Как стать темным владыкой и поработить мир | ходы игроков | Первоапрельская шутка

 
DungeonMaster Legios
13.04.18 10:21
  =  
Что бывает после... После собственно чего? Унтерштурмфюрер Майер вон, например, мог бы поклясться своими погонами, что видел двери в Валхаллу, после того как высунувшееся из портала фиолетовое щупальце в попытках его аккуратно поднять нечаянно свернуло офицеру шею. В прочем, ариец был вынужден признать, после того как лишь свалившись на пол от хлынувшей волны чудовищного перегара, чудом увернулся от вылетевшего в дверь топора, что в чертогах предков ему скорее всего не понравится и стоит поискать еще какую-нибудь другую дверь. Куда именно вела эта, вопросом было хорошим, однако немного успокаивало то, что в руке крепко лежала саперная лопатка, немного измазанная томатным соком, не говоря уже про маузер в кобуре.

А вот путешествие Тиберия в свою очередь оказалось не таким впечатляющим: последнее что он помнил, это собутыльник с разбитым лбом и наглой ухмылкой, заносящий для удара кулак, от которого увернуться все таки кажись не получалось. По крайней мере судя по тому, что злюка в своем родном мундире сейчас лежал мордой в пол, сжимая в руках "розочку" от разбитой бутылки, а у него под глазом кажется был синяк. Довольно интересной деталью было то, что пол по какой-то причине сейчас был каменный, а последний раз, как он его помнил, все же из досок. прочем, и это несколько меркло в сравнении с тем фактом, что по какой-то еще причине Марк сейчас был как ни странно трезв и не страдал от похмелья, что позволяло задуматься о том что в отключке он возможно провалялся несколько дней.

Рядом с римлянином, все в том же состоянии, явной уверенности предшествующего употребления спиртного, но отсутствия похмелья и несколько болящего от удара чем-то тяжелым лба, мог прийти в себя и Джек, а после осмотра текущего своего состояния, обнаружить, что помимо привычной повседневной одежды, большая часть ценностей, включая, например, бумажник, с его тела куда-то пропало. Костяной кинжал, в прочем, все еще был при себе.

Еще одной жертвой приема внутрь сомнительного состава субстанций была Наоми, которая до этого пробовала суп. Вообще, если подумать сейчас, метод межмирового перемещения путем приготовления супа был довольно странным, но кажется все таки сработал. И к тому же, наваристого бульона из летучих мышей оставалась еще полная кастрюля. Интересно, если на перемещение ушла только одна ложка, можно ли с ее помощью будет отправиться куда-то еще?

Вторым из присутствующих, кто переместился сюда самостоятельно... Ну, почти... был Кент загнанный в угол изобретатель, провел свои последние минуты в несколько странном состоянии, повинуясь инстинкту самосохранения и возможно чему-то еще неизвестному, копаясь в по многочисленным карманам, извлекая от туда полезные и не очень детальки, с чудовищной скоростью соединяя их в что-то одно, без особого понимания что у него должно получиться, как оно будет работать и сколько ему еще надо времени чтобы успеть. В последнюю секунду, когда из-за угла уже появились преследователи, направив на беглеца оружие, возникло подозрение, что Кент уже никогда не узнает ответов на эти вопросы. Однако, руки сами соединили последние провода. Вспышка света, звон в ушах, и кусок дымящегося хлама в руках, оставшийся от безумного но в тоже время гениального изобретения. Самое время думать о том, здесь это где что делать дальше.

Последний воспоминанием Ангелаи Кая, в свою очередь оказалось то, как этот сраный фокусник. Или как там еще можно назвать мутного типа, который со своего идеально выглаженного пиджака рукой в белой перчатке отряхивает, словно герой романа Булгакова дырки от пуль, получив от этой парочки что-то похожее на согласи щелкнул пальцами и вокруг выключили свет, ни сколько не обращая внимания на то, что солидная его часть шла от солнца. Зато кажется дяденька оказался довольно щедрым и оставил парочке киллеров по подарку. В частности, у Ангела в руках сейчас находилась внушительно выглядящая шипованная дубина, которая однако почему-то был подозрительно легкой, словно бы сделали из пенопласта, а Кай обзавелся странным гибридом косы и бензопилы, сделанной явно из чего-то органического и с любопытством разглядывающей его своими тремя глазами.

Зубаста амазонка в свою очередь, происходящее понимала не слишком хорошо. В частности, ритуалом ее явно отправило куда-то, но вот было ли это действительно прошлым, да и как вообще должны выглядеть путешествия в прошлое, было хорошим вопросом, на который Мала не могла дать однозначный ответ. Одно было ясно, окрестности явно не были храмом Великой Пасти, да и вообще любым из знакомых мест. А прочие присутствующие тут персоналии выглядели... подозрительно.

Серила, честно говоря, до последнего подозревавшая, что связавшиеся с ней были чем-то вроде иностранных агентов и в обмен на политическое убежище и дальнейшее сотрудничество ей предложат выложить все что она знает про свою родину, лишь укрепилась в этой мысли после того, как пройдя в комнату увидела собравшуюся в ней компанию гуманоидов, известных ей как "люди" по крайней мере преимущественно. Однако, честно говоря, совещание службы внешней разведки сложившаяся ситуация никак не напоминала. Интересно, у них всегда так? Да и интерьер в помещении определенно странный.

Берию уже не первый раз бывшего в аду, услужливо проводили мимо котлов низшие черти и проделав остаток пути уже в одиночестве на лифте, после того как тот остановился на обозначенном как ЫХ-667 "этаже", при себе имел лишь привычную трость, разумеется, являющуюся могущественным демоническим артефактом, хотя его и предупредили, что в свяязи с тем, что за территорию на которую он отправляется отвечает другой отдел ада, а конкретно Пандемониум, известный своим черным юмором, работать оная может перестать или начать это делать совсем не так как положено. В прочем, это уже несущественные детали.

Что же касается Вукса. То тот, на сколько он мог вспомнить, перед тем как попасть вот сюда вот, проходил со-бе-се-до-ва-ни-е на должность миньона. Довольно длительное, утомительное и полное дурацких вопросов. В прочем, по итогам оного его кажется одобрили и сейчас он удерживал в руках такие ценные бумаги как медицинская страховка и договор.

А Мария Ивановна могла бы пребывать в состоянии шока, если бы не прибывать в состоянии шока ни при каких обстоятельствах, было ее непосредственной рабочей обязанностью. В конце концов, она только что покинула сиденье автомобиля, ибо как сказал шофер, ни только что прибыли к месту работы, но стоило ей на мгновение отвернуться, как куда-то пропал не только сам автомобиль но и кажется окружавшие их до этого здания. Или же их не было тут с самого начала, но по какой-то причине, на этом ни как не хотело останавливаться внимания. Так или иначе, сейчас она находилась в явно незнакомом месте, имея при себе только привычный кейс с документами и канцелярскими принадлежностями и в ситуации следовало бы как следует разобраться и наказать виновных.

Роб по правде говоря, до последнего не верил в свой шанс и уже начал было считать сделавшего ему "интересное" предложение надзирателя то ли психом то ли просто неудавшимся шутником. Вот он идет свою последнюю "зеленую" милю, уже раздумывая о том, как бы уйти чуть более красиво, чем от сраного стула. Впечатать в стену одного из охранников, например. Да чтобы побольше крови. Авось, у остальных нервы не выдержат и кто-нибудь да схватится за пистолет. А в следующее мгновение с громким "дзынь" у него на голове оказывается гребаное ведро. И не удержав равновесия громила грохается на пол. Подниматься при этом оказывается на удивление тяжело. И лишь секунд через десять так приходит понимание, что вместо тюремных шмоток на нем сейчас надеты вороненные готические доспехи. Кажись крыша съехала, пора в дурдом.

В прочем, у кого-то путешествие прошло еще менее приятным образом. Последними воспоминании Синери, в частности было то, как он, после удара по голове пришел в себя в гробу, и услышав падающие на его крышку куски земли с ужасом осознал, что вновь будет вынужден провести неопределенное время в чудовищной ловушке. На фоне этого, даже мысли о том, кому вообще понадобилось его хоронить, да еще и в гробу, появились значительно позже, вместе с наставшей тишиной. Наконец, не выдержав гнетущей атмосферы, и приподняв крышку, знахарь мог обнаружить, что поддалась она на удивление легко.

В числе пострадавших был и бессмертный император Тсунг, корчившийся на каменном полу в агонии, вызванной не столько физическими страданиями, сколько осознанием того факта, что все чего он добивался тысячи лет, сейчас рассеивалось в небытие. Не в силах больше манипулировать Ки и, как следствие сдерживать души, он мог ощущать как вместе с ними исчезают все знания, которые, как выяснилось, никогда действительно не были его, оставляя ишь изначальную основу. В прочем, самое важное, свою жизнь, свое сознание и личность удалось сохранить. А значит, все еще есть возможность для второго шанса!

Возвращаясь, в прочем, к судьбе нормальных людей. Глебет и Армину, в это место привела практически одинаковая история. Таинственный "доброжелатель" захотевший встретиться ночью на кладбище без лишних свидетелей, разумеется был личностью более чем подозрительной, однако, учитывая что платил тот авансом и довольно приличную сумму, отказываться было грех. В конце концов, даже если это ловушка, проблему всегда можно будет решить перерезав подлецу горло. По крайней мере, сохранять такие мысли удавалось примерно до того момента, как пройдя широкие двери склепа, не пришло осознание того, что место это является совсем не тем, которым по идее должно быть.

В прочем, даже на фоне собравшейся компании, особо выделялся товарищ комиссар, после очередного перемещения, осознавший, что восседает на расположенном на возвышении троне, а голова его украшена тяжелим предметом, подозрительно напоминающим корону. Правда почему-то не золотым, а железным и довольно таки ржавым. Еще одной странностью было то, что облачен Владимир был не в подходящие бы к образу королевские одеяния, а свою привычную форму СССР. Второй примечательной деталью была покоящаяся у него на коленях книга окруженная несколько неестественно густыми и движущимися тенями. Как именно это работало, вопросом было хорошим, но если смотреть с точки зрения исключительно смысла подобного спецэффекта, фолиант явно пытался продемонстрировать то, что он не обычная пыльная книжка и привлекал внимание, кажется, желая чтобы его прочли.

Относительно обстановки, сказать можно было не слишком многое. Помещение напоминало какой-то склеп, освещенный единственным огнем в центре, несколько подозрительно горевшим без какой либо основы, что кто-то мог бы принять за магию, а например Кент за небольшое устройство, подающее струю горючего газа из платформы. Из прочих интересных деталей, не считая нескольких десятков прислоненных к стенам мумифицированных тел, чье расположение до неприятного подозрения напоминало охрану, прочие детали, были преимущественно декоративного толка и вероятно стали бы настоящим сокровищем для опытного археолога, но для собравшихся здесь ценности не представляли примерно никакой. Куда более важной деталью пожалуй было то, что у помещения наличествовал выход. Метрах так в двадцати от трона комиссара, в противоположной стене. При ширине помещения, раза так в три меньше, путь через всех собравшихся, стоило признать, казался очень и очень длинным. Особенно если они будут проявлять агрессию. Кажется, пришло время определяться, друзья тут собрались или враги, ибо на приветственную речь от собравших их здесь высших сил рассчитывать кажется не приходилось.


Шан Тсунг потерпел поражение. Он бежал с поля боя. Потерял все, что приобрел за тысячу лет. Его планы рухнули. Он был преисполнен ярости и ненависти. Только они помогли ему сохранить ядро личности и пробиться через Вуали между мирами.
Оказавшись в комнате он первым делом ощупал свое тело. Когда Шан понял, что все души что он поглотил утеряны, ярость его стала еще больше, теперь она превратилась в холодную смертельную жажду мести.
Но чтобы отомстить, сначала надо выжить. Он окинул взглядом происходящее вокруг.
Странное место, странные существа вокруг. Все они просыпались. Все произошедшее напоминало очередной этап Смертельной Битвы, только в этот раз не он устанавливал правила. А значит по задумке режиссера должен был погибнуть.
Слишком много врагов, а он не готов к битве. Сейчас ему следовало отойти и оценить ситуацию.
Шан бесшумным призраком скользнул за одну из колонн и слился с тенями. Когда-то у него неплохо получалось прятаться. Он осматривал помещение, в котором оказался. Сейчас ему необходимо было оружие и снаряжение. Его глаза обыскали каждый дюйм окружающего пространства в поисках оружия, ценного снаряжения, скрытых проходов.
Пальцы рук Тсунга сжались готовые убивать, он надавил на стену кулаком, а затем каждым пальцем отдельно, стараясь понять, как отзывается на команды его когда-то безупречно тренированное тело.


Злобина
Боль от вдавленных ногтей в ладонь, тесты на состояние корректности работы сознания и ощущений... Это не сон и не галлюцинация. По крайней мере, не от утвержденных программой веществ. Странная комната и компания, особенно выделялись цирковые уродцы: синяя и зеленый.
Остро ощущалась пустота на боку. В связи с отсутствием учебных интенсивов, револьвер для отсева отстающих был не при ней. Как и учительские шпага с кинжалом, бывшие во многом данью традиции, но в умелых руках остающиеся полезными.
Все происходящие походило на импровизационный урок, только...
Женщина приоткрыла кейс и выдернула листок бумаги из документов. Скомкала в шарик одной рукой и бросила в источник света.
Увидев эффект, она пошла к человеку на троне. Он более всех своим видом походил на главного. Военная форма на мужчине напоминала форму Красных Драконов, да вот рожа его больше походила на восточных славян.
Мария уставилась прямо ему в глаза ожидая отчета о происходящем.


Вукс
Ох и нелегкая это работа, от Владыки бегать в болото... Однако Вукс был гоблином не просто живучим, он был гоблином старым, умудренным опытом и очень даже битым жизнью. Ну и не только жизнью - кто только не бил Вукса! Потому нельзя сказать, чтобы гоблин оказался в незнакомой для себя обстановке. Старый склеп, компания из недоумков, оказавшихся там же непонятно как, непонятно зачем и непонятно для чего. Ах да, рядом был еще и трон, на котором уже кто-то сидел.

Молниеносным движением трехпалой зеленой лапки гоблин снычил важные документы в объемистый карман своего темно-красного балахона, положенного каждому уважающему себя миньону. Страховку сразу же снычил, а вот договор решил сначала просмотреть все же. Вукс умный, Вукс книжку съел! И не одну, надо сказать. А что еще было делать, когда в очередной раз он вот так же оказался непонятно где, непонятно зачем и непонятно откуда в старой библиотеке, в которой не было ни входов, ни выходов? Впрочем ладно входы, но там не было даже крыс!! А нет крыс - значит нет и свежей, сочной крысятинки... пришлось жрать книжки, написанные на высохшем до рождения еще пра-пра-пра-пра-пра-пра-прадеда Вукса пергаменте. Книжки сопротивлялись, но Вукс был умным гоблином, и съел не одну книжку, и даже не десяток. За это конечно пришлось потом отчитываться перед Владыкой, но слава темным богам, Вукс успел сбежать, а к свежеванию через жопу приговорили неудачника Вакса. Хихихи!

Итак, как умный гоблин, осиливший грамоту путем поедания не одного десятка книжек, Вукс просмотрел договор, чтобы понять, чьим же собственно миньоном он нанялся батрачить. От этого будет зависеть, должен ли он выполнять приказы того типа, который расселся на троне, или же отсюда надо тикать и чем быстрее тем лучше. То, что Владыки не любят своих прислужников - это общеизвестная истина, но издевательства над провинившимися не идут ни в какое сравнение с тем, как Владыки ведут себя, обнаружив ЧУЖОГО прислужника.


Брошенная в огонь бумага, каких либо несоответствий с привычной реальностью не выявила, поведя себя ровно так, как и полагается воспламенительному объекту, разогретому до значительной температуры. То есть. полетев через пламя загорелась и начала стремительно чернеть. Тоже самое можно в общем-то было сказать и прочих методах проверки, по результатам которых можно было с достаточной степенью уверенности сказать, что либо все окружающее является объективной реальностью, либо достаточно качественной и неотличимой от нее галлюцинацией, либо же проверяющий потерял рассудок в достаточной мере, чтобы быть неспособным получить от проверок корректный результат. Одно, в общем из трех или еще нескольких, которые при желании можно было бы придумать, вариантов.

Вукс тем же временем, выяснил тот интересный факт, что личность Темного Владыки в договоре упоминалась исключительно как владелец некой "книги", толи темнейшего зла, то ли зловещей тьмы. При чем как именно опознать данную книгу в бумагах не было ни слова. В прочем, ситуация несколько упрощалась тем, что единственная пока книга в зоне видимости была в руках у наиболее подозреваемого в темнолордстве персонажа, да и выглядела та достаточно темной и зловещей.

Попытавшийся тут же убраться с виду пожилой азиат, же действительно двигался быстро и не производя лишнего шума, и в скором времени оказался за колонной, в прочем, не то что бы это произошло совсем уж незаметно для остальных. Особенно тех, кто достаточно внимательно следил за окружающей обстановкой. Тем не менее, тело Тсунга, работало как хорошо отлаженный механизм: камень стены, не поддавался давлению, но при этом не выглядел таким уж несокрушимым и хороший удар наверняка оставил бы на нем вмятину и сеть трещин, да и прочие присутствующие, не выглядели чем-то большим, чем простые смертные, а значит в худшей ситуации, по крайней мере прорваться к выходу шансы были явно больше нуля.

Глебет
Склеп был довольно непримечательным с виду, обычное сооружение из камня и плесени, куда богатые родственники утаскивают тело покойного лорда, дабы в более веселой обстановке обсудить каждую строчку завещания, рождая споры и новых... потенциальных обитателей подобных сооружений. Смущал только тот факт, что Глебет не помнила, как именно тут оказалась...
В привычном мире женщина старалась не совать голову в подобные авантюры не зная о дополнительных выходах, не имея поддержки и не представляя о цели, которой служит это, весьма сомнительное мероприятие. Деньги, они загубили многих и не важно платят их тебе, либо кому другому.

Скрипеть доспехами ой как не хотелось, особенно при наличии такого большого количества тел вокруг и будь то простые мертвяки, наемницу бы это не остановило. Но проклятые ряженые фигуры двигались и явно были более чем живыми, что сулило проблемы. Большие проблемы.
Главной из них был тот факт, что Глебет совершенно не понимала происходящего, а внешний вид большинства окружающих попросту сбивал ее с толка, однако вскоре женщина решила проигнорировать этот факт и попросту встала, хлопнув себя по поясу в ожидании услышать тихий лязг боевого топора о металлические пластины ремня. Поерзала плечами, проверяя на месте ли меч и мельком осмотрелась. Выходов не было, помимо того что располагался вблизи трона, чей обладатель был не слишком то похож на мумифицированного мертвеца. Он больше походил на клоуна из цирка, в своей... цветастой одежке и с нелепой короной на голове.

Дипломатом она была весьма скверным и посему благоразумно предпочла держать язык за зубами, попросту глядя в огонь. Бумага вспыхнула, рассыпавшись пеплом но пламя продолжало гореть... слишком уж это напоминало сон но в последнее время Глебет не видела сны.
Карлик, да прочие ряженые... может их бросили в этот склеп по приказу владетеля, а может женщина просто крепко перебрала и сейчас валяется в беспамятстве под лавкой? Не важно...
Рука привычно легла на пояс, извлекая простую дорожную флягу, к которой и припала женщина. Она делала это всегда, когда ей требовалось время на размышление, потому внутри была вода, а не какое то пойло.


Вукс

Занычив и вторую писульку в карман своего балахона, гоблин быстро окинул взглядом фигуру на троне. Трон имеется? Имеется. Книга Темнейшего Зла И Зловещей Тьмы? Так же имеется, при чем на руках фигуры, сидящей на троне. В общем-то все сходится.

А как себя вести со своим Владыкой, Вукс выучил давным-давно. Поэтому гоблин юрким маленьким комком ткани на своих коротких ножках метнулся к подножию трона, падая ниц и прикладываясь лбом о первую ступеньку. Как только узнаешь что-то важное, беги со всех ног и докладывай Владыке! Это у старого гоблина было практически рефлексом, успеешь доложить - доказал свою полезность. Будешь медлить - считай, что тебя обошли конкуренты!
- О Великий Владыка, Владеющий Книгой Темнейшего Зла И Зловещей Тьмы! - завопил Вукс своим писклявым голоском, каким и подобает говорить гоблину - гоблин Вукс счастлив лицезреть Ваше Могущество! Гоблин Вукс рыдает от счастья лицезреть Книгу Темнейшего Зла И Зловещей Тьмы, являющуюся главным и единственным источником Вашего бесконечного могущества! Гоблин Вукс не может поверить, что Владыка показал своим недостойным слугам столь могущественный артефакт, который должен храниться в самом глубоком подвале самого мрачного замка Вашей Темной Империи, чтобы не быть украденным ничтожными наглецами, смеющими называть себя героями! Приказывайте, о Великий Владыка!

Был бы Вукс кем-то другим, он бы наверняка попробовал спереть книжку, пока тот тип на троне чухается, и рвать когти, чтобы самому стать Владыкой. Но безграничная лояльность Владыке была для гоблина столь же естественна, как и дыхание. Или даже важнее? В конце концов, не дышать какое-то время он вполне может, а вот предать своего Повелителя - никогда.


Джек
Приоткрыв поблекшие, с пожелтевшим от старости белком, глаза, индеец вдруг резко подобрался, вжав голову в плечи, и сменив положение, с опоры старой спины на стену, на, низкий старт. Он резко и грубо описал взглядом дугу, жадно охватывая все помещение, и, каждое лицо в нём, из тех, что только мог разглядеть. губы его сжались в тонкую линию. В тусклом свете единственного фонаря, в чаше которого бодро плясали огоньки, пожирая брошенное им подношение - клочок доброй, явно не офисной бумаги, заплывшие морщинами, узкие глаза Джека блистали смоляными огоньками, и переливались от тёмно-медового до медно-рыжего, с багровыми прожилками, цвета. В ушах неприятно зазвенело, но на этот раз то было не предупреждение о скором приступе. Звенела тишина, поглотившая всю залу, спящих здесь вечным сном воинов, единственный выход из склепа и видавший лучшие годы, покрытый редкими сколами трон. И звон этот ничего хорошего не нёс. Глаза старика заблестели, на обветренных губах заиграла кислая улыбка. Он закрыл лицо, чтоб не показать ощетинившейся десятком блеклых огоньков густой мгле своего покрасневшего от булькающего смеха, лица. О, сколько же лет прошло с последнего раза, когда пот струился по его лицу не от очередного приступа кашля, полуденной работы или июльской жары, а от приступа страха и ощущения приближающейся неприятности? Когда в последний раз это давящее, тяжёлое чувство посещало его? Когда в последний раз жар охватывал затылок? Ответа не было, Дьяк уже и сам забыл.

