Ущипните Меня (Sweet Dreams 2) | ходы игроков | When Pigs Fly

 
DungeonMaster Edda
27.03.18 16:00
  =  
*When pigs fly - выражение-аналог русского "Когда рак на горе свистнет"

Есть люди, способные смириться даже с концом света, если только они его заранее предсказали
(Фридрих Хеббель)


«Когда рак на горе свистнет, тогда ты и наденешь форму стюардессы» Джинни считывала эту фразу каждый раз, когда Норма Блэйз, лучшая бортпроводница среди всех сопровождающих международные рейсы, удостаивала ее взглядом. Там, в глубине ее восхитительных, словно рукой художника накрашенных глаз Джинни и находила это уничижительное послание. Словно восклицательным знаком оно заканчивалось насмешливо искривленными губами – это Норма так улыбалась. Не только ей, Джинни.
И за что ей только дали звание лучшей бортпроводницы?! Рядом с ней, под этим испепеляющим нарочито пристальным взглядом у любого пассажира разовьется комплекс неполноценности.

Так или иначе, именно эта белозубая явилась официантке перед сном, окончательно сбив намерение выспаться за оставшиеся до смены пару часов. Кэти снова осталась дома с дочкой и поскольку «у тебя же нет семьи» Джинни пришлось благосклонно согласиться, как бы абсурдно это не звучало, отработать еще смену.
Глядя в потолок подсобки, где уютно пристроился маленький диванчик для одного, она тщетно пыталась увильнуть от насмешливого взора Нормы и просто спокойно уснуть, однако сон словно топил ее в молоке, то позволяя вынырнуть и подышать, то вновь окуная и держа голову у дна – неужели так проявляется аллергия на пух. Вчера, кажется, сменили подушку…

- Норма, Норма, - в голове против ее воли всё еще звучало это противное имя. И настойчиво так.
- Норма, вставай, раненых привезли, мы не справляемся.

Удушливый воздух ударил в лицо, стоило приоткрыть глаза. Жарко. В голове грохочет и ухает.
Ах, это не в голове. Это где-то снаружи, далеко. Словно….словно взрывы. Терракт?

Отрезвляющая мысль быстро помогла принять сидячее положение. Сумрачно, земляной пол, раскладушка, ноги в каких-то ужасных серых колготках и сапогах по колено, грубо сколоченный стол, жестяная кружка, миска, свеча… Наваждение не исчезало.
- Норма Джин, быстрее, - строго бросила бледная суровая девушка в форме полевой медсестры, заглянув к ней и нахмурившись.

- Один такой хорошенький! Пойдем, - вспорхнула в комнату другая, веснушчатая хохотушка и потащила ее за руку. – Ой, смотри, локон страсти, - хихикнула она и повернула голову девушки к висевшему на стене куску зеркала, которого достаточно, чтобы только губы и накрасить.


То, что она там увидела, током ударило, парализовало. Сколько она спала? Раненые там, а она спит. Вглядываясь в свое лицо, Норма всё больше вспоминала. Перед тем, как лечь, получила инструктаж – скоро доставят раненых, летчиков, поэтому успеет немного выспаться и потом сразу на пост.
В голове всё еще было туманно, но дорога уже вырисовывалась – из блиндажа направо и вниз. Направо и вниз. В другой блиндаж, побольше. Однако еще одна мысль зудела, словно назойливая муха - "что это за Джинни, черт побери?!"



Отредактировано 29.03.18 в 02:01
1

Джинни Texxi
29.03.18 14:26
  =  
Вы просыпаетесь утром.
На самом деле
Не обязательно утром.
Можете встать среди ночи
Или после обеда.
Вечером на крайний случай.
Так поступают
Лентяи, кутилы и работники,
Дежурящие в ночную смену.
Это не важно,
Когда именно вы проснётесь.
Но вы просыпаетесь и смотрите
В зеркало
В ванной комнате или шкафу.
Возможно, на стене, в подсобке.
А в общем-то
Абсолютно в любом месте,
Даже в землянке.
Хотя, откуда быть зеркалу в землянке?
Но если вдруг найдется осколок,
Вы посмотрите в него.
А оно в это время взглянет на вас —
Чужое лицо.


Бывает короткий момент прямо на границе между сном и явью, когда ты ещё не проснулся, но уже не спишь. Если человека разбудить резко, то этот момент, обычно длящийся столь малую долю секунды, что сознание просто не фиксирует её, может растянуться надолго. На пару минут. На полчаса. На всю оставшуюся жизнь.

