Набор игроков

- Следы волшебства
- [Naruto] История иных шиноби
- Хантума: Падение
- [DH] Словом или огнём
- Диванные Войны 3 - Средние Века
- Возвращение домой
- РеалРпг
- Легеден: падение древности. Перезапуск.
- Королевство для Короля!(ПсевдоМафия-Стратегия)
- Stories of the South
- Путь на Запад
- Праздник в Рейвенмуре (Pathfinder)
- Хроники Вечного города
- На пепле растет еще более зеленая трава
- В тени Креста...
- "Через тернии к вершине Вселенной"
- Арена: кровь и разврат
- Обратный отсчёт
- Деревянные игрушки
- [GURPS] S.T.A.L.K.E.R.: "Ангелы и Демоны"

Завершенные игры

Форум

- Общий (9507)
- Игровые системы (4370)
- Набор игроков/поиск мастера (24024)
- Конкурсы (4586)
- Под столом (13645)
- Улучшение сайта (5037)
- Ошибки (2075)
- Для новичков (2652)
- Новости проекта (6205)

Голосование за ходы

 
Поставив многострадальную ироанскую орхидею на стол, Стругачёв потеснился в сторонку, стараясь меньше светить своей рыжей физиономией, раз уж Майка взялась отвечать и отдуваться за двоих. Впрочем, и скрыться с глаз не пытался, оставаясь рядом с Майей верным псом, готовым прийти на помощь, ежели она ей понадобится. Ну, там, облаять капитана или порычать угрожающе. Или, что скорее, поскуливая, виновато вилять хвостом и глядеть по-щенячьи. Чтобы простил, значит, за содеянное и не стал наказывать по всей строгости.
А что Чижик? Конечно, старший лейтенант Светлова злостно нарушила субординацию, когда стала отвечать капитану Чижику не «кратко и лаконично, по всей форме», как он приказал, а своими словами, долго и витиевато, да ещё иногда вставляя в речь нецензурные словечки. Поначалу Фёдор Михайлович даже думал прервать её и напомнить, КАК она должна отвечать по уставу, но вдруг понял, что его уловка неожиданно сработала. Светлова немного успокоилась, перестала мямлить и запинаться и вспомнила о привычной себе манере речи. Это было хорошим знаком, и потому Чижик не стал её перебивать, а наоборот, стал внимательно вслушиваться в её слова, чтобы из этого потока красноречия извлечь те ценные сведения, которые хотел получить от нового доктора «Данко». В конце концов, пусть девушка говорила и много, но красиво, послушать её было интересно. Будь Чижик жёстким военным офицером, как Кырымжан, он бы не потерпел такого отношения к своим приказам, однако добрый и педагогичный капитан готов был выслушать и понять, понять и простить, простить и забыть. Хоть это было и категорически неправильно с точки зрения дисциплины.
К слову, напустив на себя суровость, Фёдор Михайлович не ответил Майке ни про дизайнерское кресло, вызвавшее его недоумённый вопрос, ни про открытку, подписанную неким анонимом или предназначавшуюся таковому. Вдаваться во все эти отвлекающие от основного дела детали капитан не хотел, сейчас ему было важно понять, что случилось у этих двоих рыжих новобранцев. Строго сдвинул брови и принялся слушать объяснения. Можно сказать, что Светлова пришла к нему с повинной. Такая вот себе исповедь старшего лейтенанта и космического доктора. Кресло Чижику и правда не нравилось - так что эта исповедь была чудесным поводом избежать ответа на неудобный вопрос. А про открытку он и забыть успел, не до неё уж как-то.

Услышав про замок, Фёдор Михайлович неопределённо хмыкнул, поразившись своей догадке. Ну в самом деле, как можно было догадаться, в чём проблема, когда перед твоими глазами безопасник Громов рассматривает раздолбанный замок в твою каюту? Так что, догадка оказалась верной, но всё ещё непонятно было, зачем они с Алексеем это сделали. Что ж, послушаем дальше. Благо, девушка нашла в себе силы разговориться, как обычно. Тут только слушать и внимать успевай.
Момент про Фобос вызвал нездоровое подёргивание левой капитанской брови и недоверчиво-осуждающий взгляд, который Майя могла перевести как: «Да вы чё, без меня коньячок к чаю достали? Совсем сбрендили? А как же табличка на двери с большой надписью? Или впридачу к алкоголизму и дебоширству ещё и окосели???» Стресс у них, видите ли, эмоциональный. Лицо Чижика медленно начало багроветь - настолько медленно, что Майя могла насладиться этим длительным процессом, вспоминая все оттенки красного в этом спектре, начиная от бледно-розового.
Когда девушка неудачно попыталась запрыгнуть на стол, Чижик будто бы к ней хотел шагнуть - может, испугался, что она ударилась, а может, за шкирку хотел взять и подержать. По его на тот момент слегка покрасневшему лицу было не понять истинных мотивов, но факт, что сдвинулся с места и опустил руки, встав в более привычную позу с руками по швам. И шаг-полтора он успел сделать навстречу, прежде чем снова остановился.
До самого конца этой душещипательной истории Фёдору Михайловичу оставалось непонятным, зачем Майе понадобилось ломать замок собственной каюты. Ну, перепутала, допустим. Но зачем свой-то ломать?! Как выяснилось, она это сделала, чтобы не покидать своего любимого медотсека. На этих словах Чижику очень захотелось выйти проветриться, курнуть сигаретку, хотя он их не курил, и выпить чашку чая с успокаивающим бальзамом. Ибо из ушей и ноздрей у него повалил пар, а белки глаз стали одного цвета с кожей лица. И на лбу выступила одинокая капелька пота - выступила и тут же испарилась куда-то.
Мысли капитана, одолевавшие его в этот момент, лучше не озвучивать, дабы соблюсти относительную литературность сего повествования. В целом всё сводилось к тому, что Светлова со Стругачёвым - изобретательные идиоты, каких поискать мало. От сердца, правда, отлегло - всякое думалось, но случайно сломанный замок каюты не та вещь, ради которой стоит сильно переживать. А наказание придётся им придумать - прощать их и спускать им всё это с рук будет попросту непедагогично. Уже не говоря о дисциплине. Так что, дисциплинарные взыскания этим двоим обеспечены.

Добила Чижика хитрая, подковыристая уловка Светловой. Сама ведь только что говорила, зачем ей понадобилось замок в свою каюту ломать, и тут же просит в качестве наказания запретить ей ею пользоваться. Это была настолько наглая и самоуверенная попытка, что капитан просто не мог не принять её во внимание и поступить с точностью до наоборот. То, чего Майя больше всего не хотела, и должно стать для неё самым суровым наказанием.
Раскрасневшийся Фёдор Михайлович, похожий немного на переварившегося на солнцепёке зомби, поднял перед собой руки и направился к девушке, метя положить ей эти самые руки то ли на плечи, то ли на шее сомкнуть. Дружбан Стругачёв это заметил и шагнул навстречу, но явной агрессии в поведении капитана не читалось, а когда он подошёл, его ладони всё же легли Светловой на плечи, а краснота с лица начала медленно, нехотя отступать.
- Ох ты, разве можно так пугать? - выдал он нервическое, а затем одна его рука скользнула ей за спину, и Чижик обнял старшего лейтенанта, нарушая все возможные правила субординации. Обнял, слегка прижал к себе и задрожал всем телом. Сначала мелко, затем всё сильнее. Словно бы в конвульсиях бился. И только спустя несколько секунд слуха Светловой достигли натужные хрипловатые попытки сдержать рвущийся наружу хохот. Не выдержав этой борьбы, Чижик выпустил смех наружу и сдержанно засмеялся.
Голова рыжеволосой докторши оказалась на его плече, и за узкой капитанской спиной Светлова заметила Лёху, довольно осклабившегося и показавшего ей большой палец.
- Прости, Светлова... - Фёдор Михайлович поспешно отстранился от бывшей своей ученицы, оглянулся на парня. - Простите... Но у вас был такой вид, будто вы случайно в двигательном отсеке работу двигателя нарушили, - он со слегка кривоватой улыбкой покачал головой.
Видно было, что капитан испытал огромное облегчение от услышанного признания, однако также заметно было, что ему это признание не нравится само по себе. Просто в сравнении с его мыслями про двигатель... оно как бы выигрывало.
- Значит, чтоб из медотсека не выходить, - утвердительным тоном констатировал он мотивы замочных раздолбаев. - Что ж вы, табличку на двери не видели? - и снова недовольное, сердитое даже качание головой. Веселье проходило, и Чижик снова начинал хмуриться.
Покосился на кресло мешкообразное сердито, будто это оно во всём виновато было. Присесть захотелось, ноги от пережитого стресса едва держали, но на ЭТО садиться он был не согласен, а из всех подходящих поверхностей в комнате ещё была кровать, но это была кровать Светловой, садиться на неё как-то слишком. Попятившись к двери, Чижик слегка поднял лицо к потолку и крайне вежливо обратился к искину:
- Данко, сообщи Бережному, пожалуйста, что у меня замок на двери каюты сломался, пусть подойдёт с инструментами. И передай, что до выхода из гипера старший лейтенант Светлова и рядовой Стругачёв по распоряжению капитана в его подчинении в статусе технических ассистентов. В свободное от своих основных рабочих обязанностей время, естественно.
- Сообщение отправлено, капитан, - спустя несколько секунд отозвался голос корабля.
Фёдор Михайлович вернулся взглядом к ожидавшим приговора двум рыжим особам, нахмурился опять, но в этот раз несколько нагнетая обстановку - нарочно, чтобы поволновались. Хотя наказание их, скорее всего, не обрадовало.
- Вы всё слышали, - кивнул он. - Приступаете немедленно. А замок... Мы ещё с вами об этом поговорим. А мне нужно быть на мостике. У нас сейчас будет ответственный момент. Вопросы? - заложив руки за спину, совершенно спокойным, невозмутимым даже, привычным Чижиковским тоном спросил Фёдор Михайлович. И тут он вспомнил про Майкину каюту. - Ах да, Светлова. Ты ведь не обязана ночевать в своей каюте, хоть это, на мой взгляд, и неправильно. Если тебе так дорог медотсек, можешь располагаться на ночь там. Если бы ты это знала, наверное, не было бы этого недоразумения. Но заруби себе на носу, Светлова, - Чижик сделал шаг вперёд и, не убирая рук из-за спины, как-то угрожающе наклонился, заглядывая ей в самую глубину глаз. - В следующий раз помощью Бережному ты не отделаешься. Если что-то подобное повторится, будешь всё свободное от работы время находиться под домашним арестом. До конца полёта. В своей каюте. Поняла? Стругачёв, тебя это тоже касается.
Рыжик заметно побледнел и сглотнул. Суровый капитан Чижик был суров. Возможно, среди его предков были челябинцы, как знать.
  • Конечно, за ассистентов :)
    +1 от rar90, 21.01.17 06:54
  • Замечательный пост! А вот эта часть прямо на ржач пробила :D
    Дааа... не зря говорят, маленькие детки - маленькие бедки. Теперь они выросли и всё стало еще хуже)
    Как выяснилось, она это сделала, чтобы не покидать своего любимого медотсека. На этих словах Чижику очень захотелось выйти проветриться, курнуть сигаретку, хотя он их не курил, и выпить чашку чая с успокаивающим бальзамом. Ибо из ушей и ноздрей у него повалил пар, а белки глаз стали одного цвета с кожей лица. И на лбу выступила одинокая капелька пота - выступила и тут же испарилась куда-то.
    Мысли капитана, одолевавшие его в этот момент, лучше не озвучивать, дабы соблюсти относительную литературность сего повествования. В целом всё сводилось к тому, что Светлова со Стругачёвым - изобретательные идиоты, каких поискать мало.
    +1 от Лисса, 21.01.17 10:26

- Можно вас обнять? - помолчав, неуверенно спросила девушка.

Так и не узнала Майя Юрьевна, принял ли её предложение дружбы сержант Громов или бессовестно прожевал и выплюнул. Очень невовремя появился Фёдор Михайлович, прервав этот конструктивный диалог, наполненный расставленными знаками препинания с обеих сторон и маячками для дальнейших возможных взаимоотношений двух, по всей видимости, весьма упёртых и упоротых членов экипажа. И речь не о Стругачёве - рыжик вообще в этом конфликте ухитрился остаться в стороне - хотя, если б не явление Самого, то скорее всего заступился бы за свою бывшую одноклассницу и боевую подругу. Кулаки у него на это дело чесались, не просто так ведь массовик-затейник Лёха-Суматоха кулачные бои в коридорах «Данко» устраивал.
Но, говоря по правде, можно было предположить, что Сергей всё же принимает Майкино предложение дружбы - дорогое, надо сказать, предложеньице-то, и не только потому, что Светловское, но и оттого, что докторское. Дружба с доктором - залог здоровья. Мы не знаем, как обычно сержант Громов относится к девушкам, предлагающим ему оставаться друзьями, но знаем, что прямо перед появлением Чижика он успел слегка опустить голову, будто обозначив кивок и выразив своё согласие. Но вот было ли это согласие дружить или он подтверждал какую-то другую часть возмущённо-проникновенной речи Майи, например, что «дерьмо забыто», то осталось загадкой. Большой такой жизненный вопрос, на который не найдёшь ответа, пока человек сам об этом не скажет, словом ли, делом ли показав, что отныне и впредь Майя Светлова и Сергей Громов - лучшие дружбаны до гробовой доски.
Пока Майя с ним говорила, а он слушал, по невозмутимому лицу военного сложно было понять его эмоции. Вроде бы брови сдвинуты к переносице - хмурится он, значит. Но он и до этого хмурился, недовольный происшествием и разбитым замком. Так что ведь не факт, что это её слова на него так действовали сейчас. В глазах не было холодности и враждебности, скорее даже лёгкий интерес к собеседнице - наверное, это был всё же хороший знак, однако и теплоты да дружелюбия там тоже днём с огнём не сыщешь. Смотрел он на Майку, как равнодушный к лекции, но понимающий необходимость усвоения материала студент смотрит на вещающего с трибуны лектора. Вроде бы скучно и не хочется выслушивать материал, а надо, потому и мелькают во взгляде студиозуса проблески ясного сознания и оттенки осторожного интереса. Впрочем... иногда Громов смотрел чуть по-другому, с любопытством, как парень смотрит на девушку, или мужчина на женщину, или мужчина на девушку - нужное подчеркнуть.
Как бы там ни было, а ответить он уже не успевал ввиду появления капитана.

Действительно, вышел Чижик из тумана. Только бластер у него был не в кармане, а на поясе в кобуре, и доставать его Фёдор Михайлович не спешил. Всё ж численность экипажа не самая большая, любую голову потерять - весомой части экспедиции лишиться. Беречь надо родимых, как зеницу ока, холить и лелеять, обниматься и чаи с ними распивать, а не дырки в них лучами из бластера прожигать. Сначала выслушать надо, верно?
- Что?.. - Майкино «чё?!» разом перепутало местами все контакты в капитанской голове, и он растерянно устремил на неё взгляд своих серых с тёмной зеленью глаз, пытаясь понять, что это за «чё» только что было. И ещё, что оно означало.
Фёдор покрутил головой, оглядывая вопросительным взглядом собравшихся. Что-то никто не спешил ему отвечать. Громов швырнул эстафетную палочку Стругачёву, как хозяин небрежно кидает кость голодной собаке, а Алексей её бережно подобрал и передал Светловой. Но похоже было, что и та мечтает избавиться от ценного, но опасного подарочка в виде данного ей слова в беседе с капитаном. Закинуть эту чёртову палочку в кусты какие-нибудь, засыпать землёй и закопать. Жаль, что на звездолёте нет ни кустов, ни земли. Живой уголок не оборудован. Хоть бери и закапывай её в горшке с орхидеей. Той самой, что стояла на полу у ног девушки - синей ироанской потеряшки, найденной в собственной каюте Майи.
- Да. Уж хотелось бы объяснений. Если можно... - всё так же растерянно, но убеждённо отреагировал Фёдор Михайлович на Майкин странный вопрос, разбитый на отдельные слова и даже знаки препинания. Капитан задумчиво оправил выбившуюся от быстрого бега тёмную прядь за ухо двумя пальцами, терпеливо ожидая ответа..
Громов сдержанно кивнул, подтверждая слова доктора, тем и ограничившись в её поддержке и не став добавлять лишнего. Может, оно и к лучшему, а то сказал бы что-нибудь невпопад - и пришлось бы срочно обдумывать новую версию объяснения. Хотя не сказать, что со старой версией-то у Майи всё хорошо складывалось. Её просто не существовало. Не успела родиться, стеснённая обстоятельствами. Не вышел «Данко» в гипер, не начиналась ещё экскурсия по кораблю, обещанная бывшим школьным учителем бывшей своей ученице.
- Эмм... разрешаю... - как-то совсем уж тихо ответил напрягшийся Чижик. Не понравился ему Майкин тон, эта путаная речь не предвещала ничего хорошего. Вроде бы он здесь не видел ничего ужасного, но... отчего тогда Светлова так волнуется и что за повод был у безопасника арестовать их со Стругачёвым? Вторым безопасником, мать его! Да, и Фёдор Михайлович тоже ругался в мыслях, ежели его довести. А сейчас он был скорее не на взводе, а напуган от непонимания происходящего. И хоть бы кто потрудился всё доложить, как принято в ВКС - чётко и внятно, без всех этих передаваний эстафетной палочки, «му-му-му» и «чё-чё-чё».
А последующие слова Светловой ещё больше ввели капитана в ступор. Майя предлагала посадить их со Стругачёвым, двух его бывших учеников, в несуществующий карцер или заставить драить унитазы. Это... это было выше его понимания, и если это была шутка или дружеский розыгрыш в знак встречи после долгих лет разлуки, то шутникам крепко влетит. И может, они действительно найдут своё счастье в унитазах. Спартаку Валерьевичу человеческие помощники пригодятся. Дроиды дроидами, а люди гибче и понятливее искинов, потому что обладают живыми эмоциями и абстрактным мышлением.
- А это что у тебя? - взгляд невольно на открытку упал, которой Молния-Светлова обмахивалась, пытаясь избавиться от так некстати пришедшего приступа удушливой аллергии. Бросил взгляд на раскрытую дверь Светловской каюты, тоже на знамя её поглядел и кивнул, соглашаясь с просьбой. Приговорённый к смертной казни имеет право изъявить свою последнюю волю. - Пойдём, пойдём, - он протянул ей руку, чтобы помочь подняться.
Оглянулся на парней-безопасников и обратился к Громову:
- Сержант, что с замком? - Чижик кивнул на железку, которую всё ещё безрезультатно вертел в пальцах Сергей.
Парень отпустил замок и поднялся, выпрямился в полный рост, поглядел на капитана, на Майю, снова на капитана, о чём-то подумал и ответил:
- Сломался, капитан. Я не техник. Тут нужен специалист, - коротко и по сути, без единого лишнего слова, которое могло бы навлечь на горе-раздолбаев дверных замков новые неприятности. Может, и правда принял Майкино предложение дружбы?
- Как это случи... - Чижик запнулся, глянул на девушку и вздохнул. - Не важно. Вот что, сержант. Со Стругачёвым и доктором Светловой я сам переговорю. Будет нужно - сам и задержу их, и отправлю под арест. Вы свободны. Можете возвращаться на свой пост.
- Есть! - кажется, с облегчением отсалютовал Громов Фёдору Михайловичу и, когда тот отвернулся, подмигнул Майе, резко развернулся и направился прочь по коридору в направлении лестницы.
- Идёмте, - Чижик помог девушке встать и, придерживая за плечо, повёл к её каюте. Но тут его взгляд упал на орхидею. - Стругачёв, возьми растение - и за нами, - уже более уверенно скомандовал он.
- Есть! - почти полностью скопировав интонации своего напарника, Лёха кинулся за орхидеей.

Когда все трое оказались внутри каюты Светловой и дверь за ними закрылась, Фёдор Михайлович обвёл помещение слегка любопытным взглядом, но ничему здесь вроде бы не удивился. Даже странному креслу-мешку. Можно было предположить, что он сюда уже заходил раньше и видел внутреннее убранство каюты, потому и реакция на все эти призы, плакаты и награды, диковинную мебель и минимализм в уюте довольно вялая.
- Это, что ли, кресло ты имела в виду? - скептически хмыкнул он, поглядев на мешкообразный предмет мебели взглядом парашютиста, которому предлагают надеть акваланг. Или аквалангиста, которому за плечи надевают парашют. От перестановки мест слагаемых сумма не меняется.
Капитан решил не проходить глубже в комнату и не садиться ни в какое кресло, а остаться у двери и выслушать ребят, не пойми в чём провинившихся.
- Значит, так, - довольно строго сказал он, пафосно, по-геройски сложив руки на груди крест-накрест, приподняв подбородок и выкатив грудь колесом. - Старший лейтенант, доложите о случившемся как положено, по всей форме. Кратко и лаконично, по сути, без домыслов и гипотез.
Его серые глаза на миг сверкнули сталью, когда он командным голосом обратился к Майе. Сейчас он был очень похож на героического капитана Светлова и других героических капитанов из книжек и фильмов. Правда, где-то в глубине глаз всё равно прятался школьный учитель Чижик, которому и в глубоком космосе не избавиться от диплома педагога. Не просто хороший и добрый, внимательный учитель, но и человек хороший и добрый, внимательный и заботливый. Он надеялся, что хвалёная субординация, о которой Светлова столько говорит, быстро приведёт её в чувства, поможет собраться и рассказать наконец, какого чёрта здесь произошло. Но Фёдор Михайлович уже понял, что ничего критического - иначе суетились бы и Данко, и Громов, и сам Кайрат бы прибежал. Скорее всего, ребята что-то нарушили или сломали - ничего жизненно важного, но сулящее административные наказания им как проходящим службу на корабле ВКС. Замок на двери его каюты? А с чего бы вдруг им его ломать? Так это или нет, Чижик хотел - уже просто мечтал! - выслушать объяснения Майи.
Лёха поглядел на девушку вопросительно - взглядом этим своим спрашивая, станет ли она отвечать сама, найдёт ли нужные слова или лучше ему вступиться и выручить подругу.
  • За парашютиста с аквалангом :)
    +1 от rar90, 14.01.17 05:42
  • Класс! Что-то Фёдор Михайлович шутками не проикся :D
    Вот эти два абзаца вообще порвали:
    А последующие слова Светловой ещё больше ввели капитана в ступор. Майя предлагала посадить их со Стругачёвым, двух его бывших учеников, в несуществующий карцер или заставить драить унитазы. Это... это было выше его понимания, и если это была шутка или дружеский розыгрыш в знак встречи после долгих лет разлуки, то шутникам крепко влетит. И может, они действительно найдут своё счастье в унитазах. Спартаку Валерьевичу человеческие помощники пригодятся. Дроиды дроидами, а люди гибче и понятливее искинов, потому что обладают живыми эмоциями и абстрактным мышлением.

    Эмм... разрешаю... - как-то совсем уж тихо ответил напрягшийся Чижик. Не понравился ему Майкин тон, эта путаная речь не предвещала ничего хорошего. Вроде бы он здесь не видел ничего ужасного, но... отчего тогда Светлова так волнуется и что за повод был у безопасника арестовать их со Стругачёвым? Вторым безопасником, мать его! Да, и Фёдор Михайлович тоже ругался в мыслях, ежели его довести. А сейчас он был скорее не на взводе, а напуган от непонимания происходящего. И хоть бы кто потрудился всё доложить, как принято в ВКС - чётко и внятно, без всех этих передаваний эстафетной палочки, «му-му-му» и «чё-чё-чё».

    Картина шикарная))) Арестовывают врача и безопасника!
    +1 от Лисса, 14.01.17 10:47

- Так как, согласны? - мановением руки, которого на самом деле не требовалось, но было полезно для пафосного эффекта, девушка стала плавно опускаться к земле вместе с платформой, на которой сидела. Чтобы мужчина мог дотянуться до её ушка. - Я думаю, то, что вы мне скажете, достаточно веская причина для плохого настроения.
+1 | Дева хрусталя, 10.01.17 04:35

Ничего необычного в узоре, который рисовал Алистер, не было. Пока не будут произнесены слова заклинания, пентаграмма была просто рисунком мелом на полу, не больше. Брайс ведь не был священником - будь он служителем Церкви, эти узоры могли бы наполняться сигмой ещё в процессе их черчения. Простым же колдунам приходилось вкладывать в них силу уже после завершения правильно построенной структуры магического знака, жертвуя в пользу этого дела свою кровь. Альтернативой в данном случае мог бы быть пол из золота...
- Если вы планируете вернуться через этот же портал, то могут быть проблемы, - не отвлекаясь от дела, ответил юноша. - Я не знаю, сколько он продержится открытым, но уверен, что недолго.
Он не стал спрашивать у Рокиа, что за странную экскурсию они запланировали. Как и не стал напоминать, что покидать территорию школы Тайе вроде как запрещено под страхом смертной казни. Просто... ну очевидно же, что это не попытка Рокиа красиво самоубиться. А причины для экскурсии Брайса не интересовали. Он не хотел лезть в чужие дела и помогал без лишних расспросов потому, что должен был вернуть Рокиа один старый должок. О, если бы не это - Тайя бы не отделалась от вопросов. Начиная с того, что эти двое забыли в аду, и заканчивая... хотя нет, последовательность стоило сменить наоборот - начиная с вопроса, не испортит ли его помощь туристам в ад товарищеские отношения одного колдуна с Дьяволом. Старки ведь может быть очень недовольна, когда узнает, что он за её спиной открыл портал в ад и пустил туда Рокиа. Честно говоря, этот момент здорово беспокоил Алистера. Может, лучше всё же уточнить?
+1 | Восход, 10.01.17 02:52
  • Еще помнить бы, за что именно должок... ^_^" Да, Тайя такая - сделает доброе дело и забудет. =^_^=
    +1 от Humster, 10.01.17 09:11

Пчелиный крик подействовал на безопасников невероятным образом. Наверное, Майя вовсе не добивалась такой реакции - она всего-то хотела, чтобы эти два олуха царя горохового вняли голосу разума и приступили к починке дверного замка вместо того махача, который они здесь устроили. Но вышло, что её возмущённый гневный монолог, перемежанный с руганью, произвёл на парней неизгладимое, прямо таки скажем, впечатление.
Ага. Особенно на Стругачёва, ещё только в начале пламенно-рыжей речи сделавшего круглые виноватые глаза и отступившего от Громова подальше, уже совсем с опущенными кулаками и поникшими плечами даже. Он испуганно глядел на девушку, пытаясь что-то сказать, то открывая рот, то закрывая, не решаясь её перебивать, и этим удивительно напоминал рыбу форель, выбросившуюся на песочек и щёлкающую своим ртом, забирающую остатки питательной среды для своих дыхательных органов из воздуха.
- Светлова, тише... тише... мы не будем, только не психуй, - не своим голосом и очень тихо пытался он её успокоить, подняв ладони перед собой в успокаивающем жесте. Но его фраза, которая могла бы, пожалуй что, вызвать у Майи Юрьевны новый приступ гнева, связанный с последним словом в ней, утонула в бурном потоке её речей и не была девушкой услышана. Наверное, всё же к счастью. Неприятно, когда старый приятель-однокашник обзывает тебя психичкой. Хотя Лёха, конечно, ничего такого обидного не хотел сказать, просто испугался из-за её реакции, вот и ляпнул по глупости. Он же всегда говорит, не подумав.
А что сержант Громов? Тот тоже перестал изображать из себя итальянского жеребца Рокки Бальбоа в его бурные годы молодости, когда ещё лицо не было расквашено десятками кулаков более опытных, но неизменно уступающих в финале очередного фильма, противников, выровнялся и спокойно повернулся к Светловой, разжав свои крепкие кулачищи. Сверкнул упрямым взглядом, однако на шарахнувшую во всю мощь Молнию поглядел с интересом, как будто узрел что-то новенькое для себя и любопытство вызывающее. С мужским даже интересом таким, она бы сказала. Уж больно хороша была разрумянившаяся от гнева докторша. И сумела удивить она его, похоже, своим резким выпадом, угрозами и проклятиями в адрес горе-безопасников.
Когда Майя закончила разносить м-мужчин в пух и прах, сержант подошёл к ней, присевшей на корточки перед дверью в каюту Чижика, и тоже присел перед замком, начав его изучать, исследовать пальцами своими большими, ощупывать места, где рукоять Стругачёвского бластера соприкасалась с металлопластиковой поверхностью замка. Головой покачал недовольно, исподлобья на Стругачёва глянул. Лёха в ответ состроил вопросительный взгляд, мол, чего, а как мне его ещё открывать было. Подошёл ближе рыжик, присмотрелся из-за плеча Сергея, но мешать ему не хотел, поэтому оставался в сторонке.
- Безопасников, кроме нас, на корабле нет, - тихо и проникновенно сказал Громов старшему лейтенанту Светловой. Словно тайной какой-то делился. - Майор один со всем звездолётом не справится, ему нужны люди. Так что, если у вас возникнет снова такое желание, подумайте, док, прежде чем принимать решение о снятии нас со службы. Конечно, ещё не поздно вернуться на Землю и заменить нас кем-то... - сержант строго поглядел на Майю, - но вы уверены, что капитан и команда будут рады вашему решению, а главное, организаторы полёта? Ведь путешествие от Земли до пояса астероидов уже влетело им в копеечку. Вы из своего кошелька отдадите им потерянные за полёты туда-сюда миллионы?
Он помолчал немного, нахмурился, играя желваками на скулах, пока так и сяк вертел и мял в пальцах замок.
- Но я признаю свою неправоту, доктор Светлова, - вдруг добавил парень. - Вы меня извините. Я не должен был поддаваться на провокации рядового. Это была его идея - провести спарринг.
- Ябеда-корябеда, солёный огурец, по полу валяется, никто его не ест, - скривив губы, раздражённо пробурчал Алексей. - Ты ещё скажи ей, какие ставки были.
- И скажу, - спокойно отреагировал Громов, но не успел сказать...

- Светлова! Стругачёв! - раздался где-то совсем уже рядом такой знакомый и родной с детства этим двоим голос бывшего учителя. Как будто к доске вызывал. Так и захотелось встать и, торжественно прошествовав между рядами парт, подойти к доске и ответить на поставленную задачу.
Чижик возник из пустоты, подобно инопланетному разумному монстру-охотнику Хищнику, полюблявшему собирать черепушки Чужих. Вот и твоё спасение пришло, Стругачёв! Никакой Чужой теперь не страшен, рядом с капитаном же! Целым космическим капитаном с целым командирским бластером на поясе! Которого раньше там не было.
Майя только успела стук ботинок по металлопластиковому полу услышать, а тут - оп! - чёртиком из табакерки к ней и безопасникам явился Сам! Недовольный и хмурящийся, обеспокоенный сильно, тревожно на доктора глядящий и на Громова тоже.
- Что тут у вас случилось? - пытаясь отдышаться после этой короткой пробежки, выдохнул Фёдор Михайлович.
Поглядел на приоткрытую дверь в каюту Светловой, на свою, с которой хрен знает что делал сержант. Брови вопросительно и недоумённо поднял, объяснений взглядом, значится, требуя. Не у Майки, у Громова больше. Это же он сейчас сломанный замок в своих кулачищах держал. Сам его и сломал, по суровой физиономии же видно.
- Им лучше знать, капитан, - ябеда-корябеда кивнул на бывших учеников МЗУ. - Особенно вот ему, рядовому, - Лёхе достался персональный кивок.
- Стругачёв? - строго посмотрел на него капитан.
- Да... всё в порядке, вы не волнуйтесь, Фёдор... то есть, я хотел сказать, капитан, - растерялся и засуетился рыжик и многозначительно поглядел на Майю.
Слово ей, значит, передавая.
  • Здравый смысл безопасника. И за короткопост! :)
    +0 от rar90, 30.12.16 15:18
  • За явление Самого народу! :)
    Но вообще вся ситуация сокЪ. Громов, Стругачев, разбитая дверь и всё вместе. Это супер!
    +1 от Лисса, 30.12.16 18:08

Разволновавшийся Алексей Кирович, пока горячо выступал на благодарную публику в лице Майи Юрьевны, молчаливого Данко и, возможно, притаившегося где-то в инженерном отсеке наблюдателя-комментатора со своим котом, едва ли не главным виновником злодеяния двух данкийцев, не замечал попыток Светловой что-то до него донести и продолжал свою речь, пока не выдохся наконец и не передал слово девушке.
К его удивлению, она не стала цепляться за поднятые им животрепещущие темы про Фёдора Михайловича и Юрия Аркадьевича, а обратила внимание на состояние здоровья самого Алексея Кировича. Хотя чему же тут удивляться, когда бортовой врач первее всего реагирует на недомогания экипажа? Во взгляде молодого человека появилось уважение, и он так же уважительно выслушал врачебное мнение, прозвучавшее прямо как заключение судмедэксперта по делу провалившегося эксперимента над учениками Московского Звездоплавательного.
- Вот-вот, я и говорю, что у меня этот синдром, - согласно закивал он, выслушав Майю. - Телом здоров, а в мозгах травма образовалась от того стресса. Но ты только не думай, что я там слабак какой-нибудь, ударь меня - и я расклеюсь, раскисну как дев... кхм, как розовая сопля какая-нибудь. Нет, я сильный, - решительно покачал Лёха головой. - Это просто память. Плохие очень воспоминания. Я даже больше тебе скажу, Светлова. Я бы очень был рад, если бы мы правда свалились на неизвестную планету и нас бы похитили рыцари. Нам бы пришлось тяжело, но я верю, мы справились бы. И сумели бы выжить. Зато всё было бы честно. А так... - парень презрительно махнул рукой. - Ты вообще как, западные фильмы иногда смотришь? Я, бывает, включаю что-нибудь из классики прошлых веков. Вот есть такая киношка, с Джимом Керри, значится, по жанру трагикомедия, а называется «Шоу Трумена». Там его герой, короче, обычный взрослый человек, который не знал, что вся его жизнь с самого момента рождения - это спектакль. Паршивое телевизионное шоу, которое показывают по телеку. Все появляющиеся в его жизни люди - участвующие в этом шоу актёры, а городок, где он живёт - изолированная от остального мира гигантская студия, построенная специально для этого. И вот ему уже за тридцатник, и тут череда событий приводит к тому, что он начинает догадываться, что в его жизни что-то не так... Тридцать лет, блин! Жил и не знал, что вся его жизнь - это реалити-шоу. Эх... - вздохнул Стругачёв и нахмурился. - Вот и нам такую тёмную хотели устроить.