Забыл умом, но тело помнило. И через мгновение, когда чуткий слух старика уловил шорох, ладони схлынули с резко потемневшего, застывшего в напряжении лица. Пальцы правой руки заскользили по подкладке куртки, нащупав потёртый старый клапан кобуры и холодящую рукоять оружие, но, лишь утонули в пустоте, от чего, паника хлестнула его по скулам, заставив заиграть желваки. Левая же метнулась и намертво вцепилась в охотничий нож, готовая метнуть его в первого же выскочившего перед носом панка. Полыхающие в тени уголки глаз Джека возбужденно трепетали, уголки не выражающих ничего побелевших губ дрожали, неустанно клонясь низ и вытягивая рот индейца в воспаленном оскале, ноздри раздувались, гоняя воздух по лёгким, раскаляя их, а по покрытым оспинам щекам и поседевшим волосам скатывались блестящие полосы. Секунда. Две. Три. Шорох повторился. Ещё раз. И ещё. Тишину порвал лёгкий хруст, а потом шаги и низкий гул чьего-то глубокого, сиплого вздоха. И выдоха. Зал просыпался. В начале, старик решил, что стали оживать охранники древней гробнице, но, очи его привыкшие к засвеченнмоу городу, свыклись с полумраком, и, тени клубящиеся в углах помещения постепенно расступились. Миг – и перед Джеком предстали и иные гости этой грязной, не знавшей живых гостей тысячелетиями, дыры – кое-где потрепанные жизнь, растерянные, сбитые, явно настороженные и возбужденные, как и он, видавший разные виды, но не потерявшие какой-то своей ауры, внутренней стати, и, если не гордости, то, стойкости люди. И не очень люди. Кто-то из них, как реконструктор по правую руку от Джека, были такими же серыми кожей, такими же старыми, такими же… бойцами, готовыми к драке. Как и Джек. Кто-то из присутствующих явно не был обделен властью. Как вышедшая из темноты к свету первой, и, принесшей подношение молодому пламени, дева. Он видел много разных лядь на своем веку, но, эта внушала ему пока что неясное беспокойство. Как, впрочем, и каждый из присутствующих. Большинства он рассмотреть чисто физически не мог, но, ему то было и не надо - вены его, налившиеся густой кровью, как свинцом, вздулись, и, накалили кожу до первого сока, возвращая той здоровый цвет красной глины. Решительным и бескомпромиссным взглядом, тем временем, леди дала понять реконструктору на троне (тот был, похоже, фанатом Советов, что чуточку удивило алгонкина, свыкшемуся с северной полосой Штатов), что кто-то зашёл не в тот район и явно должен объясниться, как минимум, растолковать, какого черта тут твориться. Послышался тугой, металлический скрип, и, индеец обратил внимание на новое действующее лицо. Бывший головорез позволил себе тяжко выдохнуть и закатить глаза. А через мгновение одарить мир сократической улыбкой и парой легких смешков. Похоже, он попал на слет реконструкторов, или как минимум поклонников таких популярных сказок для здоровых лбов - фэнтези. Впрочем, настоящие мумифицированные трупы (а в этом плане глаза его обманывать не могли), все ещё волновали старика. Что-то было не так.

-...- Джек по происхождению был наполовину кри, и, пускай в его жилах текла кровь оджибве, доставшаяся ему с историей своего народа, что передавалась от отца к сыну, а ему - от деда, ни капли пиетета, или злобы имни, к белым он не испытывал. Как и какого либо предубеждения пред ряжеными клоунами, что тут собрались. Он оглянулся, и, посмотрел на мужчину на троне. Легкий холодок кольнул его в живот. Он коснулся того места, где покоился его костяной кинжал. Джек прислушался - откуда шла опасность? О чем ему нашептывал Седая Грива?.. Мутный взгляд индейца лёг на книгу подле Короля Усопших. И шкура его вздыбилась. Ничего подобного не видел алгонкин, пожалуй, никогда в жизни. А может и видел, но забыл, как дурной сон. Сон из далёкого детства. Холодные мурашки пробежали по спине Джека, вместе с душой, ушедшей в пятки. Руки и ноги его налились свинцом и отнялись. Всё его естество пробрал первобытный, всепожирающий страх перед этим фолиантом, а, через пару мгновений, и, внутренний огонь ярости. На страх старик мог отвечать лишь злобой, а, злоба его,пускай и разгоралась быстра, была холодна, и, колола живот будто свежий, январский снег, раскаленной стужей,-...Ты положил бы эту книгу, да отопнул её подальше, товарищ,- с легким акцентом и налетом иронии, прозвучало из темноты, вторя широким, одиноким шагам вышедшего к грани меж светом чадаящего пламени и густой мглой, Джека,- От таких вещей добра не жди…- прошелестел старик. Его пальцы намертво, до побеления костяшек, и, шелушащейся сухой кожи на них, впились не сгибающимися прутьями пальцев в охотничий нож. Его взгляд соскользнул на пару секунд с комиссара, на чудного зелёного человечка. Рука соскользнула с обвитой кожей рукояти. На двоих уродцев одним ножом не наметаешься. А значит, придется сблизиться…


Тиберий
Пол. Твердый, холодный и что сука довольно характерно – каменный. Впрочем, несмотря на то, что валяться на холодных полах обладающему полным набором не слишком запущенных, спасибо достаточно высокому положению, болячек старшему центуриону было не слишком полезно, оторвав от него свою многострадальную рожу, тот обнаружил, что до сего момента, тот выполнял функцию охлаждаюшего компресса, для тут же начавшего ныть, налившегося бланша под глазом. Ну и тяжелый же кулак у этого козла, небожественную мать его за ногу. Вроде же всю жизнь ничего тяжелее кубка не поднимает. С другой стороны – грех жаловаться. Мог бы и превратить во что, а так, только заслал хрен его знает куда. Руки ноги целы, голова большей частью тоже. Жаль только подлечиться нечем. И бутылку жалко. Хорошая была бутылка, трофейная.

Покрутив в пальцах ностальгическую добычу, Марк пришел к выводу, что из осколка стекла, разбитого о голову какого-никакого, но божества, выйдет не самая плохая семейная реликвия, при условии, конечно, что он отсюда выберется и обзаведется этой самой семьей, конечно, и подвесил добычу за кольцо на для пальца на пояс. Осмотрев собравшихся, он несколько раз негромко хмыкнул, склонил на бок голову, тут же раздраженно прикоснувшись к разболевшемуся от резкого движения фингалу и в итоге просто отошел к ближайшей стене, для того, чтобы устало усесться на задницу, привалившись к опоре спиной.

Сидеть на холодном полу, конечно не слишком полезно для застарелого геморроя, но во-первых, на нем сейчас плотная юбка из кожаных полос, а во вторых, в том, чтобы топтаться на месте, лишний раз нагружая суставы ноющих на погоду коленей, тоже ничего хорошего не было. Сидя у стены, и роясь по карманам парадного доспеха в поисках верной трубки, заначки с массагетской травой и огнива, Тиберий всем своим видом напоминал окружающим, что он просто усталый пожилой человек, к тому же, судя по всему, недавно побитый и ни малейшего интереса не представляет.

Раскурив трубку, он снова снял с пояса осколок посудины, и отодрав от него отваливающуюся этикетку, принялся крутить оный в свободной от трубки руке, с таким видом, словно в жизни ничего интереснее не видел, попутно пытаясь отковывать оным кусочек от каменных стен или пола.


Злобина
Парящие пламя... интересно.

Зеленый уродец завывал перед "королем". Попыталась вспомнить акцент. Из какой он провинции?
Темный властелин и книга? Да, она притягивала внимание. Мария жадно вдохнула воздуха будто пытаясь учуять аромат что шел от подозрительного предмета.
За спиной появился старик. Индеец. Его лицо говорило, что он верит. Верит в то что происходит и необычность книги.
- Можно? - обратилась она к "Темному Владыке", губы тронула легкая улыбка.
Это был не вопрос, а утверждение. Одновременно с этой фразой, женщина опустила кэйс на пол и попыталась взять книгу-дымовушку с колен "короля" в обе руки и открыть. Благо на руках были перчатки. Трогать ее без защиты было не разумно, хоть и притягательно.


Майер
В мгновение ока мир офицера перевернулся, и он усомнился в своем пути невежества касательно оккультных сил. А затем он умер. Вроде бы. Но место, куда должен был отправиться ариец, представляло из себя нечто совсем уж отличное от образов созданными земными пророками. Кто бы мог подумать, что после опасной командировки в Италию по возвращению в родные края, его ждет бой с мать его летающим, живым, гигантским томатом в потустороннем мире. Понимая, что от подобного недолго и рассудка лишиться, Унтерштурмфюрер принял единственное правильное решение – покинуть зону повышенной аномальности.
Дорога была недолгой и без происшествий, что внушало оптимизм ровно до того момента пока Маркус не обнаружил на троне в железной короне советского военнослужащего. Свободная рука потянулась к верному Маузеру, но ее рефлексов хватило лишь на то что бы расстегнуть кобуру. Рассудок же приказал быть чуточку осторожнее и дальновиднее. Впрочем, он же и порекомендовал не убирать лопатку.
Касаемо остальных, эмоции были смешанными, некоторые удивляли больше, некоторые меньше, важно было лишь то, что на всех патронов не хватит.
Слегка остыв, офицер немецкой армии медленно, но уверенно начала передвижение по залу, смещаясь в относительное близкое, но безопасное расстояние от людей и пытаясь максимально дистанцироваться от нелюдей. Что же, послушаем, что скажет этот краснопузый и пойму ли я его вообще.


Ангел ждала спецэффектов, портала, фанфар или хотя бы брифинга перед телепортацией, а её сразу кинули в каменную комнату вручив палку с гвоздями и вертись как хочешь. Ну ладно, она ещё захватит этот мир. Вон зелёный карлик говорит, что книга очень могущественна, хотя она дымит, а карлик не кажется очень умным, так что фиг с ней с книгой.
Вообще все выглядят странно. Зелёный карлик, чувак в доспехах, мужик с дымящейся книгой, синяя девчонка какая-то, у некоторых солдатская форма, а один вообще индеец. И судя по отсутствию оружия проблемы у них со снабжением. Разве что у Ангела и Кая всё в порядке. Разные компании шлют, что ли?
Пистолет. Пистолет не дымит и им надо разжиться.
- Кай, смотри-ка. Огнестрел. - Тихо прошептала она. - Погнали.
Только как разжиться пистолетом не получив пулю? Чему там учили в школе? Для начала просто разведать и попросить, так что Ангел направилась к Маркусу.
- Привет, красавчик. - Ласково проговорила она покачивая дубинкой. - Чего это ты прячешься от всех?


Глебет пока остальные были заняты иными делами успешно убедилась в том, что меч и топор, а также привычные доспехи, ровно как и фляга с водой, находятся на своем законном месте. Сказать того же самого о кошелке, к сожалению, было нельзя, в прочем, учитывая привычку не носить с собой сумм за которые могут перерезать глотку, это было не такой уж крупной и вполне восполнимой потерей.

Тиберий же, тем временем, успел обнаружить, что обломок бутылки, испившей предположительно божественной крови, кажется брел некоторые новые свойства, выражавшиеся в первую очередь в том, что стал он существенно прочнее. Отколоть им что-то большее чем пару мелких кусочков от каменной плиты, в прочем, по прежнему не выходило, но и даже весьма сильные удары по оному похоже не наносили острому краю оной какого либо вреда.

Что же касается вопроса языков. То как не удивительно, его все присутствующие воспринимали немного по разному, что за невозможностью читать мысли друг друга, или по крайней мере обсудить вопросы лингвистики за чашечкой чая, пока оставалось тайной покрытой мраком. В прочем, если же говорить о конкретных случаях, то Мария Ивановна, например слышала как все разговаривают на английском, при этом не страдая от дефектов произношения. Не на столько, конечно, чтобы ставить им Отлично. Но свое Удовлетворительно с плюсом даже странный зеленый карлик заработать мог. А вот Майер, уже побывавший где-то непонятно где и успевший познакомится с гигантским летающим томатом, немного осознавал, что с языками тут что-то не то, и на чем говорят остальные он понятия не имеет, но не смотря на это отлично их понимает, а также подозревал, что задумываться а этот счет более глубоко может оказаться вредно для остатков здравого рассудка.

Лаврентий много повидал на своем веку. Но эта картина всегда притягивала его взор. Багровая река лавы в обрамлении угольных камней. Вид из этого адского лифта заставлял его восхищаться этой бурной силе. Старик не прекращал улыбаться. Это было для него привычно. Улыбка и прикрытые глаза обманывали наивных людей. Морщинистые ладони резко сжали гладкую деревянную ручку. Тот мир пал. Это был тяжелый удар по Союзу Советов Демонов. Он там родился, прожил и почти умер. Но неважно. Этот мир уж точно будет под пятой Империей Зла. Полу-улыбка стала еще длинней, сделав Берию похожим на змею. Или на лиса. Тяжкий крик грешников. Лифт остановился. Бывший нарком обернулся и вышел из красного нечто в пару и былой славе. Двинулся по коридору. Его немного напрягли эти стены. Лаврентий Павлович вышел в общую залу, в которой уже собрались другие "наемники" на роль Великого Зла. Дети, женщины, индейцы, старики, какой-то офицер в неизвестной форме, мелкое зеленое создание, солдат ССД... "Нехватка кадров у Инферно нынче", - про себя хмыкнул пенсионер. Он прошел к сидящему на троне.
- Офицер, докладывайте. - негромко сказал Лаврентий Павлович, обращаясь к человеку в короне.


Так. Устройство, переместившее Кента сюда, определённо не было, тем что даже гениальные учёные собирают за завтраком. Но сейчас гораздо важнее было другое — что такое это «сюда» и кто эти странные существа, что его окружают. Половину из них довольно спокойно можно было назвать людьми (пусть и слегка необычными), но оставшиеся определённо не были теми, кого можно назвать льдьми. И внешний вид почти каждого из них не внушал ни малейшего доверия.

Кент никогда не был трусом, но после того как к человеку с вещью, определённо бывшую неким тёмным артефактом, подбежало существо, отдалённо напоминающее гоблина, и девушка, помахивающая дубинкой как заправский Стражник, решил перестраховаться. Он взвёл бензопилу, надеясь скорее на устрашающий эффект, чем на сомнительные боевые качества:
— Всем стоять!.. И... и молчать!
Кент медленно направился к выходу из комнаты, по мере продвижения направляя своё оружие на ближайшего члена этого странного сборища.


Синери
Тук-тук-тук. Тело, словно изломанная деревянная кукла, наполнено пульсирующей болью. Тук-тук-тук. Холод - пронизывающий, наполняющий и сковывающий вялые мысли. Тук-тук-тук. Все пространство вокруг наполнено бесконечным стуком. Странно. Неужели, именно так выглядит посмертие?

Шальная идея выстрелом врывается в сознание - он жив. Опять жив. Опять в ловушке. А над ним - все увеличивающаяся толща земли, набрасываемая пришедшими людьми.

- Убейте!.. Кхе-кхе... Убейте меня! Я жив!.. - перемежаемый хрипом и кашлем крик звучит оглушающе. Но, видимо, этого не хватило - просьба потерялась среди килограммов земли и палачи так и не пришли окончить начатое. А может, просто не захотели?..

Секунда. Еще одна. Синери долго тренировался на найденных часах - он был почти уверен в том, что сможет точно считать проведенные в заточении секунды. Кто спорит - не самый полезный навык. Для большинства. Сейчас же. монотонность успокаивала. Замедлилось дыхание, обещая немного продлить агонию кислородного голодания. Сомкнулись глаза. Усталость от последних минут превращалась в накатывающий сон.

Проснувшись, первым делом попробовал откинуть крышку - удивительно, но она поддалась. В... Гроб? - ворвались голоса. Резко захлопнул. Как так? Откуда? Удивлению не было предела. Закопался в свои лохмотья, накинул глубокий капюшон - пусть одежда и казалась обычным рваньем, свое предназначение она выполняла, скрывая владельца от скользящих взглядов. Еще раз приоткрыл щель и оглядел помещение - выход. Необходимо найти выход и как можно быстрее оказаться подальше от людей.


Майер
Понимание того что с коммуникацией проблем не будет, вселило в Маркуса уверенность и вернуло ему ход мыслей опытного солдата, который знал о фронтовой жизни вовсе не понаслышке. Оружие покинуло кобуру и перешло в ведущую руку. Щелчок предохранителя, но пистолет все еще не направлен в сторону юной леди.
- Остановись и подумай вот над чем. Знаешь ли ты кого-то кроме своего спутника? Знаешь где находишься? Уверена что твои знания абсолютны и приемными здесь и сейчас? Ты можешь действовать, но думаю, ты достаточно прожила, что бы понять, что за все приходиться платить. Чем ты готова пожертвовать ради своего желания? Жизнью? Может жизнью твоего спутника? Не провоцируй конфликт, ты ведь здесь не затем что бы умереть.


Глебет
Куском железа, вот чем был для Глебет запрашиваемый у ряженого в зеленый мундир, предмет. Женщина плохо понимала обстановку, но судя по всему окружающие были незнакомы друг с другом, а это могло породить конфликт. Наемница не сторонилась конфликтов, но только когда знала об их причинах и о том, к чему они приводят. Сегодня - был другой случай.

Наглая девчонка с палкой словно сельский смутьян уверенно двинулась к мужчине и Глебет было бы откровенно наплевать, если бы не личная предвзятость. Она терпеть не могла самоуверенных задир, а потому ступила вперед, явно собираясь вмешаться. Разумеется ее помощь вероятно ненужна, но и оставаться в стороне от подобных знакомств она не спешила.
Пока шуты и калеки обсуждали какую книжку, вероятно репетировали очередную нелепую пьессу, за которые вероятно их и кинули в этот каземат, Глебет сделала несколько уверенных шагов в сторону мужчины, который явно старался держать дистанцию от всех. Но коль его желанием пренебрегли, наемница решила восстановить своеобразный баланс. Топор медленно покинул петлю и был небрежно взят в руку, ближе к концу... дабы при необходимости расстаться с ладонью и устремиться в вероятного врага.
Истерика странного парнишки в маске, с не менее странным и нелепым инструментом, а также лепет остальных, прошли мимо ушей. Женщина все одно понимала слишком мало, хотя и пыталась...пыталась.

Мужчина парировал выпад в свой адрес, достаточно прямолинейной угрозой но для Глебет он все одно оставался безоружным, супротив наглой и вооруженной девчонки. Почти не лязгая железом, женщина приблизилась к парочке, глядя на девку. Не хорошо глядя, словно провоцируя ее на агрессию.
- Убери свою палку, если не хочешь сжать ее своими ягодицами, - изрекла она угрозу, скривив губы в холодной усмешке.


Джек
- Фриц, не отвлекайся!- индеец прошелестел, оглядываясь на девушку с дубинкой, а потом, воспаление двинувшись в сторону, он сократил расстояние меж Злобиной, мужчиной на троне и собой, встав примерно на 5 шагах от каждого из них. Всю фигуру Джека будто бы скрутило, обратив мышечные волокна в стальные спицы, и, двигался он рвано. Словно сжатая пружина, старик подобрался. Опыт - самая грозная магия из всех, что есть на свете. Виски Джек не мог похвастаться тысячелетним опытом. Но, даже так, его не поразил старческий маразм и он кое в чем, да смыслил. И, если ему начинал что-то шептать Седая Грива, он прислушивался, ооо, бог судья, он слушал так, как не слушал никогда в жизни. Был всего раз, когда он сошел с тропы, которой вел его кинжал - и вот он здесь, в окружении этих чудаков, один на один с этой книгой. Старик проговорил,- Книга… товарищ,- обратился он вновь к комиссару,- Положите эту книгу,- цедил слова Дьяк, ощущая, как горло захлестывает желчь. У него болел желудок и начиналась изжога, когда индеец нервничал.И сейчас, он нервничал как никогда,- Вам тоже не советую,- сказал Вискедьяк Злобиной. В его левой руке оказался нож, в то время, как правая скользнула за пазуху, оголяя… нечто. Меж пальцами правой руки индейца был сжат небольшой костяной кинжал. Его рукоять была перетянута кусочками кожи, оголены были лишь три выпирающих костяных “бугорка”, касающихся оголенной, задубевшей кожи Дьяка. Его правая рука давно потеряла чувствительность, из-за серьёзной раны, полученной ещё в годы бурной молодости, частично, из-за курения, частично, из-за частых ударов тока и пары повреждений позвоночника. Его левая кисть не ощущала ни жара, ни холода. Ею он обожал показывать своим внукам фокусы со свечкой, когда тот держал натруженную ладонь над робким язычком пламени. Он мог держать так руку до того момента, как не заметил бы, что кожа начинает постепенно “подгорать”. Но, кое-что все же рука чувствовала. Это было нечто за гранью температуры, нечто, что задевало его за саму суть. Холодок, что излучал его кинжал. И сейчас, он вновь вспомнил, как в детстве мял снежки на заднем дворе своего большого дома. Ровно таким же был колкий, липкий хлад Седой Гривы. Он не шептал, и даже, не говорил в полный голос. Он кричал. А потому, Джек ненадолго решил забыть о своем отказе от насилия. одно движение… и на два трупа здесь станет больше. Одним из них будет Джек - несомненно, его убьют. Вторым же, а может, и третьим, станет один, или оба властных ублюдка, тянущих свои руки к книге. Особенно - эта улыбчивая сука.
Действуем на опережение! Не ждём действий противника - метаем Марию нож, прежде, чем она хоть что-то выкенет, а, с костяным киндалом кидаемся на комиссара. Джек молится всем своим предкам, чтобы те поделились с ним капелькой силы.


День у Армины с утра задался. На удивленье. Хотя бы потому, что она умудрилась проснуться еще до того, как кое-кому не пришло в очередной раз выбить с ноги дверь ее комнаты, швыряя что-нибудь в нее при этом, или же наоборот, поняв, что она, ожидая именно этого, решила ее не запирать, типа дверь целее будет, подкрасться и напугать, вырабатывая у девушки чуткий сон, реакцию, интуицию, привычку спать с оружием или… или же просто был долбанутым. Так или иначе, но утро на редкость выдалось спокойным, а значит, можно было сесть и написать письмо, мол, она решила их покинуть ради великой цели и всякой прочей ерунды, которую обычно в таких случаях пишут мечтатели. Впрочем, было одно маленькое «но». И это «но» заключалось в том, что девушка не была уверена, что предложение было серьезным. Мало ли, за свою хоть и не особо длинную жизнь, она, будучи охотником за головами, умудрилась нажить себе столько «доброжелателей», что всегда перестраховывалась. Вот и сейчас, она не только передумала все-таки оставлять записку, но и, не тратя времени, решила выйти пораньше, чтобы оказаться на месте намного раньше назначенного часа. Собравшись так, как она обычно ходит на задание, охотница прибыла на место, выбрала место для засады и спряталась. Прошло несколько часов ожидания. Назначенный час остался далеко позади. Съедены почти все орешки и фляга с водой стала значительно легче, прежде чем Армина пришла к выводу, что «доброжелатель» на встречу не явится. Но, раз уж она все равно оказалась здесь, можно и посмотреть, что из себя представляет место, в котором ей встречу назначили. Тем более, похоже, кроме нее, на кладбище никого нет, во всяком случае, за последние несколько часов она никого не увидела и не услышала. Девушка подошла к склепу, прикрыла лицо шейным платком до глаз, отворила дверь и переступила порог.

