Набор игроков

Завершенные игры

Форум

- Общий (10249)
- Игровые системы (5027)
- Набор игроков/поиск мастера (30439)
- Конкурсы (6545)
- Под столом (19068)
- Улучшение сайта (5650)
- Ошибки (2735)
- Для новичков (2843)
- Новости проекта (7427)

Голосование за ходы

 
Сказать по правде, перед тем, как в носу защекотало и он не удержавшись чихнул, Фёдор Михайлович уже хотел подхватить Майю на руки, так как почувствовал её слабость. Она нетвёрдо стояла на ногах и, насколько он мог увидеть за те короткие мгновения после возвращения расфокусированного зрения в норму, выглядела также не очень. Одно слово - позеленела. Ей было нехорошо, он это и в голосе слабом отчётливо слышал, и мог ощутить, насколько некрепкими стали её объятия. Поэтому Чижик решил взять её на руки, велеть Данко по-быстрому провести требуемые процедуры обеззараживания и отнести Пчёлку в медотсек, где ей наверняка должно получшеть. Там она без сомнения почувствует опору под ногами, снова ощутит себя дома и ей легче станет дышать. Да и теплее там, чем здесь, в шлюзовом отсеке с запущенной системой фильтрации чужеродных микроорганизмов.

- А-а... а-пчхи!
Это «АПЧХИ» изменило всё. Словно бы разом сняло всё напряжение момента и позволило расслабиться Светловой, а заодно и ему. Кажется, остальные также этим прониклись, судя по появившимся на лицах улыбкам, раздавшимся смешкам. Даже суровое каменное лицо майора Кайрата Тимуровича разгладилось и уголки его губ слегка приподнялись.
- Состояние экипажа стабильное, все в пределах нормы, Майя Юрьевна, - послушно ответил искин на запрос Майи. - Вам, капитану, старшему лейтенанту Ромашкину и борт-инженеру Романовскому рекомендуется снять нервный стресс приемлемыми для вас методами или малой дозой успокоительного. Для выявления лёгких физических повреждений необходим стандартный медосмотр. Жительница Кулимата помещена в карантин. Физически она совершенно здорова, насколько я могу судить по имеющимся о её расе сведениям. Психическое здоровье под вопросом. Она всё ещё не реагирует на внешние раздражители.
Так значит, та беременная самка... Данко по какой-то причине решил забрать и её. Почему? И... искин даже не спросил разрешения Фёдора Михайловича?!
- Что? Ты и её... телепортировал? - напрягся капитан.
- Но зачем? - так же ошарашенно спросил Михалков.
С Кырымжана мгновенно слетела расслабленность и он снова превратился в хмурого каменного истукана.
- Она согласилась отправиться с нами, - ответил Данко. - С согласия бортового врача и руководствуясь конвенцией о защите прав разумных видов от 21 января 131-го года Космической Эры, я взял на себя ответственность нуль-транспортировать и её в помещение для карантина.
- Что?.. Она согласилась? - переспросил Фёдор Михайлович. Голос его чуть дрогнул.
У ближайшей стены загорелся голографический экран, на котором появилось подёргивающееся изображение с чьей-то камеры на скафандре...

...Маленькая рыжая леди с Земли, вся растрёпанная, с отчётливо видными на бледном лице веснушками, но с горящими решимостью глазами и сдвинутыми бровями, так напоминавшими сейчас глаза и брови капитана Светлова, шагнула навстречу высокой инсектоидной леди с раздутым брюшком, сидевшей на задних лапках у серой стены этой кошмарной фабрики смерти.
- Уходите! Зачем это вам? - она коснулась рукой в перчатке лапки разумного насекомого. - У вас же дети! Ну давайте с нами?!.. Вы же мать!
Расслышать её в гуле голосов мужчин, топоте ног и грохоте передвигаемых контейнеров на найденном складе вещей было довольно трудно. И почти совсем не слышно было, что сказала инопланетянка. Майя, стоя рядом, её не услышала... скорее всего, приняла едва слышный треск в ответ за один из шумов окружающей её кутерьмы. Она тогда даже не поняла, что самка ей ответила. На экране показалась её голова крупным планом, едва шевельнувшиеся жвалы.
- Она сказала: «помогите», - раздался голос искина в шлюзовом отсеке, возвращая Майю к реальности. - Простите, что не перевёл сразу.

Чижик неуверенно улыбнулся, проводя по носу пальцем в перчатке, пытаясь вытереть следы влаги. Усмехнулся сдержанно. Обернулся к Майе, и его улыбка стала светлой и безоблачной. Взгляд его был ласковым, и в нём девушка видела одобрение её поступка.
- Что ж... полагаю, у нас появился непредвиденный пассажир, - сделал он простой вывод. - Будет нашей гостьей. Но, Майя, - капитан сделался серьёзным, - вам с доктором Григорьевым следует позаботиться о её восстановлении после всего пережитого. Займитесь этим после отдыха. А пока...
Он двинулся следом за ней к Ивану, зажестикулировал руками активно, подзывая самых нерешительных данкийцев.
- Обнимемся, давайте, давайте!
- Воздержусь, - ответил Кайрат Тимурович, сдвинув брови ещё ниже и сложив руки на груди.
- Майор... это приказ! - сурово сказал капитан Чижик, обнимая Майю одной рукой и Стругачёва за плечи - другой.

И они обнялись все вместе, за исключением отсутствовавших Бережного и Шмидта. Вырвались. Спаслись. Живы.

* * *

Таким было их триумфальное возвращение. Они понесли потери в виде двух челноков - к счастью, был ещё один запасной, но последний, - и ещё некоторого оборудования и оружия, безнадёжно испорченного электромагнитными импульсами. Зато вернулись живыми и почти полностью здоровыми, со спасённой обитательницей Кулимата, а главное - с данными о чёрной дыре, которая, с определённой долей вероятности, могла вести обратно домой. Эта червоточина могла быть сквозной дырой в теле вселенной, известной по другую сторону землянам как Зельцианская Бездна. А могла и вести в совсем другое место...
После шлюза все разошлись по своим каютам, чтобы принять душ и привести себя в порядок. Дальше по расписанию был обед, который пообещал для всех приготовить Спартак Валерьевич, «несмотря на то, что молодёжь его совсем не уважает и совсем уж стариком считает, а ему ведь всего 55». Майя могла, если хотела, присоединиться к Спартаку на кухне и наготовить разрекламированной Фотону Игнатьевичу пиццы. Или же заняться чем-то другим, позволив Бережному самому хозяйничать на камбузе.
Из других занятий самым полезным был, видимо, медосмотр. Данко сообщил, что инопланетная гостья уснула, и не рекомендовал её беспокоить во время сна. Таким образом, беседа с ней откладывалась на неопределённое время. Кто их знает, этих жуков, сколько они спят. Некоторые земные насекомые ведь способны на годы в спячку впадать.

С Фёдором Михайловичем Майя за весь остаток дня увиделась только во время обеда, и был он весьма задумчив. Они там на мостике пытались решить план дальнейших действий. Данко сумел сопоставить имеющуюся у них звёздную карту с картами Кулимата и определить точное местонахождение чёрной дыры. Теперь стоял вопрос, стоит ли им рисковать с прыжком в неизвестность. Эта задача угнетала всех присутствующих, и обед прошёл довольно пасмурно, хоть настроения в целом были позитивные, все были счастливы после удачного побега с Кулимата.
- А ты что думаешь? - поинтересовался Чижик и её мнением по поводу чёрной дыры. - Сам я считаю, нам следует повременить и собрать больше сведений о ней. Только для этого нам придётся посещать другие планеты.
Да, после случившегося на Кулимате это звучало почти угрожающе...

Этим вечером после ужина они с Фёдором Михайловичем договорились встретиться в голокомнате, чтобы Майя провела для него обещанную экскурсию по виртуальному заснеженному Подмосковью. Ещё на обеде Чижик с воодушевлением отнёсся к такому уютному, ламповому завершению тяжёлого дня. Он был явно рад провести время с Майей, и... это напоминало свидание! Пусть и виртуальное. Ведь в этот раз они встретятся вдвоём, без всяких Стругачёвых, срывающихся с катушек в самый неподходящий момент. Это будет только их вечер. Ну... искин ведь не в счёт?
- Мои банки данных полностью в вашем распоряжении, Майя Юрьевна, - заверил её Данко, когда Светлова пришла одна в первый раз в голокомнату, чтобы подготовиться к предстоящему вечеру. - Мне понадобится ваша небольшая помощь в реконструкции виртуального Подмосковья. Сядьте в кресло, оденьте шлем и представьте те места, которые желаете увидеть, а также выберите время суток и погоду. Требуются ли виртуальные образы, включая случайных прохожих, птиц или животных. Не волнуйтесь о реалистичности, я сам добавлю недостающие детали и уберу лишнее. Во время вашей виртуальной прогулки с капитаном мы будем поддерживать связь и вы сможете на лету изменить любую сцену. Например, заказать снегопад.
Оставляю тебе полный простор для фантазии, чем занималась Майя остаток дня :) Если интересно что-то отыграть задним числом, можно это сделать кратенько, делай заявки :)
  • Как люблю я вас, Подсмоскоооовные вееечера! :)
    Классно и вкусно. Бонус главы - ИНОПЛАНЕТЯНКА! СуперЪ! Я так рада что она с нами ^^
    +1 от Лисса, 22.04.18 11:03

Фотон Игнатьевич после Майиного ответа и довольно неожиданной похвалы в его адрес улыбнулся нервенно немного, но вместе с тем удовлетворённо и застенчиво эдак, по-ромашкински, как только он один, пожалуй, умел. Видно было, что приятна ему похвала - пусть он и сам на неё нарывался своей бравадой, однако же вполне заслужил за отчаянную храбрость и решимость в бою.
- Ещё бы вам не волноваться... - дрогнули в усмешке его губы. - Это ведь не тренажёр в виртуальной реальности, это был самый настоящий плен. Вот если бы вы сказали, что нисколько не испугались, я бы вам не поверил, Майя Юрьевна... п-простите, - он сделал жест, будто поправляет очки, которых у него на носу не было, смутился от своего неловкого движения и замолчал, слушая, что доктор говорит. При упоминании зубных врачей, однако, Фотон побледнел ещё сильнее. - Солидарен с вами в боязни стоматологов, Майя Юрьевна. И благодарю современную медицину за то, что анестетики подавляют большую часть боли. Только... того, что остаётся, всё равно хватает... - молодой человек ещё сильнее побледнел и сглотнул. - Ну, думаю, вы меня понимаете...
Тема разговора вдруг повернула в другое русло, более миролюбивое и лиричное, домашнее, кулинарно-гастрономичное, и первый пилот заметно расслабился, вздохнул, видимо успокаиваясь, бледнота сошла и улыбка его стала более уверенной. Он с энтузиазмом покивал на предложение сделать пиццу и даже попробовал пошутить немного:
- Остаётся нам с вами только пожалеть, что мы не знаем телефонов местных пиццерий, чтобы заказать десяток пицц прямо на дом... чтобы их нам на «Данко» доставили незамедлительно, с пылу, с жару, горяченьких... - кажется, Ромашкин даже замечтался слегонца. - А вы какую больше любите, Майя Юрьевна? Я предпочитаю сырно-томатную, с мясом или острой колбаской... иногда под настроение сладкую, с ананасами... Думаю вот о пицце и чувствую - проголодался прямо, - Фотон сдержанно усмехнулся.
Видно, он был не большим любителем какао, так как не придал словам Пчёлки про этот напиток особого значения, лишь покивал немного в подтверждение того, что слышит её рассуждения.
- Хорошая мысль про Спартака Валерьевича, - согласился он. - Лучший способ отвлечься от расстройства - заняться любимым делом, вы совершенно правы. Он любит готовить, это должно ему помочь... Могу понять его чувства, он рвался на передовую...
Предложение сыграть товарищеский матч в шахматы определённо удивило и озадачило Фотона Игнатьевича. Он как-то весь сразу подобрался и растерянно поглядел на коллегу старшего лейтенанта. Однако, после продолжительного и, кажется, трудного раздумия всё же неуверенно ответил:
- Я... буду рад... сыграть с вами партию... кхм, в шахматы, Майя Юрьевна. Можно и в шашки. Умею и в то, и в другое, на любительском уровне и весьма посредственно, правда, если вас это устроит...

* * *

- Трамвай Чижик? - брови Фёдора Михайловича изумлённо приподнялись, когда он это услышал. - Правда такой был?..
Растерялся бывший преподаватель МЗУ, а ныне капитан звездолёта, не зная, как на это реагировать. Понимал он, что развеселить его хотела одна рыжая Пчела, приподнять настроение, а вместе с ним боевой дух и моральный настрой. Сил ему физических придать хотела, чтобы не выглядел больше усталым таким, чтобы организм благодаря шутке хорошей, истории этой светлой, восстановил немного свои ресурсы, приободрился и был готов и дальше бороться за их свободу, если понадобится. Они хоть и одержали победу, но ведь ещё не выбрались из этого Подземелья Ведьм.
- Майя... - произнёс он тихо, голосом ласковым и нежным, и тепло ей улыбнулся, чувствуя, как усталость эта потихоньку улетучивается, уступая место живым эмоциям, чувству близости с присевшей рядом девушкой, чувству ответственности и долга перед ней, перед всем экипажем, перед целой страной, их необъятной Родиной, и перед всей планетой тоже. Тяжёлый груз, лёгший ему на плечи и заставивший согнуться под его гнетом, неожиданно полегчал. Может быть, это не такая уж и трудная ноша, когда рядом с тобой есть тот, кто готов её с тобой разделить, поддержать и посочувствовать безо всякой жалости. С любовью-то посочувствовать и чистым сердцем поддержку оказать. - Спасибо, Майя... ты... ты как настоящее солнышко, - губы его дрогнули, в улыбку робкую, что ни на есть чижиковскую складываясь. - Солнце взошло, и тучи рассеялись над головой... Спасибо...
Он положил руку ей на плечо, пожимая его в знак благодарности, признательности за оказанную поддержку. Но потом не выдержал и поддался подступившим эмоциям, пододвинулся ближе и приобнял её, привлекая к себе. Вот так просто, на глазах почти у всего экипажа. Не боясь, что их увидят и осудят за подобную близость. В конце концов, они ведь ничего предосудительного не делали. В уставе же не запрещается капитану обнимать старшего лейтенанта...
- Спасибо... - повторил он почти что шёпотом. - Будто гора с плеч...
Милая, энергичная Майя. Такая близкая и родная. И горячо любимая. Теперь он понял, насколько дорожит тем робким чувством, что возникло между ними и росло как в сказках - не по дням, а по часам. Росло и крепло с каждой их новой встречей. Как странно судьба распорядилась с ними двумя...

Эта маленькая идиллия закончилась в тот момент, когда Майя почувствовала его осторожное прикосновение к её ушибленному локтю. Фёдор Михайлович воспользовался моментом близости, чтобы ещё раз проверить, насколько серьёзно пострадала её рука, но это почти не вызвало боли - лишь слабые её отголоски, что говорило о лёгкой степени повреждения. Да и двигать рукой было почти не больно. Так, мелочи жизни... Впрочем, идиллия закончилась не поэтому.
- Капитан, я подключился в их общую сеть и просмотрел астрономические файлы, - вдруг взволнованно заговорил Раздолбайло, всё это время рывшийся в инопланетном компьютере в поисках ценной информации, необходимой экипажу «Данко».
- И что удалось найти? - Чижик нехотя отпустил руку Пчёлки и, чуть отстранившись от неё, повернулся ко второму борт-инженеру. А затем и поднялся вместе с девушкой на ноги. Выглядел он заметно бодрее, чем пять минут назад. Плечи держал ровно, бледнота отступила, и грусти в глазах поубавилось.
- Здесь неподалёку, в секторе 288, есть чёрная дыра, и местные учёные считают, что в ней находится разрыв в пространственно-временном континууме! - на одном дыхании выпалил Иван, выглядевший здорово возбуждённым от сделанного открытия.
- Время от времени они отправляют туда исследователей, но ни один корабль не вернулся, - добавил искин своим безэмоциональным голосом. Было очевидно, что без его помощи Ванька бы не справился - Данко служил переводчиком и облегчал задачи поиска информации.
- Да, это действительно важные сведения! - оживился Фёдор Михайлович. - Данко, мы можем найти нужные координаты на имеющейся у нас звёздной карте?
- Я этим занимаюсь, капитан, - сообщил искин. - Анализ звёздных карт Кулимата почти завершён. Вероятность успеха - восемьдесят девять и две десятых процента.
Чижик поджал губы и оглядел свой экипаж, расположившийся в командном центре местной тюрьмы для инсектоидов. Все заметно воодушевились от таких новостей, но восторженной радости не читалось ни на одном лице. Каждый из этих мужчин понимал, что существует слишком много «если». Если эти девять шансов из десяти сработают... Если они долетят до нужных координат без происшествий... Если сумеют найти чёрную дыру... Но главным «если» было - ведёт ли она туда, куда им было нужно. Не забросит ли она звездолёт в ещё одну неизведанную Галактику... может быть, безжизненную... где не будет обитаемых планет, на которых можно восполнять жизненно важные ресурсы... Все осознавали, что этот шанс на возвращение всё ещё остаётся слишком мал и связан с огромными рисками. Однако... альтернативой было только оставаться здесь. Может быть, искать более безопасные способы вернуться домой.
- Боюсь, больше ничего полезного для нас я здесь не найду, - пожал плечами Раздолбайло, когда взгляд капитана остановился на нём.
- А что-то об этой планете? - глухо спросил он.
- У них проблема перенаселения. Эти существа, - Иван кивнул на роботов, - в смысле, те, что живые - разумные паразиты. Они плодятся с огромной скоростью, заселяют новые планеты и быстро превращают их в непригодные для жизни мусорные свалки. Кулимат - одна из их отдалённых от центра колоний, а контроллеры - это механизмы на службе государства, осуществляющие контроль за количеством населения в городах. Тут пишут такие ужасы... в глазах нас, землян, - Раздолбайло тихо вздохнул. - В общем, в каждой такой тюрьме есть что-то вроде крематория, где контроллеры массово сжигают всех арестованных. Как правило, все арестованные добровольно приносят свою жизнь в жертву ради блага их народа. То есть, комендантский час нужен, чтобы отобрать очередную порцию добровольцев, а угодившие в крематорий случайно... ну, сами виноваты, - парень пожал плечами. - А ещё их самки откладывают несколько десятков яиц, из которых разрешается оставить только два...
Раздолбайло покосился на старшего лейтенанта Светлову и примолк. Видимо, посчитал, что это не самая удачная тема для нежных девичьих ушей.
- В любом случае, это их жизнь и мы не должны вмешиваться, - заключил Фёдор Михайлович и положил ладонь Майе на плечо. - Ну, если здесь нам больше ничего не нужно, возвращаемся...

На обратном пути к выходу из здания - благо, теперь у отряда была карта коридоров и они не рисковали заблудиться - они то и дело натыкались на неподвижных роботов-инсектоидов. Романовский не удержался и прихватил с собой вместе со шлемом голову одного из них, которую открутил, пока Ваня возился с компьютером. Инженеру очень хотелось разобраться, как они устроены, да и кое-какую полезную информацию ему в помощь нашли в местном аналоге интернета.
Вскоре стали попадаться и живые инсектоиды, местные жители, арестованные этой ночью после комендантского часа. Попытки с ними заговорить ни к чему не привели, разве что двое из них выглядели напуганными и предпочли держаться от назойливых людей подальше. Попалась даже одна самка - она была на голову выше самцов и у неё было раздутое брюшко... похоже, беременная. Она также никак не реагировала на землян.
- Не похоже, что их облучили, - заметил в конце концов пытавшийся с ними заговорить Игорь Кириллович. - Скорее, это что-то вроде депрессии... или иное психологическое расстройство... например, они добровольно отдали себя на сожжение и уже считают себя не жильцами, потому все чувства притуплены...
- Нам некогда с этим разбираться, - жёстко осадил его Чижик. - Они сами выбрали свою участь. Думаю, попавшие сюда по ошибке уже сбежали.
По дороге к выходу они зашли на склад, где контроллеры сложили их вещи - все, включая оружие. Здесь даже ховерборды нашлись - ровно две штуки, оба нерабочие. Да и снятое с Майи и Фёдора Михайловича оружие также должно было не работать после выпущенных по ним ЭМИ-зарядов. Разбираться, где чьё, Кырымжан не стал и раздал всем примерно равную долю.
- По возвращении проверим, - кивнул он Громову.
- Есть проверить, - в тон ему ответил сержант.
Сам-то Кырымжан, как и вся пришедшая на выручку группа поддержки, остались при своём оружии, вполне работоспособном.

- А вот и новые прибыли... - процедил Романовский, когда они выходили из здания, и тихо, но крепко выругался.
С разных сторон к тюрьме съезжались ховеркары с сидящими в них инсектоидами. Все как один - контроллеры. Людей на входе быстро заметили и стали готовить оружие. В тёмном небе, озарённом одним из спутников планеты, были заметны две точки - спускавшиеся вниз челноки, однако места на площади перед зданием для них уже не было. Если они и спустятся, то ЭМИ-оружие контроллеров их мгновенно уничтожит... превратит в бесполезные металлические коробки.
- Отступаем внутрь! - распорядился майор, оценивший ситуацию как военное положение, и принявший командование снова на себя.
- Капитан, - заговорил Данко из динамиков Кырымжана, - прошу разрешения на использование технологии нуль-транспортировки. Только что я её изучил и освоил. Пункт приёма - шлюзовой отсек «Данко».
- В смысле? - растерялся Фёдор Михайлович, уже пятившийся обратно в здание. Он недоумённо взглянул на Майю, от которой не отходил ни на шаг всё это время, словно бы обязался её защищать от любой опасности.
- Нуль-транспортировка... она же телепортация... мгновенное перемещение объекта в пространстве, - даже у искина, похоже, возникли проблемы с тем, как доступно пояснить свои слова. - С её помощью я могу перенести всех вас на корабль.
- А это разве не опасно? - хмуро поинтересовался Михалков.
- Технология нуль-транспортировки распространена в этой галактике, - ответил Данко. - Я уже провёл бета-тест, всё в порядке. Не проверял на живых людях, но риски менее одной сотой процента, согласно полученным данным.
Чижик слегка скривился, аж зубами скрипнув:
- Думаю, не будем рисковать...
Снаружи вдруг прозвучало что-то, отдалённо напоминавшее хлопок. За ним ещё один. А затем разом грянули два взрыва подряд, чуть не заложившие уши данкийцев. Стены здания завибрировали. Люди вынуждены были ухватиться кто за стены, кто друг за друга, чтобы устоять на ногах.
- Что это было?! - вскричал капитан, обхвативший Майю и прижавший к себе так крепко, словно её снова, как пять лет назад, пытались вырвать у него из рук те ненастоящие рыцари.
- Оба челнока уничтожены, капитан, - спокойно сообщил Данко. Кажется, это и так уже все поняли. - Разрешите вас нуль-транспортировать.
- Мда... пока сам корабль спустится... - старший помощник Михалков ещё больше помрачнел. - А, давай! - махнул он рукой Чижику.
Фёдор Михайлович оглядел лица остальных и, вдруг заметив прорывающихся внутрь здания контроллеров, резко выкрикнул:
- Разрешаю!
- Есть, капитан! - отрапортовал Данко.
И в следующий миг...

* * *

- С возвращением, - услышала девушка голос искина.
Когда яркий свет, заполонивший всё вокруг, перестал резать глаза, она наконец смогла сквозь застлавшие их слёзы увидеть, что стоит посреди просторного шлюзового отсека и ещё не замёрзла от здешней пониженной, как положено, до минус пятнадцати температуры только потому, что её крепко обнимает... Фёдор Михайлович.
- Всё... всё хорошо... - выдохнул он. - Мы дома... кажется.
Этот звездолёт для них и вправду стал вторым домом...
- Данко, все целы? - не отрываясь от Майи, задал он вопрос в пустоту, слегка приподняв голову к потолку.
- Все живы, показатели здоровья в пределах нормы, - ответил искусственный интеллект корабля. - Нуль-транспортировка прошла безвредно. У некоторых небольшие повреждения, полученные в бою. Ничего такого, с чем бы не справилась Майя Юрьевна.
- Ф-фу-у-ух... - расслабленно выдохнул Чижик чуть ли не в ухо девушке, наклонился к ней и улыбнулся. - Данко, улетаем отсюда. Координаты не важны... выбери сам, поближе к той чёрной дыре.
- Есть, капитан.
- Ну вот, моя девочка... всё хорошо... - он приблизил своё лицо к её очень-очень близко. Так, что она могла почувствовать его тёплое дыхание. И вдруг... резко подался назад и, отвернувшись, оглушительно чихнул: - А-ап-чхи!!!
За спиной послышался чей-то вежливый мужской кашель, а затем раздался голос Ивана:
- Эй, мне тоже холодно! Обнимите и меня кто-нибудь!
С тебя завершающий небольшой (ну, размеры не важны, можно и большой, если захочешь) пост - и переходим в новую главу :)
  • Спасибо большое, КАК же я соскучилась по Чижику :) Классный пост!
    +1 от Лисса, 16.04.18 13:49

Он видел эту зарождающуюся грозу в серебристо-сером небосводе её очей, они будто дымкой грозовых облаков подёрнулись, этакими пушистыми перьевыми тучами, стремительно темнеющими, пока на них смотришь. Словно бы молния в них сверкнула и прогремел дальний громовой раскат, предвестник скорой бури. Эта злость обидой точила Майю изнутри, съедала, но не могла одолеть до конца, уступая силе чувств к произнесшему эти слова мужчине. Фёдор Михайлович знал, что обида пройдёт. Гроза в одночасье закончится, отгремев свою шумную песню, и на посвежевшем, безоблачном небе разольётся радужный мост, вновь соединяющий их сердца. На траве весёлыми озорными капельками заиграет живительная роса, переливаясь всеми цветами небесной радуги, и в воздухе запахнет тем самым послегрозовым запахом озона, чистым, непорочным ароматом природы. Нужно лишь дать ей время успокоиться.
А сейчас правда была важнее, какой бы суровой и жёсткой она ни была. Хотя, чего греха таить, и сам Чижик несколько сомневался в том, стоило ли всё это высказывать Майе. Ей и без его упрёков несладко ведь, а он ещё со своими - возможно, немного эгоистичными - претензиями ей в душу лезет. Неловко почувствовал себя капитан, только сделанного не воротишь, слово - не воробей, вылетит - не поймаешь. Ну, хоть бы к добру было сказано.
«Прости», - сказали его внимательные серо-зелёные глаза, заметившие эту грозу. Одна рука его к щеке доктора Светловой прижалась, а вторая мягко провела по её волосам, так осторожно, будто бы они были из тончайшего шёлка и Фёдор Михайлович боялся одним неаккуратным движением повредить их.

- Олрайт, - губы его дрогнули, но так и не сложились в улыбку, а брови чуть сдвинулись к переносице. Он опустил голову и вздохнул. - Прости, я и правда переволновался...
Капитан придвинулся к ней ближе и обнял покрепче, чтобы вместе с ней пережить начавшуюся грозу. Заслонить собой от ливня, быть может. Или принять на себя удар молнии - Молнии-Светловой - он заслужил, наверное. Иногда лучше не говорить правду, когда это не столь существенно. Хотя теперь она знает и подумает впредь, прежде чем так рисковать собой. Хотелось бы в это верить, иначе всё зря. Он ведь не упрекнуть её хотел, а позаботиться о ней, о её безопасности.
- Ты необыкновенно смелая девушка, - прошептали едва слышно его губы.

Отважная. Симпатичная. Рыжая. И с веснушками. Как далёкий образ из детства. Такие бывают не только в мультфильмах.

* * *

На вид всё в порядке должно было быть с ногой у Фотона Игнатьевича, больше и не скажешь, пока она в штанине скафандра. Тут не поверхностно осматривать нужно было, а ощупывать её в поисках того места, где болит. Но приблизительный диагноз доктор Светлова и так могла поставить - пилот то и дело прикладывал ладонь к задней поверхности левого бедра. Это говорило о том, что он неудачно упал, скорее всего, и теперь сводит мышцу. Ходьбе это не помеха - можно даже не прихрамывая идти, а вот болевые ощущения остаются и усиливаются, если не давать ноге отдых. В таких случаях нужны покой ноге и таблетка, при острой боли - укол обезболивающего в ногу. Но если её не напрягать, то постепенно боль и сама пройдёт, в зависимости от степени повреждения - через несколько часов или несколько дней. Таблетка этот процесс ускорит, а укол регенерина из автоаптечки вообще окажет почти мгновенное действие. Впрочем, у Ромашкина наблюдались небольшие боли, и это обнадёживало на скорое выздоровление. Не стоит злоупотреблять регенерином, в некоторых странах он запрещён как один из видов наркотических препаратов, вызывающих привыкание. Он нужен для лечения серьёзных травм.
- Я... я гожусь не только для протирания пилотского кресла, чтобы вы знали, Майя Юрьевна, - отшутился мужчина, отчаянно храбрясь и напуская на себя отважный вид, так не сочетавшийся с его телесной бледнотой и общей худощавостью. - Всё же, служба в ВКС обязывает. Я проходил военную подготовку, как и многие из нас. Не стоит меня недооценивать, Майя Юрьевна, - предупредил Фотон, которого определённо слегка обижало такое отношение к нему. Хотя, справедливости ради, отношение-то было вполне себе заслуженным. Ну, не тянул он внешне на солдата. Да и то, как он «воевал» сейчас, вцепившись в ногу робота-инсектоида, только доказывало, что боец из первого пилота никудышный. - Я вызвался лететь вместо Спартака Валерьевича. Он хотел, но мы коллективно решили, что ему не стоит рисковать своим здоровьем, всё же возраст у него не тот... Обиделся Спартак Валерьевич, мда... теперь ворчать будет, - вздохнул Ромашкин. - Жаль, не хотелось его обижать. Хороший он человек, душевный.
Должно быть, разговор отвлекал Фотона Игнатьевича от боли, так как очень уж охотно молодой человек вступил в диалог с подошедшей доктором Светловой. А может, ему просто хотелось высказаться после этого короткого поединка и всей этой ситуации, наверняка ставшей для Фотона, да и не только для него, своего рода нервным потрясением. Вот так не особо разговорчивый Ромашкин разоткровенничался с весьма словоохотливой Майей Юрьевной. Ему это должно пойти на пользу.
- Ерунда, пройдёт, не извольте беспокоиться, - отмахнулся Фотон от осмотра и ощупывания его ноги в месте повреждения. Но поморщился, когда девушка предположительно нашла ущемлённое место, тем самым показав, что если дотрагиваться - болит сильнее. - Знаете, мальчишкой я себе как-то раз ногу сломал, неудачно с дерева спрыгнул. Ничего, зажило как на кошке. Уже через две недели по всей больнице с костылями бегал. А это пустяки, ушибся немного, вот и всё. До свадьбы заживёт. Вы лучше о себе и о капитане расскажите. Мы сильно за вас испугались. Как вы? Сами не пострадали?
И старший лейтенант Ромашкин с живейшим интересом посмотрел на старшего лейтенанта Светлову.

- Карты... ну да, про карты я и забыл... - мужественное, но слегонца растерянное и бледное сейчас лицо Фёдора Михайловича потемнело. - С нами два техника и два медика. И целых три безопасника. Да Данко на связи. Мы просто обязаны изучить, что полезного для нас есть в их компьютерах. Вперёд тогда, друзья, не задерживаемся.
Замечание Майи выбило почву из-под ног капитана, и он сдался на волю победителей, к чьим нестройным рядам неожиданно примкнула и доктор Светлова. Честно говоря, Чижик ожидал, что она поддержит его решение, но вышло не так, как думалось, и девушка безусловно была права. Уходить совсем без ничего не хотелось. Хотя ноги бы унести и остаться при своём - уже отличный результат после всех событий на этой дрянной планете.
- «Подземелье ведьм»? - задумчиво переспросил Ромашкин и медленно покачал головой. - Не читал, но видел старый фильм, ещё двадцатого века, и думаю, что понимаю, о чём вы говорите. Чудь - это так назывались те роботы, игравшие роли то ли ведьм, то ли... ещё кого-то? Смутно припоминается, честно говоря. Помню только, что фильм был интересный. И про любовь, - неожиданно первый пилот улыбнулся искренней, обаятельной улыбкой человека, явно неравнодушного к подобным романтическим поворотам в космической фантастике. Его улыбку можно было назвать даже нежной и какой-то робкой, слегка стеснительной. Наверное, не часто он вот так раскрывался.
Фотон Игнатьевич поднялся на ноги, потревоженный приказом велевшего поторапливаться капитана, и быстро зашагал следом за всеми к раскрытой двери внутрь бункера. Первые несколько шагов он нахрамывал, затем его шаг выровнялся. А потом сбоку от него пристроился Стругачёв, поддерживая за плечо и помогая идти, не опираясь всем весом на повреждённую ногу.
- В самом деле, похожая история, - согласился с Майей Фёдор Михайлович, оказавшийся рядом с девушкой.
Он хотел добавить что-то ещё по поводу знаменитой книжки, которую она ему подарила, но его прервал резкий окрик Михалкова:
- Бегом! Дверь закрывается!
И вправду, створки двери в бункер показались из пазов в стенах и теперь медленно, очень медленно, будто нехотя сходились вместе, отрезая землянам путь к командному центру или что тут у них находилось. Данкийцы зашевелились и бросились вперёд, надеясь успеть, но они не успели бы, если б не Громов, подбежавший первым и успевший протиснуться в щель. Парень встал между створками, уперевшись в них руками, и с силой стал раздвигать, пока в стене что-то не хрустнуло и не сверкнуло, после чего двери легко поддались и перестали двигаться сами по себе.
- Ну, Серый даёт... - завистливо выдохнул Алексей Кирович.
Громов раздвинул створки и остался на месте, лишь потеснился к стене, страхуя проходящих мимо данкийцев от возможной новой попытки дверей закрыться. Впрочем, он, по-видимому, ухитрился сломать сам механизм, двигавший двери.
- Данко, их системы заработали? - встревожился не на шутку Чижик, оглянувшись в тоннель, по которому они пришли. Там, в глубине, всё так же лежали без движения лишённые шлемов тела роботов-инсектоидов.
- Частично, - бесстрастно ответил голос искина. - Предполагаю, без прямого вмешательства технического специалиста они не смогут полностью перезагрузить систему. Но я могу ошибаться, капитан.
- В любом случае, нам надо торопиться, - кивнул Фёдор Михайлович, поглядел на Майю и двинулся вперёд, желая быть в числе первых, кто войдёт в сердце этой огромной жучиной тюрьмы.

За дверью оказалось крупное помещение, целый зал, матово-серые стены которого были сплошь покрыты сложным на вид электронным оборудованием. Множество непонятных экранов, терминалов, переключателей, тумблеров, планочек, кнопок и мигающих разными цветами лампочек. Часть всего этого безобразия выглядела мёртвой и безжизненной, многие приборы не горели и не гудели. Но больше половины продолжало подмигивать разноцветными огоньками, гудеть, щёлкать и вообще всячески демонстрировать признаки жизни, а на экранах отображались разные коридоры, кое-где с застывшими роботами или недоумевающими, всё такими же вялыми, но живыми обитателями планеты. Вероятно, это и был командный центр, относившийся непосредственно к этому зданию, а то и, кто его знает, может, влиявший и на другие такие же тюрьмы. Ведь не может быть, чтобы она была одна на весь инопланетный город.
- Именно отсюда исходили помехи, не позволявшие нам связаться, - сообщил Данко. - Капитан, оба челнока ждут вас у выхода и спустятся, как только вы покинете здание.
- Принято, - коротко ответил Чижик, напряжённо изучавший обстановку в помещении.
В отличие от него, у их технических специалистов, Раздолбайла и Романовского, при виде всего этого великолепия забегали глаза и засияли лица. Юрий Александрович даже руки потёр, приступая к исследованию компьютеров инопланетного производства. Он даже не обратил внимание на двух сидевших в креслах неподвижных чужаков - сбой в системе превратил этих роботов в статуи, как и остальных. А вот безопасники как раз на них первым делом обратили внимание, и уже спустя десяток секунд Кырымжан и Громов стаскивали с их голов напичканные электроникой шлемы. Технари же принялись сходу нажимать многочисленные кнопки на панели управления, достали свои инструменты - у Ивана с собой оказался миниатюрный инженерный набор.
- Юрий Александрович, Иван, осторожно, - забеспокоился Чижик, наблюдая за их беспечным занятием. - Это чужая аппаратура, мы не знаем, как она будет на нас реагировать.
- Нет ничего проще, капитан, - Ванька улыбнулся широчайшей ухмылкой Чеширского кота. - Я уже взломал систему и она под моим контролем.
- Что?.. Уже? - Фёдор Михайлович был не на шутку поражён этим известием. - Когда ты успел?
- Кэп, обижаете, - Раздолбайло гордо выпрямился в кресле, которое успел занять после сброшенного на пол робота-жука. - Я в двенадцать лет защитные системы Пентагона взламывал... правда, за это мне пришлось недолгое время любоваться небом в клеточку, но ведь именно это позволило мне без проблем получить освобождение и путёвку в МЗУ. Родина чтит героев!
Похоже, не все знали о подвигах их второго борт-инженера. Громов и Стругачёв, к примеру, взглянули на Ивана новым взглядом, первый сердито и недоверчиво, а второй с долей уважения. Ромашкин, присевший во второе кресло, также удивлённо поглядел на хакера. Да и доктор Григорьев слегка приподнял брови, но отреагировал спокойнее остальных. Все прочие наверняка уже знали эту историю.
- Но, если честно, если б Данко не отправил их систему в глубокий нокаут, я бы не справился так быстро, - доверительно сообщил Иван. - Тут просто принцип построения программного кода понятен, остальное - дело техники.
- Спасибо, - скромно поблагодарил его искин.

Дверь в бункер они на всякий случай закрыли и зафиксировали, чтобы внутрь не пробрались роботы, если придут снаружи здания те, что не зависят от данной системы. После чего обосновались внутри с минимальными удобствами, взяв небольшую передышку после активных боевых действий, пока двое техников детально изучали информацию на компьютерах. Люди разбрелись на небольшие группки, большей частью молчавшие.
- Ну вот... - тихо сказал, почти шепнул вдруг Фёдор Михайлович, оставшись рядом с Пчёлкой. Он положил руку ей на плечо и слегка сжал пальцы. - Всё самое страшное позади... смею надеяться... Но будь готова, нам ещё предстоит обратный путь.
Чижик отпустил её плечо и, тяжело дыша, присел на корточки. Усталость набежала на его всё ещё слегка бледноватое лицо, заставив его посереть. Губы дрогнули, и их уголки приопустились. Видно было, в каком напряжении всё это время находился бывший школьный учитель, а ныне - капитан исследовательского звездолёта. Плечи его поникли, он как-то ссутулился весь и голову опустил.
- Устала, моя девочка? - шепнул он, жестом приглашая присесть возле него, а то и сесть прямо на пол. Кресел здесь, увы, было всего два, и оба сейчас были заняты. - Ничего, скоро вернёмся на корабль и отдохнём... - Чижик выдохнул, утомлённо прикрыл веки и помассировал себе виски. Не открывая глаз, он поинтересовался: - Как ты себя чувствуешь? Как рука? Ещё болит? - его голос дрогнул.
  • за Пентагон :)
    +1 от rar90, 19.03.18 08:45
  • Классный живой пост, очень вкусно!
    Фотон раскрылся, Иван немного. И уставший Чижик... Очень нравится :) И действие, и загадки тоже. Здорово!
    +1 от Лисса, 19.03.18 09:38

Вы не можете просматривать этот пост!
| ,
  • Всё же, приятно снова видеть "ту самую Холли".
    +1 от Random Encounter, 17.03.18 02:30

Интересно было Фёдору Михайловичу послушать, каким он выглядел в глазах Майи тогда, на таинственной Туманной Планете, о которой, по правде говоря, сами организаторы эксперимента имели довольно скудные сведения, и как выглядит теперь. И это романтическое сравнение его с морем тронуло молодого капитана, зацепило какие-то неведомые струны души, словно бы с морем у него были связаны некие воспоминания, создававшие ностальгическую ноту при одном упоминании. Однако нет, с морем Чижик был не связан никак, не было его на Марсе и в Москве тоже не было, ему просто понравилось это вот сравнение: он - море, и измеряется в ширине и глубине. Чем шире оно, тем сложнее достичь другого берега, а чем глубже, тем труднее увидеть, что там на дне сокрыто, какие тайны морские и сокровища оно хранит и показывает лишь самым отважным, осмелившимся преодолеть пучину морскую ради достижения этих знаний.
- Море... - вдумчиво повторил Чижик, словно бы новое слово услышал, причувствуясь к нему и на вкус смакуя, пробуя понять, что за сильные эмоции в нём неожиданно это сравнение вызвало.
Любого человека с морем можно сравнить, но не каждому подойдёт это сравнение. Есть те, кого правильнее сравнить со скалой, как Юрия Аркадьевича - нерушимый же человек-гора, капитан-Эверест. Есть кто-то, кто на вулкан похож, такой же с виду нерушимый, как Везувий, однако полон кипящих страстей внутри, и время от времени происходит извержение. Есть люди, напоминающие горную речку - такие же быстрые, текущие между подводных камней, бурные. А есть такие, как он... человек-море. Фёдор Михайлович озадаченно покачал головой и повторил:
- Море... Это ты удачно сравнила. Поэтично... - улыбнулся он в эти трудные минуты нервенно, но искренне. Погладил плечо девушки, что можно было ощутить и через материал скафандра, хоть тактильные ощущения были и слабыми. На чёлку непослушную глянул неодобрительно, по-учительски, и дунул слегонца, как будто от этого лёгкого дуновения воздуха она могла передумать и враз стать послушной и покорной капитанской воле. Усмехнулся от такого простого жеста и вздохнул Чижик. - В целом, думаю, твои представления обо мне пятилетней давности близки к истине. Ты ведь судишь обо мне не только по событиям на Туманной Планете - как ты её красиво назвала, - но и по училищу, верно? Просто там, на планете, и всё время учебного полёта я был сам не свой. Ведь мне приходилось вести себя как ни в чём не бывало, и это было самое трудное - знать правду и молчать. Знать, что ждёт вас впереди, а когда началась высадка, делать вид, что я такая же жертва обстоятельств. Трудно быть решительным, когда тебя грызёт совесть, подтачивает изнутри. Даже твой отец, Майя, человек-скала Юрий Светлов не выдержал. Не думаю, что на основе тех событий можно объективно судить о чьей-то решительности или нерешительности. И всё же, я считаю, ты права, в то время я был довольно слаб... морально. Вполне возможно, Эксперимент и мне помог стать сильнее... не знаю... Море, значит, - Чижик усмехнулся снова. - Красивая метафора.
А пальцы его сжались, в ответном жесте обхватывая узкую девичью кисть, взявшую его ладонь.
- Сейчас-то я жёстче стал, ты верно подметила, - улыбнулся неуверенно Фёдор Михайлович. - Ершистее. Капитанистее, одним словом. Ответственности больше стало. Хотя и тогда было её много, но сейчас от моих решений зависят судьбы большего количества землян. Гм... и не только моих учеников, - задумался он, нахмурился слегонца. - Но тогда я чувствовал ответственность за вас. За каждого персонально. Я ведь наблюдал за вашими успехами, отмечал, у кого что лучше получается. На основе этого и распределились роли в учебном полёте. Возможно, тебя уже тогда следовало назначить бортовым врачом, мда... но ты также хорошо, лучше других подходила на место биолога, и врачом стала Любова...

И снова он крепко задумался над словами Пчёлки. Вопрос она задала не из простых, и не было на него у Фёдора Михайловича однозначного ответа. Однако, и уклоняться от него было бы неправильно - сейчас особенно, в эти минуты откровений. Стоило как-то выразить свои мысли, не отмалчиваться...
- Вообще-то я предпочитаю судить о людях цельно, Майя, - заметил он неохотно наконец, - не раскладывая на составные части из достоинств и недостатков. Отмечаю только наиболее ярко выраженные, разве что... И скажу прямо, вопрос ты задала неудобный, - голос его чуть веселей, бодрей, с шутливой укоризной зазвучал. - О своём-то недостатке я сам сказал и ты со мной согласилась. Ну что же... Думаю, ты и сама знаешь, над чем тебе надо поработать. Можешь на меня злиться, - Чижик хмыкнул, - но мне кажется, твоя смелость граничит с безрассудством. И я сейчас не об экстремальном спорте и отдыхе. Катание на роликах - это одно... Но вот когда нас брали в плен и ты бросилась на одного из этих контроллеров, я как только представил, что он сейчас в тебя выстрелит и убьёт, как того несчастного инсектоида... - капитан сглотнул ком в горле и чуть побледнел. - Слава богу, обошлось... но ты так рисковала. И ради чего? Ради меня? Мне ведь не грозила тогда расправа, они нас арестовывали, но не собирались расстреливать на месте. А ты так поставила на кон свою жизнь... Ладно, ты себя не жалеешь. Но ты хоть подумала, что бы со мной было, если бы они тебя убили? - Чижик положил ладонь Майе на щёку и крайне серьёзно поглядел ей в глаза, и на мгновение на его лице промелькнула тень той боли, которую он испытал в тот злосчастный момент. Голос его стал совсем тихим. - Даже если бы я после этого выжил... нет, лучше об этом не говорить. Ты и сама должна понимать, - Фёдор Михайлович покачал головой и привлёк девушку к себе, вновь крепко обняв.
«В твоей смерти я бы винил всю оставшуюся жизнь себя», - эти его мысли невысказанными так и повисли тяжело в воздухе.

И наступила гулкая тишина. Двери и стены камер были с хорошей звукоизоляцией, хотя в коридоре и можно было расслышать многочисленные шаги контроллеров и их лишённых воли к жизни арестантов. В самой же камере соседи землян не издавали почти ни звука, и очень отчётливо было слышно, как громко и беспокойно бьётся сердце капитана, даже через ткань скафандра.

* * *

Данкийцы были в порядке, но немного в шоке от этой планеты. Как быстро поняла Майя, а позже рассказал старший помощник Михалков по дороге по коридорам этого здания без окон, чем-то действительно напоминавшего улей, как окрестил его Романовский, первая группа не рискнула оказывать сопротивления, впечатлённая скорой и жуткой расправой контроллеров над одним из своих сородичей. А так как они не сопротивлялись, то и бить их не стали - привезли в тюрьму и запихнули всех в одну камеру. Ну, а когда вывели из неё, они почти сразу и пересеклись с капитаном и доктором Светловой.
В общем, все отделались максимум синяками да ушибами - силу тараканов оценил даже молчаливый Громов, когда во время бегства завалил одного из них и, прежде чем сдёрнул с его головы шлем, успел получить тычок по рёбрам. В немедленной медицинской помощи никто совершенно точно не нуждался, но, впрочем, если и была бы в ней необходимость, с собой у Майи не было аптечки. Она бы могла разве что экстренную первую помощь оказать, используя подручные средства... хоть какие-нибудь.
Зато удалось прихватить пару сорванных с тараканьих голов шлемов - один подхватила с пола девушка, второй с одного из противников сорвал бортинженер и что-то мычал то и дело по пути, пытаясь изучить его внутренности. А одного взгляда Майе хватило, чтобы понять: шлемы-то не простые, а представляют собой какие-то технические хреновины. Во внутренней их части имелись какие-то разъёмы и контакты, и при более детальном осмотре можно было заметить места, где были сломаны крепёжные болты, когда данкийцы срывали шлемы с голов инсектоидов. Словно бы они были приделаны прямо к их тараканьим головам.
Правда, обсудить этот вопрос они не успели. Как раз в этот момент беглецы попали в окружение, и ситуация из острой стала просто критической. Тут уже стало не до шлемов, когда мужчины вынуждены были встать в круговую оборону, спрятав единственную женщину за своими спинами. Понятно, это бы Майю не спасло, но они собирались сражаться до последнего и явно хотели дать ей шанс продержаться подольше. Ведь ещё была надежда на прибытие подкрепления в лице Кырымжана и Ваньки... ну, может, и ещё кого-то с корабля.
- Майя, помни, ты врач! - услышала она голос Фёдора Михайловича, стоявшего в той же боевой защитной стойке, что и остальные данкисты. - Береги себя до последнего! Тебе ещё потом всех латать!
Ну да, ну да. Как-то вот сразу было понятно, что пытается он слукавить, схитрить таким вот образом, зная, как печётся Светлова о своих рабочих обязанностях, и надавить именно на это, чтобы удержать её от опрометчивых поступков. Наверное, ещё и недавний разговор вспомнился... Вообще, здесь ещё был доктор Григорьев, но он вместе с другими мужчинами собирался биться насмерть. А ей, значит, нельзя, надо беречь себя, потому что она... врач!
Но... она ведь знала теперь - он не хочет, чтобы она подставлялась опасности.

Расстояние между окружёнными людьми и надвигающимися на них тараканами сокращалось. Десять метров... пять... три... и вот уже первые контроллеры с одной стороны бросились на Чижика и Громова, а с другой - на Михалкова, Григорьева и Романовского.
Прежде, чем Майя успела как-то среагировать, она услышала откуда-то из толпы инсектоидов знакомый треск бластерных разрядов, всполохи и шипение, а затем мужские нечленораздельные крики, явно с целью привлечь на себя внимание. Присмотревшись из-за спин обступивших её мужчин, она заметила, как между тараканами началась потасовка. Сначала было вообще непонятно, что происходит, особенно на фоне шума начавшейся драки прямо у неё под боком - в этой ситуации данкийцам было трудно стянуть шлемы с голов противников, так как пока бы они это делали, на них напал бы ещё один, и приходилось яростно отбиваться. Но вот один из дерущихся со своими сородичами тараканов мигнул и голограмма развеялась, явив взору Майи Раздолбайла, отчаянно молотившего врагов... здоровенной монтировкой. Затем мигнул ещё один инсектоид и превратился в майора Кайрата Тимуровича, завалившего уже двоих и возившегося с третьим. Первые два, правда, снова поднимались - шлемы ведь с них не сняли. Третий таракан в мгновение ока обернулся разъярённо орущим что-то благим матом Лёху Стругачёва, напрыгнувшего на мечущегося врага и пытающегося его завалить, молотя кулаком ему в голову. А это что? Фотон Игнатьевич, распластавшийся на полу и вцепившийся в ногу ещё одного вражины, пытавшегося от него оторваться, но в итоге шедшего по коридору с волочащимся за ним, намертво прилепившимся первым пилотом?
В коридоре на некоторое время воцарился хаос. Неожиданное подкрепление вызвало сумятицу в стройных рядах контроллеров, и хотя выстрелы из бластеров, как поняла Майя, приняла на себя их силовая броня, но против субакса они могли противопоставить только свою физическую мощь... если только не начнут пускать молнии из пальцев.
Но тараканы быстро добрались и до девушки, и...

...и стали падать. Один за другим. А те, что не добрались до заварушки и активных действий не предпринимали, просто останавливались и не двигались. Сейчас контроллеры напоминали людей, игравших в «морские фигуры» и в один момент всех одновременно замерших по команде «морская фигура, замри!», словно манекены, в тех позах, в каких эта фраза застала. Только те, что были в этот момент в движении, по инерции его продолжали и просто падали с тяжёлым грохотом.
Люди тоже застыли, явно не понимая, что происходит. Стругачёв лежал сверху на упавшем таракане и продолжал его душить. Фотон Игнатьевич обнимал ещё одного за ногу и удивлённо озирался. Иван стоял, занеся над головой монтировку, и ошалело озирался. Кырымжан стоял посреди поваленных тел и яростно зыркал по сторонам, напоминая разгневанного бога войны. Ну, а те мужчины, что пытались защитить собой Пчёлку, также растерянно озирались. Кто стоя, как Громов, Михалков и Романовский. Кто лёжа, как успевшие пропустить удары Чижик и доктор Григорьев. Майя также обнаружила себя почему-то сидящей на полу рядом с Фёдором Михайловичем...
- Данко на связи, - сообщил родной безэмоциональный голос из чьих-то динамиков. Голос звучал со стороны прибывшего подкрепления.
- Что... что произошло? - выдавил из себя с трудом соображающий Чижик.
- Докладываю, капитан, - отозвался Данко, и Майя могла поклясться, что ей на миг послышалась в голосе искина гордость. - Мне удалось временно вывести из строя систему электроники здания, в котором вы находитесь. Не поверите - она зависла от простого шквала запросов, и мне удалось пробиться через защитное поле и восстановить с вами связь. Поторопитесь - я не могу спрогнозировать, сколько их система будет отключена.
- Эмм... и может прибыть подкрепление... - выдохнул Фёдор Михайлович, как-то автоматически приобняв Майю. - Срываем с них шлемы!
Он обернулся к ней и с нежной заботой спросил:
- Ты в порядке?

Сказано - сделано! Новоприбывшие быстро выяснили, зачем надо снимать со всех врагов шлемы, и споро занялись делом. Коллекция шлемов у стены в углу росла, а в коридорах было подозрительно тихо.
- Твою мать, драть их отвёрткой! - смачно выматерился Романовский, некоторое время провозившийся с одним из контроллеров. - Оказывается, нас захватили в плен роботы! Смотрите!
Он повернул голову инсектоида, которую немного выпотрошил, отломав торчавшие усики антенн вместе с частью защитного корпуса. Под ним оказалось целое переплетение электрических проводов! И шлем, очевидно, был составной частью этих роботов, без которой они не могли функционировать.
- Роботы или киборги, Юрий Саныч? - уточнил с интересом Раздолбайло.
- Гхыр их поймёт, но вроде там внутри сплошной металл, не вижу ни грамма биомассы, - ответил первый бортинженер. - А тела... - он пощупал хитиновую оболочку инсектоида, - синтетика, наверно. Тут без поллитры не разобраться.
- Отставить разговоры о спиртном! - суетился Чижик. - Все шлемы сняты? Пошли отсюда бегом!
- А может, наоборот, в их командный центр заглянем? - предложил вдруг старпом. - С нами два специалиста, выведем из строя их систему, чтобы наверняка.
- А если прибудет подкрепление? - мрачно поинтересовался капитан.
Судя по растерянности на лицах, часть экипажа была согласна с Фёдором Михайловичем, часть - с Михалковым. Рыжик встретился взглядом с Майей и сдвинул брови, молчаливо спрашивая, как она. А Ромашкин подошёл ближе и присел неподалёку - руку протяни и дотронешься. Кажется, у него что-то было с ногой, он держался за бедро. Но шёл вроде не хромая. Его бледное лицо стало ещё бледнее, и чем-то он сейчас напоминал аристократического вампира, вьюношу бледного со взором... блуждающим под стеклом шлема его скафандра.
  • Чудесно! Душевно и здорово.
    ...И Фотон тревожит, о да.
    Прекрасный вкусный пост :)
    +1 от Лисса, 26.02.18 22:04

Удивлённо выслушав Окунькова, хозяйка гарема пару раз моргнула, а затем залилась смехом, и, будто по мановению дирижёрской руки с палочкой, следом за ней принялись смеяться остальные жёны Барлада Дэрта. Этот смех был не зловещим, как могло бы подуматься одному несостоявшемуся капитану, а вполне себе искренним и весёлым, как после хорошего анекдота. Однако, он быстро смолк, как гитарные аккорды резко затихают из-за оборвавшейся струны, и лицо женщины стало холодным и надменным.
- Мы вполне довольны своей жизнью, наш господин заботится о нас, мы купаемся в роскоши и нас ничего не интересует, кроме денег и новых украшений, - ответила хозяйка гарема.
Но что это? Ужас вдруг появился на их лицах. Женщины вскочили со своих мест и убежали в соседнюю комнату, а из-за спины Пети раздался топот и в открытую дверь ворвалась стража. Зеночка снова куда-то исчезла. Бой со стражей был короткий, неравный и кровавый. Их было слишком много, и не успел юноша опомниться, как его руки были скручены за спину двумя здоровенными орками, а сам он уже начал терять сознание от полученных ран.
- Посторонним запрещён вход в гарем, - прокаркал маленький на фоне орков гоблин, судя по доспехам, их командир. - Даже Зелёным Рыцарям, кроме случаев крайней необходимости. Но и тогда им запрещено разговаривать с жёнами мага.
Последнее, что Петя увидел в этой жизни, был короткий меч гоблина, вонзившийся ему в сердце...

- Что здесь за шум? - поинтересовалась хозяйка гарема, строго поглядев на юношу.
Белл между тем размышлял, не попробовать ли найти с ней общий язык, подарив ей какой-нибудь подарок... Были бы у Пети деньги, можно было бы дать их жёнам мага, явно алчным на золотишко. Но увы, трактирщик-Водяной его разорил.
- Прости... я не могла предупредить... - раздался сзади опечаленный голос Зены.
+1 | Герои не умирают, 05.02.18 15:08
  • Ох, это была неожиданная смерть :)
    Хорошая игра. Пишу сюда не так часто, как хотелось бы, но с большим удовольствием ^^
    +1 от Лисса, 14.02.18 21:49

Он смотрел на неё зажмурившуюся, на неё, выглядящую такой потерянной, хрупкой в этот миг и беззащитной, и его сердце одновременно и сжималось от боли, и таяло от нежности. Губы её дрожащие, чуть скривившиеся от боли и страха. Хотелось прижаться к ним своими и успокоить их, и вселить надежду и уверенность в напуганную девушку, эту всегда такую упрямую Пчёлку, но сейчас поддавшуюся мимолётной слабости у него в руках. И эта невольная слабость, это желание положиться на мужчину рядом и довериться ему во всём - это было настолько по-женски, что Чижик едва удержался, чтобы не поддаться теперь уже своей слабости и сиюминутному порыву, о котором потом непременно будет жалеть. Нельзя переступать ту грань, делающую их с Майей отношения такими, какие они есть сейчас - очень близкими, родственными почти, и в то же время сохраняющими дистанцию приличия. Он бы, как педагог, не простил себе такого поступка. Тем более, что сейчас, в эти минуты, это бы попросту значило воспользоваться её слабостью, потакая слабостям своим. Нет, всему своё время. Фёдор Михайлович чувствовал, что однажды он эту грань рискнёт перешагнуть. Однажды... если это однажды для них наступит. Если не сгниют на чужой планете в застенках. Не умрут в четырёх голых стенах, как жуки в спичечном коробке, лишившись смысла жить дальше.
- Спина к спине? - переспросил он тихо, уточняя, и, поколебавшись пару мгновений, послушно развернулся к ней спиной. Майя ощутила тёплое, горячее почти прикосновение капитанской спины к своей, дающее какую-никакую, но опору.
Теперь они и вправду, как в кино о боевых товарищах-напарниках, прикрывали друг другу спины. Правда, смотрели теперь в разные стороны, а не друг на друга. Но Майе от этого должно было бы стать легче. Не приходилось больше прятать от Фёдора Михайловича свои эмоции, он не видел её лица и не мог по нему увидеть, что творится в мыслях у девушки. Хочешь - смейся, хочешь - плачь. Свобода самовыражения и любимый мужчина, прикрывающий твою спину. К сожалению, такой же узник спичечного коробка на воздушной подушке, как и ты.
- Не помню, кажется, я это уже говорил... - задумчиво произнёс родной Чижиковский голос сзади, хорошо слышимый в тесном пространстве этой передвижной клетушки. Хрипловатый немного от волнения. - Твой папа, Юрий Аркадьевич - он... не может быть плохим человеком, я уверен в этом. Ведь тогда у него не было бы такой замечательной дочки. Мы уже говорили немного о наших семьях, и я думаю, всё так и есть, как ты говоришь. У него просто тяжёлый характер. Сильный, волевой и закалённый. Это его защита, будто твёрдый панцирь усиленного скафандра, одного из тех, что предназначены для работы в сложных условиях на планетах с повышенной гравитацией и враждебной для человека атмосферой. Этот скафандр будто прирос уже к нему. И снимает он его редко. Наверное, в такие моменты чувствуя себя особенно беззащитным и уязвимым перед внешним миром, а потому спешит поскорее надеть обратно, закрыться, чтобы снова чувствовать себя в безопасности. Но это не делает его плохим человеком, Майя, ведь так? Он ведь и Эксперимент свернул не ради политической или иной выгоды, он тогда что-то почувствовал, понял, дал задний ход...

Помолчал немного Фёдор Михайлович, девушку послушал, похмыкал тихонечко. Насколько легче было разговаривать без этих шлемов, будто отрезающих тебя от окружающего мира. Душевные беседы вслух, чувствуя живой, не искажённый динамиками шлемофона голос - это было что-то особенное. Вот вроде бы и неуловима разница, ан нет - это как-то чувствуется. Это как... разница между тем, чтобы разговаривать, глядя собеседнику в глаза и находясь в одной комнате, и тем, чтобы общаться через полуприкрытую дверь из разных комнат.
- Не думаю, Майя, не думаю, что начну забывать себя и заноситься, - задумчиво ответил Чижик. - Всё может быть, конечно, но мы с капитаном Светловым - люди разного склада характера. И по чести говоря, у него есть многие положительные качества, которым мне следовало бы поучиться. Твёрдости в принятии решений вот мне иногда очень не хватает. Мягкий я и нерешительный слишком, Майя, не спорь. Всё боюсь, что промедлю с решением в самый ответственный момент и накликаю беду. Или приму неверное решение. Вот как сейчас... - капитан помолчал мучительно долго, прежде чем объяснить. - Я считаю, что принял неверное решение о высадке на Кулимат. Это было слишком опасно, но я решил рискнуть - и вот они, последствия...
Снова помолчал, про Пещеру слушая и с мыслями собираясь. И с силами физическими заодно. Нельзя было сейчас раскисать, в минуту опасности. Капитан должен быть собранным и решительным, действовать чётко и уверенно. Им предстоит совершить побег, если только не удастся договориться с инсектоидами мирно. Полагаться во всём на помощь товарищей, остававшихся на свободе - хорошо, но нельзя. Нужно самому уметь взять ситуацию под контроль. Это ещё одна вещь, которой ему следовало бы поучиться у Майиного отца.
- Ну, если ты так считаешь... - озадачился немного он от такого энтузиазма по поводу болезненного прошлого опыта. - Задача Эксперимента была с детства подготовить вас к совместным испытаниям, сплотить воедино перед лицом общей опасности. Что-то такое вы и пережили. Только начальный этап, но это было для вас очень многое. Учебные испытания на полигоне не идут ни в какое сравнение с тем, что, как вы думали, вовсе не является учениями. Для вас это было действительно настоящее приключение. Мне только жаль, что оно оказалось болезненным для многих из вас. Иногда я думаю... ты только не обижайся, ладно? Но скажу как есть. Иногда мне кажется, что не стоило Эксперимент останавливать и нужно было дать вам пройти этот путь до конца. Его так бесславно оборвали, когда вы были особенно уязвимы, и вы испытали лишь боль и разочарование. Если бы вы выдержали весь путь, вы бы чувствовали себя по-другому. Да, вы бы тоже в итоге узнали, что всё это было спектаклем, но у вас была бы уверенность в собственных силах, намного выше самооценка. Вы бы знали, что сможете справиться теперь и с настоящими трудностями. Но у вас это отняли и не дали ничего взамен. Как конфету дали, а под красивым фантиком пустышка оказалась. Но это так... одна из мыслей... Я не знаю наверняка, как бы для вас было лучше. Но рад, если ты так к этому относишься. Это ведь и частью моей жизни стало. И ты стала её частью...
Снова затих, на этот раз надолго. Ушёл в мысли свои, с головой погрузился. Так и сидели, пока ховеркар не остановился и их не вывели из передвижной тюрьмы.

