинна, Румиус и, хотя я собирался использовать её вполне конкретным, политическим образом, трогать ребёнка я ни за что не позволю. Обычно моё мышление именно такое – прагматичное. Я непривычен к чувствам и, пока ещё, не умею их правильно контролировать. Но… разумеется, мне нужно утолить желание женской плоти. Не сделав этого, я буду и дальше ощущать себя уязвимым перед Люмией и, как мне кажется, не напрасно. Мне известно, что она убила многих своих соперников именно таким образом – через постель и острый кинжал, оборвавший жизни глупых мужчин».
Сделав небольшую паузу, Немиус добавил:
- «Мне понравилось увиденное. Я бы хотел это… повторить. Когда ты достаточно придёшь в себя».
- Что ж, если ты не собираешься одеваться, тебя проведут по моему кораблю обнаженной, - спокойно произнёс Аарен, которому всё происходящее начало надоедать. – Повторяю ещё раз, ты – пленница. Когда Круан очнётся, он определит твою судьбу… до тех пор же, ты не имеешь здесь права голоса. Что касается этого мага, то теперь он – собственность Румиуса. Его жизнь и смерть во власти вампира, и поверь мне, он может делать с ним абсолютно всё, что только захочет.
Одновременно с этим, некромант приближался к "созданию ночи", явно намереваясь притворить в жизнь намерение, что было мысленно озвучено немногим ранее, и взять Румиуса на руки, позволяя вампиру расслабиться и целиком сосредоточиться на процессе восстановления собственных сил.

Тем временем полукровка наполнил опустошённый им ранее флакон из-под снадобья ордена, некоторым количеством собственной крови и протянул его к скелету.
- Влей содержимое в рот мага, - промурлыкал Румиус, к которому начали возвращаться его силы. К сожалению, зелье исцеления работало на полукровку иначе, чем на человека чьи раны, кроме отрубленных некромантом пальцев, затянулись буквально за считанные секунды.
Сайтанель не желал показывать собственную слабость и на это у упыря было довольно много причин. Начиная с того простого факта, что даже имея связь с Немиусом, вампир всё равно не мог ему полностью доверять. Да, эти три дня они будут как братья, но что потом?
Румиус лениво провожал взглядом скелетов, уносящих Рыцаря и жрицу наверх, чтобы затем доставить на галеон. Кашель раздавшийся с боку отвлёк полукровку, заставив повернуться на звук и тем самым пропустить практически всю перепалку между некромантом и сестрой Круана, что вновь ответила Немиусу довольно дерзко:
- Мастер видит в этом месиве одежду? - явно издеваясь над местными порядками, поинтересовалась девушка, которая, кажется, больше не чувствовала для себя угрозы.
Очнувшийся волшебник с удивлением наблюдал картину, как его пальцы отрастают заново. Пока упырь испарял остатки собственной крови из пузырька. А после дал скелету новый мысленный приказ, заключавшийся в необходимости сопровождения нурцанского мага в каюту «дитя ночи».
- Иди с ним, - тихо произнёс Сайтанель с удовлетворением отмечая, что волшебник теперь находится полностью под его контролем, хотя и сам не знает почему, - Дожидайся меня в моей каюте и ни к чему не прикасайся, хорошо?
- Да, хозяин, - кивнул маг и со страхом от осознания, произошедшего зажал себе рот, выбегая вслед за скелетом, которого по какой-то причине боялся потерять из виду.
И лишь когда Немиус подошёл к вампиру, Румиус окончательно сдался, практически упав в объятия некроманта.
- «Всё что пожелаешь, - вампир поднял взгляд своих изумрудных глаз на мёртвого волшебника. - Я сделаю всё, абсолютно всё! Но сначала надо обыскать этот чёртов корабль, собрать трупы и привести в порядок наши войска. А затем затопить эту посудину и…»
Полукровка устало улыбнулся, проваливаясь в медитативный сон.
16

Аарен Немиус Lottarend
08.11.2018 18:53
  =  
Подхватив вампира, Аарен легко, точно ребёнка, взял его на руки и тотчас же замер на несколько долгих секунд, погруженный в созерцание красивого лица Румиуса, что выглядел сейчас невероятно открыто и беззащитно. Он подумал над тем, что это ментальная связь давала им подобную степень доверия, и что после её завершения вампир будет относится к нему с крайней осторожностью, прекрасно зная, что Аарену известен его самый страшный секрет.
- Стоять! – внезапно крикнул Немиус и его голос, наделенный силой контроля, заставил всех скелетов на корабле неожиданно замереть. – Круан пойдёт только вместе со мной. Остальные же, продолжайте выполнять отданные вам поручения. Те, кто не имеет конкретной задачи: ищите зелья, магические предметы, провизию, боеприпасы. Найдите и доставьте ко мне все документы, которые есть на этом судне: письма, бортовой журнал, дневники, карты. Попытайтесь обнаружить труп капитана и его первого помощника; сделав же это, положите их рядом и доложите о местонахождении тел. Кроме того, обыщите всё вокруг: каждое тело и каждую каюту в поисках золота, перенося найденные сокровища в одно место.
Отдав соответствующие ситуации приказы, некромант удостоверился в том, что нежить, на руках которой покоился Рыцарь Смерти, развернулась обратно и вновь приближается к нему, после чего закрыл глаза, сосредотачиваясь, чтобы войти с Люмией в контакт.
- «Бой окончен. В твою сторону направляются два скелета: один несёт связанную жрицу Единого – это моя добыча, другой же ведёт за собой нурцианского мага. Не беспокойся, парень находится под полным контролем вампира и необходим ему в качестве источника крови. Вся верхняя палуба полностью твоя: с телами и предметами, что ты найдёшь там, можешь делать что захочешь. Нижней я займусь сам. Как только закончишь свои дела, возвращайся на «Вестника» и жди нашего возвращения. Желаю тебе удачных находок, мастер Люмия, - некромант также подпустил в свою достаточно сухую, информативную речь несколько комплиментов. – Ты отлично справилась с защитой нашего смертоносного судна и прекрасно проявила себя на поле боя. Пожалуй, я должен выразить восхищение не только твоему чувству вкуса, но и превосходным навыкам командной работы. Мне бы очень хотелось, чтобы мы сражались вместе и впредь, и я надеюсь, что столь прекрасная девушка не станет брезговать моим обществом. Кстати, к концу сражения на палубе показалось несколько магов – если тебя интересует создание новых видов нежити, они могут представлять ценность для различных экспериментов».
Раненного Круана, равно как и вампира, что сейчас находился в крайне уязвимом состоянии, Люмии видеть пока что не следовало - лучше, если он будет рядом, когда Рыцаря Смерти доставят обратно на «Вестника».
Аарен понятия не имел, чего можно ожидать от этой экспрессивной волшебницы, но не желал попусту рисковать жизнями своих друзей.
- Может, ты и права… подходящей тебе одежды здесь действительно нет, - заметил маг, оглядывая исполосованные клочья ткани, когда-то бывшие одеянием убийцы. Когда же Немиус поднял взгляд и ещё раз осмотрел привлекательную фигуру девушки, казалось, совершенно не обращавшей внимания на семя, следы которого были по всему её телу, то ощутил новый прилив возбуждения, кольнувший разум воспаленной иглой. Чертовка очень хороша, этого у неё не отнять. Как же давно он не был с женщиной?
- Иди вперёд, - несколько хрипло произнёс Немиус, мотнув головой в сторону выхода.
Смотря на мерно покачивающую бёдрами, обнаженную убийцу, чья пухлая задница так соблазнительно виляла у него перед глазами, Аарен вспоминал Айн: надменную, эгоистичную, высокомерную, и испытывал неожиданное удовлетворение от того, что сейчас именно она оказалась в его власти. Когда-то юная аристократка смотрела на раба – одного из многих, которые были в её доме, точно на пустое место; порой она наблюдала за тем, как Джулиус оттачивает на Немиусе свои удары, и по глазам, что возбужденно блестели у неё в тот момент, бывший раб понимал, как же сильно ей нравится подобное зрелище.
В ответ на это воспоминание, ожесточенное неприятие поднялось из глубин его души.
Лучше бы на этом корабле был Джулиус.
Аарен знал, что он бы нашёл способ оказать ему достойный приём.
- Стойте, - маг оглядел коридор, в котором сейчас находился. По правой его стороне располагалось несколько кают. Войдя в ближайшую, Немиус удостоверился в том, что внутри комнаты не скрывалось посторонних гостей. – Положи Круана на кровать, закрой дверь и встань у неё, охраняя моего Рыцаря Смерти, - он отдал приказ соответствующему скелету. - При приближении кого-либо, немедленно сообщи мне.
Он повторил эти инструкции у другой каюты, на этот раз, правда, самолично уложив Румиуса на постель. Нежно погладив вампира по щеке, некромант ещё несколько секунд посидел с ним рядом, размышляя о своих желаниях и удивляясь той полноте чувств, которую его мёртвое тело было в состоянии испытать.
Когда они с Айн остались только вдвоём и впереди уже показалась лестница, ведущая наверх, Немиус грубо взял девушку за руку и потащил за собой, не слушая вопросов и не обращая внимания на попытки оказать сопротивление. Некромант был очень настойчив, жаден и совершенно не считался с чувствами бывшей госпожи, только что пережившей изнасилование и похоже, не слишком горевшей желанием испытать его вновь.
Комната, в которой Аарен уединился с убийцей, оказалась достаточно скромной и кровать там была одноместной, мало вязавшейся с понятием «удобства», но прямо сейчас мага это никаким образом не заботило. Он толкнул девушку на постель, на ходу снимая одежду; влепил ей хорошую пощёчину, когда Айн попыталась отбросить его ударом ноги и навалился сверху, разводя ноги убийцы в стороны, чтобы затем резко, с усилием войти во влажное, хорошо разработанное «сокровенное место» красавицы, тотчас же принявшись со странным ожесточением и удовольствием, смешанным с давно желанной им властью над этой высокомерной женщиной, которую он всегда ненавидел, использовать тело Айн так, как только того желал.
И оно его прекрасно обслуживало.
Румиус очнулся раньше времени и виной тому было удовольствие, что благодаря их связи с некромантом, всецело овладело полукровкой, заставив вампира со стоном выгнуться и едва не упасть с постели, на которой его около часа назад и оставил Немиус. Сайтанелю казалось, что он не может даже вздохнуть. И всё же, тяжело дыша, точно от глубокой раны, Румиус нашёл в себе силы поднялся с постели. Осматриваю каюту затуманенным взглядом и оправляя немного помявшуюся одежду, упырь был занят возвращением себе полного контроля над собственными чувствами и эмоциями, что, пусть и на короткий срок, из-за отсутствия на полукровке хотя бы какой-либо ментальной защиты, попросту смешались с теми, которые принадлежали Аарену, а отнюдь не вампиру. Впрочем, теперь это не было столь трудной задачей как раньше. Холод и пустота Предвечной в одно мгновение отрезвили Хранителя Врат, заставив Сайтенеля ёжится от холода и хватать ртом воздух, точно рыба, выброшенная штормом на берег.
- «Установи на мне ментальные барьеры и восстанови мою связь с Потоками, - холодно начал вампир, обращаясь к пленному магу, но после, уже куда мягче продолжил, - и выбери что-нибудь светлое, на свой вкус, я хочу переодеться».
Какое-то время упырь шатался, на своей скорости, по трюму и нижней палубе, осматривая награбленное скелетами, выпивая часть алых зелий ордена и, то и дело, добавляя в кучу те вещи, что по той или иной причине считал необходимыми для спасения с судна, чьё затопление было лишь вопросом времени.
Так спустя ещё десяток минут уже омытый магией воды от вражеской крови, сотворённой человеческим волшебником и переодетый, с его же помощью, в светлый камзол, Румиус, держащий в руках бутылку вина, судя по месту, в котором ту спрятал капитан, довольно дорого, и парой кубков, тяжело привалился к косяку двери, ведущей в каюту к развлекающемуся со своей добычей некроманту.
- Кажется, я начинаю понимать твоего Учителя, - промурлыкал вампир, когда очередная волна удовольствия бессильно разбилась о магический барьер, сотворённый юным волшебником, над своим господином. Наполнив бокалы золотистым и очень сладким вином, Сайтанель поставил бутылку на деревянный пол, а после протянул один из кубков некроманту. – Я бы помог тебе, но, если Люмия увидит моё женское обличье, я уже не отделаюсь от допроса с пристрастьем. Мы, кстати, довольно часто встречались, хотя, ты, как послушный подмастерье, а после и ученик никогда не поднимал на меня глаз. – Полукровка сделал глоток и улыбнулся, - что и не удивительно. Эскорт из двух Рыцарей Смерти и обещание Императора убить любого, кто притронется ко мне, этому как-то не способствовали.