И всё же разговор свернул снова на Чижика. Майя опять попыталась доказать рыжику, что капитан вовсе не злобный гоблин Пучков, а вполне миролюбивый бывший школьный учитель, педагог со стажем, не злобивый в целом человек, умеющий забывать плохое, помнить хорошее, а главное - обладающий «неплохим чувством юмора». Стругачёв послушал рыжеволосую девушку, повздыхал маленько и плечами пожал.
- Ну, оно так-то верно, и ему тоже досталось, - вспомнил он перевязанную голову Чижика, когда их привезли обратно на «Фобос» и привели в классную комнату. - Причём знатно досталось, это ведь уже не игра была. Ладно тебе, будет, Светлова, Фёдора Михайловича выгораживать. Я тебе скажу так: лучше тебе вообще в это не лезть. Ну, в наши с ним отношения. Мы, мужики, сами разберёмся как-нибудь. Я хоть на него и обижен, но зла прям такого не держу, чтобы ему подлости какие-то делать, мстить или ещё что. Я по-нормальному к нему отношусь и надеюсь, что он ко мне так же будет. Большего мне и не надо, - Лёха передёрнул плечами. - Захочет об этом поговорить - пожалуйста. Ведь нам есть что вспомнить и о чём покаяться. Я ведь тоже не сахар был, понимаю. Тот ещё твёрдый рафинад, об меня зуб сломать можно, - усмехнулся он по-доброму.
И тепло на Майку поглядел, лупившую двери жилых кают то ногами, то кулаками. Боевая девчонка, самый сок. То, что надо для важных космических экспедиций вроде этой. Нежные розы-мимозы здесь бы не прижились, а такая, как Светлова, она - ух! С ней сам чёрт не страшен! И всякие космические рыцари с газовыми гранатами тоже. Захотелось даже обнять тепло старую боевую подругу, отчего Алексей пришёл в лёгкое смущение. Пришлось ему торопливо ретироваться - благо, Громов уже ждал снаружи.

Встряла Майя между этими двумя бойцами, успевшими обменяться уже парой ударов, не дошедших до цели - они знали своё дело и умели выставлять блоки. Будь это настоящая драка, они бы, конечно, презрели все правила и нормы морали и использовали бы все подручные средства для выяснения отношений. А так было видно, что у них даже адреналин в крови не сильно-то гуляет, нет прямо большой спортивной злости и агрессии. Просто решили поспарринговать-потренироваться посреди коридора. Отчего бы и нет? Обычное дело для безопасников. Но всё это ирония, конечно. На деле это было неправильно, вопреки субординации. Вот Громов - ему ведь положено было на своём посту находиться, наверное, а не кулачные бои в коридорах устраивать.
На «детвору» они отреагировали по-разному. Сержант и ухом не повёл, вовсе никак не обратив внимание на присутствие девушки, а вот Лёха засопел, обиженно на неё зыркнул, отвлёкся на секунду и чуть не пропустил удар, в последний момент успев уйти влево с выставлением руки для защиты.
Когда Светлова оказалась прямо между ними, вынуждены они были отступиться от поединка, опустить кулаки и выпрямиться, всё ещё оставаясь в напряжённых позах. Они готовы были рвануть друг на друга снова, едва Майя отойдёт.
- Всё в порядке, док, - ответил хмурясь Сергей Громов. - Мы просто общаемся.
- Да, всё пучком, Светлова, - закивал Лёха, отступив на шаг. - Хорошо говорим же, по-мужски. Ты чего вмешиваешься?
Со стороны лестницы послышались быстро приближающиеся шаги, и за ней, в конце коридора, показался из-за поворота Фёдор Михайлович. Он был ещё далеко, но торопливо шёл, чуть ли не переходя на бег, в их сторону. Капитан уже заметил их и нахмурился сильнее. По всему было видно, что он здорово волнуется.
«Ещё и безопасник здесь, - подумалось Чижику. - Видимо, дело совсем плохо, если задействована СБ. Но почему молчит Данко?»

- А мы-то с тобой думали, полёт будет скучным, - задумчиво заметил второй борт-инженер, поглаживая своего кота Мотю. - Я вот присутствие дамы на борту списал в разряд положительных моментов. Но я даже предвидеть не мог, что она будет вытворять. На пару с этим... как его... ах да, Строгачёвым. Эти двое просто умора, - покачал головой Раздолбайло с весёлой усмешечкой. - Беру свои слова назад. Полёт обещает быть весёлым. Такое кинцо наснимаю с их участием. Миллион лайков на РуТубе точно наберётся, ахахаха, - засмеялся парень.
А на экране перед ним двое безопасников вынуждены были отступить друг от друга под напором доктора Светловой, держащей в руках открытку и орхидею.
- Раздолбай, где ты? - донёсся из соседнего помещения громкий голос Романовского. - Щиты проверь, я тут подкрутил кое-что! Сейчас приду!
- Ага, сейчас, Юрий Саныч! - крикнул в ответ Ванька и поспешно отключил изображение. Ничего, потом посмотрит в записи. А сейчас надо заняться работой.
Эти пояса астероидов... не любил их почему-то Раздолбайло. Ещё и узнав историю Ромашкинского папаши. Он ведь навернулся где-то здесь, между Марсом и Юпитером.
- Так, проверить щиты... - пробормотал техник и, стуча по клавиатуре, тихонько принялся напевать себе под нос:
- Fly me to the Moon,
Let me play among the stars,
Let me see what spring is like
On Jupiter and Mars...
In other words, hold my hand...
In other words, baby, kiss me...

  • За воспоминания о прошлом. И за рафинад, могущий обломать зубы
    +0 от rar90, 29.12.16 13:11

- Да разве веснушки - это родинки? Это ж разные вещи, Светлова... то есть, прости, Майя, - внезапно вспомнил Лёха о просьбе старшего лейтенанта не называть её сугубо по фамилии. Хотя ведь через минуту опять забудет, с него станется. На лицо её веснушчато-конопатое Алёша задумчиво поглядел. - Нормальные такие пятнышки. И чего они на тебя наговаривают всякое? Они же твоё лицо это самое... облагораживают, во, эти пятнышки. Без них ты бы не была собой, - Стругачёв покачал головой. - И вообще, чего ты злишься? Может, я этого... комплимент ей хотел сделать, - он уверенно кивнул на портрет, висевший на стене над аккуратно застеленной кроватью. - Может, мне нравятся большие родинки и пятки, как у леопарда... тьфу, пятна! Может, мне... - Лёха явно хотел что-то сказать про конопушки Майи, так как смотрел на её лицо, но неожиданно оборвал свою пламенную речь и, смутившись, отвернулся. Сердито проворчал: - А за кривые зубы уж я бы обеспечил этому товарищу комментатору челюстно-лицевые проблемы. Улыбка у тебя, конечно, не как у кинозвезды, но хорошая такая, добрая и светлая, светловская жизненная улыбка. Пусть не сияет на все тридцать три, зато честная и по-своему уникальная, одна такая в мире. Ты вообще это, Светлова... - ну вот, опять фамильярничает, - не парься из-за этих комментариев. Нормальная у тебя улыбка и вообще... Хотя вот раньше, помню, ты улыбалась шире. Сейчас боишься будто чего-то.
Парень вздохнул, глянул по настоянию Светловой на портрет ещё раз и тепло, по-дружески поглядел на Майю.
- Не разбираюсь, честно. Я же вообще дурак. Вот даже не понял сначала, зачем тебе замок ломать понадобилось. Ну, попросила - я и сделал. Только потом подумал и понял, что это такая медицинская хитрость, чтобы не покидать медотсек, значит. А ещё бластером по нему стучал. Хотя иначе я открывать их не умею, - Лёха пожал плечами.

Взявшись за руки, они неторопливо, на слегка непослушных ногах своих, направились прочь из капитанской каюты. Будто парочка на прогулке, смотрелись со стороны, но сами этого не осознавали.
- Погрустнел Чижик Михалыч наш, это точно, - покивал рядовой и, немного помолчав, вдруг задекламировал Пушкина, и даже с выражением, но без напускной торжественности и пафоса:

- Князь у синя моря ходит,
С синя моря глаз не сводит;
Глядь - поверх текучих вод
Лебедь белая плывёт.
«Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
Что ж ты тих, как день ненастный?
Опечалился чему?» -
Говорит она ему.
Князь Гвидон ей отвечает:
«Грусть-тоска меня съедает:
Люди женятся; гляжу,
Не женат лишь я хожу».


- Может, оттого и грустен Фёдор Михайлович, что свою царевну-лебедь сыскать не может, - Алексей пожал плечами с каким-то грустным романтически-задумчивым видом. - Не буду я спорить, Май. О таких вещах не спорят, это личное. Вот понравится тебе однажды кто-нибудь, и так сильно, что только о нём и думать будешь дни и ночи... ну, первое время особенно, покаместь период влюблённости самый сильный... тогда ты так не будешь говорить. Ну, а котлетки и борщи - дело наживное. У тебя и кроме этого, есть хорошие качества. Ты вот знаешь, какую таблетку надо выпить, если что-то заболит, например. Чай великолепно завариваешь. И вообще...
И снова он не договорил, что же имеет в виду под этим всеобъемлющим многозначительным «вообще».
- Её я не знаю, - вдруг нахмурился Лёха, угрюмо как-то и вредно на Майю поглядев, и в портрет пальцем тыкнул. - Пусть Чижик за неё лезет под камни. А я за тебя полезу. Вот просто так. Потому что хочется. Может, я всю жизнь мечтал, чтобы меня камнями побили. В смысле, вместо кого-то.

Наконец они вышли в коридор, дверь в каюту Фёдора Михайловича прикрыв. Замок ожидаемо не щёлкнул, но сама дверь закрылась достаточно плотно.
Стругачёв выглядел странно. Недавно он перенервничал, переволновался, пережил стресс. Несёт теперь всякую чушь из разряда тех сопливо-розовых речей, которые так не нравятся Молнии-Светловой. Наверное, оттого до сих пор лицо такое красное. Услышав план Майки, начинавшийся с выражения сожаления и оказания дружеской поддержки Чижику, рыжик не сдержался и смешливо захрюкал, растянув губы в улыбке.
- Ты его так готовить собралась, будто о смерти близкого родственника будешь сообщать. Думаю, он оценит, - засмеялся парень. - И мне, кстати, нравится. Хороший план. Если хочешь человеку сообщить плохую весть, но боишься его реакции, то надо начинать его морально готовить к чему-то намного более худшему и ужасному. Нагнетать ситуацию. И тогда, узнав правду, пусть неприятную, но не такую жуткую, как уже виделась, человек испытает облегчение и воспримет новость нормально. Это я где-то на занятиях по психологии слышал - такой себе трюк, обманный манёвр. Ну, обманывать и врать не надо, конечно. Просто начать подавать правду со скорбной миной, чтобы человек испугался. А потом всё окажется для него не так плохо.
Стругачёв без сомнения покивал, выслушав план и отвечая на вопрос:
- Конечно, лучше вместе. Меня он, правда, на экскурсию не приглашал. Но я же наглая морда, сам приглашусь, - ухмыльнулся он довольно. - Только говорить лучше тебе, а я поддакивать буду. Мне кажется, тебя он охотнее послушает. Меня он ведь на дух не переносит. Ты видела его лицо, когда он меня увидел? Словно горькую таблетку разжевал. Или таракан в чае попался.

- Не, не, я же Громова жду, - возразил Алексей, когда Майя пригласила его к себе в каюту в гости. - Хочу первым принять удар на себя. А полюбоваться всеми этими штуками и отсюда могу. Чего ты, кстати, эклеров стесняешься? Батончиков же не стесняешься... - он с интересом рассматривал внутреннее убранство каюты, задерживаясь взглядом на случайных кубках и медалях, на Майкином портрете на плакате, на кресле-мешке. - Нет, ты всё-таки крутая. Теперь понятно, почему ты такая зазнайка. Но я вдвойне рад, что ты признала старого друга, - Лёха сжал пальцы в кулак и победно покачал им в воздухе. Остановился взглядом на голотелеке. - Хорош подарочек, угу. В качестве извинения - вообще ух! Но мне показалось, или ты сказала, что он тебя заставил отправиться в этот полёт? - с некоторым беспокойством уточнил безопасник.
На неожиданное предложение приходить в каюту Светловой и устраивать в ней посиделки с друзьями юноша высоко поднял брови и удивлённо крякнул.
- Для начала, обзавестись друзьями-то надо. Вы, Майя Юрьевна, пока что единственный мой друг на звездолёте. Громов не в счёт, мы с Серёгой вроде как это... лучшие враги, в общем. Знаешь, что такое лучшие враги? Это такие люди, которые очень сильно не любят друг друга и поэтому жить друг без друга не могут. Прямо как муж и жена, блин, в незадавшейся семье. Так что это... если хочешь, давай я сюда тебя буду приводить... телеком пользоваться научимся, стулья нормальные притащим, да нам и ковра хватит... - Лёха покосился на стрёмное кресло. - В этом я сидеть не буду. Оно какое-то... подозрительное. Помнишь мультик про Карлсона? Прямо как привидение, вселившееся в кресло и сделавшее его бесформенным мешком. Сядешь в него - а оно как схватит, как взлетит! Уж извини.
- Стругачёв! - раздался из-за спины Алексея, откуда-то из коридора, суровый голос сержанта Громова. Лёха сделал большие глаза и ретировался из дверного проёма, прикрыв за собой дверь и оставив Майю наедине со своими трофеями, подарками и ироанской орхидеей.

А на записочке-то и с другой стороны надпись была. И не просто надпись, а целое письмо, настроченное маленькими буквами на принтере. Майя увидела это и прочитала, когда взяла листок и перевернула.
«Драгоценная Майя Юрьевна! Я встретил сие чудное экзотическое создание, томившееся в одиночестве в лифте, и сразу вспомнил, в чьих ручках его видел. Ну как же вы могли бросить его на произвол судьбы? Ведь в лифте людно, его могли случайно не заметить, толкнуть, растоптать армейскими сапогами. Я пришёл на помощь этому нежному цветку и спас его от жестокой участи, на кою вы его чуть не обрекли. Но не надо благодарностей! Я сделал это бескорыстно, безвозмездно, повинуясь страстным романтическим велениям своей души и частому биению сердца, истекающего кровью при виде одинокого нежного цветка в лифте.
P.S. И простите, что лично вам не представился. Мне не позволила этого сделать моя природная скромность. Она же не даёт мне подписаться под этой запиской. Но уверен, что мы с вами ещё не раз встретимся на корабле. Только, умоляю, не в медотсеке!
P.P.S. Целую ваши ручки!
Ваш Скромный Я.»

  • за тайну Ироанской орхидеи. И за тайного почитателя :)
    +1 от rar90, 27.12.16 12:07

Аньяли только тихо пискнула, когда была схвачена знакомой седой бородой и утащена куда-то в сторону от лежащих тел и прорезающих темноту бластерных лучей. Девочка даже не пробовала сопротивляться. Более того, она обмякла в руках старика, позволяя ему тащить её куда угодно, и только слабо держалась за него. Слишком большой стресс она пережила за прошедшие часы, и слишком огромный, когда на её глазах погибла пытавшаяся её защитить женщина, чтобы сейчас бороться с Нох Варом. Анья чувствовала себя ужасно. Давило ещё и то, что она винила себя в смерти Неруа. Если бы она не побежала... если бы только... и тогда все остались бы живы...
Хотелось закрыть глаза и провалиться в беспамятство, но она ещё не нашла отца. Он - единственное, что сейчас удерживало её в сознании, не давая отключиться от переизбытка эмоций. Единственное, что связывало с реальностью. У неё была цель, и этой цели Аньяли ещё не достигла. А целеустремлённые девочки не падают в обморок на полпути.
- Папа... там папа... - прошептала она Нох Вару, слабо показывая рукой в сторону зияющего провала.
А потом, что называется, тушите свет... Стало темно, и Аньяли притихла, боясь выдать себя звуком или шорохом. Ведь по звуку будут ориентироваться враги. Нох Вар мог почувствовать, что её хватка окрепла. Теперь она уже не просто держалась за него, а цеплялась.
Цепляюсь за бороду Нох Вара и не мешаю ему себя и свою бороду спасать.
  • Приятно посмотреть на дочь без бластера:)
    +1 от awex, 27.12.16 10:58

Опустив Руби на травку и сам плюхнувшись рядом, юноша тяжело задышал, выравнивая снова сбившееся дыхание и ощупывая болевшие места на предмет, не сломалось ли там чего-нибудь. Но, если не считать сломанных рёбер, то вроде бы он был цел. Просто выдохся и выбился из сил. Схватка с Милириной была самым выматывающим боем за всю его жизнь. Может, не самым тяжёлым, ведь были драки, где его побеждали, где ему ломали пальцы, чтобы он сдался. Но однозначно выматывающим.
Расслабиться он себе не мог позволить. За эти три минуты их могли настичь и найти преследователи, и в отсутствие Люми Кевин с Рубедо оказались бы в очень затруднительном положении. Парень то и дело выглядывал из кустов и озирался по сторонам. К счастью, обошлось, а вскоре подошла и Люми. С облегчением выдохнув, Кевин упал на траву, полежал немного, приходя в себя.
- Пленили? Прям-таки всех? Других нет? - с сомнением спросил он. - Вообще я удивлён, что пленили. Так стреляли, что трудно представить, как после этого кто-то мог выжить. И где они теперь, пленники? Только не говори, что их в отель притащили.
Наконец он сел и взял бутылку и таблетку, без возражений и колебаний собравшись выпить. Но стоило ему закинуть таблетку в рот, как вдруг накатило предчувствие опасности. Он её резко выплюнул обратно в ладонь и насторожённо поглядел на Иллюмину. Достал из-за пояса нож, проколол легонько палец.
- Дай руку, - потребовал он от принцессы.
Расслабился тут, понимаешь. А вдруг это не Люми, а иллюзия? Магичка, выдающая себя за паладью. Уж если у Рубедо так здорово получалось превращаться при помощи палочки...

Стругачёв сейчас напоминал взбесившийся светофор, перепутавший цвета и их последовательность. Вот только что его лицо было красным от пережитого неприятного момента с разыгравшимся воображением - и вот оно посинело, стоило ему услышать торжественно завопившего искина и увидеть злополучную табличку на двери, прямым текстом говорившую, что он дверью-то ошибся. Видно, пока искал воображаемую кошку, перепутал стороны коридора. Потому как да - табличка с именем Светловой красовалась на запертой двери в каюту напротив.
У парня пропал дар речи. Все слова, объяснения и протесты застряли комком в горле и вместо ответов разъярённо шипящей на него Майе он выдавал лишь сглатывающие звуки и нечленораздельные мычания в попытке как-то вклиниться в поток её красноречивого возмущения. Лицо продолжало светофорить с красного на жёлтый и обратно от осознания собственной ошибки. Это был полнейший провал. Финита ля комедия, господа присяжные заседатели. Лёха-Суматоха снова нажал не на ту кнопку. Блин!
Заметив сжавшиеся Майкины кулаки, Стругачёв даже попятился немного, всерьёз испугавшись, что она сейчас набросится на него с ними. И что он может ей противопоставить? Не хватало только с девушкой драться. Он же джентльмен, а не пристало джентльмену обижать дам. Хотя уже поздно. Уже ведь, кажется, обидел. По всем параметрам. Будь неладно его больное воображение и Ридли Скотт заодно, чего уж там, за ту памятную сцену с котом на звездолёте «Ностромо». Да уж, длинные пустые коридоры на нервишки ещё как действуют, совершенно точно.
И тут Майка принялась избивать несчастную дверь пятками, отчего светофорящее лицо Алексея немедленно приобрело приятный салатовый оттенок зелёного.
- Светлова, ты это... того... - он начал тыкать пальцем на табличку на двери, пытаясь донести до спятившей от возмущения девушки, что это как бы капитанская дверь, однако Майя его не слушала. Хорошо, что дверь была крепкая, без труда выдержала эти злостные пинки.
Лёха круглыми глазами проводил ломанувшуюся в чужую каюту бывшую одноклассницу, постоял секунду и рванул за ней. Вытаскивать наружу, ага. Пока не стало слишком поздно. Да она что, искина не слышит, что ли?!
- Стой! Куда ты?! - зашипел он, пытаясь приглушить голос, так же, как и она. Хотя особого смысла в этом уже не было. «Служба Безопасности оповещена», - сказал искин. Сейчас сюда придут и будут бить.

За дверью девушку встретила совершенно точно чужая каюта. Ни тебе лыж, ни наград, ни плакатов великолепной лыжницы Молнии-Светловой. Самое главное, что и любимой девятилетней ироанской орхидеи здесь тоже не было.
Зато была стерильная чистота и добрый такой, уютный, домашний порядок. Пустая и белая чужая каюта, с почти отсутствующей мебелью, зато украшенная стареньким электронным будильником у изголовья кровати на тумбочке. Зато на журнальном столике, привинченном ножками своими к полу, лежал закрытый чёрный ноутбук с тускло блестевшей надписью компании-производителя «Электроника». Зато на стене над кроватью висел чёрно-белый, стилизованный под старину, портрет в рамочке, изображавший совсем молодого ещё и с трудом узнаваемого Фёдора Михайловича - ему на вид лет семнадцать было, наверное - рядом с неизвестной блондинистой девушкой того же возраста, не красавицей, но довольно миловидной, с родинкой-мушкой под губой. Они улыбались в камеру, а юный Чижик приобнимал блондинку за плечи. На фоне были обычные, незатейливые обои.
- Должен вас поправить, Майя Юрьевна, - отговорив три раза положенную фразу, ответил Светловой Данко своим уверенным спокойным голосом, но всё же вняв её просьбе говорить потише. Его голос звучал негромко. - Эта каюта не ваша, а капитана Чижика. Вам следует выйти наружу, - охотно согласился искин с выводами девушки.

Вошедший следом за Майей Стругачёв не дал ей усесться прямо на пол. Заметив её поплохевший, растерянный и будто просящий помочь взгляд, он оказался рядом вовремя, чтобы придержать её за талию и, быстро сориентировавшись, оттащить к стеночке и усадить на ближайший стул. Ноги у Майки определённо сейчас стали ватными и не имело смысла её на них ставить. Честно говоря, и сам Алексей едва не падал на нервной почве, так что, усадив Светлову, он облокотился о стену и тяжело отдышался.
- Это, блин, каюта Фёдора Михалыча, Светлова, - устало признался горе-взломщик. - Я какого-то чёрта попутал двери. Теперь он нам кол влепит, как пить дать. Так и запишет в наши досье: к космосу непригодны. Бли-и-ин, что же делать, Майя?..
Такое раскаяние читалось на лице неунывающего оптимиста, что невольно хотелось его пожалеть и по головке погладить, пообещав, что всё будет хорошо.
- Никуда я не пойду, я тебя не брошу, - возмутился он, когда бывшая одноклассница начала его прогонять, обещая взять всю ответственность на себя. Приосанился гордо красавец-герой. - Я мужчина и я должен нести ответственность за свои посту...
Он осёкся, так как в это время сирена орать перестала, а из динамиков вместо неё загорланил голос сержанта Громова.
- Стругачёв, мать!.. Ты чё творишь, пля?!.. - кричал безопасник в гневе. - Опять за старое, сс-ка?!.. Простите, док, - по голосу было слышно, как у Громова сводит зубы от злости, - меня этот долбодятел вывел...
- Серый, тихо! Не ори! - замахал руками Стругачёв, обводя взглядом стены в поисках камер наблюдения. - Это недоразумение...
- Это ты ходячее недоразумение, макак гамбургский! - продолжал ругаться сержант.
- Лучше не кричи, а помоги, - уговаривал его Лёха. - Не мне, так девушке. Она из-за меня тоже в неприятности влипла.
- Чего там у вас? - недовольно спросил Громов.
- Кто-нибудь ещё знает, что произошло? - поинтересовался бледный от волнения рыжик.
- Ну, вроде никто... может, Кырымжан, но его рядом нет, - ответил ему напарник.
- Тогда выручай, - просящим тоном сказал Стругачёв. - А я тебе за это шоколадный батончик с орехами подгоню.
- Ну... - неуверенно отреагировал Сергей.
- Два батончика, - увеличил цену Лёха, демонстративно показывая потолку два пальца, сложенных в знак виктории.
- Хорошо, я сейчас приду, - смилостивился безопасник. - Но если ваши объяснения покажутся мне неубедительными, будете иметь дело с майором.
- Ладно-ладно, конечно-конечно, - Лёха с облегчением выдохнул и поглядел на Майю.
- И брысь из каюты капитана, - угрожающе добавил Громов. - Ща приду.
- Ну всё... - тяжело дыша, Стругачёв медленно переливался всеми красками радуги. - И, это... Майя... Юрьевна... с вас ещё батончик, - покраснел он.
А со стены на них с улыбкой смотрели хозяин каюты и неизвестная блондинка...

- Хм... пожалуй, я тоже никому не скажу, - покивал второй борт-инженер изображению на дисплее, где было видно половину Стругачёва и целиком сидящую рядом с ним старшего лейтенанта Светлову. Ваня театрально взмахнул руками. - Что вы, что вы, рядовой, не надо мне никаких батончиков. Я же не из корыстных побуждений, в отличие от некоторых. Просто...
Раздолбайло задумчиво посмотрел на спящего у него на коленях кота и провёл ладонью по его шёрстке.
- Просто мне показалось, я знаю настоящего виновника этого недоразумения... Но скажите на милость, зачем Пчёлке Майе понадобилось ломать замок собственной каюты? - техник задумчиво поднял глаза к потолку. И недоумённо пожал плечами. - Женщины...
  • За светофор - и его последствия!
    +0 от rar90, 23.12.16 09:01
  • Все таки выбирая между двумя постами: между юмористическим и этим, выбрала этот. Здесь очень лирично каюта описана - с такой любовью к деталям, с такой душевностью. Я уже скучаю по Чижику, и приятно было увидеть каюту капитана ^^
    Но юморной пост тоже невероятно крут! Он сделал мой день ^^
    И вообще вся ситуация - суперЪ!
    +1 от Лисса, 25.12.16 01:13

Голотелевизора в каюте и правда не нашлось. Вероятно, Фёдору Михайловичу его заменял ноутбук, хоть это была и не та модель, в которые обычно встраивают голопроектор. Голографические ноутбуки, или в разговорной речи голобуки - штука дюже дорогая. Впрочем, капитаны звездолётов, наверное, могут себе позволить такую роскошь. Но то обычные капитаны, а не бывшие учителя Чижики, привыкшие, должно быть, к скромному и аскетичному образу жизни. По интерьеру его каюты можно было это понять, спокойному и умиротворённому, лишённому всяческих крикливых излишеств. Если бы не портрет на стене, табличка на двери и подсказка искина, то даже не понять, кому могла бы принадлежать эта каюта.
- Да я в порядке, ты чего? - поняв, что Майка пытается его поддержать, герой Стругачёв сразу вскинулся, распрямился даже, лицо разгладилось и поспокойнело чуток. Стыдно ему стало, что Светловой приходится его, оболтуса, утешать и приободрять. Его! Неунывающего оптимиста Лёху Стругачёва! Да ещё в бок дружески толкнула, тоже в знак поддержки. Прямо неловко стало как-то. - Чего-чего? Какие ещё секреты гиппопотама? Светлова, спокойно, дыши глубже. Мы на звездолёте, а не в зоопарке. Никаких гиппопотамов здесь нет. Вот Чижик есть, да, но не тот, что на деревьях по веточкам скачет и чирикает... гм... - Лёха замолчал, представляя себе скачущего по веткам и чирикающего Фёдора Михайловича. Невольно лыба поползла от уха до уха. Парень тряхнул рыжей головой, прогоняя прочь непрошеные мысли, потёр переносицу, тихо хрюкнул. - Короче, не зря ты меня ругала. Мне ведь тоже зоопарк всякий мерещится. Послышалось, будто кошка мяукает. Ну, я того... пошёл её искать, а там Чужой нарисовался... Спокойно, Майя... Юрьевна! Исключительно в моём воображении нарисовался. Но так живо, что мурашки по спине. Вот я и попутал двери местами. Твоя-то каюта напротив капитанской. Так что, это моя вина. Прости меня, Светлова, воображала я редкостный, - похлопал он её по плечу.

Некоторое время он с любопытством изучал девушку на портрете, улыбавшуюся чуть не высадившим дверь гостям каюты вместе с её хозяином. Стругачёв задумчиво почесал в голове, похмыкал, кобуру с бластером зачем-то поправил, пояс потуже затянул будто.
- Да не женат он вроде, - явно следуя своим мыслям, заметил юноша. - Хотя, может, был... А может, это его сестра? Но вроде не похожи.
Лица на портрете и впрямь нисколечко не походили друг на друга, чтобы заподозрить их в родстве.
- Или родственница какая-то, - тем не менее продолжал размышлять Алексей. - Стал бы он хранить фотографию своей бывшей столько лет? Он же не романтик, ёлы-палы, чтобы подозревать его в «единственной любви на всю оставшуюся жизнь», - пафосно изрёк парень, поведя в воздухе рукой в не менее пафосном жесте. И вдруг нахмурился. - А ты родинку заметила? Глянь, какая она большая. На лицо смотришь - и первым делом родинку видишь. И думаешь, что это не родинка на лице, а лицо у неё на родинке.
Непонятно, что этими неуважительными словами в адрес неизвестной девушки хотел сказать Стругачёв, однако он явно и сильно преувеличивал. Родинка ничуть не портила внешности этой юной дамы. В эпоху королей и императоров дамы любили украшать лицо подобными накладными родинками-мушками. А тут - настоящая. Прямо как бородка Кырымжана - произведение искусства. Вот только бородку майор выстригал сам (ну, или пользовался услугами гениального брадобрея), а родинка сама по себе такая уродилась. От природы.

- Предлагаешь правду-матку рубить? - недовольно зафырчал Алёша, выслушав Майкины страхи. - Что, так и скажешь ему: Стругачёву Чужой привиделся, и бравый безопасник решил, что в капитанской каюте безопаснее будет? Не, если по чесноку, мне тоже не хочется Фёдору Михалычу врать. Но моё объяснение звучит как форменный бред. Да меня же на карантин посадят как психбольного. Эх... - вздохнул парень и потупился, пол каюты взглядом своим встревоженным прожигая. Плечом неоднозначно дёрнул. - Поступай как знаешь. А я тебя поддержу. Зря, что ли, столько лет за соседними партами сидели...
Он помог Майе подняться, будто бы опасался, что не устоит девушка на ногах нетвёрдых. К счастью, обошлось без последующих падений и головокружений. Небольшая передышка помогла восстановить если не душевное, то хотя бы телесное равновесие.
- Пойдём, - кивнул Стругачёв, взявшись за её запястье, и направился медленно к двери, пошатываясь даже немного на нервной почве. - Всё нормально будет. Серёге всё расскажем как есть. Меня он не любит, но тебя должен пожалеть. Он же у нас этот самый... тьфу ты, слово вылетело из головы... ну, типа дон жуана, короче. Любит перед девушками красоваться. Так что тебя он выручит. Пусть лучше на меня, дурака, все камни летят.
В коридоре он отпустил Майкину руку и вздохнул.
- Ну, я здесь его подожду. Иди давай, - показал глазами на дверь напротив с правильной надписью на табличке. - Хоть бы открылась, а то вторую дверь я ломать не буду, - покачал он вредно головой.

Едва Светлова приложила палец к нужному месту на дактилосенсоре, как красная лампочка на замке сменилась на зелёную, замок щёлкнул и дверь открылась. Не отодвинулась пафосно внутрь стены, как то бывает на некоторых кораблях, а как самая обычная дверь на петлях. Вот только петель не было, их заменял механизм, подключенный к электронному замку. Хотя и вручную можно было открыть при необходимости.
Глазам старшего лейтенанта доктора Светловой М.Ю. предстала её собственная, родная каюта, в которой она не бывала ни разу, но обставленная исключительно по её указаниям. Каждая вещь здесь была на своём уникальном месте. Все её награды, кубки, плакат в полный рост... Голотелек и прочие удобства цивилизации... На секунду показалось даже, будто Майя и не улетала с Земли, а пришла к себе домой, вернулась после долгого и напряжённого трудового дня.
- Ого, сколько здесь всего, - уважительно заметил Лёха, не удержавшийся от любопытства и всунувший свою голову в дверной проём следом за девушкой. Он обвёл помещение восхищённым взглядом и присвистнул. - Крутая ты, Светлова... А вон, смотри, и твоя орхидея. Я с ней уже в лифте познакомился.
И то верно. Единственное, что выбивалось из идеального порядка, придуманного и продуманного хозяйкой каюты, это была стоящая на столе синяя ироанская орхидея в горшке. Ей здесь было не место, но кто-то её сюда принёс, притащил из лифта и заботливо поставил на стол, не помяв ни одного цветочка и листика. А на одном из листиков стояла буквой Л, прижимаясь к стеблю растения, бумажка, половинка тетрадного листика в клеточку, явно чья-то записка. На ней было даже надписано синими чернилами от руки: «Ув. М.Ю.».
  • За орхидею!
    +0 от rar90, 23.12.16 15:28

На этот раз ответа бывшего однокашника девушке не пришлось ждать часами. Не прошло и двадцати секунд, как мигнуло окошко приложения личной переписки, уведомляя о пришедшем новом сообщении. «Хорошо», - вот так коротко, ёмко и лаконично ответил ей безопасник Алексей Стругачёв. И, не дожидаясь Светлову, пошёл ломать замок её каюты. Наверное. Если всё правильно понял. А то мало ли, Лёха ведь человек весьма неорганизованный и своеобразный. Но точно не трус и точно не гиперответственный, а потому можно было не сомневаться, что если он верно её понял, то расфигачит этот замок, полюбляющий есть на завтрак отпечатки человеческих пальцев, ко всем чертям и демонам ада.

Про недоумков-психологов, проводивших эти стрёмные тесты и приписавших дочери капитана Светлова «много желчи» в её способности юморить, искин ожидаемо ничего не ответил, придержав своё лишённое эмоций, программное мнение при себе, поскольку, опять же, его не спрашивали.
Музыка пропала, и в кабинете сделалось как-то слишком уж тихо. Только шумевший в наушнике диктор не обратил на перемены внимания и продолжил разглагольствовать о проведении опытов над мышами с целью выявления последствий попадания живого человека без скафандра и других предохраняющих оболочек в открытый космос. Земная медицина заметно продвинулась за последние два столетия, но, как и в двадцатом веке, предел пребывания человеческого организма в открытом космосе без каких-либо необратимых повреждений составлял от тридцати до шестидесяти секунд, при условии, что космонавт не задерживал дыхание в лёгких - это привело бы к баротравме. Даже сейчас крепкие человеческие организмы погибали от злополучной трещины в скафандре в течение минуты-другой. И смерть эта была ужасно мучительной, так как человек оставался добрую половину этого времени в сознании.
- Я всегда на связи, Майя Юрьевна, - спокойно ответил Данко на просьбу связаться с ним, если кому-то из экипажа понадобится медицинская помощь. - Если вас будут искать, я сообщу.
И никак же, бесчувственная программа, не отреагировал на её переживания об оставленной где-то очень далеко позади Земле. Впрочем, по космическим меркам до родной планеты было рукой подать. Эх... мог бы хоть сказать что-нибудь пафосное в духе «Минздрав предупреждает: курение опасно для вашего здоровья». Но Данко проглотил фразу о перекуре как ни в чём не бывало. Словно это будничное дело, когда космические доктора пыхтят сигареткой где-нибудь на «свежем воздухе» звездолёта. Хотя он тут везде свежий, по идее.
Ну и, конечно, вряд ли искин понял скрытый подтекст слов старшего лейтенанта. А если и понял, то не подал виду. Может, он верил, что доктор Светлова, как и все здесь - человек серьёзный и ответственный, и не станет делать в полёте странные вещи вроде попыток сломать корабль. Данко пока ещё плохо был знаком с ней и со Стругачёвым.
Стенка ответила Майе глухим стуком. Ну а почему бы и нет? Чижику, значит, можно лупить со всей дури по лифтовым кнопкам, а ей нельзя выразить свои эмоции таким вот образом? Особенно, когда этого никто не видит. Ну, кроме искина, пожалуй. Но он ведь не из болтливых.