Там, уже в камере внутри здания местной тюрьмы, он опять попытался приладить её чёлочку, на место вернуть. Немного неуверенно, дрожащими пальцами в перчатке скафандра. Да где там - непослушные медвяно-рыжие пряди выбивались из причёски игриво. Не сиделось им на месте, и только их такой же непоседливой обладательнице приходилось мириться со своим безвыходным положением и сидеть на одном месте, в уголке камеры. Зато в капитанских объятиях, что немаловажно. Горячих и родственных почти что даже. Они успокаивали. И ей спокойнее в его руках становилось, и он больше уверенности в себе чувствовал. Несмотря на терзающий изнутри страх.
- Это и правда похоже на концлагерь из двадцатого века, - Фёдор Михайлович устало прикрыл глаза, давая им короткую передышку. - Я тоже думаю, их чем-то таким обработали, из-за чего они стали такими безвольными. Но что же ты предлагаешь? Устроить здесь революцию? - он скептически усмехнулся, открыл глаза и серьёзно посмотрел в глаза девушки, эти выразительные, решительные и посверкивающие иногда сталью, совсем как у её отца, но другие... они были Её. Ни у кого больше не было таких глаз. - Максимум, что мы сможем - это освободить бедолаг, заключённых в этом здании, возможно. Выпустить их на свободу, чтобы спрятались где-то в городе. Ты ведь должна понимать, даже всех мощностей «Данко» не хватит, чтобы справиться с высокоразвитой цивилизацией... Мы не должны вмешиваться в их жизнь. Каждый решает по-своему свои проблемы. Мы на Земле справляемся с проблемой перенаселения, осваивая и колонизируя другие планеты. Они так, видимо, не могут и справляются по-своему, хоть геноцид - это самое ужасное, что они могли придумать, да. Но ведь они арестовывают и уничтожают только тех, кто нарушает закон комендантского часа. Кто знает, возможно, эти местные жители, - Чижик покосился на их соседей-сокамерников, - сами желают умереть, оттого и нарушили комендантский час, сознательно пошли на смерть. Мы ведь ничего о них не знаем. Потому и выглядят они так... безвольно. Но, я думаю, мы дадим им шанс сбежать, а воспользуются они им или нет - их право решать.

* * *

Чужаки были наделены чрезвычайной силой, но внезапность нападения и численное преимущество помогли землянам одержать быструю победу в этом коротком бою. Должно быть, контроллеры привыкли, что пленённые инсектоиды не оказывают им никакого сопротивления, и совсем расслабились. Так или иначе, но Фёдор Михайлович сразу ухватился за шлем их конвоира, а Майя бросилась ему в ноги и с трудом, но сбила таракана, больно ударившись плечом о пластины его брони. Ох, и тяжёлым он оказался. Стражник с грузным грохотом повалился на пол, а его шлем остался в руках у капитана. Он его тут же отбросил и повернулся ко второму чужаку, чтобы помочь товарищам с ним справиться, но... их было четверо на одного.
- Шлем! Стащите шлем! - крикнул им Чижик, а затем повернулся к девушке, упавшей на пол вместе с тараканом, присел над ней и подхватил под руки, помогая подняться. - Вот и порядок. Ударилась? Больно? - его рука в перчатке потёрла её болевшее плечо. Нет, не сильно болело, кажется, максимум будет синяк.
Майя даже не успела заметить, как Громов повалил второго инсектоида на пол, а Михалков сдёрнул с его головы шлем. И оба стражника застыли неподвижными лежавшими изваяниями. Пленники-чужаки повернули головы и с сонным видом смотрели на произошедшее, не пытаясь ни бежать, ни помочь освободителям. Они просто стояли и смотрели. Откуда-то из коридора послышался топот, сюда уже бежали другие контроллеры, и земляне, не долго думая, двинулись в обратном направлении.
- Это не та сторона, где выход, - мрачно заметил Романовский.
- Сейчас нам главное - оторваться, - ответил старший помощник.

Поворот.
Другой поворот. Однообразные, одинаковые коридоры с пустыми стенами без окон, с закрытыми дверьми.
Ещё один. Двое инсектоидов в форме Народоконтроля бросаются на них, но данкисты уже чётко знают, что делать. Падение двух тяжёлых тел, сорванные шлемы, топот, ещё двое врагов... Шум погони неожиданно исчез где-то вдали, и земляне остановились, чтобы отдышаться.
- Ну, и куда мы идём?.. - вздохнул первый борт-инженер.
- Куда глаза глядят, - хмыкнул доктор Григорьев, отдуваясь от быстрого бега. - Возможно, если мы достигнем центра комплекса, мы сможем понять, как отсюда выбраться малыми жертвами.
- Отставить жертвы, - почти рыкнул запыхавшийся Фёдор Михайлович. Он не отходил от Майи, вот и сейчас его рука обнимала её за плечи. - Но, боюсь, мы потеряли направление.
- Не мудрено, - проворчал Романовский и крепко выругался, ничуть не стесняясь присутствующей рядом дамы. - Чувствуется мышление насекомых, которые это строили. Как пчелиные соты, мать их, сплошь всё одинаковое.
- Идём, - Чижик пошёл дальше, жестом показав остальным не задерживаться.
- Секунду... - Юрий Александрович хмыкнул, после чего со зловещей какой-то улыбкой принялся возиться с кнопками на грудной пластине своего скафандра. - Пусть и без шлемофона, но думаю, я смогу связаться с «Данко».

Какое-то время они крались по целому лабиринту коридоров и старались не попадаться на глаза стражникам. Судя по всему, земляне отдалялись от выхода, так как коридоры стали другого цвета. Всё такие же однообразные, но их стены изменились. Были светло-серыми, стали тёмными, цвета мокрого асфальта. Иногда до слуха доносился топот, но погоня явно отстала и потеряла след. Со всеми их технологиями они, по-видимому, даже не предусмотрели видеокамер наблюдения за коридорами.
Несколько раз Романовский пытался связаться с «Данко» и сообщить о себе, но что-то, по его словам, блокировало сигнал с тех пор, как пошли тёмные стены. Фёдор Михайлович хотел повернуть назад, но их опять вспугнул топот множества ног. Приходилось действовать крайне осторожно в тылу врага, пока их не начали по-настоящему штурмовать.
А потом... их всё же окружили. С двух сторон, посреди очередного коридора, который на этот раз оканчивался массивной раздвижной дверью. Сзади неслышно появились преследователи, всё это время незаметно шедшие следом. Их было с десяток. Столько же инсектоидов в форме появилось из-за отодвинувшейся двери. Их попросту взяли в тиски. Видно, всё же были в этих коридорах камеры. Чужаки не стреляли - наверное, из нежелания попасть в своих. Они просто сближались с землянами, собираясь их взять живьём. Снова в плен - и на деконструкцию, что бы это ни было. Командир их что-то трещал, но связи с «Данко» больше не было - электронный переводчик молчал.
- Майя, назад! - крикнул Чижик, решительно вытесняя её себе за спину. - Бросайся им в ноги, когда подойдут!
Шестеро безоружных данкистов в длинном коридоре против двух десятков инсектоидов, окруживших их с двух сторон. Чижик и Громов встали по одну сторону, Михалков, Григорьев и Романовский - по другую. Бок о бок, спина к спине, позы наизготовку. Как в субаксе перед началом боя, Майя часто видела это в кино. Сама она оказалась в промежутке между спинами мужчин.
Из броска Майе на Силу вычел 10. Забыл убрать модификатор перед броском. Но на результат это не повлияло :)
  • Весь пост чудесный. Интересный, азартный, с нервом.
    А вот эта часть просто заворожила, мне кажется Майя также думает :)
    Он смотрел на неё зажмурившуюся, на неё, выглядящую такой потерянной, хрупкой в этот миг и беззащитной, и его сердце одновременно и сжималось от боли, и таяло от нежности. Губы её дрожащие, чуть скривившиеся от боли и страха. Хотелось прижаться к ним своими и успокоить их, и вселить надежду и уверенность в напуганную девушку, эту всегда такую упрямую Пчёлку, но сейчас поддавшуюся мимолётной слабости у него в руках. И эта невольная слабость, это желание положиться на мужчину рядом и довериться ему во всём - это было настолько по-женски, что Чижик едва удержался, чтобы не поддаться теперь уже своей слабости и сиюминутному порыву, о котором потом непременно будет жалеть. Нельзя переступать ту грань, делающую их с Майей отношения такими, какие они есть сейчас - очень близкими, родственными почти, и в то же время сохраняющими дистанцию приличия. Он бы, как педагог, не простил себе такого поступка. Тем более, что сейчас, в эти минуты, это бы попросту значило воспользоваться её слабостью, потакая слабостям своим. Нет, всему своё время. Фёдор Михайлович чувствовал, что однажды он эту грань рискнёт перешагнуть. Однажды... если это однажды для них наступит. Если не сгниют на чужой планете в застенках. Не умрут в четырёх голых стенах, как жуки в спичечном коробке, лишившись смысла жить дальше.
    +1 от Лисса, 12.02.18 15:23

Вы не можете просматривать этот пост!
| ,
  • Кто бы мог подумать? Правда, судя по поведению на следующий день... Киёши похищают не впервой XD
    +1 от Random Encounter, 04.02.18 21:28

По-быстрому её осмотрев, к лицу бледному приглядевшись и убедившись, что всё нормально, внешне цела и невредима, он тяжело, устало как-то и опустошённо опустился рядом, за плечи её обняв так крепко, к себе прижимая почти до боли. Сейчас цела, и он цел, но что потом? Что последует за этим? Неизвестность пугала. Неизвестность страшила своей неопределённостью, и лишь теплела надежда на помощь товарищей-данкистов, оставшихся на свободе. Шлем? А что шлем? Инсектоидов много, со всех сразу не поснимаешь, а оружие у них летальное. И почему в плен взяли? Не пристрелили, как того несчастного, пытавшегося первой группе помощь оказать. Значит, нужны они им для чего-то. И не хотелось строить догадки, для чего.
- Страшно, да... - тихо, будто опасаясь, что их услышат, приговаривал Чижик в ответ на Майины излияния. Почти бессвязно бормотал-то, как в бреду, но его слова, однако, не были лишены смысла. - Страх - естественная реакция организма на опасность, призванная его уберечь. Бояться - это нормально, да... Главное - не паниковать, да... Всё пучком, ты права. Выберемся. Где наша не пропадала, и здесь не пропадёт... Ты же видишь, мы живы, нас не убили, значит, нужны мы им. Может, поняли, что мы с другой планеты, и на допрос везут. А уж там-то мы всё объясним. Нас отпустят, вот увидишь, Майя, отпустят. Ещё и дорогу домой подскажут... Нормально, так бывает... Претензий предъявлять не будем, просто уйдём. Улетим отсюда. В чужой монастырь со своим уставом... ах-ха, не будем лезть, да-да, моя девочка, не стоит им предъявлять за их законы... варварские, конечно, они, но мы не вправе...
Наконец до него дошло, какие слова она ему шепчет, и сердце забилось чаще. Застучало в груди, запульсировало, кровь по венам разгоняя, к щекам приливая, разгоняя бледноту мертвенную эту. Руку поднял и на голову ей осторожно положил, через ткань перчатки поглаживая, пряди рыжие пальцами перебирая несмело. Взгляд аккуратный, робкий и боязливый бросая на лицо девичье, на губы чуть посиневшие, шепчущие столь нежные слова.
А что ответить, не знал он. Как ей жить без него-то... Как раньше жила? Наверное, тогда ещё это было возможно. Сейчас всё по-другому как-то... И нет, он бы не хотел, чтобы девушка променяла своё настоящее на «Данко», всё это проведённое вместе время на спокойную, скучную рутину будней, серую и унылую, безжизненное это существование. Так ведь она жила? Хотя, стоило признать, это позволило ей достичь тех знаний и умений, которые и привели её на «Данко». Не впустую, значит, всё ведь было. Только это - в прошлом. И его не стоит возвращать.
- Цел я, цел... - ответил он на немой вопрос, уловив его во взгляде, заметив, как внимательно и изучающе смотрит на него Пчёлка Майя, трудяга эта медицинская, заботливая такая, переживающая за него, что сердце сжимается. Женственная, что немаловажно. Такая чистая и искренняя в своей заботе и ласке. - Цел, всё нормально, живой-здоровый, все рёбра на месте, - повторил он, переместив руку на чёлку её непослушную, попытался поправить её, на место вернуть, да где там, эта чёлка была как маленькая копия своей хозяйки, такая же неудержимая, такая же свободная и игривая. Выбилась из косы - знай наших, попробуй меня теперь обратно вправить.
И тут же жест её невольный заметил Фёдор Михайлович, как сморщилась Майя, к локтю своему прикоснувшись, поёжилась, зябко плечами повела. Подался к ней немедленно, локтя ушибленного коснулся, ощупал аккуратненько.
- Вот так больно?.. А так? - невольно вырвавшийся ойк был ему ответом, и Чижик нахмурился, встревоженно в лицо поглядел, скулы на миг свело от злости на тараканов проклятых, так, что зубы заболели. - Перелома нет, это просто ушиб, - то ли себя, то ли её успокаивать начал. - Боль пройдёт постепенно, не страшно. Конечно, помазать бы чем-то, но у нас ничего нет... - закончил неловко.

Фёдор Михайлович усмехнулся невольно, слушая, как Светлова в своём стиле продолжает болтать. Вот ведь неугомонная Пчёлка, она способна была бы, кажется, говорить даже с закрытым ртом. Вспоминалась сцена в пещере пять лет назад, где девочка Майя не сразу освободила рот от кляпа, чтобы не шуметь. Тогда он этого не понимал, но сейчас-то, кажется, совсем понятно стало. Вон как заливается соловьём, и от её болтовни на душе будто бы легче становится.
- Ну, главное, что мозг функционирует, - нарочито понимающе и серьёзно покивал капитан. - Куда ж нам без мозга-то. Чем идеи обмозговывать будем, а, Светлова? Всё тогда хорошо, раз мозги целы...
Такой простой вопрос про пещеру, а смутил бывшего учителя, вынудил отвернуться, плечами подать неуверенно назад и тихо вздохнуть. Охо-хо, и что ж тут ответить-то... Чижик закрыл глаза, слегка отстраняясь, но продолжая быть рядом, бок о бок с девушкой. Испытывал он стыд всё ещё перед ней. Перед ней, Стругачёвым, Любовой и всеми другими ребятами, перед которыми ему пришлось разыгрывать свою роль.
- Плен ведь был не настоящий, Майя. Ну, ты понимаешь, - глухо сказал, не открывая глаз. Не хотелось сейчас встречаться с ней взглядом пристыженным. - Очнулся на базе в горах неподалёку от того места, где мы сели. Собственно, искусственно построенный средневековый замок был её частью. В его стенах были тайные проходы на базу. Они хорошо подготовились, вы не должны были сразу заметить подвох... Ну, а потом узнал, что командование решило свернуть эксперимент. Ты не представляешь, какое облегчение я тогда испытал... Но мне было так стыдно перед вами... Знаешь... - Чижик открыл глаза и взглянул на девушку, и была в его взгляде боль, застарелая боль из прошлого, - потом, когда вам всё объясняли в классной комнате на звездолёте, я не смог возразить твоему отцу, потому что мне было стыдно. Я понимал, что должен был э-э... не знаю, держаться с достоинством... дать понять, что я не груша для битья... но он говорил и говорил, а я сгорал со стыда и не мог найти слов. Это было больно, но... - мужчина вздохнул и мягко улыбнулся, - научило меня кое-чему. После этого я больше никому не позволял относиться ко мне как к пустому месту. Ты уж прости за прямоту. Я уважаю Юрия Аркадьевича, но иногда он не знает меры... я хочу сказать, не очень тактичен с окружающими, так ведь? Прости...

Время шло, они говорили так, будто в последний раз. Словно не могли наговориться друг с другом. Чижик слушал девушку, молча кивал, иногда хмурился или грустно улыбался. Он понимал, что от такой простой, незатейливой и душевной болтовни Майе становится легче, а вместе с ней и ему становилось. Хоть положение было не из простых, да. То самое, что называется, на волоске от смерти.
- Конечно, ты ничего не нарушила. С чего бы в этом сомневаться, - хмыкнул капитан. - Да, я тоже думаю, что у нас могут быть шансы сбежать, если удастся обезвредить надсмотрщиков. Но пока их много, об этом и думать не стоит. Мы рискуем жизнью. Так что, только если подвернётся удачный момент. Но будь готова. Назовём этот план «Капитан Сорвиголова» - когда я скажу эти слова... или вот - постучу себя кулаком по голове - действуем... Звучит смешно, мда. Только это не шутки, - хмуро договорил он. - На всякий случай, повторю. Идём на риск только в крайнем случае, а пока уповаем на помощь Кырымжана и других, ну и сами пытаемся договориться. Как поняла? - серьёзно, по-капитански спросил Фёдор Михайлович.

* * *

Примерно через полчаса, по внутренним ощущениям - в скафандрах даже часы не работали, - ховеркар остановился, как вскоре выяснилось, вблизи большого круглого здания. Именно его первым делом увидели в свете двух местных лун Майя и Фёдор Михайлович, когда двери фургона открылись и их бесцеремонно вытолкали наружу. Первый же взгляд вокруг подсказывал, что даже не стоит пытаться совершить побег прямо сейчас. На площадке перед входом стояло несколько похожих ховеркаров. Облачённые в униформу Народоконтроля инсектоиды заводили внутрь круглого здания множество понуро бредущих насекомообразных сородичей. Что ж, это хотя бы говорило о том, что они далеко не единственные, кого арестовали, а не уничтожили сразу на месте без суда и следствия.
Что-то громко щёлкая на своём тараканьем языке - в ушах землян этот треск и щёлканье звучали как удары кнута - и подталкивая людей вперёд, если они шли слишком медленно, конвоиры загнали также и их внутрь здания. Миновав длинные полутёмные коридоры с унылыми однообразными стенами и рядом одинаковых дверей, они остановились перед одной и вскоре оказались заперты в некоем подобии камеры, где уже ждали своей участи трое ранее доставленных сюда чужаков. Было такое впечатление, что заключение сломило их волю и они уже смирились со скорым и неизбежным уничтожением.
- Я просто не понимаю, как они могут быть такими безучастными перед лицом надвигающейся смерти, - оглядев соседей по камере, не проявивших к ним никакого интереса, тихо сказал Чижик девушке. - Это что-то вроде геноцида, но вызванного не расовой нетерпимостью, а проблемой перенаселения, если вспомнить слова того бедолаги...
Мест для сидения здесь не было точно так же, как и в фургоне, местные сидели прямо на полу, прислонившись к стенам, и капитан вместе с Майей устроились в дальнем ото всех уголке также на полу. К счастью, скафандры сохраняли тепло и им было сейчас даже жарко, потому если пол был холодным, они этого не почувствовали. И снова Фёдор Михайлович обнял девушку за плечи.
- Всё будет хорошо. Выберемся... - прошептал он где-то совсем рядом с её ухом, после чего привлёк к себе и стал поглаживать её голову у себя на плече. - Милая моя, солнечная девочка... Что бы ни случилось впереди, но я рад, что мы с тобой сейчас вместе. Как в старые добрые времена... Хм, не самая удачная шутка, м? - Чижик наклонился и поцеловал её в лоб, а затем прижался щекой к её волосам. Таким мягким и шелковистым, слабо пахнущим шампунем. - Ты тоже приятно пахнешь, Майя...

Сидели они так не особенно долго - может, ещё полчаса. Сокамерники никак не реагировали на людей и даже между собой не общались, лишь вяло шевелили конечностями и усиками-антеннами. Наконец, за дверью без всяких решёток и прорезей послышались тяжёлые шаги, она открылась и один из облачённых в униформу чужаков что-то протрещал. На удивление, сразу за этим из коридора донёсся бесстрастный голос Данко:
- Выйдите из камеры.
Тараканы-соседи ожили и вяло потянулись к выходу. А когда Фёдор Михайлович и Майя вышли следом за ними из камеры, они увидели стоявших неподалёку под конвоем всего из одного солдата Михалкова и прочих данкистов из первой группы. Заметив капитана и доктора, они заметно оживились, а Геннадий Борисович даже подмигнул Майе. Выглядели их товарищи целыми, но не очень бодрыми, на лице Романовского застыло мрачное похоронное выражение. Громов, напротив, зло смотрел на инсектоидов и его желваки играли.
- Проводите нас к своему начальству! - решительно высказал требование Михалков, и электронный переводчик на его работающем скафандре послушно защёлкал.
Чужак неумолимо подтолкнул старпома дальше по коридору.
- Это невозможно! - ответил контроллер. - Вы будете доставлены в зал деконструкции!
Стало очевидно, что необходимо действовать как можно быстрее - от этого, возможно, зависела их жизнь. Чижик огляделся по сторонам. Надеяться на помощь арестантов не стоило, они были слишком... инертными, чтобы поддержать попытку бегства землян. Но солдат сейчас рядом с ними было всего двое, а данкистов шестеро. Следовало попытаться напасть на них и с боем вырваться на свободу, воспользовавшись тем, что поблизости не видно других стражников.

Пройдя несколько метров за облачённым в бронированные доспехи стражником, Фёдор Михайлович тревожно переглянулся с Майей, затем подал знак оглянувшемуся Михалкову - его группу вели чуть впереди.
Секунда...
Другая...
Третий удар сердца...
- Капитан Сорвиголова! - крикнул капитан, прыгая на спину инсектоиду.
В тот же момент Михалков и Громов одновременно атаковали своего сопровождающего...
  • Очень интересно события разворачиваются, здорово! Чижик живой и настоящий :) Мне нравится. Замечательно и вкусно!
    +1 от Лисса, 04.02.18 10:19

Варвара неодобрительно фыркнула, однако ж прибрала к рукам коробочку с жевательной резинкой и уселась за стол, куда-то тут же спрятав коробку, как заправские секретарши подаренную шоколадку. Старички на лавке зароптали, но после короткого министрового «цыц!» снова примолкли.
Министр-распорядитель тем временем брезгливо поглядел на протянутую для рукопожатия руку Зверикова и быстренько сложил руки за спиной, важно встав перед лейтенантом и грудь свою худую выпятив, и бородой вострой шевеля.
- И что с того? - нахмурил он брови. - Сказали тебе - приходи на той неделе.
  • Злюка какой этот министр!
    +1 от Лисса, 29.01.18 21:19

Также упавший на пол Хидео смотрел на мониторы и ему было страшно. Если они сейчас в Луну врежутся или ещё куда-нибудь, это будет весьма нелепый конец их мытарствам.
- Сестрёнка... - он подполз к ней и порывисто обнял, зажмурившись. Тут же, впрочем, снова открыл глаза. Не время расслабляться. Это ещё не конец. Он огляделся. Сердце стучало часто-часто. И не только у него. - Надо найти оставшихся пиратов и добить, - он стал подниматься.
+1 | Ошибочка вышла, 26.01.18 00:33

Аннабелла слегка приподняла личико своё, насупила брови, поджала губы и возмущённо дёрнула одновременно кончиками двумя ушей. Старая вредная гнизга её обманула! Дала бракованный зонт, работающий от силы час-другой, а не все пять обещанных часов. Хотя в другое время и часа хватило бы, чтобы от проливного дождя уберечься, но это же не Фейерия сказочная, тёплая по-летнему по большей своей части, а сказочный СанктЪ-Петербург, особенностью которого являются непрестанные дожди. Здесь магические зонты должны быть нарасхват, и обманывать со сроком действия их магии нехорошо. Ох, вернётся Белла завтра в магазин и закатит этой хвостатой продавщице! Конечно, зонт им достался за просто так, считай, так что и пожаловаться-то толком не на что, и всё равно обидно за такой обман. Ножка - топ по мостовой! А из-под неё - брызги вокруг.
- Я вам столько рассказала, а вам мало?! - возмутилась она упрямству львов-охранников, не желавших ни в какую расставаться с заповедным шифром своим. - Я тут стою мокну под дождём! Я! Принцесса Фейерии! А вы мне зубы заговариваете бедами какими-то, злом воздушным и вредностью своей, - эльфийка помахала рукой и решительно шагнула к двери тёткиного дома.

Зажмурилась она на мгновение, попытавшись сложить воедино всё, что говорили сейчас каменные звери - а ну как это и был некий шифр, разобранный, словно кусочки мозаики? Из их речей следовало, что поставлены они охранять дом тётушки Мо от зла и напастей всяких, служить этому необычному строению щитом от разного рода... тьмы.
- Щит Тьмы! - резко открыв глаза, выкрикнула Аннабелла так, словно произносила смертоубийственное заклинание, и затаила дыхание.

...Однако терпения девушке хватило секунд на пять, после чего она развернулась и с походкой, воплощавшей оскорблённую гордость и достоинство, направилась прочь от не желавших их впускать каменных стражников. Раздражённо пошла-то, но гордо и величаво, как то положено принцессам.
- Перри! За мной! - подняв руку и не оборачиваясь, позвала Аннабелла своего верного телохранителя и защитника. - А вы, звери несговорчивые, так и передавайте моей тётке, что я приходила, а вы меня не впустили! Обратно не вернусь! Сыта вашим гостеприимством! Чао, болваны каменные!
Впрочем, Анни блефовала вообще-то. Надеялась она, что совесть у львов взыграет, или страх за свои шкуры каменные, которые тётя Мо сдерёт с них, если узнает, что они её, Аннабеллу Фейерическую, внутрь не пустили. Или что просто надоест им их спектакль и они откроют наконец-то эти чёртовы двери! Ну а если не поможет... что же, тогда - обратно к гнизге. К кому ж ещё?
  • и возмущённо дёрнула одновременно кончиками двумя ушей.
    Это шикардосЪ! Новая фишка фейерических эльфов :D
    +1 от Лисса, 16.01.18 08:07

- Ах да, очки, конечно... - заметно смутился бывший преподаватель звездоплавания, поняв, что упустил такую немаловажную деталь в лыжных забегах, да и в катании на роликах тоже, пожалуй. - Но чёлка и в них может обзор закрывать, так что повязка - это правильно, хехе...
Должно быть, из-за непривычно напряжённой ситуации Фёдор Михайлович сейчас казался слегонца рассеянным и несобранным в вопросах, отвлечённых от происходящего. Он словно бы все свои силы и все мысли сейчас стянул в одну тугую, сжатую пружину, готовую выстрелить в любой момент, если появится такая необходимость, а на остальное сил оставалось меньше. Чижик наверняка больше думал об участи первой группы, волновался за товарищей и коллег, чем сосредотачивался на предмете отвлечённого разговора. Хотя и поддерживал его охотно, Майя чувствовала, что с душой капитан отвечает, не ради галочки или красного словца, лишь бы не молчать. Он хотел с ней общаться, только душа его сейчас места себе от беспокойства явно не находила. Вот и получалась его речь несколько рассеянной, как если бы он думал о другом, стараясь при этом не упустить из виду и тему этой беседы. Разговора на скорости, верхом на летящих по улицам чужого города ховербордах.
- Не вопрос! - уверенно тем не менее ответил Фёдор Михайлович на спортивно-оздоровительное предложение Пчёлки Светловой. - Правда, давно я кроссы не бегал, сейчас наверняка дыхание быстрее собьётся. Но, смею надеяться, я всё ещё в достаточно хорошей физической форме... Я бы с тобой и на лыжах пробежался, только не умею я на них... - с каким-то сожалением признался Чижик, и послышалась Майе в его голосе затаённая надежда будто.
Легко было представить, что на ней нет скафандра и она в своей повседневной одежде, которую предпочитала надевать на борту вместо лётного комбинезона, в очках спортивных, глаза от ветра и прочих раздражителей прикрывающих, в повязке и с волосами солнечными своими, развевающимися за спиной от быстрого бега, с румянцем здоровым на щеках, усеянных веснушками, и со счастливой улыбкой на губах - знакомой, чутка кривоватой, но от того не менее привлекательной - от скорости и от общества приятного, стоит надеяться. И такое это было заманчивое зрелище, что невольно хотелось увидеть его своими собственными глазами, а не представлять лишь одним воображением.

* * *

Как и Майя Юрьевна, он тоже не успевал отслеживать события, реагируя на изменения в ситуации рефлекторно, повинуясь каким-то первобытным, заложенным с рождения инстинктам и той профессиональной чуйке, что свойственна всем капитанам. Вот он летит на своём ховерборде и видит второй ховеркар с инопланетянами-инсектоидами... пытается уклониться от неприятной встречи... теряет контроль над доской и успевает вовремя сгруппироваться и спрыгнуть... больно ударяется о землю, кажется, без ушибов не обошлось, но к счастью ничего не сломано... вскакивает машинально, замечает проносящуюся рядом девушку и прыгает на её доску, ей за спину... что-то кричит, с трудом осознавая смысл слов, но подсознательно понимая, что надо кричать, иначе она его не услышит - связь через шлемофон отрубило... а потом, не успевают они и несколько метров преодолеть, падают уже вдвоём...

Ему. Было. Страшно.

За неё прежде всего - в мыслях предстала до боли памятная, освежённая вчерашним совместным просмотром сцена в пещере, где двенадцатилетняя рыжая девочка бросается на рыцарей, схвативших его и намеревающихся вывести из пещеры. Если бы рыцари не были ненастоящими, кто знает, как бы всё для неё завершилось... Но сейчас-то всё не понарошку. Сейчас их берут в плен настоящие враги, выглядящие намного опаснее тех рыцарей, продемонстрировавшие мощь своего оружия. Если она станет сопротивляться, то с большой вероятностью разделит участь того несчастного инсектоида, пытавшегося помочь гостям с другой планеты, заступиться за них.
И когда Майя выхватила бластер, а через пару секунд бросилась на шестилапого, она увидела краем глаза, как исказилось лицо Фёдора Михайловича, какая мучительная боль на нём появилась. Его глаза расширились в панике, губы разомкнулись в безмолвном крике, который она не могла услышать, но он его самого чуть не оглушил, отражённый стенками и стеклом собственного шлема.
- НЕЕЕЕЕЕЕТ!!! - от страха за девушку защемило сердце и потемнело в глазах, и Чижик рванулся. Рванулся из держащих его лап со всей силой, на какую был способен, схватился за голову вражины, пытаясь вырваться из хватки и воспользоваться знаниями субакса, сбросить с себя врага и оказать достойное сопротивление.
Отчаянная попытка её спасти...

* * *

Тишина в шлемофоне была ей ответом. Глухая, гробовая тишина. Только собственное тяжёлое дыхание слышала Майя, да учащённый ритм сердца гулко отбивался в ушах с каждым ударом. Это всё, что она могла слышать, помимо собственного голоса. Но он хотя бы успокаивал. Хотя бы дарил ложную надежду на то, что её услышат - ведь она же себя слышит, не онемела, не лишилась дара речи. Голос при ней остался. Только вот динамики не работали - отказали как внутренние, так и внешние. Как и вся электроника, напичканная в этом ультрасовременном скафандре.
Бластер тоже не работал. Это она поняла раньше, чем ещё направила его на инсектоида - на нём пропали привычные огоньки датчиков, сигнализирующие об исправности оружия и количестве энергии в батарее. Не горели даже красные лампочки, возвещавшие об отказе бластера, о поломке какой-то, мешающей использованию оружия. Он превратился просто в холодный, бесполезный кусок металла, которым разве что ударить можно больно, по голове приложить или другому чувствительному месту. Знать бы ещё, какие места чувствительны у этих тараканов. Видать, все такие точки скрыты под пластинами навешанной на них брони да под защитными шлемами-касками на уродливых треугольных головах. Прямо в лоб целиться, наверное, было не лучшей идеей из-за этих шлемов, но, как бы там ни было, инсектоид не выглядел напуганным нацеленным на него оружием. Её трюк не сработал, враг не был подавлен и ошеломлён.
А потом Майя бросилась на него, надеясь сбить с ног своим весом, утяжелённым рюкзаком с медицинской аптечкой, и...

К сожалению, попытка оказалась абсолютно безрезультатной - пытающиеся пленить их существа обладали неимоверной силой. Не успела доктор Светлова и глазом моргнуть, как была отброшена обратно на землю с такой лёгкостью, будто и не весила ничего вовсе, а следом за ней швырнули на землю капитана. Однако в отчаянной попытке вырваться он успел схватиться за защитный шлем державшего его инсектоида и в падении стащил его с тараканьей головы, обнажив короткие щупы-антенны под шлемом. Чужак тут же застыл подобно статуе - было такое впечатление, что, сбив с него шлем, Фёдор Михайлович нажал на какой-то невидимый выключатель.
В это время подоспели шедшие за первым инсектоиды. Их всего было четверо, как и в той группе, что пленила Михалкова и прочих. Двое тараканов навалились всем весом на распластавшихся на земле землян - Майя почувствовала, как её прижали к земле с такой силой, что впору было подумать о наехавшем прессе, она не могла шевельнуться и дыхание спёрло. Четвёртый инсектоид - очевидно, их предводитель, судя по особым отличительным нашивкам на форме - вырвал из руки Чижика шлем своего солдата и водрузил его обратно ему на голову. Замерший на месте таракан тут же вернулся к жизни и после короткого напутствия командира приступил к обыску пленников.
Было ясно, что они с Фёдором Михайловичем не в состоянии в одиночку противостоять чужакам в рукопашной схватке. Стоило надеяться на скорое появление Кырымжана и Вани, которые могли бы их очень выручить, однако их пока не было видно.

По стеклу шлема побежали трещины, затрещало крепление у основания шеи. Майя чувствовала, как её откровенно, грубо лапают со всех сторон - но хоть не в пошлом смысле этого слова, просто обыск проводился тщательный. Как она поняла, всё оружие с пояса сняли, с плеч стащили рюкзак, а затем сорвали с головы шлем, и вот тут-то окружающие звуки от непривычки оглушили девушку. Она услышала топот ног суетящихся инсектоидов, окрики их командира, тихое гудение воздуха под днищем стоящего поблизости ховеркара. Хватка пленителя чуть ослабла, и в лёгкие тут же ворвался здешний воздух, пропитанный не самыми приятными для людского обоняния запахами. Кажется, эти тараканы пахли как... полусгнившие креветки, пришло такое сравнение почему-то. К этому примешивались запахи дорожной пыли и металла, а ещё... собственного пота. Лёгкий прохладный ветерок пробежался по лицу, даря приятные ощущения после жары в лишившемся кондиционирования скафандре. Но больше ничего хорошего в этой ситуации не было. Разве что...
- Майя?! Майя, ты цела??? - скорее прохрипел, чем прокричал Фёдор Михайлович, когда и с его головы сдёрнули шлем скафандра.
Они снова могли говорить. И это было хоть что-то...

Их грубо подняли с земли и поволокли в кузов ховеркара. В задней части он представлял собой закрытый фургон - дверцы распахнулись, когда один из тюремщиков ухватился за ручки, и остальные бесцеремонно затолкали людей внутрь, в пустое помещение, где не было даже лавочек для сидения, как в милицейских автозаках. В итоге от сильного толчка в спину Майя и Фёдор Михайлович оба упали на пол фургона, и дверь за ними с грохотом закрылась, отрезав от внешнего мира. Окон здесь не было - даже с решётками, однако можно было заметить круглые отверстия вентиляции под потолком. Их запихнули в эту металлическую коробку, будто интересных букашек-таракашек, пойманных детишками, в пустой спичечный коробок. Какова ирония судьбы - тараканы упрятали людей в жестяную коробку, будто мстя за тысячелетия унижений своих земных сородичей...
- Майя! - она не успела опомниться, как оказалась в крепких объятиях Чижика, по лицу которого было видно, что он не на шутку переволновался за неё. Увидев и поняв, что она цела, он просто её обнял, стоя на коленях, прижав её голову к грудному щитку своего скафандра - к счастью, не очень жёсткому, но всё равно было не очень удобно так вот прижимать щёку к металлу вместо мягкой ткани обычной одежды. - Всё хорошо... хорошо, моя девочка... мы живы, а это главное... значит, выживем! Всё будет в порядке, - зачем-то принялся он приговаривать в попытке её утешить как будто. А затем добавил уже более вдумчиво. - Не стоит отчаиваться. Ты видела, что случилось, когда я стащил с одного из них шлем? Похоже, через эти шлемы их контролируют... Может, они сами не ведают, что творят, если им промывают мозги... Это наше случайное открытие наверняка поможет нам удрать от контроллеров, как они себя называют. И не забываем о Кайрате и Иване... Ну, ты как? В норме?
Капитан чуть отстранился и внимательно поглядел в лицо девушке, положив ладонь в перчатке ей на щёку. В глазах его грустных читалась тревога и забота. На лбу застыла крошечная капелька пота. И от него исходил такой знакомый и приятный запах медикаментов, оставшийся после медицинского осмотра перед полётом, и едва-едва уловимый аромат привычного одеколона, если совсем уж хорошо внюхаться.

Машину вдруг начало раскачивать из стороны в сторону - это усаживались обратно инсектоиды. Рассевшиеся по своим местам существа запустили двигатель, развернули ховеркар в воздухе и отправились в неизвестном направлении...
Продолжая январьский поздравительный сезон, с наступающим Старым Новым годом тебя, Лисса! И вас тоже, Рар и Зареница! :)
  • Есть такой роман Урсулы Ле Гуин "Левая рука тьмы". И там есть очень драматичный момент, когда главного героя-землянина инопланетяне везут куда-то в плен в холодном заиндевевшем фургоне. Без света. Среди других инопланетян. В железном ледяном плену. И всё так жутко, зыбко, страшно для человека и непонятно. И вот этот момент с пленением, мне как ни странно не о ТП напомнил, а именно о "Левой руке тьмы". Наверное потому что Странники уже повзрослели и совершенно самостоятельны стали от ТП. Т.е. это один мир, одни герои, одно повествование, но при этом история Странников совершенно своя, с теми же героями, но совсем другая. Более личная, более взрослая.
    Мне очень нравится!
    Посты становятся всё круче, игра сама по себе всё больший накал приобретает. И это здорово!
    +1 от Лисса, 13.01.18 12:25

Она сказала «Поехали!» и рванула вперёд. Лёгкое крошево дорожной пыли взметнулось под воздействием гравитационного поля, служившего ховерборду двигательной силой. Майе раньше не приходилось кататься на подобных штукенциях. Хотя конструкция ховерборда действительно больше напоминала самокат, сама доска для ног была похожа на сноуборд или доску для сёрфинга. Слово «борд», что в переводе с английского и означало «доска», нередко использовалось как часть составных слов - тот же «сноуборд» («снеговая доска»), сёрфборд («доска для сёрфинга») или флайборд («летающая доска»), ну а просто «бордами» часто называли рекламные щиты и плакаты. «Ховер» же - это была приставка ко всем транспортным средствам на воздушной подушке: существовали ховеркары («автомобили на воздушной подушке»), ховерборды («доски на воздушной подушке») и даже ховертанки - не трудно понять, о чём речь. И вот сейчас неутомимая Валькирия, Молния Светлова летела вперёд, отталкиваясь ногой от поверхности этой планеты и ускоряясь, на настоящем военном ховерборде. Чижик пристроился рядом с ней - он не использовал ногу, не лихачил, он деловито, по-капитански, покручивал рукоятки руля - те самые, за которые они держались, напоминавшие загнутые чуть назад прямые рога.
- Брать лишний вес было без надобности, - отвечал ей Чижик на вопрос, почему они не взяли ховерборды на планету анархистов, ещё до того, как они набрали хорошую скорость. - Мы ведь высадились походить, поисследовать, получить информацию. В случае нужды мы могли запросить их с «Данко», и нам бы их прислали.
Видимо, рефлекторно голос Чижика звучал напряжённее и громче обычного, будто бы он хотел перекрыть им рёв мотора. Говорить, однако, можно было спокойно - ведь двигатели не заглушали звуки, и даже кричать не было надобности, связь по шлемофону не зависела от расстояний. Хотя будь они без шлемов, всё равно смогли бы переговариваться, едь вот так рядом, как сейчас. Майе можно было только чуточку пожалеть, что едут они не на одном ховерборде. Вот если бы они вместе стояли на одной доске, вместе держались за руль - она впереди, а Фёдор Михайлович прижимается к ней сзади, придерживает и заодно рулит... ну, или ей позволяет. Романтика же! Впрочем, Светлова не могла быть уверена, что эти штуки рассчитаны на двоих ездоков.
- Дай бог, всё будет хорошо, ещё покатаешься. Вместе покатаемся, - в голосе почувствовалась тёплая усмешка, хотя лицо капитана оставалось напряжённым. - Главное, найти такое безопасное место. Не по коридорам же «Данко».
Он повернул к ней голову и под стеклом шлема вдруг промелькнула улыбка.
- Тебе идёт. Но без шлема будет красивее, волосы от ветра будут развеваться. Главное, чтобы не мешали - наверное, на большой скорости в лицо бьют? - поинтересовался Чижик у девушки как у опытной специалистки в экстремальной езде на больших скоростях.

А незадолго до этого, потрясённые парой мгновений, в течение которых думали, что их товарищи, четыре данкиста из первой группы, могли погибнуть, но осчастливленные информацией от искина, они бежали, прячась за тенью домов, держась за руки. Впереди был майор, замыкал четвёрку Раздолбайло. А в середине были они двое. Фёдор Михайлович тогда не сразу отпустил руку девушки - видимо, чувствовал, что ей нужна поддержка. Да и самому ему она тоже бы пригодилась. Вот и дарили друг другу её, пока есть такая возможность. В одной руке - рука Майи, в другой - бластер.
Как и она, он тогда только кивнул в ответ. Молчание сейчас было ценнее слов. Да и они ведь понимали друг друга, молчаливо понимали-то, как самые близкие люди. А он невольно посматривал на неё, пока она разглядывала остальных данкийцев и думала о Кайрате Тимуровиче и об Иване. Смотрел и любовался, как ему казалось, незаметно, при каждой возможности.
Да, волосы у неё были прекрасные, огненно-рыжие, нежно-пламенные. И эти веснушки-конопушки, шаловливо рассыпавшиеся по милому девичьему лицу и плечам, так ей шли. Что-то ёкнуло в груди капитана, и сердечное тепло разлилось по телу. Та, кого он, возможно, ждал всю жизнь, пришла в неё так неожиданно. Кто бы мог подумать, что ею окажется его бывшая ученица. Но, видать, судьба лучше знает, как сводить людей и лечить их расколотые души...

* * *

Она была изображена не такой, как в книжке - совсем не похожа внешне, вот ничуточки. Да и в фильмах её всё чаще показывали темноволосой, хотя по задумке автора ей полагалось иметь светлые волосы. Однако, то ли светловолосых подходящих девочек на кастинге не находилось, то ли сценаристы и режиссёры считали это не критичным для роли. Что же касается мультфильма, шедшего на экране небольшого, старенького телевизора без голографической функции, то... нет, ну вы узнали бы в рыжей веснушчатой озорнице, похожей на весёлое майское солнышко, ту самую книжную Алису Селезнёву?
Вот и семилетний Федя её не узнавал. Да он и не воспринимал её как ту самую Алису, для него эта мультяшная героиня была просто дочкой отважного космического капитана и по совместительству зоолога и профессора Селезнёва. Он всюду брал её с собой в полёты, и в какой бы трудной ситуации ни оказалась очередная экспедиция, «Алиса знает, что делать!» Да, так и назывался этот анимационный сериал, недавний ремейк похожего сериала двухвековой давности, только здесь всё было совсем по-другому... да Федя того древнего сериала и не видел, поэтому не мог сравнивать.
- Феденька, ты идёшь? - позвала из «большой комнаты», как все в доме называли гостиную, мама.
- Да, мам, сейчас, уже самый конец досмотрю! - нетерпеливо отозвался юный Фёдор, даже не оглянувшись от экрана.
- Смотри, не задерживайся, а то без тебя начнём!
- Да-да, я сейчас! - в голосе малыша слышалось отчаяние. Но не мог же он разорваться надвое! А в гостиной по телевизору смотрят что-то другое.
Тем временем мультяшная Алиса, сама милота, учила уму-разуму гуманоидов, пытавшихся захватить в плен их с папой, когда у «Пегаса» отказал один из двигателей и пришлось садиться на ближайшую планету. Сначала они думали, что этот астероид необитаем, но, оказывается, под его поверхностью в пещерах жили люди... или скорее гуманоиды, болезненного вида, похожие на пещерных людей доисторической земной эпохи, только гораздо более умных. О, вы бы видели, с каким важным видом вышагивала перед парализованными из станнера гуманоидами эта рыжая девочка с двумя весёлыми хвостиками, когда зачитывала им лекцию, а они только и могли, что испуганно глазами хлопать и водить ими вслед за ней. Настоящая профессорская дочка! А её папа в это время - отважный зоолог и капитан - прорывался через бесконечный лабиринт тоннелей в главную тронную залу, думая, что её надо спасать.
- Нехорошо бить дубинкой по голове, - продолжала вещать Алиса, вышагивая с поднятым вверх указательным пальцем перед местными королём и королевой. - От этого выскакивают шишки, которые потом приходится лечить. Оно вам надо, ваше величество? Кроме того, это ведь очень больно - вы сами попробуйте... хотя нет, лучше не пробуйте. И вообще, кто вам сказал, что все пришельцы - плохие? Вы не верьте этому обманщику. Некоторые пришельцы просто хотят с вами подружиться, а есть и такие, как мы - попавшие в беду...
- Алиса! - раздался голос запыхавшегося от долгого бега профессора Селезнёва. Он изумлённо оглядывал зал, где повсеместно аккуратно сидели у стеночек парализованные инопланетяне.
- Папа! - радостно крикнула дочка, бросаясь через весь зал навстречу отцу. Её пленники, выслушивавшие долгую лекцию, с облегчением вздохнули. - А я тебя жду! Ты бы видел, как ловко я парализовала их всех! Этот их кристалл, который у них вместо солнца, он та-а-ак классно отражает лучи под всевозможными углами!
- Алиса... - заулыбался Селезнёв, подхватывая на руки свою маленькую изобретательную дочурку. - Как я за тебя испугался...
- Пап, ну ты же знаешь, что со мной никогда ничего плохого не случится, - засмеялась девочка.
- Это ещё почему? - строго вопросил родитель.
- Потому что всегда и в любой ситуации Алиса знает, что делать! - воскликнула она и подмигнула зрителям, смотревшим мультик.
«Продолжение следует...» - выплыла на экран обнадёживающая надпись, и Федя, выключив телек, побежал в большую комнату.

* * *

Они с Фёдором Михайловичем вырулили за поворот, где вдалеке, уже довольно сильно опередившие их, мчались на ховербордах Кырымжан и Ваня. Машину местных стражей порядка было не видать, но майор обернулся и показал рукой направление, куда она свернула.
- Движемся за ними так, чтобы не заметили, но не отстаём, - послышался в шлемофоне его голос. - Догоняйте.
Так они и ехали ещё какое-то время. Майя не могла точно сказать, сколько его прошло. Может, всего пара минут, а может, и намного больше. Чижик держался рядом, и можно было даже немного поговорить, хотя на скорости приходилось следить за дорогой. Мимо проносились тяжёлые, осунувшиеся будто дома в мрачном местном стиле архитектуры. Это и понятно, ведь эти здания возводили тараканоподобные инсектоиды, со своими тараканами в голове. Кое-где в овальных отверстиях, служивших окнами, горел свет, но казалось, будто город вымер. Ни музыки из-за окон, ни даже голосов, и не видно ни одного живого существа. Видимо, здесь у них был поздний вечер, хотя было довольно светло за счёт двух ярких местных лун - одна напоминала наливное спелое яблоко, вторая - почему-то новогоднюю мандаринку. Из-за того, что луны было две, тени от домов, редких деревцев и от движущихся по проезжей части людей казались необычными.
- Мы с Раздолбайло - в стороны, попытаемся зайти вперёд и остановить их, - через какое-то время снова заговорил майор. - Капитан, прикройте нас с тыла.
- Вас понял, - коротко ответил Чижик. - Светлова, будь сзади, - прозвучало как приказ, и он рванул вперёд, ускоряясь, чтобы нагнать ховеркар с их пленными товарищами, сейчас ехавший по параллельной улице. План города схематически был у Данко, искин направлял их движение и подсказывал, куда свернуть.
Вот только Данко не мог с орбиты отслеживать перемещения местного транспорта и вообще достаточно небольших объектов. Поэтому, когда прямо перед Чижиком из-за угла в неприметный проулок вынырнул бесшумный ховеркар - в точности такой же, как тот, который они преследовали, но явно не тот же самый - и сидящий справа от водителя инсектоид в броне достал из-под приборной панели и направил на Фёдора Михайловича длинную трубку с широким раструбом на конце, это стало для него и для Майи полнейшей неожиданностью. Чижик резко вильнул в сторону, но трубка издала хлопок, и по воздуху в сторону капитана стремительно пронеслась рябь. Мигнули и погасли огни в паре окон соседних домов. Ховерборд потерял управление и резко накренился набок, падая вместе с ездоком. В последний момент Чижик успел смягчить падение, выровняв доску - та покатилась с треском и шипением по земле и врезалась в стену дома, но он с неё спрыгнул до столкновения и, прокатившись немного по земле, замер. Затем резко вскочил на ноги и постарался запрыгнуть на доску проезжавшей как раз мимо Майи...

У него получилось! Он вдруг оказался сзади, прижавшись к ней всем телом, заключённым в тонкую упаковку скафандра, и почему-то по внешнему каналу, а не напрямую, прозвучал его далёкий, искажённый динамиками, слегка испуганный, но командный, капитанский голос:
- Улетай что есть мочи!
Вот только было поздно. По внешнему каналу раздался новый хлопок, мигнул свет ещё в одном окне, все огоньки-датчики в скафандре погасли, и Майя почувствовала, как доска перестала её слушаться. Они с Фёдором Михайловичем падали! Правда, их падение вышло более мягким, чем недавнее Чижика. Всё благодаря тому, что он успел схватить девушку и спрыгнуть с ней на землю раньше, чем они бы разбились на несущемся по инерции ховерборде. Они оба упали, Майя больно ударилась локтем, но в остальном падение было мягким - во многом за счёт защитной оболочки скафандров. Капитан тут же повернулся к ховеркару инсектоидов и стащил с пояса гранату - не глядя на таймер, выдернул чеку и швырнул в сторону остановившейся машины, из которой на землю спрыгивали тараканы-солдаты. Пчёлка не видела, какую именно гранату он бросил, но вслед за этим Чижик что-то крикнул (она его больше не слышала) и налёг на неё сверху, прикрывая своим телом.
Стёкла их шлемов соприкоснулись. Их лица были так близко, но разделённые этими проклятыми скафандрами - никакой романтики, блин! Капитан сейчас не был похож на самого себя - его лицо... оно показалось Майе неожиданно суровым, решительным и волевым, хоть и было видно, как он побледнел в страхе, часто и тяжело дышал, а по виску катилась крупная бисеринка пота.
И... ничего. Взрыва не последовало. Глаза Фёдора Михайловича расширились. А девушка из-за его плеча увидела появившиеся над ними морды инсектоидов с надетыми на их отвратительные головы защитными шлемами. Жвалы одного из них задвигались, но никаких звуков не раздалось. Молчал внешний динамик. Молчал искин. Похоже, им вырубило всю электронику в скафандрах.

* * *

- Па-а-ап! - возмущённо закричал Фёдор, увидев, что родители уже распаковали коробки. - Я хотел сам!
- Они были туго упакованы, сын, - строго, но по-доброму ответил папа. - Зато тебе досталось самое интересное, - он подмигнул и кивнул в угол.
Там стояла новогодняя ёлка, зелёная красавица, самая настоящая ель с Земли. Живая, что немаловажно - она не была варварски срублена, а заботливо посажена в почву, пропитанную необходимыми удобрениями. Современные технологии позволяли оставлять дерево живым, и теперь уже часто вместо того, чтобы вырубить целый участок леса под застройку нового района города, деревья просто выкапывали с корнями и пересаживали в другое место. Новогодние ели стоили очень дорого, а живые - в особенности. Не каждая семья, живущая на Марсе, могла себе такую позволить, но родители накопили денег и купили эту красавицу пару лет назад, уже третий год она радовала их глаз в новогодние праздники. А по их окончании перемещалась в местный заповедник - у отца были там связи, и эта ель числилась за заповедником, но принадлежала их семье.
- Ур-ра!!! - с громким криком Феденька принялся доставать игрушки и дождики из коробок.
- Осторожно, не разбей, - предупредил папа.
По телевизору в гостиной шёл какой-то старый новогодний фильм для взрослых - мужчина там сейчас, лёжа на диване, играл на гитаре и пел какую-то песню, но Фёдору было не до него. Мальчик принялся увлечённо наряжать ёлку, мама ему помогала и подсказывала, а отец был на подхвате, кроме того, именно в его обязанности входило водрузить на ель её праздничную корону - новогоднюю красную с золотым звезду, символ Родины, отстоявшей сейчас от Марса на миллионы километров, отделённой от красной планеты бесконечным космическим пространством. Но даже здесь, когда на Родине праздновали Новый год, люди отмечали его начало в тесном семейном кругу за праздничным столом, по телевизору шёл «голубой огонёк», за окном сыпал искусственный снег, а на сердце было тепло и уютно.
- Ну что, родные, давайте загадывать желания? - отец спустился со стремянки и принялся её убирать. - Сейчас я вернусь.
Старая марсианская традиция говорила, что если встать под новогодней ёлкой, украшенной звездой, и загадать желание, то оно обязательно сбудется. Никто в эту ерунду, конечно, не верил - это как загадывать желание, увидев падающую звезду, которая, ясное дело, вовсе не звезда, а скорее всего метеор или другое космическое тело, пролетавшее в пределах видимости на ночном небе. Но всё равно многие, наряжая ёлку, дружно становились под ней всей семьёй и загадывали желания. Кто-то про себя, кто-то - вслух, если не боялся сглазить.
Обнявшись втроём - папа осторожно прижался спиной к еловым веткам - они принялись загадывать. Мама с загадочным видом смотрела на папу, а папа с хитрым - на неё. Похоже, они не хотели озвучивать свои желания друг другу. Федя же молча переводил взгляд с лица одного родителя на лицо другого, и слегка улыбался. Лишь чуть-чуть приподнимались уголки губ мальчика.
- Ну что, загадал? - спросил отец, опустив взгляд на сына.
- Ой... забыл, - спохватился он.
- Давай, давай, Фёдор Михайлович, - возмутился папа. - Я ведь ещё не ужинал. Кстати, а что на ужин? - спросил он у жены.
- Заливная рыба, - улыбнулась та.
- Отлично, - он вернул улыбку. - Зная, как наша мама готовит, я уверен, эта её заливная рыба - не гадость, - мужчина покосился на экран телевизора.
- А почему она должна быть гадостью? - с серьёзным видом спросил ничего не понявший Федя.
- Потому что... потому что она может испортиться, пока ты будешь загадывать желание! - неуклюже шутканул папа. Это в него Фёдор Михайлович вырос таким «шутником».
- А надо? - зачем-то спросил мальчик.
- Надо, Федя, надо, - серьёзно ответил папа, но затем они с мамой почему-то переглянулись и засмеялись.
- Ну ладно. Тогда... - Фёдор секунду подумал и глубокомысленно сообщил. - Хочу стать отважным космическим капитаном. И ещё чтобы летать вместе с женой. Как вы с мамой.
Оба родителя похлопали удивлённо глазами.
- Да... А жена чтобы была рыжей и с веснушками! - категорично заявил мальчик, вспоминая свою любимую героиню. Вот это девочка! Он бы на такой точно женился! Красивая, умная, находчивая. Весёлая, но может быть и серьёзной. Эх, жалко, такие только в мультфильмах бывают. Или нет?
- Рыжая и с веснушками? - спросила удивлённо мама. Она не помнила, чтобы среди знакомых Феде девочек были похожие, а на мультик ей как-то и не подумалось.
- Ну... да... - сын неожиданно засмущался и убежал в свою комнату.
Золочёная звезда на новогодней ели весело моргнула ему вслед светом, отражённым от экрана телевизора. А потом отец включил гирлянды, и вся ель заискрилась множеством лампочек.

* * *

Сейчас их, вероятнее всего, схватят, думал Фёдор Михайлович. И что потом? Ну, это в любом случае лучше, чем разделить участь того бедного инсектоида. Можно было понадеяться на помощь майора и Ивана, правда, им придётся, по видимости, разделиться, кому-то нужно и за перемещениями первой группы следить. Или... погодите-ка, у них ведь работают скафандры, и Данко может их отслеживать. Это уже хорошо.
Но больше всего капитан переживал за Майю. Она сейчас была наверняка перепугана и в такой же растерянности, как и он. Но что он мог сделать? Сказать «всё будет хорошо» в ситуации, когда ни хрена ничего хорошего нет?
«Моя милая, рыжая и веснушчатая девочка... ты даже не догадываешься, как много стала для меня значить...» Он провёл ладонью в перчатке скафандра по её шлему там, где была её щека, и грустно улыбнулся. А затем подмигнул. В следующий момент его схватили за руки и за плечи и стали поднимать с лежащей под ним Пчёлки. Чижик только надеялся, что Майя не станет сопротивляться - это могло закончиться плачевно.

* * *

Фёдор Михайлович сидел на своей койке и задумчиво листал подаренную Майей книгу. Знакомые строчки, знакомые герои и приключения, но в новой обёртке и с новым привкусом... чего-то сладкого. Это было очень приятное чувство. Он то и дело приподнимал книгу и внюхивался в её запах. Она пахла свежей типографской краской, но прежде всего - она пахла Ей. Она впитала в себя запах той, кто держал книгу рядом с сердцем, чтобы вручить её дорогому человеку после долгой разлуки. Светлова помнила, какую литературу он любит, это был подарок от души. И Чижик блаженно улыбался, когда нюхал Её драгоценный подарок.
Наконец он откинулся на спину, чтобы немного почитать на ночь - завтра предстоит высадка на Кулимат, и нужно постараться поскорее уснуть, а чтение здорово расслабляет после утомительного дня. Сверху на него осуждающе смотрела Лана. Чижику даже показалось, будто она вопросительно наклонила голову набок, но, наверное, просто портрет слегка перекосился в сторону. Странно, ровно же висел.
Несколько минут капитан пытался читать, но то и дело ловил на себе этот осуждающий взгляд и возвращался взглядом к портрету. Ещё спустя минут десять Фёдор Михайлович не выдержал, захлопнул книгу и отложил её на тумбочку у изголовья. Какое-то время тихо лежал, глядя на Лану и себя юного. Хмурился, вспоминая их общее прошлое. Затем кряхтя поднялся и сходил в ванную. А когда вернулся, забрался на кровать с ногами и снял портрет.
- Прости... но прошлое должно остаться в прошлом, - немного растерянно сказал он блондинке на портрете, не переставшей улыбаться даже после этого.
С Новым Годом! :)
  • Джо! Это суперский пост, я в него уже влюблена! :D
    Тут и экшон, и флэшбеки и в конце сюрприз меня вообще поразил. АААА!!! Чижик снял портрет!!!
    Я просто сейчас только прочитала, поэтому вот прямо на эмоциях пишу. Буду читать, смаковать, получать удовольствие. Классно, просто классно. Полный восторг, это мой первый подарок на НГ ^^
    +1 от Лисса, 31.12.17 13:11

- Мы обучаемся скрытому ношению оружия, Усуя-сама, - потупила взгляд Ишияма и улеглась, глядя в потолок.
  • Ишияме - медаль в студию, за железобетонную выдержку и дисциплину! Так издеваться над человеком, еще и такими темпами! :)
    +1 от Путник, 26.12.17 14:17

- И почему мне сейчас кажется, что, если я не отсоединю провода, ничего с ЗШН не случится? - проворчала девушка, тем не менее начав их аккуратно отсоединять, стараясь запомнить, какой куда был воткнут. - Это как временная петля. Чего-то плохого в прошлом бы не случилось, если бы кто-то не пришёл из будущего и не помог этому случиться.
+1 | Восход, 25.12.17 16:55
  • И почему не одной Алисе так кажется?... XD
    +1 от Humster, 25.12.17 17:02

Лианка серьёзно посмотрела на Ярра, заговорившего с ней шёпотом о местной политике, но ничего не стала отвечать, а лишь молча кивнула, явно с ним согласившись. После чего продолжила путь по тракту, ведущему в сторону центра города с названием, созвучным с фамилией того самого «захфатчика». К счастью, никого рядом с ними в этот момент не было и никто не мог услышать эти опасные слова. Смертельно опасные, прямо скажем.
Снова она недовольно на него обернулась, когда он толкнул её локтем уже перед входом в таверну. Смерила взглядом с головы до ног и смиренно вздохнула. Этот вздох, не иначе как, обозначал: «Ну что с тобой поделаешь».
- Лекарь тебе не помешал бы, это точно, - согласилась она. - Тем более, раз уж «его услуги входят в стоимость оплаты», - процитировала странница табличку на двери. - И у меня вообще-то есть имя.
Гордо развернувшись, она направилась к двери. Ярр входил уже следом за ней, кутаясь в свой плащ и угрожающе вздымая дубовый посох.