Румиус


Поначалу сопротивлявшаяся, Айн довольно скоро сдалась, послушно подчинившись воле некроманта и принявшись исполнять его изощренные капризы. Судя по тому, с каким умением и отсутствием всякой брезгливости девушка отдавалась ему, Аарен понял, отчего она пользовалась у нурцианцев таким спросом - во всяком случае, убийца смогла удовлетворить большую часть желаний Немиуса и оказалась в этом весьма полезной, способствуя укрощению жаркого пламени похоти, что мешал разуму Аарена связно мыслить и заставлял некроманта искать наслаждения в плотских утехах, совершенно не свойственных его мёртвому телу.
Когда вампир, ухоженный и одетый в прекрасное белое одеяние, показался в каюте с бутылкой вина в руках, ему предстала картина, едва ли напоминавшая собой насилие: оседлав ученика Сандро, Айн, уперев руки в торс мужчины, двигалась на нём сверху; Аарен же лишь удовлетворенно смотрел на взмокшее тело девушки и периодически мял её налитые груди, совершенно не удерживая убийцу и не заставляя ту силой доставлять ему удовольствие. У случайного наблюдателя вполне могло сложиться такое впечатление, что она и вовсе соблазнила Немиуса - уж слишком послушно Айн отдавалась некроманту, более не предпринимая никаких попыток оказать ему даже малейшего сопротивления.
Приняв кубок из рук Румиуса, Аарен отхлебнул из него, продолжая смотреть девушке прямо в глаза. Когда же пик наслаждения вновь заставил его тело наполниться сладкой истомой, Немиус, дождавшись, когда ощущения пойдут на спад, хлопнул убийцу по пышной заднице, после чего начал приподниматься, показывая, что более не желает наслаждаться столь близким общением.
- Неплохо. Статус пленницы ты заслужила, - некромант поставил кубок обратно на стол. - Выпей, оботрись и переоденься во что-нибудь - в шкафу наверняка найдется одежда. И на этот раз сделай так, как я сказал - если ты, конечно, не желаешь, чтобы тебя изнасиловали вновь, - Немиус улыбнулся, переводя взгляд на вампира. - Я помню тебя. Хорошо помню. Прекрасные светлые локоны, изящная фигура и мелодичный голос... кто же знал, что спутник, которого Сандро отправил со мной в путешествие, окажется его любовницей, столь хорошо охраняемой прежде?
Некромант вытерся простынёй, которую нашёл поблизости. Затем он принялся облачаться в свою одежду.
- Но мы ещё сполна насладимся телами друг друга. Наша милая гостья смогла несколько погасить тот огонь, что терзал мою душу. Полагаю, теперь и мне следует приступить к выполнению своей работы... хотя я не сомневаюсь в том, что ты уже обо всём позаботился, - Аарен вновь улыбнулся вампиру, без слов хваля его за усердие. - Какие новости?

От слов Аарена вампир дёрнулся, поспешно активируя с десяток заклинаний, буквально насильно запечатывая себя. Избавляясь от сводящей с ума ауры очарования, что распространялась от Сайтанеля, заставляя сердца биться быстрее, а души падать во власть его чар. Всего несколько секунд и Магия Крови сделала Румиуса обычным невзрачным упырём, каких в Вольных Городах обитают тысячи. Вот только цена в купе с откатом были очень высоки для всё ещё не восстановившегося полукровки.
Кубок выпал из ослабевшей руки и полетев вниз, встретился с деревянным полом, чтобы вначале слегка подпрыгнуть, а после оросить местами подгнившие от времени балки вином, а изумрудные глаза вампира, в которых затухали огонь и сила, оценивающе прошлись по телу мёртвого мага.
- Тронешь выбранную мной одежду, не отмывшись, и я сам тебя убью, - фыркнул Сайтанель, начав вычерчивать символы воды, правда учитывая принадлежность Румиуса к потоку света, это очищение обещало быть довольно болезненным для Немиуса, если бы не остановившая улыбнувшегося этому вампира рука.
- Нет, Мастер, вы слишком измотаны, позвольте мне, - произнёс всё ещё незнакомый голос юного волшебника, подхватывающего своего ослабевшего господина. Вот только узнать в этом человеке, того мальчишку, что Аарен определил на корм, больше не представлялось возможным. Кровь Румиуса изменила юношу, наделив необычайной для людской расы красотой и силой.
- Демиар, я же велел тебе поставить ментальную защиту, - фыркнул Сйтанель, ничуть не боясь предательства со стороны недавнего врага. – А вместо этого ты подгадываешь момент, чтобы лишний раз коснуться меня.
- Это не так, - отозвался юноша, слегка покраснев, - я сделал всё, как вы и приказали, Мастер. На вас восемь рун и сейчас вы полностью защищены моей магией от любой атаки извне, но вашу красоту и ауру я запечатывать не стану! Ведь без неё вы становитесь ничем не лучше обычного человека, а мой Мастер куда прекраснее смертных!
Его слова вызвали у вампира лишь сокрушённый вздох. Управлять зачарованными людьми для кровососа явно было в диковинку.
- Пусти, я могу стоять на ногах и сам, - в конечном счёте приказал Румиус, пока у него перехватывали контроль над символами Арканы, тут же окрасившимися в небесно-голубой, безвредный для мёртвого мага, оттенок. А после, на Аарена обрушился едва ли не самый настоящий водопад.
- Хорошая новость: Я нашёл капитана, - произнёс Сайтанель, наблюдая за тем, как Айн неспешно укутывается в простыни, - Плохая: он был убит клинком Рыцаря. Хорошая: я могу использовать остатки его крови, чтобы перенять его память. Плохая: это заберёт остатки моих сил, и я снова грохнусь без сознания так ничего и не сказав. Хорошая: ты сможешь узнать всё через связь, а за Круаном сможет ухаживать наш маг воды у которого, кстати говоря, есть посох. Плохая: ему будет нужна моя кровь, чтобы жить, а значит если он погибнет, то станет вампиром, и мы потеряем мага, получив новообращённого упыря. Хорошая: я собрал всё ценное с этой посудины и велел скелетам выложить тела в ряд. Плохая: весь анализ и перетаскивание добычи придётся осуществлять тебе. Вроде всё…
- «Так же я выяснил, что жрицу и впрямь нельзя убивать, - продолжил вампир свой доклад подальше от любопытных ушей, - Она что-то вроде «Солнечного света» для Карнаэна. Без понятия, что это значит, но её в любом случае можно будет крайне выгодно продать. А ещё, хоть я и нашёл труп капитана, он лишь командовал кораблём. Их настоящий лидер некромант Велскард. Демиар должен знать об этом довольно много, но эти ниточки потянутся очень далеко наверх, пожалуй, к самой короне. Мы сильные маги, Аарен, но даже так, моя магия почти на исходе, и я смогу использовать ещё максимум пару заклинаний. Маг, найденный тобой довольно силён, хотя и не знает об этом, к тому же его восстановление в разы быстрее нашего, благодаря артефакту и всё же… он лишь человек. Люмия скорее всего тоже потратила больше половины своих сил, а галеон ещё даже близко не подплыл к городу. Это, не считая горстки живых с которыми, включая вот эту девушку нам надо что-то делать, как и с твоими питомицами, запертыми в трюме. Можно, конечно, доверить вести «Вестника» этому мальчишке, думаю он справится, это даст тебе несколько часов на решение проблем, но на большее человек просто не способен. Да и Круана нужно осмотреть…»
Сайтанель устало вздохнул и откинулся в объятия парнишки, блаженно закрывая глаза и ощущая, тепло юного волшебника, боязливо касающегося волос своего Мастера.
- «Я так устал, - промурлыкал вампир, - что готов проспать до заката, но кто даст мне это сделать? Явно не этот ребёнок, что жаждет любви ничуть не меньше тебя. Немиус, отдай ему эту девку. Она всё равно беременна уже не первый месяц, хуже ей не будет, а мальчик… может он перестанет смотреть на меня таким влюблённым взглядом, полным желания, если познает удовольствие с женщиной… и... насчёт любовницы Императора... не говори никому, ладно?»