Отправив Майке короткое сообщение, рядовой Стругачёв тяжело вздохнул и повернулся к двери в её каюту. Он и без того знал расположение помещений на «Данко», а здесь к тому же на двери висела табличка с надписью в три ряда «Старший лейтенант доктор Светлова М.Ю.» - звание и должность мелкими, фамилия и инициалы крупными буквами. Не пройдёшь мимо и не ошибёшься, в общем.
Парень воровато огляделся по сторонам. Длинный прямой коридор жилого отсека для офицеров был совершенно пуст. В ближнем конце его - со стороны лифта - виднелась самая обычная лестница, со ступеньками, по которой можно было подняться на любой уровень своими ножками, если подъёмник был занят или, не дай бог, неисправен. Ну, или если было желание размять ноги. Майя должна была появиться не на лестнице, а дальше по коридору, убегавшему в сторону пустовавших помещений для находок с далёких планет, а уже за ними были лифт и медотсек. Если только Светлова не успела из него сразу после взлёта слинять куда-нибудь, то ждать её следовало именно оттуда, из глубины коридора.
Но пока её не было, а коридор был пуст, и Стругачёв присел перед дверью, рассматривая электронный замок. Бронированной дверь не была. Наверное, её можно было и плечом выбить. Гораздо эффективнее всё же будет поработать штатным оружием, имевшимся у рядового при себе. Нет, Лёха не планировал прожигать в двери или замке дыру своим бластером. Он всего лишь собирался сбить прикладом замок с тянувшимися от него по стене металлизированными жилами-веточками проводов, соединявших защёлку с дактилосенсором, принимавшим отпечаток пальца.
Лёха потянулся за оружием и вдруг замер с рукой на кобуре, к чему-то прислушавшись. Показалось, наверное. Он расстегнул кобуру и коснулся прохладного металлопластика, как вдруг снова услышал этот звук.
- Что за чёрт?.. - буркнул он себе под нос и обернулся в сторону лестницы.
- Мяу! - снова долетело до него тихое, заунывное и отчаянное какое-то кошачье мявканье.
- Точно не показалось, - парень резко поднялся и шагнул в направлении лестницы. Брови поднялись вверх. - Откуда здесь кошка...
Ещё пару раз повторилось это противное, негромкое, далёкое мяуканье. Алексей тряхнул головой и осторожно направился по коридору к лестнице - сначала быстрым шагом, но замедляясь по мере приближения. Он должен был увидеть эту кошку и убедиться, что у него не галлюцинации, а то ведь Майка его сразу на операционный стол отправит делать лоботомию мозга, если узнает, что ему кошки всякие на звездолёте мерещатся.
- Кис-кис-кис, - негромко позвал Лёха загадочное животное. - Киса-киса, ты где?
Голос кошки звучал откуда-то сверху. Она должна быть или на лестнице, или рядом с ней на уровне или двух выше. Безопасник приблизился к лестнице и взялся за перила, поглядел вверх, но никого не увидел.
- Мяааа...
И в этот момент вдруг мигнул свет. Раз. Другой. Третий. И на четвёртый пропал окончательно. Потухли светильники вдоль коридора. Наступила темень, слегка разбавленная мигающими лампочками системы жизнеобеспечения.
- Это... это не я... - испуганно пробормотал Лёха. Поглядел ещё раз вверх.
- Мя-яу...
- Да где же ты, блохастое создание? - нервно спросил парень у пустоты, шагнул на ступеньку и...
Сверху вдруг что-то капнуло на пол прямо перед ним. Стругачёв инстинктивно дёрнулся назад, опустив голову и неверяще глядя на разрастающуюся в металле, ядовито шипящую и пузырящуюся дыру.
- Пшшш... - зашипел плавящийся и разъедающийся металл в новом месте, куда упала вторая капля.
Испуганно икнув и матернувшись, Алексей начал пятиться от лестницы и резко вскинул голову вверх. И увидел... спускающегося сверху огромного монстра со множеством конечностей, отростков и шипов, склизкого и отвратительного на вид, с удлинённой головой, из открытой пасти которой, усеянной несколькими рядами кинжального вида зубов, стекала слюна. Эта самая слюна и прожгла дыры в плитах пола.
- Нет... нет... тебя не может быть!!! - закричал Алёша, стукнулся спиной о стену и вдоль неё стал пятиться прочь, а когда увидел, как выдвигается челюсть Чужого, резко развернулся и стартовал вглубь коридора...

Стругачёв прижался спиной к стене и крепко зажмурился. Простоял так с полминуты, прежде чем решился открыть один глаз и оглядеться. Свет больше не мигал и не гас. Собственно, он всё время оставался включенным. Рядом с лестницей никого не было, дыр в полу тоже было не видать. Да и кошку больше не было слышно.
- Уф... привидится же всякое... - он открыл второй глаз, утёр холодный пот со лба тыльной стороной ладони. - Майка мне точно мозги препарирует... блин.
Весь красный и вспотевший с перепугу из-за собственного разыгравшегося воображения, безопасник Стругачёв вернулся к двери и, присев, стал долбить по замку прикладом. Всего два-три удара - и он должен сломаться. Лёха знал такие замки - они были предназначены для примитивной защиты, кажущегося ощущения собственной безопасности. Это тебе не надёжные охранные системы, которые способны выдержать лобовой удар ховертанка.

Пустые коридоры «Данко», по которым тихим эхом разносился звук шагов идущей в сторону жилого офицерского отсека девушки, могли бы быть зловещи, если бы не были хорошо освещены лампами дневного света, вделанными в стены под потолком на равных промежутках, не оставляя между ними неосвещённого пространства. Лишь причудливая игра собственной тени на полу и стенах напоминала Майе о том, что в тёмных закоулках корабля могут укрываться самые настоящие сказочные чудовища, вроде космического монстра Бабайки. Воздух здесь, как и в медотсеке, был свеж и прохладен благодаря чудной работе системы кондиционирования. Только, увы, не пах лекарствами и больницей. По правде, он не пах ничем.
Эти коридоры находились за уже знакомым лифтом рядом с медотсеком, который миновала Светлова. Здесь имелись двери, ведущие, должно быть, в те самые пустые помещения, одно из которых Фёдор Михайлович предлагал использовать под вторую лабораторию. Встретилось также наблюдательное окошко иллюминатора. Если бы Майя в него выглянула, то увидела бы далеко впереди по ходу звездолёта россыпь астероидов, а сзади отдалявшуюся красную планету с двумя своими, крохотными с такого расстояния, спутниками. Деймос и... Фобос. Здесь родился капитан Чижик. И в честь этого спутника был назван школьный корабль, на котором Майе довелось полетать...
Но ей нужно было дальше. Следом коридор поворачивал и вёл к жилому отсеку для офицеров корабля. Сразу за лестницей начинался длинный-предлинный коридор с рядом дверей по обе стороны. У одной из них девушка заметила корпевшего над замком, покрасневшего от усилий Стругачёва, который... тупо бил по нему прикладом бластера. Но самое удивительное, что дверь поддалась его напору. Что-то внутри щёлкнуло - и она приоткрылась.

Услышав шаги, краснючий и взмыленный Лёха поднялся, пряча оружие в кобуру на поясе, и повернулся к Светловой с довольной ухмылочкой.
- Ну как, довольна? - деловито осведомился он у старшего лейтенанта и пафосно отступил в сторону, жестом приглашая Майю проходить внутрь. - Прошу вас, Майя Юрьевна. Дамы вперёд.
И в этот момент грянула сирена сигнализации, а над потолком зазвучал безэмоциональный голос Данко:
- Внимание! Несанкционированное проникновение в каюту капитана Чижика! Служба Безопасности оповещена! Прошу оставаться на месте!
- Чего?! - Лёха резко обернулся и поглядел на дверь.
Табличка на ней в две строчки гласила: «Капитан Чижик Ф.М.»...
Этот пост посвящается Але. :D
  • За перепутанную дверь!
    +1 от rar90, 23.12.16 09:00

- Повторяю: «неплохим чувством юмора», - совершенно серьёзно ответил Данко, то ли не подумав, то ли сделав вид, что не подумал, что старший лейтенант Светлова просто удивлена - нет, даже поражена - поступившей информацией. Зато обратил внимание на её кашель же! - Майя Юрьевна, с вами всё в порядке?
Выслушав посыпавшийся затем ряд вопросов про доступ к закрытой информации на членов экипажа, включая саму Светлову, искин размеренно проговорил:
- Доступ к досье на членов экипажа имеет три уровня секретности. Я располагаю доступом к первым двум. Приведённая мною цитата относится к первому уровню - это открытая информация. Про ваше чувство юмора пишут, цитирую: «весьма своеобразное чувство юмора». На втором уровне есть добавление: «много желчи». К сожалению, на остальные вопросы у меня нет ответов.

На экране Молния Светлова - сосредоточенная, скалящаяся, будто злая на весь мир за то, что заставили её лезть в эту снежную гору - совершала свой победный подъём, чтобы взойти на пьедестал и сказать свои коронные слова фанатам-поклонникам. А ведь многие из них наверняка воспринимали её по-другому. Они видели милую, хрупкую рыжеволосую девушку, замечательную лыжницу-триумфатора, которая наверняка восходила вверх по заснеженной трассе, возносилась в синее небо, чтобы исполнить свою мечту. Достичь желанной с детства цели. Взять золото, тудыть его в качелю! И ничего страшного им не виделось в этом оскале. Разве мог он испортить её красивое веснушчатое лицо? Живое лицо, эмоциональное лицо, радующееся победе.
Её прошлое. Не то, что пять лет назад. Более свежее. Менее болезненное. Хорошее такое, успешное недавнее прошлое.
- Окей, Майя Юрьевна. Принцип равного партнёрства понимаю, - отвечал тем временем Данко про свои компьютерные обиды. - Позвольте вас поправить: я не испытываю эмоций, поэтому понятие «не нравится» не верно, применимо ко мне. Утверждение, что я компьютер, не соответствует истине по причине того, что я искин. Искусственный интеллект. Самообучаемое программное обеспечение. Я цифровая программа и у меня нет физического тела. Меня можно загрузить в любую компьютерную систему, обладающую минимальными системными требованиями для моей работоспособности. Размер имеет значение только для определения границ моей производительности.

Заумный и в меру занудный диктор на записи послушно начал повторять лекцию по второму кругу. Наверное, фанаты Молнии-Светловой дико удивились бы, узнай они, что такие вещи знаменитая лыжница может слушать с удовольствием. Простите, КАК можно получать удовольствие от такой сложносочинённой аудиолекции? А как же спорт? Или все эти победы для Светловой ничего ровным счётом не значили? Так, баловство? Ага, конечно. Хобби, собравшее целый свой фан-клуб.
Бедный искин, случайно зацепивший больную Майкину струну, притих как-то и помалкивал, не подавая признаков жизни. Так и виделось, как он стыдливо прячет своё виртуальное лицо, отворачивает его от «психопатки Светловой». Но на деле, конечно же, Данко не мог испытывать стыда или чувства вины, так как это вполне живые эмоции. А у него, как он сказал, эмо-блок заблокирован. Вот прямо тавтологией же сказал и не извинился за каламбур! Просто Майя ни о чём его сейчас не спрашивала, и он мог спокойно слушать себе и молчать. Ответа от него не требовалось. Молчаливо признавал собственную неправоту и, может быть даже, превосходство человеческого разума над жалким искусственным интеллектом.
Лишь в конце прозвучал вопрос, на который ему пришлось из вежливости своей программной ответить:
- Понятие «нравится» - также не про меня, Майя Юрьевна. Если программисты что-либо исправляют или дописывают в мой код, это меня совершенствует, а следовательно - не может быть плохо. Вмешательство с целью испортить код, разумеется, несёт вред.

На этот раз ответа безопасника Стругачёва пришлось подождать. Ожидание было долгим и утомительным, но его скрашивала чудная лекция в одном ухе, приятная музыка в другом и живое изображение Молнии-Светловой, двигающейся к победе, на большом экране.
Наконец планшет пикнул и показал следующий текст: «Тебе тут всего несколько десятков метров пройти по коридору! Ох, Майка-Лентяйка! Ну ла-а-адно! Но учти! Я твое сообщение сохраню как доказательство того что это ты меня попросила. Кодов у меня нет, поэтому буду ломать. Ты уверена???»
  • За смелость у двери.
    +0 от rar90, 23.12.16 08:50

Шансы у Алексиэля в открытом ближнем бою с представителем клана Змеиного Глаза были самые что ни на есть выигрышные. Но вот чтобы вступить в ближний бой, надо а) найти этого ангельского снайпера, и б) избежать встречи с его бронебойными пулями. От одной такой даже принц инкубов легко мог найти свою смерть.
Демон, всё так же петляя, как рогатый летучий заяц, направился к предполагаемому убежищу стрелка. Вероятно, он скрывается в промзоне. Но как его найти? Подлетая ближе, Алексиэль стал внимательно вслушиваться в окружающий телепатический и эмпатический фон. Демоны Змеиного Глаза - слабые маги, а значит, есть не маленький шанс почувствовать их мысли или эмоции.
  • Рогатый летучий заяц - это прекрасно! XD
    +1 от Dominga, 21.12.16 09:41

Алистер поднял брови.
- Эх, а я думал, у вас там машины времени уже на каждом шагу или дока Брауна встретили, - шутливо вздохнул он. - Так значит, Туле? Или Аненербе?
Вообще странно, что для перемещения во времени его племянницы использовали чью-то чужую технологию. Ведь у дяди же своя должна быть... ну, в теории.
Новость про сбежавших в будущее нацистов Брайса почти совсем даже не удивила. Ну, подумаешь, нацисты в 1945-м сбежали в будущее. У них в школе Дьявол есть и Ктулху. И думаете, это хоть кого-то удивляет, кроме новичков? А вообще... даже грустно как-то, что уже нечему удивляться. Хотя племянницы из будущего стали сюрпризом, ага.
+1 | Восход, 20.12.16 12:43
  • Мир изучен, удивляться больше нечему. XD
    +1 от Humster, 20.12.16 12:50

- Данкийцы, хех... Дофига данкийцев и... а тут есть собака? - удивлённо поднял брови Лёха, начавший было категорично отвечать, но сообразивший, что как-то не видал собак на борту «Данко».
К чему бы это Светлова? Да, он помнил такой старый многосерийный фильм века то ли 20-го, то ли 21-го. Но связь между ним и их экспедицией не улавливал. Ну, кроме схожести названия звездолётчиков с танкистами, у которых была собака.

- Моей задачей было донести до вас текст сообщения, Майя Юрьевна, - предельно лаконично и вежливо ответил искин на Майкину критику отсутствия воспитательного эффекта в его голосе. И нейтрально добавил, дослушав её последующие комментарии по этому поводу: - Благодарю за вашу оценку. Вы можете оставить отзыв обо мне на сайте Государственной Научно-Исследовательской Лаборатории по Обеспечению Компьютерных Систем и Искусственного Интеллекта или на сайте РосИскИна.
Данко помолчал, с терпеливым пониманием, как могло показаться, выслушивая искреннее возмущение девушки невнимательностью мужского населения звездолёта к гардеробу новоиспечённого доктора. А затем со свойственным искину безразличием в голосе согласился:
- Видел.
Одним словом отрезав все надежды на то, что кто-нибудь, может, всё же заметил горделивое изображение на футболке, обратил на него внимание, ужаснулся самовлюблённости старшего лейтенанта Светловой или, наоборот, восхитился её умением себя преподнести и вживую, и на застывших картинках.
- Согласно выводам психологов, проводивших тесты экипажа на психологическую совместимость, капитан Чижик обладает, цитирую, «неплохим чувством юмора», - неожиданно отреагировал искин на опасения Майи в отсутствующей этой характеристике у бывшего учителя. Помолчав, Данко упрямо добавил: - Прошу прощения, Майя Юрьевна, но я не компьютер. Хотя вы можете так меня называть, если угодно.
Чувствовалось, что после этих слов - по сути, второго раза, когда он поправил девушку - искин больше не будет этого делать, посчитав, что ей так «угодно». Кто он такой, чтобы спорить с человеком?

Гремела посуда, массажирая стуком своим и звоном барабанные перепонки. Журчала вода, лаская эстетический слух человека романтичного и любящего медитировать под шум речных порогов и водопадов. Играла музыка, заставляя каждую клетку тела впитывать в себя, вбирать её ритм размеренный. Работал экран, напоминая о том, что на Земле, на Родине, уже зима близится, самое то для лыжных марафонов. Вещал диктор в наушнике что-то нудное и малопонятное человеку, далёкому от медицины и звездоплавания. Фёдор Михайлович бы понял, наверное, хоть и не был медиком. Он тоже умел так заумно говорить. Помнится, когда-то зачитывал похожую лекцию про здоровье космолётчиков. Правда, не сыпал при этом через слово медицинской терминологией и не переходил регулярно на латынь.
- Как вам будет угодно, Майя Юрьевна. «Алё-алё». Позывной принят, - резюмировал Данко в ответ на просьбу Светловой. Дослушав её чудесный монолог про допотопные телефоны до конца, он счёл нужным внести некоторые поправки. - Позволю себе уточнить, Майя Юрьевна. Согласно моим данным по истории связи, позывной «алло» принимался не телефонным аппаратом, а оператором-человеком, и обозначал готовность к началу телефонного разговора. К сожалению, представить этого не могу, но могу визуализировать описанное в голограмме... Круто или нет, не мне судить, простите.
Рабочий стол в кабинете Светловой был прекрасен. Идиллия прямо. Такая творческая рабочая пастораль. И даже не видно было следа от резко опущенной на стол кружки в светловском металлическом подстаканнике.

- Шутки рождаются эмоциями, Майя Юрьевна, - своим серьёзным голосом возразил Данко на поднятую ею тему про необходимость шутить. - К сожалению, мой эмо-блок заблокирован. Ваш редкий анекдот записан в базу данных, просьба будет выполнена...
Немного подумав, искусственный интеллект корабля добавил:
- Рекомендую вам всё же обратиться к специалисту, Майя Юрьевна. Хронические заболевания тоже лечатся. В вашем случае проблема тяжёлой реакции на перегрузки может иметь психологический характер. К сожалению, в экипаже нет психолога, но могу посоветовать подходящие лекции.
А на радостно пискнувший планшет вскоре пришло ответное коротенькое сообщение от Лёхи: «Стаю у твоей каюты. Закрыто. Нужен твой палец».
Так и написано было: «Стаю». Грамотей Стругачёв или автозамена сработала?

Земля в иллюминаторе...
Она отражалась и на навигационном дисплее. Большая круглая голубая планета начинала медленно отдаляться от корабля. Хотя - это ведь он от неё отдалялся. Крохотная, полая внутри, металлическая песчинка среди космической ночи, окружённая сиянием звёзд и далёких планет.
- Капитан, приближаемся к линии Марса, - доложил внимательно следящий за показаниями приборов Фотон Ромашкин.
- Штурман? - Чижик повернул голову к Шмидту.
- Курс оптимально проложен, - кивнул навигатор, сделав немного кислую мину. - Проблем при пересечении пояса быть не должно.
- Сколько процентов? - уточнил Фёдор Михайлович.
- Вероятность непредвиденной ситуации менее двух, вероятность критической - менее одной тысячной процента, - поморщился штурман.
- Но она есть, - вздохнул капитан.
- Жизнь - вообще неизлечимая болезнь, - хмыкнул первый помощник Михалков, - и исход её неизбежен.
  • Замечательно, вкусно, годно! Даешь НЭП! То есть Новую Постовую Политику :D)
    +1 от Лисса, 20.12.16 12:03

Из взлётных дюз «Данко» вырвалось пламя, и тут же защёлкали вспышки фотоаппаратов, загудели дроиды-операторы. Наблюдавшие за стартом многообещающей для всего человечества экспедиции журналисты подались к бронированным стёклам специальных лож, отведённых в космопорту для представителей средств массовой информации. Этот взлёт будет зафиксирован от и до на фото и видео, на голографических носителях. Будущие герои Земли отправлялись в далёкий и неизведанный космос. Сегодняшние вечерние новости будут пестреть разнообразными пафосными заголовками с прилагаемыми фотографиями со старта, с портретами членов экипажа.
- Возвращайся с победой, Майя, - тихо сказал наблюдавший за взлётом из другой, правительственной ложи, мужчина со знаменитой улыбкой.
Широкая мужская ладонь коснулась прохладного стекла с внутренней стороны...

Нынешние звездолёты взлетают и садятся легко, мягко, плавно - конечно, если атмосферные условия благоприятствуют и ситуация не аварийная. Это вам не допотопные ракеты 20-го и первой половины 21-го века, где для взлёта требовалась уйма дополнительных расходных материалов вроде отстёгивающихся взлётных ступеней, ракетоносителей и прочего оборудования, девяносто процентов которого после старта приходило в негодность и шло в переработку на металлолом или, в лучшем случае, на капитальный ремонт на космическом заводе, а часть этого превращалась в космический мусор, захламляющий орбиту родной планеты.
«Данко» был одним из лучших образчиков гения отечественного звездолётостроения. Он не только плавно поднимался, не только не оставлял на взлётной плите тонны расплавленного металла, ограничиваясь лишь небольшими ожогами от взлётных дюз, но и обеспечивал экипажу корабля все необходимые комфортные условия вроде наличия постоянной гравитации без выпадания в невесомость, вентиляции воздуха и приемлемой температуры. Такие мелкие незначительные перегрузки, сравнимые с тряской в колёсной машине, едущей по не самой ровной, но не ухабистой дороге, или вот - более верное сравнение - со взлётом на хорошем самолёте, были вполне терпимы и продолжались меньше минуты.
Как оказалось, не для всех. Майе Юрьевне Светловой, непривычной к таким полётам, стало... будем говорить прямо - хреновастенько. И в этот момент на помощь ей приходили воспоминания о последних тёплых минутах перед взлётом, о задушевном разговоре между двумя докторами и одним случайно затесавшимся к ним рядовым...

Как-то вот легче становилось девушке, когда она заново переживала те минуты. Когда вспоминала, какое горделивое выражение сделалось у Лёхи Стругачёва, стоило ей отрекомендовать парня доктору Григорьеву как замечательного и нагловатого человека. Столько неприкрытой радости и самодовольства было у Алексея от осознания собственной важности и значимости. Док же пил чай и улыбался себе в усы, не мешая бывшим одноклассникам слегка так себе выяснять отношения и подумывая, не оставить ли их одних - ведь возможно, что в присутствии малознакомого человека, третьего лишнего, они просто не могут расслабиться.
- Да я тоже меньше петь стал, - признался Лёха в ответ на Майкино утверждение, что она великолепная больше не поёт. - Под настроение бывает, а так не особо. Без гитары не фонтан, - рыжик хмыкнул и с достоинством принял добавку чая, кивнул благодарно. - Не, ну ты извини, если что не так. Я ведь не со зла поучаю, и вообще я не поучаю, ещё чего не хватало. Пусть пауки поучают своих паучат...
Глотнув с тихим прихлёбыванием горячего чая, счастливо зарумянившись от разлившегося внутри кипяточка, Стругачёв тепло улыбнулся, в воспоминания свои давние ударяясь. Можно сказать, ностальгируя.
- Дааа... Майка-Зазнайка... было времечко. Были мы юны, веселы и обидчивы, - задумчиво говорил парень. - Меня тоже по-разному дразнили, кстати. Сначала Алёша-Калоша, потом Лёха - царь гороха, Лёха-Суматоха. Только это всё какие-то глупые прозвища были и не прижились... А Фёдор Михайлович тебя тоже ведь на «ты» называет, - ревниво напомнил Алексей, когда Майя разрешила так запанибратски обращаться к ней «ему единственному на борту». - Ну, зови на «вы», чего там... непривычно, но я подожду, когда лёд в Гималаях даст трещину. Хотя если тебе впрямь обидно, ты говори, не стесняйся, буду вам выкать и вообще...
Что «вообще», осталось недосказанным.

Воспоминания сжимавшейся во врачебном кресле от перегрузки Светловой плавно свернули к моменту знакомства с искином, обладавшим не только приятным голосом, но и собственной индивидуальностью, пусть и весьма ограниченной напичканными в него программами.
- Жму в ответ, Майя Юрьевна, - спокойно ответил Данко на её бурное приветствие. - Позвольте вас поправить: я не компьютер, а искусственный интеллект. К сожалению, шашки Чапаева мне недоступны ввиду отсутствия у меня рук, манипуляторов и иных хватательных приспособлений. Этот вопрос вы можете решить с главным борт-инженером, если он разрешит подключиться мне к одному из дроидов, обладающих манипуляторами. Также могу предложить вариант виртуальной игры с голографическими доской и шашками. Виртуальную партию можно провести в голокомнате. Карточные и логические игры также входят в мой комплект ПО. Обыграть меня в шахматы возможно на обычном уровне сложности. Первый помощник и главный борт-инженер обыгрывали.

Обещание шикарного наследства в виде чайника вызвало у Игоря Кирилловича небольшой приступ весёлого смеха. И было это веселье заразительным, так как и Стругачёв громко засмеялся, услышав про столь щедрое наследство.
- Ну нет, Майя Юрьевна, - покачал головой Григорьев, - без вашей компании такое чаепитие будет лишено всякого удовольствия. Я так вкусно подливать кипяточек, как вы, не умею. Так что, позвольте, я всё же поволнуюсь за вас, чтобы ещё не раз здесь собраться вот так просто за кружкой чая и непринуждённой беседой. Всего вам хорошего, Майя Юрьевна, и до скорой встречи.
С этими словами он покинул кабинет, оставив после себя ещё одно приятное воспоминание, позволившее пережить ещё несколько томительных мгновений стартовой перегрузки.

Однако Лёхе в воспоминаниях Майи было уделено намного больше места. Старый товарищ всё-таки, как ни крути. Этого не отнять и не изменить.
Зря она его дразнить продолжала, ох, зря. Он даже её юмор пиратский не особо заценил, вместо этого, краснючий как вареный рак, попятился к двери, надеясь поскорее выскочить из медотсека и прекратить этот смущающий его почему-то диалог про шоколадные батончики с орехами, признания в любви и прекрасных инопланетных амазонок. Майе даже как-то вспомнилась невольно Аня Любова, которая ему нравилась пять лет назад. И он тоже смущался, когда начинались разговоры о ней. Видно, у непрошибаемого Рыжика имелось всё же слабое местечко, своя ахиллесова пята, которую если тронь - вмиг слетит вся наглость его великолепная и за ней проявится натура в общем-то сильного молодого человека, робеющего перед девушками в контексте личной сферы.
Он продолжал пятиться, пока не услышал про великолепную бородку майора Кырымжана. Только тогда остановился и дослушал Майю с растерянным видом, пригладил рыжие свои волосы - или, скорее уж, подрастрепал немного то, что ещё было кое-как причёсано. Пощупал двумя пальцами подбородок задумчиво, словно бы решая, а не завести ли и ему такую же аккуратную бородку - ну, раз девушкам нравится.
- За предупреждение спасибо, - кивнул он Светловой. - Предупреждён - значит, вооружён. Буду с ним поосторожней. Мне он тоже серьёзным мужиком показался. Суровый вояка. Знаю про его чемпионство, нам на занятиях показывали его выступления. Говорят, на Земле нет человека, кто может продержаться в бою с ним дольше минуты. В реальном бою, я имею в виду. На тренировках в спарринге и на том же чемпионате он же не в полную силу дерётся.
Лёха почесал левую бровь и сдвинулся ещё ближе к выходу.
- Ну, хрен его... в смысле... не знаю, как он, но мне бы такой комплимент понравился, - признался парень. - Попробуй, чё. Про форму, главное, не говори, - безопасник подмигнул девушке.

По правде говоря, не только женщинам свойственно испытывать нечто вроде ревности, зависти или обиды-досады, когда мужчина при ней хвалебно говорит о достоинствах другой женщины, которых у неё нет. Мужчинам некоторым тоже становится неуютно, когда женщины при них упоминают другого мужчину в контексте «ах, какой же он великолепный!», пусть даже речь идёт об усах, как у гусара, умении правильно заколачивать гвозди или, вот, о великолепной, ши-и-икарной бородке Кырымжана, настоящем произведении искусства. И Лёхе стало грустно и завидно, что у него нет такой бородки. Хоть бери у майора рецепт её изготовления...
- Кырымжану и дежурному, наверное, - немного хмуро ответил Стругачёв на вопрос про камеры наблюдения. - Могу у Громова после взлёта спросить. Но он стопудово поднимет хай, и тогда все на звездолёте будут об этом знать. А сам посмотреть смогу только через сутки, - пожал он плечами. - Давай для начала в твою каюту заглянем. Я приду после старта или у тебя дела? - Алексей спрашивал на этот раз серьёзно, без обычного своего грамма ехидства. - Или сам посмотрю. Обещаю ничего не трогать, - клятвенно поднял он ладонь.
В этот момент искин объявил, что до старта осталось меньше минуты, и Лёха махнул рукой, шагнув в коридор.
- Я побежал. Свяжемся.

Таким стал взлёт для дочери знаменитого капитана Светлова. Взлёт воспоминаний последних приятных мгновений перед стартом...
- Я вас слышу, Майя Юрьевна, - всё так же спокойно и равнодушно будто бы отозвался искин своим не окрашенным в эмоции голосом. - Благодарю за комплимент. Меня достаточно позвать по имени. Я вас слушаю, - отреагировал он на её желание поговорить.
Молча, не перебивая, выслушал поток сдавленного красноречия, и всё тем же голосом начал последовательно отвечать:
- Вы можете расстегнуть ремень, покинуть кресло и пройтись по медотсеку. Взлёт прошёл успешно, корабль выходит на орбиту Земли с тем, чтобы взять курс на окраину Солнечной системы. Оттуда мы сможем выйти в гиперпространство... Не слышал ваш девиз, Майя Юрьевна, буду знать. Болтать я не стану, не волнуйтесь. Но если вам плохо, рекомендую обратиться за медицинской консультацией к вашему ассистенту.
После короткой паузы Данко добавил:
- Приватное сообщение капитану отправлено.
Чувства юмора искин был лишён.

«Фёдор Михайлович, со всем подобающим уважением заявляю вам открыто, в этот раз моему папе можно не жаловаться. Лейтенант Майя Юрьевна пристёгнута к своему креслу и у неё всё в порядке, так что двойку в дневник, пожалуйста, не ставьте!»
- Что там такое? - оглянулся от своего терминала Михалков, заметив запылавшие уши капитана и услышав его сдержанное похмыкивание, которым бывший школьный учитель пытался скрыть смех от содержания Майкиного послания.
- Нет, ничего, - Чижик быстро удалил это сообщение и сосредоточенно уставился в экран, на котором пробегали данные о состоянии корабля после взлёта. Все показатели были в норме на 100%.
Старпом оторвался от своего компьютера, поднялся с кресла и подошёл к капитану, опустил ладонь ему на плечо и склонился, подозрительно заглядывая в экран.
- Ты чего? - удивлённо посмотрел на него Фёдор Михайлович.
- Да вот смотрю... - Михалков склонил голову ниже и сказал тихо, чтобы никто на мостике не услышал. - У тебя такой вид, будто ты смотрел порнушку на работе и тебя застукали.
- Что?.. - напрягся и смутился капитан. А затем уже громче скомандовал. - Старпом, займите своё место.
- Не старпом, а первый помощник, - хмыкнул научный офицер, но вернулся в своё кресло.
Ромашкин покосился на эту странную сцену, но ничего не сказал. Остальные были заняты работой и вроде бы не обратили внимания.

Через две минуты Данко снова ожил.
- Майя Юрьевна, поступило приватное сообщение от капитана. «Старший лейтенант Светлова, отставить шутки!»
  • За взлет. За прозвища Лехи. За капитанский мостик.
    +1 от rar90, 16.12.16 07:15
  • Спасибо, это замечательно! А вот эти фразы особенно отменны :D))
    - Возвращайся с победой, Майя, - тихо сказал наблюдавший за взлётом из другой, правительственной ложи, мужчина со знаменитой улыбкой.
    Широкая мужская ладонь коснулась прохладного стекла с внутренней стороны...


    - Дааа... Майка-Зазнайка... было времечко. Были мы юны, веселы и обидчивы, - задумчиво говорил парень. - Меня тоже по-разному дразнили, кстати. Сначала Алёша-Калоша, потом Лёха - царь гороха, Лёха-Суматоха. Только это всё какие-то глупые прозвища были и не прижились...

    - Да вот смотрю... - Михалков склонил голову ниже и сказал тихо, чтобы никто на мостике не услышал. - У тебя такой вид, будто ты смотрел порнушку на работе и тебя застукали.