Странно… И когда это сюда успела попасть столько народу? Конечно, она слышала о порталах, перемещениях, но никогда не думала, что такое случится с ней. Впрочем, обратного пути нет, значит, только вперед. А впереди уже какая-то потасовка. И ничего нового: власть делят. Ну, пусть делят. Подождет, пока появится победитель. В любом случае, победителю понадобятся соратники, если он, конечно, окажется не из тех, кто наивно полагает, что мир можно захватить в одиночку, когда никто спину не прикрывает. И она бы предпочла сформировать отряд такой, какой… впрочем, об этом потом.

Так вот, охотница в темных одеяниях с луком и колчаном наперевес, плавно и аккуратно передвигалась вдоль стен, краем глаза при этом отслеживая происходящее вокруг трона, все же, когда «лес рубят – щепки летят», а ей очень не хотелось, чтобы ее рикошетом этими щепками зацепило, чтобы посмотреть, не завалялось ли что нужное. Ну, или не засиделось. А будучи еще и мастером маскировки, она точно знала, что часто все не то, чем кажется. Дойдя до пожилого мужчины, она остановилась и прислонилась к стене. Сначала ей хотелось тоже усесться, но, наверно, она все же еще не дожила до тех лет, когда сидят спокойно и покуривают, глядя на то, что атмосфера становится более напряженной, а драка все набирает обороты, втягивая в себя все больше участников. Или же не набрала достаточно опыта. Так или иначе, она, продолжая следить за происходящим и помолчав какое-то время, обратилась к нему:
- Книга с темной аурой всему виной?


Дети. Всегда читайте инструкцию перед едой.

Первое ощущение, которое почувствовала Наоми - вкус того самого супа, рецепт которого ей с радостью выдали. Первая мысль - "В этом супе не хватает соли."
Если быть честной, Наоми до самого конца не верила, что это сработает. Но сейчас, сидя на полу и сжимая в руках свою любимую поварёшку, девушка с удивлённым всматривалась в начавшийся вокруг хаос. Ей не особо было понятно, почему и зачем.
Единственное, до чего она могла догадаться - это тоже те "счастливчики"?
- Приветствую. А вы чего, уже убивать друг-друга хотите?
Девушка привстала и свободной рукой похлопала себя по одежде. Да. К сожалению, камеру она забыла дома. Какая жалость.


Тиберий
Подняв украшенный финалом взгляд на неожиданную собеседницу, центурион попривествовал её невнятным кивком, после чего, окинув её задумчивым взглядом, потрудился таки вынуть изо рта толстую керамичемкую трубку. Сладковатый дымок, которая та при этом источала, говорил о том, что курил центурион далеко не табак, что возможно и было как минимум одной из причин его более чем философского отношения к назревающей потасовке.

- Солдат. - Заявил седеющий мужчина, ткнув мунштуком трубки, словно указкой куда то в район носа собеседницы. - Все, кто собрался в этом помещении принадлежат к одной из трех категорий. Солдаты. Бандиты. И идиоты. Ты - солдат. Даром что девочка.

Не иначе, как для того, чтобы дать переварить эту мысль, а может и чтобы убедиться в том, что тлеющая в трубке смесь не потухнет и её не придется поджигать огнивом заново в этом месте Тиберий прервался на глубокую затяжку, после чего продолжил филосоыствовать, попутно отвечая на заданный ему вопрос.

- Если десяток оборванцев передрался из-за гнилого яблока, чья в этом вина? Яблока? Жадности? Глупости? Голода? Богов? А хрен его знает… так или иначе сейчас будет почти моя любимая часть зрелища. Драка за кусок. Не спугни представление.

- Хорошо стреляешь из этой штуки? - Кивнул он на лук в руках девушки. - Мой тебе совет, когда начнется драка, если кто то подойдет ближе чем на шесть шагов, сначала всади ему стрелу в колено, а потом уже спрашивай, что хотел. Будь у меня с собой арбалет, я так бы и сделал.


Как только Владимир пришёл в себя, первое, что сделал - осмотрелся, чтобы оценить обстановку.
Никогда не знаешь, чем занимался твой носитель до того, как ты перехватил управление телом. По прибытии можно было оказаться за штурвалом космолёта или верхом на коне, на пиру или в темнице, в бою или в борделе. Равно как и никогда нельзя быть уверенным, что попадёшь именно туда, куда намеревался. И даже если всё вокруг выглядит так, как и должно, всегда есть шанс, что что-то окажется не тем, чем ожидалось.
Поэтому, следовало быть готовым ко всему. Принять правила другого мира, какими бы странными они ни казались.
Но сначала следовало эти самые правила узнать.
Владимир сидел на троне посреди большого тёмного зала с колоннами, похожего на склеп. Посреди просторного помещения горел огонь, очень напоминающий "вечный", вокруг которого находились люди. Впрочем, насчёт пары из них, "зелёного человечка" и "голубой дамы", Добрынин не был уверен наверняка.
В одежде этих людей наблюдалось странное смешение культур и эпох. Некоторые присутствующие смотрелись вполне современно для начала двадцать первого века, но большинство выглядело слишком архаично. И, между прочим, среди этих людей Добрынин приметил одного офицера Вермахта.
Руки рефлекторно начали сжиматься в кулаки. Владимир взглянул на них. Если рядом нет зеркала, возраст тела можно было определить по рукам. И, судя по всему, его биологический возраст сейчас составлял около тридцати лет. Также Владимир мимоходом отметил, что одет в форму комиссара РККА в звании майора. Правда, на голове, вместо фуражки, надето что-то холодное и тяжёлое.
Но превыше всегопрочего, внимание Владимира привлекла книга в чёрном кожаном переплёте, что лежала на его коленях. Она буквально "жила" какой-то своей "жизнью", трепыхаясь и испуская некую тёмную газообразную субстанцию.
"Однако... Такой диковинки я ещё не встречал".
Тут Владимир вдруг понял, что большинство присутствующих смотрят на него. А некоторые - на книгу.
И "Витязю" ох как не понравились их алчные взгляды, а также всё более уверенные движения в его сторону.
Они заговорили. Практически одновременно, они направились к Владимиру. Зелёный карлик восхвалял, дама со "змеиной" улыбочкой - спрашивала, индеец - предостерегал с нотками угрозы, узкоглазый старик - требовал доклада.
"Дурдом какой-то".
Владимир не очень понимал, за кого именно его принимают. Но знал, чего хотят все эти люди.
Им нужна была его книга.
Рука Добрынина скользнула по правому боку, но вместо привычной кобуры с ТТ была лишь пустота.
"Досадно..."
Владимир снова взглянул на книгу. Уж если он чего-то не понимал, то начинал изучать соответствующую литературу. Нутром он чуял, что книга эта, буквально, "с душой". и прямо таки жаждет, чтобы её прочли. Но какая бы "нечистая" сила в ней не скрывалась, Владимир не боялся. Его Воля была достаточно натренирована, чтобы противостоять любой сущности, будь то дух или демон.
Как бы там ни было, у Владимира были вопросы. Что это за место? Почему он здесь? Кто все эти люди? Вопросы, ответов на которые не было. Но, возможно, они скрывались в книге. Ведь не просто так же его носитель пробрался в склеп, сел на трон, напялил эту нелепую корону и положил книжку себе на колени? Видимо, на то была какая-то веская причина?
И Владимир открыл книгу, не смотря на предостережения, лесть, мольбы и угрозы.
Отчего-то именно в этот момент в мозгу зазвучали строчки давно ставшего "родным" старого гимна Советского Союза, который он пел вместе с вверенным ему полком, прежде чем вести его в свой последний и самый решительный бой под Сталинградом, из которого он так и не вернулся живым:
"Вставай, проклятьем заклеймённый,
Весь мир голодных и рабов!
Кипит наш разум возмущённый
И в смертный бой вести готов".*
Если это и правда "Книга Темнейшего Зла" - наверняка, там есть раздел Некромантии.Поднимаем заклинанием валяющихся "охранников" и призываем их себе на защиту.
Атакуем любого, кто попытается отобрать книгу или приблизится слишком близко.


Когда Кент заводил своё «дьявольское» устройство он ожидал более бурной реакции. Всё таки даже обычные люди при виде бензопилы как минимум проявляли опаску, а эти выглядели как будто только приехали из глубинки. В итоге, кажется, только женщина в доспехах обратила на неё хоть какое-то внимание. Но удивляться, наверное, не следовало — в этой комнате определённо собрались не самые адекватные личности.

А мужчина в короне уже положил руку на тёмный артефакт.

Всё. Отсюда пора сматываться. Отбросив всякую осторожность и явно бесполезные в данной ситуации попытки кого-то запугать, Кент бегом направился к выходу.
Выключаем бензопилу. Бежим к выходу.


Девушка вдохнула сладковатый дымок и ухмыльнулась.
- Свояк свояка, полагаю?.. – в той же философской манере ответила охотница, раздумывая над словами своего собеседника. – И в мыслях не было. Наоборот, собиралась предложить Вам сделать любимую часть зрелища более занимательной. Как насчет того, чтобы сделать ставки?

Армина мягко обхватила рукоять лука и сжала ее одной рукой, другой же нежно провела по его плечу кончиками пальцев, едва касаясь, хотя и кисти были облачны в перчатки, от чего изящество этого жеста несколько терялась.
- Достаточно, чтобы всадить в колено и более, чем с шести шагов.
Впрочем, уточнять, что и как она умеет, не имело смысла. Похоже, у вояки глаз наметанный. Даже с украшающем его фингалом. А вот насчет того, чтобы всадить стрелу… В отличие от меча, у которого количество «махов» неограниченно, стрелы имеют свойство заканчиваться. Хотя, все зависит от ситуации. Возможно, действительно придется стрелять. Вот не зря говорят, что все познается в сравнении.


- О! Выход! - Радостно воскликнула Ангел, заметив куда направляется парень в маске. Она уже потеряла интерес к пистолету и к окружающим. Дёрганные они какие-то, да и пистолет скорее древний артефакт, чем оружие, а вот неадекватного бегающего с бензопилой и в хоккейной маске парня мало где встретишь. К тому же пистолет можно забрать и попозже, когда тут все поубиваются, например.
- Эй! В маске! - Ангел дружелюбно помахала дубинкой и побежала к парню. - Подожди меня!
Затем она обернулась на Кая.
- Не отставай!


Кай настороженно наблюдал за окружающими и за косой... Всё произошло быстро и сейчас предстояло решить, что делать дальше. Возможно стоит устроить бойню, пусть все здешние поубивают друг друга, а после они объединятся с сильнейшими. Всё же здесь слишком много людей, что мешало.
- Не торопись.
Сказал Кай Ангелу и не торопясь пошёл за ней. Всё же не помешало бы взглянуть на окружающие пространство снаружи.
1

DungeonMaster Legios
13.04.18 10:31
  =  
Шан Тсунг понял что произошло. Эта гробница... Книга.... Все кто оказался здесь. Немного досадно, что он оказался в кампании таких фриков. Но это точно лучше чем если бы он прервал свое существование. Он уже собирался покинуть гробницу следом за парнем в маске, когда за ним увязалась сладкая парочка. Поэтому он пока отложил этот план и решил досмотреть историю с открыванием книги.

Тиберий
- Почти любимую. И кажется, я оставил кошелек дома. Так что, ставки делать мне нечем. – Пожал плечами старший центурион, на лице которого, тем не менее, промелькнула саркастическая ухмылка. – К тому же, перед тем, как делать прогнозы, мне интересно было бы посотреть, что собирается делать вон та башня в закопченном доспехе. Выглядит сильным. Если это, конечно, не статуя.


Откинув крышку гроба, Синери, кряхтя, выбрался наружу. Тут же нырнул в ближайшее более-менее темное место - выход виднелся не так далеко, но туда уже направлялась группа людей. Странные фигуры, стоящие у стен, вызывали инстинктивное опасение. А люди...

Широко раскрытыми глазами он наблюдал за странными... Как же там было... Гуманоидами? Они не совсем походили на обычных обитателей мира, в котором жил знахарь, хотя и имелась масса внешних общих признаков. Видимо, с ними тоже приключилась неприятная история. Затеплилась надежда - может, получится добраться до их трупов? А там уже вскрытие покажет.

Жаль, все инструменты и снадобья остались в убежище. Начинать придется с чистого листа. Если получится, криво усмехнулся, выжить. Забавно было испытать на себе такую быструю смену приоритетов. Он начал понимать, почему люди, многих из которых он поднимал из предсмертного состояния, так остервенело пытались покончить со знахарем.

Мимолетный взгляд на гроб. Забавная штука. Кажется, именно в таких сохраняли трупы потомки. Отлично подошел бы в качестве переносного убежища... Может, получится его поднять? Как бы то ни было, пропустив группу энтузиастов вперед, сам зашагал к выходу из помещения.


Пока бравый офицер Германской армии, пытался обойти девушку с дубинкой, которая, к счастью, этому процессу не препятствовала, испугавшись то ли маузера, то ли топора пришедшей на выручку наемницы, события у трона развивались несколько более стремительным образом чем рассчитывали остальные, в особенности те из них, кто был более стратегами, чем тактиками, а посему и позволили себе напридумывать планов не только минут так на пять вперед, но и не иначе как до самого порабощения непосредственно мира. К сожалению, судьба как известно та еще сволочь и склонна ставить палки в колеса в самый неподходящий момент.

Вот например, Мария Ивановна, разрываясь между попытками вырвать у Владимира книгу и что-то там сделать со своим чемоданом, к сожалению не заметила до самого последнего момента, как пожилой индеец, казалось бы в этот момент услышавший от своего кинжала короткую, но емкую команду "сейчас" сделал выпад вперед, вонзив свой второй нож учительнице прямо под ребра. Один удар, и вот уже ослабшая рука Злобиной выронила чемодан,который, согласно неписанным законам жанра, разумеется прилетел прямо по простирающемуся и ожидающему повелений тут же Вуксу прямо по голове, а тело дамы стало заваливаться назад, рискуя при этом еще и проехаться по ступеням и сломать шею, на случай если пробитого легкого окажется мало.

Что же касается комиссара, книгу ему удалось открыть, правда, не совсем на той странице, где он изначально задумывал. Похоже, фолиант сам имел некоторые мысли или по крайней мере инструкции на этот счет переплеснув веером стопку пыльных, пожелтевших листов, раскрылся где-то посередине. Явив своему владельцу, следующий, написанный на чистом русском текст.

Ошибка: Ментальная емкость пользователя недостаточна для интеграции управляющей последовательности. Интерфейс Книги Темнейшего Зла будет переведен в режим совместимости.
Обработка мыслеформы запроса.
Полные совпадения не найдены.
Поиск частичных совпадений.
Поднять зомби. Базовая некромантия.
Клеймо страдания и иные проклятья на каждый день. Базовая малефика.
— Негативные врата — наиболее простой способ уничтожить весь мир. Высшая некромантия.
Голод . Четыре всадника Апокалипсиса. Продвинутая демонология.
Рабский ошейник. Базовая артефакторика.
Еще . . .


В прочем, учитывая что индеец останавливаться на одной жертве, кажется, не собирался, возможно, стоило сделать перерыв от изчения фолианта и вместо этого вспомнить, скажем навыки рукопашного боя или хотя-бы ведения переговоров. Ну или воспользоваться полезным ресурсом в виде миньона в конце концов. К тому же, нельзя было забывать и про стоящего рядом Берию а также прячущегося где-то за колонной Тсунга, у которого сейчас наметился довольно таки неплохой влезть в эту заварушку шанс.

Старый и опытный гоблин Вукс картинно всплеснул руками, эффектно взметнув при этом края своей алой мантии, украшенной рунными полосами. Не то, чтобы ударом чемодана по черепу его можно было пришибить - даже если бы это был чемодан из цельного куска настоящего гранита, он все равно не сравнился бы и с десятой долей силы пинка предыдущего Великого Владыки кованым сапогом по челюсти. И дальнейшим ударом об железную решетку. И...

Вспоминать все свои немалые похождения Вуксу было некогда, поэтому он успел только картинно упасть ничком, стремясь при этом свалиться так, чтобы его не придавила здоровенная туша падающей девки. А в идеале - еще успеть схватить чемодан и, как только маленькое тельце гоблина окажется скрыто оным чемоданом от большинства зрителей, тут же слинять за трон Темного Владыки, вернее, за свободную колонну у трона Темного Владыки - сам трон, к сожалению, стоял прямо вплотную к стенке. Непорядок, между прочим!

Вместе с чемоданом, разумеется. Что там - дело десятое, главное спереть и слинять. Эти рефлексы у Вукса были практически столь же сильны, как безусловная лояльность Темному Властелину. Действующему, разумеется. Будет время, можно и посмотреть, что же там в чемодане ценного, не будет - так и хай с ним. В крайнем случае, чемоданом можно закрыться, если в него будут кидать разные острые железки - к сожалению, для всяких сволочей обидеть маленького гоблина дело столь же привычное, сколь для Вукса - пытаться выжить в окружении таких вот дылд.


Глебет
Резня началась, пусть и не во всей своей красе, но фундамент для последующих убийств был уже заложен. Кто то получил ножом под ребра ударом из исподтишка, заливая кровью пол... потенциально смертельная рана, если судить по богатому опыту наемницы. Вмешиваться та не собиралась, но и стоять в одиночку, ожидая развязки тоже. Кто знает, чем это все может окончиться, а оставаться одной, против группы психопатов не очень то хотелось.
Избегать кровопролития - тоже, руки наемницы сами по себе оказались на навершии боевого топора, готовые извлечь привычное орудие убийства, но куда надежней было полагаться не на холодную сталь, а на собственный разум.

Среди маньяков и ряженых, выделялось лишь несколько человек, чей вид был более привычен и не вызывал странных ассоциаций. Наемница не стала ни медлить ни спешить, ровным шагом направляясь к той парочке, что не принимала участия в дележе некой книги, а по внешнему виду больше походили на цивилизованных людей, чем остальные шуты.
Старик не представлял с виду опасности, но он был старше Глебет, а странные элементы защиты на его грузном теле говорили о богатом боевом опыте. Бахвальством тут и не пахло, по крайней мере неприкрытым. А вот девчонка, по крайней мере в руках та сжимала лук, что было разумно на таких дистанциях. Парочка явно следила за происходящим и не вмешивалась... но была готова к тому что что-то может пойти не так.

Глебет не стала останавливаться, даже когда расстояние сократилось до шести... пяти шагов. Лязг железа и добротная ковка доспеха выдерживали и более тяжелые испытания, чем выстрел из ручного лука в упор. К тому же, для выстрела надо натянуть тетиву...
По какой то причине у наемницы не возникло мыслей что тут каждый по себе. Те маньяки, что решили бежать, словно разбились на парочки - да и происходящее у трона можно было назвать по разному.

- Ты и твоя собачонка не принимаете участия в дележе? - то было скорее утверждение, чем вопрос. Глебет обращалась к старику, ровным и даже несколько безучастным голосом.
- Или ждете, когда кровавый поток сам принесет ее в ваши руки?


Владимир, с выражением крайнего ужаса на лице, захлопнул фолиант, который тут же испустил очередное облачко тёмной пыли.
Если всё то, что он успел увидеть в книге - действительно возможно осуществить с помощью заклинаний, то её следовало держать подальше от безумных маньяков и убийц.
- Индеец обезумел! - выкрикнул комиссар. - Хватайте и вяжите его, пока он не убил нас всех! Ну же, что вы стоите?
Последняя фраза была обращена уже конкретно к "зелёному карлику" и "узкоглазому старику".
Владимир и сам бы ввязался в рукопашную схватку, да только не решался выпустить книгу из рук. И хотя он считал себя умелым бойцом но сражаться одной рукой против настолько опасного противника не решался.


Тиберий
- Солдат. – Уверенно отозвался старик, с долей дружелюбности в тоне кивая приближающейся Глебет и успокаивающим жестом качнул открытой ладонью в сторону лучницы. – В какое безумное меня закинул Бахус, если все приличные солдаты в округе рыжие девицы?

- Может быть так, может быть этак. – Честно ответил Марк на заданный вопрос, попыхивая своей трубкой. – Зависит от того, насколько обескровленным в итоге останется победитель и будет ли он похож на человека, за которым имеет смысл следовать. Если в достаточной мере и не очень – то я скорее всего и правда предложу этому прекрасному дитя его пристрелить и постараюсь взять все в свои руки. Если же и нет.. после того, как они закончат драться, через некоторое время, тот из них, кто уцелеет, рано или поздно осознает, что понятия не имеет, что делать дальше. А проблемы начнут сыпаться одна за другой, и ни тяжелые кулаки, ни волшебная книжка не помогают с ними справляться. Вот именно этого момента я и жду. Я пятьдесят лет жонглировал факелами стоя на бочке с греческим огнем и немного представляю, как это работает.

- А что на счет тебя? – Мундштук трубки уперся в фигуру наемницы. – Хочешь попытать удачи в крысиной возне, отправиться навстречу неизвестности или ищешь компанию, к которой стоит присоединиться? Латник нам бы не помешал.


-...- Джек оскалился,- Я готов сдаться или вспороть себе брюхо прямо сейчас, если ты скинешь книгу сейчас же!- рыкнул Джек,- Он прочел написанное, он алчет власти!- старик сверкнул глазами, налитыми кровью,- Мне плевать, кому достанется книга после, мне плевать чего вы хотите… книга! Не дайте ему воспользоваться книгой!- единственное, что сказал Дьяк, прежде, чем смазанной, распаленной тенью кинуться на комиссара. Тот был моложе его, свежее, возможно, даже опытней во многом. И даже так - Джек не мог себе позволить отступить сейчас. Тем более… когда ему было так весело. Страх, адреналин, азарт, раж в который он вошел - таким живым он не чувствовал себя уже 4 десятка лет, будем честными. Он был идиотом, во всем, что касалось битвы. Он не считался ни с каким численным преимуществом противника, ни с какими потерями, даже со своей жизни, стоило кровавой пелене затуманить его взгляд. Лишь холодящий руку кинжал отрезвляет его, будто старческий голос звенел в ушах, будто гулкие и резкие сокращения трепещущего под тобой коня. Будто удушливая, ледяная вода, наполняющая глотку и легкие. Виски Джек видел лишь силуэты окружающих, весь его кругозор сократился до одной единственной фигуры.

Резня продолжалась, смуглокожий старик кинулся на следующую жертву, лишь словами оправдывая свое поведение, но не делами. Кровь... скоро тут будет и в правду много крови - но Глебет это не беспокоило. Пока что.