Демиар


То, насколько поспешно Румиус вдруг принялся работать с Магией Крови – только для достижения эффекта, ставшего понятным в течение следующих нескольких секунд, вызвало у некроманта несколько недоумённую улыбку, тотчас же перешедшую в довольно опасливую, когда вампир решил очистить его при помощи Магии Света, которая, в свою очередь, сменилась облегченным вздохом в момент вмешательства нурцианского волшебника, отныне ставшего целиком и полностью покорным воле Сайтанеля. Правда, ощутить себя промокшим с головы до ног, точно на него разом вылили целое ведро ледяной воды, едва ли вязалось с текущими желаниями некроманта, на которые, естественно, молодой подручный Румиуса не обратил никакого внимания.
«Напрашивается вывод, что этот мальчик так мстит мне за отрезанные пальцы» - с усмешкой подумал Немиус, лёгким движением обеих рук откидывая свои белоснежные волосы назад, чтобы отряхнуть их от хрустально-чистых, сотворенных волшебством капель влаги. Должно быть, тренированное, жилистое тело некроманта, закаленное буквально каторжным трудом, ещё при жизни привыкшее к бесчисленным лишениям и истязаниям, и оттого отличающееся мощными, крепкими мускулами, в этот момент выглядело довольно красиво.
- Водичка несколько прохладная, - произнёс Аарен, накручивая намокший, спутанный локон на палец. Собственная причёска всё ещё казалась некроманту непривычной и, по правде говоря, несколько неудобной, но если Румиус говорит, что подобная длина волос поможет ему заполучить внимание нурцианской знати… – Ну теперь-то мне можно одеться? – со вздохом уточнил некромант, что, должно быть, смотрелось несколько комично и, в какой-то степени, даже мило.
Слушая отчёт вампира, высказанный в таком шутливом тоне, что невольно заставил улыбку появиться у него на лице, Немиус рылся в местном гардеробе в поисках чего-то похожего на полотенце, что он вскоре и нашёл, принявшись использовать данный кусок ткани по его естественному назначению.
- Наплевать на капитана, - спокойно вынес Аарен свой вердикт. – Ты мне нужнее здесь, сейчас, способным стоять на ногах и давать верные советы. Так что и думать забудь о том, чтобы копаться в его мозгах… не говоря уже о том, что это не единственный способ узнать нужные ответы.
- «Ты прекрасно поработал. Я займусь жрицей, как только у меня будет достаточно времени. Возможно, бедная жертва Нурции знает несколько больше о том, почему её пленили… как и убийца, что её сопровождала, - он подпустил в свою мысленную речь лёгкую, сожалеющую улыбку. – Прости, Румиус. Я не могу позволить коснуться Айн никому, кроме меня. Круан вряд ли обрадуется, узнав о том, что я позволил использовать его любимую сестру в качестве шлюхи. По правде говоря, даже мне не следовало этого делать, но… - Немиус оборвал сам себя. – Неважно. У нас на борту множество привлекательных женщин: сирены и гарпии, если их отмыть, будут ничуть не менее красивы, чем эта попользованная девка, прошедшая через руки едва ли не всего корабля. Ты можешь доверить своего мага любой из них, кроме, разве что, Целестии. Она слишком невинна, и я не хочу портить её раньше времени, ведь в этом мире так мало чистых душ… что же касается Сандро и ваших с ним отношений – разумеется, никто более от меня этого не узнает».
Закончив вытираться, Аарен бросил полотенце на постель и смерил взглядом Румиуса, нежащегося в объятиях волшебника, очарованного магией «создания ночи».
- Ты должен хорошо знать этот корабль, Демиар. Мне нужна одежда на нескольких женщин… - он назвал точное число. – Все они стройные, довольно фигуристые, должны выглядеть опрятно и производить хорошее впечатление. Я бы хотел, чтобы ты со своим мастером попробовали найти для них здесь нечто похожее. Больше от вас ничего не требуется – просто отправьте одежду на «Вестника» и идите отдыхать. Я позабочусь обо всём остальном.
- «Тебе и правда нужно поспать, - произнёс Немиус с нежностью и заботой, ясно прозвучавшими в его мысленном голосе. – Я осмотрю добычу, затоплю корабль и распоряжусь о том, чтобы наших гостей соответствующим образом накормили. В целях безопасности, Круан останется в твоей комнате, где и будет находиться под защитой поклонника моего, самого любимого в мире вампира. Тебе же я предлагаю взять пример с Рыцаря Смерти и хорошенько отдохнуть. Не волнуйся за меня – я справлюсь с «Вестником». В конце концов… - добавил некромант, улыбаясь. - Это моя работа».
Владельцем данной комнаты явно был мужчина, впрочем, достаточно тощий, чтобы его повседневная одежда могла прийтись убийце впору.
Вслед за полотенцем, на постель отправились рубашка и брюки, очевидно, предназначенные для Айн, которая вела себя необычайно тихо и тем самым производила на Немиуса непривычное впечатление.
- Одевайся, - бросил он ей. – Пойдешь со мной.
17

DungeonMaster Bangalore
10.11.2018 08:48
  =  
Вампир выглядел крайне задумчивым, но, к сожалению, из-за поставленной магом защиты, проникнуть в его мысли сейчас не представлялось возможным.
- Помоги ему одеться, - наконец произнёс Румиус, с явной неохотой выбираясь из ставших довольно наглыми объятий юного мага. Но, когда Демиар покорно направился в сторону некроманта, выражение лица упыря стало крайне печальным.
- Да, Мастер, - недовольно отозвался мальчишка, подходя к закончившему вытираться мёртвому магу и поднимая с пола выбранную Румиусом одежду. То, что нурцианский волшебник видел перед собой, ему явно нравилось и при других обстоятельствах Демиар вполне возможно сам добивался бы внимания Немиуса, но сейчас.

- Я не заслуживаю твоей похвалы или доверия, Аарен, - довольно внезапно начал Сайтанель вновь прислонившись спиной к дверному косяку и закрывая глаза. – Люмия была первой. Она разбудила меня примерно посередине плаванья, чтобы предложить себя и свои услуги ради исполнения моих желаний. Задача была очень простой… сблизится с тобой, а затем убить! Наверное, она прекрасно понимала, что даже с ручным Рыцарем Смерти ей не хватит опыта и умений, чтобы добиться желаемого. В общем-то я так и хотел поступить, когда нашёл тебя после пробуждения этим утром. Привычка быть слугой, подчиняться, есть в крови каждого члена королевской семьи эльфов. И я отнюдь не исключение. С рождения, даже не являясь чистокровным эльфом, я не мог получить свободу, да что там, я был рождён лишь за тем, чтобы стать Хранителем Врат, меня обучали быть им, сдерживать свои эмоции и желания, быть учтивым и мягким. Моя жизнь принадлежала кому угодно: родителям, народу, долгу перед короной, моему погибшему брату, Раак’нару, Сандро, но только не мне… Возможно именно твоя честность, наивность с которой ты отдал мне всю свою магию и кровь… подтолкнули меня к решению создать связь именно с тобой.

Вампир снова вздохнул и стал медленно снимать одежду, чтобы затем обнажиться по пояс.
- Поток Света, он обжигает меня, - продолжал Румиус откидывая в сторону белоснежный камзол и начав снимать шёлковую рубаху…

В этот момент позабытая всеми Айн осторожно подошла к отвлёкшемуся, но явно чувствующему её вампиру сзади. Простыни полетели вниз, а кинжал вампира, закреплённый в ножнах за спиной полукровки, довольно резко оказался у его горла.
- Мне плевать на ваши разборки, нежить. Но вы сейчас же приведёте сюда мою жрицу и развяжите ей руки, а ещё дадите нам лодку и припасы, иначе вам упырь умрёт. Его оружие зачаровано, а значит способно отправить на тот свет даже Древнего!

У всего произошедшего была лишь одна положительная сторона, подавленный и грустный вампир, от всей души, до слёз, рассмеялся и, опустив руки, не оказывая девушке ровным счётом никакого сопротивления. Довольным голосом произнёс покорное: - Сдаюсь!

Аарен недовольно было дёрнул плечом, когда юный нурцианский маг приблизился к нему вместе с одеждой, которую тот бережно, как-то по-особенному прижимал к себе, точно заботился о настоящем сокровище, но затем, привлеченный речью Румиуса, погрузился в пристальное, напряженное внимание, более не препятствуя попыткам Демиара облачить себя в богатое, производящее неизгладимое впечатление одеяние некроманта Вольных Городов.

В какой-то степени, слова Румиуса оказались вполне ожидаемы. Горечь и раскаяние, столь явно звучавшие в его речи, несомненно были вызваны близостью, с момента установления кровавой связи объединившей их души воедино. Действительно, для Люмии было выгоднее всего действовать в тот продолжительный период времени, когда он отдавал все свои силы «Вестнику», большую часть времени осознавая себя просто частью этого мощного судна; лишённый личности и всяких желаний, за исключением лишь намерения пересечь Ледяное Море, в тот момент казавшееся воистину бесконечным, Немиус никак не мог помешать планам мастера-некроманта. Если бы не Круан, верно защищавший его мёртвое тело, маг уже давно бы был мёртв.
Как ни странно, самопожертвование и честность, проявленные Аареном в течение последних часов, произвели на Румиуса впечатление. Некромант мысленно поздравил себя с тем, что эти качества, порой проявляемые им в такого рода ситуациях, в кои то веки пригодились ему, а не принесли вред, как это обычно бывало.

Возможно, вампир считал, что Немиус будет разозлен, но он лишь внимательно слушал своего любовника и выражал спокойную признательность, сменившуюся некоторым волнением и беспокойством, когда Румиус начал обнажаться, явно пытаясь показать нечто, что сделала с его телом Магия Света, когда…
Айн взяла вампира в плен. Проклятье, сестричка Круана всё же не растеряла своих навыков. А ведь это можно было предвидеть – что ни говори, они действительно сильно увлеклись этим разговором.