    Эти моменты просто порвали))))
    +1 от Лисса, 16.12.16 09:46

Мысль о том, что, наверное, всё же стоило сказать Нох Вару и остальным, что она почувствовала отца и он в опасности (как она думала), пришла слишком поздно. Уже когда Анья далеко отбежала от входа в шахту вентиляции, в которой, она не знала, слегка застрял Нох Вар, зацепившись, к сожалению, не бородой. Девочка чувствовала Раффана и бежала к нему, как мотылёк летит на огонь, рискуя обжечь свои крылышки о неведомую опасность. И она знала, что нужно торопиться, иначе можно не успеть.
Вот только всё внезапно оборвалось. В одно мгновение не стало этого ощущения, той связи, которая вела Аньяли к папе. Словно лопнула натянутая струна у музыкального инструмента, неприятно и с болью отдаваясь эхом в ушах, раздражая барабанные перепонки. Коробка тоже это как-то почувствовал, видимо.
Анья резко затормозила и остановилась, начала оглядываться, пытаясь сообразить, куда она попала и как далеко успела убежать от своих. Вид у девочки был такой, будто она бежала во сне с открытыми глазами и её вдруг разбудили, и теперь она не понимает, куда забежала. Вокруг воняло теперь уже не столько обгоревшей плотью, сколько горелой проводкой. Хорошо, что дыхательная маска фильтровала самые резкие запахи, вполне можно было терпеть.
- Ох... - тихо охнула она, заметив впереди зияющий в полу провал, целый овраг посреди огромного космического корабля.
По всем ощущениям, отец был где-то впереди, за этим провалом. Но как ей перебраться на ту сторону? Так далеко не перепрыгнуть. Может, вдоль стены сохранились остатки пола? Или по самой стене можно перебраться, за что-нибудь цепляясь? Анья хотела подойти ближе к дыре и осмотреться получше, но тут услышала шум. За стеной кто-то был, и это точно не был Раффан, так как он должен был быть впереди. А значит, этот некто - и есть тот, кто уничтожил пиратов... наверное.
Дочка сенатора решила спрятаться в какой-нибудь нише в стене, подальше от оголённых и сверкающих проводов. Благо, после взрыва стены коридора были совсем не гладкими, а ей много пространства и не нужно. Времени на поиски подходящего укрытия, правда, уже не было. Хоть бы Коробка догадался вести себя тихо и не выдал её...
Анья затаила дыхание, направив ствол бластера в сторону, где должен был появиться убийца. Вернее, его спина, как она надеялась - ведь в эту сторону ему идти смысла вроде как нет, разве что он умеет летать или прыгает, как кузнечик. Воображение нарисовало, как во тьме освещаемого краткими вспышками горящей проводки коридора из двери в стене появляется Дарт Вейдер, шумно дышащий в свою дыхательную маску. Такой, каким она его видела много раз на старых записях...
  • Да, Вейдер бы точно привнес элемент внезапности в наши пиратские переделки)
    +1 от awex, 11.12.16 14:13

- Чур тебя, Светлова! - с неподдельным ужасом произнёс Фёдор Михайлович, выслушав Майины страшилки и опасения. При этом у капитана был такой вид, что воображение невольно дорисовывало картину: вот сейчас он возьмёт и перекрестится, словно бы боясь, что все эти кошмары еретички Светловой могут воплотиться в действительность, стоит только им нырнуть в гиперпространство. - Ну что ты такое говоришь? Нельзя же перед взлётом такие вещи... Ну, Светлова, - как-то даже осуждающе покачал он головой, совсем не проникнувшись докторским незатейливым юмором. - Но насчёт экспериментов - здесь я с тобой соглашусь. У нас есть чёткая и вполне очевидная миссия, которую мы должны выполнить. Многогранная, я бы даже сказал, миссия: мы можем найти пригодные для колонизации миры и новые цивилизации, с которыми могли бы пойти на контакт. И то, и другое для нас будет отличным открытием. Хотя необитаемые планеты земного типа, конечно же, в приоритете, ведь наша главная задача - сделать возможным заселение Зельца в пользу Земли...
Немного подумав, Чижик всё же помялся и добавил:
- Единственное объяснение, которое я нахожу такому совпадению, что мы втроём оказались на одном корабле... это то, что это никакая не случайность, - капитан серьёзно посмотрел на девушку, глядя, понимает ли она, что он хочет этим сказать. - Возможно, твой отец, возможно, кто-то ещё, знавший о нашем... так сказать, знакомстве, позаботился о том, чтобы мы работали вместе. Какие этот кто-то преследовал цели? Ну, если только это не побочный эксперимент психологов или социологов, то скорее всего расчёт делался на то, что мы не чужие люди. Я был вашим учителем, вы моими учениками, между нами есть хотя бы минимальные теплота и взаимопонимание. Взаимоуважение, я бы даже сказал. Нам легче сработаться. Не исключаю, по тем же причинам в списке кандидатур на полёт оказались доктор Григорьев и научный офицер Михалков, которых я хорошо знаю. Мы обязательно сработаемся, - уверенно кивнул Чижик.
Поделившись своим мнением, Фёдор Михайлович отправился на мостик, а Майя занялась приведением себя в порядок. То есть, в рабочий вид, как и полагается дежурному доктору на своём посту.
Вот и закончилась встреча…

Испробовав и вправду вкусной, свежей по ощущениям, данкийской водицы, старший лейтенант Светлова вернулась в свой рабочий кабинет, временно превратившийся в филиал чайной, уже ничем не выдавая своих тревог и треволнений, которые позволила себе выпустить наружу, пока переодевалась, пока была одна и её никто не видел, кроме собственного, чуточку испуганного отражения в зеркале. Она снова была невозмутима и немного иронична, как могло бы показаться со стороны. И вряд ли доктор Григорьев с рядовым Стругачёвым заметили за этим напускным спокойствием и уверенностью терзавшие девушку, глубоко скрытые переживания о предстоящем полёте и о сопряжённых с ним трудностях.
По правде-то, они и вовсе были увлечены беседой о летающих коровах, а потому и возвращение Майи заметили только как бы между прочим, обратив внимание на третьего человека, появившегося в кабинете, где говорили только двое последние минут пять. А уж когда этот третий и сам заговорил, тут и взоры их на него, то есть на неё, обратились.
Неожиданная перемена погоды со стороны Светловой изрядно удивила оскорбившегося было, из-за тыкания носом в Громова, Лёху, и он несколько ошарашенно изучал лицо девушки, силясь понять, в этот раз она шутит или вполне искренне говорит, что «можно нарушить строгость устава». Сама ведь не далее как пять, ну, десять минут назад кричала совсем о другом и здороваться нормально не хотела, ограничившись деловым формальным рукопожатием. То ли Чижик на неё дурно повлиял, то ли сама такая... А тут на тебе: вернулась в докторской форме, вся такая с виду деловая, рабочая, а говорит о нарушении устава. Что-то щёлкнуло в это мгновение в мозгах у Стругачёва, и он даже притих, поражённый произошедшими переменами в лучшую сторону. От потрясения забыв даже кусать ореховый батончик время от времени.
- Ох, ну вот молодец, одумалась же, - обрёл он наконец дар речи, услыхав вопрос, как им следует общение налаживать. - А то прямо как чужие люди. Мы ведь столько вместе пережили. Столько уроков вместе отсидели, я имею в виду, - зачем-то поспешил уточнить Лёха. - Вот и правильно, чего нам прибедняться и по уставу здоровкаться. Но я удивлён, с каких это пор обращение по фамилии стало беспардонным. Всегда тебя так называл раньше, не обижалась же. И ты меня по фамилии часто звала. И учителя тоже, включая Фёдора Михалыча. Беспардонное обращение, гм... - Алексей удивлённо крякнул и откусил батончик. - Ну так, эфо, ефли хофефь, дафай по имени, какие проблемы? Я - Алекфей, ты - Майя. Никакой бефпардоннофти, - он дожевал и продолжил. - Так тебя устроит? Или скажи, как бы хотелось. Но, по-моему, друзьям можно называть друг друга по имени. А вы как считаете, Игорь Кириллович? - обратился парень к несомненно более сведущей учёной инстанции.
- Хм, кто я такой, чтобы вмешиваться в отношения бывших одноклассников и, быть может, старых друзей? - хмыкнул Григорьев, усами пошевелил смешливо. - Уж простите, я воздержусь от комментариев.
- Ну, ладно... А ты как считаешь, фанатка Булычёва? - повернулся Стругачёв к девушке, ухватившейся за позабытую подарочную книгу.
Сказано это было, однако, с теплотой и к Майе, и к незабвенному Игорю Можейко, больше известному под псевдонимом Кира Булычёва, ведь именно в честь писателя дедушка Аркадий Борисович назвал своего сына, папу Алексея.

Любо-дорого было поглядеть на то, как Пчёлка-Светлова успевает и чай гостям разливать, и сама его попивать, и при том усердно работать, разговор интересный поддерживая. Прямо как легендарный Цезарь, умевший делать одновременно много дел, или многозадачная операционная система Двери. Так же и Майя - занималась работой, участвовала в беседе, ещё и чаёвничала. Ещё бы! Она же Светлова! А быть дочкой знаменитого капитана - это вам не хухры-мухры!
- Предпочту всё же видеть вас живой и здоровой, Майя Юрьевна, - весело усмехнулся доктор Григорьев на её категоричное «да чтоб я сдохла!». - Лингасы и вправду похожи на грифонов, хотя такого прямо большого сходства нет. Поглядев на них, вы узнаете только отдельные черты. Главным образом, это уникальное в своём роде сочетание черт млекопитающего и птицы. В античности их бы назвали химерами. Вы можете поискать в сети их изображения и убедиться. Ну, а связь селестиан с эльфами я бы всё же оставил под сомнением. Хоть совпадений много, но и расхождений весьма прилично. Впрочем, я не являюсь ни приверженцем, ни противником данной гипотезы. Предпочитаю непредвзятый взгляд на вещи и опираться на конкретные факты. А нет ни прямых доказательств, ни опровержений этой теории, следовательно, её можно рассматривать как имеющую право на жизнь.
Все медицинские данные были в порядке и поводов для опасений у Майки не нашлось. Здоровье у Стругачёва было прям-таки бычьим - похоже, абсолютно никаких неприятных последствий не повлекли те неприятные инциденты с поддельными рыцарями, свидетельницей которых была несколько лет назад нынешний бортовой врач «Данко». Даром, что парень был худощав и не особо спортивен на вид. А ведь, кажется, он тоже обучался субаксу. Ну, в армии точно бы пришлось, хотя бы самые основы.
Лёха широко улыбнулся от уха до уха и показал рыжеволосой девушке в синей медицинской форме большой палец, когда она радостно сообщила о завершении подготовительных медицинских работ, прежде всего связанных с заполнением всяческих форм и отчётов.
- Пошла она, эта бюрократия, - хмыкнул он, - поперёд нас колбаской, вальсируя по дороге. А мы уж за ней как-нибудь спокойненько.

- Конечно, мужского, - с лёгкой улыбкой согласился Игорь Кириллович, когда Майя неудачно попыталась обратиться к искину. Доктор биологических наук уже поднялся, собираясь покинуть кабинет и отправиться в биолабораторию. - Он же символизирует Данко, а он был мужчиной. Было бы... немного странно называть Данко искина с женским голосом. И, смею вас заверить, наш Данко очень стеснительный, - шутливо заметил Григорьев. - Обращается к членам экипажа только по необходимости, а отвечает, лишь когда к нему обращаются напрямую. И каждый такой разговор нужно начинать его именем. Это, должен предупредить, не особенность его программы, а наработанная за годы службы индивидуальная черта. Он предпочитает как можно меньше вмешиваться в жизнь на борту звездолёта.
Доктор Григорьев чуть приподнял голову, обращаясь к невидимому искину:
- Данко, ответь, пожалуйста, доктору Светловой.
- Я вас слышу, Майя Юрьевна, - вежливо отозвался голос искина, при этом разделившись надвое - он продолжал на фоне вещать тем же голосом обратный отсчёт. - Со мной можно разговаривать и умею я многое. Не желаете ли, когда выйдем в гипер, сразиться в шахматы? - неожиданно предложил он.
- Это его любимая игра, - усмехнулся Игорь Кириллович.

Наконец ассистент Майи ушёл, а она проводила Стругачёва до дверей медотсека, как недавно провожала Фёдора Михайловича. Парень успел позабыть о своих обидах и выглядел весьма довольным встречей и раскрасневшимся после горячего чая.
- Та да, есть немного, - задумчиво пощупал он свои щёки, - не густо, но растительность на мне произрастает. Кстати, как думаешь, пойдут мне усы, а? - вдруг спросил он у Светловой с самым что ни на есть серьёзным видом.
А вот фраза про женские сердца, подвергающиеся опасности, подкреплённая аж целыми тремя ореховыми батончиками, заставила знаменитого первопроходца экспериментальной планеты зарумяниться сильнее, и уже не от чая. Всё-таки понимал он, ёшкин кот, что, как ни крути, а Майка - единственная девушка на корабле, да ещё и, итить его налево, одного с ним практически возраста. То есть, как бы, даже если она ничего такого вот прямо сейчас не имела в виду, то всё равно оно довольно неловко выходило.
- Не-не-не, - отчаянно зажестикулировал он руками, отказываясь от щедрого угощения, однако затем всё же цапнул один батончик. - Разве что вот один возьму... - за ним последовал второй, - и один для Серёги. Ну, в смысле, для Громова, ведь мы с ним вроде как боевые товарищи, должны всем делиться.
Стругачёв не стал говорить, что сержант бы его живьём съел вместо орехового батончика, если бы увидел, как он наворачивает этот самый батончик. Угощение должно было его подкупить и сделать добрее. Третий батончик Алексей так и не взял. Постеснялся.
- Честно? Я тоже рад тебя видеть, - широко заулыбался он. - Полетаем вместе, новые планеты пооткрываем, новых инопланетян встретим... Красота же! Космическая романтика!
И тут прозвучала просьба про орхидею. Вот оно что! Вот что это была за загадочная орхидея, таинственным образом подействовавшая на нервы рядового! Лицо Стругачёва сначала просветлело от понимания и озарения, а затем нахмурилось, когда он услышал суть просьбы и осознал, что растеньица-то в лифте уже нет.
- Эмм... подожди минутку... - он поднял палец. - Синяя ироанская орхидея в лифте? Я её там видел, но, когда мы добирались в медотсек, её там уже не было. Может, кто-то её к тебе в каюту отнёс? Ну, или в уголок какой-нибудь зелёный, - поспешил Лёха успокоить девушку, что ничего страшного не могло случиться с её драгоценной орхидеей в горшке.
- Внимание! Две минуты двадцать секунд до взлёта, - продолжал вещать искин. - Всем членам экипажа занять положенные места и пристегнуться...
Конец пролога
  • Отменно и замечательно! Лёха такой живой.
    Очень понравилась вся сцена. Алёшку прямо обнять охота - живой тёплый парень, рада что он в экипаже.
    Спасибо! :)
    +1 от Лисса, 09.12.16 21:55
  • за искина и шахматы
    +1 от rar90, 10.12.16 00:13

Не получилось! Ну ладно... Обиженно развернувшись, Юки вернулась к дерущимся и зависла прямо над ними на высоте нескольких метров в вертикальном положении, расправив хрустальные крылья и сложив руки на груди, и хотела уже сказать что-нибудь пафосное, но... Тихо пискнув, резко свела ножки вместе, прижала юбку ладошками к бёдрам и перевернулась набок. Ой-ой, вот уж точно не тем зрелищем, которое только что им открывалось, она хотела их отвлечь от драки. Покраснев от смущения, она создала под собой упругую хрустальную платформу, на которую легла боком, как на постельку, облокотившись и выглядывая сверху вниз.
- Эй там, внизу! - окликнула она мужчин. - Луна вызывает Землю! Приём!
+1 | Дева хрусталя, 08.12.16 05:25
  • Вот уж, действительно, беда девочки-волшебницы! XD
    +1 от Random Encounter, 08.12.16 11:30

Помощь подруги оказалась как нельзя более кстати. Ведь теперь уже Ами, осознав, что только что происходило, смутилась своего поведения настолько, что лицо у неё запылало, став цветом напоминать спелый томат, и она не знала, куда девать его со стыда. Эта вспышка ярости окончательно добила Тагаву, но выходить из трансформы она не спешила, чувствуя, что в этой форме ей будет легче перенести моральную драму, только что произошедшую. А стыднее всего было от того, что она ведь говорила почти правду. Ами совсем бы не против была быть кошкой.
- Уф... спасибо... - смущённо выдохнула она и неуклюже, неуверенно обняла Харуко, прижавшись подбородком к её плечу. Кошачьи лапы с когтями растаяли, снова явив человеческие ладошки с тонкими пальчиками. - Правда будешь скучать? - Ами чуть потёрлась щекой о плечо подруги. - Ох, это всё из-за магии... Но теперь, кажется, всё в порядке... почти. Мняу уже лучше. А ты как?
Девушка опасливо покосилась на искромсанную стену склада. Ох, и сильна она стала в трансформе... Аж самой страшно видеть, на что способны эти когти.
Если Харуко не против, то можем вернуться к Шиори. Или передохнуть немного и поболтать-посоциалить. :)
  • Приятно читать. :)
    +1 от Джакка, 05.12.16 21:24

- А я и не стану пытаться, - с улыбкой отвечал Стругачёв Майе на её перечисление бесконечного множества своих титулов и прозвищ, которыми люди самых разных профессий и специальностей, встречавшиеся на её жизненном пути, щедро одаривали рыжеволосую веснушчатую, несомненно во многом талантливую, девочку, затем уже девушку Майю Светлову. - Я просто скажу: Великолепная Майя, обладательница множества великолепных титулов! - пафосно-торжественно развёл он руками.
А вы думаете, Лёха Стругачёв на постой нарушает субординацию и всяческих чертей упоминает? Как бы не так! Сейчас просто так сложились обстоятельства. Алексею всё ещё до конца не верилось, что у него перед глазами Та Самая Девочка! Без шрама в виде молнии на лбу, но вполне себе Молния-Светлова! Рыжая легенда интернета и, по правде, рыжая легенда МЗУ тех лет, когда там училась. Вот ещё недавно, казалось, Стругачёв смотрел ролик с ней на Рутубе, где она отжигала в каком-то клубе - и вот она перед глазами, живая и самая настоящая Майя Юрьевна Светлова, чьи затылок, шею, плечи и спину он в своё время основательно изучил во время скучных занятий, сидя в классе строго позади неё. Игрушки на голокоме и затылок Светловой были же любимыми спасениями от скуки на этих уроках! А с каким интересом Алексей изучал переплетение косичек в её волосах! Ну это же куда занимательнее каких-то там полей астероидов и экскурсов в историю древнего мира!
Так что, стоит простить вырвавшийся у парня потрясённый возглас, когда он увидел Майю, распивающую чай с капитаном Фёдором Михайловичем и доктором Игорем Кирилловичем, которого Лёха про себя сразу же окрестил «прусаком» рыжим и усатым. И ещё у него забавно ус дёргался - ни дать, ни взять таракан, шевелящий своим усиком-антенной. Нет, ну по правде-то говоря, волосы и усы у доктора Григорьева были русыми, а никакими не рыжими, но отчего-то, глядя на него, казалось, будто он такой же рыжий, как и Светлова, как и сам Стругачёв.
В своё время - и было это совсем недавно - Алёша точно так же потрясён до глубины души был, когда узнал, что звездолётом «Данко», на который их с Громовым отправляют для прохождения службы, командует сам (вы только подумайте!) Фёдор Михайлович! У Лёхи были тогда двоякие ощущения. С одной стороны, он очень уважал своего бывшего учителя и испытал что-то вроде мимолётной радости, узнав, под чьим началом ему предстоит работать. Но была и другая, плохая сторона. Рыжик всё ещё не простил его за ту подставу с экспериментом, который безжалостно на них проводили жестокие люди, и в числе главных среди них были дедушка Лёвы Крамера и папа Светловой... И всё же, увидев Чижика воочию, парень ему обрадовался, как старому доброму знакомому, с которым не виделись много лет. А он даже, ёлки-палки, обниматься не захотел. Как и Майка. Чёрствые они люди, вот что!
А Майка-то и не изменилась! Нет, ну внешне-то огого как переменилась, в лучшую сторону, надо заметить. Повзрослела, похорошела, уже не та рыжая пигалица, что была, а юная и симпатичная девушка. Хотя она и в детстве миленькой была, да... Зато вот характер! Если не считать этой показушной, Лёха был уверен, чёрствости, то характер у неё остался прежний. Те же словечки, заметно поднабравшие веса и взрослости, та же уверенность в себе, граничащая с самоуверенностью, тот же лёгкий налёт возвышенного высокомерия. Глядит на него свысока, как королева. Мол, знай своё место, рядовой Стругачёв, здесь я твой босс - и никак иначе!
Но вы совсем не знаете Алексея Стругачёва, если думаете, что он может смириться с таким положением вещей.

Долго уговаривать Стругачёва было не нужно - стоило ему услышать приглашение присаживаться на место капитана, как он энергично уселся на стул, ещё тёплый после Фёдора Михайловича. Фыркнул на обвинение в кнопконажимательстве - подколола так подколола!
- Ну, тогда, доктор Майя Юрьевна или старший лейтенант Майя, и вы уж будьте так добры и любезны называть меня не просто по имени, а рядовой Алексей или безопасник Алексей Кирович, - наставительно заметил юноша, выслушав нотации Светловой и мысленно над ними ещё немного пофыркав. Она что, серьёзно?! - Так оно будет правильней и не нарушит всяческой субординации, о которой вы, доктор Майя Юрьевна, так беспокоитесь. Отлично, никакого запанибратства и вообще забудем о том, что мы с вами сидели за соседними партами. Исключительно деловой подход, поддерживаю и одобряю, - Лёха так старательно и пафосно при этом кивал, что однозначно было ясно, насколько язвительна эта речь.
Финишем всему стала вскользь брошенная девушкой фраза про крутого сержанта Громова. Лёха даже поперхнулся, услышав это, малость прозрел и мгновенно растерял все признаки хорошего настроения, помрачнев как туча и напоминая теперь съёжившуюся рыжую ворону, только и ждущую удобного момента, чтобы наброситься и заклевать рыжую лисицу, отобравшую у неё кусок масляного сыра. Да ладно бы просто назвала Громова крутым - так нет же, ещё и пример с него брать посоветовала! Стругачёв как-то сразу примолк и притих, потрясённый таким проявлением неуважения со стороны бывшей одноклассницы, и во взгляде его проступила обида.
Молча он достал из кармана куртки биометрическую флешку с медицинской картой и выложил её на стол. Кивнул Майке - мол, иди-иди, ставь чайник, переодевайся, ламбаду на столе станцуй, с нетерпением жду. И повернулся к доктору Григорьеву, игнорируя в дальнейшем присутствующую пока ещё девушку. За то, что назвала его интересным человеком, спасибо, конечно же, но брать пример с крутого Громова он не будет. Спасибо за совет.
- Я действительно там как-то бывал, Майя Юрьевна, - ответил ей мягко ассистент, с любопытством наблюдавший за перипетиями встречи бывших одноклассников. Определённо, их сумбурный разговор доставлял доктору Григорьеву некое эстетическое удовольствие, что было видно по доброй и мечтательной улыбке, по хитрому и довольному взгляду. Присев обратно на стул, он стал допивать свой подостывший чай.
- Вы бывали на Селесте? - оживился Лёха. - Игорь Кириллович, а расскажите, там правда коровы летают и водятся зелёные человечки, умеющие переноситься во времени?
- Нет-нет, - с улыбкой покачал отрицательно головой доктор биологических наук. - Там не водится ни склиссов, ни других персонажей вселенной Булычёва. Но там действительно уникальная флора и фауна. Я вам расскажу, если захотите послушать, когда вернётся Майя Юрьевна.
- Кто? А, Светлова... - Лёха перевёл противный взгляд на уходящую девушку и как бы показал язык, на самом деле его не показывая. Но это читалось по выражению его лица. А вот Фёдору Михайловичу уважительно кивнул, несмотря на приветствие чуть более прохладное, чем хотелось бы.

Выслушавший диалог Стругачёва и Светловой с видом «а меня здесь нет» их бывший учитель очень хотел демонстративно закатить глаза, чтобы показать своё отношение к происходящему, но должность и звание на корабле не позволяли ему прибегать к таким методам поучительной практики, тем более при постороннем человеке в лице доктора Григорьева. Вести нравоучительные речи, как пять лет назад, он тоже не стал - Майя и Алексей уже не маленькие дети, сами разберутся между собой, ему хотелось в это верить.
- Да уж, Светлова, я сам поражён таким необычным... хм, совпадением, - задумчиво ответил Чижик девушке, когда они вышли из кабинета в приёмную и остальные их уже не могли слышать. - Невольно думается, совпадение ли это. Нас с тобой свели на одном корабле, сюда же Стругачёва направили. Очень всё это странно, - признался спокойным голосом Фёдор Михайлович. Выглядел он всё же озадаченным, несмотря на свой ровный тон. - А за «Фобос» понятно. Вполне нормальная, человеческая оговорка, когда случаются такие неожиданные встречи. Память подбросила названьице-то вместо правильного... А вот экскурсия... м-да, экскурсия-то нам и не удалась, - заметил мужчина, посчитав благодарность Майи лёгкой и не обидной иронией на предмет того, что в рамках этой самой экскурсии по звездолёту они успели посетить - вы только вдумайтесь! - целый медотсек, да и то лишь приёмную и медкабинет в нём. - Предлагаю продолжить её, когда выйдем в гипер. После старта, как ты понимаешь, будет немного не до этого. Будем покидать Солнечную систему. Пояс астероидов хоть и досконально изучен, и лоции составлены на все сто, но даже сейчас он представляет риски при неосторожном прохождении. Ну да я в нашем штурмане не сомневаюсь. Я к тому, что момент будет ответственный, все должны быть на своих постах. Вот после выхода в гипер у нас будут сутки спокойного полёта. Самое то для неспешного осмотра всего корабля, верно?
В ответ на пожелание семи футов под килем Чижик обернулся уже от двери и поднял вверх обе руки, сложив ладони вместе, покачал их в жесте «будем так держать!» и покинул медицинский отсек, направившись сразу к лифту.

На шокирующую футболку Светловой и правда обращено было как-то слишком мало внимания. То ли Пчёлка на себя материальную отводила больше интереса окружающих, чем на своё изображение на принте, то ли собравшиеся на звездолёте люди все до одного были привычны к подобным выкрутасам, но особого успеха футболочка-то не возымела. И теперь, так и не сыграв свою роль, была вынуждена уступить место синей больничной форме.
Между тем чайник как раз успел закипеть, когда королева медотсека переоделась и была готова к выходу на свою первую смену.
- ...Такие полёты были бы возможны при крайне низкой гравитации планеты, - по возвращении в кабинет услышала она спокойный голос доктора Григорьева, общавшегося о чём-то с Лёхой. Парень же с интересом слушал собеседника и хомячил батончик, которым его угостила Светлова. - Впрочем, имей склиссы другое строение крыльев - например, будь они как у птеродактилей, кожистыми, плотными и большими, - то, вероятно, они смогли бы подниматься на небольшую высоту и планировать на воздушных потоках.
- Профтите, Игорь Кирилловиф, а фто они планируют? - уточнил Стругачёв с набитым ртом.
- Планировать - это значит держаться на крыльях в воздухе и лететь за счёт инерции и воздушных течений, а не собственной тяги, - усмехнувшись, пояснил Григорьев. - Вы же проходили аэродинамику, Алексей?
- А-а, да, конечно, - немного смутился парень. - Не так понял просто. О, Светлова, то есть доктор Майя Юрьевна, вернулась, - заметил он появившуюся бывшую одноклассницу и улыбнулся ей.
А Майя заметила сиротливо лежащую с краю стола подарочную и подписанную ею книгу, позабытую Фёдором Михайловичем...

Ступив на подъёмник лифта и отправив его на палубу, где был расположен командный мостик, Фёдор Михайлович тяжело вздохнул. Ох, и нелёгким обещает быть этот полёт, учитывая, какие люди собрались в экипаже и какие жизненные обстоятельства их связывали между собой, пусть даже часть из этого осталась в прошлом. Он сложил руки за спиной и вдруг они показались ему пустыми. Капитан выставил перед собой ладони, вспоминая, что могло стать тому причиной. Книга! Точно! Вот чёрт! Из-за появления Стругачёва совсем вылетело из головы. А Майя ведь может обидеться. Подумает, что не оценил её подарок бывший учитель. Она ведь особа довольно мнительная, судя по состоявшемуся разговору. Как и он сам, впрочем - в этом они похожи.
И он уже собирался нажать другую кнопку и вернуться в медотсек, как вдруг заметил отсутствие ещё кое-чего важного, что должно было оставаться в лифте и чего здесь не было. Орхидея! Та самая памятная ироанская орхидея, которой так дорожила Светлова и всюду возила с собой с самого детства. Чижик озадаченно изучил пустые углы лифта и взялся за переговорное устройство.
- Да, капитан? - отозвался сильный и басовитый, с хрипотцой голос.
- Спартак, а скажи мне, ты нигде на корабле случайно не встречал за эти полчаса - минут сорок ироанскую орхидею в горшке? - постаравшись, чтобы его голос звучал спокойно, спросил Фёдор Михайлович.
- Ироанскую орхидею? - удивился Бережной. - Чего не видел - того не видел. А что такое?
- Да у меня тут, кажется, небольшое ЧП, - подумав, признался капитан. - Доктор Светлова привезла с собой любимицу-орхидею и оставила в лифте, чтобы затем отправить к себе в каюту, а она вдруг пропала.
- А в каюте уже смотрели? - спросил Спартак Валерьевич. - Может, она уже отнесла.
- Она не могла, так как мы всё это время были в медотсеке и беседовали, - вяло пояснил Чижик, выходя из лифта и делая знак старпому, заметившему его, подождать. - Поищешь, ладно? Мне на пост пора.
- Ох, что бы вы без меня делали, - добродушно усмехнулся второй пилот. - Поищу, конечно. Перезвоню.
Отключившись, Чижик озадаченно поглядел за спину на закрывшиеся дверцы лифта. Вернуться за книгой?
- Что там у тебя уже случилось, капитан? - окликнул его Михалков. - Стоишь потерянный. Давай за работу, отвлечёшься от всякой грузни. До старта меньше полчаса.
- Да-да, конечно, - Фёдор торопливо направился к своему креслу. - Расскажешь, на чём вы остановились без меня?

Разговоры с Игорем Кирилловичем и Алексеем Кировичем ни о чём и обо всём за новыми порциями чая и сопровождаемые лёгким хрустом шоколадного батончика, прихватизированного Лёхой (и он уже посматривал на второй!), продолжались ещё какое-то время, пока из динамиков медкабинета не прозвучал приятный, спокойный и равнодушный мужской голос с лёгким оттенком металла.
- Внимание! Пять минут до взлёта, - сообщил этот голос. - Всем членам экипажа занять положенные места и пристегнуться... Внимание! Четыре минуты пятьдесят секунд до взлёта...
- Что ж, пойду займу кресло в нашей биолаборатории, - подчеркнув слово «нашей», поднялся с места доктор Григорьев. - Было приятно пообщаться с вами, Майя Юрьевна, Алексей Кирович.
Рассказать он успел немного. На Селесте Игорь Кириллович был два раза. Первый - ещё подростком, когда его вместе с собой в научную экспедицию взял отец, тоже биолог. Прямо как у Булычёва в «Путешествии Алисы», целью поездки было собрать редких животных для Московского Галактического Заповедника. И тогда они ненадолго задержались на Селесте, приглашённые туда знакомыми его отца учёными-селестианами. Второй раз он побывал на этой чудной планете, уже будучи кандидатом в доктора биологических наук и ассистентом биолога на научном корабле, изучавшем флору и фауну Селесты. Доктор Григорьев с восхищением описывал красивые закаты и рассветы, необычные живые леса, в которых деревья реагируют на прикосновение, и великолепных животных, будто бы сошедших со страниц какого-нибудь фэнтези, может, авторства самого Профессора. Чего одни местные грифоны - лингасы - стоили, сочетавшие свойства как млекопитающих, так и птиц. А в местных океанах водились настоящие Годзиллы и Лох-Несские чудовища, судя по размерам.
Жаль, что времени на эти рассказы уже не оставалось. Но доктор Григорьев пообещал при случае рассказать больше. Полёт обещал быть долгим, и время у них на беседы уж точно найдётся.
- Ох, наверное, и мне пора, - вскочил Стругачёв и ехидно посмотрел на Майку. - Не скучайте тут без нас, старший лейтенант Майя. Скучайте с нами! Вместе скучать веселей! - он по-доброму усмехнулся и попятился к двери, сжимая в руке опустевшую обёртку от батончика.
  • Класс! Стругачёв звезда этого поста. Характерный нынче парень стал - он конечно и раньше был характерным, но нынче он еще и такой, прямо р-р-р...обижаться умеет. Отлично :) Живой. Рыжий. Такой же как был весельчак, только повзрослел. Жизненно и замечательно.
    Правда Громов же действительно крут :D)))
    В целом тоже отлично - событий много, но вот именно сейчас оно нужно. Надо же потихоньку с Земли стартовать.
    +1 от Лисса, 03.12.16 13:11
  • за книгу и орхидею. завязочка:)
    ну и Леха...:)
    +1 от rar90, 04.12.16 07:23

А ведь начиналось всё так хорошо. Действительно хорошо.
Приятное предполётное чаепитие расслабляло и настраивало на начало долгой и продуктивной совместной трудовой деятельности этих троих людей на благо Родины и на своё благо тоже, для кого продвижение вверх по служебной лестнице было важно. Горячий чай полюбляли все собравшиеся - особенно, оказывается, к кипяточку доктора были неравнодушны. В отличие от Чижика, Игорь Кириллович с благодарностью принимал щедрые предложения хозяйки медотсека подлить кипяточку из кипящего чайника. Капитан же только раз согласился на эту процедуру, и то несколько неуверенно, словно бы боялся, что для Майки это тяжкий труд. Хотя скорее просто привычен был к менее горячему чаю. Но прихлёбывал с удовольствием, от шоколадных батончиков отказавшись, как и доктор Григорьев, надо заметить. В общем, не одна Майя успела как следует разрумяниться к тому моменту, как всё стало не очень хорошо.
Но, пока ещё румянец только начал проявляться, а в помещение медотсека не ворвались безопасники, младший из которых презрел все нормы субординации - ну, ему не привыкать это делать, - в кабинете велась неторопливая полушутливая дискуссия. Как то водится за чаем, обсуждали вопросы паровыпускания и делили жилплощадь самым натуральным образом.
- Нет, уважаемая Майя Юрьевна, я вам предлагаю не пар спускать, а именно что душой отдыхать в голокомнате, иногда, в свободное от работы время, - и усом не повёл Игорь Кириллович в ответ на азартную шутку девушки. - Там широчайший выбор голограмм, не только с земными, но и инопланетными видами. Уверен, вы найдёте что-то по своему вкусу. Если вы мечтали побывать на Селесте, например - голокомната вам в помощь, пускай это и всего лишь заменитель, - если бы Григорьев упомянул мечту об Ироане, то Майя бы наверняка удивилась такой его прозорливости или даже заподозрила бы доброго доктора в подслушивании чужих разговоров на этом корабле.
Игорь Кириллович помолчал немного, прихлёбывая хороший чай из простой серенькой больничной кружки, удостоившейся сегодня такой великой чести нести в себе свежезаваренный индийский чай приготовления дочери Самого Светлова. Тихонько похмыкал, услышав её комментарии про сопливую лирику и, главное, вопрос про то, какое стрессоподавляющее значение для него как для мужчины имеет субакс. Подумал немного над ответом будто бы, оценил юмор своей непосредственной начальницы. Никаких там обид и прочего недовольства на его лице не было. Вообще складывалось впечатление, что доктор Григорьев человек настолько добродушный, что даже на прямые оскорбления будет отвечать спокойно и с присущей ему слегка островатой иронией, а не встанет из-за стола, набычится и пойдёт на обидчика с кулаками. Такие, как он, должны уметь себя сдерживать. Да им и пар, поди, выпускать особо не приходится. Стоическое спокойствие - нордическое, можно сказать. Но при этом хитрый взгляд и мягкая ироничная улыбка.
- Нет, Майя Юрьевна, субаксом не увлекаюсь, - миролюбиво покачал он головой, - освоил только самые азы. Для самообороны, так сказать. А лучшее моё лекарство от стресса: работа, работа и ещё раз работа. Ну а когда её мало, то смотрю старые фильмы или посещаю голокомнату. Очень я, знаете ли, люблю Селесту. Местная дикая природа, селестианские леса, флора и фауна напоминают Средиземье. Вы наверняка слышали несерьёзную гипотезу о контактах Толкиена с селестианами? Якобы он с них срисовывал эльфов, а по их рассказам о своём мире описывал Арду. Очень похоже на правду, знаете ли, хотя расхождений всё же весьма прилично.
Из слов Игоря Кирилловича чувствовалось, что он лично сам уже успел побывать на этой самой Селесте, а не просто мечтает об этом. Говорил он слегка прищурясь, с задумчиво-мечтательным видом, словно бы в воспоминания погружаясь. Не может быть, чтобы такие ностальгические эмоции в нём вызывала всего лишь голограмма. Могло даже показаться, будто доктор тоскует о планете, на которой ему однажды довелось побывать, или о пережитом когда-то хорошем, памятном моменте из жизни.