- Я не солдат, - категорично и, может быть чересчур резко парировала женщина слова старика. Трубка была необычной, а дым который изрыгал из себя человек было сложно назвать приятным... хотя что-то в нем и было, не зря же тот вдыхает его в свои легкие.
Женщина склонила голову чуть в бок, дабы не выпускать из зоны видимости как эту парочку, так и остальных, у трона. Как обычно, кровь льется вокруг этого места, проклятого стула на который стремится взойти каждый. И сложно их винить, ведь остальным суждено жить в грязи, но Глебет впервые видели чтобы драка шла возле трона, расположенного в пустом склепе.

- Одиночки мрут быстро, - наемница наклонилась чуть вперед, словно для более доверительного общения, однако холод с которым она продолжила фразу, свидетельствовал лишь о крайнем недоверии. - Но от удара в спину гибнут еще быстрее и наверняка.

Кое кто уже успел сбежать и это определенно беспокоило Глебет, кто знает что скрывается за тем проходом и где теперь те беглецы. Любопытство подстегивала и предвзятость, дерзость той девчонки по отношению к ряженому вызывала стойкое желание полюбоваться ее сизыми внутренностями, либо что похуже... о чем сама женщина предпочитала ни с кем не обсуждать.

- Если у тебя есть план, возможно... - Глебет не закончила фразу, выжидающе глядя на старика.


Майер
Видимо последствия скитания в хаосе миров все же оставили в лейтенанте куда более глубокий отпечаток, чем он сам мог полагать и обнаружил себя он совсем не возле трона. Старик оказался неробкого десятка...или же он правда тронулся головой. В конце концов это всего лишь человек, а то что здесь происходит явно выше простых смертных.
Что же, все это начинает разбиваться на группы. Наибольшим количественным составом выделяется группе тех, кто присоединиться к победителю, что довольно разумно. Все самое странное, сумасшедшее и неадекватное стремиться покинуть зону конфликта, что забавно и выгодно в целом. Остаются несколько лиц плохо осознающих происходящее и вероятно им ничего не останется как принять действительность.
Вся загвоздка была в клятом коммунисте, который вероятно как только обретет достаточную власть прикажет расстрелять славного Мейера.
Индеец уже сделал свой шаг, нужно сделать свой.
Стряхнув с себя оцепенение Маркус приблизился к старику возле трона на расстояние трех шагов. Направив оружие на пожилого человека он четко и холодно произнес:
- Без резкий движений. Оставайся на месте и не вмешивайся.


Берия лишь покачал головой. "Бедная девушка", - подумал старик. Его нервирует этот индеец. Слишком кровожаден. Слишком безумен. А солдат так и не отчитался. И что теперь делать бедному старику? Он ведь рассчитывал на более-менее адекватных людей, а не на этих. Он вновь оглядел пространство. Резко дернулся (мышцы еще помнили далекую юность, наполненную сражениями). Ударил ногой по колену индейцу. Он бежал, а движение было быстрым... "Интересно, перелом будет открытым?", - промелькнула и исчезла мысль. Лаврентий взглянул на упавшую синеволосую своими прищуренными глазами. После, обращаясь к сидящему на троне, произнес:
- Товарищ Офицер, я требую от вас отсчет по директиве 632 под кодом "Наши там-Чернобыльский эксперимент-32-41"!, - после чего попытался оставить падение синеволосой.


Владимир Добрынин ни на миг не выпускал индейца из виду, и потому успел заметить, как тот метнулся вперёд.
"Витязь" одним движением перемахнул через подлокотник трона, и спрятался от смертельного удара за спинкой. После чего, устремился к выходу из склепа, стараясь не приближаться к кому бы то ни было.
"Пока у меня эта проклятая книга - никому нельзя верить. Все кругом враги. Как пауки в банке. Нет уж, прочь отсюда!"


Тиберий
- Да? И кто же ты тогда?

Доверительно-недоверительно наклонившаяся Глебет была встречена выпущенным навстречу из легких облачком сладковатого дыма. В тоне Марка слышалось, что старик ответил недоверием на недоверие, но держась, на удивление расслабленно для своего, не выглядящего слишком уж надежным положения, вел себя скорее так, словно прикидывает, уж не блефует ли его соперник по игре в кости, заблаговременно прикрывший свой бросок ладонью.

– Вот почему я сижу спиной к стене. – Усмехнулся центурион, постучав о названный предмет костяшками пальцев. – Если ты ждешь от меня речей о мире, братстве, благородстве и чести, то ты их не дождешься. Но в мире, в сущности, есть два всего два типа людей. Одни предают хаотично, эмоционально, от того, что слишком испугались, моральных терзаний, или просто потому, что им так захотелось. Это, в сущности, по большому счету, одно и то же. Вторые предают осознанно и с расчетом, то есть, только тогда выгода от предательства гарантированно перевешивает потери, и риски при нем провалиться минимальны. То есть весьма редко, особенно своих. Я, например из вторых. И конечно могу представить более глупые поступки, нежели просто так избавляться от компетентного солдата, который завтра может стать между тобой и смертью. Но не очень много. А что на счет тебя?

- План? – Старик ухмыльнулся, так, словно наемница только-что пошутила, сама при этом не осознав шутки. – Может быть он у меня и есть. А может быть у меня его и нету. Может быть я истинный тактик и собираюсь действовать по обстоятельствам. А может я просто болтливый старик, дурящий прохожим головы. В любом случае, даже если у меня и есть какие-то задумки, не думаешь же ты, что я возьму и просто так выложу их случайному человеку?


Армина
- Право же, как можно думать, что молодым особам нужны только деньги, - наигранно обиженным тоном ответила девушка, а в скошенном на мужчину взгляде плясали бесенята. – Я бы предпочла что-нибудь поинтереснее. Например, желание. Или же ценный совет. В любом случае, что-нибудь более подходящее ситуации, в которой оказалась.

Кстати, о советах. Как-то она заметила приближение латницы, молниеносным движением выхватила стрелу из колчана и натянула лук. Тем более, что рукоять она к этому уже держала в руке, так что от выстрела ее удержал лишь жест собеседника. Собачка? Вот как? Охотника ехидно ухмыльнулась и опустила лук. Когда отчим сказал, что отрицательное мнение лишь тогда становится проблемой, когда ты не можешь заставить его работать так, чтобы оно служило тебе на пользу. Поэтому и не спешила развеивать слагающиеся о себе мифы.
- Не только кровавый поток. И не только ее.
Хитрый лисий и в то же время провокационный взгляд скользил по латнице, изучая, что же из себя представляет девица и как с ней «сотрудничать», при условии, конечно, если та решит присоединиться.
- Он прав, ведь нам же целый мир завоевать предложили, так что, как только борьба за книгу закончится, начнется самое интересное.

А вот дальше пошли разговоры о доверии, от которых Армина сразу сморщила свой носик. И фыркнула, демонстративно показывая свое отношение к этому. Для нее не имело особой разницы, по какой причине ее могут предать. Имеет значение цель. Или цели. И пока они совпадают, можно на что-то рассчитывать. Но стоит лишь цели поменяться… А вот поменяться она может даже в порыве эмоций. И планы. Все так быстро меняется, что можно наметить примерный план действий, но при этом в нем должен быть простор для корректировки под влиянием обстоятельств.
- Смотри, там, - она указала кивком головы в сторону трона, - скоро появится победитель и те, кто его признает. Там, - она указала на выход, - скоро будет известно, что нас ожидает снаружи. И еще, - охотница указала на оставшихся, пока не принимающих участия, - в общем, прежде, чем складывать мозаику, нужно видеть ее осколки.


Глебет
Словесные игры, то от чего у наемницы сводило кишки, а содержимое желудка так и стремилось вырваться наружу через горло. Женщина была слаба в дипломатии, но то было фактом известным и ей, не хватать звезд с неба в попытках убедить или вызнать что либо. Впрочем, это не делало ее и легковерной, пусть у самой Глебет слова и не складывались в красивые и воодушевляющие предложения, но к чужим - она была более чем внимательна.

- Солдат, это профессия, - буквально выплюнула она из себя, словно какое то ругательство, - Обучи крестьянина держать вилы и получишь солдата. Он будет служить тебе, пока его кормят или заливают в уши всякое дерьмо о защите короны, пугают телесными наказаниями и казнью за дезертирство - металлическая перчатка ткнула старика в грудь.

Обстановка несколько накалялась, поскольку та девчонка, которую Глебет приняла за оруженосца или охранницу, была слишком словоохотлива для того чтобы быть ей. Борьба за мир, это звучало довольно нелепо и женщина относилась к подобному с определенным скептицизмом, поэтому веселье охотницы ее несколько нервировало.


Владимир Добрынин, перемахнул через спинку трона одним хорошо отработанным движением, словно только всю жизнь и занимался как избегал покушений при помощи подобных предметов интерьера. К сожалению, как уже успел заметить верный миньон Вукс, к слову говоря успешно утащивший упавший на него чемодан за колонну и сейчас пребывающий в состоянии относительной безопасности, трон самым непозволительным образом стоял вплотную к стене, с которой бравому комиссару и пришлось в результате данного прыжка встретится так сказать лицом к лицу.

Лаврентий Берия, поспешил на помощь своему товарищу, однако, совершенно позабыв следить, так сказать за флангом. Увы, даже столь прославленный человек не мог сопротивляться возрасту и старой доброй пуле. Или не совсем? По правде говоря, вместо привычного звука выстрела, маузер офицера Майера издал лишь щелчок курка, а затем хлопок, однако поражающий эффект тем не менее оставался без изменений и во лбу цели образовалось отверстие, не слишком совместимое с жизнью.

За сим, прикончить подлого труса, в последний момент убегающего от боя лицом к лицу не составило труда. Нож вонзился в беззащитную спину. Руки Темного Владыки разжались, выронив бесценный фолиант. Упавшая на пол, основательно испачканная в крови книга, словно бы с пренебрежением отнеслась к такой мелочи и с е обложки в следующую же секунду пятна начали постепенно пропадать, словно бы всасываемые внутрь, оставляя в качестве грязи лишь привычную "благородную" вековую пыль.

Тиберий
- Вилы. – Засмеявшись Марк подавился дымом и надсадно булькнул, выпуская его носом. – Не многих солдат, полагаю ты обучила, девочка. Поверь мне, делать это куда как сложнее чем об этом болтать.

- Солдат это профессия. – Согласился старик, однако, в его устах это прозвучало до странности гордо. – Я солдат. Меня научили, как ты говоришь, «держать вилы» а потом я учил «держать вилы» сотни жертолотых юнцов. Мне «лили в уши дерьмо» о защите Империи и я занимался тем же. И я служил, занимаясь войной везде куда я приходил и война кормила и поила меня и мой легион. Я казнил десятки мятежников и выпорол сотни дезертиров. И что с того?

Покосившись уголком глаза, на бурно развивающиеся возле трона события, старик тем не менее, судя по всему пришел к выводу, что время действовать еще не пришло и он может позволить себе и дальше дымить потихоньку трубкой, наблюдая кто ухватится за злополучную книженцию следующим, и чем это для него обернется, болтая попутно с местными девчатами о всяких глупостях, вроде королей капусты, доверия и том, что такое быть солдатом.


С этим было сложно спорить, в конце концов еще будучи молодой девчонкой она поняла что грош цена чужому опыту. В ее окружении люди выживали и учились самостоятельно, не полагаясь на инструкторов. Разумеется, многим это стоило жизни, но к счастью Глебет была не в их числе.

- Но ты можешь нанять меня. Как тебе такое, старик? Мне не нравятся проблемы, которые не решаются насилием, а ты умеешь трепать языком. Старый добрый контракт... не служба, а работа. И тебе не придется лить в мои уши дерьмо, а мне носить... что у вас там, пади какой нибудь табард с оленьей головой? - последнее женщина просто выплюнула, демонстрируя презрение к подобным правилам, манерам и попросту лицемерию...

Но затем, случилось что-то необычное. Глухой хлопок, за которым последовало падение очередного тела. Потасовка была в самом разгаре, но Глебет следила за ней краем глаза и знала когда умирают от удара ножа, а когда...
- Что это еще за черт? - открыто поинтересовалась она, адресуя вопрос в пустоту.


- Ох уж эти женские желания… - Покачал головой Тиберий, отреагировав на реплику лучницы, без особого таланта пытаясь изобразить смущение. – Будь я лет на двадцать моложе… впрочем, советом я поделиться рад всегда. И даже, как правило, бесплатно. На что еще нужны болтливые старики вроде меня, если не для того, чтобы раздавать советы молодежи. Впрочем, кажется, ставки делать уже поздновато. Победитель практически определен.

- Идет. – Серьезно кивнул старик, уже в ответ на предложение латницы, выбивая на пол содержимое трубки и убирая ее в карман. - Только с авансом у меня туго, сама понимаешь. Так что, с оплатой, придется подождать до тех времен, когда разживемся добычей. Если же тебя это не пугает…

- Нечто вроде арбалета только гораздо удобнее. – Отреагировал на вопрос вместо пустоты центурион, довольно неприличным видом тыча в сторону стрелявшего. – Вон у того молодчика в руках. Выглядит как полезная штука.

- Эй, паренек в плаще с арбалетом. – Громко позвал немца Тиберий, с кряхтением поднимаясь на ноги и отряхивая задницу от пыли. – Ты ведь полагаю военный? Что думаешь на счет того, чтобы вступить в отряд?


Благополучно слиняв за широкую колонну, способную укрыть маленького гоблина целиком, Вукс наконец-то приоткрыл чемодан, сунув в него свой пока что не такой уж и длинный, но все еще зеленый нос. Одного взгляда на содержимое хватило, чтобы гоблин широко раскрыл глаза, захлопнув замки с алчным беззвучным смешком. Богатство! МОЕ!!!

Тем временем где-то рядом пролетел Темный Властелин, мастерски пытаясь спрятаться за трон. Увы Его Темнейшеству. Его верный прислужник уже удостоверился в том, что тронный зал спроектирован не по правилам, и прятаться за троном негде. Непорядок же! Но, поскольку Его Темнейшеству виднее - кто Вукс такой, чтобы возражать Владыке? Это не его малого гоблинского ума дело.

Брызнула кровавая струя, оросив пол и колонну. Жаль, что приходится прятаться - Вукс с удовольствием слизал бы кровь с камня, сожалея, что такой ценный продукт переводят почем зря.

Но опять же - Его Темнейшеству безусловно виднее, он большой потому что. А кто именно тут Его Темнейшество - это уже претенденты сами разберутся, не дело миньонов влазить в разборки за трон, корону и книгу Темнейшего Зла. Потому что кто победит, тот и Его Темнейшество, а если вдруг окажется, что Вукс ему мешал? Так же нельзя! Именно поэтому безусловная лояльность Владыке не позволила гоблину вмешаться, и, спрятав чемодан поближе к самой стенке, миньон продолжил наблюдать за разборками в центре зала. Договор-то у него с темным лордом, а темный лорд тот, у кого книга Темнейшего Зла. А раз книга валяется на полу, значит она ничейная - лорда пока нету? Вот и подождем...


- Хера,- сипло вырвалось из горла Роба как только он осознал что его зеленая миля куда-то исчезла и что предложение надзирателя оказалось правдой. Тут бы сразу в дурдом съехать, да вот ему почти по боку было, съехала у него крыша или нет, главное что у он не поймет что его на стуле поджарят.. ну и может в момент крышепадения он все таки придавит парочку охранников. Ну хрен с ним уже… пока поживем в фантазии, тоже нехерово… главное не болтать лишнего пока.
Вначале он хотел снять шлем да по лучше осмотреться, да вот только развивающиеся галопом события не позволили ему этого сделать. Самое интересное, что в этот раз его молчаливость опять неплохо ему подыграла. Он...просто не стал вмешиваться в развивающиеся события, да и они его частично не сильно касались. Единственный раз за все время "появления тут" к нему обратился мужик, смахивающий на военного римлянина... Точнее он обозначил его существование. В тот момент он решил и вправду отыгрывать роль этакой статуи... Это конечно было чертовски неудобно в этих железных штуках... латах? Или как их там, в общем один хрен он стоял как вкопанный, наблюдая за развитием ситуации. Вот все начали бороться за книгу, вот пошел первый трупик, потом раз два и появилась еще пара.. больше всего ему не понравился Немец. По его опыту у нациков всегда была крыша чуть поехавшая, а у этого еще и пистолет в руке был, которым он не преминул воспользоваться.

После того как часть народа друг друга перемочила, образовалась очень интересная диспозиция. С одной стороны молодые бегунки, которые уже смылись нарушу... и оставалось надеяться что они еще кипиша не навели... хотя, по их действиям, даже если они еще его не навели, то вскоре наведут - мозгов у них на первый взгляд не очень много.
С другой - группа из римлянина, курящего какую-то дрянь, и двух девок, которые впрочем выглядели ничего так. Точнее одна - ничего так, а вторая на любителя.. и обе с характером..

С третьей же стороны выступал Немец вместе с индейцем... Зеленого сморчка Роб пока никак не рассматривал, хотя правильности его действий можно позавидовать. И в ноги кинулся и смысля вовремя да еще прихватил с собой чемоданчик девки мертвой... жалко конечно такую, хорошенькая была, ну да хрен с ней.

Теперь вопрос оставался в том, как бы поступить ему... начать ли говорить с кем-нибудь, вальнуть ли кого-нибудь или же забить на все и смотреть что будет дальше?

В конечном счете он предпочел вальнуть немца.. вначале собьет того с ног а потом и голову раздавит.. он с пистолетом сейчас очень большую опасность для Роба представлял...


Быть наемником значит постоянно рисковать, но вместе с тем это формальность, в основании которой четкий свод законов. Разумеется, многими из них можно пренебрегать, в зависимости от ситуации, однако было то, что было просто необходимо.
А посему, может быть несколько грубовато, она перехватила руку престарелого солдата, едва ли не вырывая из нее трубку. Забавный аксессуар, а главное обладающий определенной ценностью для старика, формальность... которая помогает свершаться законам.
- Это сойдет за аванс, - безапеляционно изрекла женщина глядя незнакомцу прямиком в глаза. Она не собиралась вступать в спор, торговаться или вообще освещать свой поступок, вместо этого сосуд для высушенных листьев лег в кармашек на поясе, а сама женщина удостоила человека кивком.

- Глебет Ауройо. Назовешься, или мне просто называть тебя стариком? - в голосе было пренебрежение, но работник и не обязан уважать своего нанимателя. Тем более, пока что было не за что. В конце концов, женщина очнулась хорошо если десять минут назад...


- Хорошая работа, старик, - похвалил индейца Маркус, опустив пистолет.
- Думаю мы с тобой оба понимаем, что любой кто будет обладать книгой всегда будет потенциальной угрозой для всех остальных. Половина считает тебя сумасшедшим, сам по суди - ты только что убил двоих ножом и все эти вооруженные зрители, - Мейер указал на остальных в зале. - Явно не видят в тебе адекватного человека. Но я вижу.
Офицер присел возле тела недавнего застреленного старика и снял(сдернул) с него рубаху свободной рукой(саперная лопатка к этому времени подозрительно пропала из виду), а затем метнул ее к трону, под ноги индейцу.
- Заверни эту проклятую книгу в ткань и спускайся. Кажется здесь остались те, кто понимает ценность слова и готов к диалогу.
Обернувшись на окрикнувшего его старика в образе которого угадывалось историческое прошлое, Маркус слегка приподнял пистолет(не направляя его на говорившего):
- Маркус Майер, Унтерштурмфюрер СС, Аненербе. - Представился "арбалетчик" - Представтесь. Желательно коротко.
- Вы, тоже, - на этот раз офицер кивнул в строну человека в латах.


-Тц,-вырвалось у Роба, момент был упущен.. слишком долго он раздумывал.. теперь прямо нападать на немца будет себе дороже, тот вполне спокойно сможет застрелить его еще до того, как тот добежит... Эх..прав он был что немец крышанутый на голову.. Эсэсовец.. Ладно.. и не с такими работали

Размяв немного плечи под латами, которые успели за время стояния затечь от груза, давящего на них, Роб представился
- Сказал тот, который представился по полной форме. Смешно, но ладно. Мое имя - Саймон, думаю этого вполне достаточно, договорил Роб и постарался снять с себя хотя бы шлем, предварительно прислонившись спиной к колонне. Это конечно было не сильно разумно, да вот только в этом ведре хрен что рассмотришь вокруг.


Тиберий
- Или даже на тридцать лет помоложе... – Весело осклабился легионер. Устраивать драку из за трубки он конечно и не подумал, вместо этого ухватившись за протянутую руку Глебет и использовав ее в качестве опоры, чтобы подняться. – Старик? Почему бы и нет.

- Можешь звать меня Центурионом, паренек. – Ответил старик арбалетчику, склонив голову на бок, и картинно приваливаясь обратно к стене, но на этот раз уже стоя. – И я жду ответа на вопрос. Впрочем, если он отрицательный, можешь не обращать на меня особого внимания и продолжать развлекаться, я подожду.


Шлем сопротивляться сниманию не стал. К счастью, ибо мысль оказаться в костюмчик заваренным намертво, голову посетить пожалуй уже успела и приятной ее назвать явно было сложно. Как результат, обзор это существенно улучшило, а защиту головы уменьшило. В прочем, если же сосредотачиваться на результатах первого, то Роб наконец-то мог получше осмотреть свой новый прикид и... Честно сказать, и примерно нихрена, железо выглядит крепким, всякая налепленная фигня на него присобаченной скорее не из практичных соображений а ради понтов, так что скорее всего костюмчик этот как минимум стоит кучу бабок, но на этом познания Саймона в вопросах подобного антиквариата примерно исчерпывались.
Отредактировано 13.04.18 в 11:01
2

DungeonMaster Legios
13.04.18 10:41
  =  
- А ты не промах, фриц,- прошелестел Джек, когда тот обернулся, и, увидел тело старика, пытавшегося преградить дорогу индейцу. Холодок прокатился по нутру Дьяка. Выбери немец сторону красноармейца (что за глупый каламбур? и все же...), и, выстрели он в него - смог бы отклониться Джек? Это вряд ли. Тем более, оружие было каким-то странным, гулкий хлопок, раздавшийся не так давно, напоминал Вискедьяку скорее свист сжатого воздуха. Он бывал уже когда-то на предприятии, на котором с помощью водяного резака новомодные машины вырезали из металла детали для других машин, был на экскурсии с племяшкой, впрочем, сейчас эти воспоминания лишь оставляли на душе индейца влажный, теплый осадок. Не такой, как когда ты обоссал штаны, а такой, когда ты распаренный только вышел из ванной, и, кожа еще не успела обсохнуть, постепенно привыкает к ласкающей ее холодному воздуху. Джек усмехнулся, вдруг подумав, что пальцы у него теперь такие же сморщенные, как после ванной, всегда. А ведь он до определённого момента в детстве считал, что его собственный дед просто любил поплескаться, вот он такой и сморщенный. Но, отвлекаться на подобные мелочи не было времени. Старик, наконец, мог выдохнуть. ранее, дыхание его было частым, и. гулким, сейчас же оно выровнялось. Сам Джек постепенно успокаивался. На слова о безумии он развел руками,- Никто не идеален…

- Да, ты говоришь умные вещи фриц,- кивнул кри. Он с трудом слез с рухнувшего тела комиссара, стягивая с того его военную одежду (точного названия ей Джек не знал, не разбирался в обмундировании Советов), чтобы обернуть в ту книгу. Попутно, на лицо старику то и дело падали его длинные волосы. В начале он ворчал, и, стал даже чуть злиться, что не захватил с собой из больницы ободок, когда сваливал. Но, потом, заметил какую-то штучку на голове комиссара - корону. Это, конечно, не ободок, но, и она пойдёт. Джек снял с головы трупа венец, напялив его на свой буйный котелок. Но, в этот момент, в его сторону немец метнул рубаху. Джек скептически посмотрел на неё, немного принюхался, поморщился, потом принюхался к одежки комиссара, сморщился ещё сильнее, и, из двух вонючих тряпок выбрал ту, что дал ему офицер. Он кивнул, и, завернул книгу в тряпку,- Дурные вещи происходят с каждым. Если ты не против, мне нужно собрать свои боевые трофеи,- сказал Джек, он встал, и, стал бессовестно обирать трупы погибших. Покопавшись по карманам краснопузого, тот развернулся в сторону тел мервтого старика и девушки что он зарезал (надо было забрать свой охотничий нож), как воспаленный взгляд индейца лег на новое действующее лицо. Консервная банка сняла свой шлем, заставив Дьяка буквально обомлеть. Он охнул, пораженно спросив,-...Малыш Саймон?..- пораженно прохрипел старик. На его глазах навернулись слезы, но, он быстро те смахнул. Нет, он не плакал. Наемные убийцы не плачут без повода. Просто чертов Шан Тсунг, используя свои сверхчеловеческие способности, незаметно нарезал за спиной Джека лук,- Костолом!- уже громче, радостно прохрипел убийца,- Я думал тебя казнили в феврале! Какими судьбами тут?!- спросил тот.