- Ты забываешься, убийца, - холодно произнёс Немиус, смотря на девушку взглядом, что не предвещал той ничего хорошего. – Я обращался с тобой не так плохо, как мог бы, но всё ещё может измениться. Брось оружие сейчас, и я забуду о твоём своеволии!
Разумеется, он знал, что Айн ни за что так не поступит. В действительности, у него был план и нурцианский маг, в этот самый момент находившийся позади некроманта, мог сыграть в нём значительную роль - Аарен лишь отвлекал внимание девушки, не позволяя той думать, что у него в голове есть что-то ещё помимо бесконечного самодовольства.

- «Демиар, жизнь твоего мастера в опасности, - произнёс некромант, открывая канал связи с волшебником. - Чтобы помочь его освободить, ты должен сделать следующее: как только я подам сигнал, «оглуши» меня и шагни вперёд, чтобы закрыть меня своим телом. Можешь говорить в это время какую-либо речь о том, что ты, в действительности, просто выжидал момента, чтобы убить всех нас или нечто в этом роде… не мне тебя учить – ты мальчик сообразительный, должен справиться. Осуществив указанный манёвр, ты ограничишь поле зрения Айн и я смогу начертать руну пламени, чтобы, в свою очередь, нагреть ручку кинжала, который сжимает убийца. Это должно заставить её выпустить оружие из рук, после чего наша дальнейшая победа уже не вызывает ни малейших сомнений. Только помни, что девушка нужна мне живой и, по возможности, невредимой».
Одновременно с этим, Аарен связался с вампиром, чтобы держать его в курсе дела.

- «Проклятая бестия, нужно было её сразу же очаровать, как и советовала мне интуиция! - тотчас же выругался некромант, после чего, несколько успокоившись, поспешил посветить Румиуса в детали готовящейся операции. – Итак, вот что я сейчас сделаю…»

Волшебник закусил губу. Он стоял спиной к девушке и всё ещё держал ворох одежды, что несколько не способствовало быстрому выполнению плана некроманта, а потому юноша решил зайти с другой стороны.
- «Хорошо, - отозвался он, дослушав план, - но куда лучше будет если я создам руну, а ты… вы… - он запутался в том, как надо обращаться к Немиусу, но после продолжил, точно ничего и не было, - перехвати контроль над моим заклинанием, оно будет довольно мощным, возможно у неё останется ожог. Я не могу использовать его, моих сил пока не хватает на другие элементы, но у тебя скорее всего получится всё как надо. Хотя, должен признать, я никогда не слышал о том, чтобы нежить могла использовать руны Аркана пламени».

Закончив с обращением Демиар стал быстро выводить контуры довольно замысловатой вязи рун, что благодаря вороху одежды оставалось сокрыто от глаз убийцы ордена.
Румиус же, отсмеявшись и закончив возится с удерживающими рукав блузы крючками перевёл взгляд ставших алыми глаз на некроманта.

- «Забавно, - хмыкнув, отозвался вампир, - но это уже не важно. Магия Смерти больше мне не страшна…»
Сайтанель улыбнулся и с лёгкостью заставил рукав, с которым так бережно возился оторваться от самого плеча, и сползая по руке открыть взору Аарена то, что в Вольных Городах одновременно считается высшим даром, благословением и самым страшным проклятьем, которого только может удостоится живое существо. Метка Предвечной, что невозможно свести ни одной магией, красовалась на фарфоровой коже упыря.

- Ты опоздала с выбором жертвы где-то на полчаса, принцесса, - мягко прошептал вампир, давая кинжалу сделать порез на своей тонкой шее, - захвати ты меня тогда, и, быть может, я и впрямь испугался смерти, а может наоборот, сам бы кинулся на проклятое оружие, чтобы этот мир пал от рук тысяч демонов, что войдут в него через Врата леса эльфов, но сейчас… сейчас в твоих руках всего лишь железка, а не грозный зачарованный Императором адамант. Да, ты уже должна была почувствовать, что клинок не поглощает мою жизнь, Предвечная не откликается на его зов и артефакт ничего не делает, потому что не может пойти против существа, которому теперь, как и твоему брату, даровано благословение и проклятье слышать голос Смерти…

В этот момент Айн явно замешкалась, а маг уже заканчивал дорисовывать последний круг. Всего пара секунд и некромант сможет забрать управляющую нить заклинания, столь тщательно подготовленного и открытого для него нурцианским магом.
Отредактировано 11.11.2018 в 20:26
18

Аарен Немиус Lottarend
14.11.2018 16:41
  =  
Инициатива Демиара пришлась Немиусу по вкусу - мальчишка и впрямь оказался довольно сообразительным, чего, впрочем, вполне следовало от него ожидать. В конце концов, мало кто в столь юном возрасте допускается до военных и, по всей видимости, весьма дурно пахнущих интригами операций. Но сейчас Аарену не было до внутренних склок Нурции ровным счётом никакого дела. Жрица Карнаэна, «солнечный свет» этого города, в котором семья Немиуса когда-то нашла свой последний приют, в любом случае расскажет ему всё, что необходимо.

Позже. Когда некромант утолит собственную злость, всё ещё возникавшую в нём при мысли о твари, что почти отправила Рыцаря Смерти обратно в голодную пасть Предвечной.
- «Ты ещё многого не знаешь о нежити, Демиар… но все тайны, рано или поздно, являют свою истинную суть. Приступай, - Аарен согласился с планом волшебника. Ожоги, которые получит убийца, его мало заботили. – Покажи свою полезность, и ты получишь здесь, на моём корабле, достойное тебя место».
- «Что ты…» - удивленно начал Немиус, переключаясь на канал общения с Румиусом, но слова его так и остались незаконченными.

Маг во все глаза уставился на тёмный знак, отпечатавшийся на коже вампира по воле той сущности, что для него, как для некроманта, стояла выше любого бога или демона, являя собой истинный символ конца всего. Он был столь сильно растерян, что не мог больше передать ни одной четко сформулированной мысли, лишь транслируя по всё ещё открытому каналу ментальной связи собственные эмоции: удивление, беспокойство и… печаль.
Прекрасно зная, к какой судьбе Предвечная привела Круана, Аарен никому на свете не пожелал бы стать носителем метки Госпожи Смерти. Даже то, что подобный дар делал из Сайтанеля лишь ещё более ценного воина, обладавшего неизвестными некроманту возможностями, не доставлял тому никакой радости.
Впрочем, беспокойство вскоре подавило все остальные эмоции, когда вампир позволил зачарованному кинжалу надрезать собственное горло, и тут же улеглось, сменившись сосредоточенным вниманием. Его демонстрировал и взгляд Немиуса, целиком и полностью сконцентрировавшийся на лице Айн: он следил за её глазами, наблюдал за тем, как напряглись мышцы лица девушки и в решающий момент…

Перехватил контроль над заклинанием Демиара, лишь слегка, самую малость ослабив его, чтобы ручка кинжала не оказалась сразу же добела раскаленным металлом, оставляющим на коже страшные ожоги. Теперь, когда Айн поняла, что её угрозы бесполезны, этого должно было оказаться достаточно - змея, жившая рядом с Джулиусом под одной крышей и заставлявшая собственного брата подставляться ради её благополучия, была достаточно трусливой, чтобы не рисковать жизнью в подобных обстоятельствах.

Даже если оружие Румиуса и было не в состоянии причинить ему вред, убийца вполне могла сбежать, используя зачарованный кинжал против союзников некроманта… или же и вовсе попытаться убить Аарена, к которому девушка, несмотря на проявленный ею энтузиазм в постельных делах, вряд ли испытывала нежные чувства.
Время для разговоров прошло.
У убийцы был шанс сдаться. Теперь всё зависело только от неё.

Сайтанель откинул голову назад, уложив её на плечо девушки и открыв Айн тем самым полный доступ к своей шее. По которой уже скатилось несколько капель, перепачкавших белую рубаху вампира в ставшую казалось ещё более тёмной, почти чёрной кровь Румиуса. Это изменение произошло явно недавно, возможно виной стала именно метка. То, как он получил её, не было в общем-то особой тайной. Спасение Рыцаря Смерти, что едва не стоило жизни заклинателю… вполне оправданный подвиг для Предвечной, но вот хотел ли её полукровка или же нет, это госпожу явно не интересовало. Волосы вампира, такие нежные и мягкие на ощупь, точно тончайший шёлк, теперь щекотали обнажённое тело убийцы, а на лице красовалась улыбка.

- Я могу так весь день стоять, нежась в тепле, что отдаёт мне твоё тело и чувствуя упругость начавшей свою трансформацию груди, - мурлыкал Румиус, - интересно насколько она выросла от того момента, как ты получила дар жизни, ещё интереснее, кто отец и насколько сильно ты любишь его и своё не рождённое дитя, раз так сильно хочешь вернуться к ним. Открою тебе тайну, о которой я прежде не знал. Этот клинок прямо сейчас убивает твоего ребёнка, забирая его жизнь, во имя моей госпожи.

-Что? – девушка ошалело дёрнулась от упыря, делая при этом порез ещё чуть более глубоким, что в общем-то никак не должно было сказаться на самочувствие вампира, разве что окончательно испортить его наряд…
- «Давай, - мягко произнёс Сайтанель, обращаясь к некроманту, - это лучший момент».
Когда же девушка взвизгнула от неожиданности и резкой боли выпуская зачарованное оружие из рук, вампир легко перехватил его, взяв за лезвие, к которому прежде боялся даже притрагиваться, во всяком случае именно так говорила его память, всё ещё доступная Аарену в своём полном объёме. А затем, резко крутанувшись запустил его куда-то в глубину коридора, послышался звук проламывающегося черепа и предсмертный вскрик.
- Наше оружие проклято, принцесса, - холодно произнёс упырь, отходя от девушки прочь. – Ты только что забрала жизнь того человека, чтобы выжило твоё дитя. А в следующий раз, прежде чем касаться хоть чего-то из моих вещей, спроси цену за это, что нужно будет заплатить Предвечной.

- Ты даже говоришь, как он, - тихо буркнула Айн, опустившись вниз по стене она плакала, обхватив свои колени руками и дуя на покалеченную конечность, которой теперь вряд ли когда-нибудь будет способна вновь взять оружие. – Значит ты тоже теперь не тот, кем был, мне жаль тебя, вампир…
Демиар наблюдал за всем происходящим, до последнего момента не смея вмешиваться и лишь когда всё закончилось, он обратился к некроманту:

- «Вы довольны, Мастер Аарен? – на лице мальчишки тем не менее было несколько озабоченное выражение. Он всей душой хотел кинуться к вампиру, но не смел сделать это не закончив выполнять предыдущий приказ, - Позвольте же мне поскорее закончить с вашим облачением, чтобы я мог вернуться к моему господину».
Вампир же прислонился к стене и сложив руки на груди отдал скелетам приказ - принести зачарованный клинок обратно.