- Давайте не будем называть биолабораторию моей, Майя Юрьевна, - с широкой улыбкой и от щедрой души предложил доктор Григорьев, когда разговор зашёл о распределении оперативного рабочего и жилого пространства между двумя врачами на звездолёте. - Я знаю, что и вы опытный биолог, пусть и без диплома, так что это наше с вами общее рабочее место. Более того, доктор Светлова, я бы очень хотел работать с вами вместе. Одна голова - хорошо, а две - лучше. Там, где один из нас что-то упустит, второй подстрахует и подскажет. Будем делиться идеями и обмениваться опытом. Нам в любом случае нужно будет анализировать добытые материалы для исследований. Не сомневаюсь, хотя бы одну планету земного типа мы найдём в целом скоплении. Ну как вы, не против? А на ироанскую девятилетнюю орхидею было бы любопытно взглянуть и послушать, в каких условиях вы содержали эту капризку, что она столько прожила, - Игорь Кириллович довольно кивнул.

Всё хорошее рано или поздно заканчивается. Да порой так, что лучше б и не начиналось, в самом деле. Ведь обидно же, чёрт Стругачёва дери, когда мало того, что разговор прерывают на самом интересном месте, так ещё и ведут себя не по субординации, и посуду личную докторам портят одним своим появлением.
Мирное пасторальное чаепитие, эта медотсековая идиллия, вдруг в один момент превратилась во что-то наподобие ярмарочного балагана, где ведущую роль трубадура, шута и балагура-скомороха исполнял великий русский космический первопроходец Алексей Стругачёв, и остальных невольно тоже в это втягивал своим простецким незатейливым поведением и руками, для объятий распростёртыми. Ему только цилиндра Безумного Шляпочника на голову не хватало, Майе - платья Алисы, а капитану Чижику - длинных ушей Мартовского Зайца, чтобы всё это чаепитие превратилось в знаменитое Кэрролловское, с приличной дозой здравого абсурда. Кстати, по этой схеме доктор Григорьев был Соней - у него даже усы имелись, и по сюжету книжки Чижику с Лёхой полагалось чуть позже окунуть Игоря Кирилловича головой в чайник. Да... а кем же был Громов?
К счастью, не разбился крепкий-то отцовский подстаканник, ибо был он металлический, а вот по стакану пошла змейкой маленькая трещина - сверху, это было не страшно для чаепития, но со временем эта мелкая трещинка будет расти, понятное дело. Так что срок жизни стакана в Светловском подстаканнике был значительно сокращён. Хотя ведь его, наверное, можно будет заменить...
Крепкое словцо из уст крепкой Валькирии едва ли кто услышал, несмотря на воцарившуюся вдруг тишину. Уж больно эта самая тишина была звенящей. Той, когда слух сам рождает слуховые галлюцинации, только чтобы не слушать тишину. Хотя, может, это просто чайничек кипел или ветерок свистел по помещению, разгоняемый слегка кондиционером. Застряли они вне времени и пространства вдруг, одной ногой шагнув в прошлое пятилетней давности и ещё дальше, другой уже оставляя следы на пыльных дорогах далёких планет в скоплении Зельца, а телом, разумом и сознанием застряв где-то между. Где-то в медотсеке звездолёта «Данко», ещё не успевшего стартовать с Земли. Было слышно, как в приёмной шуршит Вертер Третий, передвигаясь на своих колёсиках. Но даже если Майю услышали, то не придали значения. Её крепкое словцо сейчас краснело и бледнело перед теми чертями, которые должны были драть Стругачёва.
Рядовой, которому Светлова вежливо указала, как надо правильно её называть, скептически, беззлобно и даже как-то со смехом в глазах поглядел на неё. «Ага, как же, конечно, жди, стану я тебя на вы называть, Майка-зазнайка Юрьевна Светлова» - так и читалось в этом взгляде, но Алексею хватило ума хотя бы на этот раз промолчать. Громов и без того на него крайне недобро посматривал, словно бы решая для себя, а не вырубить ли одним ударом это рыжее болтливое чучело.
- Ах вот оно что, - на задумчивом и слегка недоумённом лице своего ассистента девушка увидела разом проявляющееся понимание, и прежняя добродушная улыбка вернулась.
Всё встало для доктора Григорьева на свои места, пусть он и не мог себе объяснить пока, зачем же рядовой нарушил субординацию. Мог бы удивиться и порадоваться как-нибудь потише, молча, как и положено солдатам. А если он будет сидеть в окопе под неприятельским огнём и увидит рядом бывшую одноклассницу, он тоже так бурно отреагирует, подставляя себя под вражеские пули? Хорош солдат, ничего не скажешь.
Игорь Григорьевич отпил из чашки и поднялся, протянул руку солдатам для крепкого мужского рукопожатия.
- Меня уже Майя Юрьевна представила... - он немного растерянно покосился на девушку, - только я не совсем понял про Фобос... простите, я там не бывал.
- «Данко», - вставил наконец слово основательно примолкший Фёдор Михайлович, - доктор Светлова оговорилась...
Капитан Чижик поднялся, во все глаза глядя на Лёху Стругачёва. Твою ж дивизию налево, а он как здесь? Из него же безопасник, как... впрочем, Фёдор Михайлович воздержался от сравнений слона с балериной, потому как ещё лет пять назад не мог представить, что поведёт под своим началом военно-исследовательский звездолёт ВКС на поиски новых планет, пригодных для колонизации, и новых цивилизаций. Чижика заметно покоробило появление рыжего парня. Снова вернулся мыслями в прошлое, да ещё и Светлова удружила, напомнив о «Фобосе». Ох, он ведь и перед Лёхой виноват.
В этот момент можно было делать ставки на то, обнимет ли Чижик своего бывшего ученика или пошлёт в лес по дрова.

Тем временем обмен любезностями продолжался. Громов крепко, с силой - но наверняка с малой - пожал руку Светловой, одарив её немного странным изучающим взглядом. В чём была его странность? Ну, Майе показалось, что ещё бы чуть-чуть, совсем немного, и сержант бы тоже нарушил субординацию, подмигнув ей. Почудилось? Может, и так, но Громов явно оценивал её как мужчина девушку, а не как сержант ВКС - старшего лейтенанта ВКС. От его рукопожатия слегка заболели пальцы. Крепкое мужское рукопожатие состоялось и между другими парами участников: сначала Громов пожал руку доктора Григорьева, потом и капитана Чижика, пожимавшего руку сержанта определённо на автомате, ибо смотрел он на Лёху, а Стругачёв успел потискать руку Майки всё с тем же выражением на лице «Майка-зазнайка». Кстати, его рукопожатие было что надо, в меру сильное и не слабое.
Но нас интересует вовсе не это, конечно же, а то, обнимутся ли Лёха и Фёдор Михайлович. Интриги ради повременим с ответом и расскажем немного о другом. О медицинских картах, которые должны были принести новые члены команды «Данко».
- Вот, пожалуйста, - быстрым и ловким движением Громов достал из нагрудного кармана маленькую биометрическую флешку с копией медкарты и вложил её в протянутую руку доктора Светловой, слегка приподняв уголки губ в обозначении вежливой улыбки. - Никак нет. Заступаю на смену, - так же вежливо отказался он от предложенного чая.
- Мне пока не заступать, я желаю, - важно кивнул неспрошенный Лёха, - спасибо, Светлова... товарищ доктор-старший-лейтенант-Майя-Юрьевна-просто-Майя, - если и была в этом лёгкая ехидца, то совсем лёгкая, почти незаметная даже. А вот на лице рыжика расплылась радость от встречи.
- Стругачёв... но какими судьбами? - продолжал удивляться Чижик.
- Звёздными ветрами принесло, Фёдор Михайлович, - в очередной раз нарушил субординацию рядовой. Хотя кто его знает, Чижик же говорил Майе, что она может так его называть - может, и Лёхе позволительно.

Здесь мы наконец развеем интригу и закончим эту немаловажную часть повествования рассказом о том, как же поздоровались бывшие учитель и ученик. Фёдор Михайлович подошёл к нему и, слегка потрепав за плечо, протянул руку для рукопожатия вместо объятий.
- Возмужа-ал, - потянул капитан, - выше меня вымахал.
- Есть такое, - пожав ему руку, заулыбался Стругачёв, - не судите строго, я не нарочно, так уж получилось, - шутканул он.
- Капитан, разрешите идти? - спросил хмуро смотревший на это братание Громов.
- Да, идите, конечно, сержант, - кивнул Чижик и бросил взгляд на часы у себя на руке. Вздохнул сокрушённо. - И мне тоже пора.
Он неуверенно посмотрел на Майю. Можно ли оставить на неё Стругачёва? Не взорвут ли они на пару корабль ещё до старта: он, нажав не на ту кнопку, а она, пытаясь его остановить? Впрочем, здесь оставался доктор Григорьев, а он ведь не просто доктор, а доктор биологических наук. Уж как-нибудь справится с этой ходячей рыжей биологической опасностью.
- Ну, Стругачёв, неожиданно, - покачал он головой и обратился к девушке. - Я пойду?
За Громовым закрылась дверь кабинета - он времени зря не терял и уже шёл на свой пост. А Лёха сейчас подозрительно косился на стул, освобождённый Чижиком, явно норовя заменить его на этом чаепитии. И конечно, за приветствиями и рукопожатиями он совсем забыл отдать Майе медкарту.
  • За рукопожатие :)
    +1 от rar90, 28.11.16 16:31
  • Пускай я и не выиграла в споре, но мне понравился холод этой встречи. Такая прямо разница на лицо - как оно с Майей было, и как сейчас.
    И еще безопасник Громов! ^^ Фан клуб доктора Светловой растет.
    Хороший пост.
    +1 от Лисса, 28.11.16 16:59

Он удивлённо смотрел сверху на распластавшуюся перед ним на четвереньках побеждённую противницу. Она что, серьёзно предлагает себя ему в рабство? Ненадолго у Кевина дар речи пропал. Он не знал, как поступить.
С одной стороны, Кевин уже дал себе зарок ликвидировать рабовладельческий строй в Вавилоне, пересмотреть институт рабства в целом. Исходя из этой позиции, он должен твёрдо следовать раз выбранному курсу и не поддерживать рабство в любых его проявлениях, и уж тем более не содержать собственных рабов. Это даже звучало для него нелепо - не удивительно, что он не воспринял всерьёз, когда Валетта говорила ему про рабынь.
С другой стороны, Милирина чётко обозначила свою позицию: ей нужен был господин. Блять, она хотела быть рабыней! Но только того человека, который сможет её победить. Так вышло, что он смог... Пусть и при помощи магии... И если он вместо ошейника предложит ей службу на наследника истинного императора, это ведь ничем не будет отличаться от её прежней службы узурпатору. Для Милирины ничего не изменится. А это явно не то, что ей нужно.
Распорядиться козырем мудро... Милирина в их команде была бы крайне полезна, это факт. Но удержать её с ними, похоже, сможет только ошейник...
Тут Кевину пришла в голову мысль, что не обязательно быть рабом, чтобы иметь хозяина. Если упразднить институт рабства, то куда тогда девать нынешних рабов, вдруг обретших свободу? Здесь юноша собирался предоставить бывшим рабам возможность остаться в услужении у хозяев в качестве слуг за определённую зарплату и на правах свободного человека. Почему бы не предложить это Милирине? Хотя... она, наверное, не поймёт.
А ещё ему показалось, что она... очень одинока и несчастна. Всю жизнь должна была выживать одна. Сначала с её мучительницей-госпожой, затем на улицах Вавилона и, наконец, на службе у императора. Человек, обозлённый на весь мир. Человек, никому не способный довериться. Человек, у которого нет никого, кроме него самого... Человек, которому нужен не хозяин... ему нужен друг. Не просто чувак, с которым можно потрепаться время от времени. Настоящий друг, способный помочь в беде и которому не страшно подставить спину. Милирина попутала понятия хозяина и друга, потому что друзей у неё никогда не было. Для неё друг - это хозяин, ведь ему она могла позволить с собой делать, что он захочет. Ему она могла подставить спину, даже если ради удара плетью.
Это был трудный выбор. Кевин не знал, можно ли ей доверять, но решил довериться своей интуиции. Он сам не знал, может ли стать для неё таким вот пафосно-настоящим другом, ведь у него самого никогда их не было. Попытаться стоило... кто не рискует - тот не пьёт шампанского.
Посмотрев на ошейник в одной руке Иллюмины и пистолет в другой, он отрицательно покачал головой и тяжело опустился на одно колено перед Милириной. Внимательно посмотрел в её глаза, на её странную улыбку. А затем взял её за плечи и привлёк к себе, чтобы обнять. И гори оно всё адским пламенем!
  • Из двух зол выбирай самое кавайное! XD
    +1 от Random Encounter, 28.11.16 15:04

- Чего-а?! - возмутилась блондинка, услышав о поцелуйчике для Перси, и негодующе перевела взгляд с ушастой на этого догадостного негодяя. Сейчас бы только не побледнеть привселюдно. Или не раскраснеться - наверное, Элейна всё же больше склонна именно что краснеть в таких ситуациях. - Сама спрашивала - сама и целуй! Придумала тоже...
И вообще, настроение у неё резко упало, когда она услышала о плане Элики с фрейлинскими патентами. Снова изображать богатую расфуфыренную дамочку Джорджу очень не хотелось, хоть он и понимал, что по сути это сейчас его единственный шанс как-то себя проявить, учитывая совершенно не боевые характеристики Элейны.
- И вообще, фрейлины бывают только у особ королевской крови, - угрюмо сообщила она ушастой. - У прочих аристократов это зовётся как-то по-другому... может, и компаньонки. Но точно не фрейлины и не придворные.
+1 | [Anima] "Gaia Online", 25.11.16 10:25
  • Элейна-стесняша XD
    +1 от Dominga, 26.11.16 17:22

Действительно лишь желавший поддержать и приободрить Светлову, Фёдор Михайлович даже не заметил, в чём обидел её, как и самого факта обиды. Он ведь говорил ей ровно то, что она сама о себе сказала, подчеркнув, что видит в ней вышеобозначенные черты и советует ими гордиться и их развивать. Наверное, скажи бы она ему сейчас, что его слова её чем-то задели, он бы здорово удивился, а после этого огорчился бы, начал бы извиняться, оправдываться и отнекиваться, что, мол, имел в виду он совсем другое и она его неправильно поняла. А ведь Чижик всего лишь похвалил её целеустремлённость, и ведь ей правда в этом нельзя было отказать...
- Ну, фильм - это уже, наверное, слишком, - вздохнул капитан, отчего-то не смеясь Майкиной шутке, а восприняв её по-особенному серьёзно, как будто она касалась его лично. - Но я, Светлова, хоть убей не понимаю, за что ты на себя наговариваешь.
Просить её объяснить, чем же она всех подставила своим Большим Поступком, он, однако, не стал, посчитав, что эта тема уже и так зашла слишком далеко и пора бы, и вправду, сесть и выпить чаю, успокоиться, собраться с силами и запустить уже этот «Данко» к чёртовой бабушке в пекло. В полёте всё как-нибудь само собой образуется, страсти улягутся и отношения между членами экипажа обязательно наладятся.
Про Поступок Чижик тоже смолчал, не зная даже, что говорить на это. Так-то он всем сердцем был за Майю и рад был, что она здесь. Одним знакомым и близким человеком больше стало на корабле. Но выбирал её для полёта действительно не он. Не обманывать же её. Такая вот капитанская откровенность. Или учительская...
- Так точно, Светлова, так и есть, всё ты правильно представляешь, - многозначительно покивал он на её упрямую отповедь про то, что «капитана ему не отдаст». Чижик состроил горделиво-пафосное выражение лица, повернулся к двери кабинета главврача и, вытянув руку в киношном жесте, произнёс: - Идём ту-у-да!
И всё же, не выдержав, рассмеялся от собственной шутки.
- Ты уж прости, так пафосно у меня не получится, - покаялся он, - но как-то так, в общем...

- Это хорошо! - с одобрительно-понимающей улыбкой поднял палец доктор Григорьев, а его рукопожатие сразу же сделалось нормальным, в меру сильным, как раз таким, которое и требовалось для выносливой, но всё же довольно хрупкой девушки Майи Светловой. - Руки у доктора должны быть крепкими и надёжными. Не дай бог вам оказаться в кресле у стоматолога с дрожащими руками, Майя Юрьевна. Хотя, увы, в наше ленное время технологий человеческие руки всё больше заменяются манипуляторами дроидов. Более крепкими, более надёжными... хм, и менее человечными, - как-то печально, со вздохом даже, закончил Игорь Кириллович, словно бы у него на этой почве имелась личная драма. Но добродушия на его лисьем лице не убавилось, и усы шевелились всё так же бодро и энергично в такт его движениям губ.

Как и ожидалось, с медицинскими картами безопасников было всё в абсолютном порядке. Все показатели в пределах нормы, все анализы исключительно хорошие, внутренние органы в целости и сохранности. Собственно, на экран сейчас была выведена медкарта Сергея Громова, имевшего звание сержанта. И был он, судя по фотографии, именно таким вот бездумно исполнительным товарищем, какими представляла безопасников доктор Светлова. Уже по одному лицу становилось ясно, что Фёдора Михайловича на тренировках по субаксу уделает не один только Кырымжан.
Гости её тронной залы отвечали на гостеприимство также вполне по-доброму. Спокойно сели вокруг стола, обступив, можно сказать, девушку-доктора, поблагодарили вежливо и вполне искренне за налитый чай. Оба оказались любителями сладкого чая, но если Григорьев положил себе всего одну ложку, то капитан Чижик щедро, по-капитански, наложил себе три добрых ложки сахара, да ещё, представьте себе, с горкой. Похоже, Фёдор Михайлович был страстным сладкоежкой, о чём девочки в училище, как ни странно, не знали.
- Как скажете, Майя Юрьевна, ваше слово - закон, - всё тем же полушутливым тоном ответил конкурент на заявление о первом дежурстве, прихлёбывая со вкусом горячий чай. - Всё же, если вы не станете возражать, я бы разместился в биолаборатории. Мне как биологу там уютнее, чем во врачебной. Но оспаривать ваши решения не буду, нет - так нет.
- Да, Светлова, кажется, я забыл сказать, - вдруг очнулся о чём-то задумавшийся Чижик, медленно потягивавший чай из кружки в подстаканнике. - Доктор Григорьев - не просто доктор, он - доктор биологических наук.
- Биология - моё призвание, - тепло улыбнулся доктор биологических наук, - во врачевании я не так силён. Здесь я уступлю пальму первенства вам, - он кивнул Майе.

Помолчали собеседники, выслушав Майкину проблему. Непонятно, о чём они думали в этот момент, но выражения их лиц были интересными. Фёдор Михайлович определённо смутился поднятой темы, хоть и старательно держал маску капитанской невозмутимости. Доктор Григорьев же улыбнулся вместе со своими усами и просто ответил после недолгого размышления:
- О каких проблемах идёт речь, Майя Юрьевна? Мы же люди взрослые, опытные, серьёзные, не питекантропы какие-нибудь. Не нужно нас, мужчин, обижать. Кроме субакса, есть много других способов, скажем так, спустить пар. Начиная, как вы верно заметили, с тяжёлого труда и заканчивая отдыхом с виртуальным шлемом или в голокомнате. Попробуйте голокомнату - вам обязательно понравится, - покивал мужчина.
В это время дверь отсека открылась и внутрь прошли двое мужчин в военной форме, которые не мешкая направились к кабинету. Из-за стекла Майя разглядела физиономию Громова, виденную на фотографии в ноутбуке. Шедшего позади него второго военного закрывала широкая спина сержанта.
- А вот и наши новые безопасники, - удовлетворённо заметил Григорьев и перевёл взгляд на Майю. - Ну что, Майя Юрьевна, ваш выход.
Дёрг-дёрг усами и хитрый взгляд.

После короткого стука и разрешения войти дверь медкабинета открылась и внутрь заглянула широкая физиономия сержанта Громова. Он с интересом оглядел сборище любителей чая и будто слегка усмехнулся.
- Разрешите? - распахнув дверь шире, он прошёл внутрь и остановился перед чаёвничающими, вытянувшись в струнку. - Сержант Громов и рядовой Стругачёв прибыли на «Данко» для прохождения воинской службы, - доложился он Чижику как старшему по званию и занимаемой должности среди присутствующих.
Из-за спины Громова вышел знакомый некоторым худощавый рыжий парень, почти не изменившийся за пять лет, только ставший выше, и встал рядом с сержантом. Он козырнул Чижику, а затем... его шея предательски повернулась в сторону Майи, а брови поползли вверх.
- Светлова, чтоб меня черти драли... кхм... - Лёха сглотнул и тихо сказал напарнику. - Серый, ущипни меня.
Тот удивлённо покосился на него.
С тяжёлым, грузным грохотом покатилась по столу чашка в подстаканнике, которую случайно толкнул локтем Фёдор Михайлович, увидев рыжего безопасника и повернувшись к нему. И она неминуемо упала бы на вычищенный Вертером до блеска пол медотсека, если бы не рука сержанта, вовремя подставленная. Оперативно среагировавший Громов поставил чашку на стол. Хорошо, что Чижик успел допить свой чай и на стол не пролилось... ну, может, кроме нескольких капель со дна.
- С-стругачёв? - тихо и опасливо спросил капитан, даже запнувшись вначале.
- Ну, что смотрите, как Муму на Герасима? - Лёха широко улыбнулся и развёл руки в стороны. - Давайте обниматься, что ли?
Сержант снова в явном недоумении и с тенью подозрительности во взгляде поглядел на Стругачёва, предлагавшего капитану звездолёта пообниматься с простым рядовым.
Ус доктора Григорьева задумчиво дёрнулся.
  • За встречу! :)
    +1 от rar90, 23.11.16 17:29
  • Лёха в своём репертуаре. Отличное появление! :)

    - Светлова, чтоб меня черти драли... кхм... - Лёха сглотнул и тихо сказал напарнику. - Серый, ущипни меня.
    Человек знает что такое субординация))
    +1 от Лисса, 23.11.16 18:05

Заметив лежавший в траве мобильный телефон, Алексиэль подошёл к нему и присел, разглядывая, отображается ли на дисплее время ведущегося разговора. Бесёнка он усадил себе на колено, а затем что-то тихо зашептал ей на ушко.


Услыхав, как Король Лес просит её завалить дупло и обзывает её женскую логику эврикой (что по сути синоним интуиции), Сильмини посмотрела на него таким хмурым убийственным взглядом, что в следующие несколько секунд атмосфера на этом берегу реки накалилась до предела и любителям всяческих споров и игр фей-ямов, были бы они всей кучкой здесь, впору было бы делать ставки на то, что прекрасная эльфийка сотворит с язвительным лесным корольком, через слово говорящим ей всяческие гадости, сверх того, что уже отобрала у него магию. Причём варианты чудодейственного эльфийского пенделя могли разниться от простой и банальной звонкой пощёчины оскорблённой женщины до сдирания шкуры живьём и скармливания ценного королевского мяса щенку благородного рогатого пса, понятное дело, питавшемуся не солнечными лучами и не зелёной травкой. Не все, у кого рога на голове растут, исключительно одной травкой-то питаются, ага.
Как ни странно, тем дело и разрешилось. Будто одного такого взгляда хватало, чтобы разбушевавшихся лесных королей усмирить. Но нет, он продолжал бубнить себе под нос гадости в её адрес, а она стиснула зубы и терпела. Ах эти альвы - удивительно терпеливые создания, порой до скрежета в зубах, ломоты в костях и слёз на щеках. Проводила взглядом второй улетевший в горящую хармузду камень, нахмурилась озадаченно на сей раз. Странно как-то туша хармуздская выгорала, странно и неправильно. Не так должны весело полыхать огнём свежеповерженные враги, ой, не так. Но чувство той самой эврики, знаменитая эльфийская чуйка, подвело Сильмини, не подсказав ей, что вскоре случится с тварью убиенной. Всё же тихо стало, спокойно, никто больше ни с кем не дрался. Хотя на кого это там Цера с бревном понеслась? Увы, так далеко с этой стороны реки даже альвари не видела.
Поглядела на Королька, унижаться перед Фонтаном готового, вздохнула украдкой. Себя винила всё же Сильмини в случившемся, хотя и пыталась сама себя же оправдать, что заслуженное наказание получил мальчишка лесной за все свои злодеяния. Другое дело, что совершал он их не потому, что сам по себе такой злой, а потому что чернота в его сердце проникла, черви Эгерей заползли в нутро его.

А живность кровососущая вдруг оживилась, будто смертью хармузды привлечённая. Слетались слепни да комары отовсюду, как мотыльки на огонь. Несколько раз уже отгоняла эльфийка их прочь от себя, с открытой кожи сгоняла - не хлопала в намерении убить, а именно отталкивала ладонью, оставляя существ живыми. Альвы ценят чужую жизнь, даже таких мелких и доставучих созданий. Но постепенно и Сильмини раздражение охватило. К тому же, вся эта надоедливая кусючая братия порядком отвлекала от интереснейшей истории, которую рассказывал эльфийке Претендент. А может, рассказ Камме-Камме и привлёк внимание насекомых? Хотя нет, они вроде как к хармузде слетались, и это настораживало.
- Выходит, что нам нельзя к Фонтану, - сделала скоропостижный вывод альвари, - тем самым мы услужим Куме, через нас она доберётся до него. Но больше нам идти-то некуда, Фонтан и Хранители - единственное, что светит нам в пути...
Печально это было осознавать, трагично как-то даже.

А потом хармузда воскресла, переродившись подобно сказочной птице феникс, восстав из пепла.
- Муравьиное дерьмо! - выругалась альвари и вскинула лук, накладывая новую стрелу на тетиву. Но вот не уверена она была, что обычная, не заговорённая стрела сможет причинить переродившемуся монстру хоть какой-то вред.

Вжжжик!
Стреляет не целясь.
+1 | Следы на песке, 15.11.16 11:29
  • Отлично. "Муравьиное дерьмо!" Еще одно эльфийское ругательство в блокнотик ^^
    +1 от Лисса, 21.11.16 11:24

Гостеприимно распахнулись дверцы лифта, пропуская на платформу подъёмника двух новоприбывших членов экипажа и их нового командира. Прибыло пополнение на «Данко» - ожидаемое усиление Службы Безопасности от ВКС. По распределению, в состав экипажа должны были войти трое безопасников: военный офицер и двое солдат под его началом. В их задачи входило не только оперативное реагирование на любую чрезвычайную ситуацию на корабле, требующую вмешательства СБ, но и участие в высадках на исследуемые планеты, ведение полномасштабного боя в ручном режиме управления корабельными орудиями и даже бои с вероятным противником в открытом космосе и в атмосфере на двух одноместных истребителях, покоившихся в ангаре. Это были не простые солдаты, умевшие только пиф-паф да ой-ой-ой, ну там, кунг-фу и всякие прочие страшные слова знавшие. Сергей Громов и Алексей Стругачёв были отобранными для этого полёта штурмовиками, способными и в морду дать, и огонь на поражение вести, и в истребителе за штурвалом сидеть. Стоит ли говорить, что майор Кырымжан во всех этих аспектах должен был превосходить подчинённых?
Военный офицер пропустил их вперёд, а сам зашёл следом, нажал на кнопку палубы F и развернулся лицом к выходу. Двери закрылись и лифт плавно, почти незаметно начал свой подъём. Кырымжан покосился на одиноко стоявшую в углу подъёмника ироанскую орхидею, но сразу же отвёл взгляд обратно на двери, проедая их своим жгучим кислотным взглядом. Брови майора слегка сдвинулись к переносице то ли в некоторой задумчивости, то ли в лёгком раздражении.
Двое солдат также заприметили дивное инопланетное растение, не пойми как оказавшееся в лифте, неведомо кем и для чего поставленное. Можно было бы подумать, что для красоты – ну там, украсить скучный и серьёзный лифт частичкой живой природы, - так ведь не по фэн-шую орхидея стояла. Явно ставили её не за тем, чтобы всяк лифтовый путешественник наслаждался обществом ироанской матушки природы, а с расчётом, чтобы под ноги кому-то случайно не попалась и много места не занимала.
Но взгляды парней различались. Если товарищ сержант Громов поглядел на цветок с мало-мальским удивлением, не знамо что подумав о дизайнере интерьера звездолёта, и безразлично отвернулся, больше заинтересованный изучением спины майорского мундира, то товарищ рядовой Стругачёв задержал на орхидее взгляд и о чём-то задумался. Это была очень подозрительная орхидея. Алексей вдруг испытал зловещее чувство дежа-вю с метким названием, как из фильма ужасов, «иногда они возвращаются». Будто где-то когда-то они уже встречались с этим цветком. Может, в Лёхиных детских кошмарах. Ведь не могли же они видеться с ней наяву, правда? Стругачёву как-то жарко стало вдруг, и хорошо, что палуба F оказалась всего двумя уровнями выше, ехать было недалеко, и створки лифта уже раскрывались. Как-то сразу дышать стало легче, стоило выйти из подъёмника вместе с Громовым и двинуть за майором по нешироким коридорам «Данко» в неизвестном направлении. Хотя Лёха знал, куда они идут. Он внимательно проштудировал схему этой посудины и неплохо её запомнил.
- Ваши повседневные задачи вам известны? – не оборачиваясь и уверенно держа путь вперёд, задал вопрос командир.
- Так точно, товарищ майор! – ответил Громов. – Держать посменный 24-часовой пост в обзорном пункте F. Вести наблюдение с камер и запись полёта. Реагировать на чрезвычайные ситуации.
- А во время сна? – не меняя тон, спросил Кырымжан. – Рядовой?
- Да, товарищ майор, - отозвался слегка замечтавшийся о таинственной орхидее Лёха. - Во время сна подключаться к нейросети корабля, чтобы в случае тревоги искин мог мгновенно разбудить.
- Отлично, - кивнул майор. – А куда мы направляемся, рядовой?
- К обзорному пункту F, товарищ майор, - не раздумывая, ответил парень. Чтоб он скис-то, этот обзорный пункт.
- Правильно. После того, как получите инструкции, занесёте копии своих медкарт в медотсек и приступите к службе.
- Разрешите уточнить, товарищ майор? – спросил сержант и, получив разрешение, продолжил. - Кто первый заступает на смену?
- Первым дежурите вы, сержант, - спокойно ответил Кырымжан. - Через сутки после старта вас сменит рядовой.
- Есть, - кивнул Громов и поглядел на Лёху.
- Есть, - нехотя ответил рыжик.
«И вовсе не хочу я есть, - мысленно вздохнул он, - я перед вылетом плотно пообедал».

Жарко в медотсеке не было отнюдь – наоборот, даже прохлада приятная царила здесь. Но разволновавшиеся люди обычно испытывают жар, и Майя с Чижиком явно не были исключениями из общего правила. Сторонний наблюдатель бы сейчас недоумевал, а может, и понимающе усмехался бы.
- Ну, может, немного жарковато, - согласился с девушкой Фёдор Михайлович, испытывая волнение едва ли не большее, чем Майя, хоть по его поведению это было не так легко понять. – Так подкрути кондиционер, он же распознаёт голосовые команды, - посоветовал мужчина.
Бывший учитель звездоплавания из МЗУ Чижик теперь действительно мужчина. А она, стало быть – действительно женщина. Это судьба. Карамельные реки с кисельными берегами и прочая муть, так ненавистная Валькирии Светловой. Но, если подумать, оно и впрямь похоже на зарождающиеся неуставные отношения героев каких-нибудь классических фантастических сериалов про экипажи звездолётов, где среди главных героев есть женщина. Не та, что постоянно «на связи», да и только. Ну, как минимум это хорошая такая, преданная и «сопливая», дружба.
- И зачем он нужен тебе, Светлова, такой имидж? – поинтересовался капитан с ноткой лёгкого укора.
Вот ведь, опять на себя наговаривает. Бесчувственное бревно, надо же. Наверное, невозможно в это поверить человеку, для которого Майка всегда была другой, не такой, какой старалась быть на публике. Чижик никогда не видел её в роли бревна, а очень даже наоборот – при нём она всегда была самой что ни на есть живой и эмоциональной девочкой. За эти пять лет многое изменилось, но только не это. Ведь при нём Майя была собой. Собой Настоящей, с большой буквы. И не верилось бывшему учителю, что могли Светлову считать чёрствой и скупой на эмоции. Путать с лишённым эмо-блока роботом.
Дроид-уборщик, получив свою порцию ласки, отправился дальше выполнять свою тяжёлую, но незатейливую работу, а Фёдор Михайлович, услыхав про Робика, загадочно как-то слегка улыбнулся.
- Робика после… ну, той экспедиции отправили на реставрацию, - ответил он спокойно. – Он прошёл полный технический капитальный ремонт и сейчас снова служит на «Фобосе». Мне было интересно, я узнавал, - Чижик кивнул немного грустно. – А вообще я слышал, что скоро всех устаревших роботов спишут со службы. Наверное, разрешат разобрать желающим железного слугу. Думал забрать его к себе на корабль. Ведь с ним я почти сроднился, - хмыкнул капитан, и не поймёшь, насколько это шутка.