«Три кольца» - это тебе не захудалый кабак в захудалой деревеньке, где от силы двое человек сидело за столами, откровенно скучая. Едва наши путники оказались внутри этого гостеприимного на вид места, как сразу же окунулись в атмосферу настоящей придорожной таверны - даром, что расположена она была в городе. Здесь тебе и запахи жареного мяса, и солений, и ароматы хмельного, витающие по большому просторному залу с чисто вымытыми ещё утром, но натоптанными к вечеру полами со слегка поскрипывающими половицами. Здесь столы ломились от яств, раздавался неумолкаемый гомон многочисленных посетителей, звоны кружек, доверху наполненных элем с шапкой из пены, стук игральных костей о дубовые столешницы, звон монет, пересыпаемых в ладонях игроков, мелодичное наигрывание чьей-то лютни. Здесь под потолком тепло потрескивали свечи в огромной люстре, освещавшей весь зал, но этого света явно было недостаточно в вечернюю пору, и по помещению разливался приятный полумрак, у отдельных столиков разгоняемый факелами, висевшими на стенах. Здесь была даже сцена для заезжих менестрелей и бардов - правда, она сейчас пустовала, а музыка доносилась из-за одного из столиков рядом со сценой. Видать, менестрель отдыхал от работы.
Мало кто обратил внимание ещё на двоих посетителей, а если кто и глядел в их сторону, то больше на Лианку, чем на Яррике. Потому как мужского контингента тут явно было побольше среди клиентов заведения. Но и женщины тоже встречались - и почти все, кого замечал маг, были недурны собой. Между столиками сновали уютные аппетитные официанточки, и Ярр заметил, что некоторые даже позволяют посетителям себя лапать. Одна так вообще присела на колено к какому-то суровому на вид воину, а он её обнимал за талию и о чём-то трепался со своими компаньонами, время от времени шепча на ушко девушке и целуя её в румяную щёчку.
За длинной стойкой тоже сидели посетители, а на месте трактирщика стоял здоровый толстый бугай, выгодно отличавшийся от старины Григге добродушной ухмылкой на физиономии, покрытой многодневной щетиной. Рядом со стойкой начиналась деревянная лестница вверх, и со второго этажа вниз смотрел ещё один посетитель, облокотившись о перила и мирно покуривая трубку.
  • Вкусненько! Обожаю описания таверн и вот всего такого. Добавляет игре жизни и чего-то такого, обыденного. Настоящего!
    +1 от Лисса, 09.12.17 23:05
  • Tnx! :)
    +1 от XIII, 24.12.17 07:21

Вот какая штука - стоит единственной женщине в тестостероновом мужском коллективе включить женственность, и сразу же серьёзные и сосредоточенные мужские лица, хмурые, словно бы на них набежала туча, светлеют и проясняются. Брови перестают изображать падающие перекрытия готового рухнуть и превратиться в развалины старого дома, поднимаются в своё первозданное спокойное положение, и аварийный дом больше не падает, становится он надёжным и верным, устойчивым жилищем. Лбы мужские разглаживаются и больше не напоминает стиральные доски. А поджатые в суровом напряжении губы расслабляются, и их уголки то и дело норовят пуститься в весёлый пляс, чтобы создать на строгом мужском лице улыбчивый уют.
Так было и с данкийцами, пускай и не со всеми. Но ведь мы же говорим сейчас о живых людях, а не о роботерминаторах, верно? Впрочем, даже стальной выдержки Кырымжана не хватило, чтобы отказаться от предложенного угощения. Поначалу он просто косился без выражения на начавшийся пир, но затем и сам подошёл к пирующим и протянул руку к коробке с печеньем.
- Если можно, возьму одну, - вежливо сказал он Майе Юрьевне и, получив разрешение, аккуратно захрустел галетой.
- Ох, что вы с нами делаете, Майя Юрьевна, что вы делаете, - шутливо покачал головой Иван, - от мучного и сладкого полнеют, а мне полнеть нельзя, иначе я в двигательный отсек не протиснусь, - он похлопал себя ладонью в перчатке по животу. - Я ведь не как наш уважаемый капитан. Вот кто, кто, а Фёдор Михайлович явно к полноте не предрасположен. Знаете, как в том анекдоте: «Обед на борту звездолёта был настолько плотным, что сесть на космодром смогли, а вот взлететь - уже нет».
- Ну, Иван, скажете тоже, - заусмехался немного смущённый словами Раздолбайла Фёдор Михайлович. - Как по мне, вы просто широкий в кости. Это не склонность к полноте, а такая комплекция.
- Нет-нет, капитан, - покачал рукой второй борт-инженер. - Я не широкий в кости. Я - пухлик.
При этом он надул губы и щёки и состроил пухлое лицо, так что Чижик не выдержал и рассмеялся. Хотя Иван, кажется, пытался смешить Майю, а не его. Но девушка так или иначе видела, что её ход удался. Мужчины расслабились и даже шутковали, кушая галеты, сладкое вареньице - Фёдор Михайлович захотел абрикосового, а Иван попросил дынного. Майор же ограничился только двумя галетами - после первой попросил ещё одну.
- Карамельки? - улыбнулся Чижик. - Хм, я бы мятную взял. Или клубничную. Или... а можно обе? У тебя ведь их много? - смущённо спросил он.
- Майя Юрьевна, вы просто клад, - хвалил её Раздолбайло, угостившись мятной. - Спасибо вам огромное за угощение.

И всё было замечательно, пока в помещение, куда привёл первую группу тараконоподобный житель Кулимата, не ворвались его опьянённые властью сородичи. Властью уничтожать без разбора. Без суда и следствия. Любого, кто будет на улице в комендантский час. Любого, кто оказывает сопротивление Народоконтролю. Хоть даже одним словом...

* * *

Ещё какую-то секунду Фёдор Михайлович внимательным, твёрдым и уверенным взглядом смотрел на Майю, а затем отпустил её локоть и занялся своим шлемом, водрузил его на голову, принялся закреплять завязки и герметизировать. Когда все были готовы, Раздолбайло в последний раз проверил надёжность и герметичность скафандров, и они поспешно заняли свои места в челноке. Лица мужчин снова стали сосредоточены. Ванька заметно занервничал, Чижик тоже явно волновался, но старался не показывать беспокойства. Только Кырымжан выглядел не обеспокоенным, а озлобленным будто, эдаким шершнем, потревоженным в своём гнезде и злобно гудящим, вылетевшим наказать того, кто посмел нарушить его спокойствие.
- Помогут нам здесь, как же... - не выдержал майор зловещей тишины в эфире и пророкотал тихо, но гневно. Видно было, что он тоже здорово переживает. Наверное, он изначально считал, что на Кулимат высаживаться не стоило, после того, как им никто не ответил.
Да-а-а, если уж у Кырымжана нервы не выдерживали...

Во время полёта бормотание не отключившейся от общего канала Пчёлки мог слышать каждый, и на неё оглядывались. Иван просто слегка недоумённо взглянул, но затем и сам начал беззвучно молиться и креститься. Чижик задержал на ней взгляд ненадолго, немного обеспокоенный её «мантрой». А вот Кайрат Тимурович коротко поглядел и чуть кивнул в знак то ли одобрения, то ли поддержки.
- Через пару улиц, - ответил Фёдор Михайлович на её вопросы. - Будем садиться тихо, в режиме невидимости. Челноки «Данко» оснащены воздухоотражающими щитами, делающими нас почти невидимыми в воздухе. Но посадку могут заметить, поэтому... через пару улиц. Нападать без нужды не будем. Проследим за ними.
- В случае, если нас заметят эти или другие контроллеры - открывать огонь на оглушение, - приказал Кырымжан. - По их транспорту - на поражение. Как поняли?
- Есть, майор, - вяло отреагировал Раздолбайло.
- Так точно, - спокойно ответил капитан.

На этот раз спуск длился немного дольше, чем две минуты - Данко тщательно выбирал оптимальное место для посадки шаттла. В шлемофонах скафандров доносились звуки от первой группы - судя по долгой тишине, нарушаемой грюканьем двери, топаньем ног и отдельными непонятными репликами чужаков, земляне не стали испытывать судьбу и пытаться сопротивляться местным властям, как это сделал погибший инсектоид. Скорее всего, оружие, которым располагали эти контроллеры, было способно прожечь дыру и в защитном покрытии скафандров. Технологии здесь были весьма развиты, если судить по этому оружию и по ховеркару - машине на воздушной подушке - на котором передвигались представители власти. Впрочем, им ведь говорили, что кулиматцы очень развиты... только не предупредили об этой опасности. Наверное, тот дружелюбный дендроид просто не знал о ней.
Как-то незаметно для Майи вышло, что главным в их группе стал не Чижик, а Кырымжан. В боевой обстановке начальник Службы Безопасности автоматически становился главным, даже главнее капитана, если только речь не шла про военный звездолёт. Майор выпрыгнул из челнока первым, поводил рукой с бластером по сторонам и кивком велел выбираться остальным, после чего жестом позвал за собой. Прижимаясь к стенам зданий по одну сторону улицы, они двинулись вперёд, вслушиваясь в то, что происходило у попавших в беду товарищей. Шаттл взмыл в небо за их спинами.
- К стене, четверолапые! - донеслось до них из шлемофонов.
Их друзей, кажется, разоружали. А затем... сигнал пропал. По очереди с короткими промежутками отключились все четыре канала первой группы. Чижик и Иван заметно заволновались, но, к счастью, заговорил Данко своим, как обычно, невозмутимым и холодным голосом, но именно такие интонации сейчас особенно успокаивали:
- Контроллеры стащили с них шлемы. Связь недоступна. Воздух на планете пригоден к дыханию. Датчики состояния организмов в исправности. Они живы и целы.
- Фу-ух... - аж выдохнул Фёдор Михайлович почти одновременно с Иваном, нашёл запястье Майи и крепко его пожал. - Данко, сообщай, если будут изменения.
- Есть, капитан.
Они продолжили поспешно, но осторожно пробираться вдоль стен зданий к нужной улице. Быстро перебежали небольшой пустой перекрёсток - никем не замеченные. Майя только сейчас обратила внимание, что шедший в хвосте их процессии второй борт-инженер снова тырит что-то тяжёлое. На этот раз не инженерный ящик со всякой всячиной, а что-то, больше похожее на внушительный металлопластиковый кейс. Уж не бомба ли у него там? Майя понятия не имела, что в чёрном ящике. Хоть Знатоков прошлого во главе с Александром Друзём зови, чтобы подсказали. А кейс-то и правда был чёрный, малоприметный на этих вечерних улицах чужого города.

Но вот раздался знакомый уже гул двигателя местных ховеркаров. Слышно их было издалека - наверное, специально так сделали, чтобы местные, оказавшиеся в комендантский час на улице, успевали попрятаться по домам.
- Это должны быть наши, - заметил Чижик, и все четверо замерли, напряжённо следя за поворотом на соседнюю улицу. Туда, где должна была быть первая группа.
Мужчины все как один вооружились бластерами. Ванька как-то прицепил кейс за плечи скафандра и напоминал низкорослого, коренастого черепашку-ниндзя, а вовсе не пухлика. Фёдор Михайлович подвинулся поближе к Майе, будто хотел заслонить её собой. Он поглядел на неё тревожно, но затем ободряюще кивнул и нервно улыбнулся.
Рокот нарастал, и наконец они увидели ховеркар. Это была большая машина на воздушной подушке, состоявшая из кабины и кузова-коробки, в которой наверняка перевозили пленников... ну, или арестантов, если принять местные законы. В открытой кабине были заметны массивные бронированные фигуры инсектоидов. Но машина проехала прямо, не сворачивая на боковую улицу, где укрывались под тенью домов земляне.
- Данко, они в этой машине? - быстро спросил Чижик.
- Да, капитан.
- Тогда... за ними? - опустив бластер, он поглядел на майора, и тот кивнул.
Разумеется, пешком они даже бегом не смогли бы угнаться за ховеркаром. У Майи невольно мог закрасться вопрос, как же они его будут преследовать. На челноке, наверное...
- Ну что, Майя Юрьевна, - Раздолбайло сунул бластер в кобуру и вышел вперёд. Выглядел он серьёзным и собранным, но тон старался выдерживать шутливый. - Говорите, вы могёте на роликах?
Техник шустро достал из-за спины свой кейс, поставил на землю и нажал на нём какую-то кнопку. Тут же кейс ожил, скрытые механизмы пришли в движение и он раскрыл четыре внутренние ячейки, из которых выглядывало что-то, сильно напоминающее... стильные спортивные самокаты. Состоящие из руля и доски для ног, но без колёс. Ванька тут же извлёк один, а майор взялся за второй.
- Я объясню, - Чижик отобрал у Ивана самокат и, нажав на верхнюю кнопку, поставил его перед девушкой. Тот стоял на воздушной подушке, паря на уровне пары десятков сантиметров над землёй. - Это военный ховерборд. Не знаю, знакома ли ты с ними. Времени объяснять нет, поэтому... просто становись, берись за руль и едь, как на своих роликах! На одном ролике. Только вместо него - воздушная подушка.
Фёдор Михайлович схватил последний оставшийся ховерборд и показал Пчёлке, как нужно становиться. Как на самокат - обеими ногами, которые можно было закрепить в специальных пазах для ступней. Руками же нужно было взяться за ручки.
- Я бы скорее назвал их самокатами, - вмешался Иван. - Рулите, наклоняя корпус влево или вправо. Разгоняйте, сжимая и поворачивая правую рукоятку, но можно и по старинке - ногой от земли отталкиваться, он реагирует на эти толчки как на ускорение. Левая рукоятка - тормоз. Упереть ногу в землю - мгновенная остановка, но учтите, инерцию эта штука не гасит.
Кырымжан первым рванул с места. Двигался ховерборд бесшумно, и похожий на привидение майор быстро исчез за поворотом. Ванька сорвался вторым, а Чижик задержался, чтобы помочь Майе, если будут проблемы.
- Прости, я не смог так доходчиво и кратко объяснить, как Иван, - повинился он по приватному каналу. Видно было, что Фёдор Михайлович корит себя за это. - Должно быть, волнение... Ну, готова? Поехали? Это ещё проще, чем на роликах.
  • Круто! :D Еще бы Майя отказалась от экстрима))) Это была бы не Майя - если бы езда на ховербодах не впечатлила!
    Спасибо. Сочный хороший пост, класс, просто классЪ!
    Мне очень понравилось)
    +1 от Лисса, 23.12.17 12:30

Голос у владельца тела оказался приятным баритоном.
- Окей, Дэйви, - тихо мурлыкнула блондинка и в руках её появилась маленькая видеокамера, которую она приложила с улыбкой к глазу и навела на объектив. Загорелся красный индикатор видеозаписи.
В прихожей ничего подозрительного или необычного не было. Но можно было судить о богатстве хозяина дома - все детали интерьера явно были дорогими, хотя это и нельзя было назвать кричащей роскошью.
- Проходите сюда, – агент Джей жестом пригласил Витю пройти в гостиную. – Тело покойного находится там, в спальне, – сказал он, указывая на следующую дверь из гостиной. Сама гостиная также ничем не выделялась. Уютные диванчики перед искусственным камином, столик, на полу ковёр, на стенах картины...
+0 | Герои не умирают, 13.09.17 01:25
  • ААААААААА, спасите меня. Это у красотки в купальнике баритон? Раньше это был мужской голос :)

    +0 от Путник, 22.12.17 19:16

- Я спокойна, как удав, - раздалось тихо из-за спины Окунькова, а затем он почувствовал... как Зеночка его ободряюще похлопала прямо по мягкому месту.
Жёны чародея между тем начали переглядываться между собой недоумённо. Судя по тому, что кричать не стали, шума не поднимали и стражу не звали, появления Белла-Окунька они не испугались, хотя, по-видимому, и не поняли, «шо это было».
- Отправили одного без конвоира? - удивилась одна.
- Не знающего дороги? - добавила вторая.
- Ты нам ничего плохого не сделал, - пожала плечами третья, - ступай своей дорогой.
Как ни странно, они выглядели вполне довольными своей жизнью. Ни одна из них не казалась опечаленной.
+1 | Герои не умирают, 21.12.17 01:20
  • Дамы логичны :D Убивающе логичны)
    +1 от Лисса, 21.12.17 14:16

Чего греха таить, необычайно странным в это утро казался Лизавете младший двоюродный братец. Так вёл себя ладно, если не считать угроз кукле Даше. Такие речи проникновенно-увлекательные вёл. Столько интересного и любопытного нарассказывал, что не терпелось уже Лизе разузнать, что из этого правда, а что чистый мальчишеский вымысел, хоть у той же Иоганны, будь она неладна. Нет, говорить с ней девочке хотелось меньше всего, но она определённо очень многое знала о доме и о каком-то проклятье, на нём висящем. Явно же том самом, которое Лизоньке нужно постараться снять. Избавить от него дом и всю их семью. Лиза очень даже верила, что насчёт проклятья - это не Андрейкина вовсе выдумка, а оно есть на самом деле, и что-то знает про него усатая Несмеяна. Тьфу ты, Андрюшка, заразил своими шуточками про неё!
Однако же, в какой-то миг, слушая болтовню братца, Лизе всё ж пришла в голову шальная мысль. А что, если и правда свести его в волшебную страну? Ну, или хотя бы показать тот самый двор в тринадцатый час, познакомить с Пифией и другими его обитателями. Андрейка-то ведь матушку свою любит, это понятно. Несмотря на всё своё баловство, но Софья Эдгаровна же его мама, как можно её не любить? И если Лиза сможет его уговорить, что им нужно сделать, чтобы снять с дома проклятье, исцелить тётю от её хворей тяжких и вернуть дядю с фронта живым, то он мог бы стать ей незаменимым помощником в этом деле. И да, возможно, что тем самым единственным другом, которого можно было, по словам волшебных существ, взять с собой в загадочный край чудес. Ох, как же соблазнительна была эта мысль! Ведь не только ради Андрейки Лизонька этого хотела, и не только ради спасения семьи, но ещё и потому, что тогда бы ей не пришлось делать выбора. Ведь выбор очевиден, когда речь идёт об Андрее.
Но стоит ли? Зная мальчишку, Лиза сильно в этом сомневалась. Всё может обернуться ещё хуже, если он прознает про Лизины тайны и набедокурит, наябедничает или ещё что. Он был настолько же хорошим союзником, насколько и опасным.

Тучи вдруг расступились и выглянуло солнышко, будто бы желая поприветствовать вышедших на улицы Петрограда ребятишек и согреть их своим теплом. О, это мгновение было по-своему прекрасно! Лиззи даже остановилась и замерла, заметив миновавший дождь, вскинула лицо навстречу ветрам и недоверчиво поглядела в небо, косящееся на них с братом жёлтым солнечным глазом. Когда происходят такие совпадения, невольно кажется, что они не случайны, и сама природа тебе благоволит, уступая самую лёгкую дорогу.
- Вот оно, волшебство настоящее-то, - заулыбалась вдруг девчонка, подставив щёки пригреваться под бледно-жёлтое это, болезненное будто, но такое живое сейчас солнце, под это небо простывшее, исходившееся в кашле, прямо как тётя, но сейчас притихшее и благоговейно взиравшее вниз на них с Андрейкой. - Андрюш, а что бы ты сделал ради того, чтобы дядя поскорей вернулся? Мой дядя и твой папа. А тётя Софи, твоя мама, ты ведь хочешь, чтобы она выздоровела и больше не болела? Что бы ты ради неё сделал, Андрейка? Мне бы так этого хотелось! - Лиза сложила ладошки под подбородком, глядя в небо мечтательно и улыбаясь, будто молясь господу нашему единому и всемогущему. Но мыслями она была далека от бога. Она мечтала о чуде.
Но вдруг опомнилась девочка. Слова братца вдруг услыхав. Его предложение уроки прогулять и в синематограф сходить вместо этого. Они будто протрезвили захмелевшую от неожиданного небесного тепла Лизоньку.
- Нет! Бежим на трамвай! - она подала Андрею руку, чтобы вместе с ним ускориться. - Сходим ещё и в синематограф, и просто погулять, а сейчас в школу нам надо. Лучше опоздать, чем вовсе не прийти, только хуже будет, сильнее накажут. Но мы постараемся успеть! Давай, Андрейка, побежали!

Ариэль - не Ариэль (Кстати, кто это? Уж не про другое ли обличье Арея речь?), но рельсов бояться - на трамвае не ездить. Так говорит старая русская половица? Только там про лес и волков было. Но Арей ведь тоже немножечко волк. Хотя, стой... причём тут тогда пух и перья?!
+1 | Маяк для Лизы, 18.12.17 18:49
  • Прекрасно, а вот это понравилось больше всего!
    - Вот оно, волшебство настоящее-то, - заулыбалась вдруг девчонка, подставив щёки пригреваться под бледно-жёлтое это, болезненное будто, но такое живое сейчас солнце, под это небо простывшее, исходившееся в кашле, прямо как тётя, но сейчас притихшее и благоговейно взиравшее вниз на них с Андрейкой
    Такую прекрасную Лизу нельзя оставлять в закрытой игре, и я очень рада, что пусть и медленно, но модуль живет и двигается дальше. Чувственно. И солнышко показалось! :)
    +1 от Лисса, 20.12.17 23:29

К сожалению, не получалось у Майи почувствовать живого, настоящего, реального Фёдора Михайловича. Через плотную, хотя и тонкую ткань перчаток скафандра не проникало человеческое тепло, не ощущалась лёгкая шероховатость огрубевшей мужской ладони - не сильно огрубевшей-то, всё же капитану не приходилось много работать физически руками, делать какую-то тяжёлую работу, но кожа его была заметно грубее Майиной, хоть она-то как раз руками часто работала и могла даже с гордостью сказать, что не белоручка какая-нибудь, вон у неё какие ладони - рабочие, можно сказать. Впрочем, на её жест Чижик ответил, слегка пожав её ладонь пальцами ободряюще и в знак своей мужской поддержки, поделился хоть и не теплом, но хотя бы силой своей, крепкостью пальцев, ощутимой даже сквозь перчатки. Сейчас у них от скафандров были свободны только головы - чтобы в случае необходимости моментально надеть и закрепить шлемы и приступить к делу. С перчатками было бы больше возни.
Вообще-то, было видно, что он понимает, насколько другой мир сейчас открывается перед Пчёлкой. Вообще-то, он присматривался к Майе во время этой своей инструкции. Присматривался и замечал, как она на всё реагирует. Это была часть его «я» - приросшая с годами, прочно впитавшаяся в характер привычка педагога подмечать такие вещи в разговоре, плюс к этому должность капитана, ко многому обязывающая, требующая большого внимания ко всем деталям как окружения, так и поведения собеседников. Хоть за психологическую атмосферу на звездолёте отвечал и не он, но это также входило в «комплект настоящего капитана». А потому видел он, что девушке подобная тема кажется чужеродной, совсем ей не свойственной. Это и понятно. Майя к тому же не просто девушка, а ещё и доктор, первостепенной задачей которого является спасать жизни, а не отнимать их. Возможно, ей даже неприятна и противна была тема оружия, хоть ни словом, ни взглядом она никак этого не показала. Тем не менее, этой подготовки требовали инструкции. Эта подготовка могла однажды спасти жизнь ей или кому-то ещё из экипажа. Пренебрегать этим было нельзя, вот Чижик и не останавливался. Вот и довёл свою краткую инструкцию до положенного конца, объяснив все ключевые нюансы. Правда, был совсем не уверен, не храбрится ли Пчёлка, не пытается ли скрыть от него тот факт, что, возможно, совсем не умеет обращаться с бластером. Она ведь немного не доучилась в МЗУ до занятий военной подготовкой.
- В МЗУ военной подготовке начинают обучать с четырнадцати лет, - пояснил ей Фёдор Михайлович, мягко улыбнувшись, совсем не соответствовали его серьёзные, «тестостероновые» слова простому, дружелюбному выражению лица. Майя, впрочем, могла вспомнить об этом. Её старшие братья когда-то с нетерпением ждали того дня, когда их начнут обучать стрельбе и прочему. Правда, Майя тогда была ещё совсем крохой. Но, учась в МЗУ, она знала, что военная подготовка будет у их класса всего спустя год или два. - Специальной воинской подготовки у меня нет, - продолжал тем временем Чижик, - сначала я отучился в МЗУ, затем были дополнительные курсы. Капитан должен всё это знать и уметь, Майя. Есть Служба Безопасности на любом корабле - это безусловные спецы и профессионалы в своём деле, но капитан обязан как минимум уметь обращаться с оружием. Особенно это относится к капитану ВКС. Эта аббревиатура ведь означает «Военно-Космические Силы»... Но, по секрету, - он смущённо улыбнулся, хотя «по секрету» тут было весьма условное, ведь их слышали Раздолбайло и Кырымжан, - перед экспедицией мне пришлось подтянуть свои знания. Всё же до этого я был учителем, и капитанские курсы мне пришлось проходить по ускоренной программе.
Впрочем, несмотря на такие серьёзные объяснения, шуточки Майи про класс двоечников и хулиганов вызвали у Чижика реакцию, похожую на её собственную. Он издал короткий смешок и разулыбался, в глазах заплясали весёлые искорки. Ивану, кстати, тоже пришлась по вкусу шутка, он тоже заулыбался, и только майор остался с непроницаемо спокойным лицом. Вот он, настоящий роботерминатор.
- Но ты не волнуйся, - вдруг поймал её Фёдор Михайлович, положив руку ей на плечи и слегка приобнимая сбоку. К сожалению, через материал скафандра прикосновение ощущалось плохо, но тем не менее это подбадривающее полуобъятие и приятная тяжесть его крепкой руки на плечах чувствовались. - Все эти инструкции надо помнить и уметь применить оружие при надобности, но такой надобности может и не наступить вовсе. Мы очень для этого постараемся. Чтобы не наступило. Усекла? - другой рукой он легонько коснулся пальцем её носа, в забавном этом своём жесте, сопровождавшем вопрос «усекла». Это было так по-простому, по-свойски и... довольно трогательно, если подумать. Ведь он же явно о ней беспокоился. О ней и её чувствах.

Шлемы были наготове, но вторая группа не спешила их надевать. Это была быстрая процедура и в крайнем случае их можно было надеть меньше чем за минуту. По причине ненадетых шлемов, правда, невозможно было выйти с кем-то на приватный канал связи, приходилось говорить разом со всеми. С первой группой они пока что общались через Данко по общему каналу. Вот когда на их головах будут шлемы и они уже не смогут выпить никакого чаю, тогда и приватные каналы станут доступны, и общение с высадившимися на Кулимат коллегами будет вестись напрямую через шлемофоны скафандров, а не через посредника-искина.
Книга о шахматах была написана интересным, живым языком. Правда, она показалась Майе несколько детской. В частности, первый раздел вообще был посвящён рассказу о том, как передвигаются шахматные фигуры: пешки ходят на клетку вперёд, а бьют по диагонали, офицеры двигаются строго по диагонали, ладьи же, наоборот, строго прямо, конь ходит буквой «г», и так далее. Но даже этот раздел почитать было интересно. Автор явно обладал хорошим чувством юмора и объяснял всё так, что без улыбки было трудно читать. Просто, доходчиво и с огоньком. Он сравнивал шахматные фигуры с живой армией, а к каждому объяснению прилагались красивые рисунки, на которых была изображена клетчатая доска и описываемые фигуры, а от них стрелочки, показывающие, куда они могут пойти. В следующих разделах уже начинались более сложные объяснения наиболее распространённых начал шахматной партии, различных тактик и комбинаций. Описывались два варианта рокировки, тактические ходы вроде намеренной жертвы фигуры ради выгодной комбинации. Всё это живо и литературно - не просто сухое изложение правил, автор хотел заинтересовать читателя.
- Я, Майя Юрьевна, от вашего чая отказываться не стану, - живо отреагировал Иван, подходя ближе к Пчёлке со своим шлемом подмышкой. Слово «вашего» он подчеркнул. - Тем более, что неизвестно, когда мы его ещё попьём, если придётся лететь, - он усмехнулся в ответ на комментарий про впитывающие скафандры.
- Надеюсь, не придётся, - вздохнул Чижик, напряжённо следивший за событиями на экране. - От горячего я, пожалуй, сейчас откажусь. Мне... немного жарко, - признался капитан. В скафандрах и вправду было жарковато, они ведь пока ещё не включали кондиционирование. - Но не откажусь от какого-нибудь вкусного угощения к чаю, если у тебя есть, - повернулся он к девушке с лёгкой улыбкой. - Печенье, шоколадки, конфеты какие-нибудь? Шоколад, между прочим, снимает стресс. Нам сейчас это бы пригодилось. Вон какие мы все надутые, - шутканул капитан, вызвав ещё один смешок Раздолбайла.
Кайрат Тимурович просто отрицательно покачал головой, лицо его оставалось сурово-напряжённым. Но по крайней мере неодобрения предложение Пчёлки испить пчелиный чай с мёдом не вызвало у адреналинового майора.

* * *

А на экране, развернувшемся на одной из стен шлюзового отсека, тем временем крутилось интересное кинцо про первопроходцев планеты Кулимат. Про этих космических пионеров. Первых землян, чья нога коснулась поверхности далёкой от Земли-матушки планеты, расположенной где-то совсем в другой части Вселенной. В неисследованной, неизученной и не нанесённой на звёздные карты части Вселенной. Ведь даже древние расы ксилонов и селестиан про неё ничего не знали, по видимости.
Там, на экране, первая группа во главе с Михалковым перебежала через дорогу и в сопровождении подозвавшего их насекомообразного чужака вошла в здание.
- Как раз вовремя! - воскликнул инопланетянин на своём трескучем языке. Был он похож на вставшего на задние лапы таракана или иного жука. Страшилище в людских глазах, одним словом. Глаза-фасетки, в количестве шести штук, два побольше и под ними четыре поменьше. Хитиновый панцирь на спине, на ногах и на четырёх руках. Тараканья морда и небольшие жвалы, двигавшиеся во время речи. - Вы же не хотите, чтобы контроллеры заметили вас на улице?
- Простите, мы не понимаем, о чём идёт речь, - вежливо вступил в разговор первый помощник капитана и пустился в объяснения. - Мы прилетели с другой планеты за помощью. Понимаете ли, так вышло, что мы затерялись в космосе и не можем найти путь домой. Мы из другой Галактики, не помеченной на ваших звёздных картах.
Такие объяснения заставили существо насторожиться. Оно заметно напряглось, и жёсткие волоски на его конечностях и «ногогруди» (как у тараканов, на груди сходились все конечности) встали ёжиком, будто могли защитить таракана от нападения. Усики-антенны поднялись вверх и мелко задрожали. Инсектоид принялся отступать от землян, ещё не успевших даже оглядеться в помещении, в котором они оказались.
- Погодите, мы не намерены причинять вам никакого вреда, - попытался успокоить его Михалков, двигаясь следом.
- Геннадий Борисович, позвольте мне, - доктор Григорьев мягко взял старпома за плечи и отодвинул в сторону, выходя вперёд. - Отойдите все от него, пожалуйста. Видите, человек в страхе, - он так и назвал его «человеком». Когда трое остальных данкийцев отступили, Игорь Кириллович мягко обратился к инсектоиду. - Мы прибыли с миром. И мы действительно нуждаемся в помощи...
Григорьев принялся рассказывать ему, что именно с ними приключилось, инопланетянин перестал дрожать и застыл, внимательно слушая электронного переводчика, переводившего рассказ доктора биологических наук. Было заметно, что у Игоря Кирилловича имеется опыт подобных контактов, когда нужно мягко и не грубо пообщаться с пугливым представителем иной формы жизни.
Тем временем остальные огляделись. Это помещение, кажется, служило сараем или каким-то складом, где в относительном беспорядке были свалены какие-то ящики, коробки, кучами лежали различные бумаги и газеты, непонятные пластины. Здесь было сильно не убрано, но хотя бы чисто, по сравнению с жилищем одного уже знакомого данкийцам инсектоида с другой планеты.
Григорьеву пришлось приложить массу усилий, чтобы убедить жука, что они вправду не собираются причинять ему вред. Наконец он вроде бы успокоился и снова зашевелил жвалами.
- Вы на планете Кулимат, - сказал он уже спокойнее. - Контроллеры, от которых я вас только что спас - из службы Народоконтроля. На нашей планете никто не умирает, но всякий раз, когда численность населения превышает установленные нормы, возникает необходимость уничтожать некоторых из нас, чтобы освободить место остальным. Контроллеры имеют право уничтожить любого, кого захотят, но лишь в установленных законом пределах. Они бы наверняка убили вас, если бы застали на улице после начала комендантского часа!
Неожиданно дверь с грохотом распахнулась, и в здание ворвались облачённые в странную униформу такие же насекомообразные существа, одно из которых что-то прокричало.
- Я же говорил, что видел, как они вбегали в это здание! - услужливо сообщил электронный переводчик. Судя по особенным нашивкам на форме, это был их командир. - Марш на улицу!
Существ было всего четверо. Столько же, сколько и данкийцев. Они расположились по двое по обе стороны от двери. Как ни странно, но никакого оружия у них видно не было, и, если бы не их напряжённые позы, то даже угрозы бы от них не ощущалось. Конечности были опущены. Майя видела через чью-то камеру, как Громов ухватился за рукоять бластера на поясе, но его руку остановил Михалков.
- Они пришельцы! - вдруг закричал протестующе хозяин сарайчика, пытаясь защитить данкийцев и выбегая для этого вперёд. - Они ничего не знали о комендантском часе!
Предводитель контроллеров поднял пустую верхнюю руку, вытянул вперёд длинный когтистый палец, и ветвистый электрический разряд голубой молнией рассёк помещение, пронзив грудь мирного инсектоида насквозь! Бедное существо с огромной дымящейся дырой в груди рухнуло на пол, и конечности его, последний раз дёрнувшись, замерли и стали скукоживаться, как у дохлого паука.
- На улицу! - крикнул командир, направив палец на землян.

- Надеваем шлемы и садимся в челнок, - тут же сухо распорядился Чижик.
Иван нервно отставил чашку с недопитым чаем и принялся надевать свой шлем. Кырымжан успел сделать это быстрее всех и уже молча укладывал в шаттл сумки. Вид у майора был донельзя мрачный, ему точно хотелось кого-то убить. Фёдор Михайлович взялся за свой шлем, но перед тем, как его надеть, поймал Майю за локоть и, серьёзно на неё поглядев, крепко его пожал, сопроводив это кивком, в знак поддержки.
- Не волнуйся, - мягко сказал он. - Они глупить не будут и должны справиться. Но мы будем рядом, чтобы прийти на помощь, если она понадобится.
  • Классный ход, классная игра! :)
    +1 от Лисса, 18.12.17 08:44

- Вот и хорошо, - грустно улыбнулась проводница героических душ. - Нажарю тебе блинчиков с разными сладостями и со сметанкой, заварю кофе или чай, как скажешь. У нас там, - она показала пальцем в небо, - любые продукты можно достать, какие захочешь. Кстати, блины у меня получаются на объедение, - похвасталась она, - меня их сама Гестия учила делать. Богиня домашнего очага. Попробуешь и скажешь своё авторитетное мнение.

Окуньков постучал молотком по двери, наподдал ногой, и дверь с тяжёлым грохотом стала открываться. На порог вышел привратник... это был не орк, а огромный, самый настоящий лев, только закованный в латы. Он грозно наклонил голову и устремил немигающий взгляд в лицо Пете. Вся его напряжённая поза говорила о том, что если кто-то не знает пароля, то ему придётся пробиваться внутрь с помощью своего меча. Огромный зверь приоткрыл пасть, и оттуда вместо рёва донеслось:
- Пар-р-роль?
+1 | Герои не умирают, 15.11.17 16:38

- Пошто посул на меня наводишь? - вскинула носик девица, с любопытством покосившись на угощение. - Всё равно не пущу! Я места своего нагретого не хочу лишиться!
Очередь неодобрительно загудела, глядя на Зверикова.
  • Злюка какая!
    +1 от Лисса, 15.12.17 10:59

Исследование чужого города продолжалось. Завернув за угол, капитан Светлов и штурман Вольский прошли несколько метров, как вдруг какой-то странный шум заставил Юрия Аркадьевича насторожённо замереть на месте. Шум всё усиливался, и вдруг он с ужасом понял, что слышит грохот старинного порохового оружия, бывшего на Земле в обиходе ещё до изобретения бластеров, - кто-то или что-то стреляло по ним из автомата! Капитан плашмя упал ниц, крикнув сопровождавшему его Вольскому:
- На землю!
Штурман упал рядом с ним, и они застыли без движения. Светлов сильно подозревал, что их могла заметить какая-нибудь автоматическая охранная турель и они вовремя среагировали на треск автоматных очередей. Но, возможно, там были и живые люди... ну, в смысле, местные жители, населявшие эту планету, будто вымершую с виду, но оказавшуюся вполне обитаемой.
Они лежали на дороге, вжимаясь в покрывающую её пыль, пули зловеще свистели у них над головами. Как вдруг Юрий Аркадьевич заметил, что штурман смотрит на него с нескрываемым удивлением.
- Капитан, а почему, собственно, мы лежим на земле? - заметив появившийся во взгляде Светлова немой вопрос, спросил Вольский и решительно встал на ноги, подавая руку капитану.
К великому изумлению Юрия Аркадьевича, штурман стоял под градом пуль, не причинявших ему ни малейшего вреда! Они просто проходили сквозь него, словно бы были... иллюзией? Голограммой? Но если это и правда голограмма, то почему Вольский ничего не замечал? Наконец, автоматные очереди стихли, и ничего не понимающий штурман помог капитану Светлову подняться с земли.
- Ты что, ничего не слышал и не видел? - удивлённо обратился к нему мужчина.
- А что, должен был? - не понял Вольский.
- В нас только что стреляли из автомата... - Светлов осёкся, так как сам уже не был уверен в достоверности своих выводов.
- Что? - удивился штурман и огляделся вокруг. - Я ничего не слышал.
Юрий Аркадьевич нахмурился. Всё это ему категорически не нравилось. Это уже был второй странный случай, когда кому-то одному из экипажа что-то кажется, а остальные ничего этого не замечают. Вспомнить хотя бы Овчаренко, стрелявшего по инопланетянину потому, что ему померещилось, будто тот достал оружие.
- Боюсь, мы имеем дело с точечными воздействиями на разум, - глухо проронил он. - Одному из нас что-то внушают, и он начинает на это реагировать, не понимая, что это нечто вроде гипнотического внушения. Когда слышишь и видишь то, чего нет. Будь аккуратней, Вольский, - Светлов похлопал мужчину по плечу. - Не реагируй на всё, сначала не убедившись, что я тоже это вижу.
- Понял... - нахмурился тот.
- Овчаренко, - обратился капитан по радио шлемофона. - Як там справы?
- О, ха-ха, - борт-инженер явно удивился вопросу на украинском. - Ничого нэмае, капитан. На записях камер - пустый салон челнока. На корабле всё тихо-мирно, бджолы нэ гудуть.
- Ох уж эти бджолы, - покачал головой Юрий Аркадьевич. - Будь на стрёме, Овчаренко. Продолжай осматривать корабль. Чтоб ни одна пчела не прогудела. Как понял?
- Есть, капитан!

Они продолжили осмотр инопланетного города, заметно осторожничая на этот раз и постоянно переглядываясь, чтобы убедиться, что не находятся под новым внушением. Наконец, Светлов и Вольский подошли к большому зданию - самому крупному в этой части города. Они переглянулись снова.
- Если мы где-то и найдём ответы, то только здесь, - кивнул Юрий Аркадьевич, и они молча направились внутрь, держа наготове оружие, но поставив его на предохранители из опасения очередного воздействия на мозги. Так ведь можно и друг дружку по ошибке перестрелять.
«Хотел бы я знать, какая гнида с нами это делает... а главное, зачем», - хмурясь, думал капитан Светлов, поднявшись по ступеням и проходя в широкую дверь, над которой висела бронзовая статуя животного, отдалённо напоминавшего земную лису, с умным видом читавшую массивный фолиант.

* * *

- Вообще они не рассчитаны на длительное ношение, - заметил Раздолбайло, прилаживая Майин скафандр и тщательно проверяя каждый его элемент и каждый болтик. - Это скафандры для вылазок туда и обратно. Но они оснащены функцией впитывания влаги, так что ничего страшного не случится. Это уже проверяли на практике, - с важным видом покивал второй борт-инженер. И легко, шутливо улыбнулся. - Правда, я лично не проверял. И вам не буду советовать. Не думаю в любом случае, что это приятно, когда одежда под скафандром мокрая. И не только мокрая, - поднял он бровь. - Вообще, на «Данко» есть другие модели скафандров, но не думаю, что ради одной недолгой высадки стоит проходить продолжительную процедуру биосимбиоза и надевать «вторую кожу». Если пожелаете, Майя Юрьевна, я расскажу вам об этом подробнее.
Пчёлка, впрочем, и сама что-то об этом помнила ещё, кажется, из уроков Фёдора Михайловича в МЗУ. Помнится, он рассказывал про биокожу, или «вторую кожу» - эластичный синтетический материал, внешне мало отличающийся от обычной человеческой кожи, который вживляется в процессе биосимбиоза поверх настоящей кожи, способствует поддержанию тела в стабильно хорошем физическом состоянии. Поверх биокожи уже надевается удобный скафандр, рассчитанный на долгое ношение. Специальные катетеры выводят всё лишнее из организма в особые мешочки, заменяемые вручную через отделение в скафандре. Точных терминов Майя уже не помнила, но примерно помнила, как всё это работает.
Как бы там ни было, сейчас у неё не было времени слушать лекцию Ивана на столь пикантные темы. Кырымжан уже достал оружейный арсенал и все разбирали оружие. Кажется, майору понравилось, что Светлова оценила этот арсенал - он даже удостоил её первого взгляда за всё это время и слегка кивнул, вроде как одобрительно. Возможно, он бы и свою помощь предложил, но в дело уже вступил капитан. Забрав оружие для Пчёлки, он подошёл к ней и начал небольшой инструктаж. Мало походивший на собственно инструктаж. Это больше напоминало дружескую беседу, в которой один объясняет другому, как пользоваться этой вот непонятной и смертельно опасной хреновиной.
Мужчины! Они любят объяснять женщинам такие вещи. Особенно, делая это с умным видом. Впрочем, человеку с высшим педагогическим образованием такой вид очень даже шёл. Невольно вспоминались лекции Чижика в былые годы и его проникновенное лицо, с которым он рассказывал материал слушавшим его детям.

- Ну, значит, смотри, - пустился Фёдор Михайлович в объяснения с энтузиазмом опытного в своём деле инструктора. Первыми он достал бластер и вибронож, передал их по одному девушке. - Ну, с этим проблем не должно быть... Из бластера ты ведь точно училась стрелять, а нож - он не только в бою может пригодиться, многофункциональная вещь... Так, остановимся на гранатах... Погоди-погоди, - остановил он попытки Пчёлки Майи присобачить к поясу скафандра кобуру и ножны, - немного не так. Нужно закрепить на поясе так, чтобы ты мгновенно могла выхватить бластер. Просто опусти рабочую руку - ты ведь не левша, верно? - и там, куда она ляжет на пояс, должна быть кобура. Нож можно поместить с другой стороны, его не обязательно быстро выхватывать. Как правило, если опасную ситуацию не удаётся сразу решить бластером, то времени на нож хватает, - Фёдор Михайлович, по-видимому, решил опустить ту часть, где «или тебе уже нож будет без надобности, потому что ты умрёшь». Но это можно было добавить за него, интуитивно по построению фразы это угадывалось.
Наконец кобура с бластером и ножны с виброножом были закреплены на поясе скафандра Светловой, и инструктаж перешёл к части использования гранат. Чижик взял в каждую руку по одной маленькой, размером с теннисный мячик или ещё меньше, гранате, показывая их Майе.
- Смотри, - он повернул их той стороной, на которой была маркировка. Помимо надписей, к каждой гранате были приклеены полоски разного цвета. - Чёрная - это слезоточивая. Выпускает газ, выводящий противника из строя, но не убивает, а чаще всего усыпляет. Белая, - он взвесил в руке гранату с белой каёмкой, - светошумовая. Ослепляет противника ярким светом и оглушает громкими звуками.
Чижик положил их обратно в чемодан и достал третью, с красной ленточкой.
- А это смертоносная, красная, плазменная граната. Запоминать, какой цвет у какой гранаты, проще по ассоциации: чёрный - обморок, белый - ослепление светом, красный - кровь. Первые две ты можешь использовать и рядом с собой - газ в скафандре тебе не страшен, а от светошумовых эффектов можно защититься, просто зажмурившись и отключив в скафандре внешний звук. Теперь о том, как их использовать...
Мужчина продемонстрировал Пчёлке крошечный монохромный экранчик размером с ноготь большого пальца в верхней половине гранаты и несколько мелких кнопок под ним. На экранчике светилось число 10.
- Это таймер, - начал объяснять Фёдор Михайлович. - По умолчанию, он всегда выставлен на десять секунд, но время до детонации лучше изменить в зависимости от ситуации. Иногда требуется, чтобы граната детонировала быстро, иногда нужна задержка. Если выставишь на таймере 0, она детонирует при ударе в цель. Менять время так, - он принялся показывать, как работают кнопки таймера. Всё было очень просто. Одна добавляла секунды, другая убавляла. Третья кнопка фиксировала две другие кнопки, предохраняя их от случайного нажатия. Чижик показал на главную кнопку, побольше остальных, расположенную сверху гранаты. - Ну, а это, собственно, кнопка-чека. Она туго нажимается, нужно приложить немного силы - это чтобы случайно не нажалась. Когда ты её нажмёшь и отпустишь, она останется в зажатом положении, и начнётся отсчёт таймера до детонации. Если её снова нажать при этом, чека вернётся в исходное положение, и таймер будет сброшен. Но также её можно использовать как чеку гранат древности, - капитан показал прикреплённое к кнопке колечко, вдавленное в корпус, но его легко можно было извлечь, - рванув за кольцо и сдёрнув чеку, ты запустишь таймер и уже не сможешь отменить детонацию. Но и противник не сможет, - Фёдор Михайлович улыбнулся, и сейчас на фоне этих объяснений его улыбка могла показаться кровожадной. - Всё понятно? Вопросы есть?
Судя по взглядам Кырымжана, которые он время от времени на них бросал, майор не одобрял того, что старшему лейтенанту ВКС требуется столь подробный инструктаж по обращению с простейшим вооружением.

Наконец и три связки гранат с маркировкой разных цветов были прикреплены к скафандру. Крепились они также к поясу и выглядело это так, будто Майя обвешала пояс однотонными ёлочными шариками, перевитыми дождиком. Они весили немного, бластер и нож казались тяжелее.
К этому времени первая группа уже усаживалась в шаттл и готовилась к взлёту. Самые последние приготовления были сделаны, и Чижик махнул рукой, отправляя их на старт. Поднялась перегородка, отделяя одну половину шлюза от второй, и за ней стал открываться «цветочек» люка в открытый космос, через который челнок будет выведен на орбиту и спущен на поверхность планеты в заранее определённые координаты.
- Ну, с богом, - Иван перекрестил перегородку, а затем перекрестился сам.

Высадка на Кулимат началась...

* * *

Спустя всего пару минут первая группа уже высаживалась из челнока на поверхности Кулимата. Для посадки был выбран один из крупных городов. Приземлились - или скорей уж прикулиматились - они посреди пустынной улицы. С одной стороны над ней нависали высотные здания, постройки на другой стороне улицы были гораздо ниже и походили на частные апартаменты. Здешняя архитектура была непривычна людскому глазу, хотя за счёт своего однообразия и не так ярко выделялась, как разноплановые постройки на планете-анархии. Вот только, как это ни странно, нигде не было заметно ни малейших признаков жизни. В большом городе царило запустение.
- Я что-то слышу, - напрягся Романовский, повернувшись в сторону, куда убегала дорога.
- Да, я тоже, - подтвердил Михалков, на всякий случай опустив руку на рукоять бластера.
Издалека до слуха данкийцев - как первой группы, так и второй, наблюдавшей за съёмкой в прямом эфире с камер скафандров на экране, развёрнутом Данко на стене шлюзового отсека - доносилось какое-то приглушённое жужжание. И вдруг из-за поворота вдалеке появилась странная машина на воздушной подушке, медленно двигавшаяся в сторону землян.
- Без моей команды за оружие не браться, - не терпящим возражения тоном распорядился первый помощник. Вот сейчас как никогда было видно, что он может быть не только вечно расслабленно-насмешливым, в деле Михалков выглядел волевым и довольно жёстким. Чем-то даже напомнил Майе папу.
Четвёрка землян напряглась. Они были уже отрезаны от звездолёта - шаттл взлетел за их спинами, чтобы занять место на орбите и спуститься по первому сигналу.
- Первый контакт, чтоб его, - проворчал Романовский.
- Ну зачем же так, Юрий Александрович? - спокойно возразил доктор Григорьев. - Может, они нас встретят гостеприимно. Давайте верить в лучшее в... представителях иных цивилизаций.
Пока они обсуждали приближающуюся машину, где-то поблизости что-то громко затрещало, а электронный переводчик вдруг разразился истошными криками:
- Сюда! Быстрей!
Обернувшись, земляне заметили насекомообразное существо ростом с человека, знаками подзывавшее их из дверей стоявшего в нескольких метрах от них небольшого здания. Судя по суете в движениях инопланетянина, он хотел, чтобы данкийцы поспешили, пока к ним не подъехала машина.
- Мда... - напрягся Михалков. - Кто что думает?
- Думаю, безопасней пойти за ним, - хмуро проронил борт-инженер.
- Я тоже, - кивнул Громов.
И только доктор Григорьев в нерешительности молчал.
- «Данко»? - окликнул старпом явно не искина.
- Решать тебе как командиру группы, - отозвался в тот же миг Чижик, - но я бы пошёл за ним. Он знает больше нас. Может, это какие-нибудь террористы...
- Вас понял, - глухо отозвался Геннадий Борисович и, направившись к инсектоиду, жестом велел остальным идти за собой.

Как выяснила Майя, она вполне могла общаться с группой высадки - как по общему каналу, так и по отдельным, приватным линиям, если хотела лично что-то кому-то сказать. Это, понятное дело, относилось и ко второй группе. Впрочем, глядя на эти сосредоточенные и напряжённые мужские лица, как-то пропадало желание отвлекать их от работы. Разве что поднять тему, имевшую прямое отношение к происходящему. Сейчас им явно было не до пустой болтовни. А с другой стороны... она ведь могла попытаться поднять им настроение, придать жизнерадостности, что ли. Чтобы не так уныло всё выглядело. Видеть улыбки на их лицах было бы куда приятнее.
  • Ох, какой большой пост. Чудесно же! :)
    Он такой мужской получился, в тон моей последней фразы ^^ Майе только шутить остаётся, ибо слишком много брутальности вокруг :D
    Но читается с интересом, особенно то, что это совсем не мир Пчёлки. Мир брутальных потных мужиков хватающихся за оружие)
    Мне понравилось.
    +1 от Лисса, 14.12.17 16:27
  • за иллюзию:)
    +1 от rar90, 15.12.17 07:21

Она слышала его мысли, находясь рядом. И слушала его внимательно и с какой-то забавной насторожённостью, словно бы опасалась услышать там для себя что-то неприятное. Но услышанное вызвало у Зены простую человеческую улыбку, грустноватую в общем-то, но и немного смущённую, словно бы она и правда умела стесняться.
- Но ты же понимаешь, я ничем не смогу тебе помочь, если ты угодишь в беду. Я могу быть рядом, но не имею права вмешиваться, - с грустнецой сказала она тихонько, прошептала практически. - Не могу даже тебя предупредить об опасности, - и вздохнула, будто бы такая участь её саму тяготила.
Ничего не сказала о последних его словах, но Петя видел, что приятно ей стало от них. Эта улыбка смущённая говорила лучше тысячи слов.

Тем временем они с Зеной свернули направо, спустились по лестнице и остановились перед закрытой дверью. После непродолжительного раздумья Окуньков по настоянию Белла попробовал её открыть, и оказалось незаперто.
Впереди за дверью Петя обнаружил узкий длинный коридор. Сделав по нему несколько шагов, он увидел с левой стороны дверь. Войти в неё или идти дальше по коридору?
+1 | Герои не умирают, 09.12.17 13:05
  • Продолжаем дальше приключения капитана Окунькова! :)
    А Зена живая. Это хорошо.
    +1 от Лисса, 09.12.17 13:13

Он улыбался тепло и как-то вот так по-простому, по-домашнему, радуясь этому уютному мгновению, когда ласковая рыжая кошечка счастливо мурлыкала, согретая его объятиями, а как она на него смотрела! Ух! От этого взгляда согревательного пробирала приятная, волнующая дрожь, и даже казалось, будто она его обнимает крепко-прекрепко одним этим своим взглядом, делится своим теплом и огнём души своей прекрасной. Чудесной души замечательного, доброго и хорошего человека, женской души, нежной и заботливой, кроткой и хрупкой по своей природе, как хрустальная ваза. Очень легко её разбить одним неосторожным движением на множество осколков, которые затем собирай - не собирай, только поранишься о них... Это сокровище нужно ценить и беречь, относиться к нему с трепетом и осторожностью. С любовью.
И думалось Чижику также о поцелуе и о том, что невозможен он в сложившихся условиях. Но почему-то верилось мужчине, что однажды такая возможность наступит. Нужно просто подождать. Дать и себе, и ей пережить эту бурю эмоций. Как говорится, им нужно время переспать со своими чувствами. И если они никуда не денутся и их всё так же будет тянуть друг к другу, то разве это не судьба? Хотя вот у Майи они уже к нему давно... ещё тогда были, в пещере, а он не понимал. Для него она тогда была ребёнком. Сейчас... сейчас уже нет. Она была всё ещё юной, но уже не ребёнком. Не маленькой девочкой, а молодой девушкой... по всей видимости, в него влюблённой. А что же он? Фёдор Михайлович в замешательстве отвернулся, пряча свой смущённый взгляд за показным интересом к мелькнувшему в дверях столовой кому-то из экипажа, кто выходил в коридор.
- Мы вместе, конечно, да-да, - немного глухо ответил он, согласно покивав. - Но мне, как джентльмену, совершенно претит и слышать о том, чтобы девушка прикрывала мне спину. Должно быть с точностью до наоборот, - капитан наконец снова посмотрел на Майю и улыбнулся ей тепло и смущённо одновременно. - То, что можно на тебя рассчитывать - это хорошо, но ты же понимаешь, что мужчина не может чувствовать себя мужчиной, если за него заступается женщина? - он усмехнулся. - Я не имею в виду, конечно, крайние случаи, когда это заступничество спасает жизнь там, где мужчина самостоятельно не может справиться. Но лучше до таких ситуаций не доводить.
Фёдор Михайлович опустил взгляд на их сомкнутые руки и мягко улыбнулся. Улыбка по мере дальнейших слов Пчёлки становилась шире, похоже, его рассмешило сравнение с морозильником. Пальцы капитана сжались, обхватывая узкую кисть данкийского доктора, приподняли её и, наклонившись, он галантно, но очень тепло поцеловал её возле запястья.
- Говоришь, я был как твой Слоник? - усмехнулся он снова. - Процитирую почтальона Печкина. Раньше я почему злой был? Потому что у меня... тебя, Майя, не было, - Чижик подался к ней ближе, обнимая пусть со спины, но очень тесно и крепко. А затем у Майиного ушка прозвучал его слегка взволнованный, горячий шёпот. - Мне с тобой очень хорошо. Я рад, что мы снова вместе.
Он наклонился ниже и аккуратно поцеловал её в щёчку. Или чуть выше... куда попали его губы в момент наклона. Кажется, никто этого не видел.

А что же он?
А он, кажется, тоже... только так мог Чижик объяснить самому себе всё то, что он испытывал в последние дни от общения с Майей. И сейчас эта мысль его уже не беспокоила так сильно, как вчера.

Пусть всё идёт. Своим. Чередом.

* * *

Слушал её Кайрат Тимурович со странным, сложносочинённым выражением на лице, будто бы она говорила с ним на непонятном языке и он никак не мог осмыслить сказанное. Лицо его сейчас было необычно живым: то брови поднимались вместе или одна левая, то низко опускались и при этом губы плотно сжимались. Живое лицо живого человека, который столкнулся с чем-то ему непонятным и теперь силится взять в толк, что же оно такое. Впрочем, несмотря на проявившиеся эмоции, оно всё ещё оставалось суровым и волевым - чувства, проступившие в мимике, никак не изменили его военной выправки и того образа мужика-кремня, который он будто бы нарочно поддерживал всеми силами. Интересно, уж не из Челябинска ли родом майор. Согласно устоявшимся афоризмам, именно оттуда происходит всё самое крепкое и закалённое в мире.
- Почему я должен так считать? - недоумённо вырвалось у него, когда Майя Юрьевна спросила, не считает ли он её вертихвосткой легкомысленной.
После этого замолчал второй помощник капитана, только сверлил Пчёлку непонимающим взглядом, постепенно становившимся более тяжёлым. А вот когда она ко всему прочему приплела капитана, он совсем нахмурился, ровным счётом ничего не понимая. То ли между ними возникло какое-то недоразумение, то ли старший лейтенант Светлова откровенно издевалась над ним. Но в последнее майору никак не верилось.

Кырымжан так и остался сидеть на ступеньке, провожая удалявшуюся девушку шире обычного раскрытыми глазами, и даже губы его слегка приоткрылись. Он был в шоке от таких неожиданных признаний, вообще никак не касавшихся того вопроса, который намеревался с ней прояснить, приведя сюда. Чувства к капитану? И судя по его поведению, он о них знал и даже разделял. Майор осоловело потряс головой, силясь придти в себя, затем поднялся и схватился за поручень - один из тех, что были предназначены для экстренных ситуаций, когда не работала автоматическая гравитация и экипаж плавал в невесомости. Нахмурился сердито от того, что на ногах от таких новостей не держится, пронзил огнём раскалённого взгляда спину сворачивавшей за угол Пчёлки. Тяжело выдохнул.
- Во дела... - буркнул себе под нос, озадаченно потёр бородку свою великолепную, по мнению некоторых, и густо залился краской.

Только Майя этого уже не видела.

* * *

Сборы на второй раз были уже почти привычными. Разница состояла лишь в том, что лететь Пчёлке никуда не придётся без особой необходимости, но вот провести медосмотр следовало и первой группе, и второй. В этом Майе охотно помог доктор Григорьев. Сам Игорь Кириллович оказался здоровее не придумаешь и был полон энтузиазма - похоже, ему очень хотелось побывать на чужой неведомой планете. Он даже руки иногда потирал в нетерпении, пока Майя проводила анализ состояния его здоровья. В ответку он осмотрел её - возражения не принимались, это была стандартная процедура. Всё было в порядке, если не считать лёгкого эмоционального дисбаланса, снова таки в пределах нормы.
Все остальные также были в порядке. У идущего в первой группе Романовского даже рука успела зажить - от ожога и следа не осталось. А вот у Фёдора Михайловича приборчик обнаружил эмоциональный дисбаланс, по своей природе очень напоминавший тот же, что был у самой Пчёлки. Словно бы они переживали похожие эмоции. Небольшой сбой - совсем незначительный - оказался, как ни странно, у Кырымжана. Майор с Майей не разговаривал больше и вообще старался на неё не смотреть. И на капитана тоже.
Стругачёв прислал свои благодарности за вкуснейший завтрак («С мясом - вапще абьедение!») и пожелал удачной высадки, а также пообещал, что он тут на стрёме и, если что, всегда наготове и будет следить за высадкой. «Привет Серому!» - так заканчивалось его сообщение.
И вот уже вторая группа собралась в шлюзе вместе с первой, облачаясь в скафандры и готовясь провожать в дорогу первопроходцев новой планеты, этого загадочного молчаливого Кулимата, где им якобы могли помочь. В шлюзовом отсеке было очень светло - казалось, что свет пронзает людей насквозь и они просвечиваются. Но был он хоть и ярким, однако мягким, не режущим глаза - щуриться от него, как от солнца, не было необходимости.
Все лица были сосредоточены. Обе группы распределились по своим челнокам, расположившись по отдельности, и сейчас Майя, надевая скафандр при помощи Раздолбайла, могла видеть напряжённые лица четверых мушкетёров, отправлявшихся первыми. Они были уже почти готовы - Романовский проводил последние проверки скафандров. Из них только Игорь Кириллович позволял себе иногда легонько улыбаться.
- Разбираем оружие, - распорядился майор, доставая боезапасы из специального отделения в ангаре. Там был ряд чемоданов с бластерами и гранатами, а также боевыми виброножами. Всё это требовалось прикрепить к поясам скафандров. Майор всё так же не смотрел на Майю и Чижика, хотя остальным иногда доставались его оценивающие взгляды.
- Майя, давай помогу, - предложил Фёдор Михайлович, цепляя на свой пояс кобуру и ножны и принимая у Кырымжана следующий бластер для Светловой.
Ну, с бластером и ножом было понятно. А вот гранаты... Майя поняла, что не может различить, какие из них светошумовые, какие - слезоточивые, а какие - боевые, плазменные. Отличались они цветом и маркировкой, но не зная обозначений, было трудно что-либо понять. Спросить у более сведущих в этом деле или попробовать поизучать самой надписи? Вдруг разберётся...
  • Класс! Прифигивший Кырымжан, оттаявший Чижики и оружие. Всё нравится, очень вкусно!
    Прочитала с интересом все три абзаца!
    +1 от Лисса, 07.12.17 15:34
  • за приборчик и дисбаланс :)
    +1 от rar90, 09.12.17 02:36

Фёдор Михайлович и правда расцвёл - он сам этого пока не понимал, не пришло ещё озарение привыкшему к грусти мужчине, скучному и серому для кого-то, быть может, но имеющему в душе нечто ценное, некое сокровище, которое смогла разглядеть одна веснушчатая рыжая особа, появившаяся снова в его жизни. Нечто такое, что способно было развеять серость осенней грусти в его глазах и зажечь в них огонь жизни, интерес к ней во всех её самых радужных проявлениях. Она видела там то, что не смогла разглядеть блондинка с портрета. Знала ли об этом сама Майя? Может быть, может быть... У женщин очень хорошо развита интуиция.
Сейчас он сиял. Пусть свет пока пробивался через лёгкий налёт пыли, но ещё несколько дней назад, до судьбоносной встречи с Майей, этой пыли был толстый слой, покрывавший его сердце так, что не пробиться никакому свету. А она пришла и, вооружившись влажной тряпочкой, затеяла там уборку. Не пылесосом, нет... своими руками, нежными и ласковыми, своим взглядом внимательным и заботливым, она вытирала пыль, постепенно добираясь до самых дальних и запущенных уголков его сердца, его души. Наводила там чистоту и порядок, местами уже всё сверкало и можно было увидеть в блеске этой чистоты собственное отражение. Это был её труд, её старания, её забота... её любовь. И чище становилось, и дышать было легче, и свет души смог пробиться наружу, выплеснувшись в глаза. Его-то и заметила Пчёлка.

Чижик - он оживал. Благодаря ей. Прав был старпом.

Вообще-то, они оба оживали. Космические капитаны - такие, как Фёдор Михайлович - совсем даже не прочь тоже потрудиться уборщиками, выметая мусор и пыль из души близких людей. Тех, что особенно близки. Метафорическая тряпочка в руке Чижика также покрылась пылью, которую он нашёл внутри Майи Юрьевны, где-то глубоко у неё в сердце. Наверное, оставшуюся ещё после той пещеры. Они были нужны друг другу. Вместе им становилось легче. Наверное, они оба это понимали. Пусть даже и не осознанно. Хотя это ведь невооружённым глазом видно. Геннадий Борисович ведь тоже замечал перемены.

Перемены к лучшему.

- Ну и правильно, - Чижик легонько махнул рукой, одобрительно сжатой в кулак. Не той, что лежала на плече у девушки. - Так держать... Майя, - видимо, по старой привычке хотел назвать её по фамилии. - Для того мы и проводим этот застольный брифинг, чтобы выслушать мнение каждого. Любое мнение ценно, даже от не-специалиста по обсуждаемому вопросу. Более того, не-специалист иногда способен увидеть то, что не замечает опытный глаз профессионала, привыкшего действовать по канонам. Это свежий взгляд на вещи, такое всегда востребовано, особенно когда речь идёт о научно-исследовательской экспедиции. Поэтому не стесняйся и в дальнейшем озвучивать свою позицию. Это ценное качество: иметь своё собственное мнение. Ты - молодец. Многие в твоём возрасте растерялись бы и не стали бы учить жизни взрослых дядек, - по улыбке было видно, что Фёдор Михайлович немного неуклюже пытается сострить. Но что-то до него, видно, дошло, и он осёкся, стал серьёзным. Затем начал зачем-то оправдываться. - Ну, здесь под «взрослыми дядьками» я называю более опытных и старших специалистов. Я понимаю, что ты уже тоже взрослая, но всё же самая юная среди нас. Однако, не робеешь и держишься по-свойски. Это очень хорошо.
Он одобрительно погладил её плечо, и как раз в этот момент Майя обхватила его кисть своими пальцами и обняла. Фёдор Михайлович слегка переменился в лице - он не ожидал такого её жеста, но, кажется, ему не было стыдно или неприятно, он даже не пытался забрать руку. А после нескольких мгновений замешательства слабо, но тепло улыбнулся. Скосил глаза, провожая взглядом уходящего Бережного.
- Тебе никто не говорил, что ты похожа на ласкового котёнка? - тихо-тихо спросил он, улыбаясь. И даже подступил на полшага и слегка к плечу её подался, чтобы поближе к уху говорить. - Или скорее на ластящуюся кошку. Кошки, кстати, имеют свойство снимать стресс с человека, когда делают вот так, как ты сейчас, - Чижик поднял вторую руку и ласково провёл по её волосам, слегка зарываясь в них кончиками пальцев, легонько коснувшись ушка, пощекотав даже будто невзначай. Не оглянувшись проверить, не смотрит ли кто-то в их сторону. Словно его совершенно не беспокоило мнение данкийцев.

