Горячее лето 1941-го | ходы игроков | Основная комната

1234
 
Вторая остановка. Вроде бы должен последовать второй залп, но... Владимиров вопросительно взглянул на наводчика, но тут уже отлип от прицела и заорал:
- Есть, блять! Горит, черт с крестом!
И вправду, Т-2 задымил на месте, не предпринимая никаких попыток движения или ответного огня. "Все-таки мы успели. Все-таки они горят, а не мы. Значит, так..." - лейтенант начал лихорадочно соображать. Потом скрючился к водителю и сказал, отвернув ухо танкошлема и пытаясь перекричать шум двигателя:
- Витя, смотри. Сейчас выстрели, и ты поворачивай направо. Я тебя толкну ногами - ты прекращай и двигай вперед. Двигаешь до ручья медленно, останавливаешься в метрах ста от него, не больше. Потом если толкну ногами один раз - даешь задний ход, если два раза - разворачиваешься на сто восемьдесят и топишь на полную в деревню, понял? Давай.
Вернулся на исходную и обратился уже к наводчику:
- Так, с тобой. Щас пални еще раз по двойке, чтобы наверняка, потом я заряжаю фугас. Как Витек остановится у ручья - веером выдашь с пяток снарядов на нашем фланге по немцам, потом я их из пулемета посеку чутка. Там уже по ситуации. Давай, Серег. Выстрел!
Дернулось орудие, а с ним и весь танк. Владимиров зарядил осколочный. Пока ехали, немцы не очень то и пытались контратаковать. Главное, чтобы ПТР у них не оказалось, или орудий где-нибудь в лесу. А то звиздец.
Машина остановилась...
- По пехоте, пятью снарядами, беглым... Огонь!
Становлюсь по центру правой группы солдат, 100 метров от ручья.
91

Василий пристально всматривался вперед. Держал на мушке вражину, которая теперь не смела высовываться. Немцы, такие бравые и смелые. И пока еще в безопасности в своем овраге. Боковым взглядом заметил лежащего рядом Ваньку. Неестественно вывернутая рука, засыпанная землей шея и протянутый в сторону Котенка короб. Последнее его действие перед тем, как получить пулю. Выполнил долг до конца.
Немного дальше был еще один боец. Пулеметчик не помнил как его зовут. Зато прекрасно видел его состояние и понимал, как выглядит сейчас сам. Это потом будут плакаты и фото в газетах, со светлыми улыбками, чистыми формами и довольными лицами. А сейчас у парня лицо темноватое от пыли и гари с потеками от пота. Глаза красные. Гимнастерка вся пропотевшая и несет вонь как от шахтерской лошади. И взгляд такой, ошалевший. Одурманенный. Кажется, что смотрит на километр вдоль и сквозь.
— Ну, — прошипел Василий, — Только высунься.
Дегтярев был готов. Пулеметчик тоже. Интересно, готовы ли были немцы к дальнейшему.
92

DungeonMaster ЛичЪ
21.03.17 13:04
  =  
8:13

Немецкая пехота на левом фланге, подавив "Максим", но затем встретившись с Т-26 лейтенанта Владимирова, сделала единственное наиболее разумное действие - резким броском немцы преодолели последние полсотни метров, отделявшие их от укрытия в виде русла ручья. Теперь они по крайней мере были защищены от прямого огня. Разумеется, танк имел возможность "спуститься" к ним в овраг - но тут уже танкистам предстоял ближний бой с опытной пехотой, вооруженной ручными гранатами, что для танка (тем более легкого) имело рискованные перспективы.

На правом фланге сержант Оноприенко продолжал отчаянный бой с превосходящими по численности вражескими силами. Еще одна очередь из ППШ - и еще один немецкий стрелок полетел на дно ручья с пробитой головой. Сержант отметил про себя, что чем ближе враги - тем эффективнее будет косить их "папаша", ведь он и был создан для ближнего боя.

Тем временем Т-26 добил фашистского стального зверя - еще раз громыхнула пушка советского танка и еще раз бронебойный снаряд ударил в немецкую машину. После этого удара внутри "Панцера" что-то разорвалось, да так, что взрывная волна сбила и уронила в траву угловатую башню. Немецкий танк охватило веселое пламя - и экипаж, который еще мог бы выбраться, теперь был обречен... После этого Т-26 повернулся в сторону фашисткой пехоты на левом фланге и влепил по серым фигуркам осколочным. То ли от спешки и волнения, то ли неверно был взят прицел - но снаряд ушел не в середину вражеского строя, а едва зацепил его правый край. Наводчик не видел результатов выстрела - но один из немецких пехотинцев был тяжело контужен близким взрывом и ранен осколками. После выстрела из орудия танк "всыпал" немцам еще и из пулемета - очередь широким веером полоснула по позициям противника, "заткнув" вражеский ручной пулемет и ранив стрелка со снайперским "маузером".