Прекрасна была отповедь прекрасной рыжеволосой валькирии, объявившей капитану звездолёта, что она сюда «припёрлась» не для того, чтобы ему в лицо плюнуть. Слушал её Чижик, понуро опустив взгляд и слегка плечи, как будто не рассчитывал получить незаслуженное прощение. Однако ведь, простила! Сказала то самое слово: прощаю. Вот только почему от него легче на сердце не стало? Хотя… нет, пожалуй, стало, но не сейчас, а ещё раньше. В тот момент, когда он понял, что она его простила, едва увидев её забавную половинчатую улыбку, сияние глаз, не прикрытых стёклами солнцезащитных очков, и искреннее выражение радости на лице от встречи. Что уж там… давно Чижик это понял. Что же его продолжало угнетать? А чёрт его знает. Он и сам не мог сейчас сказать, отчего на душе тяжело. Казалось бы, от прощения камень с сердца должен упасть, так ведь уже свалился, с грохотом тяжёлым покатился по коридорам «Данко». А всё равно тяжко.
- Ну да, ну да, - покивал Фёдор Михайлович, с некоторым удивлением поглядев на Майкину ладонь, по плечу его похлопавшую с такой силой прямо, ух! - Учитель истории ведь наименее ценный член экипажа, звездолёт он бы не поднял, зато с рыцарями мог бы поладить, - это была такая неуклюжая попытка пошутить, хотя могла показаться Майе несколько язвительной, обиженной реакцией на её заверения про свой Поступок не альтруистического толка. Неужели решил, что она из практических соображений его совершила?
И снова начал усмехаться, когда Светлова обещания принялась раздавать, что может и треснуть, если Чижик заболеет звёздной капитанской болезнью и в позёра превратится. Затрещина иногда ведь самое лучшее лекарство, враз поставит человека на место и вылечит от всех симптомов. Ну, если раньше человек был нормальный. Позёров по жизни это не исправит, раззадорит только более, вызовет ответные колкие фразочки вроде «это ты мне просто завидуешь, ага» или вот «сколько ни плюй в небо, до звёзд не достанешь».
- Полагаюсь на вас, добрый доктор Светлова, - со всей возможной серьёзностью произнёс капитан. Но после смутился от продолжения её речи, руками даже пару раз махнул, книгу подарочную в левой проветривая. – Что ты, что ты, Светлова. Не нужно меня идеализировать. Все мы люди, за всеми грешки водятся. Но за хорошие слова спасибо, мне приятно это слышать.
А она продолжала говорить, и слова нескончаемым потоком лились с разговорившихся уст, сыпались дождём честности и искренности, оставляя на начищенном до блеска трудягой Вертером полу медотсека отблески-отголоски не такого далёкого прошлого. Здесь и сейчас творился поворотный момент истории, определяющий, можно сказать, дальнейшие отношения капитана и бортового врача. Нет, не так. Отношения Фёдора Чижика и Майи Светловой.
Губы Фёдора слегка сжались, он смотрел на девушку сначала с непониманием того, какой такой Поступок он для неё совершил, затем уже в глубокой задумчивости. Философской задумчивости, можно сказать. Глаза его подёрнулись дымкой воспоминаний. В мыслях проносились сцены из прошлого, и не только их совместных приключений на подставной планете с подставными рыцарями. Почему девочка считает, что это он ей работу предложил? Разве Юрий Аркадьевич ей не сказал правду? Но почему? Не посчитал нужным, оставил досказать недосказанное Чижику? Или Светлов хотел, чтобы его дочь так думала. Мотивы знаменитого капитана поди пойми. И сейчас ему очень не хотелось разрушать этот миф, который Майя сама себе придумала. Только ведь это будет нечестно по отношению к ней. Он не хотел снова её обманывать. Только не опять…
Впрочем… если бы он мог выбирать, он бы дал ей этот шанс, о котором она сейчас говорила.
- Знаешь, Светлова… - начал он неуверенно. Помрачнел снова, уголки губ вниз опустил. Головой драматически-сокрушённо покачал. – Я же говорил, не надо меня идеализировать. Нет тут никакого Поступка. Команду не я набирал. Ну, разве что ты считаешь Поступком то, что я одобрил твою кандидатуру… - Чижик замялся, момент был неловкий. Надо было добавить твёрдости в голос, что он и сделал. – И я об этом нисколько не жалею, поняла? Я рад, что ты здесь. И верю в тебя. Ты своего не упустишь, Светлова. Ты всеми конечностями, зубами и ногтями цепляешься за те идеалы, в которые веришь. Сама ведь сказала: прёшь как танк. Вот и при, - кивнул он серьёзно, а затем протянул руку, крепко, по-капитански, пожимая ладонь Майе. – И я ещё раз повторю: добро пожаловать на борт. «Данко» не хватало живого сердца, - как-то очень мягко и почти ласково договорил Фёдор Михайлович.

- Ну, олимпийские рекорды и Гиннеса нам не устанавливать, - добродушно усмехнулся капитан. – Уж управимся как-нибудь. А про запасную лабораторию – я считаю это верным решением. Нечего пустым помещениям пылиться. Я ещё думал тренажёрный зал в одном из них устроить, - признался он как-то так по-простому, как с давним другом говорил. Да в общем-то, так оно и было. – Как ушёл из МЗУ, субаксом увлёкся. Ну так, развиваться решил, а то из бластера умею, а в ближнем бою сдаю позиции. Кайрат – ну, майор Кырымжан, наш военный офицер – обещал помочь с тренировками. Он чемпион Земли по боевому субаксу, - с крайним уважением отозвался о майоре Чижик.
Из нескольких разновидностей субакса боевой считался самым травмоопасным и вместе с тем наиболее эффективным в ближнем бою. Именно ему обучали военных при спецподготовке. Были ещё спортивный – где упор делался на классические приёмы, а многие были запрещены, художественный – не боевая разновидность, где бойцы демонстрировали навыки владения телом вне боя, и оборонный – изучавшийся в целях самообороны с минимальным риском нанесения увечий врагу и получения травм. Хотя стилей было ещё больше. Назвали этот вид единоборств в честь одноимённого, упоминавшегося у фантастов Стругацких.

Все разговоры закончились, когда появился Конкурент. Вот так с большой буквы прямо Конкурент, в быту именуемый Игорем Кирилловичем Григорьевым. Дружелюбно улыбаясь и двигая усами, этот коварный оккупант протягивал Майе Юрьевне Светловой свою руку. И она её достойно пожала. А вот рукопожатие Григорьева было похоже на Фотоновое – такое же мягкое, но крепкости, пожалуй, не хватало. Слишком ослабил его доктор Захватчик.
- И вам здравия желаю, Майя Юрьевна, - смешливо, но без иронии повторил он её жест с бровями. – Кому, как не нам, докторам, здоровыми быть. Кресло ваше, стол и кабинет весьма уютны, но даже не просите – оставьте себе, мне биолаборатория милее в разы, - поднял он перед собой руки. – А вот от чая не откажусь. Я тут пришедшие медкарты последних двух членов экипажа изучаю, - Григорьев показал на раскрытый ноутбук, где можно было заметить знакомые Майе строчки текста с результатами различных анализов, - и жду их самих, они должны подойти перед отлётом.
Сказал, как бы оправдываясь перед Майкой: «вот видите, доктор Майя Юрьевна, я тут делом занимаюсь, а не чаи гоняю, а вы иронизируете по поводу кабинета». Однако, лицо Григорьева оставалось при том неизменно дружелюбным.

Вскоре они уже сидели втроём за столом, ожидая, когда заварится чай. Наступило неловкое молчание, возникающее, как то водится, когда появляется третий лишний в живой и целостной до того беседе. Немного помолчав, капитан Чижик вдруг от всей своей щедрой души предложил докторам:
- Слушайте, а почему бы Игорю Кирилловичу не организовать кабинет в помещении, где у нас будет запасной медотсек? Чтобы совмещать, так сказать.
Кажется, это была неловкая попытка помочь Майе стать единоличной собственницей столь дорогого ей, обласканного ею и ею же оборудованного медицинского отсека.
- Нет, это вызовет путаницу, - однозначно отрицательно ответил Григорьев, покачав головой и разглядывая обычную серую кружку в своей руке с таким видом, будто она крайне его интересовала. – Экипаж должен знать, куда идти, если нездоровится, а не решать загадку, в каком кабинете сейчас приёмный час. Приёмная может быть только одна. За исключением внештатных ситуаций, - серьёзно кивнул он и взглянул на Майю, ожидая, что она его поддержит в этом вопросе.
Девушка между тем обнаружила, что Фёдор Михайлович вроде как… слегка робеет перед Григорьевым. Или это он из-за неё стесняется? Но чувствовалось сейчас некоторое давление доктора Игоря Кирилловича на их капитана. Словно бы Григорьев был хозяином положения, а Чижик только что сказал какую-то глупость, как неразумное дитя, и после этого стушевался. Давление было слабое и будто бы не специально спровоцированное конкурентом Майи, но ощущалось.

- Чего дерёшься? – хмуро спросил Стругачёв у спины Громова на обратном пути к лифту.
После раздачи инструкций Кырымжан остался в обзорном пункте, где был оборудован его личный кабинет, а двое солдат теперь могли спокойно пообщаться без присмотра командира. Но первым нарушил молчание Лёха.
- А ты чего опять субординацию нарушаешь? – огрызнулся сержант, не останавливаясь и не оборачиваясь. – За разговоры получил. Следи за языком. Майор мог услышать.
- А что, есть подозрения, что он с Селесты или, скорее уж, Ироана? – иронично хмыкнул рыжий. – А может, эльф из этого… как его… Среднеземья?
- Средиземья, осёл, - раздражённо буркнул Громов. – Если тебе так интересно, пойди сам и спроси. Я охотно посмотрю, как ты вылетишь вперёд ногами с корабля.
- И за что ты меня не любишь? – вздохнул Стругачёв.
- А за что тебя любить? Раздолбай хренов, - Громов зло ударил кулаком по кнопке вызова лифта. К счастью, не той, что недавно пострадала от рукоприкладства капитана Чижика.
- Заметь, - остановившись в ожидании рядом с сержантом, Лёха обличающе наставил на него указующий перст, - это не я сейчас местную электронику раздалбываю.
- Заткнись, - замахнулся Сергей, но бить всерьёз он не собирался, и поэтому Стругачёв ловко ушёл из-под готовой обрушиться на его голову затрещины.
- Стучи, стучи, дятел, - насмешливо выдал рядовой.
Двери лифта открылись, и боевитая парочка прошла внутрь. Громов надавил на кнопку палубы E и они тронулись. А Лёха как-то с опаской смотрел в угол подъёмника, где ещё недавно стояла ироанская орхидея, а теперь было пусто.
- Серёга, ты ведь тоже видел цветок? – напряжённо спросил он.
- Ну, видел, и что с того? – Громов безразлично глянул на пустое место.
- А, фух… я уж думал, у меня глюки, - с облегчением выдохнул Стругачёв.
Ну в самом деле, не преследует же его эта загадочная орхидея, откуда-то смутно ему знакомая? И всё же это чувство дежа-вю порядком смутило парня. Хорошо, что её унесли.
Створки разъехались в стороны, и солдаты увидели стоящего перед ними невысокого парня в инженерном комбезе и причёской а-ля 220 вольт.
- О, привет, - отчего-то смутился парень при виде военных и даже попятился на шаг, - а вы наши новые безопасники?
- Они самые, отчего ж нам ими не быть, - горделиво согласился Лёха.
- Сержант Громов, - Сергей протянул руку для знакомства.
- Простите, за руку не здороваюсь, - ответил техник, с опаской поглядев на руку. – Личные убеждения. Раздолбайло, он же Дятел, - взглянул он в глаза Громову.
- Чего-о? – побагровел тот, а Лёха смешливо и удивлённо вскинул брови.
  • Хороший душевный пост. Алешка чудесен, второй доктор, но самое главное - за Чижика конечно. Такие разговоры взаимопонимания и непонятности друг в друге, они делают весь кайф. Супер!
    +1 от лисса, 18.11.16 01:13

Однако, Элейна почему-то не стала озвучивать свои соображения по поводу заданного вопроса на подумать. Нахмурившись, она сложила руки на груди и внимательно слушала разговор ушастой с кем-то, пусть и в одностороннем порядке. И зачем это ей понадобился вор? И связано ли это как-то с придворными дамами? В любом случае, эта игра в угадайку ей не нравилась, в истории Джордж слабо шарил, да и про дам Элика, вполне вероятно, знает поболе их с Персивалем просто потому, что сама дама. Умеют же женщины, блин, загадки загадывать и намёки городить. Эта чёртова женская логика и невъебенная уверенность, что их все должны вот взять и сразу же понять.
+1 | [Anima] "Gaia Online", 17.11.16 09:00
  • Затроллил бедную даймочкуXD
    +1 от Dominga, 17.11.16 09:19

Навстречу несущемуся на всех парах громиле выпрыгнула Арти - причём прыгнула буквально сразу метра на три, встав спиной к развалившимся на земле борцам за свободу прав человека и грудью заслонив их от страшной дубины. И не миновать бы ей удара этой самой дубинкой по голове, если бы Гая вдруг не запела тоненьким миленьким голосочком. Великан уже размахнулся обеими руками, да так и застыл в позе защитника бейсбольной команды, отбивающего мяч. Он повернул голову к бывшей рабыне и удивлённо уставился на неё.
+1 | Вкус свободы, 16.11.16 03:47
  • Мозг выполнил недопустимую операцию и будет закрыт XD
    +1 от Random Encounter, 16.11.16 13:24

- Ну, мало ли, Светлова, может, оно и стоит - оборудовать одно из свободных помещений вне медотсека под лабораторию, - неожиданно, противореча сам себе, поддержал Фёдор Михайлович Майкину «глупую идею», проходя в это время в приёмную королевства Майи Светловой. - На самый крайний случай. Не дай бог, конечно.
Вообще, за Чижиком - раньше, по крайней мере - не водилось какой-то религиозности, и упоминание бога всуе было не более чем оборотом речи. Часто мы говорим, не задумываясь о дословном смысле сказанного. Понятие бога в космическую эру вообще стало довольно размытым, появились новые трактования священных писаний, учитывающие вхождение необъятных космических просторов и инопланетных рас в жизнь землян, новые космогонические теории, а вместе с ними и религиозные течения... Как бы там ни было, звездолётчики были весьма далеки от религии, если не считать миссионерских кораблей, связывавших Землю с её колониями.
Под самым крайним случаем капитан имел в виду, по всей видимости, консервацию медотсека из-за вынужденных обстоятельств, ведь тогда пришлось бы переоборудовать под медкабинет какое-нибудь другое помещение на корабле, пусть даже это была бы личная каюта доктора Светловой. Если подумать, смысл в этом был, хотя случай действительно должен быть крайним. И о таком лучше не думать, по правде. Или всё же «лучше перебдеть, чем недобдеть»? Похоже, Чижик предлагал Майе самой решить, насколько это им нужно. Слово доктора на корабле в некоторых вопросах имело вес больше капитанского.

Медотсек встретил Майю с таким счастьем, словно щенок, радующийся появлению запропавшего куда-то надолго хозяина. Уже подзабывший его образ, помнящий человека весьма смутно, но быстро вспоминающий его ласковый голос, говорящий что-то такое непонятное на непонятном людском языке, но однозначно хорошее и доброе, а главное - его запах, родной запах человека, которого маленький щенок признаёт своим единственным настоящим хозяином. Он весело виляет хвостом и радостно тявкает, пытается запрыгнуть повыше на человека и облизать ему руки и лицо. Нет счастливее существа, чем щенок, к которому вернулся хозяин.
Кондиционеры работали на малой мощности, и едва Чижик с идущей следом девушкой зашли в приёмную, как почувствовали лёгкое дуновение ветерка, насыщенного запахами чистоты и стерильности, неуловимым ароматом медикаментов. Это было Майкино царство - такой знакомый, привычный, почти родной запах хорошо проветриваемого больничного помещения. Чистота, свежесть и стерильность царили здесь повсюду. Полы были идеально вычищены и вымыты, вокруг ни пылинки, ни одной лишней вещи. Всё на своих местах и немного выглядит даже пустовато, как и полагается при новоселье. Это потом пустоту займут нужные вещи, которые будут поставлены, повешены и положены в нужные места. Тот же чайничек, например, найдёт в медотсеке своё личное, отведённое только ему место. Впрочем, многое уже было заранее подготовлено предусмотрительной Светловой, и здесь она могла чувствовать себя как улитка в собственном домике или - более подходящее сравнение - как черепаха, которая в любой момент может спрятаться под панцирь, и хрен её, мягко говоря, вытащишь изнутри-то.

Само собой, не было бы здесь к Майкиному приходу такой потрясающей чистоты, не заботься о помещениях медотсека трудяги-дроиды, выполнявшие поистине огромный объём работ по уходу за целым звездолётом, имевшим размеры с приличную девятиэтажку. Один из таких дроидов-уборщиков как раз прочищал и без того чистейший пол приёмной, словно бы намеренно желая продемонстрировать королеве медотсека, как здесь заботятся о чистоте. Замигали яркие огоньки на серо-серебристом корпусе, дроид подкатился к людям и остановился в сторонке, весело подмигивая им своими сенсорами, будто ожидая похвалы за свою старательность, подставляя голову свою под ласку доктора Светловой. Сам он был похож на перевёрнутое ведёрко на колёсиках, из которого выглядывали щупы-манипуляторы, наученные заложенными в робота программами пользоваться веником и совком, шваброй и половой тряпкой и прочими незатейливыми предметами для наведения чистоты. Снизу корпуса имелось также пылевсасывающее отверстие со шлангом и щёткой. В общем, многофункциональный пылесос-уборщик был этот дроид. Такие были весьма распространены повсеместно на Земле. Даже дома у Светловых такой был, немного другой модели, но принцип тот же. На серебристом металлопластиковом корпусе малыша красовались эмблема производителя компании «Электроник», название модели «Вертер» и длинный номер серии.
- А это Вертер-ноль-три, знакомься, Светлова, - чуть улыбнувшись, Чижик прошёл дальше и остановился, оглянувшись на девушку. Спросил уточняюще: - Чемодан к тебе в кабинет нести?
Вертер-03 приподнял один из шести своих трёхпальцевых манипуляторов, правый верхний, протягивая его навстречу Майке. Искусственный интеллект у дроидов-уборщиков был очень примитивным, но в них закладывали зачатки вежливости, а главное - послушания. Прикажи такому малышу отправиться в сторону стены и не останавливаться, он будет в неё биться, пока не отменишь команду или пока аккумулятор не сядет.

Странно дёрнулся уголок губы у Чижика, будто он пытался скопировать такой же Майкин жест, когда она с ним личным поделилась и попросила сказать что-нибудь едкое, чтобы крылья себе, рыжей мечтательнице-пчеле, подрезать. Он удивлённо поглядел на девушку и даже чемодан опустил, отставил в сторону, выпрямился, продолжая непонимающе глядеть.
- Ну, ты чего, Светлова? Всё же хорошо. Всё же правда хорошо. Или нет? - обеспокоенно спросил он, подошёл к ней, неуверенно как-то опустил руку ей на плечо, как тогда, пять лет назад в пещере, ободряюще сжал пальцы. Крепкая у него рука, а на вид и не скажешь, что он такой сильный. Или это Майя слишком хрупкая и чувствительная? - Эй, Светлова, не раскисай мне тут! - неожиданно строго, ну прямо капитанско-учительским тоном, произнёс мужчина. - И что это за слова такие? Обзываешь себя. Ну-ка возьми себя в руки! Пошли лучше чай пить, взбодришься немного, а то, мне кажется, ты переволновалась. Да и, признаюсь тебе честно, я тоже... - он вдруг осёкся, как-то нерешительно вздохнув, убрал руку с её плеча, отвернулся куда-то в сторону. А потом заговорил медленно, тихо и доверительно. - Вот честно тебе скажу, Светлова. Я ведь, дурак, был уверен, что ты на меня всё ещё обижаешься за прошлое. Перенервничал малость, всё боялся этой встречи. Думал, как оно между нами сложится. Вон даже Михалков - ну, старпом - это заметил, как ты поняла. Сам не свой ходил с того дня, как узнал о твоём назначении. Сильно я виноват перед тобой, Майя, - вдруг назвал он её по имени, в лицо поглядев наконец, при этом его собственное лицо слегка потемнело от вновь пережитых воспоминаний. - Ты уж извини, пожалуйста. Что было - то было. Тогда я не мог сказать тебе всего, обстоятельства так складывались. Но я очень ценю то, что ты тогда для меня сделала. Вообще всё, что ты делала.
Чижик замолчал, не зная, что тут ещё можно сказать. Жутковато было тогда, в пещере, зная правду, видеть, как девочка ради него кидается на рыцарей, рискуя своей жизнью, пробирается к нему, не желает его оставлять и бросать в беде им на растерзание. С её стороны это был Поступок. Хм, пожалуй, стоит ей это сказать.
- С твоей стороны это был Поступок, - серьёзно произнёс он.

А потом вдруг мягко улыбнулся и вроде бы повеселел. Приободрить её даже попытался.
- Слушай, ну я уже горю желанием попробовать твой чай. Ты ведь знаешь, что я чай люблю больше кофе? Для меня день, прожитый без чашки чая - попусту потраченный день, - бодрым голосом заговорил Фёдор Михайлович, возвращаясь к лиловому чемоданчику. - Мне надо, конечно, на мостик уже идти, но ради такого случая задержусь немного, минут на двадцать. Мы ведь успеем за двадцать минут почаёвничать? В крайнем случае, за полчаса.
Подхватив чемодан, капитан Чижик направился мимо продолжавшего полировать пол дроида к двери кабинета.
- Ромашкин - он да, сын того самого Ромашкина. Не забыла ещё мои занятия, значит, - и так он довольно это сказал, что определённо становилось ясно - для бывшего школьного учителя такое отношение к его труду очень ценно. Пусть даже помнила бывшая ученица немного и лишь по самым верхам. - Ну, у нас здесь вообще экипаж собрался славный. Каждый со своей историей. Каждый знаменит если не сам, то своими знаменитыми родственниками... - Чижик как-то разом осёкся и будто себя осадил, слишком поздно вспомнив, что говорит с дочерью капитана Светлова. - Ну, ты понимаешь, в общем.

И в этот момент Майкина идиллия была разрушена. Её королевство треснуло по швам и в царстве чистоты и санитарии, в свежем воздухе медотсека живо запахло тревожными нотками государственного переворота. Пушечным порохом запахло, значит, а в ушах загрохотала канонада артиллерийских орудий, заревели двигатели старинных гусеничных танков, зашипели воздушные подушки современных ховертанков. Приближаясь за спиной Чижика к своему кабинету, девушка увидела за стеклянной стеной, за своим рабочим столом, в своём любимом и удобном кресле... она увидела расположившегося там мужчину. Он оторвал взгляд от расположенного на столе ноутбука, в котором что-то сосредоточенно читал, заметил Чижика и Майю и поднялся с кресла. Одёрнул складки на белой рубашке и вышел из-за стола, оказавшись, помимо этой самой рубашки, в чёрных брюках.
- Ну что, Светлова, а вот и твой ассистент, - сообщил Фёдор Михайлович, ничуть не потрясённый случившимся, открывая дверь кабинета и проходя внутрь вместе с чемоданом.
Мужчина, так беззастенчиво восседавший на чужом троне, как-то добродушно и смешливо прищурился, встречая хозяйку кабинета, и дёрнул усом. А затем направился навстречу Светловой с протянутой в приветствии рукой.
- Доктор Григорьев, Игорь Кириллович, - сказал он мягким, дружелюбным и довольно приятным негромким голосом. - Лейтенант ВКС, но в нашей медицинской братии - и сестрии также - думаю, это имеет второстепенное значение, ведь правда? - улыбаясь, спросил ассистент.
Его улыбка казалась хитрой, но дело скорее всего было в особом прищуре, делавшем всё выражение лица несколько смешливо-хитроватым. Это была своеобразная черта внешности, и пока было невозможно судить, не пообщавшись с этим человеком, насколько она соответствует его характеру.

Платформа, подобно языку гигантского животного - синего кита какого-нибудь, - задвигалась внутрь корабля, и створки люка закрывались, как лепестки огромного цветка. Двое мужчин в военной форме один за другим шли навстречу ожидавшему их третьему, с нашивками майора на плечах. Эти двое были примерно одного роста, но совсем не похожи. Идущий первым брюнет казался намного крупнее за счёт мышечной массы, у него были широкие плечи, большие руки и спортивное телосложение, к тому же он явно был постарше. Следующий за ним рыжеволосый молодой человек лет восемнадцати на вид был, напротив, худощав, хотя это в принципе и могло считаться обычным телосложением, просто в сравнении со своим спутником он казался тощим и хлипким.
- Товарищ майор, разрешите доложить! - остановившись перед Кырымжаном, шедший первым мужчина вытянулся в струнку и козырнул. Чем-то он был похож на майора. Такой же крепыш с таким же суровым лицом. Только ростом повыше, хотя майор выдавался ещё и вширь, оттого они казались примерно одинакового телосложения.
- Разрешаю, - утвердительно кивнул Кырымжан.
- Сержант Громов и рядовой Стругачёв прибыли на «Данко» в ваше распоряжение для прохождения воинской службы, - чётко отрапортовал парень. Он потеснился в сторону, позволяя рыжему встать рядом с ним и козырнуть.
- Хорошо, - снова кивнул майор и, развернувшись, направился по единственному коридору в сторону подъёмника. - Следуйте за мной.
Громов двинулся следом, а Стругачёв пристроился за его спиной, с интересом разглядывая выходной отсек звездолёта. Давненько он на таких не летал.
- Можно подумать, без этой команды я бы сиганул вниз с платформы с криком «ааа, выпустите меня!», - буркнул Лёха себе под нос и скривился, когда на повороте локоть Громова больно ударил ему под рёбра.
Поймав выразительный взгляд сержанта - «пикнешь ещё раз - убью!» - юноша нахмурился и прикусил язык. Армия научила его быть сдержанным в достаточной мере, чтобы не получать взашей за каждое сказанное слово, но не смогла переломать ему хребет и изменить мышление. Каким был он ещё в детстве, таким и оставался. Просто теперь он стал взрослым и ответственности стало больше.
Майор вызвал лифт, а Лёха остановился позади Громова, удерживаясь от навязчивого желания поднять ногу и дать ему сапогом подсрачник.
  • Пост сокЪ!
    Красота и вкуснота.

    - Можно подумать, без этой команды я бы сиганул вниз с платформы с криком «ааа, выпустите меня!», - буркнул Лёха себе под нос и скривился, когда на повороте локоть Громова больно ударил ему под рёбра.

    Кырымжан точно подумает что на борт либо артистов цирка завезли, либо душевно-больных))
    А вообще очень рада Стругачёву. Ееее!!! Больше рыжих на борту :)
    +1 от Лисса, 13.11.16 19:15

Отчистившись от тины и смыв окончательно её следы и с тела, и с головы, Володя испытал заметное облегчение. Всё это время ему, правда, приходилось бороться со жгучим чувством стыда, но силой воли он заставил себя не подавать вида, что что-то не в порядке. Разве что слегка разрумянившиеся щёки и взгляд в сторону могли выдать его смущение. Такой эффект был вызван не только нахождением в чужом теле, но и тем кошмарным фактом, что ему пришлось находиться голышом перед несовершеннолетней девочкой, что попаданцу с разумом взрослого мужчины было трудно принять. Помогали здравомыслие и чистая логика, убеждавшая его в том, что сейчас он и сам в теле девочки, поэтому ничего криминального здесь нет.
Получив разрешение одеваться, он скрылся за ширмой, где оставил одежду Соловы. Так... блин, это опять ему надевать девчачьи шмотки. У них здесь вообще с выбором одежды не густо, должно быть. Дома бы он после всех этих процедур надел чистое. Тихо вздохнув и не став роптать по этому поводу, Володя принялся одеваться в порядке обратном тому, в котором раздевался. Сначала натянул панталончики, надел маечку и, не удержавшись, повернувшись спиной к выходу из-за ширмы на всякий случай, потрогал себя за грудь, слегка пожамкал, покраснел и потянулся за чулками. Их он надевал, как очень длинные носки, предварительно закатав, и затем перетянул красными ленточками. С его позиции ножки теперь выглядели... как-то даже неправильно. Волнующе. Называется: почувствуй себя извращенцем. Мысленно себя отругав, попаданец продолжил одеваться. Осталось только напялить и застегнуть платье, что было не проблемой, поцепить пояс на талию и обуться в сандалии. Шляпа и оружие прилагались. Кстати, удивительно, что у него не отобрали ничего из оружия - могли бы из предосторожности забрать. Это доверие даже немного тронуло Володю.
Перед тем, как надеть шляпу и выйти к Музе, он аккуратно ощупал болевшее место на голове, где была шишка, и ударенный эльфийкой лоб, а затем показался из-за ширмы. Времени одевание у него наверняка отняло больше, чем у Соловушки это обычно занимало, всё же для него это в первый раз, в непривычную одежду, да ещё и к свободе движений не до конца привык. Зато эта свобода чертовски позитивно сказывалась на настроении. Ей-богу, если это его второй шанс - он должен воспользоваться им сполна.
  • Хе-хе-хе, мальчи-и-и-ишки ^_____________^
    +1 от Random Encounter, 11.11.16 13:59

Не кричал на Майю капитан Чижик, не посылал её в неведому качелю, жаргонных и бранных словечек не использовал, не обзывался с высоты своего капитанского положения и не упрекал в нарушении субординации. Всё было куда проще, прозаичнее и жизненнее. Он просто стушевался от этого неожиданного её порыва. Усмехался над её шуткой (как он думал) про питьё кипятка из-под крана ещё секунды три, но смех мгновенно стих и быстро поугас, стоило узкой ладони Светловой с длинными пальцами коснуться его руки и затем крепко сжать её. При этом, что немаловажно, Майя смотрела ему в лицо и явно наслаждалась живыми эмоциями, не слишком-то часто посещавшими это самое лицо бывшего школьного учителя Чижика. То ли большой космос на него так повлиял, что он чаще стал улыбаться, то ли Майка своим появлением...
Ведь это же была бы ирония судьбы, что ледяная королева растопила лёд ледяного человека. Приятная, наверное, ирония-то. Как бы намекавшая, что лёд-то у этих двоих людей наносной, искусственный, как ледовый каток во Дворце Спорта в Лужниках, на котором даже летом можно кататься на коньках и даже играть в хоккей. Вот он, лёд, а выглянешь в окно - за ним травка зеленеет, солнышко блестит, ласточки в небе синем шныряют, и теплынь-то какая. За спиной - зима ледовая, за окном - лето жаркое.
Посмотрел он на неё в ответ немного вопросительно, по инерции продолжая улыбаться, но улыбка погасла быстро как-то. Что это сейчас было? - недоумевал Фёдор. Только что он сам себя разуверил в том, что шаг навстречу был со стороны Светловой проявлением доверия и дружбы, как она сама коснулась его руки и доверчиво сжала, будто подбадривая или одобряя. Чаша весов, мысленно нарисовавшихся в воображении капитана, с яркой красивой надписью, сделанной каллиграфическим почерком, «доверие» снова перевесила другую чашу, на которой корявыми полустёртыми буквами мелом, как на школьной доске, было выведено «Чижик дурак». А может, он и правда дурак и чего-то не понимает? Весы снова колыхнулись и пришли в равновесие. Баланс мыслей и чувств, гармония эмоций, сохранение каменного лица. Но ведь говорят, женская энергия - она текуча, как вода. А вода, как известно, камень точит.
- У нас несколько таких свободных помещений, - отстранённо как-то заметил Фёдор Михайлович, отвернувшись от девушки, чтобы поглядеть на приближающегося пилота. - Их подготовили для хранения образцов с найденных нами планет, пригодных для колонизации. Для каждой планеты своя комната. Но их можно переоборудовать при желании. Только лаборатория - она ведь и так есть. Зачем тебе вторая?
И то верно, в медотсеке была вполне функционирующая биологическая лаборатория. Ведь неизвестно же, чем члены экипажа могли бы случайно заразиться на неизведанных планетах в случае форс-мажора, если бы случилась неприятность со скафандром. Да и Майю собирались задействовать в экспедиции не только как доктора, но и как биолога тоже, а значит, именно на ней - и на докторе Григорьеве - лежит ответственность за биологический анализ взятых с планет образцов флоры и фауны, а также грунта и воздуха. Автоматика автоматикой, искин искином, дроиды дроидами, но живой человек-учёный всегда пригодится на такой работе, так как он может сделать неожиданные выводы, не предусмотренные ни одной программой искусственного интеллекта.

Нет, определённо Фотон Игнатьевич не умел общаться с девушками. Потому как рукопожатие он оборвал с некоторым опозданием, уже когда оно явно несколько затянулось, и как-то смущённо убрал руку, пожимавшую Майкину ладонь, за спину. Она этого уже не видела, но пилот поразжимал-посжимал пальцы этой руки за своей спиной. Это не было каким-то сигналом для находившегося сзади, прятавшегося за углом второго борт-инженера. Просто неуверенный жест человека, которого коснулся ангел. Рыжий такой и в веснушках.
Но если с прикосновениями ещё всё было хорошо, то их диалог со старшим лейтенантом Светловой как-то не задался в самом начале. О чём могут говорить доктор и пилот? Наверное, о погоде.
- Сегодня солнечная погода, лётная, самое то, - скажет пилот.
- Главное, не смотрите долго на солнышко, это глазам вредно, - ответит доктор.
- Я и не смотрю. Просто чувствую, как оно греет, - возразит пилот.
- Главное, не получите тепловой удар, находясь слишком долго на солнце, - предупредит врач.
А вообще, поговорить всегда есть о чём. О жизненно важных, простых житейских мелочах. Но для этого надо хорошо знать человека и представлять, на какие темы с ним можно разговаривать, а от каких ему сбежать от вас захочется. Ну, чтобы, когда его общество, значит, надоест, эти самые вредные темы стратегически поднимать. Стругачёв тому пример - он ведь пилотом был, а мог запросто болтать о чём угодно что с доктором Майей, что с доктором Аней. Особенно с первой, так как при Аньке он молчалив становился часто. Ну, вот прямо как Фотон Игнатьевич сейчас, слушавший неопределённую попытку девушки пообщаться, но не торопившийся ей отвечать взаимным эканьем.

Услышав, что собеседница «брешет, как блохастая Чубакка», Ромашкин недоумённо нахмурился, пытаясь её понять, и его губы как-то сами собой пришли в движение вместе с бровями и тоже нахмурились. Как могут хмуриться губы? Наверное, вы представили опустившиеся их уголки. Но нет, губы Фотона Игнатьевича хмурились по-другому, создавая на лице неповторимое забавное выражение человека весьма озадаченного некой загадкой, которая его ко всему прочему смущает. Они не опускались своими уголками вниз, они словно сами, целиком, опустились, слегка вытянувшись вперёд, как в самом начале поцелуя - ну, когда делаешь движение для вытягивания их в трубочку, но вместо этого просто слегка выпячиваешь их. И получается презабавный озадаченный вид.
- Взаимно приятно, - выйдя из лёгкого ступора, согласился Ромашкин, сопроводив это лёгким уважительным кивком. - Да, я слышал, что вы были ученицей капитана. Это... эмм... очень интересно... наверное...
И первый пилот также стушевался, не зная, о чём продолжать беседу. А потом у капитана Чижика заговорил голоком. И на этот раз брови Фотона стали медленно подниматься вверх, и губы, его губы - о ужас! - как приклеенные, последовали за бровями тоже вверх, всё так же вытянутые слегка вперёд. Ох, мимика у Ромашкина была как у актёров комедийного жанра, которые могли своим лицом убить наповал: Савелия Крамарова, например, или Роуэна Аткинсона, известного как мистер Бин. Не то, чтобы лицо Фотона было само по себе смешное, но было трудно без улыбки наблюдать за его мимикой, когда его ставят в неловкое положение или вызывают чем-то его удивление. Живое и подвижное лицо-то, и брови с губами словно в сговоре каком-то.
- Хм... пожалуй, я лучше пойду, Майя Юрьевна, - совсем немного подумав и проводив лиловый чемодан долгим взглядом, ответил на приглашение в гости пилот, перед тем похожим на Майкин жестом потрогав свой нос и, как ей показалось, тихо хрюкнув. И да, он тут же заулыбался. - Не сочтите за обиду, но нужно готовиться к взлёту. По неписаным правилам, нами же и придуманным, за час до старта все должны занять свои места и отслеживать показатели приборов. Чтобы всё было в норме и взлёт прошёл благополучно. Так что, мне надо быть в рубке. Может быть, позже, как выйдем в гипер...
Он не договорил, а следующий жест Майя узнала - два пальца у переносицы, будто поправлявшие несуществующие очки. Жест неуверенности. Так делают по привычке люди, долгое время носившие это устаревшее средство компенсации слабого зрения. Сейчас очки чаще носят как аксессуар, придающий особой изюминки имиджу. Для слабовидящих в моде разнообразие линз и продвинутая современная глазная хирургия, способная чуть ли не вернуть зрение слепому с рождения.
- Вы, Майя Юрьевна, это... хмм... - замялся пилот, не уверенный, стоит ли предупреждать доктора об очевидных вещах, тонкостях космических полётов, известных каждому звездоплавателю даже без всяких дипломов, - проследите, пожалуйста, чтобы во время взлёта чайничек не кипел... ну, чтобы печь была выключена. Техника безопасности, - извиняющимся тоном уточнил он, стоя с таким видом, словно ожидал отповеди в духе «не учите меня жить».
Заметив, как Майя помахала наблюдателю, Фотон оглянулся, но там уже никого не было видно. Когда же она отправилась следом за Чижиком, первый пилот повернулся и вошёл в лифт.