Слушал он её и кивал в ответ на объяснения про степень её владения разнообразным оружием. Видно было, что понимает, одобряет такой подход. Сам-то он неплохо должен был владеть бластером, всё же капитан - все капитаны обязаны отлично владеть лучевым оружием. Уже не говоря про субакс.
- Слышал я как-то историю про одного военного врача, принципиально не стрелявшего во вражеских солдат, несмотря на приказания командиров, - задумчиво сказал капитан. - По-моему, это была реальная история и по ней был даже снят фильм в прошлом веке... старый ещё, цифровой. Врачи дают клятву Гиппократа, чтобы оказывать помощь тем, кто в ней нуждается. Их задача - спасать людей, а не убивать. Поэтому я очень хорошо тебя понимаю. И, Майя, - он взял её двумя руками за плечи и слегка сжал их, стоя перед ней и пронзительно глядя ей прямо в глаза, - я тебе обещаю, что не стану отдавать таких приказов и постараюсь сделать всё от меня зависящее, чтобы не доводить до конфликтов и кровопролития. Ты сама понимаешь, в какой мы ситуации: нас могут принять за врагов, мы можем повстречать недружелюбных инопланетян, пиратов или ещё кого. Поэтому я не могу гарантировать, что всё у нас будет гладко, но приложу для этого все свои силы и знания. Очень не хочется, чтобы тебе или кому-то из нас пришлось познакомиться с автоиньъектором, - Фёдор Михайлович наконец улыбнулся. - И про обещание экскурсии я помню. Тогда по завершению высадки, идёт? Сейчас мне там будет некогда - на меня вывалится масса информации, едва я приду. И мне уже таки пора. А про отца расскажи как-нибудь, я охотно послушаю. Вижу, это не очень приятное, но важное для тебя воспоминание. Пойдём?
Чижик приобнял её рукой за плечи и повёл в направлении выхода из столовой.

* * *

- Да, я про вчерашнее... - начал Кырымжан, но, по-видимому, заметил, что бортовому врачу стало дурно и она нуждается во враче. Некоторое время этот грозный воинственный мужчина уже присматривался к ней, и теперь окончательно убедился, что с Майей Юрьевной что-то определённо не в порядке. Мини-спектрометр немедленно отправился обратно в его карман, он шагнул к девушке и склонился перед ней, легонько тронул за плечо. - Старлей, что с вами? На вас лица нет... Ну! Ну!.. - заволновался он вдруг, и голос сделался сочувственным. Он аккуратно похлопал Майю по плечу. - Вы из-за этих дурацких роликов так распереживались? Да забудьте, бог с ними. Оно того не стоит. Старший сержант Бережной лично просил за вас, ему не трудно было всё замазать.
Кайрат Тимурович присел на ступеньку возле девушки, положив одну руку ей на плечо, другую себе на колено, и обеспокоенно смотрел на Светлову. Вот уж не думал, не гадал он, что она такая впечатлительная и распереживается из-за того, что Спартаку пришлось лишний час поработать, заделывая следы её катаний. Но, судя по этим переживаниям, у девочки доброе сердце, а для чуткого майора это многое значило. И он значительно смягчился, увидев, что она уже и сама раскаивается в своём проступке. Никто тебя не накажет лучше, чем твоя собственная совесть - это прописная истина. Если человек совестливый, конечно, а Светлова явно была из таких.
- Всё в порядке, старлей, - после непродолжительного молчания твёрдо сказал майор. - Забудем этот случай.
Он был совершенно уверен, что теперь данкийский доктор не станет кататься по коридорам звездолёта на роликах, зная, какой ущерб наносит металлопластиковому покрытию коридоров и какие проблемы создаёт для технического специалиста. Раз уж она это поняла и так реагирует, чуть ли не плача. У Кайрата Тимуровича даже сердце сжалось, когда он увидел такое её состояние.
- Вы как, нормально? Готовы к возможной высадке? - участливо спросил он. - Если вам нездоровится, я сопровожу вас до вашего кабинета, пусть вас осмотрит Григорьев.
  • Классно! Чижиковская часть она такая здоровская, живая, настоящая. Проникновенная! Мне очень нравится :)
    Живая тёплая игра и ход наполненный настоящей энергией, людскими мыслями и жестами. Чудесно!
    +1 от Лисса, 30.11.17 09:16

Необыкновенное сегодня выдалось утро. Волшебное утро после волшебной ночи. Но если ночное волшебство было хоть и жутеньким, зато оставило после себя приятное послевкусие прикосновения к чуду, то волшебство дневное казалось Лизе мрачноватым, угрюмым и холодным, как погода за окном... только здесь, в доме, оно казалось ещё злее, оно заковывало в лёд. От него стыло тело.
А всё-таки не покидали Лизавету мысли о тёте. О том, как её спасти из этого кошмара. Как вернуть здоровье и солнечный свет в умирающий, увядающий мир, в котором жила Софи Эдгаровна вот уже несколько долгих лет после ухода дяди на фронт. Невольно думалось о доме, пришедшем в запустение... Они и правда были очень похожи - тётя и этот дом. Словно бы были связаны вместе, переплетены судьбами, имели общую ауру, одинаково реагировавшую на любые изменения, происходящие с одним из них. Плохо тёте - худо дому. А худо дому - то и тётушке ещё хуже становится. Это была странная связь. Ведь казалось бы, Софья Эдгаровна здесь пришлый человек в доме. Она не жила в нём раньше, но дом прекрасно существовал без неё, жил и процветал. Связано ли её появление с запустением дома? Или же между ними просто установилась некая прочная связь? За счёт дяди, быть может. Они - одна семья, и этот дом с ней, конечно, неразрывно связан.
И ещё в Доме была некая тайна, известная экономке Иоанне и про которую - но не в деталях - прознал Андрейка. Эта тайна манила Лизу. Здесь не только её большущее любопытство стремилось сунуть свой длиннющий носик в замочную скважину. Тут чувствовалось нечто большее. Какой-то жуткий секрет хранил этот дом, и Лиза всеми фибрами души, отчётливо ощущала, что между этим секретом, скелетом в шкафу - хоть бы метафорическим, а не настоящим, и хворью, одолевшей дом и тётушку Софи, есть некая связь. Может, если тайну раскрыть, получится помочь Дому. А вместе с ним и доброй, не старой ещё женщине. Вернуть им былое величие. О-жи-ви-ть!
И снова загремит в этих залах музыка. И закружатся в вальсе благородные кавалеры с прекрасными дамами. Зазвенят бокалы с игристым вином и зазвучит колокольчиком женский смех. Потрескивание живого огня в камине, ритмичные шаги вальсирующих и шорох бальных платьев...

Мечтай, Лизонька. Мечтай, что однажды сама в этом доме закружишься в танце. И что рядом будет танцевать тётя, не выпускаемая из рук после долгой разлуки любимым дядей. Мечтай! Иногда - очень редко, но всё же - мечты сбываются. Особенно у тех, кто искренне верит в Чудо.

Ничего, что овсянка совсем даже не тает во рту, как то принято приличным овсянкам. Ничего, что кажется безвкусным комком чего-то склизкого, слегка приправленным мясным привкусом поджарки. Лиза всё это быстренько проглотит, лишь бы не остаться голодной. Она понимает - выбирать не приходится, а не поесть - будет хуже. Телу нужны силы для поддержания в нём жизни, которые даёт еда. Даже такая мерзкая с виду. Хотя, справедливости ради, кухарка всё же старалась разбавить эту пресность дешёвых продуктов, чтобы придать им хоть какой-нибудь вкус.
Зато потом был пирог! Это неземное, горячее ещё, мягкое, тающее во рту блаженство со вкусом брусники. О, Лизонька тоже ела от души! Но соблюдая правила приличия за столом всё же, в отличие от сводного братца. Хотя понять его она могла. Вкуснотища же! Не каждый день их таким балуют. То-то тётушка с нетерпением ждала этого пирога. «Приятного аппетита, тётя Софи!» - мысленно пожелала ей падчерица от всего своего доброго сердца.
Глядя на Андрейку, небрежно раскинувшего локти на столе и уплетающего пирог за обе щеки, девочка невольно улыбнулась. Ей бы стоило поучить братца хорошим манерам, да кто ж её будет слушать. Она и пытаться не станет. Только обозлится на неё мальчишка и станет придумывать, как отомстить да напакостить за сказанное поперёк слово. Нет-нет-нет, она не будет ему указывать на локти. Пусть потом опозорится разок прилюдно где-нибудь - и сам поймёт, что манеры надо соблюдать. Они ведь не первобытные люди, живущие в пещерах. Хотя даже те не клали локти на стол во время еды! Потому что столов-то у них не было.
Льстивые речи Андрея беспокоили Лизавету. И что это на него нашло? Если так хочется найти секретный лаз, то кто ж ему мешает-то сделать это в одиночку. Но он почему-то хотел, чтобы на его поиски вместе с ним отправилась Лизетт. Чуяла она неладное. Как бы негодник не вздумал её подставить, если их поиски рассекретят - скажет, мол, это всё Лизка, а я пытался её остановить. И тётя накажет, конечно же, её. Хотя она не глупая, тётя-то. Но вот угрозы Дашке были для девочки куда страшней, чем риск подставиться под наказание. Нахмурилась она, растерялась от такого признания про отрывание головы её горячо любимой подруге кукольной. Чаем пирог запила, ложечкой деловито в кружке поколотила, позвенивая посудой. Подуть даже захотелось, только чай ведь уже успел остыть.
- Вот не думала, что ты боишься привидений, - хмыкнула она осторожненько, не желая сердить Андрюшу злыми насмешками. - Пообещай не обижать Дашу, и я пойду с тобой искать этот лаз. И даже попробую у Иоганны выпытать больше про эту тайну.
Ну а что? Так и Даша голову не потеряет, и тайна, может быть, яснее станет. А потайной коридор Андрейка всё равно не найдёт, если только они не пойдут его искать в тринадцатый час. Лиза уж постарается, чтобы они в этот час не ходили.

Девочка неверяще смотрела на денежку в руках, подаренную тётей. Да неужто кролик Хрон-Хрон оказался прав и Софья Эдгаровна так хорошо отнеслась к племяннице, отблагодарив её за чай с бергамотом и комплимент её чепчику? На лице Лизоньки в это мгновение такая растерянность читалась, что невольно улыбалось, глядя на неё. Анна-Гретхен точно ничего не перепутала? Может, эту денежку тётя Софи ей дала на расходы, а совсем даже не Лизе.
- Спасибо, Анна-Гретхен, - она растерянно взглянула на пожилую немку и медленно убрала монетки в кошелёк. Так медленно, будто ожидала, что тётя или Анна-Гретхен сейчас передумают и отберут их. Кошелёк вместе с запиской Лиззи бережно положила в кармашек своей формы, нащупала волшебный орех в нём и на миг его крепко сжала своими тонкими пальчиками. Это будто бы приободрило девочку, и взгляд её стал увереннее. - Да... передай, пожалуйста, тёте, как её увидишь снова, мои благодарности. Скажи ей... нет, ничего, - она смущённо отвернулась.

«Скажи ей, что я её люблю и у нас всё будет хорошо!»
Но это были только мысли.

* * *

Лиза выпорхнула на улицу, прикрываясь зонтиком от дождя, вслушиваясь в голос непогоды, но стараясь не слышать криков мальчишек-газетчиков, зазывавших прохожих купить свежую газету, чтобы почитать свежие, пахнущие типографской краской, новости. Которые совсем не радовали, оттого даже слышать о них не хотелось. Девочка поплотнее закуталась в плащик, щурясь от ветра, и заспешила в сторону рельсов, почему-то молчаливо решив за них с Андрейкой поехать на первом электрическом трамвае. Только услышав слова брата, одумалась, остановилась и обернулась к нему, растерянно выглядывая из-под зонта.
- А не хочешь новый трамвай опробовать, Андрейка? На электричестве, - предложила вдруг братцу, смущённо взмахнув ресничками.
В действительности же она опешила, услышав снова кроличий голос. Кажется, он у неё в мыслях звучал и Андрейка не мог его услыхать.
«Рельсы неблагонадёжны... все-все-все? Даже трамвайные? - мысленно уточнила девочка у господина Хрона. - Похитят? Как злой колдун со странным именем сказочную принцессу? И зачем кому-то меня похищать, чтобы завоевать мою дружбу?»
Хотелось задать целую кучу вопросов, но сейчас явно было не время.
+1 | Маяк для Лизы, 31.10.17 14:22
  • Мечтай, Лизонька. Мечтай, что однажды сама в этом доме закружишься в танце. И что рядом будет танцевать тётя, не выпускаемая из рук после долгой разлуки любимым дядей. Мечтай! Иногда - очень редко, но всё же - мечты сбываются. Особенно у тех, кто искренне верит в Чудо
    Чудесные замечательные слова, как и весь пост. Прочувствованно, печально, но печаль светлая и добрая. Ход с душой. Мне очень нравится!
    +1 от Лисса, 21.11.17 22:58

- Данко на многое способен, но не на всё, - нахмурился Кайрат Тимурович, выслушав мнение Майи. - И он не способен на нестандартное мышление, свойственное людям, а значит, поведение искина можно предугадать. Хотя... может, не для существ с иным типом мышления.
Майор перевёл взгляд на Фёдора Михайловича, очевидно, перекладывая принятие окончательного решения на его не самые широкие плечи. С достоинством выдержав направленные на него многочисленные взгляды данкийцев, капитан уверенно кивнул разом всем, но глядя на Кырымжана, а затем и на Майю. Сейчас взгляд Чижика стал неожиданно суровым, напряжённым в преддверии принятия этого самого важного решения. Жестковатым даже немного - не по отношению к девушке, а к ситуации в целом. Но всё же не колючим... хотя, пожалуй, она бы могла назвать его ершистым.
- Хорошо, - начал он, - ваши точки зрения я понял. Кто-нибудь хочет что-то добавить? - капитан обвёл взглядом присутствующих, и сидевший справа от Пчёлки Громов чуть приподнял ладонь, показывая своё желание высказаться. Чижик приглашающе кивнул, и взгляды данкийцев устремились на сержанта. Особенно жёсткий - Кырымжана. Начальственный, можно сказать.
- По протоколу безопасности вторая группа нужна для того, чтобы либо прикрыть первую, либо защищать корабль, смотря по ситуации, - несколько неуклюже заметил безопасник, явно не слишком-то умевший толкать речи. В этом отношении он был похож на майора. Даже схожие выражения лиц иной раз прослеживались. Громов взглянул на Майю. - Вероятно, вы с этим протоколом не знакомилась, но это и не в вашей зоне ответственности. Я просто уточнил, почему капитан принял именно такое решение. Разделяю мнение майора, - последнее он сказал уже Чижику.
Вообще-то, Майя действительно не обязана была изучать протоколы, не относящиеся к её сфере деятельности на корабле. Будь это военный корабль, а не исследовательский, то каждый член экипажа, включая доктора, должен был всё это знать до мельчайших деталей, чтобы понимать, как действовать в той или иной ситуации одной слаженной командой. Но у исследовательской экспедиции изначально были другие нормы, а Майя к тому же не считала нужным перед полётом узнавать всё-всё-всё про звездолёт, членов экипажа и нормативы, не касающиеся напрямую медицинских работников. Это было не в её компетенции, тут сержант прав.
- Что ж... раз так считает служба безопасности в своём большинстве, то я не буду ничего менять. Составы групп уже названы, - Фёдор Михайлович поднялся из-за стола. - Данко, объявляю час до высадки.
- Есть, капитан, - отозвался из-под потолка голос искина.

* * *

Ему хотелось для неё что-нибудь сделать. Она встречала его приближение своей милой, хоть и необычной улыбкой. Главное, что эта улыбка была искренней. Майя была действительно рада, что он к ней подошёл и заговорил, а ему хотелось... быть может, обнять её, приветствуя в новом дне, запоздало желая доброго утра. Поцеловать в щёчку в знак приветствия. Только они ведь всё ещё были не одни в столовой. Экипаж расходился, но не все ещё покинули помещение, а Спартак Валерьевич и вовсе задержался, обходя стол по кругу и собирая пустую посуду и прочие остатки вкусного завтрака на большой поднос. Чижику тоже хотелось остаться с ней наедине, а сейчас всё, что он мог - это просто положить ладонь на плечо девушки. Эдак по-капитански и по-товарищески, скромный жест достаточно близкого, но сохраняющего на публике дистанцию человека. А самому хотелось податься к ней и заключить в тёплые объятия, прижать к груди, погладить её голову, слегка зарываясь пальцами в её чудесные медвяно-рыжие волосы. Сказать что-нибудь бодрящее с утреца и нежное, что-то весёлое, что бы могло заставить её половинчатую улыбку сделаться шире, а может, и вызвать её приятный звонкий смех, радостный и удивлённый немного от того, что Фёдор Михайлович такой, оказывается, шутник.
- Не устану это повторять: твоя целеустремлённость вызывает уважение. Как и прямота, - ответно улыбнулся он, сдерживая свой мимолётный порыв обнять Светлову на глазах у данкийцев. Это была немного грустная улыбка. Грустная отчасти из-за необходимости обуздать свои желания, а отчасти из-за чувства некоторой вины перед Майей, что он принял своё решение вопреки её встречному мнению. Но Чижик действительно считал, так будет лучше и для группы высадки, и для остающихся на звездолёте. - Надеюсь, ты понимаешь, почему я принял такое решение? Громов прав: вторая группа - это как служба спасения, готовая прийти на помощь той части экипажа, которой эта помощь нужнее. Попадёт в беду группа высадки - уже через две-три минуты к ним придёт подкрепление. Окажется в беде корабль - мы будем готовы его защитить. Ты ведь умеешь обращаться с бластером? - вдруг серьёзно уточнил Чижик. - Каждому во второй группе его выдадут. И... - он помолчал, - связку гранат. Светошумовые, слезоточивые и плазменные. Вторая группа - это группа боевиков, а не исследователей. Плюс обязательный медик.

Долго говорить они не могли, к сожалению. Фёдору Михайловичу нужно было идти на командирский мостик, а Майю Юрьевну ждал серьёзный разговор с Кайратом Тимуровичем, уже дожидавшимся девушку в коридоре у входа в столовую. Приходилось прощаться с Чижиком. А ему с Майей. Пусть и ненадолго это расставание, но хотелось побыть наедине подольше. Причём именно наедине, а не в окружении суетящихся, деловито снующих по помещению людей. Даже если они на них и не смотрят.
- Да, кстати, а почему ты там до сих пор не была? - искренне удивился Фёдор Михайлович и оглянулся на дверь, проследив за смутившимся взглядом Пчёлки. - Что-то не так?
Кажется, вышедшего майора он уже не успел увидеть.

- Пойдёмте, - коротко ответил Кайрат Тимурович, сопроводив единственное слово таким же коротким мимолётным кивком.
И он направился куда-то, даже не оборачиваясь, чтобы проверить, следует за ним Майя Юрьевна или струсила и сбежала, испугавшись серьёзного тона собеседника. Ну, это шутка, конечно, однако майор шёл вперёд уверенно, явно и мысли не допуская, что старший лейтенант Светлова его ослушается.
По пути от столовой им встретился шедший мимо Раздолбайло. Он опасливо покосился на Кырымжана, а когда оказался рядом с девушкой, оглянулся на майора, убедился, что тот не видит, и выразительно поглядел на Майю, подняв руку и жестом показав на военного, затем на себя. Мол, если вам нужна помощь, Майя Юрьевна, то Иван Батькович готов переключить внимание этого сурового мужчины на себя. Однако, убедившись, что всё в порядке, он пошёл дальше. Кажется, слегка разочарованный тем, что ничем не смог пригодиться Пчёлке.
Как оказалось, шли они в уже знакомые Майе края. До боли в сердце знакомые-то. В одном из этих коридоров они провели время наедине с капитаном, сокрытые куполом тишины. Где-то тут она и свои ролики оставила, найденные Кырымжаном. Майор подошёл к лестнице и остановился, положив руку на перила. Повернулся лицом к девушке. Путь, проделанный в молчании, угнетал, но выражение лица мужчины не было хмурым или угрожающим. Он излучал обычное, свойственное ему каменное спокойствие. Вторая рука скользнула в карман мундира и извлекла наружу что-то, напоминающее по виду зажигалку или маленький фонарик.
- Вы не раздражаете меня, старший лейтенант, - спокойно сказал Кырымжан. - Но ваше поведение вызывает вопросы.
Он провёл ладонью по перилам лестницы, затем убрал руку и навёл предмет, похожий на зажигалку, на поверхность перил. Нажал какую-то маленькую кнопочку, и из «зажигалки» будто нехотя выполз луч мутного света, осветив то место, на которое указывал предмет. Майя перевела туда взгляд и заметила, как в тусклом пятне света на металле виднеется нечто вроде аккуратно нанесённого поверх слоя чего-то... на вид липкого, как глина или пластилин. Невооружённым глазом там не было видно ни царапинки - металл выглядел цельным и неповреждённым, однако под светом этого устройства проступали детали. Майор поводил приборчиком вдоль перил, показывая девушке, что кое-где и в других местах видны подобные следы, а затем сделал шаг от лестницы и, присев, показал похожий след на полу там, где Майя спрыгивала на роликах с лестницы.
- Это мини-спектрометр, - сообщил Кырымжан, выключая приборчик и поднимаясь на ноги. - Определяет возраст металла. То, что выглядит как глина - это искусственное напыление поверх повреждённых участков.
Начальник службы безопасности внимательно посмотрел на данкийского доктора, будто спрашивая этим взглядом, нужны ли ей дополнительные разъяснения.
  • Классно! ^^ Кырымжан немногословен)
    А Чижик ершистый, но теплый. Отлично :) Кстати, именно за эту ершистость его не любит Светлов. Но я всегда знала - он ершистый!)
    +1 от Лисса, 21.11.17 14:52

Майя скучала по отцу. Очень скучала по нему, представляя почти всё время. Но могла ли она предполагать, что он сейчас так близко? Возможно, всего лишь в соседней звёздной системе. Могла ли догадываться, что ради неё он поставил на кон всё, что имел и чем дорожил в своей жизни, и даже саму жизнь, рванув в чёрную дыру на её поиски?..

Подстреленное Овчаренко существо было очень похоже на человека, если не считать несколько иные пропорции тела, что наверняка объяснялось особенностями местной гравитации и атмосферы, и повышенной волосатости. На теле инопланетянина обильно росли волосы - не шерсть, а именно волосы. Шерсть росла на голове - у него оказалась густая, как у льва, грива. И лицом оно отдалённо на льва походило.
- Перевертень, тьху ты, хай йому грець, - забормотал Руслан по-украински, - це треба ж, вовкулаку пидстрилыв.
- Овчаренко! - строго прикрикнул на виновника Юрий Аркадьевич, осматривавший жертву украинского ксеноцида.
К счастью, львиноголовый оказался ещё жив и вроде бы даже не умирал, но помощь ему была нужна, и срочная. Светлов сделал ему укол первой помощи из аптечки и вызвал по радио посадочный челнок, решив не экспериментировать с нуль-транспортировкой раненого чужака. Шаттл прибыл менее чем через минуту, и капитан лично занёс в него довольно лёгкое, бесчувственное тело.
- Овчаренко, головой за него отвечаешь. Понял? - светловолосый мужчина буравил неприязненным взглядом лицо борт-инженера, решив отправить его вместе с инопланетянином. Увы, на корабле не было никого, кто мог бы принять тело и доставить его в медотсек под опеку меддроидов. Да и без присмотра его оставлять нельзя было.
- Понял. Чого ж нэ понять? - пожал плечами понурившийся украинец.

Посадочный модуль взмыл вверх, и оставшийся на поверхности планеты дуэт первопроходцев уже собирался продолжить осмотр города, когда пришёл радиосигнал с «Товарища».
- Капитан, хочьте - меня застрельте, но в челноке ниякого чужака нема! - взволнованно сообщил Овчаренко.
- В смысле? - не понял Юрий Аркадьевич.
- Ну, нема - и всё тут. Я выходить собрался и його выносить, глядь - а внутри пусто.
- Я же собственными руками погрузил его на борт шаттла, - процедил ошарашенный новостью Светлов.
- Так это я памъятаю, - вздохнул борт-инженер. - Шо мени робыть?
Секунд десять царило напряжённое молчание.
- Для начала проверить видеозаписи с камер шаттла, обыскать звездолёт, - мрачно распорядился капитан. - Если ничего не найдёшь - тогда... тогда возьмёшь в руки словарь русского языка и прочтёшь от корки до корки. Учи государственный язык нашей Родины, Овчаренко. Это приказ.
Приказы не обсуждают. А Светлов с Вольским, не в силах найти случившемуся сколько-нибудь правдоподобного объяснения, отправились дальше вниз по улице.

* * *

Она жадно, со вкусом, кушала блинчики со сгущёнкой и ловила на себе взгляды данкийских мужчин. Такие широкие в своём многообразии, с самыми разными выражениями - сейчас исключительно позитивными благодаря вкусному и сытному завтраку. Некоторые, как и Майя, запивали блинцы чаем или кофе, или соком - кто что больше полюблял с утреца - и не уставали поглядывать на виновницу этого сказочного утреннего пиршества нового дня.
Вот поймал её взгляд с усмешечкой Бережной, догадался, о чём она думает, и подмигнул незаметно, широко улыбаясь губами, лоснящимися от сметаны и мёда - о да, Спартак Валерьевич тоже заценил её блинчики, оставив мясное удовольствие для любителей иных блинцов.
А вот Чижик на неё посмотрел так, что в груди бабочки запорхали, дразня своими крылышками изнутри, и жарко немного нашей Пчёлке стало - или то от горячего чая? В глазах Фёдора Михайловича горело тёплое спокойное пламя, которое, стоило к нему прикоснуться её взгляду, словно бы перекинулось на девушку, вызывая пожар. Что это было? Возможно, обожание... или любовь? Но совершенно точно не равнодушие и даже не простая дружеская теплота, а что-то большее, приятное такое и доставлявшее удовольствие, кажется, ему самому. Расслабился капитан, перестал на Михалкова волком глядеть. Улыбался благодушно, всё чаще вздыхая от удовольствия и сытости.

- Лучшая похвала повару - пустые тарелки! - провозгласил Спартак Валерьевич в ответ на шутливые жалобы Майи, что её старания никто не хвалит, и показал на середину стола, где стояли пустое блюдо, на котором ещё недавно ютились свёрнутые в конвертики мясные блины, и почти опустевшее второе, с Майиными трудами. Блинов с мясом было намного меньше, вот и уплели их данкийцы быстрее, но и горка на второй тарелке стремительно уменьшалась.
- Не волнуйтефь, Майя Юрьевна, я доем, - с набитым ртом сказал Раздолбайло, накладывая себе новых блинчиков, хотя на его тарелке ещё была парочка несъеденных. - Я не пофволю, фтобы вафы фтарания пропали втуне. Не кафдый день мне на фавтрак готовит блины крафивая девуфка.
Он приятно улыбнулся, а услышавшие этот комплимент данкийцы в большинстве своём (ну, кроме известных личностей) по-дружески засмеялись и одобрительно закивали-задакали. В результате блины разгребли до основания, не оставив ни блинчика на обед. Наелись от пуза, как говорится.

Но вот закончился завтрак - последние едоки лениво доедали свои порции, и пришло время для серьёзных разговоров и взвешенных решений. Все смотрели на обзорный экран, хотя там не было ничего интересного, кроме бледно-голубой планеты с очертаниями материков, нисколько не похожими на земные. За столом снова воцарилось напряжение, разбавленное, правда, в значительной степени теплотой сегодняшнего утра и этим шикарным светловско-бережным завтраком.
- Я так же думаю, - неожиданно поддержал Пчёлку, заговорившую о метафорическом «нет», штурман Шмидт. - Нас там не ждали и не ждут. Возможно, мы летим на свою...
- Александр Оттович, - не дал ему закончить жуткое предсказание Геннадий Борисович. - Не будьте таким пессимистом. Вспомните, что нам сказали на предыдущей планете. Здесь нам могут помочь, и мы не имеем права пренебречь этим шансом.
- Моё дело маленькое: сидеть и смотреть в монитор, - недовольно произнёс Шмидт, положил ладони на стол и опустил голову, уперевшись взглядом в поверхность стола и всем видом показывая, что больше не намерен принимать участие в разговоре.
Майор выслушал внимательно предложение Майи по поводу перестановок и взглянул на Чижика, который вопросительно теперь на него смотрел. Ну да, кому ещё решать вопросы, связанные с безопасностью, как не офицеру по безопасности?
- Считаю предложение старшего лейтенанта Светловой дельным, но нецелесообразным, - в голосе его, как ни странно, можно было услышать лёгкое одобрение.
- Поясните, пожалуйста, - попросил капитан.
- Если первая группа попадёт в беду, мы потеряем сразу двоих безопасников, - объяснил Кырымжан, - и во второй группе сможем отправить только одного, оставив корабль без охраны. В прошлый раз я настоял на двух безопасниках, но там ситуация была другая. На «Данко» могут напасть, капитан, - прямо сказал майор.
- Резонно, - кивнул Чижик и взглянул на девушку, ожидая, есть ли ей что сказать на это. Взглянул вопросительно и, что немаловажно, одобрительно глядя. Показывая, что с её мнением капитан считается и не думает, что она предложила какую-то глупость.
А может, и глупость. Действительно, Майя так озаботилась безопасностью группы высадки, что не подумала об опасностях, грозящих непосредственно звездолёту. На столь высокоразвитой планете наверняка имелись средства, позволяющие перехватывать или даже уничтожать чужие корабли. Ну, орбитальные пушки и прочие средства защиты от инопланетного вторжения. Даже на Земле был орбитальный патруль и планетарные средства обороны от незваных гостей. Кырымжан был прав - опасность грозила в равной степени и остающимся на борту, и присутствие безопасников на звездолёте было необходимо. Они и за пушки сядут в случае атаки, и при проникновении чужаков на корабль смогут дать отпор...

А может, майору просто не хотелось снова трястись пятым колесом у телеги. В смысле, посадочные челноки ведь были рассчитаны максимум на четырёх человек. В прошлую высадку ему было наверняка не очень комфортно, хотя он и виду не подал.

* * *

Когда все разговоры были окончены, обязанности в предстоящей высадке распределены, и Фёдор Михайлович объявил готовность до старта один час, все стали покидать столовую и отправляться по своим местам. Спартак собрал со стола посуду и заверил Майю, что справится с ней сам, дроид ему в помощь. Светлова могла начать подготовку к своему участию во второй группе. Члены этого вспомогательного отряда должны были уже в надетых скафандрах дежурить у второго челнока, готовые в любую секунду закрутить шлемы и сесть в шаттл, чтобы спуститься на Кулимат на помощь первой группе. То есть, пребывать в полной боевой готовности. И Майе следовало идти в шлюзовой отсек и надеть скафандр вместе с другими участниками второго отряда, но... но сперва провести медосмотр группы высадки, а затем и своих компаньонов. Обязанности медика ведь никто не отменял. Хотя с первой группой ей наверняка поможет Григорьев, он ведь с ней летит.
- Спасибо за такой королевский завтрак, - ещё в столовой, пока остальные выходили, к ней подошёл улыбающийся Чижик. - Ну что, я сейчас на мостик. Надо согласовать некоторые моменты перед высадкой. И будем пробовать связаться с кулиматцами. Встретимся у шлюза через три четверти часа?
Майя поймала многозначительный взгляд майора Кырымжана, который коротко кивнул ей, слегка качнул головой в сторону выхода из столовой (мол, идём, старлей) и вышел в коридор, ни слова не сказав. После чего отошёл в сторону и стал ждать девушку, остановившись у стены со сложенными на груди руками.
Если Майя согласится с майором, то группы в том составе, в котором назвал Чижик. Если попробует аргументировать свою точку зрения, то смотря что скажет - тогда резолв в следующем посте узнаешь.
  • Замечательный пост. Тут тебе и Светлов, и обед с интригующей высадкой. Очень интересно что будет дальше!
    +1 от Лисса, 17.11.17 00:47

- Экий ты пр-рыткий, бр-рат, - фыркнул ему в спину орчина, набирая себе новую порцию каши с человечиной. Или что там за мясо в ней было.
Горло было абсолютно целым, и чувствовал себя Петя просто прекрасно... если говорить про физические ощущения. Чего не скажешь о психологических. Две смерти подряд - это очень трудно...
- Кофе будет, когда выполнишь задание, - вздохнула шедшая сзади Зена. - Тогда можно будет сделать передышку перед отправлением в следующего героя. А хочешь, я тебе блинчиков к нему нажарю?
В сердце цитадели вели большие массивные двери, к которым был подвешен дверной молоток в форме боевого топора. Видимо, следовало постучать. Они ведь теперь с Беллом знают пароль, если только тот орк не обманул.
+1 | Герои не умирают, 14.11.17 02:49
  • Ох, милая она. =^-^= Вот именно этого и хотелось, немного тепла от Зены.)
    +1 от Лисса, 15.11.17 15:48

- Да жива, жива, куда я денусь, - настойчивость Ярра невольно вызвала её мимолётную усмешку. - Я разве похожа на дохлую? Ты вроде бы не изменился, всё такой же красавчик, - с ехидцей заметила она, с лёгкой такой беззлобной издёвочкой. - Ты лучше не улыбайся, а лицо своё хорошенько под плащ спрячь и помалкивай. Ты прав, я сама с ними поговорю. Не стоит тебе лицо светить... такое, - Лиана вздохнула и решительно направилась к стражнику у ворот.
Их было двое - один дежурил по эту сторону, второй изнутри. Тот, который первым увидел их, поначалу смотрел на странницу и мага недоверчиво, но затем неожиданно разговорился и оказался словоохотливым малым. Он любезно отвечал на вопросы Лианы - может, ещё и потому, что Шустрая ему не пожалела одной из своих приятных улыбок, перед которыми сложно устоять мужчине. И вот что он рассказал...

Перед Ярром и его спутницей широко раскинулся Марлок - огромный город, окружённый мощной стеной. Как им поведал стражник, он был построен тысячу лет назад во времена древней Шадарской империи. Это была столица Сокары. Когда-то она называлась Сокар, пока генерал Грив Марлок не поднял кровавый военный мятеж против старого короля, Корина VII-го. Король был казнён, а генерал переименовал город в свою честь. Теперь использовать старое название было равносильно преступлению.
Грив Марлок расположился в королевском дворце и нарёк себя генерал-протектором всей Сокары. В отличие от своего предшественника-короля, генерал правит железной рукой. Некоторым по душе новые порядки, остальные - сторонники старой династии. Они всё ещё верны наследнику престола принцу Нергану, который бежал и где-то скрывается.
Уже внутри, у ворот города, Ярр с Лианой увидели множество виселиц с телами на них. Ярлыки на шеях повешенных гласили: «Мятежники, казнённые властями во имя общего блага».
- Ведите себя хорошо, если не хотите закончить, как они, - проворчал стражник, кивнув головой в направлении раскачивающихся трупов.
С таким напутствием путники вошли в огромные, увенчанные фигурой орла ворота Марлока.

Как им уже рассказал стражник, они могли здесь купить городской дом за 200 шардов, которых у мага со странницей, вестимо, не было. Собственный дом послужил бы им местом для отдыха и для хранения снаряжения. Также стражник сказал, что, чтобы покинуть Марлок морем, купить или продать корабль или грузы, им следует отправиться к начальнику порта.
Куда отправилась рыцарская конница, того вояка им не поведал. Он и сам не знал, какой у них был приказ. В городе квартировалось большое количество солдат. Но война уже была позади. Возможно, кавалерия отправилась подавлять очередной мятеж, но стражник ничего такого не слыхал.
На Лианкин вопрос, куда бы они могли здесь пойти, страж ворот посоветовал им таверну «Три кольца» - самую популярную в городе среди странников и искателей приключений. Из других интересных мест назвал местные храмы, посвящённые неизвестным ни Ярру, ни Лианке богам - всего храмов было четыре: Алвир и Валмир (один храм был посвящён двум богам), Нагила, Зига и Элнира. Также в городе был крупный рынок, здание гильдии купцов и Дом жрецов. Карту города можно было рассмотреть на стене у ворот, так что направление ко всем этим злачным местечкам они без труда узнали.
- Ну что, в таверну? - спросила Шустрая, когда они отошли подальше от стражника, всё ещё с сомнением косящегося в спину Ярра, скрывавшего лицо под плащом. - Или для начала прогуляемся, город посмотрим?.. Мда...
Последнее у неё невольно вырвалось, когда она повернула голову и взглянула на виселицы. Те ещё достопримечательности...
  • Ух, мрачный Морлок! Жуткое впечатление город производит, а история замечательна. Люблю такие истории и факты в играх.
    +1 от Лисса, 15.11.17 12:31

После короткого тёплого рукопожатия - Фёдор Михайлович ей ответил! - Пчёлка занялась кропотливым и правильным приготовлением правильного же чая. Это вам не те неправильные пчёлы из мультика, которые делали неправильный мёд. У Молнии Светловой всё было схвачено! Особенно в вопросах, касавшихся чая, ага! Чайная душа - говорят про людей, неравнодушных к этому чудесному травяному напитку.
- Красота! - похвалил её старания Геннадий Борисович, заглянув в свою кружку и улыбнувшись золотистому солнечному кругу, с достоинством нежащемуся на чайной поверхности этого горячего восхитительного блаженства. Старпом потянул носом, принюхиваясь к изысканному аромату с кислинкой лимона.
Бережной только улыбнулся по-доброму, а Чижик, осторожно приняв свою чашку на блюдце, задумчиво поглядел в неё, мечтательно как-то даже, после чего тепло взглянул на девушку и кивнул в знак благодарности.
Это было замечательное шахматное чаепитие - до такого даже слегка помешанные на чае (будем называть вещи своими словами) англичане не додумались бы! Шахматы в уютной компании на кухне звездолёта и чёрный полуночный чай с мёдом и лимоном - что может быть лучше для умиротворения после тяжёлого, говоря по честности, трудового дня? Да ещё завершившегося так неудачно просмотра фильма. Ну, разве что эти тёплые, ласковые прикосновения любящих рук - они были намного жарче чая.

- Угу, - кивнул первый помощник Михалков с немного странной, иронично-шутливой такой улыбочкой. Кажется, что-то ему в словах Майи Юрьевны не очень понравилось. Впрочем, это тут же и прояснилось - старпом оказался человеком достаточно прямолинейным и не стеснявшимся высказать в лицо собеседнику то, что думает. В конце концов, честность всегда лучше недопонимания. - То есть, по-вашему, беспощадный и не умеющий проявлять сочувствие Геннадий Борисович больше вам подходит, чем добрые и участливые Фёдор Михайлович и Спартак Валерьевич.
Михалков кивнул, расслабляясь после этих слов. Было видно, что он не особо обижен такой постановкой вопроса и вполне понимает, почему Майя выбрала именно его. Просто старпому захотелось немного пожурить её за такую откровенную прямоту, не всегда приятную собеседнику. Тон его был скорее шутлив, чем действительно обижен.
- Очень хорошо, тогда с завтрашнего дня можете считать меня своим тренером-наставником по шахматам, - уже более миролюбиво добавил мужчина, глядя на Майю слегонца насмешливым своим взглядом. Словно бы спрашивая: ну как, не желаете ли извиниться за такое нелестное мнение обо мне? Однако, мнение было правдивым, это точно. Ведь как игрок, Геннадий Борисович в действительности был беспощаден к своим соперникам. Михалков смешливо вздёрнул бровь. - Но, раз уж вы заговорили о моей беспощадности, то, чтобы вы не были голословной, я просто обязан вас предупредить, Майя Юрьевна. Никаких поддавков с моей стороны. Я из тех мастеров восточных единоборств, которые раз за разом показывают ученикам своё превосходство над ними, чтобы им было к чему стремиться. И если я пропущу удар, это будет говорить о ваших успехах, а не о моём желании вам угодить. Ну так как, согласны на такого учителя?
С Данко всё было намного проще и понятнее.
- Согласен, Майя Юрьевна, - без промедления отозвался искин откуда-то из-под потолка кухни, стоило девушке к нему обратиться. - С удовольствием обучу вас азам игры в шахматы, - голос его, однако, оставался лишённым эмоций.

Помощь с посудой Спартаку Валерьевичу не требовалась. Посуды той было всего ничего, а если бы доблестному техническому специалисту помощь и понадобилась, то на подхвате у него всегда был кухонный дроид, миролюбиво жужжащий и деловито сновавший туда-сюда по кухне на своих гусеницах, весело подмигивая разноцветными огоньками на индикаторной панели.
- Ох-ох, Майя Юрьевна, - прогудел-проохал Бережной знакомым Робиковским басом, - утром нам высадка предстоит. Поберегли бы вы свои силы. Но, если очень хочется, с чего бы мне возражать. Приходите, конечно. Вы тут уже как родная.

Михалков ушёл первым, а чуть погодя следом за ним из камбуза вышли и Чижик с Майей, оставив Спартака Валерьевича доделывать на кухне последние дела перед тем, как и самому отправиться отдыхать. Несмотря на свои шахматные неудачи, Бережной выглядел намного лучше и здоровее, чем несколько часов назад, перед ужином, когда он жаловался на лёгкое недомогание. Видать, прошло уже, и сейчас он выглядел просто немного усталым.
- Я?.. В свою каюту, - помолчав, ответил капитан, также отчего-то задумчиво поглядев на руку девушки, которую она подняла перед собой.
И тут, когда она заговорила о проницательности Михалкова и его вероятных выводах, Фёдор Михайлович вдруг отвернулся и основательно так, по-мужски раскраснелся, в смущении потёр переносицу кончиками пальцев, поправил чёлку и приложил горячую ладонь к своему лбу, словно бы щупал себе температуру.
- Мда... - он переступил с ноги на ногу, не зная, куда себя деть от смущения. Совсем не ожидал Чижик, что Майя так прямо и откровенно об этом заговорит, почти что даже не намекая ни на что, а говоря прямым текстом о том странном чувстве близости, что вспыхнуло между ними, наверное, ещё в миг первой встречи после многолетней разлуки, разгоралось всё ярче с каждым днём, а сегодня прямо-таки полыхавшим с неистовой силой. - Думаю... думаю, всё нормально. Кхм...
Чижик прочистил горло, прокашлявшись в кулак и старательно не глядя в лицо Пчёлке Светловой.
- Пусть спрашивает, - легонько пожал он плечами, - на то мы и старые друзья, в конце концов. Если ему что-то показалось... или не показалось... - неуверенно добавил бывший учитель, наконец-то взглянув на Майю. Он глубоко, но не тяжело, а с какой-то лёгкостью вздохнул. - Всё будет хорошо, Майя, уж за это-то точно не нужно переживать.
Снова вспомнился Стругачёв, но капитан тряхнул головой, прогоняя прочь невтемные сейчас, непрошеные и гнетущие мысли. Этот день хотелось завершить на светлой ноте. А с Алексеем... он был уверен, всё наладится. Нужно просто дать им с Майей время.
- Что же... тогда до завтра? - Фёдор Михайлович поймал её руку, ту самую, и уже казалось, что он снова, как делал это раньше, поцелует её в галантном поклоне, но нет. Он сделал немного по-другому. Сначала легонько, нежно провёл пальцами другой руки по её ладони, по запястью, слегка щекоча даже. А потом, чуть наклонившись для удобства, приподнял руку девушки и легонько коснулся губами нежной кожи её ладони, на мгновение обдав тёплым дыханием. - Чтобы больше не болела, - твёрдо, но ласково сказал он, опустил руку Майи, ещё раз провёл пальцами по запястью и отпустил наконец, делая шаг прочь от девушки. Улыбнулся неуверенно и смущённо. - Доброй ночи тебе. И спасибо... спасибо за всё.

* * *

Они разошлись в разные стороны. Майя направилась к медотсеку, чтобы занять своё уютное королевское ложе. А Фёдор Михайлович двинулся к жилым отсекам для офицеров, обдумывая всё, что с ним сегодня произошло. Шёл он неторопливо, так как подумать было о чём. Прокрутить в голове весь сегодняшний день и попробовать понять, что же произошло. Как разгорелся этот пожар в груди, не оставлявший его и теперь. Большого труда ему стоило не обернуться, когда он уходил, чтобы ещё раз напоследок взглянуть на Майю. Рыжее солнышко, озарившее своим светом его жизнь в эти последние дни, проведённые вместе с начала экспедиции.
Уже приближаясь к своей каюте, Чижик на мгновение остановился, посмотрев вперёд. Нахмурился и двинулся дальше. Рядом с дверью капитанской каюты стоял, подпирая спиной стену, слегка ухмылявшийся Михалков, но усмешка его медленно сходила на нет. И когда капитан приблизился, они несколько секунд молча, с серьёзным выражением, смотрели в глаза друг другу.
Конец пятой главы
  • За явление! За оба явления Михалкова и за чудесное, романтическое завершение главы :)
    Моя самая любимая глава сейчас ^^
    +1 от Лисса, 24.10.17 19:32
  • за рыжее солнышко!
    +1 от rar90, 13.11.17 10:52

Не стал Спартак Валерьевич допытываться у Пчёлки, кого же ей напоминает данкийский майор Кайрат Тимурович. Хотя догадаться, поди ж ты, было легче лёгкого, если знать характер Майиного отца. Он его прямо весь напоказ не выставлял, конечно, но о многом можно было судить по его многочисленным интервью и пресс-конференциям, по изданной книге про славного капитана Светлова. Бережной жил на свете шестой десяток лет, он был старше Юрия Аркадьевича, и уж его вряд ли проведёшь на мякине. Должен был знать технический специалист, с кем могла сравнивать Майя майора Кырымжана. Даже если так подумать... и непосвящённый человек нашёл бы между ними сходство.
- Тупеете? Боитесь всё-таки Кайрата, значит? Ох-ох... - вздохнул Спартак Валерьевич, готовя новую порцию мясного фарша для блинов. - На этот счёт есть один замечательный рецепт, Майя Юрьевна. То есть, совет, я хочу сказать. Когда вы снова почувствуете этот ваш страх - ну, когда майор на вас смотрит... - Бережной крайне серьёзно и доверительно взглянул на девушку, - глядя на него, представьте, что он, извиняюсь, со спущенными штанами сидит на унитазе... - мужчина тихо рассмеялся и покачал головой. - Это не шутка. Попробуйте. Тем более, что когда он сердится, у него выражение лица такое...
И Бережной состроил комично-кирпичную морду лица, демонстрируя её Майе. Действительно, это очень напоминало человека, сидящего на унитазе и сосредоточенно справляющего большую нужду.
- Посмотрите, как после этого изменится ваше отношение к нему... Да и в целом, это универсальный совет для таких случаев.

От помощи Майи Юрьевны он не стал отказываться, и новые блинчики с мясной начинкой приготовились на удивление быстро. На вид они получились даже лучше и аккуратнее первой неудавшейся партии, а когда Спартак попробовал один, он прямо разомлел в удовольствии.
- У вас волшебные руки, моя ненаглядная помощница, - заулыбался он, жуя блинчик. - Блины вас любят. ВАМ удалось подружить их, не то, что мне, недотёпе. Такое блюдо не грех и на стол выставить.
Счастливый Спартак Валерьевич на радостях даже приобнял Майю за плечо эдак по-отечески или по-дедовски, когда собирал блюда с блинами и сладостями на поднос и оказался рядом. Короткое такое, но крепкое и тёплое объятие человека, с добром и лаской к тебе относящегося. Близкого почти что человека же.
- Если Кайрат будет мяться во время этого вашего рандеву, скажите ему, я не против, чтобы он всё рассказал, - напоследок перед тем, как они вышли из кухни, сказал ей Бережной. - А вы его послушайте и не берите в голову. Знайте, что с моей стороны всё в порядке.
Звучало загадочно, но в подробности Спартак Валерьевич девушку не посвящал. Взял свой поднос и пошёл вперёд, а дроид-помощник услужливо открыл дверь кухни. Другой дроид, весело жужжа, повёз чудесные гостинцы для Алексея Кировича - наверняка его осчастливит же блинцами самыми разными да подливками к ним.
А от Чижика Майя ещё успела получить короткий ответ «Ну тогда хорошо» и улыбчивый смайлик. Капитаны тоже пользуются смайлами.

* * *

Хорошо-то хорошо, но дуэль взглядами между капитаном и его первым помощником продолжалась почти всё время завтрака. Только когда Майя разулыбалась им мягко и миролюбиво, словно бы желая тучи развести губами, они вроде бы стали реже поглядывать друг на друга, а взгляд Чижика перестал быть таким отчаянно-напряжённым. И вообще, Фёдор Михайлович предпочитал смотреть не на друга Генку, а на бывшую свою ученицу, а ныне данкийского доктора Майю Юрьевну. Всяко приятнее глядеть на милую девушку, вкусно уплетающую за обе щеки свежие блинцы, чем на белобрысого остолопа, любящего потроллить близких - слава богу, что делает он это беззлобно, но его манера бестактно лезть в чужие дела, его не касающиеся, иногда выводила Чижика из себя. Хотя Михалков бы на это сказал, что такие дела его очень даже касаются, ведь речь идёт о его близком друге. И не возразишь ведь гаду!

Но отвлечёмся от этой дружеской визуальной дуэли и посмотрим, что увидела Пчёлка, когда обвела взглядом мирно кормящихся данкийцев, собравшихся за столом.
Начнём наш обзор с Ивана. Это Раздолбаище уплетало докторские блины вприкуску со сметаной и абрикосовым вареньем, то и дело облизывалось и поглядывало на девушку миролюбиво-довольным взглядом кота, которого угостили сметанкой. Настроение у парня явно улучшилось, так как Майя ещё помнила его нейтрально-равнодушный взгляд, когда зашла в столовую с блинцами.
Михалков ел блины с видимым удовольствием, тоже предпочтя сладкий труд Майюшки с приправой из медка, а не мясное излишество Спартака Валерьевича. Ел аккуратно, можно сказать - интеллигентно, и в этом прослеживалось некое сходство с поеданием блинов Ромашкиным. Последний так вообще настолько аккуратно отрезал кусочки от блинов и клал в рот, словно вилка и нож в его руках были хирургическими инструментами и он проводил сложную операцию, требующую микроскопической точности. Выглядел Фотон Игнатьевич сосредоточенным, но, ловя на себе взгляды Пчёлки, тут же расслабленно улыбался ей и кивал одобрительно. Фотон ел блины, реденько полив их фруктовым сиропом и без сметаны.
Громов навалил себе на тарелку две большие горки блинов с мясом и простых блинцов, а начал, конечно, с первых, и ел их с завидным аппетитом, макая в сметану и не церемонясь со столовым этикетом. Он смотрел в тарелку и на взгляды Майи внимания не обращал. Кажется, безопасник был реально голоден. Штурман Александр Оттович предпочёл блины с мясом и без приправы - можно было бы подумать, что он брезгует Майиной готовкой, особенно если вспомнить его отказ от пирога, но Шмидт, конечно же, не мог знать, какие блины кто готовил. Видимо, просто любил больше с мясом. Но они ему явно пришлись по вкусу, и на вечно болезном лице штурмана разлилось почти что удовольственное выражение. Встретив взгляд Майи, он ей учтиво кивнул, как бы благодаря за такой завтрак.
Последним в списке значился майор Кырымжан. О, этот казахский Геракл уплетал блины с мясом за обе щеки! Сметану он взял, но почти не макал в неё блинцы. А девушка поймала его спокойный и дружелюбный взгляд и... ей показалось, что у неё галлюцинации, когда Кайрат Тимурович ей одобрительно и мягко улыбнулся. Продлилось это мгновение недолго, но врезалось в память. Нечасто она видела майора улыбающимся. Если не сказать - никогда. Сейчас даже не хотелось воображать его сидящим со спущенными штанами... и с аппетитом жующим блины, ха!
Ну и, конечно, Фёдор Михайлович. Он ел блины со сметаной и мёдом, блаженно улыбался время от времени, поглядывал на Майю с тёплой улыбкой и таким же тёплым, ласковым взглядом, на остальную команду смотрел. Даже Михалкову досталась частичка этого тепла, когда в какой-то момент дуэль между их взглядами взяла небольшой перекур.
И хоть остальным досталось меньше Пчёлкиного внимания, но завтрак определённо удался. Ели все с аппетитом и выглядели так или иначе довольными лёгким и вкусным блинным завтраком.

- Мм, очень вкусно, Майя Юрьевна, - дожевав, удовлетворённо кивнул Ромашкин, когда девушка к нему обратилась с вопросом. - Знаете, я бы тоже не отказался высадиться на планету и слегка размять ноги, но такова уж участь пилотов и штурмана. Мы всегда нужнее на мостике, чем на поверхности.
- Да, я собираюсь, - услышав этот разговор, согласился с Майей Игорь Кириллович. Он также предпочёл блинчики без мяса и с обилием сметаны - в его тарелке они просто плавали в сметанном озере. - Но, если вам очень надо, могу побыть джентльменом и уступить свою очередь. Ничего страшного, книжки и у меня есть, - он добродушно усмехнулся, по привычке пошевелив своими тонкими лисьими усиками.
Что касается сержанта Громова, то он, казалось, был удивлён, что соседка к нему обратилась. Оторвал взгляд от тарелки - с порцией мясных блинов он справился очень быстро и уже добрался до Майиных - и несколько недоумённо поглядел на девушку, спрашивая взглядом, чего она хочет. Послушав её, он неопределённо пожал плечами.
- Служба у нас такая, старший лейтенант. Насчёт рекламы не знаю, не смотрел буклет. Но подкрепиться там есть чем. Кока-колы не видел, а чипсы были, признаю, - Громов тихо хмыкнул. - На самом деле, довольно комфортное место, приспособленное в том числе и для сна. Но не номер люкс в отеле, конечно. Если это пишут в рекламе... Очень вкусные блины, кстати, - похвалил он Майю без улыбки. - Особенно с мясом вам удались. Но и эти хороши, - покивав, сержант вернулся к трапезе, значительно сбавив скорость. Уже успел насытиться и теперь просто получал удовольствие от еды.

- Что ж... - когда на тарелках данкийцев уже почти ничего не оставалось, взял слово Фёдор Михайлович, - думаю, действительно пришло время нам решить, кто полетит на Кулимат. Данко, включи обзорный экран.
Одна из стен столовой превратилась в голографический дисплей, на нём стала видна отдалённо похожая очертаниями на Землю планета, на орбиту которой выходил звездолёт. Вдали виднелся огонёк пурпурной звезды, вокруг которой обращалась планета.
- Александр Оттович, вам слово, - Чижик кивнул штурману, выглядевшему после сытного завтрака довольно добродушно.
- Ну, для начала, бортовые сканеры определили, что вторая планета этой звёздной системы, обозначенная на карте как Кулимат, окружена атмосферой, пригодной для дыхания. Скафандры не обязательны, но я крайне против злоупотреблений нормами безопасности, - заметил Шмидт. - Я просканировал её поверхность. Всё говорит о том, что планета населена разумными существами. Более того, уровень их развития во много раз превышает уровень земной цивилизации! - штурман нахмурился. - Высадка может быть опасна. Надеюсь, все это понимают.
- У нас нет другого выхода, Александр Оттович, - вмешался Михалков. - Но для начала я бы попробовал с ними связаться, объяснить нашу ситуацию и запросить официальное разрешение на посадку. Если они столь развиты, то наверняка уже в курсе о нашем прибытии.
- Обижаете, Геннадий Борисович, - скривился Шмидт. - Я уже несколько раз пытался вызвать по радио обитателей планеты, но так и не получил ответа. И это, на мой взгляд, крайне подозрительно.
- И то верно, - вздохнул напряжённо Фёдор Михайлович. - Хорошо. В прошлый раз высаживались я, Светлова, Раздолбайло, Кырымжан и Стругачёв. В этот раз, я думаю, отправятся четверо: Михалков с Романовским, доктор Григорьев и... Громов, - сержанту достался взгляд капитана, и тот согласно кивнул. - Но в готовности будет и вторая группа, если первой понадобится помощь. Предлагаю себя, Ивана, майора и... Майю, - он взглянул на девушку. - Итак, ваши вопросы? Встречные предложения? Какие-то перестановки?
  • Ух, как вкусно они поедают блины)) Прочитав как ест Фотон, даже стыдно стало за себя и за Майю :D)))) Вот как надо кушать-то, вилкой и ножом!
    Новая планета интригуетЪ!
    +1 от Лисса, 11.11.17 17:19

В своём лучшем стиле, Кайрат Тимурович не проронил больше ни слова, проводив исчезающую в дверях кухни Пчёлку тягучим молчанием. Ни радости по поводу её согласия разнообразить утреннее меню блинами с мясной начинкой - лишь сдержанный благодарный кивок. И ещё один кивок, нейтральный, после её согласия поговорить после завтрака. Впрочем, его лицо и взгляд не выражали негативных эмоций. Майе показалось, что Кырымжан задумался о чём-то после её слов, а глаза его смотрели внимательно и испытующе, будто он пытался прочесть, что у старшего лейтенанта сейчас на уме. Это был не тяжёлый, не угнетающий взгляд, а просто очень внимательный. Но Пчёлка его, конечно, могла истолковать по-своему.
- «Раздражает»... - тихо фыркнул он себе под нос, когда дверь кухни закрылась. Пыхнул гневливо азиатский Геракл, словно огнедышащий змей дракон, развернулся, сложив руки за спиной, и направился обратно в спортзал. Перед завтраком ещё следовало освежиться и принять душ. Но перед тем, как свернуть к лестнице, он ещё раз процедил себе под нос сердито: - Глупости...

Работа у Майи Юрьевны и Спартака Валерьевича спорилась как никогда. Они уже не в первый раз вместе трудились на кухне, и из них получалась неплохая поварская команда. Были распределены обязанности, розданы роли, каждый вооружился необходимыми для себя приборами, продуктами и посудой, и дело пошло. Весело кипел чайник, радуя наших поваров утренним чайком приятной горячести, шкворчали масляные блинчики на сковороде. Бережной охотно делился своими секретами. Он накрутил немного фарша - много блинов с мясом делать не планировалось, и присоединился к Пчёлке в процессе готовки. Показал ей даже, как ловко управляется с этим трюком - ну знаете, как кулинары-блиноделы умеют подкидывать блины высоко вверх, чтобы перевернуть их на другую сторону? У Спартака Валерьевича это выходило очень здорово, прямо как у циркового фокусника - р-раз! - и вот кругляш описывает изящный пируэт в воздухе, весело брызгаясь в стороны маслицем, и приземляется на сковороду уже румяной стороной кверху.
- Блины - они вообще с мясом не дружат, - болтал за работой технический специалист, бережно сворачивая начиненные мясом блинные конвертики, - они любят сладкое. Когда их медком поливают, вареньем или сиропом. Наша задача - их подружить. Блинчик должен нежно обнять мясную начинку, не поранившись и не поцарапавшись. Тесто очень нежное и не терпит грубости. Мои пальцы грубые, у вас должно лучше получаться. Попробуйте, если захотите. Вот так... сделаем немного для майора и тех, кто тоже захочет с мясом, а остальное трогать не будем. Пусть понежатся блинчики в прохладной сметанке и сладостях. Сейчас принесу из погреба разного...

Между тем, блинное великолепие на пробу с пылу, с жару оказалось... посредственно-вкусным. Прямо как вчерашний пирог - вроде и вкусно, а чего-то всё же не хватает. На прихотливый взгляд Майи Юрьевны, конечно же, когда она распробовала как следует блинцы собственного приготовления и они показались ей ненамного, но всё-таки лучше яблочного пирога-то. Однако, глядя на мрачное выражение лица Спартака Валерьевича, попробовавшего свой блинчик с мясом, девушка поняла: у него получилось совсем худо.
- Ох-ох... - вздохнул Бережной, - не удалось подружить. Оно съедобно, конечно, но я бы постыдился их подавать к общему столу. Пойду пережарю, пожалуй.
Он обратил внимание, что девушке тоже не очень пришлась по душе её готовка, попробовал блинчик её приготовления, пожевал и задумчиво кивнул.
- Всяко получше моих... с вареньицем-то или мёдом вообще вкуснотища будет. Мне нравится, как получилось, - покивал он, дожёвывая блин, и кряхтя пошёл готовить вторую порцию блинов с мясом. - Понимаете, Майя Юрьевна, если б не Кайрат... который Тимурович, - уточнил мужчина так, будто на борту было много разных Кайратов, - то никаких проблем. Мои блины с мясом за милую душу срубали бы. Но не хочется мне вас подставлять. Они должны быть вкусными, иначе лучше вообще не подавать... Ну, вы идите, пока они дымятся ещё, - Бережной кивнул на горку Майиных блинов, - снесите им то, что есть. А вторая часть Марлезонского балета подоспеет позже, мда.
Можно было остаться, чтобы помочь Спартаку и прийти с ним вместе, только ведь блины и правда остынут, а их нужно подавать горячими. Пережаривать же, как это делает Бережной... ну, ему-то немного работы, а вот у Майи этих блинов целая гора. Попросить его помочь? А вдруг получится хуже?

В ответ на переписку Стругачёв прислал короткое, но выразительное «СПАСИИИБО!!!», а Фёдор Михайлович долго не отвечал, но затем прислал явно обеспокоенный вопрос «Всё в порядке?». Видать, встревожила капитана новость про подаренные шахматы. Догадался, кто и когда их подарил, и Чижик слишком хорошо знал Геннадия Борисовича, чтобы не сопоставить этот утренний подарок со своим разговором с Михалковым, о котором упоминал старпом. Вот и беспокоился Фёдор Михайлович, как сложилась беседа у Майи с его старым другом. Наверное, зря она ему написала. Теперь будет волноваться, места себе не находить. С Михалковым ещё отношения выяснять начнёт, чего доброго. Может, даже в спарринге в спортзале. Чтобы уважал первый помощник, значится, чужое личное пространство и не лез в чужие отношения, куда его не звали...

- Я вам так скажу, Майя Юрьевна, - помолчав, начал Спартак Валерьевич после её прямого вопроса об их разногласиях с майором. - В Кайрате вы, мне кажется, маленько ошибаетесь. Он не злой человек, бояться его не нужно. Ну, вам точно это ни к чему - пускай его подчинённые из СБ боятся. А недоволен он... ну, здесь вы с ним лучше сами поговорите. Думаю, он расскажет, что не так, раз сам позвал вас на разговор. От себя скажу только, что меня это малость коснулось, но я же и попросил его не раздувать из мухи слона и не говорить вам лишнего. Зачем это нам? - Бережной передёрнул плечами. - Я вас уважаю. Вы уважаете меня. У меня к вам нет никаких претензий. А раз нет у меня - то и у Кайрата не может быть. Ничем вы его не оскорбили. Просто у человека слишком острое отношение к дисциплине на борту, и чуть что не по его понятиям - это ему автоматически не нравится. К вам он ещё не успел привыкнуть, но, я вижу, уже начал. Раз выдержки хватило вам не проговориться, хехе, - он добродушно усмехнулся.