Поначалу, услышав мысленное обращение нурцианского мага, Аарен хотел было отослать его прочь, но после лишь вздохнул и позволил продолжить исполнять приказ вампира, без завершения которого Демиар был крайне ограничен в проявлении собственной воли.
- «Давай, давай, надень всё как следует и спеши обратно к мастеру» - проворчал Немиус, послушно продевая руки в рукава и позволяя ловким рукам волшебника начать затягивать на нём тонкий, крайне изысканно выглядящий пояс.
То, что ситуация разрешилась безо всяких потерь, не считая, разве что, убитого человека из экипажа этого корабля, каким-то чудом всё ещё умудрившегося оставаться в живых спустя столь значительное время, не могло не радовать Аарена, совершенно не любившего подобного рода сюрпризы. И сейчас перед ним стоял простой вопрос…

Что, Бездна её забери, делать с этой проклятой Айн?
Нет, конечно, он мог бы очаровать девушку при помощи магии вампиров. В этом случае, убийца больше не будет представлять никаких проблем и спокойно дождётся пробуждения Круана, вот только…
Честно говоря, Немиус не так уж и хотел, чтобы Рыцарь Смерти узнал о том, что он переспал с Айн. Конечно, некроманту было что сказать в своё оправдание, и всё же, совершенный им поступок явно не обрадовал бы избранника Предвечной.
- Ты попыталась сбежать. Браво, хорошая попытка, - спокойно начал говорить Аарен, точно ничего и вовсе не произошло. – Но не будь ты сестрой Круана, и на этом твоё спокойное существование в качестве пленницы завершилось бы самым кровавым образом. Так что же мне с тобой делать?
Вздохнув, некромант махнул рукой. Ему всё это уже начинало надоедать.

- А, Бездна с тобой, раз не желаешь ждать пробуждения брата, то и скатертью дорога. Лодку и припасы тебе предоставят. Что же касается жрицы... - Аарен мрачно улыбнулся. – Лучше забудь о ней. Думаю, тебе найдут другого святошу, которого такая непревзойденная воительница будет в состоянии защитить. Ты согласен со мной, Румиус? – Немиус обернулся в сторону вампира. – Или ты хотел бы, чтобы за то, что она собиралась сделать с тобой, я должен проявить большую жесткость?
- «Ты в порядке? – некромант переключился на ментальную связь. – Что бы ты там ни говорил пару минут назад, ты не потерял моего доверия. В конце концов, важно не прошлое, а настоящее, в котором я, насколько я вижу, всё ещё не попал в окончательные объятия Предвечной, - решив, что стоит раскрыть данную мысль более полным образом, Аарен продолжил: - Твоя связь с Люмией была полностью оправдана логикой и то, что ты, в конце концов. предпочёл меня этой женщине, заставляет меня испытывать гордость. Я приобрёл прекрасного советника и друга, которого желал бы сохранить на своей стороне».

Демиар покачал головой, и, не сразу, но всё же решился произнести вслух:
- Она не доберётся отсюда до берега одна, - заключил маг, с завидным проворством застёгивая многочисленные ремешки и поправляя затем на них пряжки. – Это судно едва ли не самый быстрый корабль Нурции, но и ему понадобилось около восьми часов, чтобы добраться сюда. Я порядком устал, пока выводил его из залива «Драконьих когтей», а на лодках нет парусной системы. Она умрёт с голода прежде чем доберётся хоть куда-то, да ещё с такой рукой… позвольте мне хотя бы вылечить её.
- Меня её жизнь не касается, - холодно отозвался вампир, принимая из рук скелета свой клинок и ловко провернув тот в руке, вложил обратно в ножны. – делайте с ней что хотите, но ребёнок должен выжить, госпожа хочет, чтобы он жил.

- «Не совсем, - отозвался вампир уже совсем с иной интонацией. – она права, я меняюсь. Но тебе это только на руку некромант, во всяком случае, пока ты действуешь в согласии с обещанием, что дал нашей госпоже. Предвечная просто не даст мне предать тебя, но и, если она захочет твоей смерти, я вряд ли смогу остановить собственную руку. Проклятье, держать Врата закрытыми и то было куда как легче, чем бороться с её волей. Точно против течения плыву, а если поддаться, то меня просто смоет потоком. Можешь сам попробовать, это то ещё удовольствие, почти как ваш холод, только гораздо хуже. Я думал присоединиться к тебе, когда застал с девчонкой, но в результате понял, что больше ничего не хочу, кроме тишины и покоя, которые, похоже, теперь для меня недостижимы. Её голос, Аарен, он повсюду. Даёт указания о том, кто должен умереть, а кому дозволено жить, кому служить, а кого она желает растерзать и это очень… раздражает».

Румиус поднял на мёртвого мага взгляд всё ещё алых глаз, а затем подхватив рукав и камзол продолжил:
- Всё ценное вон там, я забираю Рыцаря на галеон и буду у себя какое-то время. Если что-то понадобится… можешь использовать нашу связь. Демиар остаётся с тобой как твой слуга, ему не нужно видеть активацию артефактов, что я буду использовать, восстанавливая Круана. Он просто этого не переживёт, как и любое живое создание, что сунет нос ко мне в каюту.
- Да, Мастер, - обречённо пролепетал нурцианский волшебник опуская голову.
- «Прости, - уже куда мягче продолжил Сайтанель. – Мне ужасно холодно, я точно вновь прохожу сквозь трансформацию, - вампир грустно улыбнулся, - лучше я побуду один, пока я не пойму, как мне справится с её голосом или же… - Румиус вздохнул, - пока она не подчинит меня, как твоего брата».

Ему вновь напомнили об обещании, которое он так опрометчиво дал своей Госпоже.
Впрочем, какая разница?
Аарен всё равно должен стереть Рак’Сатан с лица земли. Это его последняя, самая важная работа, которую некромант намеревался исполнить, прежде чем навсегда покинуть этот мир. Необходимость в уничтожении родины эльфов лишь добавила новый пункт в список незаконченных дел; Немиус всё ещё не видел в своём существовании ни малейшего смысла и не собирался и дальше обманывать естественный порядок вещей, как только стержень, что поддерживал его на этом пути, окончательно истлеет, и воспоминания о жизни раба останутся лишь в памяти тех, кто ещё о нём помнил…

Раз всё, что нужно делать – это просто залить страну кровью, Немиус не видел никаких проблем в том, чтобы раз за разом бросать в когти Предвечной новые души.
- «Конечно. Ты можешь делать всё, что пожелаешь, - ответил он на слова Румиуса. - Не стану даже говорить, что понимаю твои чувства, но… ты всегда можешь рассчитывать на мою поддержку. Я готов на всё, что потребуется, чтобы ты не проходил через такие страдания в одиночестве».
- Вот как, значит ты управлял этим кораблём, да ещё в таком возрасте? У тебя большой талант, - кивнул Аарен, тщательно обдумав слова паренька. Действительно, в этом случае отправить убийцу в путешествие на лодке, даже выдав ей достаточное количество припасов, будет для неё равнозначно смертному приговору. И на что Айн только надеялась? – Выходит, придётся доставить её в порт на «Вестнике»…
Немиус смерил плачущую девушку взглядом.

- Она доказала, что является угрозой. Я не могу просто так запереть такую талантливую убийцу в каюте, ещё раз проявив пренебрежение перед её навыками или желанием оказаться на воле.
- «Ты не против, если я использую Магию Крови, чтобы заручиться её преданностью? – Аарен переключился на ментальную связь. – Румиус, я не хочу доставлять тебе ещё больше проблем, ведь ты почувствуешь боль от отката, который ударит по мне, но… это самый простой способ убедиться в том, что Айн больше не причинит нам вреда. У меня просто нет времени на то, чтобы следить за ней!»
19

DungeonMaster Bangalore
14.11.2018 16:48
  =  
Упырь лишь вздохнул и покачал головой.
- «У тебя сейчас и так слишком много неотложных дел, чтобы ещё и со мной нянькаться. Не маленький, переживу как-нибудь, - избавившись от крови и в буквальном смысле прирастив рукав на место, Сайтанель занялся цепкими крючками, удерживая одной рукой камзол, что похоже должен был стать следующим надеваемым элементом, возвращающим вампиру действительно прекрасный вид. – да и твоему Рыцарю нужна моя помощь…».
Демиар охотно кивнул. Похвала явно пришлась этому юноше по вкусу. Вопрос о том сколько можно вытащить из этого нурцианского мага при помощи такой простой вещи, как лесть, оставался, конечно, открытым, но сам факт такой возможности явно присутствовал вплоть до того, что в конечном счёте и чары вампира были бы более не нужны для сотрудничества с этим молодым магом. Вот только Демиару уже никогда не увидеть свободы, как бы сильно он не умолял своего хозяина о ней, ведь без крови Сайтанеля мальчишка долго теперь не протянет. И в конечном счёте сам станет вампиром, хотя был для него и иной путь, куда более омерзительный. Маг мог начать охоту на «детей ночи» ради их крови и жить как убийца, но что-то подсказывало, что по этому пути волшебник пойти не сможет.

- Дело не в таланте, Мастер, - охотно отозвался юноша, призывая свой посох, - а в нём! Управлять ветром, проверять дно на рифы и поворачивать судно могут очень немногие волшебники. Тем более используя магию Аркана. Нас было шестеро, на корабле, пока некромант не вернулся в Карнаэн, а Мастер Румиус и тот воин, что ранен, не убили оставшихся четверых. Честно говоря, мы просто не ожидали атаки на таком расстоянии, потому и не смогли подготовится к достойной обороне.
К моменту, когда некромант вновь обратился к вампиру, Румиус уже заканчивал приводить себя в первоначальный вид. И теперь, для всех окружающих, был озабочен лишь тем, как смотрятся торчащие из-под рукава камзола рюши, да собственными волосами, что мешали упырю добиться желанного идеала. Однако, внутри шла битва….
- «Я же сказал уже, - отозвался Сайтанель, - ты волен делать с моей силой всё, что пожелаешь. За откат – не волнуйся, но только потом не жалуйся, что она прилипла к тебе, как мокрый осенний лист, или созревший репейник. Отодрать её будет довольно проблематично, равно как и избавится от желания девушки стать твоей тенью и любить тебя много-много раз подряд, пока её силы не иссякнут, впрочем... это могу сделать я».