Самым же главным оружием лейтенанта Владимирова сейчас был эффект "танкобоязни" - пусть фашистскую пехоту и учили сражаться с танками, но даже на бывалого ветерана накатывает страх при встрече с вражеским танком, тем более если за плечами нет нормальных противотанковых средств вроде ПТО или своего танка. Судя по тому, как после первого же залпа стальные каски скрылись на дне оврага, они вряд ли рискнут атаковать в ближайшее время - а значит как минимум задачу остановить немцев на своем фланге лейтенант выполнил!

Снайпер Кириллов поймал в прицел своей верной "мосинки" очередного фашиста - это был пулеметчик с переносным МГ-34. Но в горячке боя солдат не заметил, что пятизарядная пачка патронов уже была израсходована. Чертыхнувшись, Кириллов стал торопливо перезаряжать винтовку...

Немцы же на правом фланге не поскупились на "ответку". Затрещали ручные МГ-34, захлопали маузеровские карабины. Невовремя привставший сержант Оноприенко с матом рухнул обратно на дно окопа - пуля немецкого снайпера прошила плечо сержанта, так что ППШ вмиг стал неподъемной ношей и едва не выпал из онемевшей руки. Еще одна винтовочная пуля раздробила челюсть Кириллова, оглушив его, - рана выглядела страшно и могло показаться, что снайпер убит наповал, но он дышал и еще мог выжить, если вытащить его из-под огня. Боец с винтовкой, пытавшийся сделать выстрел в ответ по немцам, схватился за грудь и молча осел на дно окопа - вражеская пуля пробила его сердце и смерть его была милосердно быстрой.

Котенко и его напарник, оба вооруженные "ручниками", держались до последнего. Советский "дегтярь" и трофейный МГ-34 щедро всыпали немцам длинными очередями - стараясь хотя бы плотностью огня компенсировать перевес противника в числе стволов. Теперь уже дистанция была гораздо ближе и Котенко ощутил уверенность за потраченный боезапас - и в самом деле его пули скосили двоих фашистов, что слишком нагло высунулись из своих укрытий. Но казалось, что надежды практически нет...

В эту самую минуту "ожила" "сорокапятка" Максимова. Покончив с вражескими бронемашинами, Максимов открыл огонь по немецкой пехоте на правом фланге осколочно-фугасными снарядами. Полный расчет позволял вести огонь в достаточно высоком темпе. Разрывы снарядов засыпали немцев землей и осколками - фашисты недосчитались еще двоих стрелков. Котенко и его товарищ приободрились - "повоюем еще!".

Со стороны же немцев, засевших в овраге, послышалась перебранка с нотами на грани паники - было похоже, что "тевтоны" не ожидали такого горячего приема со стороны защитников Яблоновки (да и не знали они, сколько осталось в строю красноармейцев) и по крайней мере часть из них требовала уносить ноги. Красноармейцы вполне могли рассчитывать, что так оно и произойдет в самом скором времени.

- Шнеерзон!!! Мать твою за ногу! Где тебя черти носят? Шнеерзон, бля!!! - раздался звучный голос Зырянова. Шнеерзон, вжавшийся в укрытие в двух шагах от лейтенанта, подскочил, как от прямого попадания. Несмотря на бледное лицо бойца Зырянов с удовлетворением отметил, что связной не утратил способность соображать и способен выполнить его поручение. - За санитарами, быстро! Нужно вынести раненых из-под огня!

Шнеерзон коротко кивнул, что-то сказал - фраза совпала с выстрелом "сорокапятки" и очередной порцией пулеметной трескотни, поэтому Зырянов с трудом угадал по губам "есть, выполняю!" - и через секунду выбежал из укрытия. Через минуту он уже возвращался, а за ним, пригнувшись, рысью бежали двое санитаров.

Немцы на левом фланге бегут на 50 метров на север и также оказываются в укрытии (ручей).