* * *

И снова за большим столом в корабельной столовой собрался весь экипаж, за исключением одного из безопасников - на этот раз отсутствовал Алексей Кирович, зато был Громов, который с несколько принуждённым видом зааплодировал вместе со всеми, встречая появившуюся на пороге рыжеволосую девушку и поднос с блинами - торжественное право их нести можно было поручить дроиду-тележке, так как поднос был тяжеловат, а Спартак нёс другой, с мясными блинами и различными сладкими подливками для Майиных блинцов. Встречали на этот раз не цветами, но громкими аплодисментами.
- А вот и наши шеф-повара, - радостно произнёс Фёдор Михайлович, снова в своём капитанском комбезе, но с утреца зачесавший чёлку по-новому, как его научила Майя. - Гена, помоги, - попросил он Михалкова, и они на пару забрали подносы, чтобы торжественно установить их посреди стола как главное блюдо.
- Блинная радость с утреца, - улыбнулся старпом, усаживаясь на своё место. - День обещает быть хорошим.
Все принялись рассаживаться. Чижик снова ухаживал за Майей, и на этот раз на это уже обращали меньше внимания. А Майя вдруг обнаружила, что её соседом теперь оказался Громов, занявший место, на котором ранее сидел Стругачёв. Вторым же соседом неизменно оставался Фотон Игнатьевич.
Если девушка наблюдала за капитаном, то не могла не заметить, как он переглядывается с первым помощником. Это были серьёзные, слегонца напряжённые взгляды со стороны Чижика и ответные спокойно-невозмутимые Михалкова. Но было совершенно ясно, что между этими двумя идёт молчаливая пикировка. Которая рано или поздно неизменно выльется в серьёзный мужской разговор. Ну, без рукоприкладства. А вы что подумали?
  • Вкусный завтрачный пост ^^ хотя с блинами непруха :D
    +1 от Лисса, 07.11.17 20:16

Задумчиво Лианка смотрела на Ярра, заговорившего про дочку трактирщика и замечтавшегося вдруг. Таким странница прежде не видела нашего магуя. Молчащим себе тихонько с блаженным выражением полузвериной морды лица, не говорящим скабрезности... прямо романтичный момент же! И чувствовала Шустрая, что это не просто так. Видать, сильно зацепила та девица Ярра Ласку, если он так ведёт себя и сам на себя не похож, вспоминая о ней. И на глаза ей таким показываться не хочет...
- Ооо, да я смотрю, кто-то влюбился по уши! - шутливо потянула вдруг странница и по-дружески хлопнула мага по плечу, как то обычно кореша делают. - Ну что ж, тогда я тем более не могу не помочь вам в благородном деле любви. Будем искать способ избавить тебя от проклятья, пока его не найдём. Ну, или пока не надоест искать.
Весело фыркнув, Шустрая легко обогнала мага и пошла впереди.

Мальчуган подбежал к Ярру и Лиане, поглядел на мага в ужасе, увидев его нижнюю половину лица. Не стал обниматься. Так и застыл на месте - и вихры на голове, кажется, подниматься стали торчком. Глаза большие-пребольшие и испуганные! Метнул взгляд на девушку. А потом Ярр с ним заговорил, Варвик задрожал как осиновый лист, глядя на него, не сводя очей с большого рта с длинным языком, мелькающим между толстых губ.
- Не... не подходи ко мне... уходи лучше... - паренёк на миг насупился, с каждым словом отступая от мага на шаг назад. - А ну как оно заразно?!
Испугался мальчонка собственных слов. Поверил им, развернулся и дал такого дёру, что аж на зависть прямо. Обратно к деревне мчал, под защиту изгороди.
Лиана взглянула на Яррике с сожалением и вздохнула. А у него, как назло после упоминания про комаров, зазудели комариные укусы да царапины, оставшиеся после плутанины по лесу. Признаться, отдохнуть денёк бы стоило, но раз уж решили идти...

Уже знакомая узкая тропинка привела Ярра с Лианой на вершину холма, и они подошли к кругу обсидиановых мегалитов. Дул пронизывающий ветер, и странница поплотнее завернулась в свой плащ. Она с интересом смотрела на стоящие камни, образовывавшие три арки Ворот с вырезанными на них мистическими символами и рунами силы. Камни совсем не казались выветренными и выглядели как новенькие.
Технически (игромеханически), у Ярра до сих пор Выносливость (то есть, уровень жизни) 5 из 9 после блуждания по лесу. Самочувствие, соответственно, посредственное, несмотря на отдых.
  • Ох Варвик Варвик-воробей, а ведь реакция жизненная. Грустно, но жизненно.
    +1 от Лисса, 04.11.17 23:36

А Эдик не знает :) Но на сказочной горе должны воображаться сказочные людоеды или... Шрек? :D
  • Ответ шикарен :D
    +1 от Лисса, 04.11.17 15:14

Глазами её можно было любоваться вечность. Очень выразительные они были у Пчёлки. В любом состоянии, при любых эмоциях они выражали живые чувства, одолевавшие в данный момент рыжеволосую девушку. Да и лицо её было очень живым, когда она не пыталась контролировать эмоции и не напускала на себя безучастный внешне вид. Но даже тогда глаза её жили своей жизнью, хотела она того или нет. Они показывали, о чём она сейчас думает, что заботит их очаровательно-веснушчатую владелицу, заглянув в их глубину, можно было даже распознать целую гамму различных, порой противоречивых чувств, смешанных в разных пропорциях. И Михалков невольно любовался этим искрящимся под серебром звёздного неба печальным морем, казавшимся бездонным в своей глубине непостижимости. Девушка его привлекала, она ему нравилась своей прямотой и открытостью. Он опасался, что в свои семнадцать она ещё ребёнок - в конце концов, сам Михалков в её возрасте ещё не до конца расстался с детскостью. Она была в ней, ещё различалась глазом, но взрослости было несравненно больше. Этой серьёзности и деловитости, слегка приправленной ещё не до конца взрослым отношением к жизни. И это хорошо, что в ней сохранялась бодрость духа, этот животворящий огонёк юности. Без него людям тяжело приходится. Хорошо, если удаётся его пронести через всю жизнь.
- Вы уж простите мою прямоту, - усмехнулся первый помощник, заподозрив, что мог слегонца переборщить, рубя правду-матку по полной программе. Но он ведь в самом деле не хотел её обидеть, да и его слова вроде бы не должны были обидно прозвучать. «Слишком шумная для Шмидта». Но так ведь это констатация факта. Против фактов не попрёшь. Самому Геннадию Борисовичу эта её шумность даже нравилась. Чувствовал старпом, они подружатся. Очень уж свойский человечек эта бывшая ученица Фединатора.
Выслушав её со всем вниманием, Геннадий Борисович всё же засобирался - видно было, что он уже опаздывает на мостик. Рукопожатие его было достаточно крепким, но чувствовалось, что могло быть и сильнее, если бы он пожимал руку мужчине. Однако никакой тряпочности. Нормально он руку пожимал, с уважением к собеседнице.
- Я и не говорил, что считаю себя правым на сто процентов, - ответил он девушке. - Может статься, что я не прав на сто процентов. Я ведь не Нострадамус, будущего не предвижу и мыслей читать не умею. Так что, считайте это моим мнением, но никак не истиной в последней инстанции. Разумеется, своей в доску не станешь, просто накормив стадо голодных мужиков, - шутканул Михалков и усмехнулся. - Но шансы на это несомненно увеличатся, что я и имел смелость допустить... Хм, а вечерний пирог... Ну, льстец из меня неважный, я не умею подмасливаться. Пирог был вполне съедобный и по-своему вкусный, но чего-то ему определённо не хватало. Тут вы правы. Хотя прямо-таки провалом и позором я бы его не назвал. Поверьте, на корабле есть те, кто приготовил бы его так, что вам бы потом работы прибавилось дай боже.

Про Александра Оттовича и Кайрата Тимуровича больше не было сказано ни слова, но, в общем-то, Михалков уже и так ответил на её вопросы. Да ещё достаточно подробно и отвечая на главный: «в чём проблема и как её решить?» Он ведь прямым текстом рассказал Пчёлке, в чём проблема, и дал советы, как подступиться к этим двум неприступным крепостям, как взять их не грубым штурмом, а мягко и по-женски завладеть их сердцем. По сути, он отвечал ей как другу. Его прямота убивала, но он был с ней честен и не пытался этим её задеть, уколоть или оскорбить. Девушка это чувствовала. Старпом с ней разговаривал душевно, в свойственной ему манере не мелочиться в правдивых деталях, не ходить вокруг да около и говорить всё без обиняков. Наверное, так же он общался и с Чижиком.
- Всего доброго... ну, мы скоро увидимся, - кивнув на прощание, Михалков покинул докторский кабинет, провожаемый безучастными взглядами двух шахматных королевств.

* * *

Для посадки они выбрали местность, являвшуюся, судя по обилию дорог и каналов, одним из основных населённых пунктов таинственной планеты. Особого выбора, с кем пойти, у Светлова не было, и он взял с собой обоих членов экипажа. Они втроём, воспользовавшись подаренной ганцигцами технологией, нуль-транспортировались на поверхность планеты, предварительно задав приказ челноку, управляемому искином «Товарища», дожидаться их на орбите, на случай, если обратная нуль-транспортировка по какой-то причине окажется невозможной.
Материализовавшись, они огляделись и поняли, что находятся на пустынной улице. Вокруг царила призрачная тишина, что-то недоброе витало в воздухе, вызывая у Юрия Аркадьевича самые нехорошие предчувствия. Архитектура окружавших улицу зданий, форма и конструкция лежавших повсюду брошенных транспортных средств - всё говорило о том, что перед ними были следы чрезвычайно развитой цивилизации, однако толстый слой покрывавшей всё пыли и атмосфера общего запустения подсказывали, что место это было оставлено его обитателями уже много лет назад. Взяв наизготовку бластеры, троица медленно и осторожно двинулась вниз по улице.
- Не подобается мени тут, - почти прошептал в шлемофон скафандра грузный Овчаренко.
- Тихо, - шикнул капитан, неодобрительно поглядев на нарушителя тишины.

В нескольких метрах от перекрёстка Светлов остановился, заслышав какой-то шум. Огляделся на своих спутников. Следовавшие за ним Вольский и Овчаренко недоумённо переглянулись - похоже, они ничего не слышали. Юрий Аркадьевич тяжело вздохнул и подкрался к углу стоящего на перекрёстке здания, осторожно выглядывая из-за него. Увидев приближающуюся фигуру, он быстро отскочил назад. Из-за угла донёсся голос на чужом языке, и переводчики скафандров ожили.
- Гости! - раздалось из аппарата, и из-за угла выступило странное гуманоидное или антропоморфное существо примерно человеческого роста, облачённое в развевающийся белый плащ. - Давненько у нас не было гостей! - сказало оно.
Поскольку местный обитатель не проявлял агрессии и казался вполне разумным, Юрий Аркадьевич приопустил ствол направленного на него бластера и заговорил:
- Мы прилетели с другой планеты. - Чужак, выслушав ответ на его языке из коммуникатора, в знак понимания кивнул своей густо заросшей волосами головой. - Можем ли мы встретиться с представителями местной власти?
Инопланетянин после его слов задумался.

Неожиданно у Светлова за спиной раздался резкий щелчок, перешедший в громкое жужжание - сражённый выстрелом Овчаренко чужак упал на землю. Юрий Аркадьевич стремительно обернулся - борт-инженер с нескрываемой гордостью глядел на поверженного инопланетянина.
- Вольский, хватай его! - выпалил капитан, вскидывая бластер на Овчаренко. Он заподозрил неладное в его поведении. В конце концов, опыт общения с ксилонами у Светлова имелся, и эти проклятые головастики хорошо умели промывать мозги. А тут чужой мир, и неизвестно, на что способны его обитатели и какие технологии они используют. Одна нуль-транспортировка чего только стоит.
Штурман с явной неохотой, но всё же схватил своего крупного товарища - тот и не думал сопротивляться и выглядел весьма удивлённым и немного обиженным. Светлов, долго не думая, отобрал у него бластер.
- Зачем ты стрелял в чужака? - грубо спросил капитан.
- Зачем? - с недоумением переспросил Овчаренко. - Да ведь якщо б я не выстрелил, он бы непременно убил вас. Хиба вы не бачилы, як вин направляв на вас оружие?!
- Никто не целился в меня! - разозлился Светлов. Он мог поклясться, что инопланетянин ничем ему не угрожал.
- Не видел я у него никакого оружия, - добавил Вольский.
Ситуация из просто неприятной стала крайне щекотливой. Юрий Аркадьевич задумался, что же это было. Простая горячность недалёкого борт-инженера или кто-то вправду промыл ему мозги? Если последнее, то опасность грозит им всем. Но сдаваться так просто было не в правилах капитана Светлова. Сейчас ему предстояло решить, как быть дальше. Для начала следовало осмотреть поверженного чужака и попытаться оказать ему хоть какую-нибудь помощь, если он ещё жив. А с Овчаренко... Светлов не был уверен, ограничиться ли строгим предупреждением или отправить своего чересчур горячего спутника обратно на корабль.

* * *

- Доброе утро, - пожелал ей в ответ Фотон Игнатьевич, сдержанно улыбнувшись. Затем пригладил выглаженный воротник своей форменной рубашки, потёр двумя пальцами переносицу и, проводив старшего лейтенанта долгим взглядом своих вечно прищуренных глаз, направился на мостик. Ему было приятно с самого утра встретить на корабле это ангельское создание, и настроение первого пилота заметно приподнялось.
Чего не скажешь про Мотю, вздумавшего снова важничать и изображать из себя булгаковского Бегемота. На Майино «кис-кис» кошак отреагировал лёгким интересом, но бежать за ней не стал - кошачья гордость ему не позволяла вести себя как пушисто-хвостатое дополнение двуногого. Может, он позже подойдёт, выдержав приличествующую случаю паузу, чтобы его появление на кухне восприняли как праздник, а не попрошайничество. Да и завтраком его уже накормил раб Иван.
От Алексея Кировича вестей более не было, ну да Майя ему и не ответила на последнее сообщение.

А может, это был он? Решил рыжик ещё что-нибудь написать вдогонку. Медка, может, к блинам попросить или ещё чего-нибудь. Только планшет предательски выскользнул из дрогнувших от неожиданного столкновения рук и грохнулся на металлопластиковый пол коридора. Хорошо, что ещё с начала прошлого века гаджеты были достаточно надёжны, чтобы выдержать даже колёса проехавшегося по ним автомобиля. Корпус, конечно, не выдержит и треснет от такого давления, но электроника не поломается и устройство продолжит функционировать. А сейчас и корпуса стали выпускать из чрезвычайно прочного сплава. Так что, на планшете от падения не осталось и царапинки.
- Виноват.
Кырымжан сдвинул брови, вышел из своей позы древнегреческой статуи грозного Геракла и присел, помогая Пчёлке подобрать планшет и наушники к нему. Их руки невольно соприкоснулись, когда мужчина передавал Майе тоненькие проводки наушников. Он исподлобья взглянул на неё и снова выпрямился, но уже не стал складывать руки на груди в этом пугающем жесте.
Тем временем девушка бросила взгляд на экранчик и одним касанием пальца открыла новое сообщение. «Доброе утро! Надеюсь, тебе хорошо спалось. Скоро увидимся.» - вроде бы нейтрально, а чувствовалось, что в это короткое сообщение вложена душа и мысли о ней. Ну да, ну да, это было письмецо от Фёдора Михайловича.
Заметив мучительные, полные мольбы о помощи взгляды Светловой, Спартак Валерьевич окликнул её, заодно обозначая своё присутствие за спиной майора:
- Майя Юрьевна, а вот и вы! Я уж заждался вас. Не поможете по кухне?
Кырымжан чуть повёл бровью, услышав голос Бережного, и отступил в сторону, позволяя девушке пройти мимо него. Однако, когда она уже думала, что избавилась от неожиданного и неприятного ей внимания Кайрата Тимуровича, то вдруг почувствовала у себя на плече тяжёлую руку. Впрочем, она не давила, а просто легла ей на плечо.
- А с мясом будут? - спросил майор вдруг неожиданно мягким для него тоном. Словно бы вежливо, даже просяще и с какой-то надеждой, высказывал просьбу, а не спрашивал про блины-то. Интонации его подсказывали Майе, что Кырымжану очень бы хотелось блинов с мясом, и он высказывает своё пожелание, надеясь, что девушка его исполнит, но не настаивая. Приказа в тоне не было, только мягкая просьба.
Он убрал руку и отступил на шаг, не мешая ей пройти на кухню. Уже когда она была у порога, окликнул её вдруг снова.
- Старлей, - он вдруг хмыкнул, и на суровом лице появилась весьма сдержанная, но усмешка. - Майя Юрьевна, составите мне компанию после завтрака? Нам есть о чём поговорить. Это не займёт много времени.
Последней фразой он скорее всего намекал, что не задержит её надолго перед высадкой на Кулимат.

- Значит, блины, - кивнул Спартак Валерьевич, когда девушка наконец отделалась от майора и они остались с техническим специалистом на кухне наедине. - Что ж, думаю, в четыре руки мы управимся быстрее, а блинами наедятся все. Ох-ох, что ж вы с майором-то не поделили... - проохал Бережной, направляясь к шкафчикам за необходимыми продуктами. - Я перекручу мясо на фарш. С мясом - так с мясом. А вы пока пустышки готовьте, да?
Это было предложение, а не распоряжение шеф-повара. Майя могла всё решить и по-своему. Например, сама взяться за фарш, раз уж сам Кырымжан у неё попросил блины с мясом. Может быть, теперь для неё это дело чести - не ударить перед ним в грязь лицом. Воинской-то чести, ага.
  • Слово "Фединатор" меня порвало :D Классный пост! Здесь тебе и Светлов, и Кырымжан удивляет и Михалко жгёт))
    И приключения Большого Папу на закуску)
    - Не подобается мени тут, - почти прошептал в шлемофон скафандра грузный Овчаренко.
    - Тихо, - шикнул капитан, неодобрительно поглядев на нарушителя тишины.

    Это прямо в духе Светлова :D
    - Мне здесь...
    - Молчать!
    +1 от Лисса, 03.11.17 15:40

Не успела Аннабелла опомниться, как снова из мелкой блохастой гадины стала прекрасной эльфийкой - тоже блохастой, по правде-то, только уж об этом она не знала. А может, проклятье и изгнало вошек-блошек коднаровских из её чудесных золотых волос, как знать. Но радость её сменилась сначала конфузом, когда она вдруг поняла, в каком виде предстанет на очи Перри и Александрилу, а потом и ужасом, странным делом смешанным с облегчением, когда почувствовала себя завёрнутой во что-то чёрное, липкое и противное, будто смола сосновая.
Эмоции живо сменялись на лице нашей принцессы, не успевая одна за другой. Смятение, смущение, испуг, облегчение, отвращение, ужас. За короткий промежуток времени на выразительном личике Анни проявилось такое количество живых эмоций, что её бы без разговоров приняли в Александринский театр на заглавные драматические роли. А закончилось всё тем самым отвращением, смешанным с омерзением и облегчением же. Чёрное облачко на вид было вполне симпатичным, вот только... чем оно было-то? Что за дрянная магия? Кто её сотворил? Ну конечно! Кому же ещё...
- Перри! - возмущённо-негодующий взгляд серых с льдинкой голубого глаз устремился на коднара. Она скривилась, застыв на одном месте и боясь пошевелиться. - Что это за гадость?!
Впрочем, гадость гадостью, а она вполне успешно справлялась со своим предназначением, укрывая Аннабеллу от посторонних взглядов вроде того, каким её пытался ощупать Джерри. И очень хорошо, что он не смог разглядеть ничего лишнего из-за этого чёртового облака. Но эльфийке почему-то захотелось дать ему пощёчину. Может, и дала бы, да только боялась пошевелиться, словно бы это могло разрушить чары коднара и открыть её обнажённое тело приветливым мужским взглядам.
- Оно ещё и чешется! - пожаловалась Аннушка своему пернатому спасителю и требовательно протянула к нему руку. - Ну-ка подай мне одежду и быстренько сними его. И отвернитесь все!

Но возмущённый порыв эльфийки как-то быстро сник, когда коднар вдруг стал наступать на неё, вздыбив страшно перья, будто бы сова, желающая напугать до смерти свою мышиную добычу, зарычал утробно, как та самая сова, и стал тыкать пальцем себе в грудь. Последнее было особенно страшно. А ну как проткнёт? Вон какой у него коготь! Всем совам на зависть!
Правда, стоило ему договорить, как теперь уже глаза Аннабеллы сверкнули праведным гневом, и она наставила на него палец и стала наступать. Вместе с этим чёртовым облаком.
- Как. Ты. Смеешь. Говорить. Со мной. В подобном. Тоне??? - голосом, исполненным холодного достоинства, спросила она у пернатого злодея. - Это всё из-за тебя! Ревновать меня вздумал? Ха! Да сдался мне этот странный эльф! - присутствие рядом странного эльфа, слышавшего этот разговор, её ничуть не смущало. - Мне всего-то моя серёжка назад нужна... теперь две серёжки, - печально поглядела она на дракониска, проглотившего вторую.
И вдруг она снова поникла, горестно вздохнула, отвела взгляд в сторону, опустила в землю. Расстроилась девушка из-за серёжек и из-за всего этого. Даже голос её тихим стал.
- Пойдём уже к тёте, а? Джерри, прости, но ты не с нами...
Она поглядела в небо, услышав про дождь, и отметила, что волшебный зонт как-то подозрительно истончился. Анни нахмурилась и ещё разок гневно сверкнула очами.
- Так и знала, что проклятая гнизга обманет. На свитке она пишет, что волшебство зонта пять часов действует, а сколько прошло, как мы вышли от неё? Час? Два? Ну точно не больше! Завтра я приду и всё ей выскажу.
Эльфийка повернулась к коднару.
- Я подумаю над твоими словами. А сейчас дай-ка мне одежду и сними это дурацкое колдовство. Чувствую себя розой, которую посадили в навоз, - поморщилась она.

На чёрную фигуру она не обратила внимания. Мало ли, кого из прохожих привлекли развивавшиеся тут события. Превращающиеся в кошек эльфийки, чёрные вонючие тучи, лопающие чужие украшения дракониски и прочие гадости жизни.
  • Классный пост, и юморной и серьезный одновременно!
    А вот эта часть особенно понравилась :)
    Впрочем, гадость гадостью, а она вполне успешно справлялась со своим предназначением, укрывая Аннабеллу от посторонних взглядов вроде того, каким её пытался ощупать Джерри. И очень хорошо, что он не смог разглядеть ничего лишнего из-за этого чёртового облака. Но эльфийке почему-то захотелось дать ему пощёчину. Может, и дала бы, да только боялась пошевелиться, словно бы это могло разрушить чары коднара и открыть её обнажённое тело приветливым мужским взглядам.
    +1 от Лисса, 02.11.17 22:45

А ведь Белл-то и забыл, что заклятий Плавания они не брали! Вспомнил только, когда об этом вспомнил Петя. Как бы там ни было, но наш Окунёк смело вступил в реку, решив испытать судьбу без всякой магии. Это был действительно отважный поступок с его стороны, учитывая, какой смертью он умер в своей собственной жизни.
Течение было такое быстрое, что уже через несколько секунд Петя подплыл к тому месту, где река скрывалась под замком. Сначала всё шло так, как и ожидалось: после небольшого водопада, который удалось миновать, отделавшись только лёгким ушибом, река выровнялась и потекла в высокой трубе где-то по подземельям замка. Но когда, по Белловым расчётам, вот-вот можно было попасть в комнату, откуда слуги брали воду, Окуньков внезапно ударился о невидимую решётку и почувствовал, что начинает тонуть. Барлад Дэрт надёжно защитил свой замок от любопытных глаз. А Белл... он ведь совсем не умел плавать. Петя поздновато припомнил, что ещё когда придворный астролог Майлин раздавал заклятия, Белл вспоминал о том, что он не пловец.
Вода начала прибывать, теперь уже нельзя было воспользоваться даже заклятием Левитации: Окунькову не пролететь, не захлебнувшись, по узкому пространству между верхом трубы и водой. Было бы у него заклятие Плавания, он мог бы попытаться выплыть против течения. Но Петя не догадался запастись даже одним таким заклятием.
Спустя минуту безвольного барахтания под водой тело юноши обмякло, и решётка пропустила только его труп, который послужит хорошей пищей гоблинам и оркам...

Юноша достиг реки. На другом её берегу были разбиты палатки, горели костры, между которыми сновали гоблины и орки. Первых раньше Петя не видел, да и сир Белл тоже, но это явно были они - вообще они внешне напоминали орков, только щуплых и невысоких... ну, гоблины в этом мире оказались в рост человека, в то время как орки были значительно более крупными.
Река подходила к высокому центральному строению и заканчивалась у него, как дорога у ворот, но по шуму воды Окуньков понимал, что она небольшим водопадом стекает куда-то вниз, в подземелье. Что ж, теперь после проведённой разведки можно было либо направиться к зданию в центре двора, либо попытаться перебраться через реку. Тут могли помочь заклятия Плавания или Левитации. А ещё Белл внутри Пети подумал, что если воспользоваться заклятием Плавания и поплыть по течению реки, то, может быть, удастся проникнуть в подземелье замка.

Морок в голове развеялся, и Окуньков вдруг осознал, что снова стоит, пригнувшись, у берега реки, целый и невредимый. И не мокрый. А главное - живой.
- Привыкай, - ему на плечо легла рука Зеночки. - Для Героя смерть - дело обычное. Но это очень неприятно, я понимаю.
+1 | Герои не умирают, 01.11.17 10:47
  • Ух, пробивает!
    Нравится эта игра. В основном она такая светлая и добрая, но иногда вот такие моменты как бы окатывают ледяной водой. И это хорошо. Могучие моменты.
    +1 от Лисса, 02.11.17 11:38

Старпом прошёл внутрь медицинского кабинета, напоминая хитрого лиса, такого всего из себя расслабленного, прищурившегося и улыбающегося, довольного жизнью внешне, но готового вскинуться в одном стремительном прыжке, чтобы цапнуть у вороны её законный кусочек сыра, стоит только птице клюв раскрыть пошире. Он с интересом осмотрелся, будто был здесь впервые. Ну, вообще-то, с момента вселения сюда Майи Юрьевны так оно и было. Он тут не был с тех пор, как королева заняла свой дворец, и ему было любопытно, как она здесь устроилась. Повертев головой по сторонам, Михалков остановил взгляд на сонной, ещё не до конца проснувшейся после дивного сна девушке и подошёл к столу.
- Не беспокойтесь, все живы-здоровы, - заверил её мужчина, подтверждая вчерашний диагноз Данко, составленный для экипажа.
Физические показатели всех были в норме, даже рука Романовского пришла в порядок благодаря своевременному вмешательству бортового врача. Правда, искин ещё упомянул про лёгкое, в пределах нормы, психоэмоциональное отклонение в состоянии Чижика и в особенности Стругачёва, но Майя и так знала, что эти двое после проведённого вместе вечера едва ли будут в норме. Им нужно было время успокоиться. Её состояние, согласно Данко, было таким же, как у Чижика, по степени отклонения. А Лёша, видать, сильно переживал, но ничего критического, свои обязанности безопасник вполне мог выполнять.
- Я с визитом вежливости, так сказать, - добавил старпом, раскладывая на столе свои подарки и присаживаясь на стул.
Он обратил взгляд на девушку и невольно залюбовался ею, сочтя довольно милой со сна. Возможно, это немного отразилось на его лице, так как Майя, даже будучи заспанной, отметила, что на неё с интересом смотрят. Не злым-то интересом, не научно-изучающим, который будто затылок хочет просверлить, а вполне себе миролюбивым, будничным, добродушным таким и немного мужским. В ответ на благодарность Пчёлкину Геннадий Борисович по-доброму улыбнулся, не став ничего говорить про чудесность своего подарка.

Как-то притих да примолк первый помощник, специалист по науке, внимательно и без улыбки глядя на то, как Майя Юрьевна рассматривает шахматных рыцарей, дотрагиваясь до них слегка дрожащими прикосновениями, будто бы они могли ожить у неё на глазах, достать свои маленькие мечи и поранить протянувшуюся к ним руку. В глаза девушки-доктора поглядел старпом, тихо прихмыкнул в задумчивости. Вопрос свой про Чижика вдруг задал, а не про шахматы, и отмалчивался, пока опешившая и, скажем по правде-то, офигевшая от такой наглости Майя сосредоточенно стала готовить чай, пытаясь прийти в себя, как от пощёчины, и обдумать ответ. Изучающе смотрел на неё всё это время Михалков. Теперь уже как истый научник, ради новых знаний готовый препарировать лягушек, а не добродушный мужчина, любующийся милой спросонья веснушчатой девушкой. В глаза её тревожные заглядывал, в лицо, залившееся краской. Серьёзно так сидел, без движения, локоть о край стола опёр и только голову поворачивал следом за Майей.
Ожил, только когда включился экран и на нём появилась наша великолепная лыжница в очередном своём спортивном старте. Убрал локоть со стола и выровнялся, сел прямо, тихо вздохнув, перевёл взгляд на экран с небольшим интересом. Немного посмотрел и на Майю, вернувшуюся за стол, взглянул в ожидании ответа. Ни слова не говоря. По всей видимости, чтобы не давать ей повода и лишней зацепки для перевода темы. Ведь обычно как оно бывает? Если собеседник задал неудобный вопрос, можно встать на мороз, заострив внимание на другой теме, поднятой в разговоре. Но когда вопрос задан и наступает тягучее молчание, фиг ведь отвертишься.
Заговорил снова Геннадий Борисович, только когда Пчёлка наконец сформулировала полностью свой ответ и озвучила его. Внимательно выслушал его старпом, кивнул понимающе и благодарно, ещё немного помолчал в задумчивости.
- Достойный ответ достойной женщины, - серьёзно сказал он, и в его устах это прозвучало похвалой или даже своеобразным комплиментом. Михалков хмыкнул и снова из серьёзного сделался прежним, расслабленным и улыбчивым. Хитрым лисом. - И вы меня, Майя Юрьевна, простите за прямоту. Я благодарен вам за честный ответ, хотя... - он отчего-то замялся, словно бы хотел опровергнуть её слова, но передумал. - Хотя это не моё дело, вы совершенно правы. Как друг, я беспокоюсь за нашего капитана, вы должны меня понять и, надеюсь, простите мою... некоторую бестактность. С ним я уже поговорил, да... Поэтому и пришёл к вам, чтобы найти для себя недостающие ответы, но теперь, мне кажется, головоломка складывается.

И снова наступил период молчания, на этот раз недолгий, и занял его Геннадий Борисович тем, что с благодарностью угостился предложенным чаем с молоком и конфеткой.
- Спасибо за угощение, - кивнул он, увлечённо дуя в чашку и отхлёбывая горячий чай маленькими глоточками. На старпомовских щеках проступил лёгкий чайный румянец. - Самый лучший завтрак, да.
Михалков глубоко вздохнул, поднимая на Майю свои слегонца насмешливые, но добрые глаза, приятственно улыбнулся девушке. Затем кивнул на открытую коробку из-под шахмат со всеми этими многочисленными рыцарями.
- Не сочтите за грубый намёк, Майя Юрьевна. Я-то знаю вашу историю. О том, что произошло несколько лет назад, мне рассказал Фёдор Михайлович. Я не выбирал специально такие шахматы, чтобы вызвать у вас неприятные воспоминания, не дай бог. Но и не буду отрицать, что хотел увидеть вашу реакцию. Просто чтобы понимать, как вы к этому относитесь. Если вы считаете, это слишком грубо с моей стороны, и если эти шахматы вас... не знаю, будут тяготить, напоминая каждый раз о прошлом, я их заберу и принесу вам взамен коробку обычных шахмат. Или карманных, с миниатюрными фигурками на магнитиках. Хотите?
Он сложил руки перед собой на столе, сцепив их пальцами, и серьёзно поглядел на доктора Светлову.
- Хотите знать правду? Мы оба с вами здесь немного психологи, Майя Юрьевна. Отвечаем за психологическое состояние экипажа. Скажу вам по секрету, как специалист специалисту. Ваше появление привнесло на корабль определённую... сумятицу, скажем так. Я наблюдаю значительную смену в поведении многих. В основном в лучшую сторону, не беспокойтесь, - заверил её Михалков. - Всё же, я считаю, правы сторонники теории о том, что женщина в команде положительно влияет на атмосферу в коллективе. Но мы сейчас с вами говорим о конкретном человеке. Так вот, - старпом доверительно склонился вперёд, - я вам ручаюсь, Майя Юрьевна, что таким счастливым нашего капитана я не видел уже много лет. И это делаете вы... А как хороший друг, я всегда за то, что идёт на пользу Фёдору Михайловичу.

Будто благословил же, ёлки-палки!

В этот самый момент одно за другим отзвучали два пришедших в личный кабинет сообщения, о которых просигналил планшет. Заглянув в личку, Пчёлка Майя увидела сначала ответное послание от Кайрата Тимуровича. Сообщение было необыкновенно ёмким и содержательным, как умеют писать особенно талантливые писатели, пишущие свои литературные работы по принципу «краткость - сестра таланта». Ответ майора содержал лишь одно слово без знаков препинания: «Глупости».
Второе письмецо оказалось от рядового безопасника Стругачёва Алексея Кировича. И было оно, на удивление, ещё короче Кырымжановского. Вот ведь талантище какой был сокрыт у нашего Лекса Кировича! В сообщении красовалось даже не слово. И не три буквы, какие некультурные люди пишут на заборах, в общественных туалетах, подъездах и в лифте. Ну, та самая алгебраическая формула, где икс и игрек перемножаются на букву «йот». Стругачёв прислал Майе один-единственный смайлик, виновато тупивший глазки и вертевший пальчиком.

- Ещё раз благодарю за чай, мне пора на мостик, - Михалков решительно поднялся. - Сегодня я собираюсь участвовать в высадке. Думаю, как специалист по науке, я буду полезнее капитана на планете с очень развитой цивилизацией, как охарактеризовали Кулимат жители планеты-анархии. Впрочем, мы этот вопрос ещё обсудим за завтраком, где соберётся весь экипаж. Что ж, старший лейтенант, имею честь, - Геннадий Борисович кивнул девушке и направился к выходу из кабинета.
Можно описывать действия до самого завтрака, в принципе, если не будет каких-то особых заявок, требующих отыгрыша.
  • О, еее! Наконец-то могу зайти на сайт и отплюсовать. Классный мужик. Поставил над Майей эксперимент, но харизматично поставил. Понравился пост - вкусный и дающий ответы.
    А ещё, Михалков очень хороший друг, в какую рань пришел! Сразу видно что Чижик ему важен.
    +1 от Лисса, 29.10.17 11:24

Новоиспечённая белая кошечка панически задёргала своими по-прежнему остренькими, но уже покрытыми шерстью, кошачьими ушками, а затем прижала их к голове и издала возмущённо-перепуганный жалобный писк. Больше похожий на разговоры в канализации, чем на кошачье мявканье-то. Аннабелла сжалась в комочек и в страхе затихла где-то в ворохе своей опавшей одежды.
А ведь мгновение назад она горделивой разъярённой фурией грозилась, что раздавит Батончика, как мелкую букашку, если мужчины не прекратят этот детский сад. Минуту назад она вообще могла развернуться и, не обращая на них внимания, походкой гордой королевы - шахматной, быть может, а не эльфийской - отправиться к дому тёти, который она, кажется, уже знала, где искать. Но нет... проклятая гнизговая магия сработала и - вот! Вниз полетели арфа - слава папе Оберону, что в надёжно защищённом чехле, - коробка с шоколадом... И вторая серёжка с изумрудом полетела на землю и укатилась куда-то. Угощайся, вечно голодный Батончик! И сама Аннушка нырнула вниз-то, в одно мгновение из эльфийской принцессы сделавшись какой-то блохастой мелкой гадиной. Ну, она пока не знала про блошек-то, и своего отражения ещё не видела. Может, она вообще в крысу превратилась, а ни в какую не кошку.
Аннабелла испуганно притихла, приникнув к тёплой, нагретой телом внутри ткани своего эльфийского платья. Страшно ей тут стало. Новые звуки, новые запахи. Целый новый мир обрушился на неё в новом обличье. А кошки, оказывается, слышат лучше эльфов! И обоняние их намного острее. Запах дождя, кстати, Анни понравился - но не сам дождь, конечно. Хорошо, что над ней всё ещё волшебный зонт, а то бы стала она мокрым и жалким котёнком, которого на руки возьмёт только какая-нибудь добрая душа, а больше безучастных пройдут мимо.
И тут Аннабелла поняла, что на ней больше нет НИКАКОЙ одежды! Только шерсть была видна - приятная на вид светлая шёрстка.
- Мя-я-а-а! - прозвучало стыдливое кошачье «не-е-ет!», а лапки передние сами потянулись, чтобы в типично женском жесте прикрыть то, что кошкам, в общем-то, не имеет смысла ни от кого прятать, ибо не видно же, если только специально не смотреть.
И что же ей теперь? Тоже пить, курить и материться, как Перри???!

А потом послышался шипяще-писклявый голос, в котором Аннабелла с удивлением узнала... дракониска. Ну, то есть, она поняла, что это был он. И она его понимала! Кошкин ротик изумлённо приоткрылся, розовый язычок в волнении показался из него, облизнув пересохшие губы. Фу-фу-фу! И тут шерсть! Как у бородатого мужика какого-нибудь! От отвращения хотелось стошнить. На языке теперь отчётливо ощущались волосы. Ещё один брезгливо-жалобный мявк раздался из эльфийского платья.
Испугавшись, что Батон на неё и правда нападёт в отместку, Анни попыталась с ним заговорить как могла по-кошачьи своим новообретённым тонким голосочком:
- Мняу ньравится роза, нё Джерри сказал, мявк, ты делаешь няу нястоящие украшеняу, а фальшивые, и они потом-мяу испаряются. Разве это няуправда? Няу обижайся, нё ты ведь ещё и мяу серёжку съел.
Фу, какой противный голос с ужасным кошачьим акцентом! Аннабелла стыдливо зажмурилась и покачала головой. Потом принюхалась и облизнулась, почуяв блаженный аромат рыбки. И зафыркала-заотплёвывалась, снова ощутив языком шерсть, да ещё усы. Усы! У принцессы Фейерии!
- А-а-а-а, - дребезжащим в ужасе голосом протянула она, - Перри, убей меняу! Я няу переживу этот позор!

Дёрнула ушком, подняла мордочку, прислушиваясь к писку из канализации. Мыши! Фу, гадость какая! Так бы и съела их!.. Что-о-о???!!! Аннабелла сделала большие и круглые глаза от такой мысли и накрыла лапкой мордочку, как ладонью лицо. Интересно, кошки умеют краснеть от стыда? Потому что если да, то она из белой уже давно бы стала пунцовой.
Что ж, удачи этим... дивнийцам в войне с гнизгами. Пусть они и мыши, но мыши всё же самую чуточку миловиднее крыс. И, наверное, на вкус слаще и нежнее.
- Ой... опя-я-ять... - мявкнула Аннушка и испуганно поглядела на огроменную когтистую лапу, возникшую где-то в светлом пятне над воротником платья.
Зажмурилась в страхе, задрожала как осиновый лист, но не сопротивлялась наша Беллочка. Ведь это же Перри, а он ничего плохого ей не сделает. Правда? Если сделает, его потом папа-король в любом уголке любого мира найдёт и накажет своей карающей дланью... Что они там про двух золотых грифонов говорили?
И тут она услышала голос Джерри-Александрила и занервничала, завозилась в коднарской лапище.
- Няу показывай меня-яу ему! - запричитала кошечка. - Я в няуприличном виде! Ням, приньцессам-мяу, няульзя так!.. А-а-а, я же даже няубритая!!!
  • Беллушка чудесна! :)
    +1 от Лисса, 28.10.17 13:46

Окуньков храбро сделал цельный глоток голубоватой жидкости, и в тот же миг ранка на плече зачесалась и перестала болеть окончательно, а через десяток секунд перестала даже зудеть и покрылась корочкой старой кожи вперемешку с успевшей вытечь засохшей кровью. Более того, Петюня почувствовал заряд бодрости во всём теле. Белл подумал, что в бутылочке, должно быть, микстура жизни, и оставалось её там ещё прилично. Так что да, взять с собой было не лишним. Заодно юноша припомнил, что у него уже есть фляжка с неизвестной жидкостью, найденная после схватки с агрессивным павианом. И на вкус оба напитка были похожи, хотя та, вторая жидкость во фляге, была бесцветной.
Даже не попробовав открыть крышку люка и заглянуть в подпол, Петя решил проваливать отсюда подобру-поздорову, ориентируясь на свою (или Беллову) «жопочуйку». Может, оно было и к лучшему. Выйдя из часовенки, он огляделся. Река была не близко, до неё топать несколько минут. Да, двор был настолько огромным! Но что Петя терял? Да ничего. Даже потерянное время не играет роли, когда у тебя в запасе неограниченное количество жизней.

Через пару минут юноша достиг реки. На другом её берегу были разбиты палатки, горели костры, между которыми сновали гоблины и орки. Первых раньше Петя не видел, да и сир Белл тоже, но это явно были они - вообще они внешне напоминали орков, только щуплых и невысоких... ну, гоблины в этом мире оказались в рост человека, в то время как орки были значительно более крупными.
Река подходила к высокому центральному строению и заканчивалась у него, как дорога у ворот, но по шуму воды Окуньков понимал, что она небольшим водопадом стекает куда-то вниз, в подземелье. Что ж, теперь после проведённой разведки можно было либо направиться к зданию в центре двора, либо попытаться перебраться через реку. Тут могли помочь заклятия Плавания или Левитации. А ещё Белл внутри Пети подумал, что если воспользоваться заклятием Плавания и поплыть по течению реки, то, может быть, удастся проникнуть в подземелье замка.
+1 | Герои не умирают, 27.10.17 17:41
  • Класс! Снова плаванье ^^ Окунёк любит воду :Р
    Нравится пост. Немного, но очень интересно!
    +1 от Лисса, 27.10.17 18:14

Похоже, что странница решила впредь игнорировать любые Ярровы высказывания насчёт соития и прочих радостей жизни. Она и бровью не повела на его пассаж и не стала никак его комментировать. Словно бы мимо ушей её всё это пролетело и не задержалось.
Лиана огляделась кругом после его «не нагнетай», нахмурилась, подумала немного и... вдруг улыбнулась.
- Твоя правда, куда нам торопиться? Я ведь с детства мечтала побывать в Древограде, а получается, пришла - и сразу уходить? Сама себе противоречу, это точно, что нагнетаю. Непорядок, - покачала она головой и поглядела в спину пошедшему к тележке с одеждой волшебнику. - Только я ведь думала, ты побыстрей от проклятья своего избавиться хочешь, вот и поторапливаю. Но если ты терпишь, как я могу быть против?
Она развела руками, в одной из которых был зажат кожаный футляр для карт. Посмотрела на него задумчиво.
- Ты же сам попросил показать карты, - возмутилась Лиана, но тут же и передумала возмущаться. - Ладно, пошли искать трактир. Хотя есть у меня сомнения на этот счёт...
Своими сомнениями делиться девушка не стала...

Зато они стали понятны чуть позже. Когда Ярр оделся - друиды положили для него в тележку расписную белую сорочку и чёрные штаны, неожиданно в точности угадав с размером - и они с Шустрой шустро двинулись в сторону скоплений местного древоградского люда, первые же спрошенные друиды на вопрос про трактир или иную харчевню отвечали, что у них ничего такого нет. Мол, каждый, кто проголодается или захочет пить, может сам взять себе и еду, и питьё, сколько нужно, чтобы насытиться. Еду как готовую - им показали, где у них хранятся разные каши, салаты и прочие приготовленные яства - так и плоды разные прямо с куста: фрукты, овощи с грядок, орехи и ягоды, грибы... здесь всё это было, нужно просто было знать грибные и прочие плодоносящие места.
У Ярра в ходе этих разговоров появились сильные подозрения, что друиды питаются одной травой. Ну, в смысле, мяса в пищу не употребляют от слова совсем и найти его тут невозможно. Хмельного тоже могло не быть - тут надо было узнавать. Судя по Лианкиному лицу, ей и самой такое положение вещей не очень-то нравилось. Ну да, ну да, если вспомнить вчерашнюю зайчатинку... она ведь тоже любила мясо.
  • Ай классно ^-^ Люблю нашу игру.
    А Яррик-то и в самом деле противоречивЪ :D
    +1 от Лисса, 20.10.17 18:44

Комплименты Александрил сыпал щедро, не жалел, удобрял ими принцессу, как корова землю своим навозом, и примерно так же, как земля, чувствовала себя наша Аннушка: вроде бы и приятно, и тепло, но грязненько и запах какой-то уж больно сомнительный. Оттого выражение лица у эльфийки было неоднозначным, пока она выслушивала поток джеррийского красноречия. То хмурилась немного, озадаченно бровки опуская, то силилась улыбнуться, хотя бы краешками губ, то всё же смущалась немного и на щеках ненадолго проступал румянец. И хотелось бы знать принцессе, что значит эпитет «втемная»: то ли оно обозначает, что в тему вникла, а то ли про темень какую-то намекает. Может, оно даже пощёчины заслуживает, как знать.
- Нда, джинн говорил куда красивее... - совсем уж тихонько пробурчала она себе под нос, когда речь зашла про жалкую последнюю струну на горе-гитаре никчёмного поэта.
Ну, поэтично же. Вот только это поэзия низших сословий, которую принцесса плохо понимала и не умела ценить по достоинству. Всякие возвышенные метафоры, звучавшие из уст джинна, ей намного больше нравились. Эх, Джерри, как жаль, что ты не Джинни. С другой стороны, и Аннабелла наша была хоть и принцессой, но не Жасмин, а коднара звали не Аладдином.
- Вот и договорились, - не став благодарить нахала за подозрительные комплименты, девушка значительно, с королевской гордостью, кивнула ему, нервно дёрнула ушком и уже стала разворачиваться, чтобы идти дальше, как...

Опять начались неприятности. И снова в них виноват был коднар!

- Э-эй, ну вы чего, а? - растерялась и испугалась эльфийка, часто-часто заморгав, глядя попеременно то на грозного дядю Перри, то на решившего дать отпор Джерри. Теперь уже оба острых ушка задёргались то одновременно, то попеременно.
В первый раз в жизни Аннабелла столкнулась с таким явлением, как выяснение отношений между мужчинами... тем более, из-за неё. Мужской дракой. Этими разборками самцов за право горделиво называть себя альфа-самцом, единственным достойным находиться рядом с альфа-самкой, за которую, собственно, они и дерутся. И Анни не знала, что ей делать. Как их остановить. Что-то подсказывало, они её уже не послушают, если она попытается встать между ними и помешать начаться бойне. Она уже началась. Мужчины были на взводе и в лучшем случае просто вежливо отставили бы её в сторонку, а в худшем бы обвинили её во всех бедах и дружно поколотили. Ну, или, скажем, ремнями отшлёпали... или что там у коднаров? Хотя нет, это уже был бы перебор. Ну, в худшем могло бы случайно и ей прилететь...

И тогда Аннушка наша крепко зажмурилась, пальцы в кулаки сжала так, что ногти впились в нежную кожу ладоней, и вдруг, открыв глаза, ка-а-ак закричит! Да так гневно, что аж из причёски кто-то мелкий выпал с перепугу.
- А ну-ка немедленно прекратили! Что вы, как дети малые?! Перри, убери свои грабли от меча! - наставила она руку в гневно-указующем жесте на коднара, затем перевела её, будто ружьё, на эльфа. Поглядела в беспокойстве на чарный огонь, зарождающийся в его ладонях. - А ты... ты... остынь, а не то я... я...
«Что я? Что я?!» - панически запрыгали мысли внутри головы, прямо как вошки-блошки снаружи. И тут она увидела крадущегося к розе дракониска и... подхватывать его в руки времени уже не было. Аннабелла подняла ножку и наступила на него, прижав бедолагу к земле.
- У меня заложник! - крикнула она грозно. - И я его поджарю, если вы оба не угомонитесь и не извинитесь друг перед другом! Какие вы оба мужчины?! Мальчишки!
Глаза принцессы сверкнули гневом, и на кончике указательного пальца вспыхнул тоненький и неуверенный, как у спички, огонёк.

Справедливости ради стоит сказать, Анни совсем не была живодёром, скорее даже наоборот - она любила разных животинок, ну, кроме крыс и мышей, и прочих противностей, ага. Поэтому Батончику ничего, кроме испуга, не грозило. Она даже вот придавила его несильно, не желая делать тварючке сильно больно. Но всё же так, чтобы не вырвался из-под каблучка. Анни блефовала.
Вот только угрозы эльфийки, так подумать, укладывались не в очень-то стройную картину. Ведь коднар наверняка был бы только счастлив, если бы с дракониском что-то случилось нехорошее. А значит, успокаиваться ему совершенно не было смысла. Ему было ВЫГОДНО продолжать драку!

Ох, хоть бы проклятье сейчас не проявилось снова. Ведь принцессу обуял шквал эмоций...
  • Жгёшь! Чудесный пост)
    +1 от Лисса, 19.10.17 16:32

Не догадывался Фёдор Михайлович об истинных переживаниях Майи Юрьевны. Видел, что с девушкой творится что-то не то, молчит она много - это ей совершенно не свойственно и уже сигнал для тревоги. Красная кнопка зажглась будто - сразу видно, что с Молнией-Светловой что-то не в порядке. Но списал это бывший учитель на ссору с Алексеем. На тяжесть от неудавшегося просмотра фильма, омрачившегося ссорой с другом. Может даже, на некоторую обиду и гнев Майи в адрес его, Чижика, за то, что пытается он защищать безопасника, заступается за него, слова про него хорошие говорит, в то время как он - «Сволочи! Подонки!» Вон как глаза светловские гневом горят... Не понимал педагог со стажем, что сейчас творится в душе идущей рядом девушки. Ошибочно положился на логику, в то время как, что касается женщины, тут о чувствах надо думать. Её чувствах - в первую очередь.
Но вообще-то он сам здорово перенервничал из-за этой ссоры. Причин на то было много. Больше, чем несколько. И дело не только в чувстве вины за поданную идею вместе посмотреть видео, которая стала роковой ошибкой. Дело ещё и в том, что едва-едва возобновившаяся, хрупкая ещё очень дружба между двумя его бывшими учениками дала трещину, раскололась почти напополам, и трудно теперь будет склеить две половинки этой дружбы. Аккуратно склеить, так, чтобы не развалилась она окончательно, не разбилась вдребезги на мелкие осколки, которые уже не соберёшь и не склеишь.
Но и это ещё были не все причины беспокойства Чижика. Он - капитан звездолёта, они - медработник и безопасник, члены его команды. Ни в коем случае нельзя допускать раскола в коллективе! Это не приведёт ни к чему хорошему. В таких случаях капитаны обычно направляют рассорившихся членов экипажа к корабельному психологу, если он есть, а если его нет - то к бортовому врачу, по совместительству часто выполняющему подобную функцию. Но как быть, если один из буянов - и есть врач? Впрочем, на этот случай имелся старший помощник Гена Михалков - в его обязанности помимо прочего входило следить за порядком внутри экипажа и налаживать сложные внутриколлективные взаимоотношения в случае их разлада.
Ах, если бы этими тремя причинами всё и ограничивалось... Но нет. Больше всего Фёдор Михайлович беспокоился за Майю. За её чувства и обиды. За то, чтобы тяжёлое прошлое не растоптало то светлое, что у девушки было в настоящем. За что она держалась всеми своими силами, хваталась свежими, молодыми, неокрепшими ещё корнями ростка, пустившего их в, казалось бы, уже срубленном пне, безнадёжно утраченном деревце. Ан нет - оно снова жило. Снова росло ввысь и вытягивалось. Тянулось к солнцу, с каждым днём становясь стройней. Готовясь зацвести в первый раз после своего второго рождения. Уже появились первые, несмелые бутоны, пока ещё закрытые. Уже запахли они весенней свежестью...
Очень боялся Чижик, что эта ссора всё разрушит. А потому не видел, казалось бы, очевидного. Зациклившись немного на своих страхах. Не видел, что Майя страдает сейчас не из-за Стругачёва.
А из-за него.

- Горжусь, - только и кивнул он упрямо в ответ.
По правде говоря, слова Пчёлки, этот её ответ на его похвалу за целеустремлённость, на признание в том, что гордится ею... они только подлили масла в огонь его опасений. Ну так и есть, подумал Чижик, чёрное зерно этой ссоры пустило свои первые ядовитые ростки. Майя уже ведёт речи, близкие к депрессивным («дайте мне револьвер, я застрелюсь»), а её «спасибо, капитан» прозвучало как-то... неискренне. Неестественно прозвучало-то. Будто хотела она сказать: «Спасибо, конечно, что вы мной гордитесь, капитан, но вы делаете это совершенно напрасно, так как я этого не заслуживаю и самой мне нечем гордиться». Вот как-то так это прозвучало.
«Розу и револьвер... м-мда...» Фёдор Михайлович растерялся. Он пришёл в замешательство и даже не нашёлся, что ответить. Её моральное состояние пугало его как мужчину и серьёзно беспокоило как капитана. Она говорила так, будто снова переживает этот момент. С розой и револьвером. Только ей уже не двенадцать. А револьвер... он у неё был. У старшего лейтенанта Светловой. Штатный бластер, положенный каждому члену экипажа, как военнослужащему ВКС.
- Н-да... блин... сплошные блины, - вздохнул Чижик, и до кухни больше ни слова не проронил. Но было видно, что он из-за чего-то сильно переживает. Он смотрел на неё с беспокойством.
Да нет, глупости, конечно, про бластер. Просто к слову пришлось. Он абсолютно в это не верил. Склонные к суициду не проходят медкомиссию. Да и Светлова? Эта пробивная целеустремлённая девушка? Но вот депрессия... она могла выжечь её изнутри. В её адекватности Чижик не сомневался, но не был уверен, справится ли она с обстоятельствами, бьющими по живому. Не замкнётся ли, не уйдёт ли в себя.

Он боялся её потерять.

* * *

Если первый помощник капитана Геннадий Борисович что-то и подозревал - а он наверняка ведь подозревал, судя по этому многозначительному «УГУ», - то никак этого больше не показывал. И виду не подавал, будто что-то такое странное усмотрел в действиях капитана: в этой его неуклюжей попытке спрятать бутылку с шампанским за спину, в порумяневшем его лице, в сказанном в замешательстве отчестве Майи Юрьевны. И в посуде, расставленной на подносе, тоже. Хотя бокалов и чайных кружек там было по три штуки, можно было посчитать и принять за правду версию Чижика про совместный со Стругачёвым просмотр фильма.
- Я даже Данко обыгрывал, - прихвастнул польщённый похвалой блондинистый мужчина, с лёгкой усмешкой поглядев на усевшуюся девушку. Смотрел он на неё ровно, спокойно, но ей показалось, что его взгляд таит тень любопытства. Хотя, действительно могло померещиться. Михалков вежливо уточнил: - На обычном уровне сложности, правда. Это довольно трудно. Не представляю, как его обыгрывать на высокой сложности. Но ведь я и не гроссмейстер, и даже не мастер спорта, а всего лишь кандидат... ещё в школьные годы увлёкся шахматами, потом стало немного не до них, - отчего-то разоткровенничался старпом. Скользнул взглядом по Чайнику Судьбы, согретому в объятиях Пчёлки, приятно так, душевно улыбнулся. - Ваш друг, надо полагать?
Михалков бросил ленивый взгляд на Бережного - казалось, будто ему лень повернуть шею, но, по видимости, он просто не хотел отрываться от общения с Майей.
- Ради бога, болейте за кого вам угодно. Спартаку нашему Валерьевичу группа поддержки точно не помешает. Боюсь только, кавалерия прибыла поздно. Эшелон уже в пути и пустить его под откос вряд ли выйдет, - он показал ладонью на «съеденные» белые фигуры Бережного. - Но, уж извините, не могу с вами согласиться насчёт выигрышей. Наверное, от человека зависит, как он к ним относится. Я считаю, мы живём лишь ради победы - не важно, в чём... но победа должна быть честной, - серьёзно сказал Михалков, но затем снова расслабился. - Другое дело, что выигрывать у заведомо более слабого противника не так интересно и может наскучить. Но я слишком люблю эту игру древних мудрецов, чтобы отказать Спартаку Валерьевичу в попытке реванша.

С интересом Михалков посмотрел на подходящего к столу шахматистов Чижика, оценивающим взглядом окинул выглаженные брюки, белую рубашку капитана. Задержался на его лбу ненадолго, ещё раз, после столовой, изучая новую причёску Фёдора Михайловича, и перевёл взгляд на шахматную доску. Спартак Валерьевич как раз ожил и неуверенно походил конём, зависнув им на тягучие пять секунд над доской. Поставил его на чёрную клетку, с трудом опустил и выдохнул с некоторым облегчением. Не от того, что ход был уж больно хороший. От того, что принял решение и отступать было поздно.
- Так-так-так... - старпом словно бы отключился от окружающих и полностью растворился в игре, не сводя внимательного, нащупывавшего комбинации взгляда с шахматного поля.
- Ну, раз Спартаку Валерьевичу нужна поддержка, то мы её окажем, - бодро сказал Чижик, становясь сзади Майи, после чего без раздумий положил руку ей на плечи и склонился к ней, практически приобняв девушку. Глядел он на доску с фигурами, но его лицо было... так близко. Сбоку и чуть выше, ведь он стоял, а она сидела. Достаточно лишь повернуться друг к другу и чуть-чуть сблизиться, и можно коснуться губами. - Правда, Майя?
- И ты, Брут, - шутливо буркнул Михалков, скосив взгляд на их композицию, сейчас, наверное, так напоминавшую одну из тех влюблённых парочек, что всегда и везде в обнимку. Пусть даже обнимает только один из них.
  • Поздравляю с годом игры!
    А пост замечательный, самое главное, он очень светлый в конце, дающий просто мыслям. Воображению. И Майе :)
    +1 от Лисса, 18.10.17 11:25

- А щас доедем до моста, сам всё и увидишь, - ответил царёв министр. - Грамоте, поди, обучен? Там написано всё.
И правда было написано. Рядом с бюстом лысого дядьки табличка имелась приколоченная, из металла диковинного, и на ней выгравированы были следующие слова: «Я, могущественный волшебник Кари-Гари Длиннобородый, создал этот прекрасный мост, чтобы тебе легче шлось, путник, в столицу государства славного царя Гороха! Поблагодари же меня, когда будешь пользоваться славными плодами моих добрых и великих деяний!»
Внизу была приписка мелкими буквами от руки мелом: «Благодарность волшебнику сыпь сюда» - и нарисованная стрелочка указывала на прорезь... в лысом черепе волшебника, для монет-то прорезь, как в копилках. Кстати, приглядевшись, Звериков вдруг понял, что бюст установлен так, чтобы хрустальный мост казался его продолжением, вместе с ним составляя композицию лысого дяди с длиннющей бородой из хрусталя.

От похвалы городу Пафнутию сделалось хорошо. Расцвёл он, пухлые щёки разрумянились, голос бархатным стал, ласковым.
- Царьград - это тебе не шушера какая-нибудь лихоземельная, - довольно отвечал он. Палец перед собой поднял. Эдик хоть и сидел сзади, а видел. - Столица, как-никак! А всё благодаря кому? Я ж тут первый человек после царя-батюшки, кумекаешь? Царь уже пожилой, делами хозяйственными ему заниматься в тягость. У него забот государственной важности полон рот. Наследниками пока не обзавёлся - вот выдадим царевну замуж, там и муж будет, и внуки пойдут. А пока я тут хозяйничаю... в хорошем смысле. Ну, ты сам видишь, - Пафнутий широким жестом обвёл стены города, а затем достал из складок своего золотого кафтана монетку и кинул её в дырку в лысой голове волшебника Кари-Гари. - Ты тоже кинь монетку, не жадничай. Не обижай волшебника.
  • Крууууто! Приятная пасхалка! :D
    +1 от Лисса, 16.10.17 16:15

Чтобы как следует разглядеть «мышей-переростков», да и осмотреть домик, Пете пришлось сначала всё же подойти к окну и откинуть ставни, ибо в помещении по-прежнему было хоть глаз выколи, как темно. Свет от двери, конечно, шёл, но его не хватало. А вот когда откинулись ставни и слабый свет из окна проник в домик, Петя наконец увидел своих убитых вражин и понял, что у страха глаза велики. Летучие мыши были крупные, но, кажется, вполне обычные. Порода просто такая. Однако укус на плече сильно болел - если бы Окунёк не порубил их в капусту, закусали бы до смерти, это точно. Машинально потрогав плечо, Петя обнаружил там кровь. Немного - поводов для паники не было.

Осмотревшись, Петюня увидел тяжёлый кованый сундук в углу и... крышку какого-то люка! Скорее всего, ведущего в подпол. Ну, он выглядел как крышка погреба. Но, может, это вход в подземелье? Бинго же! Вот только Беллу хотелось сейчас одновременно заглянуть в сундук и исследовать люк. А ещё он испытывал противоречивое желание не терять времени и уходить отсюда, чтобы найти другой путь в подземелье. Вряд ли этот люк туда вёл, ему казалось.
+1 | Герои не умирают, 12.10.17 04:29
  • Ооох, что ж там в этом люке?)) Даже страшноватенько стало.
    +1 от Лисса, 13.10.17 09:27

Их взгляды встретились и на несколько томительных мгновений задержались друг на друге, не имея ни сил, ни желания оторваться от этого внимательного и такого близкого взгляда дорогого тебе человека. Взгляда, несущего за собой всепробуждающий огонь спокойствия и уверенности в завтрашнем дне. В том, что всё действительно будет хорошо.
«Я. Вас. Прощаю», - сказала она, повторила она, сосредоточившись на его глазах. А он не отвёл их в сторону. Он лишь в первый миг растерялся немного, но затем и на лице Фёдора Михайловича проступила уверенность. Он помолчал пару секунд и кивнул, то ли в знак благодарности, то ли понимания. Чуть крепче сжал пальцами перехватившую его ладонь узкую кисть девушки.
- Спасибо, - снова кивнул.
Забавный. Растерянный немного, пытающийся подобрать слова. Он ведь не на уроке сейчас был, где мог шпилить материал без запинок и остановок, пересказывая на свой лад содержимое параграфа. Это была жизнь. А в жизни случаются моменты замешательства. Смущения. Волнения даже. Когда сердцем ты знаешь, что хочешь сказать, но не можешь это выразить словами. Чувства - они намного глубже слов. Не всегда можно их выразить ими. Поэтому ведь существуют прикосновения. Язык тела.
- И я... Я тоже - Тебя - Прощаю, - слегка поспешно произнёс он, будто боялся опоздать, не сказать эти слова вовремя. Чуть задержишься - и твой поезд уедет в ночь. Унесёт собеседника на ночном экспрессе в неизвестные дали - и ищи его потом, как ветер в поле. Но Фёдор Михайлович смутился и повторил уже медленнее. Проникновеннее. Тише. Глядя ей в глаза. - Я. Тебя. Прощаю.