Пусть и задумавшись над последним предложением вампира, Аарен, тем не менее, всё же вынужден был его отбросить. Судя по тому, как страстно Румиус пытался избавиться от внимания юного нурцианского мага, лишний груз на шею вряд ли доставит ему удовольствие.
- «И тогда аналогичные проблемы возникнут уже у тебя. Нет, мой друг, учитывая твои планы, лучше этим заняться мне. К тому же… - некромант вспомнил кое-что из своей «школьной программы», вернее - из дополнительных уроков, касавшихся подчинения людей власти магов. Мысль о том, что неплохо было бы избавиться от головной боли в отношении пленных, способных причинить значительные неприятности при каждом удобном случае, далеко не одному ему приходила в голову. – У меня есть и другой способ добиться её подчинения, - продолжил Аарен после некоторой паузы, в течение которой он обдумывал возможное решение данной проблемы. - Мне просто нужно, чтобы Айн какое-то время не пыталась сбежать, освободить жрицу Единого или причинить вред моему экипажу. Как только я разберусь со срочными делами, я изготовлю для неё рабский ошейник и эта взбалмошная девчонка превратится в рабыню, которая покорно будет сидеть в своей каюте в ожидании пробуждения Круана. В конце концов, она – его сестра, значит ему и решать, что делать с ней дальше».
Выслушав слова Демиара, Немиус вновь кивнул, вспоминая, как зовут лидера этого корабля.
Некромант Велскард… он явно не из Вольных Городов, иначе бы его экипаж не стал нападать на посланника самого Сандро. Насколько Аарен помнил - хотя это, разумеется, касалось лишь воспоминаний из далёкого детства, некроманты мало приветствовались в Нурции.

Нужно обязательно расспросить Демиара обо всём этом более подробно, раз уж Румиус не стал забирать мага с собой.
- И всё же, ты изготовил свой посох, с которым, насколько я понял, прекрасно умеешь управляться. К примеру, хотя мне уже почти сорок, я до сих пор не изучил этого искусства, - Немиус позволил себе кроткую улыбку. - Ты должен рассказать мне как-нибудь об этом, если, конечно, я не покажусь тебе слишком неумелым учеником. Я же научу тебя как правильно противостоять заклинаниям некромантов. К примеру, у того «копья смерти», которое я применил против тебя, как и вообще у любой другой магии, есть свои слабые стороны. Понимая их, ты избегнешь смертельной опасности в будущем… особенно если нам предстоит столкнутся с Велскардом. Он же силён, не так ли?
В целом, некромант решил, что ему не помешает иметь с Демиаром хорошие отношения. Этот маг может очень многое рассказать - в том числе и о том, что касалось текущей ситуации в Нурции.

Покопавшись в памяти, Аарен вызвал воспоминания Румиуса о магии крови и, обратив взгляд к Айн, позволил Потоку пройти через собственное тело. Некромант знал, что уже спустя несколько секунд боль от отката накроет его и с каким-то трепетным ощущением принялся ждать этого, уже, казалось, давно позабытого чувства, столь часто сопровождавшего Немиуса при жизни. Он собирался наложить очарование на убийцу и надеялся, что та, находясь под воздействием вампирской магии, не станет предпринимать ничего против «Вестника» и его экипажа. В конце концов, Аарену было просто необходимо разобраться с самыми срочными делами, и возможные неудобства, сопровождающие данную связь, казались ему вполне терпимой ценой по сравнению с постоянной головной болью, которую мог причинить профессиональный убийца Святого Престола.

Сайтанель, закончивший возиться со своей одеждой и внешним видом теперь судорожно искал чем бы ещё занять себя, лишь бы не остаться без какого-либо, пусть даже самого бесполезного занятия, когда, встретился взглядом с некромантом и, спустя несколько секунд, несколько неуверенно, кивнул:
- «Как тебе будет угодно, - отозвался он, проходя мимо Немиуса к постели и поднимая со столика недопитый некромантом кубок, всё ещё полный вина. – Кровь вампира отзовётся на твоё заклинание, в любом случае, но последствия от чар, сотворённых мной, не стали бы … столь разрушительными. Впрочем, если тебе нужна эта способность в будущем, то лучшей куклы для тренировок, наверное, и не придумаешь. Только не используй этот дар слишком часто, всё же хоть магический откат от него и пройдёт в основном по тебе, кровь необходимая для чар, будет забрана Потоком у меня».
- Да, конечно - отозвался нурцианский маг. – Если мой Мастер не будет против, то почему бы и нет. Обмен магическими знаниями это часть обучения для любого волшебника и, быть может, я наконец даже смогу воспользоваться Арканами Пламени…

- Ты уже можешь, всегда мог, но ты, как и мой брат, попросту боишься огня, что будет выжигать душу. Просто признай это, и стихия станет тебе подвластна, - холодно произнёс вампир, смотревший сквозь иллюминатор куда-то в море. Магия погоды уже давным-давно закончила своё действие и теперь, сквозь окно в каюту пробивались солнечные лучи, к одному из которых Румиус понемногу и тянул собственную руку.
- Да, Мастер, я постараюсь, - отозвался маг, и тут же перешёл к следующему вопросу. – Велскард… ну он сильный, да… намного сильнее меня, я думаю. Он перешёл на нашу сторону сравнительно недавно. Поэтому мне не известен его предел, но его учителем был сам Андромалиус, так что… пусть не как некромант, но как трансмутатор этот волшебник очень силён.
- Вот оно как, - внезапно оживился Румиус, поворачиваясь к своему подопечному и смотря на него так, точно впервые увидел. – И на чьей же стороне этот старый хрыч?
- Ну, насколько я знаю, Андромалиус облачился в цвета принца и теперь служит короне, - осторожно произнёс юный волшебник, боясь поднять взгляд на своего господина.
- Хорошо, - кивнул Сайтанель, возвращая кубок, из которого так и не сделал ни единого глотка, на место и направляясь к выходу из каюты. Примерно в это мгновение чары, что создавал некромант были закончены и заплаканная девушка подняла голову, осматривая мир совершенно по-новому. А стоило ей увидеть Аарена, как в её взгляде точно наступило какое-то просветление. Они наполнились счастьем и удовольствием, что явно перекрыло боль от ожога. Что произошло с её внутренним миром сказать бы не взялся даже Древний, ведь заклинание использовал не вампир…

По самому же некроманту довольно сильно прилетело и, хотя Немиусу вот уже лет пять как совсем не нужен был воздух для того, чтобы существовать, Аарен самым натуральным образом задыхался. По телу точно разливался расплавленный металл, желавший сжечь глупца, столь смело прикоснувшегося к Потоку Крови и Разрушений. Раны, что в своё время получал некромант от Джулиуса явно не шли ни в какое сравнение вот с этим. Отголоски этого задели и Сайтанеля. Это заставило вампира, уже почти покинувшего каюту остановиться и, обернувшись, кинуться к мёртвому магу. Обняв некроманта, Румиус прижался к нему и, так и не произнося для окружающих ни единого слова, поцеловал. Однако, это отнюдь не было порывом чувств или глупых эмоций, просто полукровка решил разделить боль от отката с Немиусом, что по незнанию взял у истинного Хаоса слишком много сил…

Боль, заполонившая всё сознание Аарена ужасной чередой ощущений, каждое из которых он, в той или иной мере, всё же испытывал в своей жизни, заставила некроманта сперва согнуться, хватая ртом воздух, совершенно не нужный его мёртвому телу, а после и вовсе рухнуть на колени, качаясь из стороны в сторону и прижимая руки к груди, скребя по изысканному одеянию ногтями, точно пытаясь вытащить из собственной грудной клетки нечто, с чрезвычайной силой рвущееся изнутри.
Пожалуй, если подбирать подходящее сравнение, то это действительно было похоже на раскаленный металл, текущий по венам - медленно, постепенно набирающий свою температуру. Пройдя путь от жалящего, расходящегося по телу пламени, вызывающего лишь давно забытые, болезненные, но всё же вполне терпимые ощущения, похожие на получение клейма, которое Рак’Сатанские работорговцы дважды выжигали у него на коже, до постоянно увеличивающего свой напор, настоящего костра Бездны, гудящего от невероятного жара, разгорающегося изнутри – словно бы нечто, сидящее там, стремилось выбраться из жалкой человеческой оболочки, испепелив её, обратив в пылающие уголья и развеяв прах по ветру. Горела сама душа Аарена, и это было ужасно, чертовски, просто невероятно больно.

Его глаза были открыты; с телом не происходило ничего странного и даже кожа, судя по тому, что ощущали ладони некроманта, оставалось всё такой же, чуть тёплой на ощупь. Сознание же говорило Немиусу иное: мышцы полыхали, кожа стекала на пол, точно расплавленный воск и все его сущее расплывалось, превращаясь в бесформенную эссенцию, не имеющую ни формы, ни ощущения собственного я…
Внезапно мир наполнился красками. Боль исчезла, как и сам мир вокруг, оказавшийся сосредоточением множества странных, различающихся по цвету потоков, сплетающихся друг с другом в странные узоры. Повсюду, куда простирался взгляд, горели неяркие огни, так похожие на звёзды; порой они образовывали целые созвездия, двигаясь в непонятном, но имеющим вполне определенную закономерность ритме. Исчезли всякие ограничения физического тела и дух его, переполненный ощущением безграничного восторга, мог устремиться в любом направлении – нужно было лишь довериться одному из потоков, что уносил прочь ту неизведанную материю, которая путешествовала по пространству этого странного мира и устремиться вдаль, сливаясь с постоянно меняющейся круговертью первозданного хаоса в единое целое.