- Джек?! Смотрю твой дряхлый зад все также подвижен как и раньше!,- оскаблился в улыбке Роб узнав в индейце старого знакомого. Да, казалось бы когда это было.. столько лет уже прошло с того момента, как он впервые познакомился с этим человеком, а тот почти и не изменился. Нет, конечно признаки старения были видны - морщинки там под глазами, изношенный вед, да только как успел заметить Роб, навыки так никуда и не делись..
- Ха, да они быстрее яйца свои поджарят, чем меня на этом гребанном стуле! Казнить они меня решили - пф! Я бы им весь пол кровь их тупых охранников залил бы перед этим, да вот видишь,- развел Роб руки в стороны,- повезло им. Незнамо как тут я оказался и знаешь, в такой то компании очень даже этому рад!
Отлипнув от стены, Роб прошел до Виски, постоянно краем глаза наблюдая за девкой с луком. Она пока что была в этом раскладе темной лошадкой с дальнобойным оружием. Авось в голову таракан заползет да она стрельнуть решит. Тут на чеку нужно быть. И подал тому руку, предлагая помочь встать.

Это не был жест, который некоторые могут проявить к слабому, этот жест скорее демонстрировал предложение партнерства, чем помощь слабому
- Ну что, может гульнем, как тогда, в Нейплсе?,- С ухмылкой предложил Роб, вспоминая, как именно в Нейплсе тогда еще просто главарь небольшой группировки заключил контракт с неким "Джеком Виски" - наемником и уже через месяц вся подпольная власть в городе была его, ну а Виски ушел не только с оговоренным, но и с хорошим бонусом в виде слова, что тот может "обращаться если что" к Робу, это конечно кроме дополнительной денежной премии, что была и так предоставлена.


Маркус ответил итальянцу:
- При всем уважении к Риму, стоит серьезно подумать, кому в чей отряд вступать. - свободной рукой немец сделал легкий жест в сторону "трогательного воссоединения".
- Предыдущий владелец короны был моим относительно личным врагом, и один из нас должен был умереть почти наверняка. Что же до остальных, коли у нас нет причин для вражды, почему бы нам не стать союзниками? Новый мир неизведан, а старый для нас вероятно закрыт. Вместе мы сильнее чем каждый по одиночке, а сильные - строят мир.
- Как тебе, мое встречное предложение, центурион?


Глебет стояла чуть в стороне, с отрешенным лицом наблюдая за происходящим. Кровь всегда лилась, это естественный порядок вещей. Имущество павших переходит к победителю, а предатели пируют на костях своих жертв. Именно это и происходило, с точки зрения наемницы - хотя у нее не было совершенно никаких поводов для развешивания ярлыков. Она вообще видела все впервые!

- Я бы их пристрелила, - тихим голосом пробубнила женщина, бросив короткий взгляд в сторону охотницы с луком, - Ударили в спину и украли книгу... к тому же у них есть какое то оружие. Но со стрелой в груди они не доставят нам хлопот, ведь так? - пронесено то было ровным тоном, словно Глебет совершенно не волновало прислушаются ли к ней, или проигнорируют.


- Похвальная разумность. Что же… – Покачал головой центурион, отлипая от своей стеночки. В старике практически ничего не изменилось, чуть другое выражение лица, чуть иной тон, чуть прямее осанка, и в то же время общий эффект преображения был разителен. На месте усталого старикашки перед Маркусом возник боевой офицер, способный недрогнувшей рукой вести в бой батальон, а то и дивизию. А из-за отдернутой в сторону полы парадного доспеха показались рукояти меча и кинжала. – Мое имя, Марк Тиберий, я старший центурион, Девятого Легиона Великой Римской Империи. Это звание означает, что я второй человек во всем легионе. На практике же – первый. В моем подчинении было более пяти тысяч человек. Сколькими тебе приходилось командовать на прежнем месте службы паренек? Я не хвастаюсь почем зря, разумеется, легиона сейчас здесь со мной нет. Но если ты офицер – то должен представлять уровень ответственности и необходимые для этого навыки. Думаю, это все что я могу сказать по поводу того, кто именно зовет тебя присоединиться к своему отряду.

- Теперь посмотрим на задачу с позиции стратега. С одной стороны, ты можешь присоединиться к группе из трех человек, в которой есть стрелок, латник и толковый командир и таким образом, наш отряд достигнет полного доминирования на местности в отношении тактической мощи. С другой стороны ты можешь присоединиться к группе из двух человек, состоящей из человека с двумя ножами и латника без оружия, который ходит так, словно впервые в жизни отдел латы и снимает шлем под прицелом дальнобойного оружия и в лучшем случае создать некоторый паритет, который, тем не менее все равно будет не в пользу этой группы. Честно говоря, если подходить чисто с военной точки зрения, это вообще не задача.

- Теперь о твоем встречном предложении. Я совершенно точно за то, чтобы объединить усилия и против излишнего кровопролития. Однако, если ты, как и я военный человек, тезка, то должен понимать, чем военное формирование отличается от просто толпы испуганных или разозленных вооруженных людей. В нем есть иерархия, которая позволяет действовать эффективно. Следовательно, я хочу либо следовать за лидером, который действительно этого достоин и сможет выполнять возложенные на него задачи, либо взять эту ношу на себя, если такового не найдется. Возражения, вопросы, предложения, кандидатуры?

- Теперь к тебе, пожилой мужчина с ножом. – Повернул голову Тиберий к индейцу. – Допустим, что те, кого ты убил, тоже были твоими смертельными врагами. Если даже и нет, мне честно говоря, все равно. Однако, сейчас, прикончив их, ты объявляешь их имущество своими трофеями спешишь натянуть на голову корону. После всех твоих бескорыстных речей это выглядит весьма двусмысленно. Почему бы тебе не положить книгу на пол, и не озвучить свои претензии и дальнейшие планы. Это бы все заметно упростило. Ты намереваешься оставить книгу при себе и претендуешь на положение лидера?


Армина
Охотница стояла неподвижно, внимательно следя за движениями всех участников сего спектакля и все еще держа лук со стрелой в руке, готовая в любой момент уложить стрелу на тетиву и выстрелить. Особенно ее забавляло то, что это очень нервировало других. Выглядеть опасной как минимум весело. И сдвинулась с места, точнее оттолкнулась от стены, лишь когда Центурион стал говорить уже ни как философ-старик, а как генерал армии. О да, она всегда чувствовала таких людей. И сейчас, коварно ухмыляясь, придвинулась ближе к нему и, чуть повернув корпус в его сторону, словно подтверждая его слова. Когда же он упомянул здоровяка в доспехах, сложила губки буквой «у», выпуская воздух, произнесла «пух» и при этом подмигнула здоровяку. А после того, как Марк обратился к тому, кто решил захапать себе книгу Темного Властелина, протянула нараспев:
- Дааааа, капитан на корабле может быть только один.


Всё это было похоже на ток-шоу. Ничего не понятно. Но весело. Всё это время наблюдая, как её ВОЗМОЖНО союзники убивали друг-друга ради книги с неизвестным содержанием, Наоми ели сдерживала смех. Затем, когда страсти приутихли и началась волотня с "КтоБудетСамымГлавным" она решила, что её слова не помешают. Встав с места, она подождала удобного момента и обратилась ко всей толпе.
- Смотрю, каждый из вас хочет быть главным. Если не явно, то в глубине души... - тут девушка усмехнулась. Ха-ха. Душа.
- Так вот, не обижайтесь за слова. Но половина людей... Нелюдей... Существ тут - потенциально предадут в самом конце, чтобы получить уже готовую власть. А ещё половина - параноики, которые будут обвинять в потенциальном предательстве и избавлятся от неугодных. Может лучше корону и книгу сжечь в магме? -
Она не надеялась, что к ней прислушаются, но попытка не пытка.


Джек
- Я читал о твоей казни в газете. Расстроился даже. А ты, оказывается, полгода хрен знает, где прохлаждался доспехи себе заделал, глазурным стал – и не стыдно такому здоровому лбу?..- беззлобно, но, с шутливым укором проскрипел индеец, принимая великодушный жест Рода, и, с его помощью, и, небольшим кряхтением (скорее для виду), поднялся с пола. Джек отряхнулся, пускай, кровь лишь самую малость задела его, но, кожа липла к одежде в тех местах, где соки недавно скончавшегося комиссара оросили Дьяка, оставив лишь быстро сохнущие, багровые следы. Теплые, и, скользкие в начале, липкие и терпкие уже через пару мгновений. Джек не любил в убийстве множество вещей, но, кровь, и, прочие телесные жидкости входили, наверное, в двадцатку самых неприятных побочных эффектов смерти. Особенно, насильственной. Конечно, кровь несла и приятные моменты, к примеру, чистка оружия – ему нравилось это медитативное, монотонное занятие. Он мог проводить долгие часы за тем, что полировал свой нож, ли, ухаживал за костяным кинжалом. И тут у Джека возник вопрос: а остались ли на костяном кинжале следы крови? На его охотничьем ноже – без сомнений, прямо сейчас он собирался приняться за его очистку. А как насчет наследия его предков? Оно так же запятнано кровью, или же… или… его взгляд вновь уперся в сверток с книгой, спрятанный подмышкой. Обложка впитала кровь так, будто земля после долгой засухи. Это было не к добру. Ему подобное не очень нравилось.

- Был бы я упакован, как Нейплсе, я бы точно согласился. А сейчас – да я только из больницы – и сразу сюда, по работе. Даже, смотри, стыд-то, какой, взял с собой только два ножа,- потухшее и чуть смущенно, пытаясь скрыть легкое расстройство, посетовал на жизнь старик., вздохнув и прокряхтев (теперь по настоящему). Виски отмахнулся,- Вообще, малыш Саймон, не сочти за грубость, но, когда ты выбирал, куда тебе податься, сюда, в банку со скорпионами, или на стул, я даже не могу сказать точно, какое решение точным было бы. Потому что ты залез по самое колено в жуткую муть,- вздохнул тот,- И раз нам всё равно вместе вариться во всем этом дерьме – то я не против дальше пойти с тобой,- ответил Джек. Он бледно улыбнулся парню, когда, их несколько прервали. Был куда как более важный разговор, меж подошедшим легионером и его шайкой, и, фрицем. Похоже, последнего вербовали в гоп-отряд ролевиков, туда ему, впрочем, самая и дорога, пускай, чуточку промазал с эпохой, во всем остальном у них интересы схожие. Вон, даже оба профессиональные военные. Вообще, аутентичность этого самого центуриона стала даже как-то настораживать Джека. Жестикуляция, мимика, то как он держал голову, даже, черт возьми, его походка… ммм, римские легионеры маршировали с правой ноги, потому что, начинать ход с левой, кажется, считалось к неудаче. Джек тоже был суеверным малым, и, такая маленькая деталь грела тому душу. Впрочем, может в какой другой стороне маршировали тоже с правой ноги?.. А он просто не знает, вот и не признал отставного (?) военного в гордом сыне Рима.

- Раз уж ко мне обратились, тоже вставлю пару слов. Сразу оговорюсь: на власть претензий нет, книгу на пол положу, с вами поговорю. Так же, моё мнение на счет выборов лидера: вы делите шкуру ну убитого медведя. Союзниками запасаться - это прекрасно, но, пока что рано говорить о том, кто и за кого. Я не переплюну в ораторском мастерстве Марка, или, Маркуса, или малыша Саймона. Начну по порядку,- Джек выступил вперёд, как бы, медленно приближаясь к импровизированному центру, меж условными группами врагов по несчастью. Он и вправду не был мастером речей,- Меня зовут Вискедьяк. Если сложно произнести – можно просто Джек, или Дьяк. Мне не принципиально,- начал тот,- Если говорить о том, почему мы здесь, а я бы хотел начать с этого, то… могу сказать за себя – я облажался. Жизнь как-то так сложилась, да и я за неё, долгую, но яркую, дров наломал. Случилось и так, что у меня был выбор – либо кончить жизнь в канаве, или, выбрать альтернативу – сюда загреметь. Я выбрал второе. Надеюсь, не зря. Не знаю, такая же судьба постигла и вас, или вы по другой причине тут оказались, или вас случайно затянуло. Но, когда я увидел эту дрянь,- махнул он свертком с книгой,- Вопросы у меня частично отпали. К чему я это? Господин римский кто-то-там, Марк, а ты как тут оказался, если не секрет? Не пойми неправильно, не хочу тебя ущемить или ещё что, просто, если ты облажался, то, твоя кандидатура мне вот прям сомнительна. Я читал учебники истории, про взлеты, золотой век, и, крах Римской Империи, я не знаю, реальная ли ты большая шишка из легиона, или кто там есть – но твоего имени ни в учебниках по истории, ни лика вырезанного в камне, ни горделивой позы на фресках не встречал. Я понимаю, что большинство талантливых управленцев, военных, командиров всегда остаются за ширмой, о них не так уж и много пишут, в отличье от тех, кто присваивает заслуги победителей. Но, я бы хотел получить доказательства того, что ты – не красноречивая подделка.

- А ещё, хотел бы подойти поближе. Без каких-то злых намерений. Всего лишь, чтобы положить перед тобой книгу на пол,- сказал Джек, сделав шаг навстречу. И ещё шаг. И ещё. Он медленно зашагал в направлении Марка,- Если я что-нибудь выкину меня прикончат твои солдаты, не волнуйся. Я все же, всего лишь старик с двумя ножами. Да с книжкой. Да с короной. Что я сделаю своими зубочистками против горы мышц в панцире и с топором, да юркой лисы? Меня переломят как тростинку, да нашпигуют стрелами как ежика, прежде, чем я пикнуть успею,- говорил тот,- Теперь, по поводу моих речей, претензий, планов и прочего,- он засунул охотничий нож в ножны, теперь, он был полностью безоружен. Разве что, сверток с книгой можно было назвать его оружием. Свободной рукой он потер глаза, и, переносицу,- Мои речи не бескорыстны. Мне и вправду все равно, кому достанется сейчас книга. Хочешь – забирай,- помахал он томиком в воздухе,- Если кто хочет – может хоть сейчас меня сбрить и забрать книжецу. Имею претензии только на имущество умерших. Не более того. Маркус может забрать ту часть вещей, что относятся к старику – он его убил, ему же этим имуществом и распоряжаться, крысятничать я не намерен,- отмахнулся индеец,- По крайней мере во всем, что не касается книги,- добавил четь погодя Джек,- Планы у меня простые. Надеюсь, вам понятные. Во-первых, спросить у нашего нанимателя, какого черта ей от нас надо, попутно показав, почему я убил тех двоих. Во-вторых, выйти на поверхность и скооперироваться с уже ушедшими, пока те дров не наломали. В-третьих, уже при них вместе с Костоломом определиться о дальнейшем векторе движения. Меня наняли выполнить условия сделки. Мне за это дали новые возможности. И будь я проклят, если не буду следовать условиям сделки. А теперь, надеюсь, тут ни у кого нет проблем с чтением?- спросил тот,- Потому что…- часть ткани спала, обнажив излучающую темную ауру обложку фалианта,-…Я сейчас положу её на пол, и, раскрою, чтобы все прочли. Если она дается только одному в руки, предлагаю вам прочесть по очереди, это не так критично. А потом уже будем говорить про лидеров, планы и про сожжение книги и короны,- он обернулся к поварихе,- Кстати, на счет последнего – корону отдам в огонь, только если у кого-то тут есть ободок для волос. Ткань и дерево сразу мимо,- по приближению, можно было сравнить рост Джека с остальными здесь присутствующими. Он был лишь немного ниже Маркуса, его лицо, как и нос с горбинкой, были вздернуты чуть вверх, плечи расправлены, а, дыхание было тяжелым, гулким, спокойным, пускай, и каким-то больным.


Тиберий
- Девочка. - Немного повернул в сторону лучницы голову центурион, одарив ту зубастой ухмылкой и положил руки на рукояти меча и кинжала. - Если этот старый болтун с ножами сделает больше одного шага в мою сторону, либо несмотря на все свои слова продолжит держать книгу вместо того, чтобы положить ее на пол и пнуть в нашу сторону, либо если парень в черном попытается одеть шлем - смело начинай стрелять. Он кажется хотел доказательств что я не подделка? Способность раскусить его хитрый и коварный план способный обмануть только примерно тупое бревно надеюсь сгодится.


Охотница, слушая историю индейца, вздохнула так, будто она сейчас разрыдается, даже подняла свободную руку и смахнула воображаемую слезинку с глаз.
- О, Боги, это так трогательно! Я прямо сейчас расплачусь!
И снова прерывисто вздохнула, будто и в правду сейчас из ее прекрасных глаз обрушится соленый водопад. Но вместо этого раздался звонкий девичий смех. Который, впрочем, также неожиданно и оборвался, стоило лишь индейцу изъявить свое желание приблизиться. Она мгновенно стала серьезной и взяла Дьяка на прицел. Он очень правильно заметил, что может произойти при его приближении. Жаль только, его правильные мысли расходились с его действиями. Шаг, второй…

Армина замерла в ожидании. При попытке приблизиться еще хоть на один шаг – стреляет. Ждать танцев с книгой не собирается. Правда, только не в Дьяка, хоть и на прицеле пока держит его, а в Саймона. Не зря же она все это время, слушая историю, наблюдая за воссоединением закадычных друзей, изучала его доспехи. Право же, так уж ли важно, по какой причине каждый оказался здесь. В порабощение мира ради благой цели она ни капли не верила, как в доброту душевную собравшихся на это дело. А вот слабые места в защите потенциальных противников – это интересно. Стрелять будет либо в слабое место в броне на корпусе, если таковое обнаружит, с расчетом пробить броню, либо в голову, либо и туда и туда, то есть даже дважды. Или же, если хватит и одного выстрела, переведет огонь на индейца. В зависимости от ситуации.


Тиберий
- Огонь. - Сухо и жестко скомандовал легионер, не собиравшийся ждать третьего пятого и последующих шагов или давать индейцу возможность спокойно обшаривать трупы. - Девочка, прикончи здоровяка, затем любителя ножей. Латница, ты в первой шеренге. Перехватишь любого кто кинется и отрубишь ему что нибудь на свое усмотрение.

Сам центурион, выхватил из ножен тяжелый, почти треугольный кинжал, готовый прикрыть латниц или помешать кому-нибудь еще начать делать глупости.


- Как нейтральная сторона, позволю себе присоединиться к победителям, - кивок в сторону "старых товарищей", затем другой в сторону "римской группы", затем Маркус неспешно, никого не нервируя с поднятыми над головой руками, дистанцируется от обоих групп, не сводя с них глаз.

- А я бы примкнул к римлянину,- сказал в сторону немца Джек, как бы, чуть смутившись нейтралитету фрица. Он-то ожидал, что его здесь и сейчас подстрелят. Но, не судьба. С одной стороны, он понимал, что книга - опасная вещь, и, что она должна остаться только достойному. С другой он понимал и то, что сам не очень-то достоин. А потому, его устраивал вариант, где он умирает, и, книгу забирает тройка психопатов, и, тот вариант, где он побеждает, и, книга остается при нем. Но… вот чего он не мог позволить, так это выстрела по себе со стороны лучницы. И, пока та придурковато раздумывала, куда бы ей, да в кого бы ей шмальнуть, старик решил действовать первым. А потому, без лишних слов, метнул в Лв её воспаленною башку, единственное, что было у него сейчас в руках - книгу. Просто взял, и, со всей силы, что у него только была, кинул. А в следующий момент, обнажил оба своих клинка - охотничий нож и костяной кинжал. Он взмолился предкам, взмолился Седой Гриве,-...Я отдам за силу все что угодно, лишь прошу, помогите мне в этой битве. Все, что угодно…- шептал он, пока на его лице расцвела улыбка. Вновь глаза застилала кровавая пелена. В этой битве, он, скорее всего, умрет, но, умирать просто так тот не собирался. Как и вступать в битву с дамой в броне. А потому, избрал самый простой выход - отступил на пару шагов, заманивая оппонентов ближе к Саймону. Он не обернулся к ним спиной, нет, он все ещё держал их в поле зрения, готовясь по первому же действию противника метнуть в кого-нибудь из них охотничий нож.

Стоило признать, что доспехи здоровяка, при всей их парадности, имели не так много уязвимых мест, по крайней мере таких, попав стрелой в которые, человека внутри можно было бы убить. Конечно, пара выстрелов в сочленения на конечностях, обегать потом за более маневренным противником и шансы откинуть коньки от кровопотери стали бы более чем приличными, в прочем, это все так и осталось в теории, учитывая что тот был достаточно неблагоразумен, чтобы снять шлем, оставив голову не защищенной.

Два выстрела. Первая стрела вошла в шею прямо под подбородком, вторую схватил раскрытый в несколько удивленном выражении лица рот, и громила обмяк, с грохотом бухнувшись на пол.

Индейца, все еще удерживающего книгу, в свою очередь, неожиданная атака кажется несколько выбила из рельс его плана. Судя по всему, он до последнего верил, что противник блефует. Однако, перед тем как тот успел вновь впасть в кровавую ярость и кинуться на врага, дав и латнице шанс показать себя в бою, так называемая нейтральная сторона, вмешалась в сражение при помощи своего "удобного" арбалета. Еще пара выстрелов. На этот раз не таких красивых, не в голову, а в торс, но пожалуй не менее эффективных. Даже если старик проживет еще пару минут, общий расклад ситуации это не изменит.