Чужие губы растягиваются в улыбке,
Хотят что-то сказать тебе.
Чужие глаза смотрят внимательно
И недоумённо.
Ты поправляешь прядь
Растрепавшихся со сна волос,
А чужая рука
Заправляет за ухо
Кокетливо выбившийся локон.
И тогда ты
Забываешь, что хотел почистить зубы,
Или причесаться.
Может, накрасить губы, может просто
Полюбоваться.
Это тоже не важно, ты
Обо всём забываешь.
Спрашиваешь у зазеркалья:
«Кто ты?»
А амальгама ударяет эхом:
«Кто я?»


Потому и не рекомендуется никого резко будить, что подобное чревато. Мир яви и мир твоего сна существуют в этот странный момент одновременно, а ты стоишь на границе и не можешь понять, который из них где.

Ты отворачиваешься и уходишь,
Туда, где нет зеркал.
На кухню, в королевский сад,
Направо и вниз
В большой блиндаж
Или просто куда-нибудь,
Не разбирая дороги, лишь бы побыстрее
Уйти от себя.
Ты уходишь, но вопрос остаётся.
Он теперь уже не отвяжется.
Никогда.
Хотя это и не точная
Формулировка.
До самой смерти — так будет
Точнее.
Ты уходишь и уносишь с собой вопрос:
«Кто я?»


Но долго стоять — роскошь недоступная ни в одном из миров. Поэтому ты идёшь заниматься повседневными делами, надеясь, что выбрала правильно, надеясь забыть обо всём. И сон в самом деле забывается, даже до того, как ты сворачиваешь направо. Только какие-то обрывки, смутные образы, трудно уловимые детали. Имя. Джинни. «Чёрт возьми, кто такая Джинни?!»

На самом деле такое происходит
Абсолютно со всеми.
Ты это прекрасно знаешь,
Но всё равно
В глубине души уверен, что твой случай
Исключительный.
И занимаясь разными делами:
Торгуя на бирже, перевязывая раны или
Трахаясь на старом диване,
Время от времени рассматриваешь вопрос, но
Не отвечаешь на него, потому что не знаешь
Кто ты.
Вместо этого приходишь к компромиссу
И гордо говоришь сам себе:
«Просто у меня богатый внутренний
Мир».


Впрочем, уже на подходе к посту становится не важно, кто такая Джинни. Гораздо нужнее сейчас поскорее узнать, сколько привезли раненых, в каком они состоянии, и хватит ли перевязочного материала.
Идем к блиндажу. Оказываем помощь?
Отредактировано 29.03.18 в 17:42
2

DungeonMaster Edda
31.03.18 12:01
  =  
Сегодня Норма окунулась в объятия своего несомненно полезного милосердного труда, еще не успев дойти до блиндажа. Слуха коснулся крик, он безусловно принадлежал раненому и насколько позволял опыт Нормы, умирающему или, как минимум, тому, кого спасти в их условиях будет непросто. Совсем скоро он затихнет на коленях у одной из трех медсестер. Такое случалось, если не каждый день, то достаточно часто, чтобы научиться принимать неизбежное.

Глэдис, суровая Глэдис уже держала голову кричавшего, пока единственный из оставшихся в живых доктор, Доктор Салливан отпиливал ему ногу. Такие процедуры почти ни к чему не приводили, раненые умирали от заражения, боли или прямо во время операции, не справившись с видом крови, а также новыми обстоятельствами, делающими из них инвалидов.

Новеньких было четверо, летчики, что сразу стало понятно по истерзанной огнем форме: трое сильно обгорели, но были в сознании, возле них ворковала Рори, одной своей болтовней способная поднять дух даже столь тяжело раненого бойца.
- А вот и Норма, вот и Норма, сейчас она найдет укольчик и сделает вам хорошо, да, - Рори быстрым взглядом указала на ампулы с морфием и бинты.
Четвертому летчику отрезали ногу и он то впадал в забытье, то кричал.
Наконец с незабываемым звуком нога упала в корзину, поставленную возле операционного стола. Глэдис переключилась на обработку и швы, а доктор Салливан приступил к обгоревшим. К тому времени Рори уже состригла большую часть одежды и оказалось, что форма уберегла тела от ожогов, но пострадали лица, руки, шеи, наверняка горло.

Норма вдруг вспомнила Джонатана, своего брата, он тоже кружил сейчас где-то над просторами их необъятной Англии и, судя по последнему письму, был бодр и полон сил, как наверняка были и эти ребята. Еще пару часов назад.