Мысли Аарена приняли непривычные ему очертания, словно бы пронзая всё сущее и странствуя в тысяче мест одновременно. Сакральные знания, неизвестные никому из ныне живущих, открывались ему точно по мановению волшебной палочки и тотчас же забывались, вытесняемые из потока восприятия прочими мыслями, словно бы принадлежащими целому множеству людей, думающих обо всём сразу. Его сознание, по-прежнему сохраняя некую целостность, постепенно начинало размываться, расширяясь вокруг, словно бы пытаясь охватить всё целиком и окончательно теряя связь с собственной личностью, собственным я, становящимся лишь частью потока этого безграничного мира…
Но затем что-то вдруг грубо выдернуло его прочь, вернув душу в реальное тело, позволяя открыть глаза и вернуться в истинный мир.
Протянув дрожащую руку, некромант медленно, пытаясь вновь обрести контроль над телом, что попросту отказывалось ему подчиняться, погладил Румиуса по голове.

- «Ты спас меня, глупый вампир, хотя и сам мог запросто погибнуть. Неужели ты меня так ценишь? Твой поток, он невероятно прекрасен… я бы хотел узнать больше о том, что видел. Какая красота… - Аарен слабо понимал, что именно он говорил, но присутствие рядом вампира постепенно возвращало его сознанию целостность. – Я был собой и одновременно кем-то ещё, - продолжал говорить Немиус. - Я знал так много и столь многое хотел бы сохранить… но всё ушло, точно вода сквозь песок. Остался только я. Интересно, смогу ли я взрастить в своей душе зерно того потрясающего мира, если увижу его вновь?»

Алое пламя глаз Сайтанеля довольно быстро угасало, сменяясь изумительными оттенками изумруда. Как и оставшаяся в вампире магия Крови. Румиус был полностью опустошён и сейчас вряд ли смог бы стоять на ногах самостоятельно. И лишь тот факт, что он всё ещё прижимался к некроманту, не давал упырю упасть на мокрый грязный пол каюты. С трудом полукровка заставил себя разорвать поцелуй и практически сразу же послышалось его тяжёлое, на удивление хриплое дыхание.

- «В этот раз - да, но тебе нельзя туда, так глубоко никому нельзя! Заходить туда смертельно опасно, - закрывая глаза и кладя голову на плечо Немиуса, отозвался вампир, лишь сильнее прижимаясь к нему. – Меня от поглощения защищает магия Врат Бездны, но у тебя нет такой защиты и всё равно ты был так жаден и взял у Хаоса так много, точно он обычный Поток, каким пользуются рунные волшебники Аркана».
Сердце вампира билось очень быстро, точно от только что окончил крайне долгий и изматывающий бой, впрочем, почти так оно и было. Ментальная защита, которую выстроил вокруг своего Мастера Демиар – пала и теперь вампир был точно открытая книга:

- Я потратил всю свою ману и большую часть крови, чтобы достать тебя оттуда. – Тихо произнёс Сайтанель, над самым ухом некроманта. И хотя вокруг было сравнительно тепло, даже для Немиуса, полукровка был непривычно горячим и дрожал. Хотя, в отличие от людей, за "детьми ночи" не водилось обыкновение болеть. - Не знаю почему, но я не хочу потерять тебя, Аарен.
- «Особенно сейчас, когда Предвечная что-то делает со мной, меняет, я боюсь оставаться один и боюсь навредить тем, кто будет рядом со мной, я…»
- Эй ты, пиявка! – поднялась разгневанная происходящим Айн и стала медленно приближаться к «сладкой парочке», - Руки прочь от моего возлюбленного! Твоё место в самом тёмном углу корабля, куда ты и должен был заползти чтобы сдохнуть от боли и холода! Так что давай, беги к своей богине и этим голосам, чтоб они тебя сожрали, как и моего братика.

- Мастер, - негромко обратился тем временем нурцианский маг. – Ваша защита, она просто исчезла, мне поставить новую или, быть может, вам нужна моя кровь, чтобы восстановить силы?
- Да чего ты стараешься, то? – не унималась девушка. – Не видишь, что ли, что его уже начинает трясти от холода. Пара часов и он станет такой же живой куклой, как и Круан. Так что можешь не парится, потерпи немного и когда он перестанет быть собой, ты сможешь сделать с ним всё что захочешь, абсолютно всё, ведь ему будет плевать на весь наш мир, на то что его окружает и даже на тех, кто когда-то был для него всем!
20

Аарен Немиус Lottarend
14.11.2018 16:57
  =  
- «Тебе нужна кровь, - произнёс Аарен, выслушивая мысли вампира и с трудом, но продолжая осознавать то, что происходит вокруг. – Я бы предложил тебе мою, но… лучше, если тебе поможет Демиар. Мы: ты, я и Круан, не можем сейчас быть все так слабы, что окажемся неспособны защитить себя, когда что-либо произойдёт. И… - осмыслив произнесённую Айн речь и считав из головы Румиуса план действий, который тот собирался осуществить в ближайшее время, некромант произнёс: - Не обращай на слова убийцы внимания. Она знает только то, что видела. Она, в любом случае, не могла заглянуть Круану в голову и узнать, что именно с ним происходит. Только сам Рыцарь Смерти в состоянии дать тебе совет, Румиус. Не позволяй разгоряченным словам глупой девчонки причинить тебе боль».

Крайне медленно, слегка покачиваясь, но Немиус всё же поднялся на ноги, после чего протянул руку вампиру, желая помочь ему встать.

- Угомонись, Айн, - разлепив губы, что показалось ему действительно титаническим усилием, Аарен принялся говорить, пытаясь вспомнить, что это и в самом деле значит – преобразовывать мысли в слова. С непривычки, у него получился лишь хриплый, слабо различимый шёпот, поэтому некромант повторил, делая свой голос громче. – Успокойся. Он спас меня от гибели. С твоей стороны очень некрасиво так… говорить… с моим другом…
Поняв, что его язык начинает заплетаться, Аарен замолчал, пытаясь вернуть контроль над собственной речью. Воздействие Потока Крови будто бы разом заставило забыть его, как вообще люди общаются друг с другом; сознание Немиуса, к чему некромант пока не знал, как относиться, явно было потревожено пережитыми событиями и плохо адаптировалось к окружающему миру.

Стоило некроманту встать, как, всего через пару мгновений, вампир, лишившийся опоры, так и не сумев принять руки от Немиуса, попросту свалился прямиком на грязный, мокрый пол каюты. Глаза Румиуса были всё ещё закрыты, а возводимое им маскировочное заклинание сначала дало трещину из-за нехватки магической энергии, требуемой не его поддержание. А после и вовсе разлетелось на части, Возвращая Сайтанелю его очарование и не человеческую красоту. Платиновые волосы, хоть и намокшие в мутной воде, всё равно словно слегка светились, черты лица казались чуть более притягательными, а аура, контролировать которую вампир больше был не в состоянии вполне могла бы свести с ума обычного человека. Заставив того отдать буквально всё, включая собственную жизнь, за единое право прикоснуться к божеству. Какое он несомненно увидел бы в этом уже довольно силоном представителе «детей ночи».

- «Как будто я могу, пошевелиться, - недовольно отозвался упырь, - я даже глаза открыть не могу, а ты предлагаешь пить кровь, шутишь что ли?»
- Мастер! – нурцианский маг кинулся к хозяину и замер из-за преградившей ему путь убийцы.
- Я же сказала тебе, подожди, - сладко промурлыкала та, - Сейчас так называемый «друг» моего возлюбленного умрёт и сможешь забрать его.

- Уйди с моего пути, женщина, или клянусь, я убью тебя! – отступивший на пару шагов назад волшебник обратился к Потоку, что был ему доступен через посох, что явно снижало шансы раненной Айн на победу и сводило их к нулю. Во всяком случае в памяти Румиуса именно так обозначалось волшебство, что использует посох как проводник Потока, тем самым дела любую магию практически мгновенной.
- Да чего ты так взъелся, - не унималась девушка, которой ревность явно затмила рассудок.
- Как минимум из-за того, что я последую за ним следом или же стану вампиром, чего я очень не хочу, потому что тогда ты станешь первой кого я раздеру на части! – похоже это было последнее предупреждение и если девушка не уступит магу путь, то скорее всего погибнет.

- «Вот же дети, они такие шумные, да? – Сайтанель явно хотел пошутить, хотя и вышло это у него скверно. – Я могу говорить лишь с тобой, используя узы. Они медленно подпитывают меня. Думаю, через пару минут смогу подняться, а пока у меня нет сил даже на ментальную связь. Угомони их, пока не подрались, а то я пока не умею лечить людей иным способом кроме…»
И тут вампир явно о чём-то крепко задумался. Сказать это прямым текстом он не мог, потому как сформулировать собственное удивление и осознание в речь было для него довольно затруднительной задачей и всё же. Смысл заключался в непонимании того, как он – убийца и «порождение ночи», всю свою жизнь только и делавший, что отнимал жизни, может иметь доступ к Потоку Света и, более того, Сайтанель отчаянно пытался понять, как так вышло, что, начав вычерчивать руны воды, он коснулся именно Потока, что используют слуги Единого и тот ответил ему.
- «Аарен, почему… почему Поток Света до сих пор подвластен мне? – непонимающе спросил вампир скорее всё же у самого себя, нежели у некроманта, - ведь я - убийца, не имею прав касаться его! Как же так получается?»

Представление, разыгравшееся перед глазами Аарена, было бы достаточно забавным, не виси жизнь Румиуса на волоске. Нет, разумеется, прямо сейчас смерть не грозила вампиру - разве что Айн одолеет юного мага в этой схватке и захочет прикончить "соперника" собственноручно. Тем не менее, ирония происходящего заставляла Немиуса наблюдать за событиями с некоторой долей веселья: подумать только, две марионетки собираются убить друг друга ради любви к своим кукловодам!
- "Дети - лучше и не скажешь, - хриплый смех всё же вырвался из горла некроманта. - Подожди ещё несколько секунд. Я как раз роюсь в твоей памяти, чтобы понять, каким именно мне сейчас способом воспользоваться, чтобы вырубить человека. Только бы тело не подвело... - задумавшись над вопросом Румиуса, Немиус несколько неуверенно продолжил. - Поток Света? Да, это странно, конечно, но я думал, что это как-то связано с моим прошлым. Вся моя семья была истово верующей и, формально говоря, я убил только одного человека, прежде чем пронзить собственное сердце ритуальным кинжалом. Возможно, у меня были некоторая предрасположенность к магии света, которую я так и не раскрыл... в конце концов, сама связь между нами сверхъестественна и даёт недостижимые обоим способности".
Размышляя в ином направлении, Немиус принялся рассматривать Поток Света, к которому обращался Румиус, как собственное достижение вампира.