Оноприенко стреляет из ППШ по немцам на правом фланге (с прошлого хода осталось в строю 2 МГ, 1 снайпер, 10 карабинов) - дистанция 200 метров, но противник в укрытии. Короткая очередь из ППШ - 5 выстрелов. Одно попадание - убил стрелка с "маузером".

Т-26 добивает неподвижный "Панцер-2" - тот горит, боезапас детонирует, восстановлению машинка не подлежит, весь экипаж похоронен. Разворот на юг и выстрел осколочным по пехоте на левом фланге (с прошлого хода осталось в строю 1 МГ, 1 МП, 2 снайперских винтовки, 7 карабинов). Дистанция примерно 200 метров - разрывом ранен один стрелок с карабином. Танк "добавляет" из пулемета - одна очередь из пулемета, 10 выстрелов. 2 попадания - 1 пулеметчик с МГ-34 убит, ранен 1 снайпер. В строю у немцев осталось - 1 МП, 1 снайперская винтовка, 6 карабинов.

Кириллов перезаряжает винтовку.

Немцы на правом фланге стреляют по пехоте Оноприенко. 2 МГ, 1 снайпер, 9 карабинов.
2 МГ - все мимо.
1 снайпер - попал, ранил сержанта Оноприенко.
9 карабинов - 2 попадания, Кириллов ранен, солдат с мосинкой убит.

Котенко - очередь из 5 выстрелов. Два попадания. Один стрелок с карабином ранен, один убит (осталось 2 МГ, 1 снайпер, 7 карабинов).
Боец с трофейным МГ - очередь из 5 выстрелов, все мимо.

ПТО Максимова бьет осколочными. Два выстрела - два попадания. Один стрелок с карабином убит, один ранен (осталось 2 МГ, 1 снайпер, 5 карабинов).

Санитары прибыли, можно рулить ими в плане выноса раненых с передовой.

Следующий раунд по новой инициативе - так что заявки кидаем в произвольном порядке.
Отредактировано 21.03.17 в 14:12
93

Убедившись, что Максимов все понял правильно и ведет беглый огонь по немцам в канаве, Зырьянов приказал связисту и подбежавшим санитарам.
- Бегом за мной.

Пригибаясь, лейтенант побежал, перескакивая через бревна разрушенной и все еще дымящейся избы, чтобы нырнуть в подпол, где должен быть быть расчет Фомина. Однако в подполе его встретил только лежащие тела, Петр с ходу не понял, живые они или мертвые. Но вот пулемет на первый взгляд был цел.
- Так. Санитары, проверьте убитых и раненых, раненых перевязать и в лазарет. Потом бегом к Онуприенко, у него тоже могут быть раненые. Шнеерзон - бери канаву на прицел, но без команды не стреляй.

Сам же Петр залег перед пулеметом стараясь минимально привлекать внимание немцев. Конечно, когда по тебе работает танк - не до приглядывания, кто там копошиться в подполе, но береженого и партия бережет. Оттянул спусковой рычаг, проверил ленту патронную. Провернул рукоятку до легкого щелчка. На первый взгляд пулемет был исправен.

Где-то впереди, чуть левее рявкала пушка танка и строчил короткими очередь танковый пулемет. Немцы должны были вот вот побежать вперед или побежать назад. Вот тогда Зырьянов и планировал стрелять.
Командую санитарам перевязывать и вытаскивать раненых.
Занимаю пулемет, связиста кладу рядам. Если у него винтовка - даю ему свой ППШ.

Сидим максимально тихо и незаметно. Как только немцы побегут на нас или прочь - огонь по ним из пулемета. И Шнеерзону тогда же команду стрелять.
Отредактировано 25.03.17 в 03:56
94

- Так, Костя маленький, слушай мою команду. Сейчас даешь выстрел по рву и сруже же нацеливайся на поле за ним, если побегут, постараемся проредить, да и скорости придать.
Сам Николай приготовил свой ппш. Если все же побегут не от них, а на них, тогда он очень и очень пригодится.
95

Сильно воняло порохом. Немцы, потеряв несколько человек, спрятались в овраге, и теперь танк становился бесполезным - давить немцев было опасно, даже если у них не было противотанковых ружей, то они наверняка могли использовать гранаты. Быстро обмозговав ситуацию, Александр спустился к мехводу:
- Так, щас иди назад, доверни чуть вправо. Отойдем на приличное значение, будем уже рулить. Метров через 250 остановись. Давай.
Что протрещало, мотор взревел, и танк, дернувшись, сначала одной, а потом и обеими гусеницам начал движение.
И все-таки не устоял Владимиров перед соблазном - повернув башню немного влево, он решил высадить остатки магазина пулемета по немцам уже по другую сторону от моста, за которыми как раз и стоял горящий немецкий Т-2.