***
Когда всё закончилось, настал черед обходить тех, кто еще был слаб для отправки в госпиталь, что в сорока милях.
- Ты знаешь, кто это? – Рори как всегда знала всё про всех и наперёд, правда не всегда достоверную информацию, но ей отчего-то прощалось.
На этот раз она была впечатлений до краев – даже наружу выйти не успела, а уже трещит.
- Это разведка, - поглядывая в сторону свежезабинтованных раненых, прошептала она, так, чтобы и боец, которому Норма помогала сесть, не слышал.
- У них какие-то сведения, я сама слышала, и их нельзя никак потерять. Одним словом, ценный груз, понимаешь! Салливан сказал, завтра их увезут, несмотря на состояние. Им нельзя даже в бреду проговориться, во как. Представляяяяешь? – зеленые глаза выпучились от восторга, пришлось даже отодвинуться, чтобы Рори не травмировала глазные яблоки.
Бэк персонажа можно развивать по своему усмотрению
3

Норма Джин Texxi
12.04.18 20:26
  =  
Норма чуть не отшатнулась от ужасной картины. Смотреть, как отрезают ногу, — это уже слишком. Как слишком? Почему слишком? Откуда у профессиональной медсестры вообще подобная мысль в голове?! Вида крови и обезображенных человеческих тел Норма, конечно, не боялась. Давно привыкла. Почти шесть лет отработала она операционной медсестрой, да не где-нибудь в фешенебельной клинике, а в бесплатной больнице, куда свозили всех с улицы. Насмотрелась разного. Отрезанная нога и свежая кровь — далеко не самое страшное и противное. И тут вдруг. Странная мысль ушла, а недоумение после себя оставила.

Но копаться в душе и дивиться капризам психики было не время. Больше никакие неподходящие мысли Норму не посещали, работала она, как автомат: вводила морфий, обрабатывала, перевязывала. Норму все холодной считали, это Рори могла заболтать раненого так, что он и про смерть позабудет, а для Нормы просто тело. Иначе свою работу качественно не сделать, сочувствие мешает. После можно пожалеть, после. А сейчас надо спасать. Попади Джонатан, не дай бог, в подобный переплет, Норма бы предпочла, чтобы его вытащили, а не охали, да ахали.

После они обходили раненых, и Рори болтала, не переставая. Вот откуда ей всё известно? Никто, выходит, знать не должен, а она обо всем уже пронюхала. Вот кого в разведчики надо. Треп Норма не поддержала, не до того было, но на летчиков поглядела невольно с новым интересом. Нельзя проговориться. А если проговорятся, тогда что?

— Куда их завтра увозить, совсем старик спятил что ли, — пробурчала. — Не довезут.
4

Норма Джин Texxi
12.04.18 20:29
  =  


Доктор Салливан подошел к Норме сам. И к Рори и к Глэдис. Всех вместе их собрал в отдельном блиндаже, где задремала час назад Норма, и откашлявшись, не зная, с чего начать, сказал:
- Девушки, вы наверняка уже поняли, что ситуация возникла деликатная, - для столь умелого врача он был не слишком способным оратором. – Не совсем обычные пациенты…Ввиду того, что у…раненых было особое задание, и имеются, такскать, сведения… То есть они не могут здесь находится и завтра мы подготовим их к перемещению, а до этого я вам рекомендую, в разговоры не вступать, если бред вдруг, не прислушиваться и другим не давать. Дежурить ночью, как всегда, по очереди. Вопросы имеются у вас?

У Глэдис, как всегда, вопросов не было, Рори задала сразу несколько - про возраст, звание, семейное положение, и еще какие-то глупости, которые доктор Салливан ввиду своей деликатности не умел пресечь,но и отвечать не стал.
Потом Глэдис, прервав глупости, вдруг предложила переселить раненых до перевозки в дальний блиндаж, метрах в двадцати. Он почти не использовался, поскольку раненых перевозили без перебоев, места хватало. Опять же, не набегаешься.
Доктор Салливан призадумался, вначале не согласился, потом подумал, послушав болтовню Рори о том, что в их компании «секретные летчики забудут все секреты» и попросил готовить носилки.

Дежурство после отбоя распределили так: Рори 22.00-1.00, Глэдис 1.00-4.00, Норма 4.00-7.00 - самое трудное, предрассветное время, «час смерти». В это время умирало всегда больше всего тяжелораненых, но этой ночью была очередь Нормы дежурить, всё честно.

После напряженного разговора уснуть получилось не сразу. Коллега ее давно похрапывала в их общем блиндаже, но подробности беседы всё крутились и крутились у Нормы в голове, вызывая всё новую бурю эмоций. Такое на ее практике случалось впервые, но и разведка в их блиндаж скорой помощи не пребывала ни разу. Доктор Салливан был, безусловно, хорошо проинструктирован на этот счет, а еще Норма знала его как прекрасного исполнителя. Удивляться его решению на этом фоне больше не приходилось.
И всё-таки негодование накатывало удушливой волной вплоть до пересменки. В полудремотном состоянии Норма слышала, как меняют друг друга медсестры и даже хотела что-то сказать, но мысли заволакивало каким-то дымом. Когда глаза наконец удалось открыть, пространство медленного колыхалось, сизыми всполохами проплывали потоки воздуха, а блиндаж стал похож на странную комнату, загроможденную коробками с надписью «Кофе» и «Печенье», но главное – запах и звук. Даже невозможно решить, что хуже. Запах гари, горящего пластика или крики людей и вой пожарной сирены. Дым проникал уже и сюда, в эту крошечную комнатку, а о ней, о Норме…о Норме?...забыли. Или уже некому было помнить? Или это просто учебная тревога. Такое в аэропорту каждый месяц. Люди просто напуганы и поэтому кричат, но дым…Дым слишком натуральный.
Она тут же с готовностью закашлялась и собственный голос показался ей незнакомым.
* в здании предположительно пожар
* дверь открыта, если подергать
* за пределами двери всё в дыму
* в зеркале или другой отражающей поверхности Норма увидит Джинни
5