Момент, когда растерянность зашкалила. Майя принялась расстёгивать пуговицу на рукаве его белой рубашки, и брови капитана удивлённо и как-то очень уж медленно стали подниматься. Застывший на её лице взгляд опустился к руке и сделался забавно-недоумённым. Девушка почувствовала, как напряглась его рука, которую она сейчас... раздевала.
Чуть дёрнулась. Словно бы хотела вырваться из её длинных пальцев, отстраниться, но оставалась на месте вопреки этому порыву. Хотела познать запретный плод, который сладок. Ведь не всегда он таит яд за румяной кожурой. Не обязательно там, за запретными стенами, война и разруха. Может, наоборот? Это здесь царство скуки и уныния. Резервация сатаны, где грешники проходят свои девять кругов ада. А там, за таинственной стеной - рай на земле. В который так хочется вернуться согрешившей душе. А что, если она заслуживает на второй шанс?
Чижик не отстранился, хотя Майя Юрьевна - опытный доктор - чувствовала, что в этот момент он немножечко испугался того, что за этим следует. Напряглась рука. Стало жёстче ощущаться запястье. Дрогнула синяя венка, пробегающая через него. Взгляд мужчины чуть насторожённым стал. Не недоверчивым, отнюдь. У Фёдора Михайловича ведь не было причин ей не доверять. Но ожидающим чего-то... смелого. Необычного поступка с её стороны. Ещё одного шага навстречу. Только что он его сделал, погладив Майю по щеке. Капитан с шумом, коротко втянул носом воздух, но не выдохнул. Набрал его в лёгкие и замер, глядя на то, что делает девушка. Затаив дыхание. Приоткрыв слегка губы и не заметив этого. Напряжённо глядя на Майю, коснувшуюся своими алыми губами его бледной руки.
В груди что-то ухнуло от этого простого, безобидного вроде бы, но такого горячего и много значащего поцелуя. Щёки запылали румянцем и бледнота отступила. И даже рука больше не казалась такой бледной, словно бы и она, сама по себе, могла испытывать смущение.
- Всё... будет... хорошо... - делая большие паузы между словами, шёпотом, тихим эхом повторил её слова Фёдор Михайлович.
Испытал он заметное облегчение, когда на этом Майя и остановилась. Не стала продолжать то, что он мог назвать истязанием. Это была сладкая мука. Миг блаженства, приправленный всеми накопленными опасениями. Возможно, это всё были глупые предрассудки, но они всё ещё беспокоили бывшего учителя. Он был намного... намного старше, и это уже никак не исправить. Хотя разница, если подумать, между ними не очень огромная. Четырнадцать лет их разделяло. Нельзя сказать, что он ей годится в отцы. Да на Земле множество супружеских пар имели похожую, а то и бОльшую разницу в возрасте. Нет, дело не в этом. Просто... просто предрассудки. Эти чёртовы предрассудки. Ей семнадцать. Фактически она ещё несовершеннолетняя даже. Нет... хотелось обо всём этом забыть. Вот сейчас ему хотелось разбить все эти предрассудки как цепи, отделяющие пленника от заветной свободы. Поймать её лицо в ладони и...
- Всё будет хорошо, - уже увереннее повторил он и облизнул пересохшие губы. Жарко стало мужчине. Невмоготу стало смотреть ей в лицо и не думать об этом поцелуе. И о своих затаённых желаниях. Нет, только не сейчас. Чижик отстранился от девушки. У него тоже кружилась голова. - Сейчас... Да... ты иди, я сейчас, - кивнул он, не глядя на неё. - Выпью лимонада. Что-то мне... - капитан не договорил и почему-то посмотрел в сторону щелей кондиционера.

Он задержался, только чтобы налить себе полбокала фанты и залпом выпить её, после чего с опустевшим бокалом пришёл в ванную следом за Майей. Прохладная газировка остудила немного, помогла успокоиться. От сердца отлегло и радостно даже стало немного отчего-то. Может, от вида бойкой девчушки, хозяйничавшей возле умывальника. Не очень-то, по правде, для мытья посуды приспособленного, но вполне годившегося и для этой цели. От её улыбки, которая расцвела на алых губах. От звонкого и бодрого голоса, в котором звучала жизнерадостность. От душистых запахов, заполонивших небольшое помещение ванной комнаты.
Фёдор Михайлович слушал с интересом, ассистируя Майе с посудой. Всё же двое за одной раковиной друг другу мешали бы - пришлось девушке мыть тарелки и чашки, а Чижику только подавать грязное и принимать вымытое. Внимал ей капитан, и в его пронзительно-глубоких глазах читалось понимание. Немного грусти, когда она заговорила о семейном, о своих не самых удачных взаимоотношениях с Юрием Аркадьевичем. Интерес, когда Майя про жемчужину в своей квартирке упомянула. Лёгкое осуждение за красное словцо, которым она подчеркнула ту самую, выделенную интонациями фразу. Но и тёплую радость за девушку он испытывал. Хорошую такую, добрую и светлую, по-человечески понятную радость.
Вот только разговор прервало возвращение Стругачёва. Они как раз домыли посуду и уже собирались выходить в спальню из ванной, как услышали шум двери, а затем и шаги Лёхины услыхали.

* * *

Он всё понял.
Майя по глазам его, сразу потускневшим, по лицу побледневшему и по поникшим плечам это увидела. Стругачёв опустил руки, когда осознал, что никаких примирительных обнимашек не последует, отступил от Светловой. Выдохнул устало и к чайнику отошёл, будто по команде, едва услышал просьбу девушки. Поставил его кипятиться, а сам постоял немного у стола, не оборачиваясь к Майе и Чижику.
- Вы это... без меня досматривайте, ладно? Я на дежурство опаздываю уже, не хочу задерживаться. В первый раз нужно отнестись к этому ответственно, - упавшим голосом говорил Лёха, уже направляясь бочком к двери. - Мне ещё зайти переодеться надо, то, сё. Вы без меня. Главное я уже увидел, всё нормуль, - было видно, что не всё «нормуль», но рыжик уже был у двери.
- Стругачёв, - окликнул его негромко Фёдор Михайлович. - Я же капитан. Ты можешь у меня отпроситься хоть сейчас. Ничего не случится, если ты на полчаса задержишься. С моего разрешения.
- Нет-нет, Фёдор Михайлович... то есть, капитан, - взмахнул Лёха ладонью. - Не нужно таких жертв. Я всё увидел и буду убегать, ага. Спасибо, что позвали посмотреть, было интересно всё вспомнить. Может, ещё как-нибудь того... соберёмся... да... - он бросил быстрый взгляд на Майю и вышел за порог. - Ну, до завтра... или послезавтра, я ж сутки дежурю. Спасибо, Майя. Спасибо, Фёдор Михалыч. Всего хорошего. Доброй вам ночи, - почти протараторил он и исчез за дверью.
Майя помнила Алексея Кировича ещё в детстве. Так он себя вёл, когда на что-то обижался. Или чувствовал себя виноватым. Или и то, и другое вместе. Но, кажется, обиды было больше.
- М-мда, - тяжело вздохнул Чижик, который тоже всё понял. - Вот и посмотрели... Наверное, это была плохая идея...
Он нахмурился и поглядел на Майю.
  • Замечательно!
    Наверное, это была плохая идея...
    Да лаааадно, разве всё, что в этой комнате произошло было плохо?) Мне понравилась реакция на поцелуй, хотя жаль, что это немножко пыткой было.)
    +1 от Лисса, 12.10.17 09:15

Если от комплимента ей и стало приятно, то виду девушка не подала. Волком на Яррике смотрела. Видать, не сработал его комплиментец-то. То ли из-за морды травоядной, то ли пойми эту странницу. Ведь, если проклятье не принимать в расчёт, такой красавец был перед ней! И чего ещё надо, спрашивается? Ну, чтобы спинку там потереть и не в одиночестве чтобы...
Ан нет, назад от тебя она подалась, Ярр. Очами гневно сверкнула - будь её грозная глефа при ней, так бы и схватилась, поди. Но расслабилась девица в этом спокойном месте, не предвещавшем никаких бед и опасностей, оставила оружьице-то своё вместе с одеждой, которую ты, Яррике, тактично решил не трогать и не шарить по чужим сумкам. Мимо сложенных вещей Лианы проплыл прямиком на её голос и плеск. А теперь вот она даже защититься от тебя не могла, если только не кулаками. Но ведь она же не просто путница, Ласка, ты помнишь об этом? Шустрая ещё и воительницей была, туда-сюда, могла и голыми руками навалять, небось. Лучше не проверять и не навязываться ей, не испытывать её терпения! Ведь и передумать может тебя-то с собой брать. Не посмотрит, что ты оченно полезный волшебник, и пошлёт тебя на три весёлых буквы.

- И вам не хвОрать... - донеслось до Ярра старческим голосом.
Друиды меж тем разделились - старец развернулся и пошёл прочь, а женщина невозмутимо подкатила к бережку обе тележки. Внутри можно было заметить, если приглядеться - а зрение у Ярра было преотличное - чистые полотенца и одежду, мыло и мочалку, ещё что-то. Одна из тележек явно была для него, вторая - для девушки, это можно было понять по одежде. Там - штаны и сорочки, а там - что-то вроде белого сарафана. Ну, насколько можно судить издали.
А ещё эта пожилая дама на Яррике покосилась, когда он вынырнул из пруда, и глаза её, кажется, заинтересованно блеснули. Или то просто солнце в них отразилось. Но, оставив тележки, она повернулась и направилась обратно, откуда пришла.

До друидов Лианке никакого дела не было - её беспокоило приближение мага. Заметив, что он то ли идёт, то ли плывёт к ней, странница мелкими шажочками засеменила в воде назад, прочь от него, всё так же прикрываясь руками. В кристально чистой, прозрачной воде ведь ничего не скроешь.
- Э-эй, не приближайся, а не то... Иди куда шёл! - неуверенность появилась в её голосе. Видать, не по себе девице стало, в одночасье лишившейся что всей одежды, что оружия. - Спинку я ему потереть обещала, видите ли... - фыркнула Лиана.
И в этот момент продолжавшая отступать девушка оступилась, зацепившись ногой за какое-то подводное растение, потеряла равновесие и шлёпнулась в воду. То есть, она и так была в воде, а сейчас просто развалилась в ней, неуклюже пытаясь восстановить равновесие, что было трудно сделать, одновременно закрывая руками разные интересные места. Но она придумала, как выйти из неудобного положения, резко развернувшись в воде спиной к волшебнику, и тогда уже смогла развести руки в стороны и нащупать ногами твёрдое дно озерца.
А Ласка в эти мгновения мог насладиться её чудесным видом сзади, ничем не прикрытым. Водичка-то просвечивала насквозь!
  • за вид сзади :)
    +1 от rar90, 09.10.17 14:47
  • И в этот момент продолжавшая отступать девушка оступилась, зацепившись ногой за какое-то подводное растение, потеряла равновесие и шлёпнулась в воду. То есть, она и так была в воде, а сейчас просто развалилась в ней, неуклюже пытаясь восстановить равновесие, что было трудно сделать, одновременно закрывая руками разные интересные места. Но она придумала, как выйти из неудобного положения, резко развернувшись в воде спиной к волшебнику, и тогда уже смогла развести руки в стороны и нащупать ногами твёрдое дно озерца.

    Как написано на рюкзаке Джерри - "Дерьмо случается порой"))
    +1 от Лисса, 09.10.17 15:04

Она грелась в его объятиях и ей становилось теплее. Может быть, даже жарко немного. Холодные как лёд руки, прижавшиеся пусть и не к самой широкой, но мужественной спине Фёдора Михайловича Чижика, наполнялись теплом. Жизнью. Больше не чувствовались одеревеневшими, с трудно гнущимися пальцами.

Они оживали.

И он, конечно же, это почувствовал. Всем телом ощутил, как рыжеволосая девушка, напряжённая, будто сжатая пружина, в момент, когда он её обнял, расслабляется в его руках. Тают ледники, которыми она отгородилась от внешнего мира, и оттаявшие ручейки, может быть, ищут выход в горячих слезах. А может, и нет. Майя Юрьевна ведь не из тех, кто часто плачет. Или она просто хочет такой казаться окружающим?
Фёдор Михайлович понял, что прошло. Миновало это её тяжёлое состояние, в котором она винила себя во всех бедах так, словно бы сама приказала проводить эксперимент над своими одноклассниками и учителем. Очень горестно было это видеть. Она говорила, что всё испортила - но не испортила ничего. Разве что повлияла на решение своего отца, и то косвенно. Можно ли было сказать, что Майя подмочила репутацию Юрия Аркадьевича? То капитану Светлову виднее. А его дочь - она... она - героиня. Настоящая героиня. Чижик её такой считал. Как и других ребят с «Фобоса». Но Майя среди них была особенной во многом из-за того, кем был её отец. На ней лежала особая ответственность. От неё ждали больше других. За неё говорила её звучная фамилия. Тяжёлая это была ноша, непосильная для хрупких плеч двенадцатилетней девочки. Но она достойно выдержала испытание и нашла в себе силы найти свой путь, не упасть духом после провала с МЗУ.
Мысли смешались в голове капитана. Он почувствовал относительное спокойствие, когда понял, что девушке стало легче. Даже голос её потеплел и смягчился, уже не звучал так сухо и пронзительно, как нож по заледеневшему стеклу, по натянутым нервам, крича от боли не телесной, но сердечной, от муки душевной своей. Поспокойнее стало Чижику, сердце начало успокаиваться и уже колотилось не так сильно, не с такой частотой, словно бы хотело вырваться из груди, как пойманная птица из схлопнувшегося силка. Мужчина сглотнул, борясь с желанием не отпускать Пчёлку и постоять ещё немного вот так, в жарких объятиях.
О да, её ледяные минуту назад руки жарко грели его спину через тонкую ткань рубашки. Душистое дыхание, приправленное пряностями, лёгким флёром апельсина и чайных трав, щекотало шею, грело, и этот жар мгновенно разливался по всему телу, будоража его и волнуя кровь. Всё это казалось сном будто. Эти объятия с Майей. Сном несомненно приятным, после таких не хочется просыпаться. Разрушать их миг близости. Единения двух сердец, решивших поговорить друг с другом. Ток-ток-ток. Звучавших будто в унисон. И снова жарко стало. И снова краска прилила к лицу.

- Ты права, моя девочка... - устало как-то очень прозвучал его голос. Грустно. Вымученно. Словно бы капитан прошёл долгий путь и не осталось сил говорить. Душевных сил не осталось. - Я себя не простил... Как бы разумом понимаю, что всё в порядке. Всё осталось в прошлом. Но, видимо, не осталось. Преследует и сейчас... И не одного меня, я вижу. Вас со Стругачёвым тоже, - Чижик тяжело вздохнул и, слегка отстранившись, поглядел на Майю своим знакомым взглядом, исполненным печали.
Впрочем, её улыбка его согрела. Посмотрел он на Майю. На губы её, чуть приподнявшиеся в уголках. Кривоватая слегонца улыбка выходила у данкийского доктора, но чистая и искренняя. И он ей ответил. Сначала несмело улыбнувшись в ответ, будто пальцами заставляя губы растягиваться в улыбке. Затем уже увереннее. Видно было, что её улыбка его душу греет. И теперь уже он, обласканный ею, оттаивает от сковавшего его сердце льда.
- Да... с тобой приятно поговорить, - она, эта улыбка, снова стала сдержаннее. Так уж было свойственно Фёдору Михайловичу - придерживать в узде свои эмоции, даже вполне себе искренние. Он вдруг усмехнулся и забавно покачал головой. - Признаюсь, давно я столько ни с кем не разговаривал. На самые разные темы. Так, чтобы с душой... с интересом... Очень давно.
И он очень тепло поглядел на Майю. Как на солнышко, согревшее в пасмурный день. А затем поднял правую руку и провёл легонько слегка суховатой своей ладонью по её щеке, слегонца зарываясь кончиками пальцев в замечательные её, искристо-рыжие волосы. Нежно провёл и медленно. Пожалуй, вовсе не по-отечески, и даже для друга это было слишком чувственное прикосновение. Смутился запоздало и руку убрал ей на плечо, когда пришло понимание, что он делает.

Очередной тяжёлый вздох. Но уже полегче выходил он. Расслабился немного капитан от её милой улыбки. От потеплевших рук и от взгляда по-женски тёплого. Улыбнулся намного смелее прежнего. Расцвёл и засмущался одновременно от новых комплиментов, которые ему было неловко слышать от девушки. Ей хватало смелости открыто выражать свои мысли. То, чего не очень хватало ему самому. Робость какая-то внутренняя одолевала всякий раз, когда пытался поступать так же.
- Не знаю, получится ли... - неуверенно начал он отвечать. - Замечательное предложение простить друг друга, но поможет ли оно? Вообще, было бы хорошо, если бы здесь был Стругачёв. Взаимные извинения могли бы... сыграть бОльшую роль. Но ты права - ничто не мешает нам извиниться друг перед другом каждый, по отдельности. В таком случае...
Он отвёл взгляд в сторону на несколько секунд, о чём-то задумавшись или слова нужные подбирая. Видно было, что трудно они даются сейчас капитану. Это не «Педагогическая поэма», а целый четырёхтомник «Войны и мира» будто.
- Хорошо... - глухо сказал Чижик, сглотнул и вернул взгляд на Майю. - Я тебя прощаю. Ты замечательная, и... всё то же самое я про тебя могу сказать. Прости, что повторяюсь... - он смущённо потёр кончик своего носа. - Красивая. Добрая. Смелая. Милая и... замечательная, гм-да, - смешался Фёдор Михайлович, слегка покраснев. - Я тебя... конечно, прощаю! И ты меня... спасибо, что простила, - он усмехнулся. - На всякий случай ещё раз... последний... попрошу у тебя прощения. Больше не буду, честно, - покрутил головой забавно, потёр её руку возле локтя, подбадривая будто. И кивнул наконец. - Очень... мне это интересно послушать... Расскажи, конечно. Если хочешь.

* * *

Долго поговорить за мытьём посуды не удалось. Во-первых, самой посуды было немного, и если натирать её слишком долго, то и до дыр можно протереть. Во-вторых, как-то слишком быстро вернулся Стругачёв. Конечно, это Майе с Чижиком так показалось - время сейчас для них словно застыло, но оно не стояло на месте, плавно и размеренно текло себе вперёд со скоростью шестьдесят ударов секундной стрелки в минуту. Минут пятнадцать или двадцать отсутствовал рыжик в каюте, но вернулся. Он обещал - и он вернулся. Как Карлсон. Такой же рыжий мужчина в полном расцвете сил, держащий свои обещания.
Робко приоткрылась дверь каюты сначала. Заглянул в образовавшуюся щель несмелый и отчего-то испуганный глаз. Потом показался любопытный нос, а за ним и сжавшиеся в тонкую полоску, поджатые в задумчивости губы. Слегка дрожащие. И вот уже весь Стругачёв просочился внутрь, прикрывая за собой дверь. Оглянулся через плечо, вздохнул и, подойдя, остановился перед Пчёлкой. Прикрыл глаза на мгновение, собираясь с силами. Открыл и выдохнул на одном дыхании:
- Ты прости меня, пожалуйста, Майя, - извинился, словно бы слышал, о чём они с Фёдором Михайловичем говорили. - Я понимаю, каково тебе было это слышать. Извини, что нагрубил... наговорил гадостей... про твоего отца в том числе. Я не беру свои слова назад... сказанного не воротишь... и моё мнение про эксперимент, ты знаешь, оно не изменится от этого... Но хочу добавить, что каждый имеет право на ошибку. Я верю, что твой отец... он мог её осознать и... измениться, и уже...
Замялся Алексей на этом, растерял все слова и взгляд в сторону отвёл, выдохнул устало и измученно, ладонью небрежно махнул.
- В общем, я хочу сказать, что твой отец мог научиться на этой ошибке и уже не такой, как... каким был. Вот... А ты не должна нести ответственность за его поступки и выслушивать всё это. В конце концов... он же ещё тогда попытался всё исправить. Пусть это и вышло не очень красиво, - Лёха при этих словах взглянул на Чижика, - но он попытался. Он... что-то сделал, чтобы исправить ошибку. Я думаю... он хороший человек, твой батя. Все мы не безгрешны. Уж я-то сколько запретных кнопок нажимал, - усмехнулся рыжик тепло. - Я не думаю о нём плохо, правда. Было дело, да прошло. Я многое передумал и пришёл к определённым выводам. Так что... не принимай близко к сердцу, лады?
Стругачёв шагнул вперёд к девушке, неловко протянул к ней руки.
- Может, это... давай обнимемся, что ли?.. В знак дружбы и понимания, - смущённо предложил он. Было видно, что боится он обиды Майи Юрьевны и очень хочет сгладить свою вину. Но говорил вроде искренне. Не ради того, чтобы получить её прощение.
  • Замечательный чувственный пост. Вкусно и эмоции Чижика чувствуются. Мне очень нравится.
    +1 от Лисса, 08.10.17 19:11

Эльфийская принцесса радовалась ползающему по ней малышу, хихикала от его щекотных прикосновений, любовалась дракониском и гладила ему спинку, шептала что-то ласковое на эльфийском, сама не разбирая слов. Просто выражала свои чувства при виде такой милоты. Даже Перри, грозный коднаринг с огромным чёрным мечом, кажется, был покорён воплощённой милотой золотистого дракончика. Вон, гляди-ка, ближе подступил, смотрит на него вовсю своими красными глазищами, по морде лица видно, что ему очень хочется протянуть свою когтистую руку и погладить маленького, пощекотать его пузико когтём, может быть. Аж клюв свой страшный приоткрыл в возбуждении. Ну не съесть же он его хочет, в самом-то деле!
А когда постучал коднар своей лапой по плечу девушки, пару раз невольно пригнув её к земле, Аннабелла испуганно на него уставилась. Это чего это он такого удумал, блохастый ухоклюв? Уж не хочет ли с ней попрощаться таким вот образом, прибив на прощание, агась. Ведь не любит же он эльфов. Терпеть не может остроухих, сам такое сказал. Или Анни сама додумала, а говорил он чуть другое. Но Перри не возражал ведь, когда она его упрекала в нелюбви к эльфам. Значит, есть его вина. Глаза эльфийки блеснули в задумчивости, внимательно проследив за убравшейся с её плеча лапой коднара. Что это было? Ревность? Или попытка примирения?

Но коднар коднаром, а заговорил Джерри, и Аннабелла повернулась к нему, с интересом прислушиваясь к его непринуждённой болтовне и старательно игнорируя те места, где он упрашивал её пустить их с Батончиком на ночёвку. Ищи дурочку! Потом от него не отвяжешься. Неформалы - они ж как цыгане. Пустишь одного в дом на одну ночку переночевать - не успеешь оглянуться, а у тебя уже на постоянной основе живёт целый табор. А тут ещё и дом чужой. В свой дворец бы не пустила, а в чужое жилище и подавно не имеет права ни морального, ни юридического.
- А зачем вы эльфинитов искали? - полюбопытствовала между делом Белла, напрягая свои мозговые извилины, чтобы вспомнить, что она знает из книг и трактатов, сплетен да легенд о полукровках, редкостных даже для Фейерии, где люди и эльфы живут бок о бок фактически. - У вас к ним было какое-то дело? А в Фейерии разве не нашлось? Быть того не может. А не вылупившееся яйцо - вы его выбросили? Может, оно случайно у вас осталось? Я бы могла купить... - тут она прикусила язычок, вспомнив, что денег-то у них с Перри, собственно, и нет, а вести эльфа к тёте Мо было нельзя. Но Аннабелла быстро нашлась. - Или, скажем, обменять его на пару батончиков шоколада! Настоящего фейерического шоколада - больше нигде такой не найдёшь. Пальчикооблизательного и орешконугокарамельного блаженства. Ням-ням. Как жаль, что Батончик не любит батончиков. А что он любит, ты говоришь? Ааа!!!..

И она схватилась за ухо, в этот момент заметив пропажу. Глядь - серёжка с листиком изумруда в пасти у дракониска, успевшего проворно перебраться на коднара. Зырк - и он её проглатывает, после чего как ни в чём не бывало начинает ловить у Перри блох.
- Ахх... я в это не верю... не могу поверить... Перри, нет, ты это видел? Видел, а-а??? Да он и правда гадёныш, мелкий бес! Воришка такой! Клептоманьячина шмакодявочная! Иди сюда, Батон! Иди, я говорю! Мелкий бесёныш...
Принцесса, ругаясь совсем не по-благородному, бросилась на коднара, чтобы схватить дракониска и как следует его потрясти. Затем ещё разок, но уже перевернув головой вниз, чтобы серёжка из него выпала. Потом в третий раз, теперь надавливая ему на живот и массируя такими движениями, чтобы заставить выскочить серёжку через его клептоманскую пасть. Аннабелла так увлеклась, что невольно причиняла существу боль и могла его нечаянно задушить.
- А ну выплюнь! Выплюнь, я говорю! Я приказываю тебе немедленно вернуть мне, что украл! А то я ведь не посмотрю, что ты маленький, выпотрошу тебя, или вот дяде Перри дам, он знает, что с такими засранцами делать. О! Точно! Перри, у тебя есть слабительное? Мне срочно нужно слабительное! Ааа!!! - Аннабелла затрясла Батончика что есть мочи.
  • Ай, как ей дорога эта сережка! :D
    +1 от Лисса, 05.10.17 13:13

От её прикосновений Чижик как-то замер даже. Могло бы показаться, что он уснул, как согретая нежными лучами солнца ночная охотница сова, впадая в свой полуденный сон, если бы не открытые глаза и устремлённый к экрану взгляд, если бы не лёгкое движение головы. А потом его пальцы ожили и шевельнулись, пытаясь то ли поймать пальцы Майи, так беззаботно щекотавшие его ладонь, то ли и сами стремились пощекотать её ладошку - в отместку, так сказать. Но был это ласковый жест. Нежные, аккуратные прикосновения. Их кисти, их пальцы переплелись в танце будто, жарком и страстном, как аргентинское танго, но и в то же время нежном и романтичном, как венский вальс. Будоражащие прикосновения не могли оставить Фёдора Михайловича равнодушным. Руки его были тёплыми от прилившей крови. Сердце учащённо билось от такой их близости с девушкой. Они не просто обнялись как близкие люди - тут было нечто большее. Что-то, роднившее сердца и сближавшее души. Обнимавшее их двоих, но и третьему перепадало тепла. Алёша ведь наверняка улавливал его, грелся под ним и сейчас, наверное, не воспринимался лишним рядом с ними.
Услышав Майино «я не смотрю», Чижик смущённо покосился на неё. И как прикажете понимать её слова? Будто там посмотреть не на что! Конечно, ничем выдающимся тогдашний ещё учитель не обладал. Телосложением он был худощав, смотреть-то действительно особо не на что. Наверное, не самый приятный женскому глазу тип мужского тела, и всё же... «Господи... о чём я думаю?!» - одёрнул вдруг себя капитан, сообразив, что мысли его унеслись куда-то в неверном направлении. Да понятно же, что она не смотрит, чтобы его не смущать и, наверное, чтобы сама не смущаться - тоже.
- Правильно, Светлова, нечего смотреть, как мужики купаются, - хмыкнул при этих её словах рыжик, кажется, немного ревниво. Ведь он там тоже был без верха, а никто этого не заценил. Фёдора Михайловича вот смущаются, а на него смотрят как ни в чём не бывало. Это немного огорчало самолюбие парня, пусть он и понимал причины такой избирательности Майи.

- Понятно... я и не знал таких деталей, - вздохнул Фёдор Михайлович, выслушав рассказ девушки про Юрия Аркадьевича. - Получается, и на него Эксперимент оказал большое влияние. Что ж... - ещё раз вздохнул, на этот раз немного задумчиво, - возможно, у меня сложилось о нём неверное представление... о Светлове, - уточнил капитан. - Впрочем, ведь всё закончилось во многом благодаря ему. Он не выдержал. Так ведь?
Пальцы его крепче сжались, с мужской силой, с той самой поддержкой обхватывая узкую девичью ладонь. С силой, говорившей: я с тобой, Майя. Не забывай этого.
- Не понимаю, почему ты так отзываешься о своей деятельности? - несколько недоумённо произнёс Чижик. - У тебя были свои интересы. Свои увлечения, которые ты реализовывала. Воплощала в жизнь то, что лежит на душе. Тяга к спорту, желание быть полезной людям... Разве это плохо? Талантливая спортсменка и подающий надежды медик. Это твои заслуги, Майя. Ты старалась и ты преуспела в этом. Не нужно недооценивать свои успехи. А если ты про ошибки... так ведь они у каждого бывают. Думаешь, я не ошибался никогда? Запомни: не ошибается только тот, кто ничего не делает. А тот, кто делает, учится на своих ошибках. Нет, милая, Майя Юрьевна не клоун - она человек, который делает. Который движется вперёд. У неё есть сердце, живое, оно тоже чего-то хочет, к чему-то стремится. Даже если твоей целью было что-то кому-то доказать - это желание твоего сердца, понимаешь? Таким путём ты нашла выход из сложного положения, в котором оказалась, когда твои детские мечты разрушил этот ужасный эксперимент и ты ушла из МЗУ. Твоя жизнь сильно изменилась, и тебе нужно было вновь искать себя. Своё призвание. Нужно было понять, куда дальше лежит твой путь, а как это сделать, если не пробовать? Но, я должен сказать, ты чётко знала, чего хочешь. Многие ребята на твоём месте могли бы потерять себя и перестать стремиться к чему бы то ни было. Ты молодец. Ты выкарабкалась и твёрдо держалась на ногах всё это время. Тот случай с видео - это же ничего особенного. Простая человеческая ошибка. Я ведь тебе рассказывал, у меня похожее было.
- Правда? - недоверчиво поглядел на него Стругачёв, время от времени согласно кивавший, пока разошедшийся в нотациях, будто в прежние времена своего преподавательства, Чижик говорил. - А мне расскажете?

Но как раз в этот момент на экране появились они. Зашли в пещеру рыцари, эти актёры в ненастоящих средневековых доспехах. И на мгновение показалось даже, будто в каюту доктора Светловой они ворвались, наставляя пики свои не на голографические проекции детей и их учителя в пещере на далёкой таинственной планете, а на этих же самых повзрослевших детей с их уже не учителем, а капитаном. Что сейчас они не преподавателя МЗУ возьмут в плен и уведут из пещеры, подальше от учеников, увезут с собой в неизвестные дали, а капитана звездолёта «Данко» схватят под его горячие руки и уволокут прочь из каюты, топая своими коваными латными сапогами по металлопластиковым коридорам-кишкам космического корабля. Чувствовался солёный запах пота. Ароматы влаги и знакомый такой, мерзенький запашок страха. Только врывавшийся в эту трагедию запах апельсина напоминал о том, что они сейчас не в пещере, а в спокойной и мирной обстановке на корабле, в безопасной каюте. И ещё кисло-сладкий запах яблочек от оставшейся части пирога и лёгкий душок мужского одеколона. Они возвращали в реальность, не позволяя целиком уж погрузиться, окунуться с головой в водоворот событий на экране. Таких живых благодаря современным технологиям голопроекции. Когда объёмные люди в закрытых латах и при оружии идут прямо на тебя. Когда слышишь звон их доспехов. Когда создаётся эффект присутствия, столь любимый многими кинозрителями.
И дёрнулся вдруг, почти одновременно с Майей, рыжик, побледневший до такой степени, что, кажется, сквозь кожу его лица стали заметны синие пульсирующие жилки, в глазах чётче выделился белок, а губы приобрели тот самый мертвенно-голубой оттенок, когда кровь отливает от лица. Дрогнула рука также побледневшего Фёдора Михайловича, и на одно мгновение пальцы его сжались так, что даже больно стало. Но сразу же он почувствовал это и ослабил хватку, не отпуская руки девушки в такой ответственный момент.
- Вот оно... - тихо выдохнул бывший учитель и крепче обнял Светлову. И Стругачёв, с другой стороны, также плотнее прижался к ней, не сводя растерянного, испуганного взгляда с наступающих на них рыцарей.
- Это ведь только кино, правда? - прошептал рыжик едва слышно, ощутимо вздрогнув всем телом.
Они бились. Сражались отчаянно за себя, за своего учителя, а он - за своих учеников. Они не желали сдаваться, как ни страшно им было. Но всё впустую. Слишком неравны были силы. Слишком жестокими оказались актёры. Даже каменное сердце Юрия Аркадьевича в этот момент треснуло, и сквозь него проросла живая зелень человеческих чувств, капнула своим соком-кровью на холодный металл. Леонард Карлович уже не смог его остановить, когда капитан принял решение прекратить это безумие и издевательство над детьми. Но таких подробностей они, конечно, не знали. Даже Майя могла лишь догадываться об истинных причинах, побудивших отца прервать злосчастный эксперимент.

- Что? - испуганно дёрнулся Чижик, чуть повернул голову, почти уперевшись подбородком в плечо Майи. Посмотрел на неё непонимающе. Только спустя несколько секунд он смог оградиться от прошлого и сообразить, о чём она спрашивает. - Зачем я дрался против рыцарей? Что за странный вопрос... - голос его звучал глухо, словно был не живым. - Я не мог им позволить бить детей. Я-то на себе ощутил, насколько они сильны, и теперь уже знал, что бить они будут по-настоящему. Не в полную силу, конечно. Но это уже не имеет значения... И я испугался за тебя, когда ты понеслась мне на помощь. Ты могла серьёзно пострадать. Я не мог им этого позволить...
- Как же цинично всё это было... - брезгливо кривя губы, процедил Стругачёв. - Весь этот эксперимент, чтоб его... Разве такие идеалы прививает нам Родина? Нас ведь учат быть добрыми, мудрыми и справедливыми. Скажите, кто подменил организаторов - тех, кто это придумал - злобными инопланетянами? Почему они стали чёрствыми эгоистичными сволочами, когда повзрослели? Где все те светлые идеалы, забытые ими? - голос его постепенно звучал сильнее, громче, юноша распалялся и в какой-то момент отпустил Майю и отстранился, сел ровно, глядя на них с Чижиком и сверкая гневным взглядом. - Вас я, Фёдор Михайлович, не виню. Хоть вы и были заодно с ними, но я уже понял, что не по своей воле и что вы хотели, как лучше для нас. Может, в чём-то вы и не правы, но не вы это придумали и не вы нас били, - он коснулся своей головы в месте удара, а перед их глазами твёрдый наконечник рыцарской пики ударил по этой самой голове тринадцатилетнего рыжего мальчишку. Вздрогнувшего сейчас, будто его били по-живому. - Подонки они, вот что хочу я сказать...
Тут Стругачёв замолчал, напряжённо глядя на девушку слегка виноватым, но всё ещё пылающим гневом взглядом. Капитан Светлов ведь был одним из них... и получается, рыжик сейчас и его обзывал сволочью и подонком. Прямо перед его дочкой.
- Майя, прости! - выпалил парень и вскочил на ноги. - Я не должен был этого говорить! И многое уже, наверное, изменилось! Но... но... - он махнул рукой, - да ты и сама всё знаешь...
И с этими словами он быстро зашагал к двери в коридор.
- Мне... мне надо побыть одному, простите! - вырвалось у него, когда он почти выбежал из каюты. - Поставьте на паузу... я вернусь!
Закрылась дверь за ним, и Фёдор Михайлович, чуть отстранившись, поглядел вслед ушедшему бывшему ученику долгим печальным взглядом, после чего перевёл его на Майю. И тяжело вздохнул.
  • Ох, сильный пост! Эмоции Алёшки... и понятно, и жестоко это всё.
    Хорошо. Без таких моментов игра не была бы такой яркой. Очень хорошо в плане накала и эмоций.
    +1 от Лисса, 02.10.17 12:59
  • за ответ Чижика. за Стругачева
    +1 от rar90, 05.10.17 10:03

- В моей стране все девушки моего возраста так одеваются, - попробовала объяснить Владилена мужчине, который, кажется, всё же не имел намерения над ней поиздеваться. Просто видеть такую одежду ему было непривычно, о чём он и сказал. Неприязни во взгляде и голосе поубавилось, хотя манерность собеседника всё ещё вызывала какой-то внутренний протест. - Это форма, которую мы надеваем каждый день в школу. И она мне нравится, - поспешила Влада его заверить, чтобы не вздумал жалеть «бедняжку, которую государство заставляет так одеваться».
  • И она мне нравится, бич!))
    +1 от Alan_Gord, 04.10.17 18:41

Трамвай! Да! Чудесная мысль поехать с Андрейкой на трамвае. Лизоньке ведь нужно сначала своего братца двоюрного доставить в его гимназию, а затем в свою отправиться. На трамвае скорее доедут, наверное. Но вообще-то Лиза давно думала об этом. Хотела прокатиться на электрическом трамвае. Вот только хватит ли ей денег на билеты для себя и Андрейки? Кажется, они дорогие. Это чудо техники потребляет много дорогого топлива, и владельцы трамвайного депо должны выставлять высокие цены на проезд. Хочешь - не хочешь, им это приходится делать, чтобы не остаться в убытке.
А их семья - дядина и тётина, а теперь также и её, Лизина семья - сильно обеднела за последние годы. Странно, что раньше девочка этого не замечала. Наверное, согретая своими фантазиями, живущая в своём маленьком уютном мирке, отгородившись от всего остального большого мира плотными занавесками из розовых грёз, она не обращала внимания, как живётся людям в этом самом большом мире. Ветреном и холодном, неуютном для маленькой девочки, которой Лиза оставалась все эти долгие годы, проведённые здесь. А теперь она стала чуть взрослее, и зыбкая завеса из её детских мечтаний истончилась, просвечивалась и показывала то, что творится снаружи. Лиза новым взглядом смотрела на вещи и как никогда понимала, что многого не замечала вокруг до сих пор. Этот дом - он... был сильно запущен. Несмотря на имеющуюся прислугу, которая вроде как должна была следить за чистотой и порядком в нём. А не следила почему-то. Может, из-за капризов тётушки. А может, у неё не было денег платить слугам за уборку? Хватало только на сиюминутные и более важные потребности...

- Ему не хватает заботливых рук, которые бы убирались в нём с любовью, а не ради денег, - согласилась со странным кроликом Лизавета, оглядываясь вокруг. - Ах, положительно мне хочется самой этим заняться! Но тётушка будет против. Она совершенно точно меня отругает, даже если я заикнусь о том, что могла бы убираться в доме вместо прислуги. Скажет, что я её со свету хочу сжить. Что хочу всем, и даже слугам, показать, как она плохо ко мне относится, заставляя убираться в собственном доме, как служанку. Но я ведь правда могла бы... мне не трудно... я люблю этот дом! Здесь родилась моя мама...
Сердечко её дрогнуло от своих же слов, и в глазах резь почувствовала знакомую, когда хочется плакать. Но сдержалась Лиза, слёзы сейчас были лишними. Тем более, что она должна зайти к тёте. Софье Эдгаровне совсем не нужно видеть слёз падчерицы, ей и без того дурно. Лиза не должна огорчать её ещё больше.
- Чай с бахромой... ой, то есть, с бергамотом, - растерянно шептала девочка, выслушивая подсказки настенного кролика. Теперь было понятно, почему у него длинные уши. Ей послышалось или это ей Даша сказала? - Бахрома на чепчике и чай... Хорошо, я попробую. Благодарю вас за совет, - Лизонька сдержанно кивнула и сделала книксен, приличествующий случаю, когда фыркающие мастера нотариально-договориальных мер дают жизненные советы простым гимназисткам. Ой, надо же ещё в форму переодеться! Но это после завтрака. Это быстро. Одевание у Лизы никогда не отнимало много времени.
А вот когда это длинноухое чудо стало вылезать из стены, девочка в страхе отшатнулась, испуганно глядя на его жуткий рот, каких не бывает у кроликов. Кролики ведь не едят мясо! У них резцы, приспособленные для растительной пищи. Это был неправильный кролик. Такой же, как Пифия и Арей. Житель жутенького волшебного мира. Теперь понятно. Его не присылала Пифия. Он сам пришёл, чтобы третьим напроситься в друзья Лиззи. Будто ей мало было двоих кандидатов. Теперь ещё и о кролике думай...
- Я... я подумаю, - немного испуганно заверила его девочка, сопроводив это быстрым и немного нервенным кивком.
Она подумает. Но, по правде-то говоря, у Пифии пока больше всего было шансов на то, чтобы Лиза назвала её своим другом. Арей и кролик не обещали Лизе спасти её дядю...
- Как вас зовут, господин кролик? - спросила она напоследок, опасливо глядя на клыкастого грызуна.

Боже, и как тётя может здесь жить?! И почему слуги не убираются хотя бы в её комнате? Она им не разрешает? А главное... неужели Лиза только теперь заметила, насколько ужасны условия, в которых обитает родная, пусть и не по крови, ей женщина? Ну да, за одну ночь многое изменилось. Эта волшебная ночь истончила завесу, которую девочка когда-то давно возвела между собой и внешним миром. И сейчас она смотрела своими большими удивлёнными и грустными глазами на этот жуткий беспорядок в тётиной комнате. Да нет ничего удивительного, что она вечно болеет, постоянно находясь в этой пылищи, среди паутины и засохших цветов. О Боже, а их-то почему не выбрасывают?! А паутину почему не снимут?! Лиза почти что буквально схватилась за голову, осознавая весь этот ужас. Да по сравнению с запущенной комнатой тёти её собственная комнатка была просто Эдемскими садами!
Лиза остановилась перед женщиной, пожелав ей доброго утра и сделав книксен, и терпеливо выслушала все её причитания, слегка вжав голову в плечи, как провинившийся щенок. Она уже привыкла к этому и старалась не обижаться на тётю Софи. Поворчит-поворчит и успокоится. Может даже слово ласковое порой сказать, после чего тут же завалить его ворохом новых упрёков и раздражения своего, ставшего с некоторых пор верным и вечным её спутником. Возможно, с того дня, когда дядя отправился на фронт.
- Тётушка, не волнуйтесь так, вам следует беречь себя, - с искренним сочувствием в голосе сказала Лиззи, делая шаг ближе к тёте, словно бы желала обнять и поддержать эту сморщенную, иссохшую к своим сорока годам, ещё не старую, в общем-то, женщину, но имевшую весьма болезненный вид.
Девочка любила по-своему её, несмотря ни на какие бранные слова. Может, тётя это даже чувствовала, оттого по-своему заботилась о ней. Как знать, не нарочно ли её отправили жить в дальнее заброшенное крыло, чтобы подальше от пыли и запустения жилого крыла, этого рассадника болезней.
- Что вы, тётушка, вы не такая, - возразила она ей на слова про злобную мачеху, морящую её голодом. - Вы добрая и заботитесь обо мне. Как я могу думать о вас плохо? Ах, какая чудная бахрома на вашем чепчике! - воспользовалась Лиззи подсказкой кролика, постаравшись придать голосу лёгкости и весёлости. - Вам она так идёт. По-моему, это очень модно нынче.
Лизонька хотела было предложить тёте зеркало, да спохватилась и прикусила свой разговорившийся язычок. Не стоило тётушке смотреться в зеркало, ничего хорошего она там не увидит. Её лицо слишком осунулось, чтобы не замечать этого, любуясь чепчиком. Как бы ни замечательна была на нём бахрома.
- Он жив! - заверила её девочка уверенным голосом. - Я бы знала, случись что! Я очень хорошо это чувствую! - Лиза приложила ладони к сердцу, показывая, как сильно и горячо она чувствует родного дядю. - Вот увидите, он скоро вернётся и всё у нас наладится. А вы не хотели бы к его возвращению, чтобы я помогла вам прибраться в комнате? - она обвела её печальным взглядом. - Давайте я из цветов завядших гербарий для вас сделаю, украшу комнату, будет намного красивее, чем сейчас, - Лизонька была не глупой девочкой и понимала, что цветы эти тётя не выбрасывает, потому что они были подарены ей дядей. Хранит их как память о нём. А значит, нельзя их выбросить. Но можно ведь превратить их в гербарий и украсить ими комнату. - И паутину непременно надо убрать, и пыль протереть. Вы ведь всем этим дышите, тётушка! Вам нельзя с вашим здоровьем дышать пылью, боже упаси! Дозвольте мне позаботиться о вас, когда я вернусь из гимназии сегодня? Заняться вашей комнатой? Вы мне разрешите? Я очень хочу, чтобы вам дышалось свежей и легче.
Решилась всё-таки. Не испугалась гнева тёткиного.

Про Андрейку, бесчинствовавшего ночью в заброшенном саду, Лиза запомнила. Неужели он и правда что-то там разбил? Или это она с Пифией и Ареем так нашумели и напугали тётю? Ох, надо бы расспросить младшего братца. Может, он и не виноват ни в чём.
- Я поговорю об этом с Андрэ, - пообещала Лизавета. - Непременно поговорю. И передам Анне-Гретхен вашу просьбу. Но, тётя... может, вам лучше отведать чаю? Чёрного чаю с бергамотом? Желаете, я вам сама принесу чай с брусничным пирогом и бутербродами? Мне не трудно, я буду рада позаботиться о вас... И у меня к вам маленькая просьбочка. Совсем ма-аленькая. Я ведь буду отводить Андрэ в его гимназию и поэтому немного задержусь в свою. Давайте я напишу пояснительную записку своим учителям, что я опоздала по уважительным причинам, а вы в ней распишетесь? А то ведь меня непременно накажут за опоздание. Вы не против, тётушка? Один только росчерк поставить. Это не отнимет много сил и времени. А я вам чаю с бергамотом принесу. Он очень вкусный и полезный для здоровья, знаете ли. Вот увидите, вам сразу станет легче, и жаба грудная поутихнет.

И змея грудная тоже. Агась.
+1 | Маяк для Лизы, 28.09.17 11:15
  • Красиво и хорошо. Лиза живая.
    +1 от Лисса, 04.10.17 16:17

  • Мне тоже интересно будет посмотреть на реакцию "мальчиков"))
    +1 от Alan_Gord, 04.10.17 10:00

Странница чуть кривовато улыбнулась, слушая купально-мытьевые требования волшебника.
- Здесь тебе слуг нету, чтобы все твои прихоти исполнять, - заметила она нейтрально-насмешливым тоном. Мол, ага, да, жди-и, Яррике, что я тебе спинку буду тереть, дождёшься когда-нибудь. - Я бы тоже не отказалась от горячей ванны, хотя тебе она нужнее. - Девушка чуть нахмурилась, вдруг о чём-то таком подумав интересном, а затем неожиданно добавила. - Нет, если правда надо помочь с мытьём, я помогу, но не надейся на большее, - бровь подняла и друиду поклонилась на прощание.
Затем на карту Ласкину с любопытством взглянула. А маг, её изучая, вдруг обнаружил одну крайне неприятную штуку. Эта самая Сокара, на карте которой действительно был обозначен довольно крупный по размерам лес под названием Ларуна, находилась за морем! Ну, то есть, не на острове Друидов, где сейчас были они с Лианкой, а на континенте, отделённом от острова проливом. Не очень широким, но на плоту такой не преодолеешь. Тут нужен был корабль. Или чёртовы Врата Мира, о которых Ярру прожужжал уши тот странный полуголый старик. А ещё про них, помнится, мальчишка вихрастый рассказывал. Двое из трёх порталов как раз в Сокару и вели, в два её крупнейших портовых города: столицу Марлок и в Жёлтый Порт. Третьи вели в королевство Голнир - именно там находился Желанный Порт.
- У тебя есть карта Сокары? - заинтересовалась девушка. - Слушай, а у меня её нет! Зато есть карта Голнира. Тоже подробная. Мой троюрный дед когда-то её набросал, он бывал в Голнире.
По загоревшимся глазам странницы Яррике вдруг понял. У него есть то, что ей нужно. Карта Сокары! Впрочем, у Лианки-то тоже была одна полезность - карта Голнира. Но, если они будут путешествовать вместе - это будет самое оно. Объединят свои карты в рукавах, так сказать.

- Можете идти, юные искатели, - кивнул Дубовый Друид, пыхнув ароматно своей трубкой. - ПрО жену хренОва трактирщика я пОнял. СкОрО в ТОргОвый ПОст нескОлькО мОих друидОв Отправятся, Они прОверят здОрОвье тОй женщины. Не вОлнуйся за неё, юнОша.
Они спустились с дерева верховного друида, и уже знакомая троица старцев провела Ярра и Лиану между могучими дубами, выдерживающими на своих ветвях целый древесный город, а затем остановилась, и первый друид, шедший в центре, показал своим посохом на раскинувшееся между деревьями небольшое живописное озерцо или пруд. К нему была проложена тропинка, и сейчас как раз один друид набирал воду из озера в глиняные кувшины, которые затем складывал в тачку. Пруд был разделён на сектора ограждениями, изготовленными из сухих дубовых ветвей.
- В той части пруда вы искупаться можете, искатели, - сказал первый друид, указывая посохом на один сектор неподалёку от тропинки.
- От грязи Отмыться и свОю Одежду выстирать, - почесал ухо второй друид.
- Вам принесут вскоре всё неОбхОдимОе, - дополнил третий.
- МылО и мОчалки, пОлОтенца и гребешки для вОлОс, Одёжу чистую, - кивнул первый.
Они дружно развернулись и направились обратно, прямо на Ярра с Лианой, как будто их не видели. Ожидали, надо полагать, что молодые люди догадаются уступить им дорогу. И Лианка вежливо отошла.

Значит, пруд. О горячей ванне мечтай, Яррике!
- Может, лучше в Торговый Пост отправимся? - когда старцы прошли мимо, шепнула девушка магу, покосившись на пруд.
Ну, хотя бы чистый с виду. С высокими зарослями на бережке, где очень удобно просушивать выстиранную одежду. Солнышко-то светило хорошо, тепло и ласково.
  • Неееет! В пруду!!! А как же теплая ванная, какая-нибудь пышная дева-банщица и пенящееся пивко под рыбку? :D
    +1 от Лисса, 28.09.17 20:09

- Правда, что ли, с закрытыми? - наивно спросил Фёдор Михайлович, будто Майя ему и в самом деле предлагала провести экскурсию с закрытыми глазами. Он расслабленно вздохнул, звякнув по пути посудой на подносе. - Знаешь, а у меня ведь таких памятных мест, наверное, и нет, кроме училища. МЗУ вот я хорошо знаю, и с закрытыми глазами бы не заблудился. Но не могу сказать, что испытываю к нему такие тёплые чувства, как ты к своей больнице и дорожкам. Просто привычка, - усмехнулся мужчина. - Это как на клавиатуре вслепую печатать, когда абсолютно точно знаешь раскладку и имеешь многолетний опыт.
Он с удовольствием выслушал рассказы девушки про её любимое Подмосковье с его памятными Пчёлкиному сердцу достопримечательностями. Эти простые воспоминания тронули его, невольно вызывая в памяти некоторые славные уголки марсианского детства. Может, не такие запомнившиеся, как Майе её дорожки, но тоже способствующие чувству ностальгии. Воспоминания, которые невозможно забыть. Врезавшиеся в память на всю жизнь и неизменно вызывающие теплоту на сердце, а иногда и слёзы в глазах, если они особенно дороги или всплыли в особенно душещипательный момент.
- Как говорится, матч состоится при любой погоде, - улыбнулся он тепло, и улыбка на миг стала чуть шире, когда Светлова предупредила его о возможном ажиотаже в больнице, если они туда вместе нагрянут. Совсем, правда, не подумав про интерес к нему как к мужчине, пришедшему с Майей на её прежнее место работы. - Неужели простой космический капитан им интереснее, чем дочь капитана Светлова? И не забывай, что ты тоже состоишь в экипаже «Данко». Медработник со звездолёта должен вызвать у местных медработников особенный интерес, тем более, некогда проходивший там стажировку... Да, прогуляться было бы здорово, - вздохнул Чижик. - А я бы на Марсе места своего детства показал. Там тоже есть на что посмотреть и что вспомнить.
И он ей подарил одну из своих открытых, тёплых улыбок. Ну и что, что в глубине глаз затаилась грусть? Сейчас он улыбался искренне.

Третий бокал наполнился приятно пузырящимся оранжевым напитком, а по Майиной каюте уже вовсю разнёсся дурманящий остро-приторный запах апельсина. Даже не желая газировку в этот самый миг, невольно захлёбываешься от слюнки, когда это цитрусовое блаженство щекочет твой нос своими остренькими пальчиками. Впрочем, девушке сейчас и правда было не до фанты, однако свою порцию она получила. Чижик сам ей протянул третий бокал, прежде чем взяться за свой.
Он сделал несколько небольших глотков, постепенно расслабляясь и остывая будто. Красные пятнышки с лица ушли, оставив после себя заметный след румянца на бледноватых капитанских щеках. Фёдор Михайлович кашлянул, прочищая горло, и наконец осмелился взглянуть на Майю Юрьевну. И уже шевельнулись губы, когда он готов был заговорить, как...
- А-а-а, так я и думал, что это твоя мама, - заулыбался Стругачёв, прервав ответчика на самом интересном месте. То есть, на попытке всё же что-то сказать.
Лёха не заметил этого движения губ бывшего своего учителя и решил ответить девушке, чтобы не затягивалось напряжённое молчание, воцарившееся на несколько секунд после её слов. Этой её попытки сгладить Лёхину оплошность и помочь Фёдору Михайловичу избежать ответа на явно неловкий для него вопрос. Стругачёв уже и сам понял, что как-то этот его допрос не в тему оказался и надо менять курс беседы.
- То есть, я сначала сомневался, очень уж вы не похожи с ней, - признался рыжик, продолжая развивать стороннюю тему. - Был вариант, что это твоя старшая сестра. Не, ну а что, даже если ей за тридцатник, она вполне может быть старшей дочкой Светлова.
На этих словах Майя поймала вопросительный взгляд Чижика - совсем ведь недавно говорили про её старшую сестру Лизу. Видно было, что капитан заинтересовался поднятой темой.
- Интересно было бы посмотреть, - сдержанно кивнул Фёдор Михайлович.

На белокурую Зинаиду Константиновну и Лёха второй разочек посмотреть не отказался. Впечатление сия сиятельная дама произвела на мужчин неоднозначное. Рыжик разглядывал её с большим интересом, уже зная, кем она приходится Майе, и судя по взглядам, которые он бросал на девушку, он пытался найти у них двоих общие черты. А судя по тому, как хмурился, у него это не сильно получалось. Что же до Чижика, то интерес его был сдержанным, как и большинство эмоций, которые он проявлял в жизни. Плюс, он определённо не мог сосредоточиться на новой теме, ещё не до конца отойдя от Лёхиного вопроса.
- Значит, это твоя мама, - задумчиво сказал Фёдор Михайлович после недолгого разглядывания фотографии с экрана планшета. - Действительно, вы с ней не похожи. У Стругачёва есть рация.
- А? Чего? - удивился Лекс Кирович, пару раз моргнув даже непонимающе.
- А, про рацию? - усмехнулся Чижик. - Это украинизм. Шутка такая. Мне её товарищ как-то рассказал. В украинском языке есть оборот «ты маешь рацию», что дословно переводится как «ты имеешь рацию», «у тебя есть рация», но означает это, что ты прав. «Рация» тут от слова «рациональность», то есть - рациональное мышление. Да, Зинаида Константиновна, конечно... - он помолчал немного, не находя слов для продолжения, а потом поглядел на Майю и с улыбкой отметил. - Зато теперь понятно, в кого у нас Майя такая красавица.
- Ага, - осклабился Стругачёв. - Тут не только отец постарался, так точно!
Эта несколько смущающая, быть может, для одной Пчёлки тема неожиданно пресеклась внезапным замечанием Алексея, явно сделанным неуклюже и невпопад. Словно бы забыл безопасник Лёха, что они с Майей скользкую тему пытались перевести.
- Но та красавица-блондинка из вашей каюты совершенно точно не ваша мама, Фёдор Михалыч, - нагло заметил парень, шипя газировочкой. - При всех чудесах современной пластической хирургии ни за что в это не поверю.
И хотелось после таких слов пристукнуть это нахальное тараканище!

- Это мой хороший друг, - решился наконец Чижик, когда отступать уже было некуда. Но Майе показалось, что после взятой передышки он смог немного расслабиться и отвечал уже почти спокойно. Хотя и заметно было, что капитан испытывает неловкость. - К сожалению, мы больше не общаемся, но между нами остались тёплые дружеские отношения.
Стругачёв согласно покивал, но по его хитрющему взгляду было видно, что он знает: Фёдор Михайлович о чём-то недоговаривает. И он продолжал выжидающе смотреть на него, всем своим видом выражая интерес. Ну в самом-то деле, портреты просто хороших друзей не вешают на стене над кроватью - в самом интимном месте, так сказать.
- Её зовут Светлана, - продолжал Чижик чуть более уверенно. - В последний раз, когда мы общались, она служила эмиссаром от Земли на селестианском корвете.
- А, понятно, - хмыкнул Алексей. - Я думал, или сестра ваша, или подруга жизни. На сестру не очень-то похожа...
- Стругачёв, - укоризненно прервал его рассуждения Фёдор Михайлович, - ну что за бестактное вторжение в личную жизнь?
- Простите, Фёдор Михалыч, - рыжик переглянулся с Майей, чуть дёрнув виновато плечами. - Но, говоря начистоту, я не стесняюсь того, что услышал, - он кивнул на застывший голоэкран телевизора. - И могу ещё раз подтвердить, если хотите. Да, мне нравилась Аня Любова. Может, если бы я с ней фоткался, я бы тоже её портрет над койкой повесил. Оно ведь теплей засыпать, глядя на милого сердцу человека, правда? - невинно поглядел он на Чижика.
- Блин, Стругачёв, - сердито нахмурился капитан. - Не испытывай моё терпение. Что за разговоры вдруг на личные темы? - он покосился на Майю и вздохнул. Отвёл взгляд в сторону, не желая встречаться глазами с девушкой. - Но скрывать не буду, мы с Ланой встречались. Было это очень много лет назад, вы с Майей тогда ещё под стол пешком ходили. А расставшись, мы остались добрыми друзьями... Ну что, смотрим дальше? - нарочито бодро кивнул он на экран и взял с тарелки бутерброд, стараясь не смотреть ни на кого.
Грустным и потерянным в этот миг он показался Пчёлке. Словно бы этот портрет на стене был тенью его собственного прошлого.

Как этот фильм на экране.
  • Думала какой бы пост оценить: крайний или этот. Выбираю этот, потому что он провокационный. Позволяет раскрыться и Чижику и Алёхе.
    Крайний тоже очень хорош. А этот вносит волнение и мы узнаем про Лану.)
    +1 от Лисса, 27.09.17 20:43

Аннабелла с сомнением поглядела на Перри, когда он принялся ни с того, ни с сего, без видимой причины ругаться и, мягко говоря, плохо отзываться в адрес незнакомого эльфа. В её светловолосой головке немного не укладывалось. Перри что, ревнует?! Да не может этого быть!
- И что это на тебя нашло, пернатик? - осторожно полюбопытствовала девушка, придав голосу тех самых обворожительных, слегонца высокомерных ноток, которые долженствует употреблять в речи со своими блохастыми помощниками чистокровным эльфийским принцессам. - Ах да, я помню, тебе не нравятся эльфы, - Анни высоко вздёрнула бровь. - Смею заметить, ты забыва-аешь, Перри, с кем говоришь. Я ведь могу и обидеться. Мне ничего не стоит, правда. Вот возьму обижусь и перестану с тобой общаться, и отправляйся тогда на все четыре стороны - хоть по очереди, хоть одновременно. Мне не нужны помощники-эльфоненавистники, запомни это раз и навсегда.
Вздёрнув гордо свой подбородок, эльфийка зашагала прямиком к черноволосому представителю современной фейерической молодёжи. Вряд ли это была ревность со стороны Перри, а то бы ей немножко приятно стало. Но поверить в такое было невозможно. Просто коднар вот наверняка же не переваривал эльфов, как она крыс. Вот и бузил без всякого повода, ведь черноволосый красавец ему ничего плохого не сделал. Пока что.

При ближайшем рассмотрении оказалось, что, даже если бы Перри вздумал ревновать, то делал он это совершенно напрасно. Аннушка рассмотрела вблизи этого эльфа и решила, что зря прихорашивалась, ничего интересного для себя она в нём не находила. Он даже на эльфа был не очень-то похож, хотя это ей показалось просто потому, что она редко бывала в тех краях Фейерии, где обитал подобный плебс. От слова «плебей», заметьте, а вовсе не «плейбой». Впрочем, вряд ли наша принцесса знала о значении того и другого термина. В её понятиях незнакомый эльф был типичным простолюдином, поддавшимся этим новомодным нынче веяниям. Дурное человеческое семя, сорняк, взращённый на ниве доверия эльфов к людям.
Так вот. Когда Аннабелла наконец соизволила перевести взгляд со своих идеальных ухоженных ноготков на заговорившего с ней эльфа и смогла разглядеть его во всех деталях, бровь принцессы нечаянно задёргалась, словно бы её пронзила внезапная болезнь тиком - та самая, когда веко дёргается и ты не можешь этого контролировать. Губы сложились в кривовато-брезгливую улыбку, а уши дёрнулись и чуть было не выпустили из себя облачка пара. Хай? При? Сестрёнка? Да что этот эльф себе позволял?!
Но окончательно добила принцессу вульгарная надпись под черепом на благородном эльфийском плаще. И сам череп, и особенно надпись на высоком эльфийском языке были настоящим плевком в лицо благородной особе королевских кровей родом из Фейерии. Они попрали всё святое и сокровенное в чистокровной эльфийской душе, и вся её горделивая осанка от такого невежества сразу сошла на нет. Сдерживало Анни от немедленного распоряжения, чтобы коднар начистил новому знакомцу рожу, только две вещи: здравомыслие, подсказывавшее, что Александрил не имел намерения оскорбить принцессу, а просто сам по себе такой двинутый на всю голову, и обещание показать загадочного дракониска. Ага, эльф наступил на самое больное место у нашей остроухой - на её чрезмерное любопытство. А ещё её подкупило, как он отзывался про гнизгов. Похоже, общий язык можно было найти на взаимной нелюбви к крысам.

- Хай? - продолжая кривить губы, вымолвила девушка это новомодное слово, лишь в одной букве отличавшееся от жуткого ругательства. - Ну хай так хай. Привет тебе, бро. Колечко не тухлая проволока, натуральные цацки, шикос, йо.
Аннабелла показала собеседнику два пальца, сложенных в знак виктории, и вздохнула. Поддерживать беседу на языке этого эльфа было выше её сил. Она и так вложила в приветствие чуть ли не весь свой «блатной» лексический запас. Хотя удивить Александрила ещё было чем, пожалуй. Или уж скорее коднара, явно не ждавшего от принцессы подобного сленга.
- Одну такую крысёшку я уже знаю, и думается мне, она нам поможет, если мы того захотим, - задумчиво сообщила девушка. - Но спасибо за предложение, уважаемый Александрил... то есть, это самое, ну ты, Джер, сечёшь, ухи на макухе, у нас с Пером всё схвачено, чики-пики, но если что, ты у нас на прицеле.
И Анни изобразила тот самый жест, который в другие времена в других мирах означал бы руку пистолетиком, выстреливающим в собеседника, только у нашей принцессы вместо пушки-огнестрела в руках оказался невидимый лук, и она спустила невидимую тетиву, нацелив его на Джерри-Александрила.
- А почему Джерри, а не Алекс или Лекс, например? - полюбопытствовала и здесь эльфийка. - Хорошее ведь имечко-то, подходит всяким бунтарям, вольнодумцам и давителям запретных кнопок. И да, я дозволяю поцеловать себе ручку. Учиться обращаться с девами королевской крови никогда не поздно.
Отпихнув локтем коднара, чтобы не рокотал над ухом всякие непотребства, принцесса подступила ближе к эльфу, изящным жестом протягивая ему руку с кольцом для поцелуя хоть самой руки, хоть чудного колечка. Самого настоящего гербового кольца, без всяких документов удостоверяющего личность его обладательницы, её причастность к королевской фамилии Фейерии.
- Давай, Джер, смелей, пока я не передумала, - мурлыкнула Аннабелла. - А потом покажешь мне этого своего дракониска. Это такой маленький ручной дракончик с забавными стрекозиными крылышками и хоботком, да?