Машина остановилась и Владимиров, не решившись развернуть башню, приоткрыл люк, чтобы посмотреть, не передавили ли они задним ходом кого-нибудь. Приоткрыл он его не до конца, да и высунулся не сильно, так что попасть по нему, по его расчетам, было трудно. И если кто-то попытается пострелять - то тут же лейтенант нырнет обратно. Как будто бы ловко и хитро.
96

DungeonMaster ЛичЪ
28.03.17 14:08
  =  
8:15

Бой длился считанные минуты, но множество человеческих жизней было уже загублено - и, похоже, хваленая нордическая стойкость фашистов дала трещину, когда немцы осознали, что красноармейцы под Яблоновкой не будут разбегаться, бросая оружие и сдаваясь на милость завоевателей. Разрывы снарядов из "сорокапятки" и башенного орудия советского танка окончательно подорвали боевой дух немецкой пехоты (похоже, что сам по себе факт яростного сопротивления "опечалил" их, привыкших к легким победам, а появление советского танка, подбившего их собственное "панцер-ваффе", стало и вовсе шоком) - их унтер-офицеры были либо перебиты, либо тяжело ранены и без сознания, а без закаленных унтеров, способных угрозами и грубым подбадриванием успокоить подчиненных, нервы молодых солдат затрепетали. Немецкая пехота, засевшая в русле ручья, начала отступать.

Не будучи самоубийцами и сохраняя остатки разума, немцы не драпанули через простреливаемое поле - они бросились в разные стороны от моста, надеясь выйти из-под огня уже под защитой леса. Через минуту, когда это стало заметным и для невидимого красноармейцам вражеского командира, видимо, наблюдавшего за ходом боя от опушки леса, с южной стороны донеслась пронзительная трель, приглушенная расстоянием, - похоже, что взбешенный офицер с помощью офицерского свистка пытался обратить на себя внимание своих солдат, показавших спины неприятелю. Но тщетно - контроль над происходящим он утратил, по крайней мере на какое-то время.

Правый фланг фашистской пехоты отступал на восток, в направлении леса. Справедливо опасаясь получить пулю или осколок, немцы пригибались и старались не высовываться поверх оврага, поэтому им удалось сравнительно безопасно преодолеть отделявшее их от леса расстояние - пули советской пехоты достать их не могли и лишь осколочный снаряд "сорокапятки", разорвавшийся на склоне оврага, убил одного из вражеских стрелков острым осколком, попавшим в шею. Простучала очередь из танкового пулемета - пули засвистели, вызбивая фонтанчики земли над краем оврага и еще больше укрепили у "фрицев" мысль о том, что самое время спасать свою жизнь - а министерство пропаганды уж пусть найдет себе других героев, погибших за фатерлянд...

Левый фланг немцев отступал на запад, по руслу ручья, которое делало изгиб на юг. У этих фашистов дела обстояли куда хуже - ведь им предстояло бежать по оврагу, который был открыт для продольного огня советского танка и даже размещенный у деревни "максим" мог зацепить их в этот момент. Но, видно, у страха глаза велики и бегство по этому маршруту представлялось "гансам" лучшим из вариантов - поэтому лейтенант Зырянов, занявший место наводчика пулемета, вскоре увидел ненавистные серые каски в прицеле. Перед глазами Зырянова пронеслось все, что он успел пережить с начала войны, его взгляд стал будто стеклянным от накатившей холодной ярости - и он надавил на гашетку так, что пальцы побелели. Рой огненных "шмелей" понесся в сторону немцев, скосив троих и заставив остальных шарахаться в стороны или плюхаться мордой в воду и глинистое дно ручья. Послав фашистам такой "пламенный последний привет", лейтенант отстранился от "максима" и, нахмурившись, пристально всмотрелся в лесную опушку на юге от деревни. Он знал, что эта схватка была лишь первой пробой сил - и очень скоро немцы придут вновь. Лейтенант оглянулся на Шнеерзона - у связиста был какой-то виноватый вид и Зырянов догадался, что парень переживает из-за своего малого вклада в бой, будто бы он рассчитывал в одиночку перебить всех фашистов вместе взятых. Это заставило лейтенанта усмехнуться.