- Ваше предложение принято, командующий, - кивок Маркуса Тиберию. Офицер рейха не стал делать ошибки предыдущего владельца книги, а потому решил не становиться его следующим. Подойдя к телу индейца обильно заливающим каменный пол кровавой субстанцией, точным и уверенным пинком отправил книгу скольжением в сторону "победителей".
- Меня захватила речь Дьяка, особенно та ее часть, которая касалась трофеев. Разрешите перевооружиться, для повышения боевого потенциала нашей группы?


Сидящий за широкой колонной в темном уютном углу Вукс похрюкивал себе под нос, видя, как пол склепа заливает кровь. С одной стороны - продукт ценный переводят! С другой... настоящий Темный Властелин должен быть хитрым, злобным, подлым, жестоким и аморальным ублюдком. Желательно вдобавок еще - кровавым маньяком и палачом. Поэтому гоблин терпеливо ждал, когда же менее хитрые, злобные и подлые сдохнут под ударами более жестоких и аморальных ублюдков. А когда останется самая гнусная и подлая сволочь, предъявив таки свои права Владыки на книгу Темнейшего Зла - тут-то Вукс и бросится ему в ноги, как верный прислужник!

Как и ожидалось, в воздухе засвистели стрелы. Амбала в доспехах положили, смуглокожего старика продырявили. Не велика потеря, в конце концов убийцам воздается по заслугам.
Женщина не сводила глаз с потасовки, а руку держала на навершии топора, однако после такого обстрела выживших попросту не осталось что не могло не радовать. Разве что офицер в зеленой форме, обладатель весьма определенного "арбалета" оставался не у дел. Но вел он себя довольно уступчиво, осознавая численное преимущество, так что нареканий к нему у Глебет не было.

Приказы, как давно она их не слышала, тем более таких... ненужных. Их формирование из стрелка и старика не было слишком уж необычным и наемница и сама прекрасно понимала что делать, это слегка напрягало, но в целом Глебет была расслаблена.
- Военные, - с легким пренебрежением продекламировала женщина, равнодушно сплевывая в сторону и делая шаг в сторону книги. Кусок бумаги, ради которого пролито столько крови...

Женщина присела над "главным трофеем" завернутым в рубаху и взяв узелок в левую руку разогнулась, делая несколько шагов в сторону мертвецов. Топор оказался в правой - достаточно быстро, пока Глебет осматривала трупы, выискивая выживших.
А после, взгляд скользнул и по вычурно разукрашенных доспехах. Простое любопытство, вытряхивать из них мертвеца все одно не было никакого желания.

- А остальные? - достаточно громко прозвучал резонный вопрос. Глебет поставила ногу на грудь чужих доспехов, переводя взгляд от мужчины с азиатскими чертами, к синекожей и дальше... ну и уродина...
Где-то еще был зеленый карлик, но он как то пропал из зоны видимости.


Тиберий
- Наиболее мудрое решение, из возможных, офицер. - Одобрил бывший дважды серебренный призер манипулы по метанию пилума, действия немца, с которого Все это время не спускал глаз, убирая в ножны тяжелый кинжал. - Только лучше не пробуй так со мной сделать. Добро пожаловать в Легион. Назначаю тебя исполняющим обязанности сигнифера. То есть, в данном случае, лица ответственного за сбор добычи, для её последующего распределения между членами отряда. В частности, я пожилой человек больными ногами и не отказался бы от трости а нашу прекрасную, пусть и возможно невежливую латницу возможно заинтересуют доспехи. Девочка, ты на что то претендуешь? - Обернулись к лучнице. - Так Или иначе, соберите все полезное в кучу офицер, а там разберемся. Дамы, не убирайте пока оружия и прикройте нас с пареньком. Мало ли кому что придет в голову.

- Итак - Убедившись, что его прикрывает лучница, подобрал здополучное яблоко раздора центурион. С солдатами Мы разобрались. С бандитами тоже. Кто остался? Ах, да… думаю у вас всех скопилось много вопросов. Не обещаю что смогу ответить на них, но думаю кое в чем мы с вами разберемся. У всех оставшихся, если они конечно не хотят повторить судьбу этих двоих, есть простой выбор - убираться на все четыре стороны по-добру по-здорову или попытаться, подчеркиваю, попытаться присоединиться ко мне. В первом случае - дверь там. Во втором, я ожидаю, что вы представитесь и объясните чем занимались раньше и чем можете быть полезны сейчас.

Ожидая докладов если такие последуют и окончания изысканий сигнифера, центурион планировал осторожно, ровно настолько, чтобы ее можно было открыть, развернуть книгу и посмотреть лично из за чего заварилась эта каша.


Шан Тсунг по прежнему ожидал в тенях. Бойня не закончилась. Он чувствовал, что кровь еще прольется. Особенно внимательно он следил за вещами, которые как оказалось были наделены особыми свойствами. Вот упал индеец. Охотница подняла книгу, а где же корона? Куда покатилась, упав с головы старого война Маниту? Или доспех одетый на мертвого костолома? Просто ржавый мусор или также артефакт из тех что оказались в руках маньяков вроде него? Что еще из вещей в этой комнате являлось такими артефактами?

- Что же, приступим. - Маркус Мейер принялся за мародерство. С точки зрения морали это было подло, но то, как именно это он делал возможно могло бы и перевернуть ваше представление о мародерстве и возвести его возможно даже в ранг ремесла. Сначала все трупы, кроме закованного в тяжеленные доспехи, прочертили кровавые дорожки к оному и были уложены в один ряд. Затем из карманов, тайников и иных креплений были освобождены все предметы принадлежавшие мертвецам, а валявшиеся на земле подобраны и сложены рядом ровно и аккуратно. После коротко осмотра каждого из предметов и краткого оценки его характеристик, полезности, скрытого потенциала, оные были очищены от крови и прочих жидкостей, униформой самого первого темного владыки. После Маркус принялся раздевать мертвых: С латника была снята броня целиком, затем вся верхняя одежда выше пояса(что из себя кстати под доспехами представляет?). С первого своего фрага офицер так же снял верхнее нательное белье. У всех без исключения мертвецов были трофейным ножом срезана ткань ниже колена, и все они были лишены обуви.
- Доспехи, ножи, ткань для перевязок, возможно ремни, верхнее нательное белье мужчины пожилого возраста, неповрежденное, две(возможно три) пары мужской обуви, одна женской...хм, было что еще.
Маркус закончил с развертыванием полевой ярмарки для новоприобретенных союзников и стал шерстить взглядом округу.
- Существо ранее высказывавшее свою преданность советскому узурпатору похитило ранец почившей леди и прячется за колонной, - закончил доклад Мейер.


Привыкшая много лет прикрывать отряд, Армина, сделав два выстрела, которыми уложила здоровяка, ловким движением вытащила еще одну из колчана и снова натянула тетиву, не сходя с места. Она собиралась стрелять и дальше, если понадобится. Только теперь, она целилась «вникуда», расфокусировав взгляд и следя за всеми оставшимися, особенно за теми, кто находился рядом с Марком, который двинулся в центр, прикрывая его спину, и за теми, кто еще не изъявил желание присоединиться к отряду, готовая в любой момент выпустить стрелу.
- Армина, - ответила охотница Марку.

Трофеи, конечно, штука заманчивая, но не настолько, чтобы отвлекаться от поставленной задачи. Несмотря на взбаломошный вид и импульсивность, в том, что касается работы, она была очень серьезна. Трофеи могут и подождать, не стоят они того, чтобы проморгать атаку. Пусть этим занимаются те, кто этим занимается. Поэтому она не обращала внимания на то, что там раскладывал Марк. Разве что…
- Мои стрелы, - краткий ответ.
В любом случае, собрались бывалые вояки, соберут все нужное. Ее же в таких случаях обычно интересует только оружие. Попросит потом, если будет возможность. « А принцессе можно все…»


Таким образом, ситуация несколько стабилизовалась. По крайней мере, ни кто больше не стремился проливать кровь и Тиберий, например, мог уделить некоторую часть своего внимания на то чтобы изучить фолиант, ставший причиной конфликта. Байки рассказываемые в питейных по пьяни ни раз утверждали о том, что магические тома зачастую имеют свойство откусывать пальцы при неосторожном с ними обращении или делать еще-какую-то пакость, однако, этот, кажется, оказался не хищным или по крайней мере сытым и не считая сгущающихся вокруг него теней пока не подавал каких либо признаков того, что может быть опасным.

Открытие гримуара, на этот раз не произвело эффекта с перелистыванием страниц, и старший центурион в общем-то имел в скором времени полистать его как и любую другую книжку, рассматривая страницы с инструкциями написанными на чистой латыни и описывающими магические ритуалы и рецепты.



Что же касается прочих присутствующих. Офицер снабжения Майер, тем временем, составлявший учет трофеев, был вынужден прийти к выводу о том, что помимо уже известных сущностей,получить с покойных полезного можно было не так уж много. Два комплекта униформы, советской и еще какой-то, с узурпатора и дамы, зарезанных индейцем. Два комплекта одежды гражданской с самого индейца и союзника красных. Обувь, нижнее белье, сигареты, несколько коробков спичек.

Из несколько боле интересных вещей: Трость старика явно была предметом необычным. Испещренное оккультными символами, и потемневшее от воздействий не очень понятного типа, а что куда более важное, производящее тот самый эффект как и прочие предметы не совсем от мира сего. После своего путешествия, офицер, надо признать, научился чувствовать его весьма неплохо.

Из прочих магических вещей, были кинжал и непосредственно доспехи громилы. При чем первый больше чем второй. Броня сочилась опасностью или злом скорее, просто будучи сосудом с некоторым количеством "энергии" и из всех артефактов явно была наиболее безопасным. Скорее всего, вся ее "волшебность" заключалась исключительно в модификации свойств материала.

Что же касается короны. То ее найти так и не удалось, что вероятно было связано с тем, что после того как индейца застрелили, та закатилась куда-то в угол, и возможно с тем, что помещение недавно покинул, прошмыгнув размытой тенью вдоль стены один азиатского вида дед. В прочем, бросаться за ним в погоню уже было поздно, да и не факт, что стоило того.

Что же касается остальных. Синемордая, от всего этого кровопролития явно оказалась не в восторге и отшатнулась назад, оперявшись на одну из колонн, что стало для нее довольно таки роковой ошибкой. Опора оказалась неустойчивой, завалившись назад, а лишенная поддержки оной потолочная плита, достаточно тяжелой, чтобы под действием бессердечной гравитации с грохотом рухнув на пол, оставить от неудачницы и лежащей рядом, кажется так и не очнувшейся зубастой девки лепешку сине-красного цвета.

Для гоблина Вукса сейчас, возможно был хороший момент, чтобы засвидетельствовать верность и почтение своему новому Темнейшеству, учитывая что из не примкнувших к его лагерю в тронном зале оставалась лишь кухарка с кастрюлей супа.

Тиберий
- Мммда. - Пробормотал центурион, задумчиво листая страницы книги. - Ну и ерунда. Хлам. Хлам. Хлам. Лекарство от гемороя. Хлам. Где я вам достану чешую с крестца дракона? Хлам. О. А вот это интересно. - Центурион подняд взгляд на тушу поверженного гиганта в вороненых доспехах и громко сказал, стараясь при этом сохранять серьезное выражение лица. - Некрозис реаниматио!


Эффект фразы, по началу оказался достаточно не очевидным. Если кто-то рассчитывал на спецэффекты, его надежды явно не оправдались. Однако, не прошло и пары секунд, как неожиданно для многих, а в первую очередь для немца, в данный момент пытавшего понять, как у этой туши откручивается наплечник, оная немного дернулась, перед тем как уже чуть более плавно и неторопливо подняться сначала на четвереньки, а потом уже и вовсе стать. Взгляд лишенных намека на интеллект глаз тем временем пробежав по комнате остановился на Его Темнейшестве и существо, ране бывшее костоломом изрекло емкое.

— ЭЭЭЭЭЭЫЫЫЫЫЫЫ!?

Похоже, оно либо было недостаточно разумным для речи, либо же что-то сказать ему мешали пробитые стрелой голосовые связки.

Как только Книга Темнейшего Зла И Великой Тьмы заняла свое место в сухих и мозолистых руках странного мужика в юбке, Вукс маленьким мячиком выкатился из-за своей колонны. Странное дело, конечно, мужик - и вдруг в юбке? Но по большому счету, опять таки не гоблинского ума это дело, указывать Его Темнейшеству, что и как ему носить. Предыдущий вот сделал себе трон, прибитый к стенке. Ну и зарезали, шо поделать. Обычное дело в Темных Империях - Владыке никто не указ, но и рискует Владыка в первую очередь собственной шкурой. Раз тебе никто не указ, значит ты самый умный, вот и разбирайся со всем происходящим. На том и стоят Темные Империи, поскольку тот факт, что окружающие в большинстве своем являются тупыми гоблинами, следовательно нужно выбрать кого-то поумнее. Чтобы взвалить на него весь головняк, а самим только радостно кивать и делать, что скажут.

Потому видно в договоре и написано, что Его Темнейшество не по Кольцу Всевластия определяется, или там какому Мечу Утренней Звезды, Видевшей Рождение Мира. Кольцо носить и ломом бошки сносить много ума не надо, это и тупые гоблины умеют. Или тупые черные рыцари. А вот книжки - дело особенное. В книжках пишут много маленьких буковок, которые разбирать тяжко, страшно лень, да еще и глаза слезятся от этих закорючек! Вукс был гоблином старым и опытным, победившим не один десяток книг в тяжелой борьбе, поэтому он знал, как тяжело достается грамота. От книжек даже у гоблина живот пучит страшно и челюсти болят, пергамент сухой жевать. Но куда деваться? Вукс гоблин умный, Вукс книжку съел. И не одну. А был бы тупым, так не смог бы со-бе-се-до-ва-нье пройти.

А раз Книга Темнейшего Зла И Великой Тьмы заняла свое место в руках Владыки, Вукс поспешил покинуть свое убежище за колонной, подбежав на своих коротких ножках к старику.
- Слава Тьме! - завопил он - слава темным богам! Вукс плачет от счастья лицезреть победу самой гнусной и отъявленной сволочи, который и становится Темным Владыкой! Вукс старый и умный гоблин! Владыка, молю вас - прикажите побить камнями того глупца, который портит вашего будущего черного рыцаря!
Зеленая иссохшая культяпка высунулась из-под балахона, тыкая в тело Костолома
- Пошто его раздевают? А если какой ремешок порвут или запутают на броне?? Черные Рыцари сильные, сильнее гоблина, но страшно тупые, тупее гоблина! Сами наверняка не оденут, а толку от черного рыцаря без брони! Он же мертвяк, на нем само не зарастает - надо доспехом укрывать! И доспех есть! И Книга вам подскажет! А у Вукса есть все остальное! И вымерять пентаграмму, и нарисовать есть чем! - махнул гоблин в сторону луж разлитой крови


Выживших не осталось, стрелы засели глубоко и прочно, а вот у одного трупа стрелы не было. Не без интереса Глебет согнулась над мертвецом, щеголявшим аккуратным отверстием и даже ткнула в него пальцем, силясь достать то что стало причиной такой необычной раны. Безрезультатно, палец латной рукавицы был слишком большим, посему наемница лишь стерла кровь об одежду мертвеца и отошла в сторону, чтобы не мешать"ряженому" раздевать трупы. В конце концов это грязная работенка...

Грохот, сопровождавшийся обрушением небольшой части потолка привлек внимание женщины. Кому то не повезло, но тут как говорится, фортуна избирательная стерва, Глебет подняла голову кверху, проверяя потолок... случайность? Возможно, но стоило бы покинуть это помещение как можно скорее...

- Ах тыж... сука, - вздрогнула наемница, делая солидный такой прыжок в сторону, когда закованное в железо чучело, обсасывающее стрелу неожиданно дернулось. Женщина слышала достаточно баек про оживших мертвецов, но то и были лишь байки, а чтобы вживую да так близко. Покойников наемница разумеется не боялась, тех что лежат спокойно и не дергаются никуда, но такое, она видела впервые.
Топор крутанулся едва ли не сам собой, обрушиваясь на голову еще не начавшего гнить создания. Глебет швырнула его без замаха, почти не целясь но на таком расстоянии она еще не промахивалась.
Отредактировано 13.04.18 в 10:58
3

DungeonMaster Legios
13.04.18 10:54
  =  
Метко брошенный топор, как и ожидалось, рассек бошку, на которую ни кто так и не потрудился надеть шлем обратно аккурат пополам где-то до носа, в ней же и застряв. Чуть менее ожидаемым, возможно было то, что живой труп, от такого обращения, становиться нормальным трупом обратно кажется не собирался, и поступок наемницы ему тоже не слишком понравился. И в следующую секунду, будущий черный рыцарь Его Темнейшества Тиберия двинулся на агрессора набирая скорость с неумолимостью разъяренного носорога. Сваливать из склепа только что стало на одну причину больше.

Тиберий
Ответить, что либо зеленому коротышке или обратиться к кому-либо еще центуриону помешал внезапный шум, связанный с тем, что у латницы случилась натуральная истерика и она принялась портить Черного Рыцаря еще сильнее, а затем зачем то бросилась списаться бегством. Тиберий Темнейший в беспомощном и растерянном жесте вытянул ей в след руку с растопыренными пальцами. Впрочем, через мгновение та сжалась в сердитый кулак.

- Контракт анулирован.



Сжать кулак, на проверку, оказалось несколько сложнее, чем римлянин изначально предполагал. Не слишком сложно, но ощущение было таким словно он схватил не воздух, а горсть спелого винограда и для того чтобы ее раздавить, пришлось приложить некоторое усилие, что возможно делало жест не таким максимально быстрым как хотелось бы, но тем не менее весь процесс не занял и секунды. Беспомощно содрогаясь в конвульсиях тело наемницы осело на пол, а подоспевший костолом, кажется не заметив что ему решили помочь, выдернул из своей голову топор, тут же применив для того чтобы расколоть голову обидчицы. После чего вновь уставился на своего владыку взглядом чем-то очень отдаленно напоминающим глаза пса, только что принесшего хозяину палку.

Убедившись в том, что крайне умную мысль о том, что недоумков, которые портят имущество Его Темнейшества нужно срочно приказать побить камнями, Вукс уже успел огласить до того, как очередной недоумок успел попортить полезное тело, гоблин поспешил убедиться так же и в том, что это тело его не стопчет. Попросту говоря - как только бугай ломанулся в ответ на бросок топора, гоблин драпанул в очередной раз за ближайшую колонну, но уже выбирая убежище поближе к выходу.
Чемодан Вукс конечно тащил с собой, не желая бросать такое сокровище. После чего выглянул из-за колонны, в очередной раз дожидаясь, пока дылды-недоумки закончат буянить.

Впрочем, все закончилось быстро, и гоблин ожидающе посмотрел на Его Темнейшество. Подходить снова уже не стал - восславить Владыку он уже успел, нужен будет - позовут, не нужен - под ногами не будет мешаться. А то вдруг на самом деле еще не закончилось? Дылды, они такие.


- Некрозис реаниматио. - Ткнул Тиберий пальцем в свежий труп латницы. - два сапога пара, ей Юпитеру. Сигнифер, приведите действительно насколько это возможно нашу панцирную пехоту в порядок и оденьте на здоровяка шлем. Остальные трупы разденьте, но постарайтесь не очень портить одежду и сложите её отдельно. Кстати, я выяснил как теперь заряжать твой пи-сто-льет. Равно как и назначение остальных игрушек. Объясню чуть позже.

- Зеленый Коротышка, я вроде бы только что объяснил как следует представляться. Имя. Прежнее занятие. Чем можешь быть полезен. Следуй протоколу.


Как только Владыка позвал гоблина, Вукс вновь подбежал, падая ничком и стукаясь лбом об каменный пул.
- Вукс, Ваше Темнейшество! Старый и опытный гоблин Вукс, мое призвание и профессия - служить Темному Лорду!

Зеленая маленькая лапка вновь высунулась из-под балахона с аккуратно сложенной бумажкой, украшенной внушительного вида печатями и кровавой подписью. Не поднимая головы, гоблин раскрыл документ перед Его Темнейшеством.
- Вот договор на службу у Темного Властелина, а вот и верный признак - владение Книгой Темнейшего Зла И Великой Тьмы! - лапка с документом боязно махнула в сторону книги, окутанной тенями - согласно сему Вукс безгранично лоялен Его Темнейшеству, в данном случае - вам, о Владыка! Как Вукс уже сказал, Вукс в совершенстве владеет искусством прислуживания, берется за любое дело, какое Ваше Темнейшество только соблаговолит Вуксу поручить, конечно, в меру своих слабых сил и скромного ума. Вукс всего лишь тупой гоблин, Ваше Темнейшество - печально вздохнул Вукс - но гоблин старый и опытный, а если вы уже слышали, то бывают старые гоблины, и бывают глупые гоблины, но не бывает старых и глупых гоблинов. Не доживают-с, наша служба крайне опасна и трудна. Сами понимаете, Ваше Темнейшество, чуть что не по вам - прикажете камнями побить, али шкуру на барабан натянуть, али дотла сжечь, а то и...
Вукс содрогнулся.
- Заставите учить детей грамоте. Страшная пытка, Ваше Темнейшество, лучше уж камнями и шкуру на барабан. Вукс знает, Вукса уже заставляли. Потому Вукс знает, как угодить Его Темнейшеству, а если не получится - то и загладить свою вину.


Тиберий
- Хорошо Вукс, будем считать ты принят с испытательным сроком. - Усмехнулся кривлянию забавного коротышки Тиберий. - Итак, вот тебе твое первое задание: Сдай Сигниферу украденный чемодан и получи на замену ему красивый костяной ножик. После этого, видишь воон ту женщину с котлом, я хочу чтобы ты вылил его содержимое в каком нибудь дальнем углу, протер его тряпкой и аккуратно собрал в него всю ее кровь разлив как можно меньше. И не волнуйся, мешать этому она этому процессу не будет. Все понятно?


- Как прикажет Ваше Темнейшество! - гоблин тут же убрал документ назад во внутренний карман балахона, без особых сожалений допер тяжелый чемодан до указанного Владыкой дылды - получите, Его Темнейшество приказало Си-фи-ли-фе-ру выдать чемодан, поменяв его на костяной кинжал.

И Вукс с грохотом уронил чемодан на пол, демонстрируя то, что чемодан-то - вот он. После чего требовательно протянул из-под балахона лапку в ожидании кинжала, намекая, что с места не сдвинется, пока не получит ножик.