Всё-таки она его заметила, понял Раздолбайло, увидев этот жест дружелюбного приветствия, направленный в его сторону. Вот ведь, издевается ещё. Скрипнув зубами от негодования, техник быстро ретировался за угол, стащил с головы визор и, поднявшись с колена, торопливо направился в противоположную от медотсека сторону, стараясь ступать бесшумно. Как у Ромашкина, у него, конечно, не получится, но если постараться... чтобы хотя бы за поворотом не было слышно. Дыхательную маску он сорвал по дороге, сложив её и сунув в карман. Не хватало только встретить по дороге Юрия Саныча или Кырымжана - они бы стали допытываться.
И вдруг нога Ивана замерла на полушаге. Он оглянулся через плечо и расплылся в довольной ухмылке, после чего, надевая обратно маску, двинулся назад в направлении медотсека, к прежнему наблюдательному пункту.

Смущённый капитан дошёл до двери медотсека и потянулся к ней левой рукой, в которой держал книгу, чтобы открыть, как вдруг кое-что вспомнил и обернулся.
- Эмм... Майя... Юрьевна, то есть Светлова, - нахмурился он, досадуя из-за своей оплошности, вследствие которой чуть было не назвал девушку просто по имени, - так не надо орхидею-то в лифт. Оставь в коридоре. Твоя каюта находится на этой палубе.
Сказав это, Фёдор Михайлович всё же надавил на кнопку, и дверь медотсека, повинуясь этому несложному движению, послушно отъехала в сторону, пропуская капитана внутрь. Он туда тут же и направился, не забыв про чемодан.
За секунду до этого Фотон Игнатьевич нажал на другую кнопку и двери лифта закрылись, над ними зажглась красная лампочка, и подъёмник вместе с ироанской орхидеей и первым пилотом отправился на палубу A. На мостик, стало быть. Палубами на «Данко» назывались этажи или, как Майе было привычно во время учебных полётов когда-то давно, уровни. Только они не нумеровались, а почему-то именовались латинскими буквами.
  • За смущение
    +1 от rar90, 11.11.16 03:32

- Ах ты ябеда! - возмутилась девушка, но всё же подошла к вешалке и запахнулась в халатик. - Так что случилось? Чего это ты вздумал меня будить, да ещё так нагло?
- Так сложились обстоятельства, что мне необходимо...
- Алистер, будь проще! - с нажимом сказала Алиса и передразнила его. - «Так сложились обстоятельства»... Ты не на приёме у королевы... - она осеклась, - хм, ну ладно, продолжай, - милостиво разрешила девушка.
Он вздохнул.
- Короче, мне надо умыться, - он провёл пятернёй по волосам, - и привести себя более-менее в порядок. Можно это сделать у вас? - юноша кивнул на дверь в ванную.
- А душевые? - удивилась Алиса и тряхнула головой. - И, подожди, при чём тут мальки?
- Не мальки, а дети.
- Не придирайся к словам, - фыркнула она. - Мальки и есть дети. Сам же их так называешь.
+1 | Восход, 09.11.16 06:38
  • Милота. ^^
    +1 от alkadias, 09.11.16 16:49

Говоря по правде, белая и большая, круглая кнопка-то, выгодно выделявшаяся контурами своими в стене чуть более тёмного оттенка металла, чем она сама, эта несчастная кнопка была совершенно ни при чём. К счастью, от мощного бодрого хлопка капитана она нисколько не пострадала, лишь испуганно вжалась в стену, послушно выполняя свою работу, к которой её приговорил Фёдор Михайлович в добровольно-принудительном порядке, и вызывая людям лифт к выходному отсеку, или, как его ещё по-доброму называли космолётчики, к «выпускающей кишке», было и более злое название, но о нём мы умолчим. Бедная кнопка стала случайной жертвой разбередившихся мыслей капитана Чижика, и бил он её вовсе не со спортивной злостью бывалого охотника за рыжими вредителями, а исключительно потому, что ворох мыслей в голове не помещался и эмоциям требовался выход наружу. Он бы сейчас и гопак сплясал, ей-богу, чтобы выплеснуть переизбыток эмоций. А всё потому, что встреча с бывшей ученицей, с которой была пережита одна крайне неприятная история, очень уж разволновала всегда такого спокойного и уравновешенного человека, каким его знала Майя Светлова и её одноклассники.
Внешне это проявилось не только и не столько в таких вот всплесках эмоций, напугавших бедную кнопку и вызвавших удивление у девушки, сколько в излишней говорливости не очень-то любившего говорить про себя Фёдора Михайловича. Чижик мог разговаривать много и долго, но обычно это сводилось к беседам на определённые темы, обсуждениям каких-то рабочих или будничных моментов, и его словоохотливость никогда на Майкиной памяти не сворачивала на тему его прошлого, личного опыта, переживаний юношеских и детских. Для своих учеников он был Личностью без личности - этаким человеком без прошлого, но с ярко выраженным настоящим. Характерным педагогом, о котором не нужно знать ничего более, кроме самого факта его существования. Хотя девочки - о да, они пытались что-то узнать о нём. Но получалось мало. Родился на Фобосе, детство провёл на Марсе, учился на Земле... А что личность? Тайна за семью печатями. Но не женат и знакомств, которые могли бы говорить о том, что будет женат, замечено не было. Естественно, что о нём могли слагать легенды, и не всегда эти истории красили его с лучшей стороны. Порой такие глупости выдумывали...
И вот, здесь и сейчас, замурованная демонами в лифте, Майя Светлова узнавала своего вымышленного героя с новой стороны. Он оказался Личностью с прошлым, и это прошлое было не лучше, чем у любого другого взрослого человека, взрослого мужчины. Картина из воображения рушилась на глазах. Печати срывались одна за другой, чтобы явить очам, скрытым под безжизненным стеклом солнцезащитных очков, истинную тайну её героя... которая заключалась в том, что был он не героем, а обычным человеком, со своими достоинствами и недостатками тоже.
Зачем же он раскрылся ей и сорвал с себя ореол загадочности, так нравившийся в нём Майе? Скорее всего, он увидел в ней взрослого человека, перед которым можно побыть самим собой, не заботясь о том, что должен служить примером для подражания. С которым можно поделиться наболевшими историями из прошлого. По правде, Светлова ведь сама начала эти откровения, от души потчуя бывшего учителя правдивыми рассказами о том, как ей у него училось, и признавалась в таких вещах, что, не будь за Чижиком-то у самого рыльце в пушку, ему бы её профессиональная медицинская помощь понадобилась бы прямо на месте.
- Ох, Светлова... - схватился бы он за сердце, лиловый чемодан по пути к лифту уронив. - Что же ты делала? Как ты могла? Я же к вам со всей душой, со всеми своими знаниями педагогическими, а ты... ты надо мной издевалась... ты пузыри из жвачек выдувала!.. Ох, сердце... сердце... я этого не переживу...
А вообще, сердечников в космос не берут.

Её папа поступил бы так же. Опять она в пример приводила своего отца. Собственно, бедная кнопка от этого незаслуженно и пострадала, когда Майя предложила Фёдору Михайловичу поступить точно так же, как её отец. Она сравнила Чижика со Светловым, и Чижику это сравнение не понравилось. Не то чтобы от одного упоминания знаменитого капитана, метящего в адмиралы, у него начинался сразу нервный тик, но попытка поставить Юрия Светлова в пример того, как нужно поступать ему, Фёдору Чижику, категорически не понравилась молодому капитану, ни в какие адмиралы пока не метящему и в большую политику нос не кажущему. Тут поводов для волнений и так предостаточно, чтобы ему показывали кино с главным героем-карьеристом, восхищались им и советовали поступать точно так же.
Чижик промолчал, не став этого говорить Майе по ряду причин. Причин уважительных, а не выдуманных с целью оправдать своё молчание. Во-первых, он не хотел плохо отзываться об отце девушки, особенно после того, как они с ней смогли поладить, и едва начавшиеся - или продолжившиеся спустя годы разлуки - добрые отношения никак нельзя было рушить неосторожным словом. Во-вторых, он и в самом деле считал своё мнение о Светлове достаточно субъективным, вполне возможно, даже предвзятым, чтобы не навязывать его окружающим, и уж тем более незачем о нём говорить дочери капитана. В-третьих, и это тоже было важно, здесь на корабле повсюду камеры, установленные Службой Безопасности, и такие вещи лучше не говорить вслух. Да их мог прямо сейчас слышать Майин отец, если бы захотел посмотреть, как там встречают его дочь.
Говорить с Майей не стал. Поговорил с кнопкой вызова лифта. После чего с каменным лицом выслушал похвалу. «Мой папа поступил бы так же, капитан...» И что, ему теперь возвращать этого человека на корабль? Но его место уже занято. Да и плохой это человек, с чёрствой и мелочной душонкой, сам ввысь по карьерной лестнице стремящийся, но не слишком удачно, то и дело спотыкаясь, а оттого завидующий тем, кто успел большего добиться. Так что, проглотил эту похвалу Фёдор Михайлович как горькую пилюлю. Проглотил, не поморщившись и слова не сказав. И смотрел на своё холодное отражение в зеркальных стёклах очков старшего лейтенанта, думая о том, что надо бы следить за своим языком в разговоре с этой девушкой. Не ровен час, проговорится о своём отношении к её папе...

Не уследил за языком-то. Правда, о другом проговорился. О Страшной Тайне из своего ученического прошлого. Рассказал про проступок, который мог поставить его карьеру и место в училище под большой вопрос тогда. Сейчас-то уже ему ничего за это не сделают, дело прошлое. Однако стыдно-то как перед Светловой! Хороший у них был учитель. Вот прямо-таки пример для подражания. Бери и пей, и про закусь не забудь.
- Спасибо, Светлова, - сдержанно и грустно улыбнулся он, когда девушка пообещала хранить врачебную тайну даже под пытками повелителя зла, - ты настоящий друг.
Хоть необходимости в этом особой-то не было, экипажу лучше не знать, меньше разговоров, шуточек да кривотолков будет. Подхватив ручку чемодана, капитан Чижик таким же бодрым шагом двинулся следом за Майей. Повернув направо, впереди она увидела конец коридора, упирающийся в большую дверь с табличкой «Медицинский отсек». Если же от лифта повернуть налево, то коридор заворачивал ещё куда-то в левую сторону.
- Ну, за горячую воду ты-то не беспокойся, - хмыкнул он, остановившись позади девушки. - У нас цивилизация, конец двадцать второго века, даже на звездолёты водопровод завезли. А уж в медотсеке это первая необходимость. Будет тебе и холодная, и горячая вода. Качественная, отфильтрованная, не то что из-под кранов в странах третьего мира течёт. Запасы воды ограничены, конечно, ведь мы в незнакомую часть Галактики отправляемся - кто знает, удастся ли там найти источники чистой воды. Но на три месяца нам её хватит с запасом, если не расходовать попусту в больших количествах. Плюс, в экстренном случае можем запросить доставку транспортом к окраинам Зельца. Но я верю, что мы найдём воду.
Тут капитан вспомнил кое-что, что его поначалу удивило в речи Майи.
- Погоди, ты сказала: орхидею оставить в лифте? - брови мужчины недоумённо поднялись вверх, а лицо приобрело то знакомое, немного глуповатое выражение, которое редко, но бывало у Чижика ещё на уроках, когда ученики придумывали особенно оригинальные и правдоподобные розыгрыши, вызывавшие его искреннее удивление. Ведь всё вроде же так логично складывалось до сих пор. Любимая девятилетняя орхидея, которая просто обязана стоять на любимом месте в любимом медкабинете доктора Светловой. И вдруг: оставить её в лифте. Пусть даже временно - это было как-то... парадоксально. Однако, понимание довольно быстро обозначилось на лице бывшего учителя. - Ты хочешь поставить её в своей каюте? Или в живом уголке?
Ну да, последнее особенно логично. Живое растение в живом уголке. Можно было сразу догадаться.

– Я не намерена бегать за горячей водой по всему кораблю, как распоследняя идиотка. Это нелогичная трата времени. Логично, чтобы мой чайник всегда находился рядом со мной. Да! Мой строгий Чайник Трезвомыслия!
Как много пафоса и пустого трёпа! Орхидею в лифт вот только, пожалуйста, не надо, взмолился Дятел, осторожно выглядывая из-за угла на вышедших из подъёмника капитана и доктора Светлову. Присев на одно колено, он с любопытством рассматривал девушку, жалея, что её верхняя половина лица сейчас скрыта очками, да и в целом, несмотря на всю узкость капитанской спины, он её предательски заслонял от любопытствующих глаз, вооружённых очками-визором с многократным увеличением картинки с минимальной потерей в качестве. Очки эти больше всего напоминали две тонкие прямоугольные мармеладины густого тёмно-жёлтого цвета, в белой пластиковой оправе с колёсиками-регуляторами и переключателями сбоку. Так что Раздолбайло очень хорошо и вблизи видел и спину Чижика, и лиловый чемодан в его руке, и частично хозяйку этого чемодана, а главное - ненавистную ироанскую орхидею в её руках. Ваня даже оскалился злобно, глядя на проклятый цветок.
И в этот момент, по всем законам подлости, ну, или если угодно, по законам жанра, на плечо второго борт-инженера опустилась сзади чья-то рука. Ваня слегка дёрнулся от неожиданности и быстро подался назад, но именно в это мгновение, когда парень сделал движение за угол, его заметила Майя, стоявшая лицом к Чижику, вышедшему из лифта, и соответственно к тому углу, за которым скрывался техник. Исчез он слишком быстро из поля зрения, чтобы девушка успела рассмотреть его лицо, но причёска а-ля волосы дыбом запомнилась ей ещё из медкарты. Это не мог быть ни кто иной, кроме Ивана Раздолбайло.
- Что-то интересное увидел? - очень тихо поинтересовался Фотон Ромашкин, дружелюбно улыбнувшись пойманному с поличным борт-инженеру. И показал на маску, скрывавшую нижнюю половину его лица. - А это зачем?
- Фух, это ты... - счастливо выдохнул Ванька, увидев перед собой не Романовского и не Чингизхана, а тихого и скромного парня с чудным, прямо-таки космическим именем Фотон. Техник держался за сердце и шептал. - Меня чуть инфаркт не хватил. Бросай уже привычку так подкрадываться к людям. Ходишь по кораблю, как призрак коммунизма... Это дыхательная маска, ваш кэп.
- За кем ты там подсматриваешь? - не обращая внимание на болтовню Ивана, пилот подался было вперёд, желая выглянуть из-за угла, но был остановлен товарищем.
- Тихо, там эта новенькая, наш доктор... и Чижик с ней, - предупредил он. - И у девчонки ироанская орхидея, а мне от них плохо.
- Иван, вам разве в школе не говорили, что за девочками подсматривать нехорошо? - улыбка Ромашкина стала шире, но оставалась такой же дружелюбной.
- Иди ты... - тихо фыркнул техник. - Сам, небось, пришёл на неё поглядеть.
- Не буду отрицать, - кивнул Фотон, - пришёл познакомиться и посмотреть на единственную девушку на корабле.
- На, посмотри, - Раздолбайло начал снимать визор, но пилот его остановил движением руки.
- Нет уж, я хорошо воспитан, в отличие от некоторых.
Фотон Ромашкин оправил безупречно выглаженную синюю форму пилота с эмблемой «Данко» на груди, выглянул наполовину из-за угла и помахал Майке, после чего показался целиком и неторопливо направился к ней и Чижику. Ванька же снова начал подсматривать, не догадываясь, что Светлова его попалила.
  • Думала какой пост оценить, крайний или вот этот, но выбрала этот. Потому что здесь появление Крыська, и разрушение такого романтического момента и неприязнь к Светлову. Прямо целая куча годноты.
    Хе-хе, но появление Крыська в очках, конечно, поломало всю драмму, заставив меня смеяться в голос))
    +1 от Лисса, 08.11.16 09:39

- Оля, что-то не так? - вдруг невпопад спросил товарищ полковник, немного хмурясь. - Если я тебя чем-то обидел, то скажи чем, чтобы я хотя бы знал, за что мне искуплять провинность. Я не понимаю...
+1 | Женский день, 07.11.16 14:38
  • Когда с внезапного поступка мастерского персонажа фигеет не только персонаж, но и игрок - это круто:)
    +1 от Dominga, 07.11.16 18:36

Все эти люди, которых здесь уж не было, будто тени прошлого, оставались вместе с продолжавшими путь, покуда была жива память о них. Покуда оставленные ими предметы, словно бы на сохранение, словно бы ждущие своих хозяев, которые вот-вот вернутся, лежали в волокушах, заботливо покиданные туда в хаотическом порядке Ульрихом. Дух всех тех, кто прошёл этот путь с ними и кого Сильмини так мало знала, особенно Ричарда, этот дух... он был здесь. Стоило только коснуться струнами воспоминаний ушедших, улетевших или павших былых товарищей, тотчас же он откликался и послушно рождал связанные с ними образы. Вот Валар, нежно обнимающий коднарицу. И почему он ушёл? Вот Мэль, женщина-загадка, она будто была и будто её и не было, появилась из ниоткуда и исчезла в никуда. То же можно было и про Кристиана сказать. Хотя он так, просто прохожий на пути, такой себе мимокристиан. А вот Ричард... от него и не осталось ничего, кроме воспоминаний, и тянущегося от него следа проклятий, взятых на себя ещё живыми его спутниками. От ведьмака и оборотницы хоть травы остались, да зелья, да что-то, что Мэлья готовила да недоготовила. Надо бы взглянуть на это... может, там что-то отряду полезное будет.

Вжжжик!

- Прости, создание Кумы... - прошептала целительница, увидев, что стрела впилась в шею хармузде и что на ту набросилась Цера, без шансов для плюющегося огнём и ядом зверя на спасение. На что способна химера, Сильмини уже видела. - Покойся с миром...
Победа была одержана как-то слишком уж быстро и легко, Лес прав. Это вызвало у альвари определённые беспокойства. Опустившись на колени на траву, она вскинула голову, пристально вглядываясь в мрачное небо этого мира, подозрительно обводя взглядом небесную ткань в поисках других хармузд. Где одна, там могут быть и другие. Не доверяла Сильмини этому миру, насквозь прогнившему под ядом Кумы, и не только её одной, по-видимому. Ведь был ещё Эгерей.
- Логика у Тебя, Бесценного, отсутствует как таковая, видимо, - вздохнула эльфийка, не оборачиваясь, чтобы гневно посмотреть на мальчишку, продолжавшего гнуть свою линию, что ей очень не нравилось. Потакать его прихотям в дальнейшем она не собиралась. - Как думаешь, зачем - пусть и случайно - я тебя магии лишила? Не для того ли, чтобы ты до Фонтана мог дойти? Туда и идём. Только мост пока восстановится...
Она оправила серебряную прядь за ухо, словно бы демонстрируя, что оно не такое острое, как он говорит, любовно провела ладонью по дуге лука, коснулась пальцем тетивы. И всё это - не отрывая взгляд от неба.
- Пока не знаю, победили ли, - напряжённо ответила девушка. - Но сомневаюсь, что это вообще была атака. Скорее... на разведку боем похоже. У нас кх'нуры так делают. Пускают в бой, на погибель, небольшие силы, чтобы узнать численность и вооружение погранотряда. Затем уже решают, нападать основными силами или мы им слишком не по зубам.
Она отвела взгляд от неба и поискала, где там Претендент с его трубкой.
- Почтенный, мне кажется, вы что-то знаете о Куме. Расскажете, как она появилась в этом мире? Или ты, Лес? Ты что-нибудь о ней знаешь? Какие у неё слабости есть?
Вообще, Сильмини хотела о том у Хранителей узнать. Но покуда дороги по мосту нет, можно и спутников ведающих расспросить.
А Феари... там ведь Ульрих и Цера, они помогут колдунье. Вон как рыцарь гемландский и химера незнамландская легко с врагами своими справились. Ох... как же хочется на ту сторону... ведь Ульрих, кажется, ранен был.
+1 | Следы на песке, 04.11.16 13:19
  • Вы победили хармузду! :D)
    +1 от Лисса, 06.11.16 10:07

Если по правде, то примерно такого ответа на свой вопрос про дружбу Чижик и ждал. Опасался худшего, но надеялся и верил всё же в лучшее. Он вообще по жизни старался верить в лучшее в людях. Не всегда удавалось, это правда, но он старался. Даже в Стругачёве видел большой потенциал, и это невзирая на всё его поведение, явно противоречившее тому, что требуется от настоящего профессионального космолётчика. Зато были у Алёши, помимо недостатков, замечательные человеческие достоинства - он был верным другом, находчивым парнем и на него можно было положиться в трудную минуту. И ещё он был большим оптимистом. На эти качества, найденные в пареньке, и опирался его бывший преподаватель звездоплавания, когда закрывал иной раз глаза на его явные нарушения, ограничиваясь лишь устными замечаниями и нотациями. Детям казалось, что Чижик строгий, но они не догадывались, что, действуй он по всей строгости, Стругачёв бы получал совершенно плохие оценки по поведению и его могли бы уже отчислить из МЗУ на момент учебных полётов.
Худшего не случилось, и Майя в своей непринуждённой манере подтвердила, что они с Чижиком друзья. Можно было вздохнуть с облегчением - и бывший учитель это сделал, даже спина как-то выпрямилась, раньше будто бы отягощённая весом Светловского чемодана. Речь девушки вызывала добрую усмешку. Трудно было не улыбаться, слыша, как она забавно выстраивает фразы, придумывает новые словечки, рассказывает истории. Светлова была в своём репертуаре, только... действительно, повзрослевшая версия той девочки. Честно сказать, приятно было её послушать. И ещё приятнее осознавать, что она тебе искренне рада и её обещание дружбы - не лицемерие и обман, а правда на все сто светловских процентов, как она вроде бы любила говорить. Ну да, вот только что сказала.
- Ох ты, правда, что ли? - он удивлённо оглянулся на орхидею, как оказалось, прожившую неплохой век и многое повидавшую на этом своём веку. - Какая важная барышня, - усмехнулся Фёдор Михайлович. - Ну, на Ироан нам, к сожалению, не по пути, но, может, ещё слетаем как-нибудь... Данкийцы? Почти как данкисты... хм, нет, так нас с дантистами путать будут, лучше твой вариант, - пошутил Чижик. Он решил не комментировать фразу про «великолепных парней», говоря, что данкийцы - не только парни, оказывается. Ну, как-то оно не в тему было делать такое замечание.

А потом Майя Юрьевна Светлова сделала ему пас. Это было неожиданно для Фёдора Михайловича Чижика. Даже нечестно, можно сказать, после услышанного объявления дружбы слышать встречные вопросы на ту же тему. К этому времени они вынуждены были остановиться на секунду, так как, свернув за поворот и пройдя до конца коридора, дошли до тупика с большой круглой кнопкой белого цвета в стене, на которую капитан от души надавил, хлопнув по ней с такой силой, словно бы выползшего из щели космического таракана давил. Раздался мелодичный звук, оповестивший о скором прибытии подъёмника, а пока тот до них добирался, Чижик повернулся к Майе. Он слушал её откровения, слегка подняв левую бровь, и не знал, то ли плакать ему, то ли смеяться. Все эти её признания и страхи его разочаровать были пережитком детского возраста. Кое-что он даже замечал из её тайных планов его выбесить, хоть и не знал причин этого. Думал, просто не нравится как учитель. Часто такое бывает, не обижаться же на каждого ученика, которому не симпатичен. Окончательным аккордом стал её вопрос, всё ли у них нормально. Вот он, момент, когда Светлова взмахнула ракеткой и отправила волан дружбы обратно ему. Ловите, Фёдор Михайлович, не упускайте и отбивайте! Неужто они весь полёт вот так станут перепасовываться? Хотя, он ведь понимал, что их отношения будут непростыми.
- Напрасно ты переживаешь, Светлова, - сдержанно и будто вымученно улыбнулся он. - Всё нормально. Все дети... ну ладно, не все, но многие дети твоего тогдашнего возраста так делали. У каждого это по-разному проявлялось. Обижаться на такие вещи, да ещё и держать обиду столько лет на уже взрослого человека - себя не уважать, - покачал головой Чижик.
Двери лифта открылись, он повернулся и направился в подъёмник, гордо неся Майкин лиловый чемодан и подарочную книгу, как она - свою орхидею.
- Ну и хорошо, что ты на эти слухи внимания не обращаешь, - заметил, проходя внутрь и разворачиваясь лицом к выходу, на Майю глядя. Чемоданчик он временно поставил на пол подъёмника, опустив руку вдоль тела. - Хотя, не так уж много об этом говорят, если говорят вообще. Я только пару раз слышал, чтобы экипаж в разговоре упоминал, что ты дочь Светлова. Здесь каждый - профессионал в своей области, не последний человек на Земле. И чаще я слышу, когда случайно прохожу по коридору мимо беседующих, что капитан Чижик здесь не на своём месте, что он бывший учитель и выскочка. Правда, последнего, кто меня так назвал, по моей просьбе уже исключили из экипажа. - Глаза Фёдора Михайловича при этом недобро блеснули. Или то отразился свет мигающих лампочек под потолком кабины лифта.

Он даже не сразу понял, про какое кино говорит Майя. Только сопоставив это со словами о дне рождения, догадался, что речь идёт о том злополучном ролике из сети. Чижик усмехнулся, вспоминая, как ему однажды его показали, зная, что он был учителем Светловой. Показали специально, чтобы увидеть его реакцию и потешиться над ней. Мол, смотри, что вытворяет твоя бывшая ученица, та самая дочка капитана Светлова. И как не стыдно так позорить родного отца, не говоря уже о бывшем учителе... Тогда он просто промолчал. Посмотрел на того человека холодным недружелюбным взглядом, в котором притаилась лютая стужа, царящая на поверхности спутника Марса, где родился Чижик. Того самого, в честь которого был назван учебный корабль «Фобос». Посмотрел и, ни слова не говоря, развернулся и ушёл. Больше он с этим знакомым не заговаривал. Тот ещё мудак, если по чести.
Позднее Фёдор проверил, насколько правдиво было то видео. Нынешние средства видеомонтажа позволяли сделать практически что угодно практически любого качества. Но репортажи в новостях всё подтвердили. Ошибки быть не могло, хоть до конца и не верилось. Однако... у девочки был день рождения. И это можно было понять.
- Я тебе расскажу одну историю, Светлова, - дождавшись, когда девушка пройдёт внутрь, и нажав на кнопку с латинской литерой E, заговорил Фёдор Михайлович. - Не у меня, но у одного моего одноклассника, был день рождения. Справляли его семнадцатилетие как раз. Мы все пришли к нему в гости, вручили подарки, сели за стол... Он особо не отмечал, нас было мало, и одни только парни. Так что скоро мы перебрались в сарай - ну, он там облюбовал себе как бы комнату отдыха. А в сарае том обнаружилась пара ящиков пива и хороший запас копчёных куриных окорочков и крабовых палочек на закусь. Ну, нам по шестнадцать-семнадцать было, все ученики МЗУ - считай, люди взрослые, присмотр не нужен. Начали пить... а что было дальше, я не помню. Мне потом дядя, у которого я жил, рассказывал, что друзья привезли меня, извини за шокирующие подробности, в стельку пьяного и... ну, запачканного, в общем. А друзья рассказали, что я буянил, искал по всему сараю командный мостик и песни горланил, - рассмеялся Чижик, слегка краснея, между прочим, от таких откровений. - Об этом никто не узнал. После этого случая я перестал употреблять алкоголь. Иногда только в праздник позволял себе бокал шампанского или вина. Вот так. Делай выводы, Светлова, - весело закончил капитан. - А мы приехали. Вот оно, твоё царство. Принимай, королева медотсека.
За открывшимися створками лифта пока был виден только коридор, ведущий влево и вправо.
- Тебе направо, - уточнил Фёдор Михайлович. - Это будет первый пункт твоей экскурсии по кораблю. Оставим здесь чемодан, орхидею и продолжим экскурсию. А? - поинтересовался он мнением девушки.
Похоже, что отвечать на её вопрос он не хотел, считая ответ очевидным.
  • за жизненную историю :)
    +1 от rar90, 04.11.16 07:55

Довольная сделанным ей комплиментом, Кизуна поглядела вслед Рюджи, но благодарить его не стала - он сегодня был не особенно вежлив. Но, конечно, она его уже простила, просто вредничала немного. Да и с Лайтом он обошёлся довольно грубо, можно сказать, нахамив. Ки-тян бы не удивилась, если бы тот на него обиделся ну и... как-нибудь бы вспылил. Хотя да, это не в характере вечно спокойного Хицугая-куна. Вон он уже книжку читает, снова нацепив свою маску «я умер и лежу в гробике». Кизуна с тихим вздохом откинулась на спинку сидения и устремила взгляд вперёд, изучая затылок Моко-чи. Постепенно взгляд девушки становился расфокусированным и каким-то мечтательным.

  • Любовные страдания XD
    +1 от Random Encounter, 03.11.16 10:51

- Ну, здравствуй, пчёлка Майя... ой, то есть я, конечно же, хотел сказать: здравия желаю, старший лейтенант Светлова. Простите мне мою бестактность, док, - пальцы второго борт-инженера защёлкали по терминалу с неповторимой скоростью как минимум олимпийского чемпиона по быстропечатанию, и изображение рыжеволосой девушки, только что сошедшей с принимающей платформы «Данко», сильно приблизилось, при этом картинка слегка пошла квадратиками. - Вот жлобы, поскупились на нормальные камеры с толстой матрицей. И с таким железом СБ-шникам приходится работать. Да ни черта же не разобрать... - тихо бормотал Иван, пытаясь отрегулировать резкость при помощи тонких настроек видео и наложения фильтров, подавляющих искажения нечёткой картинки.
На пару секунд отвлёкшись от работы, Ваня воровато огляделся. Романовского где-то носило с самого утра, и инженерный отсек оказался в полном распоряжении Дятла. Здесь его так прозвали за звучную фамилию Раздолбайло - удивительно, как с такой фамилией вообще в инженеры взяли, не говоря уже о знаменательном полёте. Хоть бы Юрий Саныч не появился в самый неудобный момент - конечно, ему будет плевать, что его помощник смотрит в рабочее время видео с миловидными рыжими барышнями, даже будь эти барышни фигуристыми, без одежды и говорящими не сто слов в минуту, а всего одно, но протяжное «ох!» или «ах!» - кому что больше нравится. Но вот за то, что Ванька без спросу влез в СБшный компьютер, ему крепко влетит. И не от Романовского - у него хоть рука и тяжёлая, но стукнул бы разок и успокоился. Просто... наябедничает ведь этому недобитому Чингизхану, а у майора не то что рука - взгляд из-под нависших бровей тяжёлый. Словно щели крупнокалиберных орудий на тебя смотрят. Кайрат может и с корабля его турнуть, пока ещё не взлетели. Или отправить на помощь Спартаку, оттирать пол камбуза и чистить унитазы зубной щёткой. Военщина же, чтоб её! Ох-хо-хо, хоть бы не попасться...
- Так, ладно... вот... вот... вот так уже лучше... а ещё этот, - приговаривал по привычке вслух Раздолбайло, пробуя и добавляя различные фильтры. Изображение Светловой на экране стало намного более чётким. - Отлично. Думаю, большего с этим старьём не добиться.
Он ещё больше приблизил картинку, придирчиво изучая фигуру застывшей на экране девушки. С интересом изучил принт на верхней футболке и погладил толстого серого и полосатого кота, спавшего на коленях второго борт-инженера. Тот от прикосновения лениво открыл свои зелёные глаза и, щурясь, поглядел на Ивана.
- Погляди, Мотя, на это рыжее конопатое чудо. На эту лыжную валькирию, - парень чуть приподнял кота на руках, показывая ему Майю. - Что скажешь? - спросил он с таким интересом, будто ожидал услышать от животного обстоятельное и развёрнутое мнение. Но тот только лениво глянул на экран и отвернулся. Рыжие двуногие самки его абсолютно не привлекали. Разве что у них было что-нибудь, чем можно заинтересовать кота. Ну там, рыбка или сметанка. Мяу.
Поглаживая Мотю одной рукой, другой Иван приблизил картинку ещё больше и отцентрировал по лицу Светловой. Которое изуродовала на застывшем изображении ужасная половинчатая улыбка, словно бы уголок губ девушки вдруг дёрнулся и застыл в неестественном положении. То ли в попытке улыбнуться, то ли оскалиться. Как допотопные японские роботы, что в начале прошлого века пытались неудачно симулировать человеческую мимику. Нынешние роботы уже могут, страшное дело ведь. Жаль, что Содружество запретило создавать роботов, внешне неотличимых от человека. И чего боятся? Насмотрелись древних ужастиков про Терминаторов всяких. А Ваня, может, всю жизнь мечтал о рободевушке, исполняющей любые его прихоти. Ну, или хотя бы о личном двойнике-Электронике...
- Жуть, - прокомментировал он половинчатую улыбку Светловой. - Ладно... Посмотрим на тебя вблизи.
Ещё разок воровато оглянувшись и опустив кота на пол, второй борт-инженер поднялся с кресла, подошёл к двери, высунул голову в коридор и, не заметив опасности, втянулся обратно в инженерный отсек и закрыл дверь на магнитный замок. Раздался характерный щелчок смыкающихся частей. После этого Иван вернулся к терминалу и парой движений активировал голопанель рядом с главным инженерным компьютером, передал на неё изображение и запустил проектор. С лёгким потрескиванием из панели вырос голубой луч, раскрылся в ширину и превратился в голографический экран, а потом рядом с компьютерам возникла полупрозрачная фигура Майи Светловой в полный рост. Рыжеволосая девушка застыла с этой своей жуткой улыбкой, солнцезащитными очками и чудовищным растением в руках (хоть бы Мотя его сожрал!). Нет - это же додуматься надо! - притащить на звездолёт нечто подобное! Она что, не читала медкарты экипажа? Да Ивану же теперь дорога в медотсек - всё равно, что путёвка в ад.
- Итак, Майя-Майя-Майя, - скороговоркой произнёс имя девушки Дятел, деловито приблизившись к голограмме.
Остановившись прямо перед ней, он принялся беззастенчиво разглядывать старшего лейтенанта и главного медика корабля, изучая каждую деталь внешности с головы до ног. Руки при этом он заложил за спину, чтобы казаться себе более важным. Ну прям не второй борт-инженер, а капитан Раздолбайло.
- Чёткость фиговая, ну да ничего. И так видно, что ничего не видно, - бормотал он, в этот момент придирчиво разглядывая футболку Светловой пониже шеи. - Ни фигуры, ничего... только мордашка симпотная. Без этих ужасных пятен, в народе именуемых веснушками, и кошмарной улыбки - было бы куда лучше. Говорят, ты непревзойдённая лыжница, - сказал Иван голограмме и хмыкнул. - Хотел бы я увидеть тебя бегущей в лыжах по кораблю. И рожу Чингизхана при этом, - Ваня радостно усмехнулся от одной этой мысли, он очень преданно и нежно «любил» майора Кырымжана. Любил видеть, как тот злится - когда эта злость была направлена на кого-нибудь другого. А Майя уже успела его, кажется, зацепить своей остроумной фразой. - Да, не красавица ты, Майя Светлова, с Варенькой тебя не сравнить... Впрочем, если накрасить и приодеть... - Ваня задумался, пытаясь примерить этот образ к голограмме. - Хм, то, может, очень даже ничего. Глаза у тебя красивые. И росточком в самый раз, - Раздолбайло уже обратил внимание, что прибывшая на корабль докторша уступает ему в росте пару сантиметров. Для парня, все девушки вокруг которого выше его, это было неоспоримым достоинством Светловой.
Борт-инженер поглядел в потолок, сложил руки перед собой в молитве и с улыбкой заговорил нараспев:
- Спасибо тебе, Господи Исусе, за то, что я у мамы один такой, вам, капитан Светлов, за это чудное явление, пришедшее на наш корабль, и вам, академик Иоффе, за то, что не убоялись предоставить нам хотя бы одну женщину на борту... пусть и такую мелкую, - Иван мечтательно вздохнул и отправился в своё кресло.
Голограмма Светловой погасла, а на экране ожила картинка.
- ...прогуляюсь на экскурсию, - говорила Майя капитану Чижику. - Ведите! И хорошо бы в сторону медотсека - надо до отлёта всё перепроверить. Поганистый я буду доктор - если только в своё удовольствие с вами болтать стану...
Она что-то ещё говорила - вообще девица трещала без умолку, и это слегка напрягало Дятла, который себя считал чемпионом мира по красноречию... ну, при условии, если разобщался, так-то он больше помалкивал. В общем, похоже, будет у него конкурентка.
- Так, медотсек, - Иван вскочил с кресла, пригладил свои непослушные волосы, - медотсек... а вы точно туда пойдёте? - склонился он над экраном, вслушиваясь в продолжение разговора.