Наступило затишье - так же внезапно, как и начался грохот сражения. Нарушали наступившую тишину только стоны раненых и шум двигателя советского танка. Санитары начали оказывать первую помощь раненым красноармейцам и перетаскивать их в заранее намеченную под полевой лазарет избу - в этом им помогали уцелевшие пехотинцы, связисты и члены расчета "сорокапятки". Раненых набралось семь человек - и судя по всему тяжелее всего пришлось снайперу Кириллову, который пока не приходил в сознание. Сержант Оноприенко, пулеметчик Фомин и двое стрелков из пехоты имели все шансы вскоре вернуться в строй - им более-менее повезло и даже примитивная первая помощь от санитаров могла частично вернуть им боеспособность (по крайней мере обороняться, сидя в окопах, они вполне могли). Наблюдавшие за южной окраиной деревни красноармейцы заметили, что несколько раненных фашистов, брошенных своими при отступлении, пытаются отползти в сторону леса.

Лейтенанту Зырянову и другим защитникам Яблоновки предстояло принять решение о том, как готовиться к отражению последующих атак - ведь приказ требовал от них продержаться хотя бы до следующего утра, а позорный провал лобовой атаки логичным образом заставит немцев изобретать иные способы захвата деревни.

Немцы, оставшиеся без дееспособных офицеров, валят тест на мораль - и начинают отступать. Правый фланг отступает в сторону леса, левый фланг - по устью ручья и на юг. Тащат за собой раненных и по возможности вооружение, но часть стволов и боеприпасов остается на поле боя вместе с убитыми и тяжело раненными и теоретически может быть взята в трофеи (но это сопряжено с риском - на южной опушке леса явно присутствуют вражеские войска и они ведут наблюдение за деревней).

Зырянов занимает место наводчика пулемета и при появлении немцев на участке, который простреливается с его позиции, открывает огонь - две длинные очереди по 10 патронов. Расстояние порядка 400 метров, противник считается находящимся в укрытии, поэтому шанс попадания не очень большой. Убито 2 стрелка с винтовками, 1 ранен. Шнеерзон стреляет из ППШ, выданного командиром, но без толку - слишком большая дистанция для прицельной стрельбы из ПП.

Т-26 лейтенанта Владимирова разворачивается на юг. Стрельба по правому флангу немцев оказывается скорее психологическое воздействие - немцы скрыты в овраге и не высовываются, но свист пуль "помогает" им отступать шустрее.

Подведем итоги по потерям:

Среди раненых - сержант Оноприенко (относительно легко, в руку), снайпер Кириллов (тяжело, в челюсть), трое бойцов с "мосинками". Двое стрелков в отделении Оноприенко были убиты. Целые и невредимые - только Котенко и боец с трофейным МГ-34.
Также ранены - сержант Фомин, один из пулеметчиков также ранен. Третий номер был убит.
97

Вложение
Наконец последний из фрицев скрылся из прицела и Зырьянов выдохнул. Оторвавшись от прицела он утер пот и сказал
- Так. Вот так их. Так, Шнеерзон, беги к танку, скажи пусть укроют его обратно в лесу, где был и Владимиров пусть ко мне в КП подойдет, там где наш артиллерист с рацией сидит. Беги.

Вышел из траншеи, улыбнулся Максимову и позвал его с собой. Вместе они дошли до позиции стрелкового взвода и посчитали потери. Картина получалась не слишком радостная. В строю оставались двое бойцов, над остальными корпели санитары. Закурил.

- Молодцы, - сказал им Зырьянов, затягиваясь - крепко мы им врезали. Отдыхайте пока, да на юг посматривайте. Если что увидите - бегом ко мне в КП. Немцы могут раненых вытаскивать начать - не мешайте им, мы же не звери. Оноприенко за мной, Котенко за старшего.

Втроем они дошли до избы, занимаемой артиллеристами. Первым делом Зырьянов выпил воды и бросил связисту
- Свяжись с полком, скажи 19 сводный атаку немцев отбил, уничтожены две машины типа 250, две машины типа2 и одна типа штуг. Потери противника до роты солдат. Нужно подкрепление. Впрочем, это не передавай, они и сами понимать должны. Передай, получи ответ и давай антенну демонтируй.