Чарный огонь хорош против Зелёного Тумана. Это она запомнила. Александрил был уже не первым, кто говорил о тумане. Мало ли, вдруг придётся иметь с ним дело. Всё же они здесь с коднаром надолго застряли. Если тётя Мо не отпустит их в Гнизготерию. Ох, лучше бы не отпускала. Уж лучше годик провести здесь, в этом по-своему уютном мирке.

А между тем, потрясённая новой встречей, принцесса забыла представиться...
  • Блин, Джо, ты жжешь глаголом! Не могу перестать смеяться *эльфа прокачанная чика* :D
    +1 от Лисса, 26.09.17 22:28

Дорожка привела Петю прямиком к воротам, которые хорошо охранялись. Возле них стояли целых три сказочных орка, бронзовокожих и клыкастых, только почему-то разодетых помимо доспехов ещё и в разные лохмотья - наверняка снятые с других отважных смельчаков, пытавшихся проникнуть в замок. На голове у самого крепкого на вид была помятая широкополая шляпа, как у мушкетёра, а на туловище он напялил что-то вроде мундира. Менее мускулистый, но более высокий орк нахлобучил на макушку подобие фески с кисточкой, свешивавшейся ему на щёку, а поверх доспехов красовалась рваная и покрытая следами застарелой крови туника. Самый невысокий, ростом чуть повыше Пети, пузатый и коренастый, носил на голове бандану.
Орки подозрительно оглядывали приближающегося Окунькова с ног до головы. Было понятно, что легко проникнуть в замок не удастся. Но если пароль, озвученный домиком, сработает, тогда проблемы с этим не должно быть. У Белла рождалось множество идей на случай, если пароль не прокатит. Сначала ему пришла идея сказать, что он бродячий торговец и идёт в замок торговать. Потом, что он азартный игрок и идёт развлекать волшебника. Наконец, он одобрил уже Петину идею сказать, что он собирается наняться в армию чародея.
Петя подошёл к воротам и остановился. Орки насупились и покрепче взялись за оружие.
- Пароль? - низким басом требовательно сказал тот, что был в шляпе.


+1 | Герои не умирают, 25.09.17 15:40
  • Какие забавные орки, похожи на котов ^^ Здорово, что так энергично двигается история.
    +1 от Лисса, 25.09.17 16:33

- Оно и видно, что нездешний, дюже вумно говоришь, - осклабился атаман, поднялся со стула и пожал Эдикову руку крепко, однако не за кисть его взялся, а за запястье, по-старинному. Крепкое мужицкое рукопожатие. Хватка у атамана была дай боженьки каждому. Сразу видно: таких как раз в разбойники и берут. - Ты это, не серчай, мы щас уже на работу идём. Не могу я тебе провожатого выдать. Да путь-то до столицы простой. От крыльца по дороге налево, идти долго, до камня путевого с надписями. Ты эти надписи не читай - мы их сами написали, чтобы прохожих путать. Да ты там был наверняка, от бабушки ведь идёшь? Передавай ей поклон, кстати. Ну так вот, коли вправо пойдёшь от камня - к избушке на куриных ножках придёшь, а коли влево - то до града стольного дойдёшь, и мимо царёва дворца уж точно не промахнёшься. Путь неблизкий, но безопасный. Звери хищные у нас тут не водются, повывелись давно. И людей разбойных нет, окромя нас - шапку не снимут.

На том и простились лейтенант и разбойники. Каждый из них на прощание руку ему пожал и слов напутственных добрых сказал. Кто дорожку скатертью, кто ни пуха пожелал. А самый робкий разбойник с узкими плечами от крепкого милицейского рукопожатия охнул и присел невольно, на руку затем подув.
Уже когда Эдик вышел из терема, этот самый разбойник зашёл за спины остальных и незаметно из кармана монетку золотую достал с бородатой личностью в короне, покрутил перед носом и злорадно ухмыльнулся.
- Вумный у бабки племяш, а монетки не досчиталси, - хихикнул он.
  • Ворьё! :) Очень милый момент ^^
    ...Ну хоть не сигареты)
    +1 от Лисса, 23.09.17 22:49

Пока Перри что-то там такое говорил смущённо про любовь, которая не совсем любовь, Аннабелла придирчиво себя осматривала и, вдруг сообразив, что проклятие, как и тогда в волшебной лавке, снова повернуло вспять и она больше не обращается в полукошку, девушка счастливо взвизгнула и чуть не полезла обниматься с коднаром на радостях, в последний момент всё же передумав. Но радостная тёплая улыбка прочно поселилась на алых губах, отчего всё её высокомерие пропало будто без следа, а лицо стало ещё красивее.
- Ах, Перри, забудь про это своё... - она неопределённо покрутила пальцем в воздухе, словно бы творила неведомую и невидимую высокую магию. - Я слышала, люди не способны отличить истинную любовь двух душ от простой влюблённости или привязанности к объекту своей симпатии, вот и рекут любовью любое похожее чувство. Им это простительно, они существа, больше связанные с плотью, нежели с духом. Они не эльфы и не джинны, конечно, - Аннабелла уверенно кивнула. - Ты прав, пернатик, время остановилось, пока я с многоуважаемым джинном беседовала. Ты заметил, правда? Он пригласил меня на разговор и я оказала ему честь, почтив своим визитом его трамвай. То есть, моя душа почтила, но не важно. У нас состоялась занимательная беседа и... - эльфийка задумчиво огляделась, остановив взор на черноволосом эльфе, - кажется, теперь я точно знаю, куда нам нужно идти. Шкиперская пять, Перри. Не Штурманская, а Шкиперская, ага. По-моему, штурман и шкипер - одно и то же, но я в этой морской терминологии не разбираюсь, да это и не важно. Шкиперская пять. Нам в ту сторону.
И Анни уверенно засеменила в верном направлении, более не отягощённая просыпающимся проклятием. Так-то бы она ни за что на свете не стала бы подходить к незнакомому эльфу, если бы была шерстью покрыта, с хвостом и ушами мохнатыми. Стыдоба же! Принцесса Фейерии - и в таком жутком виде. Да, Аннабелла находила его ужасным, хотя в глазах людей она и могла бы сойти за миленькую кошкодевушку. Только ведь это было не её природное естество, оттого она и не могла принять новую внешность. А может, просто ещё не привыкла к ней, после одного раза-то, напугавшего её не так давно ещё дома. Но там она хотя бы в своей комнате, в четырёх стенах закрыться могла от посторонних глаз.

- Кстати, Аладдин - так он назвался, хоть это определённо не настоящее его имя - рассказал, что я смогу избавиться от своего проклятия, если отправлюсь в мир Гнизготерии, - при этом голос дрогнул, а красивое личико брезгливо скривилось, - и куда-то ещё дальше. Там, он сказал, есть машины, исполняющие настоящие чудеса, они смогут снять с меня это дурацкое проклятие. Ты веришь в это, Перри? А ты бы не хотел туда отправиться? Думаю, и с твоим проклятием мы смогли бы что-нибудь сделать и вернуть тебе твой естественный облик. Но, конечно, я не рвусь к этим ужасным, омерзительным крысам в их серый и скучный мир. И что джинн там забыл? Мечта-аю, говорит, побыва-ать в мире гни-изгов и узре-еть их потряса-ающие воображе-ение маши-ины, - перекривила Аннабелла слова Аладдина и вздохнула. - Но это наш шанс, Перри. Хотя, боюсь, тётя будет против...
Эльфийка замолчала от этой мысли и погрустнела. Ей страшно не хотелось идти ни в какую Гнизготерию, где кишмя кишит этих отвратительных созданий с шевелящимися усами и хвостами. Но ради того, чтобы избавиться от проклятия, она могла бы и рискнуть. Наверное, если тётушка Мо будет против, то Анни будет даже рада... Ведь от одной мысли оказаться среди крыс ей уже стало тошно.

А вот самое главное - про задание джинна - Аннабелла забыла рассказать коднару. Вернее, не то, чтобы забыла, просто задумалась. Но она ведь собиралась это сделать. Одной отправляться травить змей она не хотела - тоже мне, нашли змеелова. Джинн сказал, что это опасно и следует брать друзей. Друзей у эльфийки здесь пока ещё не было - да и говоря по чести, в родной Фейерии настоящими друзьями она тоже как-то не обзавелась. То ли вредный характер тому причиной, то ли безвыездное проживание во дворце, но не было у Аннабеллы тех, кого она могла бы назвать друзьями. Поэтому придётся взять с собой Перри. Коднар эту змеюку гадкую в два счёта поймает, у него вон какой клюв мощный! Все змеи боятся птиц.
В общем, она уже собралась заговорить про спасение древа, как вдруг заметила, что они подходят к эльфу. Вообще-то ну подходят - и ладно. Эльф был занят своими делами и не обращал на них внимания. Стоило просто пройти мимо и не обращать внимания на него. Но Анни была возмущена, как это он, узрев принцессу Фейерии, смеет вести себя так, будто не узревал принцессы Фейерии?! «Узреть» - да, она запомнила это словечко Аладдина и ей понравилось. А может, она жалко выглядит, потому он и делает вид, что занят работой и их не замечает? Эльфийка незаметно пригладила волосы и одежду перед тем, как оказаться рядом с волшебным фонарщиком.
- Добрый вечер, - приветствовала она его, делая вид, что её маникюр интересует девушку больше, чем что-то там непонятное делающий с фонарями соотечественник. Но Аннушка не только свои чудные ноготки рассматривала, а ещё как бы случайно кольцо напоказ выставляла, своё изящное золотое колечко на среднем пальце правой руки, из переплетающихся листьев, с гербом королевского дома Фейерии. - Чудесная погода, не правда ли? Холодно, мокро и сыро, да. После такой грозы в небе появляются волшебные радуги. А вы верите, что если прийти на то место, где начинается радужный мост, то можно найти сокровище? Кажется, гномы в таких местах свои горшочки с золотом прячут. А что вы делаете? - наконец Аннабелла обратила свой взор на эльфа, слегка вздёрнув подбородочек и ожидая, пока он её поприветствует, как подобает приветствовать принцессу. Правда, в этот момент коробка с шоколадом выпала из-подмышки и пришлось дёрнуться за ней, чтобы поймать раньше, чем она окажется в луже.
«Вот пристала, - одёрнула себя мысленно наша златовласка, - и чего пристала-то? Шла бы мимо, поскорее к тёте пришли бы... Но нет, вы этого эльфа видели? Да он со своими фонарями совсем это самое... офонарел, вот! Принцессу свою не замечать вздумал! Ну, я ему покажу!»
  • Замечательный пост! Глубокий, солнечный, и хотя у нас ночь в игре, как-то вод Фейерийским полднем дохнуло :)
    +1 от Лисса, 22.09.17 12:20

Они были похожи взглядами. Их глаза умели и радоваться, и грустить одновременно. Эти две противоположные - казалось бы, противоречащие друг другу, такие далёкие, но такие родственные - эмоции распрелелились в их глазах в различных пропорциях, в зависимости от настроения, от прожитого момента, от того, радости или грусти больше. Грусть даже в лучшее время в них присутствовала. Всегда будто, родом из детства. В самые счастливые мгновения жизни она покоилась на глубине речным илом, словно бы накрепко прилипшая к телу грязь, от которой так просто не избавишься. Могла она и светлой становиться, тёплой и доброй грустью. Могла и тёмной, коварной и ядовитой змеёй со дна взвиться, когда что-то совсем плохое случалось, что вызывало эту чёрную злость.
Сейчас грусть покоилась на дне, почти незаметная, если не присматриваться, не чувствовать человека, не знать ничего о нём. Но такая очевидная для близкого, кому выражение твоих глаз небезразлично. Радостью были полны взгляды Майи и Фёдора Михайловича. Смеялись они весело и беззаботно. Но, всматриваясь в глаза друг друга, видели в их глубине эту грусть.
Своим зеркальным отражением...

Ему тоже было легко - хоть и терзали внутри сомнения и мужские тревоги, но само общение задалось. Было оно простым и бесхитростным, когда не требуется искать нужных слов, чтобы не сказать что-нибудь невпопад или не обидеть друг друга по незнанию. Эта открытость между ними, возможность говорить смело о самых сокровенных вещах - от неё на сердце теплей становилось. Ну, может, и были вещи, о которых так просто сейчас не скажешь - те самые, что вызывали тревоги и сомнения у Чижика, - но ведь простому разговору они никак не мешали. И улыбался он так же искренне, как она. Робкой, не самой широкой своей, сдержанной будто улыбкой, и даже смеялся, лишь едва приоткрывая рот, не сильно показывая зубы. Но было видно, что эта сдержанность - прочно вошедшая в характер привычка, а не что-либо, сдерживающее искренность в моменте. Он просто не умел смеяться взахлёб, от души, когда уже ничего тебя не сдерживает, когда слюна изо рта, а живот надрывается. И она, кажется, так не умела. Или разучилась. Да, они и в этом были похожи.
- Чувствую себя официантом, - заулыбался капитан, когда Майя заходилась расставлять на подносе бокалы, чтобы освободить место для тарелки с бутербродами. - Это называется правильным распределением обязанностей. Шеф-повар готовит, официант - разносит.
Фёдор Михайлович немного подумал о чём-то сосредоточенно и закончил свою мысль неожиданным выводом:
- А есть и пить всё это, значит, придётся Стругачёву, - и засмеялся так, что бокалы на затрясшемся подносе задребезжали.

На обратной дороге в жилой отсек для офицерского состава звездолёта они уже не бежали, а шли спокойно, так как несли тарелки с едой, напитки и лёд для шампанского. Поэтому имели больше времени поговорить - благо, по пути так никто и не встретился.
- Покажешь мне - завтра или когда соберёмся - эти края заснеженные, которые ты так любишь, - попросил Фёдор Михайлович, серьёзно глядя на девушку. Впрочем, не забывал он и смотреть, куда идёт. - Пусть это и в голокомнате, но очень хочется взглянуть. А я тебе Марс покажу... Но знаешь, было бы очень неплохо, когда мы вернёмся, - в этот раз его голос не дрогнул, когда он произносил эти оптимистичные слова, - увидеть эти места вживую. Я тебе обещал экскурсию на Марс по возвращении - почему бы и тебе не показать мне Подмосковье? Конечно, это намного ближе Марса - от моего дома рукой подать, пешком можно дойти - но хотелось бы увидеть конкретные места. А ещё лучше - в конкретное время года... Но это я так, просто желание высказал. Не будет возможности вживую - не беда, - казалось, эти последние слова были не совсем правдой. Чувствовалось, что Чижик огорчится, если эта идея не выгорит и у них не получится ничего с этими взаимными экскурсиями.
Вдруг, будто птичка, очнувшаяся ото сна, он встрепенулся после своей недолгой задумчивости и тепло поглядел на Майю.
- Для меня твоё мнение тоже важно, - серьёзно, проникновенно сказал мужчина. - Поэтому не стесняйся его высказать, если что. Хотя... ты, кажется, и так сама прямота, - усмехнулся он. - Но всё же, имей в виду. Ты вот всё опасаешься, что можешь мне надоесть или будешь не в тему. Если я буду занят работой, когда тебе захочется поговорить о чём-то не срочном, я просто скажу тебе об этом, и поговорим позже, олрайт? Так ты говоришь? В любое другое время я с радостью с тобой общаюсь. Ты ведь интересная собеседница и мне с тобой приятно проводить время. И ты будь со мной честна, ладно?
На рассказ про имя младшей сестры он ответил лишь понимающей улыбкой, не допустив в неё ни капли скепсиса. Почему бы капитану Светлову не быть в душе романтичным человеком? У людей неромантичных не рождается так много детей от одной женщины. А у Светлова их пятеро! Как понимал Чижик, у них у всех общая мама. Хотя полной уверенности в этом вопросе не было. И вообще, в чужую семью не стоит лезть со своими вопросами.

- Спасибо.
Стругачёв хмыкнул, вышел за порог, закрыл дверь и, взяв протянутый бутерброд, потопал за Майей Юрьевной, на ходу откусывая сразу большой кусок. Успевшая бросить любопытный взгляд в дверную щёлку девушка заметила, что портрет на стене над капитанской койкой выглядит немного странно. Словно бы с места немного сдвинули его - совсем едва-едва, неуловимо для человека, не привыкшего к порядку во всём. Но для трудолюбивой Пчёлки, которая даже пустые бокалы на подносе расставляет по феншую, разница между тем, как портрет висел раньше, и тем, как висит сейчас, бросилась в глаза явно. Кажется, правый угол теперь был выше левого на несколько миллиметров. Это Фёдор Михайлович его зачем-то снимал - от пыли протирал, может - или рядовой безопасник Лёха что-то сделал с блондинкой или её родинкой?
- Ага, мне перед дежурством этот завтрак самое то, - снова затянул Стругачёв свою песню. - Хотя комбриг нам говорил, что солдат должен заступать на дежурство голодным. Голод не даёт уснуть, а насытившийся человек, наоборот, хочет спать. Но в уставе этого не прописано, так что не смотрите на меня так, дисциплину я не нарушаю. В брошюрке я читал, что Данко разбудит посреди сна дежурного безопасника, если случится тревога. Так что всё окей, не нужно волноваться. Я на рабочем месте и вздремнуть могу, правилами не запрещается.
Они прошли внутрь Майиной каюты и стали рассаживаться. Лёха самым первым нагло шлёпнулся на ковёр пятой точкой, а Фёдор Михайлович не спешил садиться.
- Что-нибудь помочь, Майя? - спросил он у девушки, следя за её занятием.

Не успели они сесть и вернуться к просмотру фильма, как Алексей Кирович вдруг небрежно заметил:
- А хорошо всё-таки у тебя, Светлова, в каюте. Уютненько так, и голотелек есть, и ковёр мягкий, и кресло-игрушка, и красота кругом - все эти кубки, вымпелы и прочее, - он уважительно повертел головой по сторонам, а затем направил невинный взгляд хитрых глаз на Чижика. - Мне вот интересно, капитан, а почему у вас так пусто? Каюта будто нежилая. Никаких личных вещей - вы хоть спите-то там? Портрет вот только на стене, - Лёха покрутил пальцем в воздухе, будто показывая на невидимую стену, - единственное, что хоть что-то говорит: мол, в каюте кто-то обитает. Кстати, вы там совсем юный ещё, и так хорошо улыбаетесь. И девушка красивая - ваша родственница?
Фёдор Михайлович при этих словах на мгновение замер, а Стругачёв незаметно подмигнул Майе, прежде чем капитанский взор обратился на него. Чижик нахмурился сначала, борясь с какими-то одолевавшими его эмоциями, но затем вздохнул и расслабился. Словно бы сперва хотел накричать на не в меру любопытного рядового, но передумал. Бросил осторожный взгляд на Майю, опустил его, тут же отвёл в сторону. Ресницы его дрогнули, а жилка на шее запульсировала, выдавая нервное напряжение. Уж доктор в таких вещах понимает. А затем его лицо стало медленно краснеть и покрываться мелкими капельками испарины. Жарко сделалось от волнения вдруг. Фёдор Михайлович сглотнул и протянул руку за бутылкой «Фанты».
- Личные вещи у меня есть, просто их очень мало, - спокойно, но слегка напряжённо начал отвечать он издалека, явно чтобы подольше избегать последнего вопроса, - к тому же, я аккуратист и не расставляю их везде. Всё сложено в шкафу. Они мне большую часть времени без надобности, я ведь почти всегда на мостике, - словно бы оправдываясь, говорил капитан. Он разлил оранжевую жидкость в два бокала. - Майя, а ты будешь лимонад?
Стругачёв заинтересованно и ожидающе смотрел на Фёдора Михайловича. Он протянул руку за бокалом с «Фантой» и, сделав маленький глоток, иронично приподнял бровь. Будто насмешливо так, с вызовом спрашивал: ну так как, будете отвечать, Чижик Михайлович, или мне, может, утюг взять? Но ни слова не говорил, давая возможность ему уйти от ответа, если всё настолько плохо.
И-и-и... остановился на этом месте, так как мне сейчас нужно представлять реакцию Майи, думаю, это важно для того, как будет отвечать и реагировать Чижик :)
  • Замечательный пост! Хороший и вкусный, обширный (хотя я думаю это от вдохновения и мы снова чуть сократимся ;), мне очень понравилось.
    +1 от Лисса, 22.09.17 09:09

- Какая невероятно сложная загадка! - восхитился домик. - Но я её не стану никому загадывать, потому что любая загадка должна иметь отгадку, иначе это просто шутка. Я понял: ты пошутил! Ха-ха-ха! - весело рассмеялся архитектурный Петин собеседник. - Хорошая шутка и не злая!

Домик выдержал драматическую паузу, а потом с радостью сообщил:
- Правильно, это совесть. Ты разгадал самую сложную мою загадку! Ты первый, кто смог её отгадать. Да ещё с первого раза! За это я расскажу тебе то, чего не слышал от меня ещё никто. Слушай внимательно и запоминай. А лучше записывай... Высок и полон тайн Чёрный замок, но пуще других волшебник бережёт самую страшную тайну: где же находится принцесса. Я открою её тебе: принцесса спит на хрустальной кровати в самом глухом подземелье замка, на самом нижнем этаже. Охраняют её Зелёные Рыцари. Когда пойдёшь туда, то увидишь пять дверей. Про две из них тебе сразу всё станет известно. А три останутся загадкой. Но эту-то загадку я помогу тебе отгадать. Левая дверь - смерть. Средняя дверь - кровь. Иди в правую дверь, а как войдёшь, сверни налево - и смерть, и кровь минуют тебя. Только человеку, который знает, что такое Совесть, могу я доверить эту тайну.

Что же, это была последняя загадка домика. Похоже, пора было прощаться и идти дальше по дорожке, которая вела в лес прямо от его дверей.
+1 | Герои не умирают, 13.09.17 01:38
  • За совестливые загадки и за домик. А принцессу на хрустальной кровати жалко - твердо небось, и углы острые.
    +1 от Путник, 21.09.17 18:27

И всё бы хорошо с трубкой-то, вот только огоньку пришлось у старика просить, так как сам Яррике мог разве что водой магической её залить, а не раскурить как следует. Но Дубовый Друид не пожадничал, помог волшебнику с раскуриванием, тлеющий уголёк откуда-то из одежды достав и протянув ему. А от уголька уже и табак поджечь можно было. Как оказалось, запахи благовоний исходили как раз от трубки друидской. Травки там были намешаны соответствующие, от которых приятный аромат по дому друида распространялся.
- Шанс - он завсегда есть, дОкОле ты не пОкОйник, - усмехнулся Дубовый Друид в свою бороду. - ТОкмО не нужны нам ни златО, ни шелка. Мы дОвОльствуемся тем, что природа-мать нам даёт. ХОтя, пО правде-тО, шарды у нас в хОду, чужеземцы приходють, вот и служит шард разменнОй мОнетОй... ОднакО, пОмОчь мы тебе не сможем, юный вОлшебник, - с сожалением в голосе заметил старик. - За делО ты, видать, прОклятие свОё получил-тО. КОли б тебя сО зла прОкляли, непОвиннОгО, то этО бы легкО снять мОжнО было мОлитвами Лакуне ОхОтнице. Но Она не пОмОгает тем, ктО вину свОю Отбывает в прОклятии. Я тебе так реку, пОчтенный Ярр. ДОбрыми делами свОю вину искупишь - тОгда прихОди, пОпрОбуем тебе пОмОчь, - кивнул друид. - А ещё лучше - тОгО вОлшебника найди, кОтОрый прОклял тебя, и прОси его снять с тебя прОклятие. ОнО быстрей так будет. ИбО бОгиня капризна - и за пОмОщь свОю бескОрыстнОй дОбрОты От тебя пОтребует.
Лиана огорчённо взглянула на Ярра.

Помолчав немного, с мыслями собираясь и колечки дыма пуская, друид продолжил:
- А прОсьба мОя такОва. Отнести вам надОбнО дубОвый пОсОх мой, - старец потряс своим посохом, приставленным к стене дома-гнезда, - ИвОвОму Друиду в лес Ларуна. Отыскать нелегкО священную рощу, где он живёт, но я уверен, вы справитесь. Даст вам чтО-тО затем ИвОвый Друид, чтобы мне этО принести. КОгда вернётесь вы, я научу каждОгО из вас премудрОстям следОпытства, кОих вы не знали.
- Дубовый посох только один? - нахмурившись, спросила Лиана друида, и тот кивнул.
Странница внимательно поглядела на Ласку, и в глубине её глаз читался немой вопрос.
Говоря терминологией РПГ, Ярру и Лиане предлагают квест, за выполнение которого они получат +1 к Следопытству каждый :)
  • Нравится игра. А уж говор друида... :) Пускай не супер быстро, но она живёт и мы двигаемся вперед.
    +1 от Лисса, 20.09.17 12:23

Разбойники удивлённо поглядели на Эдьку. Видать, в их головах не очень укладывалось, как племянник Бабы Яги не может знать, как в город пройти, то бишь, в стольный град, где царёв дворец стоит. Он же местный! А все местные должны это знать.
- Ой, темнишь ты что-то, мил человек, - прищурился одним глазом атаман, на протянутую руку никак не отреагировав. - А может, ты и не племяш никакой вовсе?
- И то верно, - поддакнул атаману один из его шайки. - Уж племяш-то бы знал, что от камня путевого надоть в другую сторону идти.
  • Нежданчик и лос-попадосЪ)
    +1 от Лисса, 18.09.17 15:07

Он тоже слышал её частое сердцебиение, чувствовал лёгкую волнительную дрожь по телу и слышал в её тихом сейчас голосе лучики счастья. Это заставляло его волноваться сильнее, тревожиться даже от этого момента уединения. Он очень боялся вторгаться в её личное пространство. Ведь это могло зайти слишком далеко. Нельзя было слишком... сближаться. Если Майя к нему привяжется ещё больше... Впрочем, он почему-то думает, что это плохо, но если нет? Если всё будет хорошо? Чижик вздохнул, услышав её вопрос и немного удивившись.
- Конечно, доверяю, - без раздумий ответил он, испытывая сильное смущение от того, КАК она его обнимала. Не просто позволила ему заключить себя в объятия, а отвечала взаимностью, лаской и нежными прикосновениями. Это будоражило кровь и ещё сильнее тревожило. Нужно было сейчас сделать паузу. Остановиться.
Он отстранился одновременно с ней и кивнул, поглядев в глаза. Отметил дрожащие ресницы. В темноте она едва ли смогла бы увидеть краску, залившую его лицо. Щёки капитана горели. А от просьбы закрыть глаза и расслабиться запылали даже кончики ушей. Что она задумала???
- Что ты хочешь... - но он не закончил вопрос, послушал её и прикрыл глаза. Правда, расслабиться не получалось, и когда Майя взяла его ладони, то они были напряжены и чуть дрожали в волнении. Можно было заметить, как дрогнули сжавшиеся в это короткое мгновение губы. Лишь с началом массажа эта дрожь стала тише, а руки Фёдора Михайловича - мягче. Мышцы уже не были так напряжены.
Всего лишь массаж. То есть, это не всего лишь... это ЦЕЛЫЙ массаж... но он-то уже другого напридумывал, и ему стало легче, когда всё оказалось несколько проще. Легче... и в то же время где-то глубоко внутри кольнуло лёгкое сожаление. Но хорошо, что всё обернулось так. Да, это хорошо...
- Ты умеешь делать массаж? - наивно удивился он, не торопясь открывать глаз. Почему-то казалось, что их нельзя открыть, пока Майя об этом не скажет. - Очень приятно ты это делаешь... - голос его стал тише и чувственнее, ему определённо нравились эти массирующие, волнующие прикосновения. Сильные и одновременно ласковые. Хоть и смущало, что это такое она втирает ему в кожу. Но доктору можно было довериться.

Разговоры про Светловскую семью отвлекли Фёдора Михайловича от волнительных тревожных дум. Не сразу, но он попытался сосредоточиться на рассказе девушки, переключиться на другие мысли, более будничные. Уже первая фраза про брата-поклонника невольно вызвала у Чижика лёгкий недоверчивый смешок. В его понятия о Светловых с трудом укладывалось, как кто-то из них - кроме ставшей родной Майи - мог быть его поклонником, уважать бывшего преподавателя МЗУ и нынешнего капитана «Данко». Но Чижик понимал, что не стоит судить предвзято. Даже сам Юрий Аркадьевич, может статься, имеет причины его уважать, просто не считает нужным этого показывать. Наверное, эта «любовь» у них взаимна. Во многом из-за отношения к нему Майи капитан Светлов мог не любить Чижика. Отцовская ревность - дело понятное и непростое.
- Не думал, что твои братья про меня вообще что-нибудь знают, - хмыкнул мужчина, от удивления даже глаза открыв и поглядев на девушку, склонившуюся над его руками.
На её густые рыжие волосы, в которые так хотелось зарыться пальцами и носом - наверняка они чудесно пахли травяным шампунем. Фёдор Михайлович невольно принюхался, желая почувствовать её запах. Со стороны могло показаться, что он принюхивается к запаху ароматных масел, которые втирала ему в кожу ладоней Светлова.
- Да, я знаю, что они учились в МЗУ одновременно со мной, на несколько классов младше, - кивнул капитан. - Всё училище знало, в каком классе учатся сыновья Светлова. Они были звёздными детьми. Но я с ними не общался, - покачал он головой и мягко улыбнулся. - У нас была своя компания однокурсников. Я, Михалков и ещё несколько ребят, вряд ли ты про них слышала. Они все сейчас где-нибудь летают... А Алису назвали не в честь ли героини Булычёва? - предположил Фёдор Михайлович. - Если это так, то не ты ли придумала ей имя? - шутливо бровью дёрнул.

Понравилось ему, как Майя про родных рассказывала, это было видно по лицу, по доброму взгляду и такой же улыбке тёплой. Семья - это хорошо, и ему приятно было слышать, с какой любовью Светлова отзывается о родственниках.
- А у меня нет ни братьев, ни сестёр, - хмыкнул Чижик. - Вернее... - он нахмурился, всколыхнув неприятный осадок воспоминаний, - говоря по правде, брат и сестра есть... сводные... но я их совсем не знаю. Брата видел, когда он ещё соску во рту держал. Так что и рассказать о них ничего не могу. Кроме того, что они значительно младше меня и живут на Марсе. Имени сестры даже не знаю, а брата зовут Виталий.
Почему-то ему захотелось поделиться с Майей этим небольшим рассказом о себе и своих родственниках. Обмен откровениями, так сказать. Вот только у девушки рассказ вышел забавным, тёплым и интересным, а у него эта история веяла грустью.

Он смотрел на неё, прижавшуюся щекой к его горячим рукам, и смущённо улыбался, а потом, не удержавшись, отнял одну ладонь, оставив ей вторую, и аккуратно провёл ею по шелковистым волосам девушки, слегка зарываясь в них пальцами, легонько коснулся её уха, а затем и шеи кончиками пальцев.
- Спасибо, это было приятно, - кивнув, повторил он. - Если ты правда этого хочешь... если готова, то давай досмотрим. Мне кажется, после этого и тебе, и мне станет намного легче. Не нужно стыдиться чувств, которые идут от души. Знаешь... - Чижик опустил взгляд на свои колени, а потом нерешительно признался, - на твоём месте тогда я поступил бы точно так же.
Капитан поднялся со стула, не сразу отпуская её руку. Возможно, он хотел так и идти с ней рука об руку. Но, в любом случае, контакт сразу не прервал.
  • за плавное и аккуратное сближение...
    +1 от rar90, 15.09.17 23:25
  • Ох, это очень чувственный, всколыхнувший во мне эмоции пост.
    +1 от Лисса, 17.09.17 21:59

- Да, господин, - кивнула она и вытянула ручки вперёд, показывая их Урию и чуть раздвигая в стороны, демонстрируя цепочку между надетых на её запястья белых кружевных манжет. - Я ваша рабыня.
  • "тауие повороты не для моей лошади" (ц) умеешь удивить.
    +1 от Путник, 15.09.17 21:19

Возражений старцы не имели - кажется, они дара речи поначалу лишились, увидев свесившуюся слюну. А Лиана бросила на неё хмурый взгляд и вздохнула.
- Ты чего расшумелся, будто я против? Конечно же, мы вместе пойдём. Даже если потом наши пути разойдутся, я должна убедиться, что тебе здесь помогут, - она кивнула Яррику и перевела взгляд на друидов. - Будьте добры, отведите нас к Дубовому Друиду, - мягко улыбнулась странница.
- За нами следуйте, искатели, - сказал первый старец и все трое синхронно развернулись и куда-то направились.
Про слюну не стали ничего говорить. Видно, друиды были народом вежливым и тактичным.

Они направились к нескольким огромным дубам, чьи ветви были настолько велики, что на них могли разместиться дома множества людей. Сам город был возведён на ветвях этих могучих дубов. А в центре рос самый большой дуб-великан, обильно обстроенный домами, подобно гнёздам из веток и сучьев, скреплённых где верёвками, а где и клейкой смолой. Лестницы на деревьях вели вверх и вниз. По одной из них, самой широкой и крепкой на вид, один из друидов повёл Ярра и Лиану к большому дому-гнезду, видневшемуся не очень высоко от земли. Он дошёл до двери и открыл её, пропуская мага и странницу внутрь.
И первое, что они увидели - это бородача с запутавшимися листьями и комками земли в волосах, в соломенной шляпе с сидящей на ней мелкой пичужкой. Старец сидел на трухлявом пеньке, заменявшем ему трон. Он кивнул вошедшим, одновременно приветствуя их и предлагая располагаться на циновках на полу перед его «троном», а затем выпустил красивое колечко дыма из своей трубки. Здесь приятно пахло какими-то растительными благовониями.


  • Не хотелось бы с не
    +1 от Лисса, 14.09.17 15:05

Рожи разбойничьи вытянулись при виде дыма, выходящего из ноздрей Зверикова. Один даже затрясся, как лист осиновый, прячась за спину товарищу, у которого плечи были не такие узкие. А уж очки-то и вовсе озадачили работников ножа и топора, романтиков с большой дороги. Правда, сидевшие или стоявшие ближе к лейтенанту тихо зафукали и от дыма отмахиваться стали. Не по нраву пришёлся он им.
- Ну, ты прям того, Горыныча будто племяш, а не бабушки, - удивился атаман, а потом гневно стукнул кулаком по столу так, что аж тарелка вздрогнула. - Это ты меня свиньёй называешь?! Я ж ем - и мне вкусно! Ну не хошь - как хошь, нам больше достанется, - быстро успокоился бородатый кривой главарь преступной группировки, с удивлением косясь здоровым глазом на корочку, которую принялся жевать Эдик.

Он махнул рукой, и как будто по волшебству на столе появился старинный самовар, вытащенный из какого-то мешка разбойниками. Странным делом в него не стали заливать воду, а сразу подставили кружки и открыли кран.
- Вот, угощайся чаем самоваренным, - горделиво пододвинул атаман кружку Эдику. Затем открытую баночку с мёдом и другую с вареньем малиновым. - А это заместо сахара.
Ложка к этому добру прилагалась. Большая такая, деревянная. Такой по лбу дать - мало не покажется.

- Ну, коли б золотишко на том корабле было али самоцветы, то мы бы об нём знали, а раз не знаем, то и нетути их там, - сделал неожиданный вывод атаман. - Сказочник, помню, ты уже говорил. Да что ж ты от нас услыхать хочешь? Про бабушку, тётку твою, ты сам всё знаешь. Про нас сказывать не буду - военная тайна. А про остальное... ну, положим, слухи ходють, будто к войне наш царь-батюшка готовится, - понизив голос, доверительно сообщил атаман, дохнув на Эдика перегаром. - Наши соседи из Захрустального собирают войско, чтобы на нас вероломно напасть. А царь-батюшка - чтобы отбить это самое нападение. Вот так-то. Только тшшш... - атаман опасливо оглядел терем и палец поднял, - сие есть тайна великая.
- Да, да, это большой секрет, - загомонили-закивали разбойники.
- Никто про это не знает...
- А кто узнает и проболтается, тому царь голову с плеч...

- А может, это самое... медовухи? - весело предложил атаман.
В инвентаре:
- поменяй "сигареты" на "сигареты (14)",
- корочку МВД, наушники с сотовым и корочки хлеба (обе) удаляй :)
  • Красота.
    А вот это улыбнуло чёт ^-^
    у которого плечи были не такие узкие
    +1 от Лисса, 13.09.17 19:45

По глазам Лёхиным увидела - он понял, что совершил ошибку. Напросился, куда не звали. Встрял третьим лишним в Майино личное с Фёдором Михайловичем. Покраснели глаза рыжика от испытанного укора совести, неуверенно и как-то испуганно посмотрел он на капитана, но Майя резко стартовала на выход из каюты, и никто не стал её догонять.
- Пойдём и мы, Стругачёв, - услышала она, уже закрывая дверь, голос Чижика. А когда двинулась по длинному коридору в сторону медотсека и миновала лестницу, то могла и шаги их, и голоса негромкие расслышать сзади, на отдалении. Негромко хлопнула дверь...

По пути девушке никто не встретился - даже корабельный талисман кошачьей породы. Корабль будто вымер, и если бы не стабильное искусственное освещение, эти коридоры могли бы показаться пустыми и зловещими, словно из фантастического триллера какого-нибудь. Только тихие собственные шаги звучали эхом, отражаясь от стен - никаких сторонних звуков, ни единого живого голоса. Правда, на полпути до медотсека повстречался дроид-уборщик, прожужжавший мимо на своих колёсиках, подметая пол щёткой-валиком.
Игоря Григорьевича, к счастью для желавшей побыть наедине с самой собой Майи, также было не видать. Наверное, добрый доктор биологических наук уже спал в своей биолаборатории, ведь он тоже сегодня много поработал, хоть эта работа и была больше умственной, нежели физической. Составление каталогов, анализ полученных данных... от всего этого голова могла пойти кругом. Уж Майя-то знала, сама с таким сталкивалась в медицине и не только.

Тишина. Каждому полагается иногда побыть в одиночестве. Запершись в своём маленьком личном пространстве, отгородившись защитной стеной, этим самым куполом тишины, от всего внешнего мира. Очень хрупким, надо сказать, куполом. Его очень легко разрушить. Достаточно появления любого человека, не знающего про созданный кем-то купол, и вот к тебе уже пристают с разговорами или стучат в запертую дверь.

Тук. Тук. Тук.

Это сердце её бьётся от расстройства или и правда в дверь стучат? Майя прислушалась и - действительно - услышала тихий, но настойчивый стук в дверь своего кабинета. Она так погрузилась в свои тяжёлые, горячечно-сладкие мысли, что не заметила, как кто-то вошёл в медотсек, пересёк приёмную и подошёл к двери кабинета. Ну, этому нарушителю спокойствия ещё темнота помогла, созданная девушкой.
- Майя? - услышала она обеспокоенный голос Фёдора Михайловича за дверью. - Ты там? Данко сказал, ты здесь. Я могу войти?

Он был один, без Стругачёва. Одет он был, на удивление, не в лётный комбинезон ВКС, а в штатское. Белая рубашка, чёрные выглаженные брюки, аккуратная причёска с «её» чёлкой. В гражданском Майя его видела в последний раз, ещё когда училась в МЗУ. Всегда он был в лётном комбезе. Либо в скафандре. Либо без верха комбеза, ага! Как тогда в пещере. Но сейчас она его увидела в рубашке и брюках, и хотя вид он стал иметь менее внушительный, и казался чуть более худым, чем обычно, этот костюм ему шёл. Он его делал моложе. В темноте, правда, не рассмотреть как следует, но была она, темнота эта, сейчас будто интимной.
Когда Чижик подошёл ближе, от него пахнуло лёгким флёром уже знакомого одеколона - так и есть, перед выходом из своей каюты надушился. Словно бы шёл на свидание! Вот какой у него сейчас был вид - самый что ни на есть свидабельный. Только цветов и бутылки шампанского не хватало, но они ведь уже были до этого, как и коробка конфет.
- Что такое, Майя? - в голосе его тихом звучала тревога. - Переволновалась из-за видео? Хочешь об этом поговорить?
Ага, прямо как анекдотические психологи спрашивают: «вы хотите об этом поговорить?». Только Фёдор Михайлович спрашивал серьёзно, искренне волнуясь за девушку, бывшую некогда его ученицей и пережившую тот жестокий эксперимент пятилетней давности. И такую дорогую ему, как оказалось по прошествии времени. Что-то внутри него дрожало. Некая струнка души, растревоженная встречей с повзрослевшей Светловой. Дрожала и не могла перестать. Трепетно и нежно, и боязливо в то же время. Страх обжечься. Снова.

Большого труда и недюжинной смелости ему стоило одеться вот так, будто он и правда шёл на романтическую встречу с девушкой. Будь они с Майей одни - было бы проще. Но присутствие Стругачёва смущало Фёдора Михайловича. Не хотелось при нём демонстрировать, каковы настоящие отношения между капитаном и бортовым врачом. Не то, чтобы Чижик их стеснялся, просто... ни к чему это сейчас им. Совсем ни к чему. Не стоит давать экипажу поводов для подобных обсуждений.
А он ещё одеколоном побрызгался...

* * *

- Данко, пожалуйста, ничего не говори капитану, - попросил Стругачёв. - У меня нет никакого злого умысла. Это личное. Я хочу помочь другу. Чижику от этого хуже не станет. Андестенд ми?
- Йес, ай ду, Алексей Кирович, - вежливо ответил искин. - Я пока что не усматриваю в ваших действиях злого умысла. Специально ничего не стану говорить капитану, но для вас лучше, если он об этом не станет спрашивать. Моя программа обязывает меня правдиво отвечать капитану на все вопросы.
- Ладно-ладно, - проворчал Лёха, сбросив ботинки и лихо забравшись ногами в носках на застеленную капитанскую кровать. - Я думаю, он не станет спрашивать того, о чём не знает.
Его лицо на мгновение задержалось напротив портрета, вгляделось в улыбчивые лица капитана и незнакомой девушки, затем Стругачёв, хищно сузив глаза и широко раскинув руки, словно рыжий какой-нибудь говорящий ворон крылья, ухватил за края рамку с портретом и принялся придирчиво осматривать все углы на фото и все стороны рамки.
- Ничего... - пробормотал он и, сняв портрет с крепления, перевернул к себе задней стороной, поизучал сзади. Не удовлетворившись поверхностным осмотром, сел на кровать и стал аккуратно раскрывать раму, и через десяток секунд в его руках была сама фотография. Поглядев на её оборот, Алексей скользнул взглядом по написанным там строчкам и задумчиво хмыкнул себе под нос: - А вот это может быть интересно...
  • Классная встреча в темноте. Точнее в полутьме! :)
    +1 от Лисса, 13.09.17 09:11

- Я очень люблю загадки, - ответил волшебный домик и вздохнул, - и когда их не угадываю, очень огорчаюсь. А ещё, ты прав, мне одиноко без посетителей. И я догадался, что ты идёшь к Барладу Дэрту за похищенной принцессой, ведь так? Я хочу тебе помочь, но могу это сделать только в виде награды за отгаданные загадки. Такое уж у меня волшебство - я не могу просто так сказать пароль, если загадка не будет отгадана. Извини...
Опечалился слегка домик, но затем уже более радостно продолжил:
- А теперь - последняя загадка. Слушай внимательно. Если убьёшь на поединке чужеземного рыцаря, промолчит и сон твой не нарушит. Если же в бою врага со спины убьёшь, разговорами замучит - пожалеешь, что родился. Что это?
+1 | Герои не умирают, 12.09.17 18:20
  • Домик живой ^^ У него есть эмоции и очень трудные загадки.
    +1 от Лисса, 12.09.17 19:34

- На корабела не похож, а на чайку - есть немного, - парировала Аннабелла, смеясь над неудачной шуткой.
Правда, затем как-то притихла. На Перри внимательно со стороны поглядела, который нёс её чемодан, поднимая его над лужами и не позволяя намокнуть ни ему, ни его драгоценному для девушки содержимому. И стыдно ей вдруг стало, что над ним насмехается. Он для неё старается, пусть и с мыслью о личной выгоде - о том, что умолчит принцесса про кресло сожжённое, - а она шуточки над ним шутит и за дурака неграмотного держит. Ну, мало ли, кто о чём знает. Она вот, скажем, про звездолёты ничего не знала, кроме того, что в некоторых мирах люди и другие расы в космос научились летать, перемещаться к далёким звёздам, нырять в чёрные дыры - а что такое чёрная дыра, эльфийка вообще понятия не имела. Ну, висит хрень какая-то непонятная в космосе. А что она и зачем, кто её воздвиг - может, Перри знает?
В общем, совестно стало Аннушке, и в какой-то миг их долгого пути она подалась к пернатому вонючке, к лапе-руке его прижалась, обнимая эту крепкую когтистую конечность и щекой прижимаясь даже.
- Какой же ты хоро-оший, всё-таки, - мурлыкнула, не став извиняться или благодарить, а просто сказав эти самые добрые слова, от которых на душе теплей становилось. Получше извинений и благодарностей слова-то такие.
Впрочем, недолго она коднарову лапу обнимала. Всё ж пованивал он мокрой псиной, да и вши у него, наверное, водились - ещё чего не хватало, чтобы на неё перешли. Подальше лучше держаться было. Немного отстав, эльфа незаметно от коднара брезгливо руки отряхнула и волосы, да одежду там, где та с перьями Перри соприкасалась.

Рельсы были весьма интересной штукой, но появление трамвая, которым управлял джинн, произвело настоящий фурор среди гостей из Фейерии. Перри чуть ли не прыгал от возбуждения, а эльфийка застыла, голос в голове мягкий и добрый услыхав. Всмотрелась в кабину диковинного железного зверя, по рельсам передвигавшегося, в маску фарфоровую, лицо чудо-водителя скрывающую. Почему прячет его, от кого?
- А... о.... эээ... - заволновалась Аннабелла, голос мысленный слушая. Засуетилась немного, по сторонам заоглядывалась. То в направлении эльфа её взгляд устремлялся, то обратно к джинну возвращался.
Она сосредоточилась, чтобы ответить также мысленно: «Привет и тебе, многоуважаемый джинн-чудесник, имени которого я не знаю...» На этом мысль оборвалась, так как принцесса поменяла своё решение и кинулась вдогонку за уезжающим трамваем. Однако... было поздно - чудеса человеческой техники быстрее усталых, нетренированных эльфийских ножек. И Аннабелла, стоя на рельсах, огорчённо провожала взглядом убегающий трамвай.

Не до эльфа черноволосого ей стало, когда она поняла, что джинна упустила! А когда вдруг напомнило о себе её проклятье, то Анни чуть не взвыла от бессилия, за голову руками схватилась и зажмурилась, пытаясь прочь его прогнать. Сосредоточиться на нём, подумать о приятном чём-нибудь и успокоиться...

Неужели это из-за джинна? Будь он неладен!
К эльфу пока идти передумала. Такие они капризные, эти принцессы ^^ Насчёт д100+Обаяние - а надо ли кидать уже сейчас? Может, уже по результатам разговора? А то вдруг Аннушка джинна оскорбит ненароком? :D Ну ладно, брошу, но на будущее, если таки понравится :)
  • Ох уж эти эльфийские принцессы ^^ Как часто меняется их настроение)
    +1 от Лисса, 12.09.17 08:55

Она видела их такими, какими они и были в действительности. Они, кажется, совсем не умели смеяться. Даже когда на губах играла улыбка. Когда губы смеялись над шуткой или от радости. Эти глаза. Его глубокие глаза. Они оставались печальны. Словно бы в самой их глубине, в самом сердце этих глаз таилась некая горечь. Какая-то непостижимая, загадочная скорбь. Непонятно ведь было, отчего и когда она там поселилась. Они, эти грустные серо-зелёные глаза, были такими будто всегда. Живыми, но при этом печальными. Майя их помнила. Ещё задолго до Эксперимента...
Но было и отличие от тех глаз пятилетней давности. Раньше в них не было уверенности. Решимости этой, твёрдости мужской. Их взгляд тогда часто был робок и нерешителен. Особенно на Туманной Планете, агась. Там это стало особенно заметно. Видно, всё же космические полёты были стихией Фёдора Михайловича. Оторвавшись от Земли, он будто ожил. Пережил годы стагнации, проведённые в училище - не самые худшие и по-своему интересные годы, но бывшие для вольнолюбивого Чижика алмазной клеткой. А теперь он чувствовал свободу и обрёл уверенность. Может, и Зельцианская Бездна по-своему помогла, забросив «Данко» в чужой уголок Вселенной. Здесь не было ВКС, и Юрий Аркадьевич не мог приказывать капитану Чижику, какими должны быть его решения. Здесь он был Капитаном. С большой буквы.
- Ну вот, так лучше, - на губах Фёдора Михайловича снова обозначилась улыбка, и снова его глаза не были веселы. Впрочем, от искренних улыбок в них всё же виднелась тень. Плескалась в них эта приятная, уютная теплота доброй и светлой улыбки.

Он крепко взял Майю за похолодевшую руку - его ладонь была тёплой, в нём играла кровь. Зрелище на экране вызывало в нём не страх, а гнев. И этот гнев разгонял по жилам горячую кровь, подстёгиваемый адреналином. Девушка выпала из кресла, но тут же была подхвачена за руку и за спину, не успев распластаться на ковре выброшенной на берег рыбой. Перебралась с его поддержкой к Стругачёву, спешно убравшему поднос. Он его к ногам передвинул, куда они все трое смогли бы дотянуться при желании, если будут сидеть, как он предложил. Как три мушкетёра из Простоквашино.
- Печкин? - смешливо поднял рыжие брови Алексей. И шутливо заворчал. - Вот всегда вы, женщины, из двух предложенных вариантов выбираете третий. Женская логика, ага? Но выбор хороший. Печкин - мужик нормальный, с принципами, но добрый. И вредный, как водится. Не отрицай, ты тоже такой бываешь. Ну, да и я не лыком шит, - тараторил парень, отвлёкшись от картинки на экране, пока Майя усаживалась.
Услышав вопрос девушки, адресованный Чижику, Лёха с интересом поглядел на капитана.
- Дядей Фёдором? - переспросил Фёдор Михайлович и усмехнулся, садясь по левую руку от Майи. Так близко они сидели, что она, находясь в центре, и вправду могла обнять за плечи сразу обоих. - Бывало, но редко. В детстве только. Потом как-то перестали так называть. Всё больше птичьи прозвища придумывали. Фамилия у меня всё-таки звучнее имени. - Он улыбнулся, немного уйдя в воспоминания. - Тогда вас, наверное, удивит, если я скажу, что долго привыкал к обращению по имени-отчеству. Так меня уже в МЗУ стали называть, когда я пришёл туда работать. До этого всё чаще либо по имени, либо по фамилии. Признаюсь, я какое-то время ожидал, что вы будете меня за глаза - ну, в разговорах между собой - называть Фёдором из-за молодого возраста или прозвище придумаете какое-нибудь птичье, но странным делом ничего такого я не слышал. Может, в единичных случаях только.

Поддержка Стругачёву была нужна. Потому что, стоило ему вернуть внимание к голографическому изображению, как он притих, приклеился глазами к себе пятилетней давности. К рыцарям, будто из ниоткуда бравшим свои путы и вязавшим его. Желваки восемнадцатилетнего рыжика играли, когда он на всё это смотрел. А пальцы непроизвольно стали сжиматься в кулаки. Но ощутив узкую девичью ладошку, коснувшуюся его кисти, Лёха бросил взгляд на Майю и мягко взял её, кивнул благодарно и снова перевёл взгляд на сцены из прошлого, заботливо отснятые современными технологиями. Говорят, самые продвинутые технологии неотличимы от магии. Длинные и сухие пальцы рыжика сжали Майкину ладонь, крепко, но не сильно пожимая.
- Хе... это я за Иоффе горланил? А ведь он был к этому причастен, - саркастически покачал головой Стругачёв. Но потом что-то понял и поглядел на капитана. - Совсем не так, как вы, Фёдор Михайлович. Вас заставили в этом участвовать, а Иоффе всем руководил. Он-то вас, небось, и заставлял.
- М-м-м... не скрою, у меня был разговор с Леонардом Карловичем, и не один, - неохотно кивнул Чижик. - Но я сам вызвался участвовать. Скажем так... мне дали выбор. Они и сами понимали, что детям будет проще с их учителем. С привычным для них, а не найденным на стороне. И что... - он сглотнул в волнении, - что присматривать за ними в форме робота тоже лучше человеку... человеку заинтересованному. Для которого это не просто работа. - Капитан покачал головой. - Не скажу, что на меня давили. Мне ничем не грозили, только заставили подписать документ о неразглашении. Я мог отказаться и продолжать работать в МЗУ, забыв об этом разговоре. Признаюсь, я не сразу ответил. Взял время подумать. Очень трудный был выбор... - Фёдор Михайлович погрустнел и опустил голову, глядя в пол.
- А я рад, что вы сделали такой выбор, - немного помолчав, вдруг сказал Стругачёв, и показал капитану большой палец. - Уважуха! Как говорится, друг познаётся в беде. Протирай вы и дальше штаны в МЗУ, вас бы потом совесть уела, как пить дать. А мы бы ничего и не узнали. С другим человеком и сложилось бы по-другому, - рыжик пожал плечами. - Кто его знает, может, и до победного конца эксперименты бы над нами ставили. Жестоко это. Я понимаю: тесты на профпригодность, всё такое. Но не по-человечески. Так-то.
- Спасибо за поддержку, Стругачёв, - тихо сказал слегка приободрившийся Чижик. - Абсолютно с тобой согласен. И про совесть, и про человечность. Имеем ли мы право называть себя людьми, если ставим над детьми такие опыты, оказывающие глубокое воздействие на их неокрепшую психику? Это совершенно непедагогично. Противоречит всем моральным принципам.
В этот момент Майя поняла: дружбе между Лёхой и Фёдором Михайловичем быть. Стоило совместно посмотреть фильм вот ради одной этой сцены. Парень сейчас видел своими глазами, как остро переживает бывший учитель, узнавал его историю с этим проектом, слышал его рассуждения. И наверняка поменял своё мнение, которое до этого было несколько иным, не в пользу Чижика. Поменял своё представление о нём. Между ними появилось понимание.

- Блин, со стороны выгляжу как трусло истеричное, - возмутился Стругачёв, глядя на сцену своего неудавшегося побега к кораблю. - «Я не пойду с вами!» - передразнил он себя. - Мне, конечно, тогда до чёртиков страшновато было, но думал я не о том, как бы в угол забиться. Корабль был единственным убежищем, чтобы они меня не схватили. А находясь на свободе, я бы лучше помог тем, кого они схватят. Хотя уже потом, в пещере, понял, что это я зря так решил. Лучше было оставаться с вами и иметь возможность защитить при случае. Всё-таки вас было три девочки, а трое... эм, мальчиков, - бросил он взгляд на Чижика, - немного уравновешивали шансы. Короче, не считайте меня трусом, лады? Я думал тогда о пользе для всех, - смущённо признался Лёша и приобнял Майю в ответ на её жест за спину.
- Не переживай, Стругачёв, - мягко улыбнулся бывший учитель, - зная твой характер, я и подумать не мог бы, что ты трусишь. Ты же боец, и за девочек в училище заступался, верно?
- Ну да... - рыжик усмехнулся и, покраснев от смущения и похвалы, провёл пятернёй по волосам, отворачиваясь к экрану.
А рука Фёдора Михайловича сначала коснулась кисти девушки, в знак поддержки, когда она вдруг загрустила и вспомнила о своём нежелании возвращаться домой, а затем и на её плечо опустилась. Он несколько секунд внимательно на неё смотрел, вглядываясь в лицо. Но ничего не сказал. Да здесь и не требовались слова.

В следующий раз их кисти соприкоснулись, уже когда Майя решила поддержать бывшего учителя и нынешнего капитана в сложный момент, который им показывали операторы, монтировавшие видео. Это было действительно личное. Воспоминания о своём пленении и поездке в клетке были всё ещё живы, почти даже не потеряли в яркости. Взгляд мужчины застыл на своей более молодой и просвечивающейся на голограмме копии. Последовал долгий тихий вздох.
Ох, как же много он тогда передумал. Сколько чувств и эмоций было намешано, настоящий коктейль. Там и досада, и обида, и стыд перед детьми, и гнев на организаторов этого чудовищного в своей жестокости балагана. Но больше всего было беспокойства за ребят. Особенно за девочек. Мальчишки-то в плен угодили боевые. Что Коля Гераськин, что Стругачёв - оба были не из тех, кто легко сломается психологически. За Алексея можно было беспокоиться разве что, как бы он не выкинул чего-нибудь... что только сделает ему хуже. Как эта песня, побудившая актёров-рыцарей заткнуть ему рот кляпом. Тоже для убедительности, наверное. А вот девочки... Майя, Аня... и даже серьёзная Марина, несмотря на всю свою серьёзность, тоже девочка, ранимая и с тонкой психикой. Впрочем, он волновался за всех. Меньше всего за себя, по понятным причинам...

А эти самые девочки были смелыми. Отчаянными в своей смелости. Они не забились в уголок и не плакали. Они уже продумывали планы, как перехитрить рыцарей, надавить им на жалость и сострадание - или поступить по-другому. Это были настоящие героини. И Фёдор Михайлович смотрел на них с уважением, а потом такой же взгляд достался и семнадцатилетней Майе, когда он повернул голову и поглядел на веснушчатую девушку справа от себя. Напрасно она беспокоилась - по крайней мере, в части их с Аней разговора, касавшейся Чижика.
- Ээ... э! - Стругачёв завозмущался, заёрзал на месте, услышав про себя такие вопиюще откровенные признания. Раскраснелся пуще прежнего, теперь уже залившись краской от смущения. - Майя, ты чего это? Ты такое Аньке говорила?!..
Парень накрыл лицо рукой и покачал головой. Забормотал, не отнимая ладони от лица:
- Ну ты даёшь, блин. Спасибо за добрые слова, конечно, но обзываться павлином... да ещё говорить это прямо ей... Ох, девчонки, - снова головой покачал. - Она ведь мне и правда очень нравилась. Ты верно всё подметила. Прямо в точку. Тут и обижаться не на что.
- А давайте действительно поставим на паузу и возьмём перекур? - услышав предложение Майи принести ещё чего-нибудь с кухни, встречно предложил Фёдор Михайлович, с усмешкой смотревший на Алексея.
Но потом опустил взгляд и заметил, что девушка ни к чему не притронулась. Улыбка сразу пропала, будто её и не было, и он серьёзно поглядел на Светлову. А потом после небольшого молчания вдруг сказал:
- Ты молодец, Майя. Пусть ты мне и не доверяла, но твоя решимость заслуживает уважения. Тут нечего стыдиться. А личные разговоры - они на то и личные, чтобы на них не обижаться. Тем более, в вашей ситуации они помогали сохранить рассудок. Верно я говорю, Стругачёв? - поглядел он на рыжика. - Ты же не обижаешься?
- Да ладно, не парься, Май, - замахал рукой всё ещё красный, как флаг Родины, Лёха. - Всё пучком. У девчонок свои секреты, у мальчишек свои. Думаешь, я никогда тебя не обсуждал за спиной с другими мальчиками? Ах-ха, надейся! - задорно блеснул он озорным взглядом и расплылся в широкой улыбке. - Ты это, газировочки мне захвати, если есть, ладно? Лимонада чё-то хочется. «Фанты» там какой-нибудь. Или кваску.
- У нас же вот что есть, - Чижик показал на стоящую на столе бутылку шампанского. Того самого, которое безалкогольное. - Оно как раз газированное.
- А, точно... но его мало, - вздохнул Стругачёв. - И я думаю, его стоит открыть после просмотра. В завершение вечера, так сказать.
- Что ж... А я, пожалуй, напился, но можно ещё чаю про запас, - улыбнулся капитан, но затем серьёзно спросил. - Майя, может, помочь?
«Майя, может, мне пойти с тобой, если хочешь объясниться?» Вот как звучал на самом деле его вопрос. Просто при Стругачёве спрашивать так было бы не очень вежливо.
  • Замечательно. Такой этап общения Алешки и Чижика! Интересно было почитать, как они обшаются.
    А про глаза прекрасный чувственный абзац, очень мне понравилось.
    +1 от Лисса, 09.09.17 11:32

Аннабелла рассыпалась мелодичным, хрустальным звонким смехом, похожим на перезвон колокольчиков, когда услышала предположения Перри о том, кто такие эти самые штурманы. Только слышалась в этом смехе лёгкая такая, непритязательная, но язвительная издёвка и высокомерность. Так смеётся высокий ардический эльф, когда некто, кто ниже его по положению, говорит какую-нибудь глупость. Искренний, но полный гордыни и самолюбования смех. Смех того, кто считает себя лучше и умнее.
- Какой ты неграмотный, Перри, ах-ха-ха, право слово, от тебя не ожидала, - смеялась принцесса. - Уж я-то знаю, кто такие эти штурманы. Это такой морской термин, обозначающий рулевого на корабле. Корабельный кучер, одним словом. То есть, двумя, ха-ха. Уж такие-то простые вещи надо знать. Я хоть и ни одного штурмана не видела, потому что по морю не плавала, но тут они должны водиться. Ага-ага, они должны водиться там, где водица. А тут её полное море рядом, если верить картам, которые я смотрела. Не волнуйся, мой сухопутный друг, прохожих они не трогают. Если только это не пираты, конечно. Но пиратов мы легко узнаем! У них повязка через глаз, деревянная нога, трубка во рту и попугай на плече. Запомнил? Увидишь такого - не подходи, ага? - щебетала весело эльфийка, крайне довольная своим нынешним положением под невероятно красивым магическим зонтом. Ну, Анни к таким вещам в Фейерии привыкла, так что для неё это было обычное дело. Поду-у-умаешь, волшебный зонт. Но красивый, да!
Хорошо всё-таки, когда дождь не помеха трудному пути.

- Эй! - Аннушка несильно ударила пернатого помощника локтем в бок, возмущённо уставившись на него. - Это почему это нас портит магия? Она нас украшает! Мы, эльфы, по своей природе магические существа. Ка-ак она может нас портить? Ты что-то путаешь, Перри, - неодобрительно покачала она головой. А потом её голос стал и вовсе холодным, и интонации повысились. - И ты назвал нас чёртовыми! Ты что-то имеешь против эльфов???! - глаза её метали молнии.

Когда они всё-таки пошли, Аннабелла с удивлением взглянула на серебряные струны металла под ногами. Нет, она слышала про рельсы, про поезда и про трамваи, но увидеть эти полоски вживую, воочию...
- Так вот они какие... - она даже присела над ними и потрогала аккуратно рукой, потыкала пальчиком в металлическую балку. - Ага, а эти штуки между ними называются шпалами, верно? Я читала про рельсы, - глубокомысленно кивнула эльфийка и поднялась.
Огляделась по сторонам, полустанок заметила со скучным серым человеком, ожидающим под скучным серым зонтом прибытия этого самого трамвая. Двинулась было к нему, потянув за собой и коднара, чтобы не мок под дождём... ээ, чтобы её чемодан не мок. Но потом вдруг заметила... эльфа! О, вот кто им был нужен! А точнее, ей - эльфийской принцессе. Самый настоящий волшебник-эльф. Может быть, даже из Фейерии родом.
- Смотри... - шикнула она Перри, показывая рукой в ту сторону. - Вот кто наверняка нам скажет, где живёт тётя. Её здесь каждый должен знать, а эльфы в особенности, ага-ага.