- "С другой стороны, я всё же был убийцей, а вот ты... Я не стану просматривать твои воспоминания, касающиеся жизни до трансформации, но если ты и впрямь не убивал людей, то это, в конечном счете, могло сыграть в твою пользу. Напрашивается вывод, что Единого можно обмануть".
Использовав инстинкты Румиуса, некромант мягко, как-то по кошачьи, шагнул к убийце, после чего, обвив её шею рукой и притягивая девушку к себе, легонько пережал нужную артерию большим пальцем, тем самым заставляя свою жертву обмякнуть, покорно упав в объятия некроманта. На её недоумевающий взгляд Аарен не обратил особого внимания - кем бы не считала его Айн, он не являлся её возлюбленным и мог себе позволить нанести околдованной убийце подлый, бесчестный, но крайне эффективный удар.
- Убери посох, Демиар, - произнёс Немиус, передавая девушку на руки подошедшему скелету. После того, что пережило его сознание, некромант всё ещё с трудом контролировал собственное тело. - Твой мастер сейчас очнётся. И кстати... что это ещё за Андромалиус , о котором ты говорил недавно?

- «Эльфы ценят жизнь, обычно, - несколько недовольно отозвался Сайтанель, - из меня готовили не воина или убийцу, каким я являюсь сейчас, а сосуд, что сможет стать Хранителем ключа от Врат Бездны. Мои уроки отличались от стандартного обучения, что преподают членам королевской семьи эльфов. Но в целом… ты прав. До моего обращения в одного из «детей ночи», да и в несколько десятилетий после… я никого не убивал. Правда, мне, закопавшемуся в знаменитую библиотеку Тар'Инэ'блоу'Иннэс даже и не приходило в голову спросить у брата о том, где слуги берут ту самую кровь, что приносят мне, а главное - чья она. Но вряд ли это то, что может обмануть демона священных Врат, возомнившего себя богом».

Если закрыть глаза, то можно было легко увидеть собственное почти эльфийское отражение в хрустально чистых водах многочисленных фонтанов, небольших прудиков или и вовсе в зеркалах, коими эльфийские архитекторы довольно искусно пользовались, чтобы сделать и без того огромную библиотеку воистину необъятной. Там же было белоснежное одеяние Хранителя Врат, радостно улыбающегося солнечным лучам, что по какой-то причине не были страшны молодому вампиру, с упоением открывающему для себя новое знание о мире. Решение сделать Хранителя нежитью было принято королём, оно же отрезало Румиуса на долгое столетие от Потока Света, что раньше никак не связывали с орденом. И тогда в далёком и ныне не существующем прошлом Сайтанель охотно лечил с его помощью как эльфов, так и людей. Но это были одни из тех воспоминаний, что приносили с собой боль, ту, с которой вампир до сих пор так и не научился справляться…



Когда Айн негромко ойкнула и обмякла на руках некроманта, а Немиус потребовал прекратить использовать магию, нурцианский волшебник коротко кивнул. Медленно, маг выпустил из руки посох, что тут же разлетелся сотней разноцветных огоньков, а после разорвал связь с Потоком Стихий. Несколько секунд он колебался, точно взвешивая все «за» и «против», а после всё же кинулся к вампиру. Опустившись перед своим господином на колени, волшебник осторожными касаниями стал вначале приподнимать, кажущееся ему совсем невесомым, несмотря на оружие из адаманта, тело Румиуса. Чтобы затем подняться, удерживая вампира на руках, точно собственную возлюбленную. Самое забавное, что чары Сайтанеля на мальчишку не работали. А связь Мастера и слуги имела, по обыкновению, несколько иной окрас, чем тот, что предстал перед Аареном. Возможно, встреться Демиар и Румиус при иных обстоятельствах и всё было бы точно так же как сейчас, только без использования «ошейника» в виде крови вампира…

- Это маг-трансмутатор, - начал нурцианский волшебник, вывода руны воды и пламени, чтобы смыть с себя и хозяина всю имеющуюся на них грязь. – Мой наставник, в отличие от отца, находится в оппозиции. Он – враг кронпринца и его реформ. Меня вырастили таким же и, собственно, поэтому я знаю не так уж и много. Всем известно, что Андромалиус очень стар и на данный момент является едва ли не сильнейшим из магов Нурции. По слухам, он может призвать восемь крыльев и летать быстрее птиц. Честно говоря, я никогда не видел у трансмутаторов крылья, потому не совсем понимаю, что они означают. Но этим магом восхищаются, его боятся. В каком-то смысле он пугает знать куда больше, чем контракт с Вольными Городами, однако детали мне не известны и виной тому мой возраст. По обычаям моей страны я стану взрослым лишь через две недели, когда мне исполнится пятнадцать.

- «Андромалиус Эльзевир – колдун, - дополнил ответ нурцианского волшебника вампир, которому явно нравилась тёплая вода, призванная Демиаром. – А точнее… он колдун-основатель Нурции, как страны и, по совместительству, её первый правитель. Об этом правда знают лишь единицы, да и минуло с тех пор уже более трёхсот лет, так что…»
Румиус сделал глубокий вдох и, наконец-то заставил свои веки приоткрыться. Чтобы снова увидеть окружающий мир, пусть в данном случае всего лишь являющийся грязной каютой, полными изумрудной листвы из эльфийских лесов глазами.

- «Вот оно как, - с лёгкой толикой веселья продолжил полукровка, - а я-то уж решил, что это великий Аарен не побрезговал поднять меня с пола. Впрочем, учитывая твоё состояние… не трогать меня было разумным решением. Что до крыльев… то как раз их и можно назвать взращённым в душе зерном нового мира. Они и как посох у волшебников и как сила крови у «порождений ночи» и одновременно артефакт, что доступен только колдунам. Весь вопрос лишь в их цене…».
- Мастер вы очнулись, - довольно промурлыкал волшебник, прижимая вампира к себе.

- «Я бы поднял тебя, не начни Айн весь этот переполох, - серьёзно ответил некромант, ни в коем случае не воспринимая слова Румиуса в качестве шутки. – Для меня не составит труда носить моего дорогого вампира на руках, позволяя его нежным ножкам немного расслабиться и отдохнуть, но… сейчас, боюсь, тебе необходима кровь. И тот, кто может её предоставить, сам готов подставить тебе свою шею».

Когда-то, в те редкие моменты, когда Сандро делился с Немиусом своими воспоминаниями, он и впрямь рассказывал о Едином. Говорил о запретном знании, касавшимся демонической сущности этого самопровозглашенного божества – правде, известной лишь единицам во всём Святом Престоле; рассказывал о великой войне, где, помимо всего прочего, упоминал о событии, что вполне можно было счесть победой Вольных Городов - когда нежить, пробившись к Священным Вратам, лишила слуг Единого части их сил. Именно поэтому Орден, в своём нынешнем виде, сейчас гораздо слабее, чем был когда-то, и паладинам больше не выставить на поле боя могучих воинов, сминающих легионы мёртвых своим освященным оружием.

Естественно, зная всё это, запрет на убийство покажется не больше, чем лицемерием, призванным убедить наивных ничтожеств в священной непогрешимости Единого – доброго, милосердного бога, никак не связанного с Бездной и борьбой за власть, которую этот демон вёл руками своих прислужников. Мысль о том, что Поток Света не находится под полным контролем Единого приятно согревала Немиусу его холодную, прогнившую душу. Этот феномен, сам по себе, являлся довольно интересным, и всё же подобные размышления не казались некроманту чем-то из ряда вон выходящим…

Ведь правда была ему известна.
Аарен никогда не любил Святой Престол. Империя Рак'Сатан, гостеприимно открывшая «святошам» свои обширные просторы, не гнушалась убивать и сжигать ведьм; даже более того, всё это происходило при подчёркнутом невмешательстве Ордена и молчаливом одобрении, оказываемом инициативе Императора избавить своё государство от всех и всяческих магов. Даже те, кто не обладал магическим даром, могли быть оклеветаны и показательно казнены в наказание остальным.

Так поступили с его матерью, хотя эта несчастная женщина не знала ни одного Аркана. Интриги знати, жертвой которых стала семья Немиуса, обратились его ненавистью к этому неправильному, эгоистичному государству, что следовало стереть с лица земли, изгнав рак’сатанцев на тот остров, с которого они и начали свой первый завоевательный поход.

Задумавшись, Аарен и не заметил, как по неосторожности пропускает свои воспоминания через канал ментальной связи. Правда, его угасшее настроение несколько развеселил образ молодого, счастливого Румиуса, одетого в белоснежные одеяния Хранителя Врат – так непохожий на себя нынешнего, он внушал нездоровый оптимизм и желание улыбнуться, хотя Немиус, из уважения к личному пространству своего друга, не стал и дальше концентрироваться на увиденной картине, очевидно, причинявшей вампиру настоящую боль.
- «Значит, колдун, основатель Нурции… действительно сильный человек, что и говорить. Моей официальной задачей, как посланника Вольных Городов, является установление выгодных нам дипломатических отношений. Как ты думаешь, если я поймаю для Андромалиуса его ученика – этого Велскарда, бывшего командующим юного Демиара, то великий трансмутатор замолвит за меня пару словечек перед правителем… конечно же, официальным правителем Нурции? Не думаю, что такому человеку, как Андромалиус, есть дело до интриг, поэтому предательство его ученика всё же выглядит вполне достоверным, - некромант мысленно рассмеялся. – Но крыльям бы я в любом случае предпочёл те знания, что столь свободно пребывали в Хаосе, точно щедро разлитое вино, опьяняющее одним своим видом! Так много мыслей… большинство очень странные; другие, как мне кажется, и вовсе не принадлежат этому миру. К сожалению, я не унёс с собой ничего, кроме собственной жизни… хотя её я тоже не желал потерять».

Бросив взгляд на Демиара, нежно, точно возлюбленного, прижимавшего к себе вампира, Аарен привалился к стене и закончил, подпустив в свою речь немного игривой усмешки:
- «Обнимая тебя, мальчик чувствует себя на вершине этого мира. Не разочаровывай нашего милого мага – подари ему немного того удовольствия, которое только вампир может предоставить в дар за кровь, что питает его силы».
21

Партия: 

Добавить сообщение

Для добавления сообщения Вы должны участвовать в этой игре.