- Это потрясает. - Кратко заключил Мракус поднимаясь с того места где занимался разбором доспеха. Так же скупо он прокомментировал и смерть наемницы: - Досадная потеря кадров.
Приказ есть приказ, офицер занялся его исполнением. Заковать двухметровый труп, обратно в броню? Да пожалуйста. Упорядочить имущество - еще лечге.
- Как насчет индейца, наглой мертвой дамы, советского военнослужащего и требовательно пожилого человека? Они удостоят нас чести быть в нашей компании? И вообще мы вроде в месте захоронения. - Маркус еще раз окинул взглядом окружающую обстановку. Кинжал размещенный на поясе, Маркус безе вопросов передал существу и сделав задумчивое лицо добавил:
- Этот кинжал, имущество Темного Владыки, думаю мне не стоит объяснять что с тобой станет, если ты потеряешь или повредишь его? - помимо этого офицер протянул гоблину самую грязную и бесполезную ткань имевшуюся в наличии. А затем принялся за краткую полевую инвентаризацию содержимого чемодана, раздачу боекомплекта(запрос охотницы на возвращение стрел) и предоставил трость для пожилого темного властелина.


Тиберий
- Верно мыслишь, паренек. - Одобрил замечание Маркуса командующий. - Наша будущая армия лежит прямо у нас под ногами. Однако перед этим уладим пару мелочей. Выдай Коротышке костяной ножик из трофеев. После этого, возьми, пожалуйста одежду своего заклятого врага, аккуратно отпори и с нее знаки различия которые тебя раздражают, можешь взять себе для таких задач второй, железный нож, и положи очишенную от вражеской символики форму в котел с кровью после того, как малыш его наполнит.

Закончив с этоц частью инструкций Тиберий Действителтно перешел к тому, чтобы воскресить оставшиеся в комнате трупы. Заодно возмодно это дало бы возможность проверить как с речевыми способностями обстоит у них. Если их можно научить петь простейший марш - они не слишком тупее тех солдат, с которыми ему обычно приходилось иметь дело.


Получив у Си-фи-ли-фе-ра (или Владыка сказал не так? Может и не так, но, увы - Вукс тупой гоблин) короткий ножик с лезвием буквально в ладошку, гоблин спрятал оружие в рукав своего длинного балахона. Как и кусок тряпки, который закинул на плечо на манер полотенца. Избавившись от большого и тяжелого чемодана, смешной зеленый коротышка перестал казаться таким уж нелепым сморчком с грузом больше себя самого. Маленький гоблин во всем пытался походить на своего обожаемого Владыку - то есть был подлым, жестоким и совершенно эгоистичным ублюдком, которому не хватало только росту и силенок.

Поэтому задачка "тихо зарезать повариху" у него не вызывала совершенно никаких проблем, кроме практического вопроса - "как дотянуться до её горла?". Решать его Вукс стал с помощью гоблинской смекалки, попросту говоря - план был такой. Подкрасться сзади, подтянуться, схватившись за юбку - подпрыгнуть и полоснуть жертву по шее, тут же отскочив назад как можно дальше. Пытаться утащить здоровенную кастрюлю в дальний угол гоблин даже не надеялся, емкость была ему по шею в высоту, а весила раза в два больше, чем сам гоблин, зато на то, что оную кастрюлю перевернет сама повариха, падая в конвульсиях - ведь тара стоит прямо у её ног, он вполне рассчитывал.

Бей - беги. Таковы были гоблинские рефлексы.


Поняв, что претендентов побороться за книгу больше нет и Марк может спокойно изучать ее, Армина расслабилась и опустила оружие, засунув стрелу обратно в колчан, а лук повесив за спину. Так, надо вернуть свои стрелы, мертвому громиле они все равно без надобности, а еще очень пригодятся. Но и шага не успела сделать, как тот ожил. Девушка застыла, удивленно рассматривая «новинку». Такой странный, вроде здоровый, а, похоже, безобидный… Ой-ёй! А теперь, похоже, девушка передумала и готова взять свои слова о безобидности этого мертвеца обратно. Как бороться с мертвецами, она понятия не имела, поэтому лишь отступила назад, почти прижавшись к стене и задержав дыхание.

А вот то, что происходило дальше, сначала вызвало у нее недоумение, а потом огромный восторг. Это было так… это было так… мощно-сильно! У девушки аж глазки загорелись. Что бы прямо так, всего лишь вытянуть руку, сжать ее, а при этом сломать шею другому, даже не прикасаясь к нему! Она даже отлипла от стены во время сего процесса, и даже словно завороженная подалась телом вперед, следуя за рукой нового Темного Повелителя, за исходящей энергией. А после словно вскочила и быстро-быстро, только что не бегом, направилась к Марку.

- Милорд, - она притормозила в паре шагов, правда, таких приличных шагов, от него, и, чуть склонив голову перед мужчиной и опустившись, немного согнув ноги в коленях (все-таки Армина была аристократкой и до 10 лет воспитывалась как истинная леди), подобным образом проявляя свое почтение и восхищение, которое легко читалось в ее горящих глазах, произнесла: - Это было великолепно!


Наоми поморщилась. Ей не понравилось, что она вообще фигурировала в речи. Особенно если это речь о убийстве.
- А не проще взять кого-то на улице, а не убивать своих союзников? Я по крайней мере слышала, как там уже кто-то упал. Хотя, лень, да... -


Тиберий
- А, это ты, девочка. - Повернувшись на резкое движение новоявленный темный властелин улыбнулся охотнице со вполне искренней теплотой, а затем перевел взгляд на свою ладонь. - Забавный трюк, да. Мне тоже понравился.

Приглядывая за тем, чтобы мелкий вредитель совсем уж не запорол данное ему задание, Тиберий намеревался использовать ситуацию для того чтобы немного потренироваться в обращении с арбалетозаменителем, при необходимости просто придержав им толстушку, если будет слишком сильно трепыхаться и управлении лишенной одежды и доспехов части нововоскрешенных зомби, подключая их к выполнению задач по чистке и наполнению котла, попутно расчитывая разобраться получше в том, что они из себя представляют и как ими удобнее управлять.


Пока единственная еще живая не сторонница некроманта расходовала время отведенное для того что бы присягнуть или умолять пощадить, Майер лишил форму комиссара знаков различий, эмблем и прочей символики. Оставалось лишь вероятно лицезреть еще одну смерть. В ожидании оной офицер стал рассматривать свое оружие проводя типичное тех обслуживание, стоило подготовить оружие к предстоящим боям, ведь судя со слов Тиберия, он собирает армию, а оные собирают для войны.

Наоми и сделать ничего не успела, как что-то начало держать её на месте, не давая сдвинутся. Жутко? Жутко. И кажется, это последнее, что она чувствует перед смертью... Ну кроме болезненных ударов кинжалом или взрыва головы или ещё посмертной фигни.
- Владыка. Наши цели совпадают, но моя не столь грандиозна, как ваша. Я не влезала в битву, потому что просто не умею этого делать. Возможно я кажусь сейчас бесполезной, но кто лучше меня будет готовить ингредиенты для наших ритуалов? -
На её лице появилась лёгкая ухмылка.
- Позвольте мне доказать свою полезность и я не подведу. Добывать кровь я умею мастерски. Как видите, оружия у меня никогда и не было и вы ничего не потеряете, дав мне шанс. Кстати... -
Наоми обратилась к гоблину.
- Суп нельзя разливать на пол. Рецептура его такова, что он станет бесполезным при смешивании с чем-то. Не делай этого... -
Внезапно, на её лице можно было увидеть печаль. Видимо, за судьбу еды она беспокоится почти также, как о себе.


Воспользовавшись своим правом не дослушивать длинную предсмертную речь до конца, Тиберий сжал руку, попытавшись аккуратно подержать повариху, что стоило признать, оказалось куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Не похоже было, что проклятье работало создавая невидимую руку или что-то вроде того и даже при самом аккуратном обращении, лучшее чего удалось добиться, это заставить жертву бухнутся на колени, пронзительным визгом резанной свиньи взвыв от боли. Быстро избавить от страданий поварих одним взмахом ножа у подкравшегося к ней сзади Вукса, не удалось. Стоило признать, что костяной кинжал, был куда больше полезным талисманом, нежели боевым оружием и зарезать кого-то было бы куда проще кухонным ножом. В прочем, вид крови стал для тетки кажется последней каплей и та благополучно потеряла сознание к счастью для себя.

За сим можно было переходить к полному проб и ошибок процессу поднятия очередной части пока еще не армии, но уже отряда. Точнее, сама реанимация работала идеально, и все как свежие, так и покоившиеся тут уже хрен знает сколько времени трупы, начали двигаться без особых проблем. Хотя, стоило и заметить, что первые делали это существенно лучше. Практически окаменевшие мумии зрелище из себя представляли не самое впечатляющее, сгибая свои конечности с явным трудом. Хотя, в плюсы пожалуй можно было записать то, что они были солидно так прочнее.

Последующие эксперименты также выявили, что основным методом командования зомби является вербальный, а длинная приказа и качество его исполнения имеют ярко выраженную обратную корреляцию с пиком в области минимальных значений. Проще говоря, идеальными показали себя приказы блинной в одно слово, при необходимости с указанием направления рукой. "Иди", "Бей", "Принеси" и в таком духе, а вот с "принеси камень", не говоря уже о "подними левую ногу" наблюдались существенные трудности.

Хорошей новостью было то, что мертвяки были хоть и существенно тупее табуретки, но с дисциплиной и необходимостью мотивации проблем у них не возникало. На сколько Тиберий мог судить по невыразительным выражениям морды лица, выполнять приказы хозяина им доставляло удовольствие, а невозможность их понять, напротив вызывала печаль. Кроме того, данные болванчики, кажется были в определенной мере то и обучаемы, то ли поддавались дрессировке было более правильно сказать. Потыкав несколько раз рукой в булыжник, повторяя "камень" с последующим требованием "камень принести" дало результат положительный, но не долговременный, и спустя минуты так три значения слова"камень" пришлось объяснять снова. Еще одной палочкой выручалочкой был приказ "повторяй" с тычком в сторону того, чьи действия следует имитировать, с помощью которого труп можно было заставить шеркать кастрюлю тряпкой следуя примеру Вукса или делать еще какую-нибудь простую работу, но на этом кажется было примерно все. Приходилось признавать правоту своих ранее высказанных слов о том, что волшебная книжка, к сожалению не решает все проблемы. И если пехотинец или чернорабочий из зомби в целом еще выходил, то надежды на то, что они смогут выполнять и функции младших офицеров не было примерно никакой. С пением, к слову говоря, тоже наблюдались некоторые проблемы как и с речью. Точнее, говорить зомби теоретически могли, но добиться от них даже отдельных слов было довольно таки сложно, а походный марш в их исполнении имел свойство сливаться в монотонное замогильное завывание, которое пожалуй не было таким уж плохим результатом, особенно если стояла задача деморализовать вероятного врага.

Изготовление малиновых штанов же, четко следуя указанной рецептуре, прошло без неожиданных проблем. После того как суп был вылит, образовав пурпурную лужицу, постепенно разъедающую гранитный пол и источающую чудовищное зловоние, кастрюля очищена, а кровь кухарки в нее слита. оставалось лишь кинуть туда бывшую советской форму и прочитать длинное и довольно бессмысленное заклинание, в отличии от "боевой" магии, на этот раз тихим, едва различимым шепотом себе под нос. По завершению процесса, вся слитая в кастрюлю кровь была буквально впитана тканью, придав той темно-багровый цвет.

Офицер снабжения со странным названием должности, которое он старательно пытался не забыть, тем временем мог порадоваться, впервые за необходимость этим заниматься, тому, что латы были тем еще пазлом и задача их снять наверняка бы заняла несколько часов. А посему, в рамках восстановления изначального статуса, достаточно было застегнуть обатно пару ремешков и напялить шлем, возможно перед этим также перетянув голову какой-нибудь веревкой чтобы из щели в оной не вытекали о всей видимости теперь уже не слишком нужные остатки мозга. желательно, при этом действуя ОЧЕНЬ осторожно, ибо в отсутствии системы свой-чужой у этого громилы он уже успел убедиться, а то какой уровень воздействия тот будет считать актом агрессии был очень актуальный вопрос. К счастью, пока вроде обходилось...

Что же касается пистолета. Загляни Майер в магазин чуть по раньше, его бы ждал серьезный такой шок. А сейчас же, то что в место патронов в магазине наличествовало семь костяшек скорее всего от человеческих пальцев, уже не производило существенный эффект. Как именно оно стреляло, в прочем, по прежнему оставалось загадкой. Точнее, понятно было, что кость вылетала в ствол, но сила которая ее туда толкала явно не описывалась привычной земной физикой. Магия, что сказать.

Убедившись, что все идет по плану, Примпил Тиберий, или возможно в данном случае уже Тиберий Кровавый, начинающий темный владыка на испытательном сроке, намеревался, если этому не будут препятствовать более срочные дела, переодеться из своей кожаной юбки в более привычный глазу окружающих наряд из штанов и кителя, довершив оный трофейным головным убором его прежнего владельца, переносом на место удаленной символики неизвестной армии своих регалий с парадного доспеха и меховым плащом, реквизированным у черного рыцаря котором тот был уже без надобности. Таким образом, зачарованному в крови предположительно (с такой то внешностью) девственницы костюму начинающего темного властелина планировалось придать более менее приличный градус солидности.

Если же возвращаться от вопросов моды к более практическим, то и тут центурион действовал достаточно быстро, но при этом собранно, обильно награждая соратников вниманием вместе с прилагающимися к оному ценными указаниями.

- Так, девочка. – Начал он с охотницы. – Во-первых, ты теперь Иммун Ливари, или потому что мне так привычнее и понятнее. В переводе с легионерского, это означает специалиста с повышенным жалованием. В твоем случае – разведчика. Я видел, как ты двигаешься и полагаю, что с разведкой у тебя никаких проблем нет? Если так – то очень хорошо, потому что мне нужен человек, который о-о-очень аккуратно сходит наверх, и разведает что к чему. Постарайся собрать побольше информации, при этом создав поменьше шума. Если увидишь кого-то из убежавших, выглядящими растерянными и неопасными – постарайся привести их сюда, они могут быть полезны. В первую очередь это касается похожего на разложившийся труп парня с гробом. Он выглядел как существо, способное помочь нам изучить возможности наших «новобранцев». Если встретишь одинокого местного жителя и будешь иметь такую возможность - постарайся взять его в плен и доставить сюда, нам очень не помешал бы источник информации. Но в любом случае, самое главное - постарайся не рисковать, не подымать шума, не попадаться на глаза и вернись живой и здоровой. Вопросы?

- Сигнифер. – Перешли к бывшему члену ананербе, для которого опыты по изучению живых мертвецов в качестве альтернативной пехоты, как минимум не были шокирующей идеей, что делало его весьма полезным специалистом как минимум в плане отсутствия у него предрассудков по поводу внешнего вида и специфики работы. – Чемодан который отдал наш маленький друг – это источник бесконечной писчей бумаги и письменных принадлежностей. Вверяю его твоим заботам, будь добр изучи его функции и используй для того чтобы составить опись имеющихся у нас ресурсов. Никогда нельзя недооценивать того, как важно отслеживать оные. Так же, если есть какие то просьбы, жалобы или предложения, любого рода, я буду рад их выслушать. Инициативные офицеры всегда в цене.

- Что касается боеприпасов, для твоего… костемета, полагаю, Гастат Вукс согласится помочь нам в серии экспериментов, связанных с тем, что ему придется отрезать с наиболее старо выглядящих зомби по мизинцу с каждой руки. В процессе чего, я буду запрещать им двигаться, либо обозначать им коротышку как союзника, либо запрещать его атаковать, либо пытаться передать командования над одним или несколькими из них тебе, а и подобные приказы будешь озвучивать уже ты. И посмотрим в каких из случаев это сработает, а когда они на подобные действия будут обижаться. Гастат Вукс, ты же я так понимаю не против?

- И еще один момент, Гастат Вукс. – Поднял палец вверх, призывая ко вниманию к сказанному старший центурион. – Обо всех странных и интересных эффектах владения вверенным тебе для использования костяным ножом, будь то голоса в голове, либо непривычные ощущения, самостоятельно движущиеся части тела, либо что-либо еще я приказываю докладывать незамедлительно и точно. Вопросы, жалобы, предложения?

Продолжив тему использования артефактов, трость, принадлежавшую павшему жертвой костемета старику, Примпил трогать руками отказался и вообще попросил обращаться с ней поострожнее, ни в коем случае не роняя и выдать оную в качестве основного оружия заключенному в черные доспехи Зомби Рыцарю, после чего, выбрав из ветхих зомби того, которого поменьше жалко, приказать тому протестировать это оружие на оном, проверив попутно и боевые свойства артефакта и достаточный ли уровень защиты владельца обеспечивают доспехи, чтобы тот не портился при его использовании. В первоначальном плане должна была использоваться колонна, но недавние действия синекожей девицы показали, что активно портить оные было не слишком хорошей идеей, а запас зомби у них теоретически был весьма большой.

Топор при этом предполагалось вернуть немного подпорченной, но все еще годящейся на позицию запасного латника Глебет, у которой предполагалось изъять обратно свою трубку для курения массагетского зелья, которого, к счастью осталось еще больше половины кисета. А что касалось висевшего у нее на поясе длинного меча, Примпил намеревался предложить Сигниферу взять тот себе, если оный умеет им пользоваться, или в противном случае просто отправить его «на склад» до тех пор, пока он кому-либо понадобится.

Альтернативной идеей было попробовать выдать ему выглядящему наиболее крепким и сохранившимся зомби. Здесь же всплывал небольшой план по части проверки того, сохраняется ли у зомби часть имевшихся при жизни навыков, заключавшаяся в том, чтобы последовательно выдавая железный нож Индейца сначала ему самому, очевидно умевшему пользоваться оным весьма неплохо, а потом зарезанной им даме, застреленному старику и обескровленной кухарке, которые не выглядели особо хорошими фехтовальщиками, проверить будут ли они использовать оный на служащих тренировочными болванчиками «зомби подряхлее» с одинаковой или разной эффективностью.

В дальшейшие план на жизнь так же входила реализация предложения маленького зеленого прихлебателя относительно создания на полу склепа, в том месте, где она не будет мешать, но достаточно больших чтобы теоретически оной хватило на все кладбище реанимационной пентагроммы посредством нанесения узора разлитой на полу кровью. С поправкой на то, что завершать изображение полностью Примпил не собирался, предпочитая остановиться на той стадии, когда с одной стороны закончить пентаграмму можно будет добавлением одного символа или парой необходимых штрихов, после чего ее можно будет быстро использовать в критической ситуации. Но при этом, незаконченность пентаграммы должна была предотвратить «случайный спуск» оной, что могло бы привести к довольно неприятным последствиям вроде слишком стремительно развивающихся событий, в ситуации, когда информации все еще слишком мало, чтобы совершать взвешенные поступки.

В рамках исправления последнего, Тиберий, который разумеется, как и всякий грамотный управленец и просто пожилой человек с больными суставами сам работать руками не собирался, и задействовал для этого по мере возрастания сложности и ответственности задачи зомби, для максимально простых действий, Вукса, для работы слишком сложной для зомби, но все еще не слишком критичной к случайным или специальным ошибкам, а просто нудной, тяжелой или неприятной, а так же для того, чтобы сделать из него эрцаз-клише, которое можно было бы приказать оным повторять, и соответственно Сигнифера, для тонкой работы и решения ответственных задач, сидя на сделанной из куртки Индейца противогеморойной подушке на каменном троне неправильной конструкции продолжал листать книгу.

То, что она не решала все проблем, и скорее всего могла и наградить заодно новыми, ибо многие знания редко приходят без новых печалей было само собой разумеющимся фактом, но тем не менее, это был не повод для того, чтобы не изучить ее содержимое, максимально расширив доступный ему арсенал, до того момента, когда тот срочно понадобится ему для тех проблем, которые магия все-таки решает.


После того, как задача по убиению поварихи и сбору её крови была выполнена - в основном, слава Владыке, силами зомби, которым Вукс показывал движения, делая вид что он оттирает невидимую кастрюлю, чему гоблин был несказанно рад, поскольку данный "котелок" по росту был ему равен, а по объему и весу так и откровенно превышал, гоблин с радостью, написанной прямо на клыкастой зеленой харе, скрытой все тем же балахоном, выслушал новое распоряжение Его Темнейшества.
- О Великий Владыка! - бросился Вукс в очередной раз под ноги, отбивая лоб об пол.
Или пол об лоб? Гоблинская кость была сама по себе прочной, а за долгую службу различным Владыкам Вукс набил у себя на лбу трудовую мозоль такой толщины, что от поясных поклонов со всего маху пол мог пострадать куда сильнее.
- В своей несказанной злобе, бесконечном садизме и безграничной жестокости Ваше Темнейшество, безусловно, не просто так заставило маленького гоблина пытаться убить эту повариху самым тупым ножом из всех, которые имелись у Ваших слуг, но Вукс в своем скудоумии нижайше умоляет пояснить, является ли ваше последующее распоряжение пожеланием сломать этот кусок кости об пальцы зомби, или же Вы просто так желаете подвергнуть Вукса жесточайшим пыткам за оплошность в выполнении приказа, который ваш маленький и слабый слуга выполнить не в состоянии? Ведь если бы Вы пожелали, чтобы Вукс на самом деле отрезал пальцы у мертвяков, Ваше Темнейшество распорядилось бы выдать нож, которым можно резать! Вукс не ропщет, он привык к тому, что Темный Властелин выдает на первый взгляд совершенно бессмысленные и невыполнимые поручения, единственное истинное назначение которых - радовать Ваше Темнейшество зрелищем мук Ваших верных слуг, ведь вся Темная Империя существует исключительно ради того, чтобы услаждать прихоти Вашего Темнейшества!


- О, а ты проницательный малый, верно? – Не без изрядной доли иронии, которая впрочем была не лишена и своеобразного интереса ответил преданному миньону владыка. – Конечно, не случайно. И почему сразу жестокие пытки, речь ведь идет исключительно о старых добрых кровопролитии и расчленении, а не скажем о грамматике, не так ли? Не волнуйся, о мой верный Гастат Вукс, чуждый предрассудков и сарказма который твой мудрый владыка все равно не был бы способен заметить, если самый тупой из всех ножей, что имелись у моих слуг таки сломается о пальцы зомби в руках у вернейшего из наших слуг, но подчеркиваю, не потеряется, ибо терять его я тебе настоятельно не рекомендую – я так и быть позабочусь о том, чтобы он получил новый. Но не раньше.

- Впрочем… - Сменил гнев на милость Тиберий, изрядный знаток толка в том, чтобы отправлять новобранцев красить траву в зеленый цвет и подметать казарму лишенным прутьев древком от пилума. – Поскольку, полагаю, что Сигнифер возможно захочет получить фаланги пальцев целыми и относительно быстро и по счастью именно он отвечает за наше материальное обеспечение, думаю, ты можешь попробовать договориться с ним на счет того, чтобы он выдал тебе для выполнения этого задания что-нибудь более острое и не беспокоить меня из-за таких мелочей. Еще вопросы?