Тем временем подошел танкист со связным и Петр повернулся к ним.
- Атака немцев отбита, но они не успокоятся. Проход через нас им нужен сильно. Немцы воюют по науке, а значит получив тут по мордам, второй раз в лоб не полезут. Сейчас налетит их авиация или дальнобойна артиллерия и они эту деревню сравняют с землей. Деревня видный ориентир, наводчик у них в лесу будут - не промахнуться. Будут бить, пока ни одного домика не останется. Врятли у нас есть больше часа. Поэтому приказ такой: всех тяжело раненых - в машину и в полковой госпиталь, займем оборону в лесу за деревней, там где ручей из лесу выходит. КП артиллерии тоже в лес. Танк действует по сигналу ракетницы - зеленый, выход танка на деревню напрямую, желтый - выход танка на поле вокруг, как ты шел сейчас. Вопросы?

После обсуждения быстрым шагом дошел до избы, где был оборудован госпиталь
- Кто готов продолжить бой? - сурово спросил Зырьянов. Покивал тем, кто ответил, - всех тяжелых в полуторку и в полковой госпиталь. Ты - ткнул пальцем на одного из санитаров - едешь с ними и следишь, чтобы по дороге никто не погиб. Потом сразу возвращаетесь ко мне. До темноты чтобы обернулись. Все, выполнять.

Посмотрел на снайпера с перевязанным лицом, вздохнул. Взял снайперскую винтовку, которую санитары оставили в углу и патроны к ней.

Желательная схема размещения
Собираю весь командсостав, раздаю команды.
Иду к раненым, выясняю у раненых, кто готов продолжать бой, а кто уже не может. Вторых - в полуторку и в полковой госпиталь. Хочу понимать итоговый состав, готовый продолжать бой.
Беру снайперскую винтовку.
Размещаю вверенные подразделения, согласно схеме.
На всю заявку примерно 30-40 минут.
Отредактировано 28.03.17 в 19:17
98

- Командир. Что деревню с полем сравняют это ты верно рассудил. Вот только думаю дальше попытаются окружить. Танки через поле пошлют, а пехоту по лесу. Так что мне думаю стоит позицию занять через дорогу от танка. И еще, машина за пушкойзакреплена, под утро уходить надо будет, а без машины я пушку не утащу.
99

Петр поколебался. Сказать по правде, он считал расчет Максимова своим самым сильным отделением, вопреки логики ставя его выше даже танка или артподдержки. Наверно, потому что уже видел его смертоносную эффективность в бою. И совсем не хотел он ставить расчет далеко от себя и солдат.

- Если даже танки обойдут нас по полю, то это ничего не изменит. Им по любому надо будет к дороге идти. А вот если ошибемся, и танки пойдут на пехоту, то остановить их будет некому. Поэтому давай так - ставь орудие за деревней, так чтобы мог простреливать и место перед пехотой и дорогу на север. Нормально?

- Машина к вечеру вернется. Раненых, уверен, надо вывезти, умрут иначе, а деревню мы покидать не имеем приказа.
Отредактировано 28.03.17 в 23:44
100

- Че, слиняли что ли, а?
- Должно быть, так, тащ литнант.
- Ну и хорошо - зарядив ДТ, Владимиров припал головой к диску, только сейчас почувствовав смертельную усталость. Никогда бы не подумал, сколько сил требуется на одну схватку. А ведь прошло то... всего пятнадцать минут! Ну и ну!

Отдохнуть не дал грохот снаружи. Уже без опаски высунувшись из люка, лейтенант увидел знакомого артиллериста-связного, сразу затараторившего про пехотного лейтенанта и про передвинуть танк. Быстро распорядившись насчет возвращения на исходное, не забыв про ветки (моментально представив, как расстроился Нехайчик, скрывшийся в машине), на пару с красноармейцем Александр пошел на КП.

Там же первым делом он присосался к кружке с водой. В принципе, можно было навернуть еще, но много все-таки тоже вредно. Так что вторую он употребил лишь наполовину, остатком кое-как вытерев лицо, почерневшее от пороховых газов. Потом все-таки снизошел на землю и кратко доложился:
- Тащ лейтенант, танк сожгли, несколько пехотинцев постреляли. БК под завязку, топлива хватает.
Хотел уже было добавить "А у вас как?", но тактично умолчал, застав до этого погрузку раненых. С одной стороны, пришлось мужикам крепко. С другой - шансов сгореть в стальном гробу у них все-таки нет.
На постановку задачи тот ответил просто:
- Отсутствуют. Разрешите идти к машине?
101

1234

Добавить сообщение

Для добавления сообщения Вы должны участвовать в этой игре.