Аннабелла было припустила навстречу волшебнику, забыв даже про коднара и свой чемодан, но вовремя вспомнила и вернулась. Хотя нет. Не поэтому вернулась. Она встала перед клювастым блохастиком, вытянувшись в струнку и слегка прогнув спинку назад, положила ладошку на бедро, придерживая подмышкой остальные свои вещи - арфу в чехле и коробку шоколада, и изящным жестом откинула влажные, но уже почти высохшие серебристые свои волосы. Увы, потерявшие из-за влаги свою пышность и приятную волнистость.
- Как я выгляжу? - она повертелась перед коднаром, выгодно представая перед ним в позах истинной благородной эльфийской леди. - Про причёску не говори, сама знаю, что это тихий ужас, - скуксилась девушка. - Но ведь во мне узнают принцессу Фейерии, верно же? Верно? А кстати, можешь сказать, ничего так у меня на голове? А платье не слишком помялось, пока мы этого мерзкого гнизга ловили? Ах! А лицо? О вечный Оберон! Что с моим лицом?!
Аннабелла испуганно начала ощупывать своё лицо двумя руками, а потом убрала их и изобразила лучшую свою принцессью улыбку. Широкую, с белоснежными зубками, виднеющимися из-за приоткрытых губ.
- Перри, ну не томи же! Я выгляжу достойно? - она аж припрыгнула в нетерпении.

Или отстойно? Этот невысказанный вопрос повис во влажном петербургском воздухе.
Аннабелла идёт к эльфу :D
  • Ух, какая подкованная в деле штурманства! И что-то она на эльфа как-то живо среагировала ^^
    Ну, эльф и эльф... ))
    +1 от Лисса, 08.09.17 11:51

- Нет, это не воздух. И не воздушный шарик, - огорчённо ответил домик, и не подозревавший о таких вандальных мыслях собеседника, с которым он рискнул поиграть в загадки. - Даю последнюю подсказку. Слушай загадку ещё раз: легче лёгкого, проще простого, но чтобы попасть в замок, нет ничего ценнее. Подумай сам: как бы ты попал в замок, имея пёрышко или воздушный шарик? С помощью карты ты можешь его найти, но не попасть туда. А вот имея ЭТО, ты в него попадёшь.
Вздохнуло небольшое строение, послушав Петину подсказку уже к его загадке. Вздохнуло ещё раз. Потом в третий.
- Зелёный Петя Окуньков? - в явной растерянности предположил домик.
+1 | Герои не умирают, 07.09.17 15:02
  • Домик слегка нервируется :D Ладно. Я понимаю его - Петя слишком тупит)))
    +1 от Лисса, 08.09.17 09:15

Разбойники так усердно слушали «племянника Бабы Яги», что аж рты пораскрывали, и когда в рот к одному чуть не залетела муха, тот резко его закрыл, клацнув щербатой челюстью. Это словно бы дало команду остальным ожить и загомонить наперебой о том, что племяш придумал хитрый план. Кажется, им понравилось.
- Эк, хитёр у Бабы Яги племяш! - пристукнул кулаком по столу атаман. - Да ты садись, ешь да пей, да про себя сказывай. Кто таков и чем по жизни промышляешь? Сразу видно, родственная душа! Такую затею придумать! - атаман поднял палец. - Заманивать чужеземцев в злачные места, зубы им заговаривать да денежки ихние забирать! Ах, хорош племяш! Взял бы я тебя к себе в шайку, да вот беда: разбойников должно быть семеро, иначе у нас неудача будет. Считать умеешь - считай.
Звериков как-то машинально стал переводить взглядом с одной головы на другую. Разбойников действительно было ровно семь.

- А расчёску мы тебе сейчас сделаем.
Атаман прищёлкнул пальцем, поглядев на своих ребят, и один из них поднёс лейтенанту не просто расчёску, а изящный девичий гребень, жемчугом да каменьями украшенный.
- Всё, что есть, - покрутил ус атаман. - Только это не подарок. Ежели хочешь взять с собой, оставь и нам что-нибудь полезное.
  • Разбойник - разбойничья душа! Так я и знала что такую идею извратит :)
    Хороший пост и сама игра хорошая.
    +1 от Лисса, 04.09.17 20:13

- О-ой, извини…
Лиана удивлённо оглянулась и прижала ладошку к губам. Судя по расширившимся глазам, она совсем забыла про Ярров нынешний язык и не специально сказала его придержать, чтобы уколоть лишний раз магуя. Просто к слову пришлось, а вышло обидно. Правда, он так забавно обижался, что девушка уже в следующий момент захихикала в ладошку.
- Ну всё равно придерживай, а то больно болтливый он у тебя, - строго сказала вдруг, отсмеявшись.

Они прошли немного вглубь Древограда, осматриваясь. Кроме высоченных дубов с нанизанными на них домами в этом городе больше ничего примечательного-то и не было.
- Забудь про это, - рассерженно шикнула на Ярра воительница, стоило ему снова про дома терпимости заикнуться. – Друиды ведут благопристойный образ жизни. Такими вопросами ты их можешь оскорбить… - она ещё раз огляделась. – Да, надо найти верховных и поговорить с ними…
Но, кажется, и искать не нужно было. Кто-то заметил, что в Древоград вошли чужеземцы, и зеваки в одеяниях друидов стали на них поглядывать, а из толпы отделились три важных старца с длинными бородами и направились прямиком к ним.
- Здравы будьте, мОлОдые искатели, - поздоровался один из старцев, когда они подошли и остановились перед Ярром и Лианой. Старик произносил букву «о» на окающий манер. - Прибыли вы издалече, видим мы?
- ПО лесу дОлгО странствОвали, утОмилися, - пробасил второй, ус покручивая.
- ГОлОдОм и жаждОй маетесь, сталО быть, - кивнул третий.
- ОтдОхнуть с дОрОги, вОдОю чистОю Омыться и угОститься хОтите ли? - вопросил первый, поглядывая на Яррика и Лианку.
  • Ваааааа, круто они говорят! Кажись, это вОлОгОдский Окцент :D))))
    И за Лианку. Сначала главное извинилась, потом снова подколола ^^
    +1 от Лисса, 31.08.17 17:08

Чижик усмехнулся на шутку, а остальные мужчины за столом стали озадаченно переглядываться, услышав предложение девушки сказать своё правдивое мнение о качестве незадавшегося яблочного пирога, но так никто ничего и не высказал. То ли испугались угрозы в лице взявшего на себя ответственность за это блюдо капитана, то ли решили проявить тактичность – ту самую, что не очень-то свойственна была Александру Оттовичу, который и вовсе от десерта отказался. Хотя его право. Путь к сердцу мужчины лежит через желудок, но не насильно же туда яблочные пироги запихивать, верно?
- И снова яблочный пирог? – уточнил Раздолбайло про ещё одну завтрашнюю попытку. Кажется, ему эта идея не очень понравилась. Но он вдруг поднял очи горе и заметил: - Хм, на этот раз я мог бы поучаствовать, пожалуй…

Выдохнув с силой воздух через ноздри, как бык на арене, готовящийся к броску на тореадора, майор Кырымжан закрыл дверь своей каюты и решительно двинулся навстречу Майе по коридору. Чуть хмурясь и с виду вроде бы даже не слушая девушку, он перехватил у неё поднос и кивнул на её дверь.
- Замок реагирует на отпечаток пальца, - пояснил он, почему взялся за поднос, а не стал выламывать дверь в чужую каюту, подобно тому, как это делал Стругачёв. Майе ведь нужно было приложить к сенсору на замке свой пальчик – наверное, любой. Ну, кроме тех, что на ногах, само собой. Хотя, майору как начальнику СБ полагался неограниченный доступ в любое помещение на корабле. Просто он не собирался пользоваться своими полномочиями по таким пустякам, когда можно и поднос подержать.
Он так и стоял с этим самым подносом, напоминая древнегреческого бога войны, которого переквалифицировали в разносчики, и ждал, пока девушка откроет дверь в свою каюту, чтобы вернуть ей в руки поднос. Ни слова не говорил по поводу сказанного Светловой, только с виду ещё больше помрачнел. Если бы в его медицинской карточке была заметка про то, что человек он неуравновешенный, Майя могла бы даже опасаться, что этот поднос со своим великолепным содержимым сейчас полетит в неё. Или что майор поднимет его высоко в руках и огреет девушку низом посудины по голове. Но нет. Таких заметок не было. Кайрат Тимурович был вполне себе ничего. Спокойный и непоколебимый в своём каменном спокойствии восточный человек.
Уже когда замок приятно щёлкнул и дверь растворилась, а поднос вернулся в Пчёлкины веснушчатые руки, он неожиданно бухнул, бросив взгляд на её ступни, обутые в ботинки с роликами:
- Обратитесь с этим вопросом к старшему сержанту Бережному, - и пошёл восвояси, обратно к своей каюте, где тотчас и скрылся, оставив ничего не понимающую девушку стоять с подносом перед раскрытой дверью докторской каюты.
По-видимому, ничего не оставалось, кроме как позже расспросить Спартака Валерьевича. Видать, не просто так он с Кырымжаном переглядывался в столовой, а потом ещё ей подмигивал. Всё это должно быть как-то взаимосвязано. Но не похоже, будто дело в куполе тишины и её уединении с Фёдором Михайловичем.

* * *

- С чего бы это нам дураками себя чувствовать, да ещё отборными? – дружелюбно усмехнулся Стругачёв, устраиваясь поудобнее на ковре и изучающе рассматривая горстку конфеток с ликёром в общей тарелке. Затем на десерт поглядел немного насторожённо, но с интересом. – Ох, Майя, ты ещё и нам по порции приготовила? Чует моё сердце, ты решила меня раскормить, прямо как моя мама. Она говорит, что мужику нельзя быть таким худым. Но я ведь не тощий же, правда! Я подтянутый и спортивный. Не качок вроде Громова, но нормальный здоровый парень… Мда-а, чувствую, раскормлюсь я на твоих харчах. Может, располнею даже со временем. На обед вторая порция яичницы с ветчиной, на ужин добавка к десерту. Красота-а! Майя, ты отпад! – с довольным видом трещал Алексей Кирович, показав ей в конце своей пламенной речи большой палец. Ну, он явно у неё этот жест перенял. А может, она у него. Как знать. История умалчивает, откуда он произошёл.
Услышав про яичницу с ветчиной, Фёдор Михайлович вопросительно поглядел на Лёху, чуть дёрнул бровями вверх и перевёл взгляд на девушку. Помолчал немного, укоризненно качнул головой, но затем неожиданно улыбнулся. Слабо, но это была хорошая, светлая улыбка. Чижик был рад, что Майя всё же не выбросила принесённый им обед, а накормила им изголодавшегося друга, не евшего целых пять минут. По правде-то, ему было обидно думать, что яичница эта сейчас где-то в мусорном контейнере. А раз её всё-таки съели, пусть и Стругачёв, то можно было быть спокойным относительно её судьбы. Она в итоге не в мусорном контейнере, а в системе канализации звездолёта окажется, агась. Поделившись перед тем всеми ценными и питательными веществами с Алексеем. Это же лучше, чем бездарно выброшенный в урну труд Бережного.
- Интересно выглядит, - заметил Чижик, поглядев на видоизменившийся слегонца десерт, получивший новую жизнь и бонусом дополнительные вкусности вприкуску к пирогу. – Думаю, стоит попробовать, но немного позже. Ужин был довольно плотный, нужно время, чтобы в животе место появилось, - улыбнулся капитан смущённо. – Но вот от чая я сейчас не откажусь. Знал, что к тебе иду, специально не пил после еды.
- Как скажете, Фёдор Михалыч, я, если что, это самое, могу подождать, - вклинился рыжик, похотливо поглядев на десерт. – Но могу и сейчас его навернуть. Мне говорили, что мой желудок бездонный, - покивал он довольно. – Это самое… в моём желудке чёрная дыра прямо же. Зельцианская бездна, будь она неладна! И туда проваливается всё, что бы я ни съел. Вот и хожу вечно голодный и худющий. Ну, это не мои слова, - уточнил Стругачёв.

Уютно устроившись кто на полу, а кто и в мешкообразном кресле, они приготовились к первым кадрам видео. Посмотреть на них со стороны – так идиллическая картина. Двое мужчин – молодой и постарше – расположились неподалёку друг от друга на ковре. Между ними поднос с десертом и двумя чашками чая, тарелка с конфетами. И сзади кое-как, старательно делая вид, что ей очень удобно, умостилась на кресле рыжеволосая девчушка с россыпью весёлых веснушек, делавшей её лицо необыкновенно милым. Особенно в глазах Фёдора Михайловича, считавшего эти веснушки особой Майиной изюминкой, только забывшего ей об этом сказать.
- Ну, поеха… - начал было Стругачёв, когда включилась голопроекция, однако осёкся, перебитый осуждающим криком капитана Светлова. И рот слегка приоткрыл, как-то машинально подавшись назад корпусом.
Чижик, наоборот, сразу как-то посуровел и, чуть опустив голову, глядел на светловолосого мужчину, появившегося, казалось, в самой этой комнате, слегка исподлобья, с вызовом будто.
Запахов не хватало – не завезли на «Данко» арома-модуль к голотелевизору. Ведь на корабле была голокомната, были шлемы виртуальной реальности, где запахи вполне можно было воспроизвести. Зачем им ещё и арома-модуль, занимающий весьма немало места? Его ещё в начале 21-го века придумали то ли японцы, то ли китайцы, однако с появлением виртуальной реальности и возможности напрямую влиять на передачу информации в мозг, включая ощущения всех органов восприятия, это изобретение как-то не прижилось и выпускалось только под спецзаказ в малых количествах. Оно представляло собой огромный шкаф с напиханными в него ампулами-флакончиками с запахами – самыми разными. Будучи подключенным к телевизору, арома-модуль по полученным цифровым сигналам ориентировался, из какого флакончика выпрыскивать запах. Это были натуральные запахи…

Вот на экране появилась блондинистая красотка с кукольным голоском, и мужчины отреагировали на её появление своеобразно. Лёха снова приоткрыл рот, недоумённо глядя на девицу, столь откровенно жеманничающую с отцом подруги, а потом склонил голову набок. Фёдор Михайлович же издал тихое «кхм», нахмурился и оглянулся на Майю. Он явно не одобрял таких секретуток, словно бы выпрыгивающих из своего приоткрытого декольте. И вообще, какое отношение она имеет к видеозаписи эксперимента?
Когда в комнате мелькнуло знакомое всем собравшимся кодовое слово, казалось, все выдохнули с облегчением. А то мало ли, как бы там дальше стали развиваться события у Юрия Аркадьевича с этой блондинкой. Они сюда пришли приключенческую драму смотреть, а не кинцо для взрослых с рейтингом, до которого некоторым из присутствующих ещё несколько лет ползти, чтобы им разрешили такое видеть. Как бы это жестоко ни звучало… Всё-таки капитан Светлов был отцом Майи.
- О, - Стругачёв показал пальцем на появившегося Чижика 26-й версии, но затем махнул ладонью, обводя ею весь класс. – Ба, знакомые всё лица!
Оглянулся рыжик на прочих зрителей, усмехнулся по-доброму и «Твикс» разворачивать стал, тихо шурша обёрткой. На лице капитана появилась добрая улыбка. Было видно, что для него это приятная часть тех воспоминаний. Он любил свою работу учителя, любил этих детей. И в эксперименте ведь поэтому согласился участвовать, чтобы не оставлять их в беде с незнакомым человеком. Чаю прихлебнул горячего, удовольственно на себя помоложе глядя. Тронул пальцем чёлку, которую ему сделала Майя. Новый элемент в причёске, неуловимо делавший его другим. Не таким, как на экране. Впрочем, сейчас он капитан, а тогда был просто учителем.
- Ага, ничё страшного, детки, только мы падаем, - похоже, Стругачёва первые кадры веселили. Не дошли они ещё до момента, когда их пленили фальшивые рыцари. И сейчас Лёха посмеивался иронично над той ситуацией и словами Чижика.
Современный Чижик на него покосился, но без укоризны. И оглянулся на девушку, привлечённый её сердитым шёпотом. Слов не разобрал, а вот голос услышал, и вопрос появился во взгляде. Но потом вернулся к просмотру, ведь картинка не стояла на месте и события в этом фильме пятилетней давности стремительно развивались.

- И чего тебе на месте не сиделось, Светлова? – фыркнул Стругачёв, когда оба эти рыжих создания почти одновременно шмякнулись на пол. Девочка в коридоре «Фобоса» рядом с кухней, мальчик вылетел из кресла, забыв пристегнуться. Лёха задумчиво потёр нос, поглядел на Чижика, сидевшего рядом. – Ну, кстати, меня этот случай научил. На всю жизнь запомнил, что нужно пристёгиваться. Как сажусь в лётное кресло, так сразу этот момент перед глазами, и не забываю.
- Да уж, я думаю… - вздохнул Фёдор Михайлович. – Вы тогда ведь сильно перенервничали, наверное. Да и на мне лица нет. Я ведь знал, что всё это подставное и посадка контролируется искином. За неё не беспокоился, а думал тогда о будущем. Как у нас всё сложится и как… как мне потом в глаза вам смотреть, ребят, - запнулся капитан, но всё же договорил до конца.
События на голографическом экране будто торопились прожить свою, самостоятельную жизнь. И вот они уже приземлились, и вот что-то начинают решать.
- А я и не помню, чё я тогда такой довольный был? – удивлённо глядел на себя тринадцатилетнего Стругачёв. – Что новую планету открыли, что ли? Май, ты помнишь? – оглянулся парень.
- Наверное, поэтому… честно говоря, тоже позабылось, - слегка виновато сказал Чижик.

- А знаешь чего? Аня, а правда же, Фёдор Михайлович очень храбрый? Я вот смотрю и смотрю на него в классе… и думаю, будто он мне даже это… нравится!
Лёшкино сухое похмыкивание и побледневшее слегонца лицо Чижика стало дополнением к этой Майиной фразе, сказанной тогда то ли в шутку, то ли всерьёз. Сама девочка тогда думала это использовать для отвлекающего маневра. А вот как получилось в итоге… Фёдор Михайлович потёр пененосицу и неодобрительно покачал головой.
- Да уж… храбрый, - он не считал себя тогдашнего таковым.
И действительно хотел повернуться к Майе, если бы не вовремя сделанное ею предостережение. Только вот уже начал поворот-то, и шоколадная конфета оставила небольшой след на штанах капитанского комбеза. Совсем незначительный, но чётко видимый на белой материи.
- Ой… - только и сказал мужчина, застыв в одном положении, и лишь спустя несколько секунд протянул руку, чтобы там пошуршать и убрать досадную помеху. – Кажется, я таки встрял. Но не лопнула, - поглядел он на это ликёрно-шоколадное блаженство на своей ладони. Целое, но с частично смазанной шоколадной поверхностью.
Лёха глянул первым, беспардонно посмотрев на капитанский низ спины.
- Ага, есть немного, но ничего страшного, можно вытереть, - рыжик огляделся в поисках салфеток.
- Нехорошо получилось, - покачал головой бывший учитель, а потом всё же остановил взгляд на девушке. – Это правда? – поднял он бровь, уж явно-то спрашивая не про след от конфеты, а про кое-что совсем, совсе-ем другое.
Но ведь Майя-то могла сделать вид, что его не так поняла!

А на голографическом экране тем временем ученики снова собирались в классной комнате, чтобы выслушать невесёлый рассказ Фёдора Михайловича о произошедшем, обсудить ситуацию и принять какие-то решения. Теперь, с высоты прожитых лет, девушка понимала, что бывший учитель намеренно не проявлял инициативу, позволяя им самим определиться, как быть и что делать. Ведь это же и было целью эксперимента – научить ребят быть самостоятельными. Не надеяться на няньку, которая всегда рядом и всё за всех решает. Чижик не должен был быть на этом эксперименте универсальным решебником всех проблем. Поэтому его и должны были «увезти в плен». Слишком уж ученики полагались на учителя. Это и сейчас было очевидно, стоило только поглядеть на взгляды ребят, полные надежды, которыми они смотрели на него.
- Признаюсь… я тогда немного играл растерянность, - с трудом сказал Фёдор Михайлович. – Мне было не по себе, что приходится играть эту роль. Много я тогда разного передумал. Было стыдно перед вами… Но я должен был быть убедительным. Иначе вы бы решили, что это часть учебного полёта и всё ненастоящее.
- Ну, оно таким и было! – фыркнул Лёха. – Но сыграли вы знатно, Фёдор Михалыч. Прям будто актёрские курсы проходили. Не подкопаешься.
- Да я ведь и вправду нервничал, это добавляло убедительности, - отмахнулся капитан. – Но ты почти угадал, я брал несколько уроков актёрского мастерства перед полётом… - смутился он.
  • Ох, какие тёплые эмоции. Чудесно ^^ Даже трудно что-то одно выделить - оно в целом очень здорово. Класс. Воспоминания...
    Отлично.
    +1 от Лисса, 30.08.17 16:24
  • За просмотр фильма.
    +1 от rar90, 31.08.17 08:46

Эта тварь не знала, с кем имеет дело! Перед медведем стояла не просто пигалица, только-только обретшая возможности воительниц древности и ещё не научившаяся обращаться с ними. Перед ним был один из лучших молодых футболистов Санкт-Петербурга и, возможно, всего штата, играющий на позиции ресивера и привыкший быстро бегать и уклоняться от соперников, желающих отобрать у него мяч, а при случае и сбивать их с ног. Сейчас, в облике воительницы, физических сил на это вполне хватало, даром, что выглядел этот футболист как хрупкая девушка. Но это ещё не всё! Перед демоном была воплощённая в новом теле древняя воительница, обладающая силой, скоростью и навыками ресивера и ловкостью, пластичностью и рефлексами чирлидера! Это была настолько гремучая смесь, что Джейк внутри Дженни от осознания этого факта охреневал, и сейчас Дженни собиралась от души поколотить гадского демона. Излить на него весь накопившийся за день стресс! Впечатать его в грязь своими мокасинчиками и растереть! Чтобы мокрого места не осталось!
- Р-р-р-р-ра-а-а-а-а-а!!! – медведь бежал на девушку, а девушка с рёвом понеслась на медведя, намереваясь при сближении резко опуститься на колено и врезать ему дубиной по лапам, чтобы повалить нахрен на землю, сразу же перекатиться в сторону подальше от его лап и, если медведь упадёт, не щадя навернуть его дубиной по голове.
+1 | Правило 63, 30.08.17 01:10
  • Описание силы классное... а рык... уверена, что очень милый ^_^
    +1 от Random Encounter, 30.08.17 09:09

- Какой ты недоверчивый, - немного огорчённо заметил домик, - но я не обижаюсь, потому что понимаю: лес полон опасностей и прислужников злого волшебника. Ты правильно делаешь, что ко всем относишься с подозрением. Но меня тебе не нужно бояться, я не сделаю тебе зла, - заверил Окунькова этот разумный представитель семейства строительных.

Выслушав ответ Петюни, домик одобрительно сказал:
- Правильно, это дракон. Ну что ж, вот тебе коготь дракона. Когда встретишься с ним, покажи ему коготь, и он тебя не тронет.
И вправду, не успел наш герой подумать, как это домик будет ему что-то давать, как прямо у его ног упал драконий коготь, как будто брошенный откуда-то сверху. Белл внутри Пети решил ничему не удивляться.
- А теперь слушай вторую загадку. Легче лёгкого, проще простого, но чтобы попасть в замок, нет ничего ценнее. Знаешь, что это?
+1 | Герои не умирают, 29.08.17 11:06
  • Аааа, загадки взрывают мой мозг! ^^
    +1 от Лисса, 29.08.17 11:11

Конечно, на улицах ЧТО-ТО есть! И вовсе даже не ЧТО-ТО, а КТО-ТО. И этого КОГО-ТО зовут Перри, и Аннабелла и вправду испугалась, что сейчас выйдет на улицы СанктЪ-Петербурга – а там целый коднар с её чемоданом! Но, кстати, то, что пернатый помощник прихватил принцессин чемодан – сам и без долгих уговоров! – заставляло девушку поторопиться за ним, пока он не передумал его таскать, ну или… не исчез с ним в ночи, оставив Белльку с носом и без своих вещей, без точного знания нужной улицы, где проживала тётушка, и вообще…
Кумы эльфийка не боялась от слова совсем. Поду-умаешь, Кума какая-то! Столько про неё говорят, но никто же в глаза никогда не видел. Придумывают всё, наверное. Как люди в некоторых мирах себе концы света изобретают, чтобы жить было не так скучно. Кума, хе! Ну, и потом, отец-то уж точно про неё знал бы, вздумай и правда нечто настолько ужасное угрожать множеству миров, включая родную Фейерию. Можно быть спокойной за это. Коднар гораздо страшнее Кумы, вот что имела сказать Аннабелла Фейерическая!

И вообще, принесённые пожилой гнизгой новости поразили Аннушку куда меньше, чем то, что мисс Понни Бонни ей ПОВЕРИЛА! Ну, может, сделала вид, что поверила, но ведь главное – не стала кричать, топать ногами, сотрясать кулаками, клацать зубами (а нет! таки клацала!), дёргать хвостом и ругаться матом. Истерики не было, короче. Но вот паника явно подступала. Аннабелла даже испугалась за старушку-крысу, когда та за сердце схватилась. За руку её ухватила, чтобы придержать, если что, и помочь усесться ну хотя бы на разрушенное кресло. Двухметровую гнизгу, правда, удержать она не смогла бы, вздумай та в самом деле отправиться в обморок, и Перри, как назло, исчез.
Эльфийка переменилась в этот момент неуловимо. Пропали спесь и высокомерие, взгляд горделиво-заискивающий сменился на участливо-обеспокоенный. Всерьёз она за пожилую женщино-крысу переволновалась, всё же Анни была добрая душа и переживала немножечко за добрую гнизгу. Ну, крыса, да, противная и неприятная, и бант у неё жу-у-уткий, но если подумать – она много лучше тех гнизг, с которыми принцесса была знакома до этого. Встречаются ведь и среди эльфов, и среди людей неприятные личности, куда хуже, чем мисс Бонни.
- Вы совершенно уверены, что это ваш мальчик? – деловито уточнила принцесса. – Я его специально спрашивала, не ваш ли он племянник, и уверяла, что вы меня просили приглядеть за лавкой в своё отсутствие. Ну, чтобы не вышло недоразумения. Но он всё отрицал.
Хорошо, что мисс Понни Бонни не обратила внимание на эпитет «мерзкий» в адрес этого «мальчика». А то вдруг и правда это тот самый Тинки-Винки или как там его. Если только гнизга не имела в виду другого мальчика. Мало ли у неё мальчиков. И девочек тоже. Это ж крысы, они плодятся не то что эльфы - раз в несколько десятилетий.
Про террориста Аннабелла не стала уточнять. Если это вообще был вопрос. Она и сама не знала правильного определения этого термина. Ну, некий плохой элемент, делающий всем плохо, а в детали Аннушка не вдавалась.

Покачала головой эльфа участливо, делая вид, что сочувствует бедной Шуше и коту Василию, покивала и глазами посверкала испуганно, изображая испуг, когда про страшненькое гнизга заговорила, а потом цапнула свиток с заклятием зонта, свои вещи оставшиеся подхватила и на выход засобиралась, Перри догонять. Хейкао на дорожку решила не просить – они с коднаром и так немало хлопот доставили пожилой гнизге. А у тётушки ужин стынет, и волнуется, наверное, где это они так долго ходят, когда там, на улицах, Кума бушует. Ну или что там такое бушует, в общем, неприятное, что котов Василиев губит.
- Спасибо, спасибо, мисс Бонни, я обязательно завтра приду и постучу ро-овно три раза, - заверила её Аннабелла, топая ножкой, чтобы отцепить от сандалии приставший к ней унитазный свиток. Фу, какая гадость.
«А может, и не приду. Хотя платье забрать надо, как раз до утра просохнет», - подумала принцесса, отступая к двери. На особенную награду она не рассчитывала.

Остановившись на пороге, девушка развернула свиток и, поглядев, идёт ли всё ещё дождь, приготовилась зачитать заклинание. С зонтом оно как-то уютнее будет.
  • Это качественный хороший пост, который просто в удовольствие читать!
    +1 от Лисса, 29.08.17 09:08

К вящему сожалению одного любителя и ценителя женской красоты, у поздоровавшейся с ними красотки бюст был невелик, друидское одеяние представляло собой наглухо закрытый балахон, под которым невеликий размер бюста вообще терялся, а сама красотка была уже в возрасте – лет за сорок, а то и за пятьдесят. Впрочем, сохранилась она неплохо, стоило это признать. Для своего возраста очень даже в соку женщина, и фигуру не потеряла, и волосы у неё были здоровые, длинные, в косу уложены, веночком затылок оплетавшую.
- Язык придержи, - шикнула на Ласку неласковая Лиана. – Если они тебя услышат, то выкинут нас из заповедного города.
Глядя на местное женское население, что-то подсказывало нашему магую, что увеселительных домов он здесь не найдёт. Женщины постарше были одеты в точно такие же балахоны, как на первой встреченной. Девушки помоложе носили красивые изящные туники и сарафаны до щиколоток, закрытые так же наглухо. Некоторые подпоясывались, и тогда можно было углядеть неплохие фигурки, но многие предпочитали одежду мешковатую, никак не подчёркивавшую статуру. Мужчины точно так же ходили либо в балахонах, кто постарше, либо в расписных сорочках и широких штанах. И почти все мужики носили бороды – казалось, чем старше, тем длиннее.
Все были заняты какой-то работой, никто не сидел без дела. Всё это проходило без шума, без гама, без суеты. Тихая и размеренная, спокойная жизнь.

Лиана также с интересом осматривалась, разглядывая древесный город.
- Вон там, кажется, рынок, - она показала на скопление народа вдали, не на деревьях, а на земле.
Там были расставлены столы и стенды с товарами, между которыми сновали и осматривали товары люди в одеяниях друидов.
  • за друидку!
    +1 от rar90, 28.08.17 21:42

Несколько секунд Кайрат Тимурович смотрел на Пчёлку чуть ли не с вызовом, но потом метнул рассерженный взгляд на Бережного, нахмурился и лишь кивнул, возвращая своему лицу прежнее выражение каменного спокойствия.
- Так точно, - сказал он равнодушно в ответ. – Вещи должны знать своё место.
Майора выводило из себя данное Бережному обещание ничего не говорить старшему лейтенанту, но он не мог нарушить данное слово. Да и, по большому счёту, в случившемся инциденте больше вины лежало на сержанте Громове, не досмотревшем за коридорами звездолёта и не остановившем вовремя этот головокружительный «полёт Валькирии». А может, он всё видел и не счёл нужным её останавливать? Громова впереди ждал неприятный разговор с начальником СБ.
Майя заметила, как вопросительно смотрит Фёдор Михайлович на майора, а затем и на неё. Возможно, капитан хотел что-то спросить у Кырымжана, но посчитал эту тему лишней для общего ужина, а может, и вовсе ненужной. Не решился заговорить про найденные ролики. Может, отчасти и свою вину чувствовал, но ведь он сам сказал Майе, что она имеет полное право проводить своё свободное время так, как ей заблагорассудится. Слегка напряжённый, Чижик вернулся к еде, так и не получив ответов на свои молчаливые вопросы.

Зато оставаться инкогнито он не желал и, когда девушка заговорила о таинственном помощнике, который принимал участие в создании не очень удавшегося, хотя всё же вполне съедобного пирога, Фёдор Михайлович не заставил себя долго ждать.
- Этот ассистент не желает оставаться инкогнито, - так и сказал он, обведя взглядом лица собравшихся, за исключением рано ушедшего Александра Оттовича. – Все претензии по десерту можете предъявлять мне. Я очень отвлекал нашего шеф-повара от работы. Разговоры – они такие, знаете ли… особенно, когда есть что вспомнить, - неожиданно заступился он за Майю, можно сказать, заслонив её от критики местных гурманов своей неширокой спиной, перебрав всю вину за недостаток вкусности на себя.
- Ах вот оно что, - усмехнулся Михалков, понимающе поглядев на Чижика. – Ну, тогда всё понятно. И пирог, между прочим, довольно неплох.
- Мне нравится, - нейтрально отозвался Раздолбайло, но было видно, что парень слегка привирает, чтобы не обижать Майю Юрьевну. Нет, не то, чтобы он кривился… просто и удовольствия вряд ли много получил.
- Хороший пирог, как раз в моём вкусе, - неожиданно серьёзно кивнул Романовский. – Не слишком сладкий, не слишком приторный. Чем он вам не нравится? – пожал он плечами. Видать, первый борт-инженер был не сильно прихотлив в еде. Ведь он явно не для того это говорил, чтобы не обижать шеф-повара.
Остальные тактично промолчали, но не сказать, чтобы их лица были какими-то кислыми, просто трудно выразить свой восторг от еды, когда она не шедевр, но и ругать её смысла нет, потому что вполне съедобна.

Фёдор Михайлович с некоторым удивлением проследил за нырнувшей под стол девушкой. Вроде бы ничего смешного не сказал, чтобы она под стол падала. Оказалось, это она за роликами своими ныряла. Теперь ситуация с Кырымжаном стала несколько более понятна. Ролики расставили всё по местам. И Чижик покосился на майора с некоторым опасением.
- Хм, двадцать минут? Хорошо, Светлова, - согласился он, вдруг снова назвав её по фамилии, но уже в следующей фразе вернулся обратно. – Как скажешь, Майя. Мы тогда подойдём со Стругачёвым прямо к тебе. Да, Стругачёв? – Лёха кивнул, а капитан как-то тихо вздохнул, убирая руку с его плеча. – Пойду пока перекурю, что ли…
И с этими словами он направился на выход из столовой следом за девушкой.

* * *

Просить Данко уведомить Спартака Валерьевича о сюрпризе не нужно было, так как Бережной вскоре пришёл на кухню мыть посуду, при помощи дроида, и убираться после ужина. Этого можно было ожидать, ведь это входило в обязанности технического специалиста. Впрочем, Майя всё равно могла подготовить для него сюрприз и ничего не говорить мужчине, а только потом, уже покинув кухню, передать через искина весточку задним числом. Бережной-то не догадывался, для кого эти добавочные порции яблочного пирога.
Как бы там ни было, угощение после стараний Майи Юрьевны приобрело дополнительную пикантную окраску и наверняка должно было стать вкуснее, чем получилось первоначально, благодаря топлёному шоколаду и щепотке корицы, сахарной пудре и мороженому. На вид была просто прелесть!
На корабле кипела жизнь, и куда ни пойди – везде кто-нибудь да был. Казалось, экипаж вовсю разгулялся и ходит по звездолёту, только чтобы ноги засидевшиеся размять. В коридорах слышались мужские голоса, каждый с кем-то разговаривал. Романовский с Михалковым спорили о каком-то шахматном этюде, который пытались решить. Фотон Игнатьевич был замечен неподалёку от жилых отсеков для экипажа, тенью отца Гамлета промелькнув вдалеке и скрывшись с глаз долой быстрее, чем Майя его успела бы окликнуть. А уже в медотсеке девушке чудом удалось разминуться с доктором Григорьевым, как раз заходившим в свою биолабораторию – она успела заметить его спину и затылок, но он её не видел.
Приближаясь к месту встречи, как есть на роликовых коньках и с подносом в руках, Пчёлка Юрьевна заметила входящего в дверь своей, должно быть, каюты, дальше по коридору, впереди от себя, майора Кайрата Тимуровича. Ну, девушке уже пора было останавливаться и открывать дверь, то ли как-то изловчившись (обе руки-то были заняты), то ли попросив Данко её открыть. Фёдор Михайлович и Лёха ещё не пришли – спрашивается, кому вообще-то полагается опаздывать на свидания? А вот Кырымжан заметил Майю и, остановившись в дверях, оглянулся, как-то недобро поглядев на девушку. Можно было его окликнуть и попросить открыть же!

Чижик и Стругачёв появились меньше чем через пять минут. Пришли вместе, выглядели довольными друг другом, ещё и угощение принесли: в руке у капитана была бутылка шампанского (правда, если приглядеться к этикетке, можно было заметить приписку «безалкогольное»), друган Лекс держал в руках скромную коробку конфет «Солнечный веночек», этого мармелада в шоколаде. Едва от неё избавившись, Алексей Кирович выудил из карманов (ага-ага, он пришёл не в комбезе, а в штатском, клетчатой рубашке и чёрных брюках) по упаковке «Твикса» с бонусным третьим батончиком. То есть, на каждого по два батончика приходилось.
- Вот, нашёл в закромах у Бережного, - похвастался он. – Там, оказывается, полно разных батончиков, прикинь, а? Но твоего любимого я не нашёл.
Что ж, оставалось как-то устроиться всем поудобнее перед голотелеком и начинать просмотр долгожданного телефильма производства «ВКС-студии» при поддержке Ю.А.Светлова. Шикарное дизайнерское кресло никто не торопился занимать, капитан и безопасник предпочитали удобство на ковре сидению в мягком оздоровительном креслице. Возможно, Майе Юрьевне стоило дать им пример, как нужно в нём сидеть с комфортом?
- Собрались прямо как на обычную киношку, - похмыкал Стругачёв, оглядев это уютное собрание со вкусняшками.
- Думаю, не стоит слишком заострять внимание на необычности для нас с вами этого видео, - неуверенно предложил Фёдор Михайлович. – Давайте смотреть его с высоты вашего возраста и прошедшего времени. Это всё должно остаться в прошлом.
И так много было вложено в последние его слова, что атмосфера прямо сразу накалилась. Взгляды мужчин, устремлённые на экран, стали напряжёнными и выжидающими. Хотел Чижик всех успокоить, а вышло с точностью до наоборот. Майя ещё не включила видео, а нервы уже включились.
Сейчас. Что-то. Будет.

А может, ничего и не будет. Посмотрят фильму, помолчат и разойдутся. И всё пройдёт, как с белых яблонь дым…
Майе стоит также решить, включать видео в обычном режиме или в голопроекции. Последняя позволяет сделать его объёмнее и крупнее, погружение соответственно увеличивается.
  • О! Какое романтическое свидание, какой романтический фильм! Аххх. Предвкушаю ^^ Пост такой затравочный.
    И неширокая спина Чижика, хе-хе. Назад в прошлое)
    +1 от Лисса, 26.08.17 23:27

Девушка ничего не сказала в ответ на самолюбования Ярра, только фыркнула молчаливо, но уже не раздражённо, как то раньше было, а вполне миролюбиво. И не стала спрашивать, почему он про своё писательство умолчал. Ведь это ещё вопрос, кто из них двоих, работай они в паре, геройствовал бы, а кто эти самые геройствования описывал бы в бумаге для потомков. Для внучат совместных, может даже статься.

А вот на предложение расстегнуть пуговку на камзоле Лианка недовольно зыркнула на Ласку – мол, нашёл время шуточки шутить да голой грудью сверкать, всех окрестных зайцев распугивая. Хотя да, он же наперёд спрашивал – про время, когда проклятье сойдёт. Покачав головой, странница осторожно направилась в ворота, те самые, что были образованы кустами терновника. Энта сторонясь, насторожённо на него посматривая и крепко древко глефы сжимая.
Конец второй главы
  • За нашу сыгранную главу и за новый подход к постам!
    +1 от Лисса, 24.08.17 19:05

- Что?!.. Что ты делаешь?! – пришла в ужас Аннабелла, глядя, как отчаянно принялся коднар лупить по креслу, пытаясь загасить тоненький дымок, вившийся от тлеющей обивки. Она даже попробовала подступиться к Перри и отобрать у него совок, да побоялась подходить близко к этому огромному клубку перьев и когтей, уж больно резво он двигался и мог этим же совком нечаянно огреть подвернувшуюся под горячую руку эльфийскую принцессу.
А потом стало поздно, и девушка в шоке глядела на руины того, что пять минут назад было замечательным, хоть и слегонца тлеющим, и мокрым после возлежавшего на нём коднара, гнизговым креслом.
- Это пло-охо… это очень пло-охо… - начала было она причитать, но всё вдруг стало ещё хуже, так как появилась мисс Понни Бонни и, судя по её виду, собралась тут же на месте и умереть.

Какие-то мелкие, но невообразимо громкие пушистые существа в юбочках и с копьями уходили прочь, разочарованные нерадивостью хозяев магазинчика, а Аннабелла лишь печально поглядела им вслед, едва не бросившись вдогонку. Ага, прямиком под дождь, пусть и притихший, но всё ещё лившийся по улочкам СанктЪ-Петербурга. С перепугу при виде вернувшейся гнизги. Просто взявшей и телепортировавшейся в лавочку.
Но принцессам не полагается показывать подданным, что они в панике. Их Высочества должны быть примером для подражания! Поэтому Анни быстренько взяла себя в руки, проглотила холодный ком в горле и немедленно образовалась перед гнизгой, прикрывая от неё злополучное кресло своей не самой широкой спиной.
- Всё в порядке, премногоуважаемая мисс Бонни! – заверила крысу строгим голосом наша эльфийка, как-то очень уж резко возпремногоуважав мерзкую гнизгу.
Хотя, отдадим должное справедливости, именно эта гнизга, проявившая доброту и милосердие по отношению к одной промокшей принцессе, была не настолько уж и мерзкой. Если бы не её «лицо» и не этот ужасный хвост, может, Аннабелла бы её даже полюбила. Так вот…

- Не извольте беспокоиться, сударыня гнизга, всё под нашим… - она зыркнула в сторону дверей, закрывающихся за торопливо сбежавшим коднаром, и осеклась, но не растерялась и быстро продолжила, чтобы не дать мисс Бонни времени опомниться, - под моим контролем! Да-да, почтенная хозяйка волшебной лавки, Моё Высочество Аннабелла Фейерическая смеет вас заверить, что всё в наиполнейшем порядке. Мой помощник спас ваш замечательный магический магазинчик от пожара, а я… я… - эльфийка отвела взгляд в сторону и почему-то покраснела, - а я, как вы и предупредили – ну прямо как в воду глядели! – отчаянно махнула она рукой, - уберегла эту чудесную уютную лавочку от уничтожения, вовремя заметив пробравшегося в неё террориста. Ага-ага, - покивала Аннабелла, рискнув взглянуть на пожилую крысу, - это был некий гнизг мерзкого вида, воспользовавшийся магическим порталом, чтобы переместиться пря-амо в вашу лабораторию. Но вам повезло! У меня чудесный острый эльфийский слух, мисс Бонни! Я вовремя услышала, как что-то гремит и грохочет в вашей лаборатории, поспешила туда и застала его врасплох. Преступник, правда, оказался силён в магии и успел сбежать, но зато ва-аш великолепный магазин уцелел! Он его хотел разгромить и сжечь – преследуемый нами, он сумел подпалить ваше кресло! К счастью, мой помощник был рядом и ликвидировал возгорание, можете его поблагодарить, не думаю, что он далеко ушёл. Когда террорист понял, что загнан в угол, он открыл портал и исчез! Но! Дорогая мисс Бонни! Прежде чем он скрылся, мне удалось выхватить из его лап… вот, - Анни схватила магический совок и сунула его под нос гнизге, - он его хотел украсть! А ещё, пока бежал, выронил пару украденных свитков по дороге. Разве вы не рады? Мисс Бонни, вы спасены! – Аннабелла аж припрыгнула слегка, пытаясь показать свой восторг, и всплеснула ладонями. – Мы молодцы, правда же? Правда? – заглянула она заискивающе ей в глаза, прямо как щенок, нагадивший в тапочек хозяина и наивно ждущий похвалы.

А на улицу ой как не хотелось! Там же дождь… снова мокнуть? Ну не-е-ет…
  • Нравится! Ответ нравится, объяснения для гнизги и то, что Анабелла бы даже могла полюбить крыс. Мило.
    +1 от Лисса, 23.08.17 15:55

Щит у асуры был небольшим – таким же по размерам, как у Кайто, а не ростовым, какой получался у Торано. Но такого щита девушке вполне хватило, чтобы защититься от прямой атаки змеи, бросившейся на неё, едва Мию снова оказалась на поляне, где происходило сражение. Тупая морда ударилась в щит, и асуру даже слегка повезло по земле от силы толчка, но магический барьер в руке выдержал удар и не подпустил смертоносную челюсть к хозяйке щита.
Мию оказалась возле Кэсси и Торано в тот момент, когда внутри змеи, сжимавшей неколома в объятиях, будто что-то хрустнуло, она разжала кольцо и парень полетел на землю, не в силах устоять на ногах, но снова обретя возможность дышать. Чтобы что-то делать, Торано требовалось для начала хоть немного отдышаться. Идея с заклинанием открытия замка, возможно, спасла ему жизнь!
Челюсть анаконды схлопнулась, так как щит растаял, и змея с подбитым глазом с шипением стала разворачиваться.
- Торано! Ты цел? – Кэсси присела перед ушастым на одно колено, тревожно всматриваясь в его побледневшее лицо.
Кажется… да, похоже, у него было сломано ребро. Или два. Так как дыхание отдавалось болью в рёбрах.
+1 | Guild of Heroes, 22.08.17 17:16
  • Ай, жаль, не время для поцелуев... А плюс - это чтоб лучше писАлось :)
    +1 от Путник, 22.08.17 18:57

- Зачем мне тебя убивать? Я - лесной домик, и мне скучно здесь одному, - послышалось в ответ.
С Петей говорил сам домик! Похоже, это действительно было так, за окошком юноша никого не увидел. Лишь маленькую каморку-спаленку с застеленной кроваткой и симпатичными занавесками на окне.
- Давай поиграем с тобой в загадки, храбрый путешественник, - предложил вдруг домик. - Если отгадаешь загадку, подарок тебе сделаю, не отгадаешь - не солоно хлебавши уйдёшь.
+1 | Герои не умирают, 22.08.17 16:26
  • И как мне теперь удержаться и скорейше не отпостить?) Загадки! Загадки же, хе-хе)
    +1 от Лисса, 22.08.17 18:44

Убедившись, что демоница мертва, ведьмачка, тяжело задышав, перевалилась с неё и упала на пятую точку возле мёртвого тела. Подобравшись на колени, она застыла, глядя на обезображенный труп. Закрыла глаза и тяжело задышала, борясь с душившими её слезами. Боль от прокушенной губы и свежего пореза на щеке, после которого наверняка останется неплохой шрам, была сейчас притуплена. Она была куда слабее той боли, что испытывала Лаура внутри.
- Я чудовище... - прошептала ведьмачка одними губами.
Вдруг о чём-то вспомнив, она оглянулась через плечо на поместье бывшей госпожи, от которого они прилично отдалились, и вскочила на ноги. Бросила взгляд на труп, наполовину обезглавленный. Склонилась над ним и, отвернувшись и зажмурившись, внутренне содрогаясь от омерзения перед самой собой, довела начатое до конца. Вскоре рогатая голова демоницы лежала отдельно от тела. Лаура не стала её пока брать. Вытерев как могла лезвие о платье госпожи, она сунула его в ножны, подобрала второе, погнутое. Оно в ножны теперь не влезало, так что с ним в руках девушка опрометью бросилась назад в поместье. Ведьмы не должны уйти.
+1 | Чудовище, 26.05.17 07:37
  • Ми-ми-милое чудовище ^^
    +1 от Alan_Gord, 22.08.17 17:26

- Биология тоже позволила бы тебе летать в космосе, как и медицина, - рассудительно заметил Фёдор Михайлович, выслушав мнение Майи. – Тут скорее вопрос, что тебе интереснее: животные или люди. Ну, или что ты считаешь более важным для себя. Ты выбрала медицину, и это совсем неплохо. Очень хорошо, я бы даже сказал. А реализуй ты себя в спорте, вот так летать ты бы, конечно, не смогла, - понимающе покивал он. – Разве что пассажиром космолайнеров на межпланетные соревнования летала бы. Так что, мне понятен твой выбор – ты отдала предпочтение космосу.
Полегче немного стало Чижику от такого Майиного ответа. Волновался капитан, как бы не из-за него она в космос подалась, но волновался, по видимости, напрасно. Слишком много о себе мнить вообще недопустимо, а то гордыня и самолюбие разыграются. И так уже возомнил… А девочка всего лишь мечтала о космосе. Спокойнее себя почувствовал Фёдор Михайлович, увереннее даже. Если бы оказался прав в своих опасениях, то на него давило бы огромное чувство ответственности человека, за которым последовали в космос, как жёны за декабристами в ссылку. И отрадно знать, что ты так важен в чьей-то жизни, и ужасно от необходимости держать ответ за привязанного к тебе человека. Гораздо проще строить отношения, когда никто никому не обязан и нет такой уж зависимости друг от друга.
- Думаешь, стоило назначить тебя медиком, а Любову биологом? – предположил Фёдор Михайлович вдруг, будто прочитал её мысли. Хотя она ведь сама сказала про приоритетные списки. Но он спрашивал про тот полёт.

Чижик слегка вздрогнул, когда она поймала его руку после массажа и приложила к щеке. Слегка, но ощутимо – девушка буквально почувствовала спиной это мимолётное вздрагивание, не от испуга, нет, от неожиданности. Но ведь он сам виноват, правда? Сам к ней первый подошёл и неожиданно набросился умелыми руками на её плечи с массажем. Пусть теперь получает ответку!
Кажется, и вправду её губы коснулись его кожи на руке – ни он, ни Майя этого не поняли, не осознали в полной мере. Может, только показалось – а может, правда. Руку он не отнял и замер ненадолго, ожидая, когда девушка сама её выпустит. А вторая ладонь мягко на плечо опустилась, прямо на открытую кожу, сжала его легонечко, два пальца шевельнулись и погладили его ласково, поигравшись с веснушками…

На щепотку соли Чижик смотрел с сомнением и чуть нахмурился, когда девушка решила посолить и его порцию какао. Но отказываться не стал и осторожно взял пробу, сделав небольшой глоток. Дёрнул плечами неопределённо, сделал второй глоток побольше.
- Если не размешивать, почти не чувствуется. Не знаю… непривычно немного, но особой разницы я не заметил, - признался он, не став размешивать соль в стакане какао. Боялся Фёдор Михайлович испортить чудесный напиток. Вот станет он слишком солёным – и доказывай потом, что не влюбился. Есть ведь примета такая, что влюблённым свойственно пересоливать. – Рад, что тебе понравилось. Ну, тогда непременно сварю домашнего… как-нибудь. Боюсь, в запасах на «Данко» только растворимый. Лёгок и быстр в приготовлении и почти такой же по вкусу. Но ценители разницу заметят, - улыбнулся капитан.

И снова улыбнулся, услышав предложенное название совместного пирога.
- Ну, пусть будет Докторианский, - усмехнулся даже, - или Капиторский. Хотя первое вернее, ведь идея-то твоя, и готовила его ты по своему рецепту, а я так… на подхвате был.
Бережной оглянулся на дверь кухни, в которую вышел капитан, поглядел в глаза Пчёлки, где застыл немой вопрос, и плечами пожал, бровью дёрнув.
- Молодым я себя уж точно не чувствую, хотя и стариком пока не очень, - с улыбкой признался он. – Это я так, для красного словца. Всё же возраст… А капитан Светлов – он ведь ненамного моложе меня, верно? Ох-ох, летит время…
И ни слова про то, о чём так спрашивал её взгляд. Но Майя вообще-то по его доброму лицу видела, что не осуждает. Это ли не лучший ответ?

* * *

- Вот как… Наверное, он забыл… - улыбнулся Раздолбайло, принимая поднос, и понёс его к столу, бросив напоследок на девушку неоднозначный взгляд. Добрый и какой-то грустный, слегка отстранённый.
Фотон Игнатьевич больше с ней не заговаривал пока что, но посматривал время от времени, да и места за столом у них были соседние, скорее всего без общения дело не обойдётся. Первый пилот уже занял своё место, прервав разговор с первым борт-инженером. Он-то, кажется, и обратил внимание на то, как капитан стал называть данкийского доктора – но эмоций не выказал, просто поводил взглядом от Майи к Чижику и обратно. Ещё Иван, возившийся с подносом, это заметил и глядел на девушку уже знакомым лукавым взглядом «а я знаю что-то такое секретное».
- Как грубо и некультурно, Спартак Валерьевич, - кисло заметил штурман Шмидт в ответ на приглашение к столу Бережного. Совсем даже не обратив внимание на «фамильярность» капитана в адрес Светловой.
- Классика советского кино, Александр Оттович, - парировал технический специалист, с усмешкой поглядев на Шмидта. – Или вы не видели «Джентельменов удачи»?
- Та ещё… комедия, - вяло хмыкнул штурман и отвернулся, явно не желая иметь ничего общего с классикой отечественного кинематографа.

Как ни странно, но майор Кырымжан словно бы не заметил нового обращения к Майе Фёдора Михайловича. Он всё так же сверлил своим дрелеподобным взглядом Пчёлку, пока та сама к нему первой не обратилась.
- Здравия желаю, старший лейтенант, - то ли поприветствовал он её в ответ, то ли поправил, показывая, как надо обращаться в армии. Прозвучало двояко, хрен поймёшь.
Стругачёв оказался у девушки под рукой – он же был вторым её соседом. С одной стороны рядовой безопасник Лекс, с другой – первый пилот Фотон. Повернувшись к зашептавшей Майе, он тихо и, кажется, понимающе хмыкнул, а уж смешливый взгляд был красноречивее слов. Рука парня легла на её плечо. Чуть склонившись к ней, он так же тихонечко ответил:
- Да ты не парься, Май, уж от меня-то можешь не шифроваться. Купол тишины – это такая штука, которую может включить только капитан и больше никто из команды, даже старпом. Он нужен в экстренных случаях или для разговора по душам, когда капитан не хочет, чтобы беседа сохранилась на видео даже на камерах СБ. Искин просто отрубает их на время и сам отрубается там, где поставлен купол. Так что не, даже майор ничего не увидит… - помолчав секунду, Лёха добавил громким шёпотом, - кроме самого факта, что ставили купол.
- Старлей, - услышала Светлова вдруг строгий голос майора и, глянув на него, увидела, как он показывает глазами куда-то под стол. – Это ваше.
Кырымжан отвернулся с равнодушным видом, а Майя посмотрела, куда он показывал, и увидела у себя под ногами… ну да! – свои роликовые коньки вместе с башмаками! Те самые, которые она забыла тогда в коридоре и потом не смогла отыскать. А вернее, забыла, что их нужно искать, когда мыслями вернулась в разговор под куполом тишины. В том самом коридоре.
Спартак Валерьевич бросил на майора почему-то одобрительный взгляд, поглядел на девушку и вдруг подмигнул ей, словно бы они с майором были в каком-то сговоре. Или с ней. Или, может, они втроём.

Ужин прошёл спокойно.
Первой частью была курица с гарниром а-ля Бережной, и тут всем вроде бы было вкусно. Не до такой степени, как после Майкиного угощения поутру, но ели с аппетитом. Так постепенно добрались и до десерта. И вот он, волнительный момент, когда с любовью испечённый яблочный пирог лежит на столе в двух больших блюдах, и Спартак Валерьевич ловко нарезает его на равные части, чтобы досталось пирога всем и каждому. Запах стоял волшебный, кисло-сладкий аромат теста с яблочками.
- Я не буду сладкое, - Шмидт вытер губы и руки салфеткой и поднялся с места. Кивнул Бережному с долей благодарности. – Спасибо за ужин, - и неторопливо вышел из-за стола, направившись прочь из столовой.
Больше никто не стал отказываться от яблочного пирога, а некоторые смотрели на него даже с вожделением. Ванька, например, прямо взгляда не мог от большого блюда с пирогом отвести, и расплылся в слащавой улыбке, когда Спартак Валерьевич протянул ему тарелку с его порцией.
- Благодарю, Спартак Валерьевич, - он глянул на девушку и кивнул, - и вас, Майя Юрьевна, - последовавший взгляд на Чижика техник уже не сопровождал ни кивком, ни благодарностью.
С энтузиазмом к десерту отнеслись также Ромашкин, Михалков и доктор Григорьев, а Лёха так вообще на свой кусок набросился, тут же набив пирога за обе щеки и явно довольный результатом Докторианской стряпни.

Пирог оказался вкусным, в меру сладкого и в меру кислого, всего в нём было в достатке. Но, к сожалению, не более того. Не из тех пирогов, после которых пальчики облизываешь и добавки просишь. Но из тех, которые всё же ешь с удовольствием. Учитывая, в какой обстановке Майя и Фёдор Михайлович его готовили, хорошо, что не вышел у них кулинарный ляп и угощение оказалось вполне себе ничего.
- Ну что, друзья мои, - руки подошедшего сзади капитана легли на плечи сидевших рядом его бывших учеников, Светловой и Стругачёва. Он слегка наклонился к ним. – Пойдём сейчас или встретимся немного позже?
- Как решит Светлова. Её же каюта, - оглянулся рыжик, поведя плечом, будто хотел скинуть с него чужую руку. Но не стал этого делать. Было видно, что ему неуютно с Чижиковской рукой на плече.
Про авторство пирога ни Бережной, ни Чижик не заикнутся. Так что, его может представить Майя, если захочет :)
Разговоры за столом, если они будут, доиграем одним постом задним числом.
Задний отыгрыш с Чижиком закругляем, но было бы любопытно почитать ответ))
  • Гораздо проще строить отношения, когда никто никому не обязан и нет такой уж зависимости друг от друга.
    Ох, а мне кажется в любви не бывает независимости. Т.е. любовь, само по себе некое обязательство, а если с трезвой головой, то здесь уже сложно сказать что это любовь. Ведь сама любовь в активной горячей стадии, мне кажется - это безумие. Потом-то конечно остывает. А вот если про активную фазу...
    Ну это я рамках личного имхо. Хороший пост. С пирогом такая засада)
    +1 от Лисса, 22.08.17 15:16

- Да я тоже, но не думаю, что это сильно сложнее сигма-проецирования, - улыбнулся Алистер, первым забираясь внутрь и помогая Абле забраться следом. – Но лучше найти автопилот.
Он оглядел внутреннее пространство буревестника, в первую очередь обратив внимание на устройство пульта управления.
+1 | Восход, 22.08.17 01:05
  • Лорду Брайсу за прекрасные впечатления от ветки)
    +1 от Lottarend, 22.08.17 05:10

Цок-цок-цок. Или даже топ-топ-топ.
Бежала наша Маша по проходу между купе в сторону их с Игорьком временного пристанища на этом поезде. Нервы были на пределе, в каждой тени мерещились привидения. А может, тот самый Остряк, эхехе. Маша ведь помнила, какие он ощущения вызывал при первой встрече. Он с самого начала казался призраком, не просто так ей тогда захотелось его пальцем ткнуть, чтобы убедиться, что он настоящий, а не марево из дождевых капель, привидевшееся ей на перроне. Это что же получается? Он и правда привидение? Ох, если она согласится с этим утверждением, то придётся принять и другое на веру: ОНИ существуют. Мария увлекалась эзотерикой и вполне допускала нечто подобное, но в жизни никогда не сталкивалась с чудесами, и, как всякого здравомыслящего человека, её грызли сомнения. Пока ещё могло найтись рациональное объяснение случившемуся. В самом деле, могла надышаться этой вонючей гадости, а она вызывала галлюцинации, вот и померещилось…
Но даже если привидений не существует, то оставаться в поезде, где пассажиров травят какой-то непонятной фигнёй, у девушки не было ни малейшего желания. Она была полна решимости забрать свою сумку и уйти. Пусть даже там льёт холодный ливень. Придётся потом лечиться, но уж лучше она пропьёт курс антибиотиков, чем получит предписание к посещению психиатра… ну или психолога, один чёрт мозги будут трахать.

«Родное» купе встретило девушку деловитым запахом лимонного пердежа, непонятными документами, лежавшими на расстеленном Игорем месте, и отсутствием самого случайного попутчика, наверняка украденного и съеденного проводниками. Ага. Ну и правда, куда бы он мог пропасть? Может, мимо неё в туалет прошёл, пока она пряталась в том жутком зловонном купе с не менее жутким безбилетником? Хотя, Остряк такого ужаса, как это купе, не внушал. Был он просто жутеньким просвечивающимся товарищем из тундры, а вот купе действительно было жу-у-утким. В самом пугающем смысле этого слова.
Не обратив внимания на обстановку внутри – главное, что никто её не задерживал – Кузнецова полезла за своими вещами на верхней полке. Жаль, Игоря не было ей помочь, но да тут она и сама справится. Молодая и сильная – что ей, трудно вытащить свою не такую уж большую и тяжёлую сумку сверху? Услышав шаги, девушка вздрогнула и быстро оглянулась на дверь купе, чуть не грохнувшись на пол вместе с сумкой. Спасло положение то, что она держалась за край полки.
Опасливо поглядела своими карими глазами с внимательным прищуром на проводника Владимира, явно ожидая какого-то подвоха. Шокер в кармане теперь был – чуть что, вытащит и ошпарит этого блондина высоким напряжением так, что вся его прилизанная блондинистая причёска изобразит удивление. Прямо как у одного борт-инженера в каком-то мельком виденном фантастическом сериале.
- Сколько?.. – не удержалась от удивлённого восклицания, услышав стоимость своего любимого поездного напитка. Ну ничего себе, у них тут цены! А подарочек-то, этот вкусный сюрпрайз на столе, чисто чтобы усыпить бдительность, ага. Спорить и выяснять Маша не стала, не до того ей было. Как и спрашивать, вкусным ли был съеденный Игорёк. – Нет, спасибо. Я…
И заткнулась быстренько, чуть не проговорившись, что решила сходить с поезда. Вот тут она уже испугалась, что её и правда попытаются задержать, если узнают о намерениях. Потому шлёпнула сумку на нижнюю полку и сделала вид, что возится с её застёжкой, пытаясь открыть. Давая время проводнику выйти из купе.
- Остановка надолго? – поинтересовалась Машка, чтобы оправдать как-то это недоговорённое «я…». - Хочу выйти покурить.
Ага. Какая девушка не умеет вешать лапшу на уши всяких деревяшек? Сейчас актриса играла свою роль и усердно развешивала хлебобублочные изделия на прилизанных ушах деревянного дяди Вовы. Что вы? Конечно, она не курила! Но ему это знать не обязательно.

А как только проводник оставит её одну – бежать! Сумку на плечо – и бежать отсюда!
+2 | Багровый Экспресс, 17.08.17 12:00
  • за бегство и съеденного Игорька :)
    +1 от rar90, 17.08.17 12:06
  • Интересный поворот сюжета! Решение покинуть поезд интригует ^^
    +1 от Лисса, 21.08.17 16:07

Ярровы воспоминания Лианка выслушала с живым любопытством – ей интересно, похоже, было слушать такие рассказы. Даже эмоции проявляла, то бровь приподнимая, то усмехаясь, то презрительно фыркая, смотря что рассказывал парень. Посмеялась над названием Дома Синичек, уважительно покивала на Дом Орла и Дом Сокола.
- То-то у тебя меч золотой да с побрякушками, - похмыкала девица. – Дорогущий… небось, за один такой меч весь Торговый Пост купить можно.
Послушала его рекомендации самому себе, обещания вещи странницы таскать, готовить и вообще быть чуть ли не мальчиком на побегушках. Скептически поглядела и пожала плечами, мо