Норма Джин Texxi
13.04.18 13:55
  =  
Внутри у Нормы всё кипело и клокотало. Заснуть женщина не могла: ворочалась на раскладушке, сжимала кулаки, представляла себе, что это её брат валяется на жёсткой койке, обожжённой, беспомощной, а его судьбой уже распорядились, сведя до положения бракованного винтика в отлаженном механизме. Священное право каждого человека — право на медицинскую помощь попиралось нагло, подло и вероломно. При этом попирающие ещё смели упрекать в чём-то тех, кто остался верен долгу, не поставив выше него текущие политические реалии, смели приукрашивать свою низость какими-то государственными мотивами. Это было мерзко. И ничто для Нормы не могло оправдать поступок доктора Салливана, сегодня он умер для неё, как профессионал и порядочный человек.

Такие мысли кипели и жгли изнутри, словно сам воздух здесь был пропитан едким дымом предательства. Норма не была идеалисткой, но свою профессию она выбрала осознанно и верила, что они делают нужное людям. До сегодняшнего дня. Глубоко уйдя в себя, медсестра не сразу поняла — дымом пахнет вовсе не образно, в блиндаже нечем дышать. Она с трудом разлепила набрякшие глаза. Пожар! Нужно выбираться наружу. Может просто учебная тревога? В аэропорту они случаются? Какой, нахрен, аэропорт! Совсем она свихнулась сегодня. И какая, нахрен, тревога?! Дышать уже стало невозможным от надсадного кашля. Знакомые очертания комнты стали чужими, странными. У неё начался бред от недостатка кислорода?

Размышлять об этом, впрочем, оказалось поздно. Кое-как подергав дверь и обнаружив за ней пелену дыма, Норма, огляделась, ища что можно намочить и обмотать, а потом, пригнулась и ползком направилась к выходу.
Ищу какую-нибудь тряпку и воду, может там, например, минералка есть. Обматываюсь мокрой тряпкой и ползу к выходу через дым. В зеркала ей явно смотреть сейчас некогда.
Отредактировано 13.04.18 в 13:57
6

DungeonMaster Edda
18.04.18 15:32
  =  
У паники была неприятная мелодия - крики людей сливались с воем сирены, звоном стекла и падающих стульев. Дым не позволял рассмотреть происходящее и едко впивался в глаза, стоило приоткрыть те пошире. Норма то и дело натыкалась на какие-то железки, столы, которых она не помнила ни в одном из блиндажей и даже в усадьбе мистера Уилла, в которой они иногда бывали по его приглашению, хотя путь туда был неблизкий.

Мистер Уилл Фостер, богатый вдовец и меценат, не согласился покинуть эти места и продолжал проживать в особняке семнадцатого века, где сейчас, во время войны был совсем один. Он был рад, когда медсестры, солдаты или доктор Салливан заглядывали к нему на огонек и приветствовал их неизменной улыбкой и неизменным чаем, которого в последнее время стало отчаянно не хватать, как впрочем и остальных продуктов.
Если это пожар в особняке мистера Уилла, тогда почему так людно и просторно?

Всё нарастающий, начавшийся будто бы издалека гул, наконец достиг своего апогея и на время лишил Норму слуха - взрыв. Где-то неподалеку разорвалась бомба, а она тем временем наткнулась на стеклянную стену и зашагала вдоль, увидев наконец выход - стеклянную дверь, и написанные на ней название и часы работы. Похоже на бар или кафе. Откуда они здесь?
Вспомнит Норма, кто она и где, или продолжит теряться в загадках, оставляю на откуп игроку.

Времени до отравления угарным газом остается немного. Если Норма не вспомнит, кто проснулся вместо нее, она не вспомнит и дороги к аварийному выходу. Если вспомнит, аварийный выход в пятидесяти метрах бегом прямо и направо между отделом детской одежды и отделом для животных. Там задымление меньше. Описать необходимо дорогу "до".
Отредактировано 18.04.18 в 15:33
7

Добавить сообщение

Для добавления сообщения Вы должны участвовать в этой игре.