Вукс
- Слава Владыке, Гнуснейшему И Подлейшему В Своей Бесчеловечности! - завопил гоблин, дав понять, что вопросов у него больше нет, и, не желая поворачиваться к Его Темнейшеству задом, бодро начал пятиться задом, не отрывая морды от пола
- Слава Тьме! Слава Темным Богам!
Вопить славу и пятиться Вукс мог долго. Это тоже было совершенно нормальным для гоблина, который хочет прожить больше чем один день на службе у Повелителя.

И лишь дождавшись, пока Его Темнейшество отведет взгляд от своего миньона, Вукс вскочил, дабы Владыка не решил чего прочего, что его прислужник медлит с выполнением данного ему поручения. Подбежав к самому старому из всех зомби - а именно, к телу кухарки, гоблин бодро начал отпиливать у тела мизинец костяным ножом, стараясь попадать в суставы между фалангами. Если Си-фи-ли-фе-ру что-то нужно будет от Вукса, он и сам до него донесет ножик поострее.

Если же окажется, что костяной нож окончательно отказывается резать (или отпиливать?) пальцы мертвой поварихе, Вукс собирался вспомнить о том, что Его Темнейшество обещал передать ему зомби-исполнителя. Мертвая девка с топором вполне сойдет, топор должен хорошо рубить пальцы. А уж Вукс постарается показать, как именно и что рубить. Делать вид, что рубит, не имея ничего в слабых лапках - такой рабочий процесс ему нравился.


Количество мертвых как минимум раза в два, а то и три, превышало количество живых, что в адекватных людях вызвало бы страх и ужас. А вот Рейхсфюрер вероятно готов бы бы отрезать себе руку за возможность поменяться с Майером местами, и другие части тела, если речь зашла бы о Тиберии. К счастью Маркус оставался адекватным и вероятно самым опытном(в виду обстановки) в мире сотрудником Аненербе, потому проблем с мертвым, паранормальным, волшебным и магическим не возникало.
Когда же Тиберий приказал форму комиссара утопить в кровавом чане, унтерштрумфюрер решил было что грядет призрак коммунизма, но итог оказался более очевидным, чем он сам успел себе надумать.
- Солидно, - утвердительно произнес СС-вец, а затем с задумчивым видом добавил: - Сообщите мне, если вдруг захотите строить коммунизм. (Было чертовски сложно определить шутит Маркус или говорит серьезно, по крайней мере звучало это обыденно. Шутку про, то что Тиберию стоило бы обриться налысо и прилечь отдохнуть в ближайшем саркофаге, немец благоразумно оставил при себе)
- Так же, если есть какие то просьбы, жалобы или предложения, любого рода, я буду рад их выслушать.
Офицер слегка поклонился Тиберию:
- Маркус рад осознавать, что справедливый владыка всегда готов услышать своего верного слугу. И когда оный сочтет свои мысли, идеи, предложениям и жалобы достаточными мудрыми, что бы господин внял им, то непременно их озвучит, - закончив с речью солдат и вправду принялся за изучение чемодана, его содержимого и тактико-технических характеристик этого вероятно не боевого, но от того не менее полезного артефакта и его составляющих.
Касательно ситуации с костяшками пальцев Маркс сделал разумное(как ему кажется замечание) что желал бы получить два пальца отрезанными костяным ножом, остальные - обычным. И в целях эксперимента, один скажем безымянный, вместо мизинца(отрезанный обычном ножом, который он выдал недалекому зеленому приспешнику)
Помимо этого Маркус не задавал много лишних вопросов и исполнял приказы согласно задумке восходящего императора. Испытания зомби были интересны и немец подходил к ним ответственно и осторожно. Была даже высказана мысль о том, что следовало бы провести испытания жезла почившего старика на специально созданном полигоне, учитывая что сам Тиберий отказался брать его в руки, а Маркус благоразумно одел извлеченные из плаща кожаные перчатки. Впрочем если владыка решит что нужно тестировать здесь и сейчас, ариец укроется за дальней от места испытания колонной.
Закончив же по итогам с пентаграммой и иными поручениям которые возникнут в ходе ближайшего времени или же в свободных от них перерыв вести записи. Чем раньше начинаешь вести записи - тем лучше, тем меньше потерь и не стыковок, это Марк знал точно.


Получив ответ от предположительно самого компетентного офицера Ананербе на этой планете, Тиберий подозрительно покосился вслед спещащему от трона гоблину и что-то невнятно пробормотал про "заразность этой хрени". Впрочем, данный период острой задумчивости длился недолго и прошел довольно бесследно, смегившись в свою очередь его привычным бодрым и слегка саркастичным тоном.

- Я старый и не очень грамотный человек, а потому не знаю что такое этот твой копрунизм, парень. - Проворчал милорд, потыкав для проверки в вымоченную в остатках впитавшейся в форму крови Фуражку кинжалом и сделав вывод, что шлем из нее конечно хреновый, но за неимением лучшего, та теперь могла бы сойти за небольшой щит. - Поэтому собираюсь строить Империю. Это, надеюсь, тут никого не смущает?


Армина
- Надеюсь, у Милорда таких трюков в запасе много-много, - продолжая восхищенно смотреть, ответила девушка. И тут же задумалась, наверно, не мешало бы какую-нибудь сумку сделать ему, чтобы книгу можно было бы с собой все время носить и при этом руки были бы свободны, когда будет принято решение покинуть склеп. Но, впрочем, это можно сделать будет и потом, наверняка у Владыки уже есть для нее более важная работа. И в чем, собственно, не ошиблась. Вопросов у нее не было, ведь он поручил ей то, что ей и раньше больше всего нравилось, не смотря на опасность, ведь мало ли кто, или что, может поджидать «за кустом». Крадешься себе тихо во тьме, шпионишь, ты видишь, а тебя нет. А потом неожиданно появиться из засады и цап! Самый любимый момент в охоте. Возможно, поэтому она и была одной из лучших в этом деле. Ведь кто-то этим занимается, потому что нужны деньги, как говорится «не от хорошей жизни». А она этим занимается, потому что это для нее и есть жизнь, призвание, зов сердца. Но, что больше всего порадовало новоявленную Иммун, так это то, что Повелитель переживает за нее, приказывает вернуться живой и здоровой.

- Вопросов нет, - уже серьезно ответила девушка. И, подозрительно покосившись на отряд мертвецов, спросила: - А они точно не нападут? Мне бы не хотелось закончить как она, - Армина указала на латницу, точнее на то, чем она сейчас уже была, поежившись при этом. – Как она… - охотница в этот момент застыла, а потом резкий порыв, и она встала близко, хоть и не вплотную, к Тиберию, - я постараюсь, очень постараюсь вернуться живой… Но прошу Вас, пообещайте, если я умру, не сотворять такое с моим телом. – Ее дыхание в этот момент стало прерывистым, а сердцебиение участилось. Похоже, мысль о том, чтобы превратиться в тупую марионетку, ей действительно внушала тихий ужас. Но на смену этой мысли пришла другая, которая ей шептала, что, скорее всего, сейчас она переходит границы дозволенного, да и, можно сказать, отказывается услужить после смерти. И к этим двум борющимся между собой мыслям, присоединилась третья, которая, похоже, перевесила остальные, будто она посмотрела в этот момент на себя со стороны. В этой просьбе она выглядела жалкой. От чего ей стало противно от себя самой. Как она вообще могла себе позволить такое?! Импульсивность порой с ней играет злую шутку. Армина сделала шаг назад, чуть присела, легко склонив голову, а затем выпрямилась.
- Простите, я позволила себе лишнего.


Тиберий
- Если не бить их топором, то вроде бы не должны. - Честно пожал плечами темный владыка, почесав в затылке и продолжил с интонацией, не дающей толком понять, шутит он или серьезен. - Не волнуйся, девочка. Если ты не вернешься живой и здоровой, то твой труп мы вряд ли вообще найдем. Что, конечно, будет ужасной потерей которой хотелось бы избежать.


Армина
- Благодарю.
Ответ успокоил ее, как бы он не прозвучал. И как бы странно не было то, что подобное может успокоить. После этого она развернулась и направилась к выходу. Хотя, нет, по пути она все же решила подойти к Сигниферу Маркусу, чтобы забрать свои стрелы. Вроде бы всего лишь стрелы, но это ее стрелы, а значит, она хочет, чтобы они были у нее. А вот уже после этого, уже направится к выходу. Подойдя к двери, она остановится и начнет ее рассматривать, открыта ли она, закрыта ли, насколько плотно и каковы шансы ее тихо открыть и выскользнуть незаметно, а тогда уже будет думать, как действовать дальше. А еще может сначала прислушается, может там за дверью кто-то притаился. Но если будет возможность выскользнуть незаметно, не привлекая внимания тех, кто снаружи, кем бы они не были, она это сделает, и сразу постарается спрятаться, а потом начнет разведку.


- Боюсь тех, кого это смущало, с нами больше нет, - оглянувшись по сторонам Майер добавил:
- или же это их больше не смущает, если их вообще, что-то способно теперь смутить.
Трогательная сцена с явлением хрупкой и беззащитной, в которую стоить признать Маркус не спешил верит,ь закончилось требовательным взглядом.
- Конечно, миледи. Я сделал все возможное, что бы извлечь их неповрежденными и к счастью для всех нас и меня в частности, это было до того как малыш Саймон получил серьезную черепно-мозговую травму, - передав в распоряжение хозяйки ее имущество, Маркус снял так же с пояса ножны с покоящимся в нем мечем воительницы.
- Возможно это пригодиться. Если даже ты не самый лучший фехтовальщик на родине. Я бы дал тебе кое-что еще, но к сожалению это только для меня. - последние слова Маркуса закончились улыбкой, самой фальшивой на свете.


Армина взяла стрелы, осмотрела их и улыбнулась. Правда, улыбнулась она, все еще смотря на стрелы. Отношение к вещам этого мужчины ей пришлось по нраву. Пока они на одной стороне, оружие ему доверить можно. Но говорить этого она, конечно же, стала. Как и брать меч.
- Я владею мечом, и очень даже не плохо, - ответила, убрав стрелы в колчан. - Он тяжелый и длинный, в разведке он мне будет только мешать, если повешу на пояс, а на спине мне лука с стрелами хватает.
Похоже, любопытство с ней тоже играет злую шутку. Девушка скептично посмотрела на немца.
- Мда? Но ведь даже при этом сказать-то можешь что это? Али на столько это личное, что стесняешься?
Перекидываться язвительными шуточками, по крайней мере сейчас, в ее намерения не входит. Так что выслушав ответ, отреагирует в своей манере и пойдет, куда и собиралась.


Мракус
-Верю, что ты вернешься целой и невредимой, а значит оно тебе не понадобиться, - отступил офицер, бросив взгляд на Тиберия Кровавого. Похоже было что Сигнифер взвесив все за и против, решил не вдаваться в подробности. В конце концов то был подарок от самого Гимлерра, а даренное как известно не дарят.


Таким образом, вскорости новый Темный Владыка и его приближенные перешли к практическим тестам снаряжения и пехоты для выявления возможностей и ограничений оных. Если же начинать с трости, то как выяснилось, особые опасения по поводу оной были пожалуй напрасными: как выяснилось, при достаточно сильном ударе, оная производила что-то вроде вспышки пламени, похожей на то, что бывает когда кто-то зажигает огниво на торфянниках. При чем довольно направленной по вектору удара, таким образом, нанося противнику явно больше вреда, чем самому использующему, при правильном применении, разумеется. Конечно, совсем уж безопасной эту штуку назвать было нельзя, но доспехи черного рыцаря явно были более чем достаточной защитой. Что же касается мощности. айер мог бы заметить, что она существенно ниже чем у ручной гранаты, скажем, и к тому же не содержит поражающих элементов в виде осколков так что радиус поражения в лучшем случае был метра так полтора-два, но эффективность против сухих мертвяков, тем не менее, была довольно таки высокой: после первого удара, сухая мумия вспыхнула словно факел и потеряла равновесияе, а второй окончательно сбил оную с ног, и кажется лишил остатков не жизни. Похоже, огонь против зомби бл существенно эффективнее чем колюще-режущие инструменты.

Что же асается навыков владения оружием, здесь впрос был несколько более размытым. С одной стороны качество трупа явно играло роль, но в тоже время, похоже, это относилось куда больше непосредственно к физической форме оного, нежели к знаниям и умениям владельца. Возможно, мышечная память, тож играла некоторую роль. По крайней мере, индеец с ножм, показывал результаты не сильно превосходящие того же застреленного старика: оба в основном просто тыкали оружием довольно таки наобум, однако, по скорости и силе ударов они явно превосходили толстю кухарку. Общее впечатление, в прочем, было пожалуй не самым лучшим и у легата начала складываться мнение, что данным товарищам лучше выдавать что-то что в использовании будет попроще меча. Например, старую добрую дубину.

Далее шло запланированное отрезание мизинцев, которое, как показали попытки зеленого коротышки так или иначе отделить от тела поварищи похожий на сардельку мизинец, наиболее эффективно проводить сначала заставив мертвяка сесть на шпагат, распихивая его ноги в разные стороны, а затем уже, огда куку можно будет положитьна каменный пол, рубить палец, стукая булыжником по тупой кромке костяного ножика. С железным же дела явно были существенно проще, учитывая что тот был довольно таки острым. Точнее, были бы проще, если бы вместо первоначального "стоять", расчленяемым не стали бы отдавать более сложные приказы, а которых них кажется немного не хватало мозгов. Итоги же данного эксперемента были примерно следующими: во первых, наиболее эффективным методом скомандывать зомби что-то не делать было старое добное "фу" или какой-нибудь еще его аналог, повторяемый каждый раз, когда мертвяк про предыдущую команду забывал, то есть довольно таки часто, а называть зеленого коротышку союзником и вовсе было бесполезно, видимо то ли по той причине, что ходячие трупы не знали то ли этого слова, то ли не считали что союзник отрезающий тебе пальцы продолжает оным быть. Зато, несколько странный процесс передачи командования офицеру Майеру, заключавшийся в том, что зомби, получив соответствующую команду сначала обнюхивал своего командующего офицера, а затем производил голосовой сигнал, символизирующий о завершении процесса. Последний к слову, довольно различался, чаще всего это быо просто удоволетворенноу утробое мычание, но более свежие трупы, кажется иногд пыталиь выговоритькакое-нибудь слово, в результате чего, майер мог испытать всю гамму чувств, возникающую когда его, в прошлом офицера СС, называет "мамой" советский офицер. Хорошо хоть тоже бывший.

Что же качается непосредственно самого фукса, к счастью посчитавшего, что портить вооруженную панцирную пехоту будет плохой идеей, то он умудрился серьезно не пострадать, даже когда несколько мертвяков явно проявили к нему недружелюбные намерения. От части потому что те были не слишком ловкими, от части потому что их все же вовремя остановили и пару раз благодаря кажется какому-то странному голосу прямо над ухом, в последний момент предупреждавшему гоблина о том, что ему пытаются откусить ухо или еще какую-то часть тела. Таким образом уделив еще некоторое количество времени тому чтобы очистить пальцы от плоти, ими можно было пополнить боезапас и приступать к тому чтобы рисовать на полу большую пентаграмму.

Майер в тоже время разбиравшийся с чемоданом на против был несколько озадачем тем фактом, что оный упорно не хотел выглядеть волшебным. Чемодан как чемодан, вполне одходящий учительнице чего-то там. Учебник английского языка, тетради, в том числе и общие в ассортименте, ручки шариковы разноцветные, с упором в сторону красных. Карандаши, линейки, готовальня с циркулями, прочие мелочи вроде степлера, коробочки скребок, канцелярского клея, баночки туши, перьевых ручек, не иначе как для заполнения грамот и прочих торжественных документов. Картона к сожалению не было, нообложку от учебника учитывая его бесполезность пожалуй можно было приспособить. Так или иначе, восполнять вытащенное из него содержимое кейс не торопился и начало возникать подозрение, что темный владыка ибо таким образом пошутил, либо процесс это не быстрый и займет хорошо если пару дней или хотя-бы неделю.

Что же касается Армины. То поднявшись по ступеням, та могла обнаружить, чтодверь в склеп прикрыта, по всей видимости теми кто сбежал из него раньше. И судя по доносящимся из-за нее голосам, те все еще поблизости, но уже собираются в скором времени куда-то идти и что-то деать, что ставило хороший вопрос. Стоило ли позволить им убраться по собственным делам прежде чем идти на разведку, или, скажем, наприммер одолжить у Его Темнейшества его черного рыцаря, чтобы выбить эту плиту, и привлечь к себе внимание для дальнейших переговоров.



Тиберий Кровавый.
- Ага, вот оно как… - Наидовольнейшим образом отметил тем временем листавший книгу владыка, наткнувшийся очевидно на что то интересное.

После чего, потрушившись таки поднять зад с трона, Тиберий Кровавый воспользовался своим кинжалом, чтобы проколоть до крови палец, начертить им что-то в книге и прочитав короткое заклинание недрогнувшей рукой отправить ту в горевший посреди склепа волшебный огонь.

- Думаю, это немного упростит дальнейшие возможные проблемы с субординацией. - Фыркнул Примпил, без лишних разговоров приступая к дальнейшим частям плана.

В частности, если ничто этому не помешает, он намеревался завершить вручную большую пентаграмму и использовать её. После чего, подчиненные должны были получить распоряжение собирать манатки, по мере необходимости используя для транспортировки клади грузовых зомби, и переходить в режим марша. И используя "латную пехоту" в качестве живого щита отправляться на выход. При всех плюсах бесконечного источника тепла и света, сидеть в каменном мешке с одним выходом и падающими На голову каменными плитами дольше, чем это требовалось для получения минимальной полезной информации Тиберий не собирался. И, хотя начинать действовать до окончания разведки было ему не совсем по душе, но полученная информация полсказывала, что и тянуть время, лишая себя преимущества неожиданности тоже было не лучшей идеей.


Армина
- Оу, - ответила девушка на слова офицера, а дальше продолжила так, будто констатировала факт, которые ее немного удивил, но при этом в общем-то имеет место быть, - значит, стесняешься.

Поскольку выбраться незаметно не получалось, а поставленная перед ней задача собственно и основывалась на том, чтобы выбраться незаметно и разведать обстановку, разведчица, послушав разговоры выбравшихся наружу, решила вернуться к Тиберию и доложить обстановку. Вернулась она в тот момент, когда по каким-то неизвестным ей причинам, яблоко раздора летело в огонь. Армина на мгновение застыла, изумленно глядя на улетевшую книгу. Но когда повернулась к Темному Владыке, она уже пришла к выводу, что, наверно, так надо, чтобы не вызывать у других соблазна позариться на нее лишний раз. Да и что-то там про субординацию было добавлено. Не то, что бы она не понимала значения этого слова. Но с соблюдением этой штуки у нее было тяжко. У нее иерархия делилась на две категории: «командир» и «не командир». Первый – один, второй – все остальные. Отсюда и следовала ее убийственная логика, мол, проблемы это определенно не ее, а тех «не командиров», которые решили ей покомандовать. В общем-то это и так скорее всего было видно, по тому, как она разговаривала с Тиберием и с другими.

Доложив то, что она услышала о происходящем снаружи, и выслушав новое распоряжение, она отойдет в сторонку и будет наблюдать за построением и подготовкой к походу. Ведь собираясь в разведку, она можно сказать и так собралась, поэтому считала, что уже готова, и собирать остальные манатки не ее дело. Да и задача у нее была при выходе другая. Она собиралась прикрывать так называемый живой щит, если это понадобится, взглядом высматривать нужных Повелителю беглецов, если те надумают спрятаться, чтобы потом не тратить время и силы на их поиски. А также высматривать, если кто помимо беглецов снаружи прячется, или не прячется, все же до этого был приказ привести, если встретится, местный житель, да и в целом, мало ли какая опасность для них затаилась.


Книга Темнейшего Зла И Зловещей Тьмы полетела в огонь.

Вукс замер там, где стоял, чуть не выронив костяной нож из своей маленькой лапки. Он молча стоял, глядя на то, как пламя пожирает великий артефакт. По морщинистой щеке старого гоблина потекла мутная слеза.


Брошенная в огонь книга, повела себя как и полагалось пыльному фолианту. То есть, не исчезла в пламени в мгновение ока, но тем не менее, стала постепенно чернеть, покрываясь гарью и то, когда от древнего артефакта останется в лучшем случае обгоревшая обложка было в общем-то вопросом нескольких минут. В прочем, уичтожение книги не помешло Тиберию Кровавому как завершить по памяти пентаграмму, так и активировать ее все тем же "Некрозис Реаниматио", после чего... ничего не произошло, что в общем-то было логично, учитывая что в склепе больше не оставалось трупов, за исключением обгоревшей мумии. Похоже, та была не в кондиции для повторной реанимации, или же просто заклинание не работало на один и тот же труп нсколько раз. За сим, пожалуй, можно было отправляться на поверхность.

Сожжении мумии было знаком не очень хорошим, но Майер разумно предположил, что с новообращенными легионерами, дела будут обстоять менее плачевно, все же плоть была свежей. Возможность повелевать оными существами так же была занятной, впрочем Маркус относился к этому с осторожностью, а после тестирования системы, свой-чужой со скептицизмом. Вотум недоверия был объявлен после того бывший советский военнослужащий четко обозначил уровень своего интеллекта.
Пополнение боезапаса не отняло у офицера много времени, а потому он с интересом принялся к завершающим манипуляциям с рунами, и магическими фигурам, строго следуя указаниям владыки, так что полет священного фолианта в пекло вызвал на лице Марка сначала недоумение, затем решительность. Верный Маузер был выхвачен мгновенно и направлен в сторону ближайшего трупа, вторая рука уже тянулась к мечу на поясе... Но вот фолиант догорел, а он все еще жив, и в сути своей ничего не поменялось. Опустив, но все же не убирая пистолет, солдат обошел источник пламени по кругу, пытаясь оценить и понять, является ли этот огонь магическим, и поменялось ли что-то либо в отголосках которые порой он чувствует в магических артефактах.
- Вы же сможете в случае необходимости, призвать, вытащить, не знаю, воссоздать книгу? - нельзя было сказать что именно сквозило во взгляде офицера, но он определенно был взволнован этим пришествием. Осознавая что подобные вопросы могли бы унизить мудрость командующего, сс-вец добавил:
- Я хотел уточнить, считать ли этот объект отныне засекреченной зоной с повышенным требованием уровня допуска? Или же источник вашего могущества в безопасности от случайных посягательств?


Тиберий
- Ну не настолько же я идиот, чтобы уничтожать полезную вещь, в конце концов. – Осклабился главнокомандующий, переходя к процедуре завершения ритуала большого призыва. – Хватит тыкать оружием в наших солдат, паренек, и начинай уже собираться. Источник моего могущества в полнейшей безопасности. Я могу воссоздать книгу в любой момент, а для всех кроме меня она полностью бесполезна. Если не веришь, можешь проверить лично. Голову тебе я за это отрывать не буду, а ты сэкономишь время, которое мог бы потратить на всякие глупости вроде попытки проникнуть сюда ночью с кочергой.
Отредактировано 13.04.18 в 10:57
4

Партия: 

Добавить сообщение

Для добавления сообщения Вы должны участвовать в этой игре.