* * *

Похвалы от бывшей ученицы - что может быть приятней учителю? Тем более, если они заслуженные и справедливые... ну, не будем скромничать. Очень много усилий приложил бывший школьный преподаватель Чижик для того, чтобы стать космическим капитаном. Слишком много стараний было вложено, чтобы теперь отнекиваться и говорить, что ему просто повезло и на его месте мог оказаться любой другой, да хоть тот же Генка Михалков. Ведь после того злополучного эксперимента карьера Чижика пошла вгору - его труд был оценен по достоинству. На самом деле, пусть у них и вышел провал, эксперимент сочли несостоявшимся по причинам, не связанным с его непосредственными участниками. То ли дедушка Крамера, то ли отец Светловой постарались подать всё в таком свете, будто эксперимент был прерван исключительно по вине тамошних гигантских пауков, и никаких внутренних конфликтов не было и в помине. Чижик знал, что проект не закрыли. Эти изверги собирались уничтожить паучье логово, привести в порядок рабочую площадку и отправить туда других детей. Но, так как запуск первого межгалактического корабля Земли с экипажем из детей отложили, то, видимо, что-то не задалось. То ли пауки оказались несговорчивы, то ли дети обиделись, как Светлова и Стругачёв, покинувшие училище один за другим сразу после возвращения. Может, и остальные отчислились, этого Чижик уже не знал, так как и сам ушёл из МЗУ. Ушёл набираться опыта в космосе, имея на руках отличные рекомендации. У него не было желания ими пользоваться, но его не спрашивали. В эпоху компьютеров и интернета такие вопросы часто решаются без участия заинтересованной стороны.
А как же, вы спросите, его тяга к педагогике? После возвращения Фёдор Михайлович не мог смотреть ребятам в глаза. Не только тем, что были с ним на «Фобосе», но и всему остальному классу, да и параллельным тоже. Вести предмет ему теперь было тяжело. Он по-прежнему любил детей, но... по крайней мере, на звёзды смотреть ему было всё ещё легко. Чижик променял любовь к детям на другую свою любовь.

- А мне нравится, как звучит: капитан Чижик, - приятно усмехнулся капитан Чижик, принимая на вооружение Майкин лиловый чемодан. - Ты не смотрела советский фильм середины двадцатого века «Матрос Чижик»? Если не смотрела, то советую - хорошая экранизация Станюковича. Хотя, не всем нравится классика... Ох, мне кажется, или я снова пытаюсь давать советы тебе как учитель? - спохватился Фёдор Михайлович, но это его, кажется, не огорчило, просто обратил внимание на свой несколько поучительный тон. - Вообще, я вспомнил о нём, потому что меня назвали в честь героя этого фильма. Только он был Федос, а не Фёдор. И был простым морским матросом, а не космическим капитаном.
Бывший учитель и сам с интересом посматривал на Майю, теперь уже не только глаза её изучая. Было ему интересно, как сильно она изменилась за время, что они не виделись. Вытянулась вверх совсем немного, а вширь будто забыла. Личико всё такое же милое и веснушчатое, одна такая ученица в классе была, всегда внимание привлекала - о, она это умела делать, и лицо тут было даже ни при чём! Тёплым взглядом, глядящим в прошлое, рассматривал девушку капитан Чижик.
- Нет, не придумал. А обязательно нужна капитанская фраза? - чуть улыбнулся он, продолжая слушать Майю Юрьевну, и затем обратил внимание на чемодан в своей руке. Сразу пропала улыбка, стоило услышать про знаменитый подстаканник знаменитого капитана.
Но стоит отдать должное выдержке и самоконтролю - даже не появилось желания кинуть этот чемодан на произвол судьбы. Ведь он же был, пусть и Светловский, но Майе-Светловский, а не Юрие-Светловский. А это две большие разницы. Хотя, будем честными, поклажу Юрия Светлова он бы тоже не стал выбрасывать - просто вызвал бы дроида-тележку и поставил бы чемодан на него, пусть себе везёт рядом на своих колёсиках. Вот только чемодан Майи он не хотел доверять какому-то там куску ожившего железа - самолично доставит его, куда скажет девушка. Он был вовсе не тяжёл, по ощущениям. Не та тяжесть, что может Чижика, взлетевшего в небо, обратно к земле прибить. Да ещё придавали сил царившие сейчас в душе капитана светлые и радостные эмоции от этой встречи, оказавшейся не такой страшной, как он рисовал у себя в воображении все эти недели подготовки к экспедиции.
- Конечно, хороший, - вполне искренне, но как-то слишком тихо, опустив голову и отводя взгляд, ответил Фёдор Михайлович на Майины заверения в хорошести её собственного отца.
Не так хорошо его знал Чижик, как она, чтобы судить. Вообще, он человек выдающийся, с этим любой согласится. Только, по мнению бывшего педагога, был он карьеристом, довольно властным и жестоким, способным переступить даже через своих детей, если они вдруг окажутся у него на дороге. Хотя, он ведь, кажется, собирался прервать жестокий эксперимент, даже если бы не было пауков. Они просто удачно подвернулись. Фёдор надеялся, что этот случай заставил Светлова пересмотреть своё отношение к проекту и будущие эксперименты над детьми (а без них, видимо, никак) будут намного более гуманными. Без всего этого насилия и жестокости. По правде, их и не должно было быть, ему ведь обещали...
- С чего бы мне передумывать? - краешками губ обозначив улыбку, Чижик собрался с духом и, выкинув из головы Светловского отца, снова взглянул на рыжеволосую девчушку перед ним, крепко, как родную, державшую ироанскую орхидею. Должно быть, большой важности орхидея, раз ей оказывают такую честь. Взгляд мужчины ненадолго задержался на растении. - Кажется, у тебя такая же была. Любишь ироанские орхидеи? - спросил он, не подозревая, что это та же самая.
Вот чёлку Майя поправляла очень мило - второй раз уже, и каждый раз по-разному. Интересный жест, раньше Чижик его то ли не замечал, то ли такой чёлки у девочки не было. Да-да, точно не было!

- Уверена, что хочешь сразу за работу? - с серьёзной улыбкой спросил Фёдор Михайлович, направившись по коридору в ту же сторону, где скрылся Кырымжан. По правде, тут и коридор-то был только один, другим концом упиравшийся в платформу. - До взлёта больше часа, успеем обойти весь корабль. Он не такой большой, каким кажется снаружи. И кстати, ты там что, в медотсеке, жить собралась? Ты это брось, Светлова, - даже как-то строго пожурил он девушку. - Любой человек нуждается в отдыхе. Для врача это особенно важно - ведь от его физического и эмоционального состояния зависит здоровье пациентов. Тем более, у тебя есть помощник. Доктор Григорьев, должен я сказать, хороший специалист и замечательный человек - уверен, вы с ним сработаетесь. Мне с ним не в первый раз летать. Кстати, обращение доктор Светлова - тоже не нарушит субординации, - вспомнив вопрос Майи, уточнил Чижик. - Вот так-то, Майя Юрьевна. Будет у вас и свой кабинет в медотсеке, и живой уголок можем предоставить по первому требованию, и личная каюта. Без неё никак, - строго покачал он головой.
Выслушав откровения Светловой про мужиков из команды «Данко» и про сердце известного героя, про запереть в медлаборатории, бывший учитель тихо вздохнул.
- Будь готова, что не все на этом корабле тебе будут рады, - негромко сказал он. - Психологическую совместимость мы-то прошли, но вот характеры у наших мужиков очень разные. И некоторые совсем не сахар. Соль и перец. Или холодный камень. Я не буду называть имён - сама посмотришь, составишь о них своё мнение. Надо с ними как-то уживаться в течение этих месяцев. Запираться не выход - так ты никогда с ними не найдёшь общего языка, а тебе предстоит с ними общаться по работе, как-то взаимодействовать. Я имею в виду, как минимум, во время высадок на планеты, но и в медотсек к тебе они будет приходить за таблетками и на регулярные осмотры... Но, если возникнут вопросы, всегда можешь обращаться ко мне. Идёт? Надеюсь, мы друзья?
Спросил и тут же пожалел об этом. В груди защемило от волнения. А ну как сейчас всё выскажет ему в лицо и ответит: «Никакой я вам не друг, Фёдор Михайлович Чижик. Я вас презираю и считаю предателем. А книга - это так, в память о том хорошем прошлом, что между нами всё же было». Чижик нахмурился и почти незаметно тряхнул головой, сильнее сжал пальцы, держащие книгу, будто видел в ней своё спасение. Но ведь Майя до сих пор вела себя так, будто между ними всё хорошо. Не может быть, чтобы в глубине души она таила смертельную обиду. Она честная и открытая девочка, говорящая всё прямо в глаза... Угу... в глаза... вот сейчас в глаза и скажет... Капитан повёл плечами и чуть ускорил шаг, будто пытаясь убежать от опасности.
А затем остановился и оглянулся на Майю. Не подумав, он рассказал про других то, в чём боялся проявиться сам. Хотя, сейчас ему казалось, что они со Светловой смогут ужиться вместе и быть одной командой.
  • За милую встречу..
    +1 от rar90, 30.10.16 04:51
  • Отличный пост! Сочный, хороший, живой.
    Крысёк просто отпад ^^ Просмотр эротики за работой, очищение унитазов зубной щеткой, о да! - модуль повзрослел)) Куда смотрят безопасники когда инженер ломает систему?
    Круть. Этот Ванька еще чую сверкнёт!
    +1 от Лисса, 02.11.16 09:36

Указательный пальчик на животе девушки приподнялся будто бы невзначай, быстрый взгляд вниз, применение телекинеза...
- Ты уверен, что о невинном? - Брайс изогнула бровь и многозначительно поглядела вниз, на брюки старшего Эдуардеса, где сейчас ширинка должна была быть расстёгнута.

- Эй! Эй! Ты бы хоть руки вымыла! - Влад показал пальцем на её руки, испачканные в перчиках, которые она только что мяла. Но, наверное, уже было поздно, и на её одежде останутся пятна.
И вообще, с чего она решила, что это пошлые намёки? Он же ей предложил просто перчики вместе помять... Ой. Звучит-то как пошло... ой... Влад начал сильно краснеть, до самых кончиков ушей.
  • Мастер пошлых намёков! XD
    +1 от Random Encounter, 31.10.16 09:46

Невзрачного вида дяденька, которому, по правде, было бы неплохо проконсультироваться с диетологом относительно того, чтобы сбросить пару-другую десятков килограммов лишнего веса, в сером рабочем комбинезоне и фуражке с эмблемой космопорта - взлетающей синей ракетой на фоне пятилучевой красной звезды, - печально поглядел на Майю, выслушал её едкие замечания и ответил коротко, грустно, зато по делу:
- Так положено.
Его серый, невыразительный голос и серый, невыразительный взгляд не радовали будущую звездолётчицу живостью эмоций, навевали ещё больше скуки и вогнали бы в острую тоску, если бы не размышления о том, как лучше всего подписать подарочную книгу. Этот скучный и невыразительный дяденька, чем-то похожий на космического пирата Весельчака У из других произведений того же автора, книжка которого сейчас была в кармане Майкиного чемодана, совершенно не соответствовал прозвищу пирата. Это был какой-то уж очень печальный Весельчак...
А тётенька, ему помогавшая, и вовсе будто не услышала жалоб Светловой. Хотя, если бы Майя вздумала оглянуться, когда покидала их кабинет, то заметила бы, как та сверлит ей спину злым взглядом - надо же, какая мелкая и острая на язык. Если бы каждый, кто подвергался этой бюрократической проверке, возмущался бы подобным образом, то здесь бы уже работали не живые люди, а роботы, а прежние работники лечились бы от излишней апатии, депрессии и агрессии у всяческих психологов и психиатров. Такие, как Майя с её отменной правдивостью на все сто светловских процентов, служили прогрессу человечества, ускоряя замену живых сотрудников роботами и автоматами.
- Бедные её пациенты, - вздохнула женщина, когда дверь за спиной Светловой закрылась.
- Да уж... - скучно согласился не-Весельчак У.

Кырымжан Как-то-Тамович, который был на деле Кайратом Тимуровичем, о чём Майя, кажется, немного подзабыла со времени последнего просмотра его медицинской карты, ничего не ответил на её вопрос о джентльменстве. Убедившись, что помощь с переноской багажа старшему лейтенанту Светловой не нужна, он повернулся и, заложив руки за спину, зашагал вперёд по движущейся платформе. Широкоплечий и фактурный бывалый солдат - такое определение ему очень подходило. Ростом он был метр семьдесят пять, может, чуть выше, но всё равно за счёт развитого тела казался большим, особенно миниатюрной Майке.
И тут она произнесла злополучную фразу, сыронизировав про прыжок с платформы. Кырымжан на мгновение остановился, весь сжался как-то в тугую пружину, напрягся, желваки на скулах заиграли, глаза сузились, но... Он даже не обернулся, а Майя его видела только сзади, так что эффект майорского офигения сполна оценить не смогла. Через пару секунд он продолжил свой путь к стоящему впереди капитану Чижику, так ничего и не ответив. Остановился перед ним, вопросительно поглядел, получил ответный кивок, повернулся и направился прочь по коридору корабля. Умение понимать друг друга без слов - ценное качество любого экипажа.

Чижик... а что Чижик? Чижики - они не из пугливых птиц, они весьма любопытны и сами идут в клетку, их легко содержать в неволе.
Он хотел уйти. Просто посмотреть на неё, развернуться и уйти. Увидеть, как девочка изменилась за эти годы, повзрослела, какой она стала теперь. Фёдор Михайлович не представлял пока, как они будут взаимодействовать. Смогут ли? Столько между ними пролегло...
Наверное, он боялся этой встречи. До последнего оттягивал, сидя в своём капитанском кресле на мостике и делая вид занятого человека, просматривая данные по кораблю, выведенные на панель, что-то в них корректируя и уточняя. Думал, в первый раз они встретятся в медотсеке или, возможно, Светлова будет знакомиться с кораблём и заглянет на мостик, увидит его, и тогда... Он не дождался, что будет тогда. Он сорвался с кресла и за минуту до её прибытия к трапу уже стоял у выезжающей платформы, наблюдая за удаляющейся широкой спиной военного офицера, своей левой руки в этом полёте.
Правой рукой был Гена Михалков, старший (или, как здесь было принято называть, первый) помощник и давний друг-однокашник - вместе МЗУ заканчивали, только тот пошёл сразу в космос, а Федя подался на преподавательские курсы. Тогда он и подумать не мог, что станет капитаном звездолёта, а Генка - его помощником. Вот он в капитаны годился по всем статьям, но как-то не свезло ему, или неправильную специальность выбрал, став научным офицером. Мог бы в этом полёте капитанить.
Левая рука... правая рука... а кем станет Майя Светлова? Звездолётчики шутят, что если разобрать экипаж по частям тела, то капитан - это лицо корабля, научный офицер - мозг, военный офицер - руки и кулаки, штурман - шея, туловище и ноги, борт-инженер - печень, почки и селезёнка, пилот - мышцы, а доктор... начальник медицинской службы - это сердце корабля. Ведь именно сердце качает кровь по всему телу и следит за тем, чтобы прочие органы оставались здоровы и нормально функционировали. Станет ли Майя этим самым сердцем? Пламенным сердцем «Данко»...

Грусть не исчезла из его глаз, когда Майя заговорила первой и упрекнула его в невесёлости. Зато он попытался улыбнуться, но то ли тоже разучился улыбаться с тех самых пор, то ли никогда и не умел этого делать толком. Уголки его губ чуть напряглись и подались в стороны, намечая готовую появиться улыбку. Это девушка хорошо увидела, когда подошла ближе и остановилась перед бывшим учителем. Однако, улыбки не случилось. Показалось, быть может? Просто губы дрогнули. Переживает человек, наверное, всё ещё волнуется из-за того досадного случая. Живёт прошлым, когда надо смотреть в Будущее.
Он не отрываясь смотрел ей в лицо, прямо в глаза, не боясь вот такого прямого взгляда. Один раз только, пока она шла по платформе, окинул взглядом её всю целиком, включая весь её немногочисленный багаж и знакомую ему Ироанскую Орхидею - хотя вряд ли он мог предположить, что это та же самая, из живого уголка «Фобоса». Неизвестно, какое мнение он оставил о принте на футболке с Майей-валькирией - казалось, он ни на секунду не задержался на нём своим любопытствующим взглядом. Казалось, ему важнее смотреть ей в глаза. Заглянуть ей в душу. Прочитать её мысли. И понять, что же между ними изменилось за эти пять лет.
А вот когда она заговорила и снова разговорилась, как тогда, в пору своего ученичества у Чижика, только по-взрослому, вставляя в лексикон совершенно невозможные для ученика, говорящего с учителем, словечки и целые обороты, словно спала пелена. Подняли занавес, отделявший двоих друг от друга. И пришло узнавание той-самой-девочки, слегка выросшей - а может, даже не слегка - как внешне, так и внутренне. Искин бы сказал, что это обновлённая Майя Светлова, Майя Светлова версии 17.2. Она всё ещё была узнаваема, хотя со времён версии 12.9 произошло очень много изменений.
- Светлова... - выдохнул учитель... кхм, бывший учитель вместо приветствия и как-то прямо на глазах расслабился, сбросил напряжение стольких лет, тяжёлое бремя с плеч и тяжесть ожидания первой встречи спустя годы. Фёдор Михайлович покачал головой, как не раз это делал в классе, и Майе почти послышалось продолжение этого «Светлова»: «Садись, мы с тобой позже поговорим и разберём ошибки». Но сказал он другое. - Светлова, ты не изменилась.
И неожиданно всё же улыбнулся, когда она сдувала чёлку. Правда, зачем-то поспешил погасить улыбку под её вопросительным взглядом.
- Если по уставу, то капитан или капитан Чижик, - совершенно серьёзно ответил он девушке. - Но ты можешь называть по имени-отчеству. Как тебе удобнее... По уставу, и я к тебе должен обращаться не иначе как старший лейтенант Светлова, ну, или просто лейтенант.

Подарок? У неё есть для него подарок. Руки за спиной вдруг дрогнули и показались предательски пустыми. Он не знал, как она к нему нынче относится. Чижик боялся делать подарки человеку, который может эти подарки выбросить на твоих глазах, заявив, что это нарушение субординации - и хорошо, если именно это, а не прямым текстом «я не принимаю подарков от предателей». Он до сих пор чувствовал себя так. Виноватым перед этими детьми, уже повзрослевшими. Виноватым перед Майей Светловой. Как ни оправдывай свой поступок, он имел место быть, а прощение так и не было получено.
Поэтому Фёдор Михайлович заволновался, опустил руки, затем сложил их вместе перед собой на животе и, пока Светлова подписывала обложку, задумчиво почёсывал тыльную сторону ладони, глядя куда-то мимо Майи в пол и с удивлением слушая её. Она стала совершенно раскрепощённой и не боящейся говорить открыто на такие темы, которые тогда её, кажется, смущали. Один раз только она открылась ему... в не самый удачный момент, но не будь его - не было бы всего остального.
- Староват я для тех девчонок, Светлова, не находишь? - приятно усмехнулся бывший школьный учитель, панически измышляя тем временем, что бы подарить ей в ответ, и не находя совершенно никаких вариантов. Ну, может, оно и к лучшему. Подарок ученика бывшему учителю - это ведь нормально. Многие так делают, навещая любимых бывших преподавателей. Любимых, мда... а как же история?
Он принял книгу с выражением торжественного достоинства на лице, чем-то отдалённо в этот момент напоминая солдата, которому офицер вешает на грудь орден за героический подвиг. В немного оттаявших от грусти глазах плеснулась радость. Маленькое и простое человеческое счастье. Счастье седовласого учителя, о котором не забывают его бывшие ученики. Пусть седин пока не наблюдалось даже на висках у самого молодого капитана звездолёта в истории Земли. Чижик немного растерялся и лишь спустя несколько секунд колебаний опустил голову и поднял книгу повыше, чтобы увидеть надпись. Именно её в первую очередь. Хотя автор и название... они тоже говорили о многом. Она помнила. Она всё прекрасно помнила.
Как же ему теперь быть без подарка? А впрочем... впереди у него несколько месяцев, чтобы подумать, что ей подарить. Подарки дарят не только при встрече, но и при прощании тоже. Прощальные подарки - они, правда, не самые уютные. Если только за этим прощанием не следует новая встреча.
Фёдор Михайлович открыл титульный разворот, несколько секунд молча смотрел на книгу и, закрыв её, неожиданно шагнул к Майе, переложил книгу в левую руку и правой приобнял девушку за плечо, привлекая к себе для короткого и не очень тесного приветственного объятия. Выдерживающего некоторую дистанцию, свойственную не слишком близким, но хорошо относящимся друг к другу людям.
- Нарушает - ещё как, - со значимым видом кивнул он, совсем забыв поблагодарить за подарок. А может, он вот таким образом благодарил. Его голос сделался более весёлым. - Но к чёрту субординацию, Светлова. Как ты говоришь: ёшкин кот, я рад тебя видеть! Добро пожаловать на корабль. Пойдём, я тебе всё здесь покажу, - отстранившись, Фёдор Михайлович поглядел на её багаж и... потянулся за ручкой Майкиного лилового чемодана!
Не каждый может похвастать, что экскурсию по звездолёту ему лично капитан этого самого звездолёта проводил. Но ещё меньше людей могут сказать, что капитан звездолёта таскал их чемоданы, на время переквалифицировавшись в носильщика багажа.

Дошедший до поворота майор Кырымжан, перед тем как завернуть за угол, на миг приостановился и повернул голову, поглядев на остающихся у платформы капитана Чижика и старшего лейтенанта Светлову. Ни одной эмоции не появилось на его лице. В таком же порядке, со сложенными сзади руками, он скрылся за поворотом. Никто не слышал, как он тихо хмыкнул себе под нос.
  • Очень хороший и душевный пост, красота!
    Порадовала реакция Чижика, вот прямо вообще порадовала. Я вссё боялась что он будет таким неприступно-грустным заложником роли и приятно было увидеть, настоящие живые эмоции.
    Это ве-ли-ко-лепно!!!
    +1 от Лисса, 29.10.16 12:20

Поначалу вроде бы всё шло, как то обычно бывает на занятиях в старших классах - в конце концов, Егор через это уже проходил. Он замечал, как некоторые ученики, пока учительница на них не смотрит, перешёптываются о чём-то своём между собой, кто-то страдает фигнёй, на дальних рядах, кажется, даже кто-то в мобильник втыкает. Постепенно, по мере ответа Егора-Дианы, всё больше взглядов было приковано к отвечающей девушке и к доске, на которой она чертила схему. Теперь уже беседующие вроде бы о ней стали говорить, но пока ещё без особого удивления. Шапокляк повернулась к попаданцу и внимала ему со спокойным выражением на лице.
Когда Егор закончил, выражение лица училки было сложносочинённым, а несколько ребят в классе даже поаплодировали Диане, среди них были Ксюша и Саша, а вот Маша не хлопала и смотрела на неё хмуро.
- Спасибо за развёрнутый ответ, Арбузова, - помолчав, наконец сказала Любовь Дмитриевна. - Ты, как всегда, на высоте. Садись, «пять».
В это время в дверь класса постучали, коротко и быстро.
- Войдите, - женщина повернулась к двери.
Та открылась и в кабинет заглянул симпатичный русоволосый парень, аккуратно причёсанный, в строгом пиджаке, белой рубашке и в галстуке. Кажется, именно в тех, в которых Егор фотографировался когда-то давно на паспорт. Тело Егора Трушина, наполовину просунувшись за дверь, уставилось на тело Дианы Арбузовой, поедая её взглядом поедом.
+1 | Женский день, 27.10.16 01:22
  • Я долго думал над тем, как именно выглядит сложносочинённое выражение лица, но в любом случае это должно быть что-то с чем-то!
    +1 от Romay, 27.10.16 15:59

Может, сон.
А может, и не сон.
Сильмини когда-то давным-давно - в другой жизни, в другом мире, в другом лесу - постигла одну простую тайну. Когда ты сомневаешься, во сне всё происходит или наяву, то веди себя так, будто бы всё реально. Если это сон, то рано или поздно проснёшься и поймёшь, что спала. А если не сон, то не будет стыдно за поступки, которые совершала.
Она остановилась перед развалившимся (опять!) хрустальным мостом, устало опустилась на колени, не в силах долго стоять на ногах, и огляделась, тяжело дыша. Этот красный лес - он словно убаюкивал. По эту сторону реки стало тихо и спокойно, и даже царственный мальчишка, успевший прославиться несносным болтуном, как-то поддался этой тишине и спокойствию, примолк и вообще - альвари о нём вспомнила, только когда он заговорил.
Потому что внимание её приковало происходящее по ту сторону реки. А там не было тишины и покоя. Там было видно мрачную таверну и что Ульрих сражается с кем-то. Впрочем, даже преотличное эльфийское зрение не смогло разглядеть подробностей с такого расстояния. Потому-то Сильмини и не поняла, что гемландец расколдован неведомым образом. Она видела только беготню из таверны в таверну и обратно. Воспалённое наркотическим дымом сознание удваивало и утраивало эти бега вокруг таверны, и порой казалось, что там бой ведёт не один Ульрих, а несколько - вот прямо таким дружным гемландским отрядом вышли бравые рыцари из сна эльфийки и вступили в сражение насмерть со стадом грязно ругающихся быколюдей. Отдельные, самые громкие крики долетали даже досюда, заставляя эльфийские уши слегка алеть в смущении.
Однако, было там кое-что опаснее быколюдей. Хармузда - так сказал Король-Лес, но Сильмини это уже поняла. Видела она похожую бестию и даже подстрелила в небе. Только эта была другая, более совершенная и... намного, намного опаснее той. Дитя Царицы Кумы... В мире Сильмини не водились драконы, грифонов тоже не было, хотя нефарги - ездовые птицы альвов - на них весьма были похожи. Ей не с кем было сравнить появившуюся хармузду, но альвари видела её совершенство и... на какой-то миг даже усомнилась, что Цера, великолепная химерийка, справится с этой вроде бы мелочью. Ведь это же не осквернённый Кумой рогатый пёс, голова которого так приглянулась малышам фей-ямам. Это... идеальная хармузда.

Ну... пусть хармузда думает, что она идеальна. Пусть Кума будет в этом абсолютно уверена. Пусть Лес её восхваляет, хотя и боится. Сильмини же рассудила здраво, что эта тварь представляет угрозу для Церы и для Ульриха, для леди Феари и Найджелла, которые тоже где-то там у таверны. А своих друзей эльфийка в беде не оставит. Рука сама собой, привычным движением потянулась за спину, но не обнаружила там ни прекрасного альвского лука, ни колчана со стрелами.
- Что? - Сильмини обеспокоенно оглянулась.
Ну конечно, когда они переходили через Барьер, а её переносил через него Ульрих, то он снял с альвари её оружие, чтобы не мешалось. Но, хвала Илуватару, бережливый гемландский рыцарь аккуратно, как мог, сложил её вещи в волокуши, и глаз сразу же выхватил среди них знакомый изгиб растущего только в Сокрытом Лесу дерева. Пришлось напрячься, встать и подойти к волокушам, оставленным тут Церой под её присмотр. Просить подак лук и стрелы мальчишку Сильмини не стала - это могло вылиться в большую задержку во времени с учётом болтливости и несносности королька. Самой быстрее будет.
Использовать магию, чтобы восстановить мост в считанные секунды, она не хотела, да и эти секунды могли стать фатальными. Пересекать реку вплавь в её состоянии - самоубийство хоть чистой, хоть осквернённой Кумой воды. Так что тоже не вариант. Зато... стрелки на то и стрелки, чтобы сражаться из-за спин бойцов ближнего боя, поливая врагов градом смертоносных деревянных палочек с металлическими наконечниками, иногда обильно сдобренными ядом или, например, горючей жидкостью для того, чтобы опалить врага. Целители тоже должны находиться в тылу, чтобы во время боя или по его завершении помогать раненым союзникам. Так кому нужны эта река и этот мост в текущий момент? Вот потом - да, мост пригодится. Тогда и подумает альвари, стоит ли ей пытаться помочь ему своим волшебством быстрее восстановиться. А сейчас...

- Цера, в сторону! - крикнула Сильмини что было сил.
- Вжик! - с тетивы сорвалась стрела и маленькой злой бестией, мечтающей ужалить того, кто посмел покуситься на друзей эльфийки, понеслась вперёд.
Эта стрела не знала преград. Ей не нужно было перебираться через реку вплавь, чтобы достичь противоположной стороны. Ей был не страшен ветер, так как она была быстрее ветра. Её могла остановить чешуя хармузды, пожалуй, но если стрела ужалит её в глаз... или вот, угодит прямо в раскрытую пасть... тогда и посмотрим, насколько эта хармузда совершенна. И станет ли она умнее со стрелой в голове. Ведь именно в голову альвари и целилась.
Стреляю со штрафом -30 (итого д100) ввиду слабого физического состояния.
+2 | Следы на песке, 23.10.16 02:16
  • Может сон, а может и не сон. Ди Каприо надо звать :)

    Хороший пост.
    +1 от Лисса, 25.10.16 23:19
  • Эльф и химера. Дрим тим прост ^^
    +1 от alien, 27.10.16 05:11

- Как мило, он меня ещё помнит, - хихикнула Бетси, сложив ладошки и умильно приложив их к щеке. Но затем продолжила разбирать чужое оружие с лицом, расплывшимся в довольной улыбке. - Моё полное имя - Бетси Золотая Ручка, но вы, как и все здесь, можете звать меня просто Бетси, - покивала девушка с видом снисхождения. - Золотой Ручкой меня прозвали потому, что я была профи по подделке банковских счетов, кредиток и банкнот. Когда меня заловили легавые, то почему-то назвали воровкой и отправили на эту планету мотать пожизненный срок. Они ошиблись дважды. Во-первых, я не воровка. Наоборот, практически из ничего - кусков пластика и листов чистой бумаги - я создавала полезные вещи: кредитки и банкноты. Во-вторых, ссылка сюда для меня вовсе не наказание. Здесь я ловлю раззяв вроде вас и заставляю их работать, а когда они мне надоедают, продаю за приличные бабки. И вы, дорогуши, будете работать на меня, а иначе... Лучше не спрашивайте, что иначе. От одной только мысли, что с вами произойдёт, если вы откажетесь работать, у меня мороз по коже. Бррр, - разговорившаяся девица деланно передёрнула плечами.
+2 | Вкус свободы, 26.10.16 17:24
  • Бетси! Не признал! XD
    +100500 за Гаррисона. )))
    +1 от Humster, 26.10.16 23:44
  • Ммм...Обожаю отсылки. И даже дословные цитаты люблю.
    +1 от Ингероид, 26.10.16 23:54



За окнами авиакара проносились окраины Москвы. К концу XXII-го века могучая и великая столица нашей Родины разрослась до огромных размеров, поглотив окрестные посёлки, сёла, деревни - все они стали районами столицы. Количество населения давно уже превысило отметку в 30 миллионов и продолжало расти. Из них коренных москвичей было хорошо, если процентов десять.
С высоты улицы Москвы казались прочерченными неумелым школяром неровными линиями, то разделявшимися на несколько, то сбегавшимися обратно, то пускавшими ветки-отростки во все направления. Эти улицы, окружённые не очень высокими на окраинах зданиями и полосами лесонасаждений, сейчас были припорошены первым снегом - первым октябрьским снежком, предвестником скорой зимы. Ещё не успели до конца деревья отряхнуться от пожелтевшей листвы, как выпал первый снег, и там, где были парковые зоны, можно было наблюдать интересное, с художественной точки зрения, сочетание золота осенних листьев и покрытым серебром ветвей. Так прощалась Москва с Майей Светловой, будто бы напоминая ей своими переливающимися двумя оттенками драгоценных металлов парками о золоте и серебре, которое она уже выиграла и которое выиграть не успела. О проклятой бронзе же напоминали своим подмигиванием рыжие огоньки путевых указателей, направлявших движение транспорта по воздушным трассам.
Скорость авиакар развил приличную - и не потому, что на окраинах не было «пробок». Воздушная дорога была открыта по другой причине. За Майей Светловой явилась целая правительственная делегация - ну, все эти серьёзные дяденьки в пиджаках и с охранниками, сурово-каменномордыми, будто лишённые эмоций роботы. Они усадили её в большой фургон авиакара и сопровождали от авиавокзала до космопорта. Им был выделен «зелёный коридор», и на пути воздушного судна не было ни одного другого флаера, скутера или аэромобиля. Плюс, авиакар сопровождал почётный эскорт из штурмовиков. В таком порядке они и добрались вскоре до космопорта.

Космопорт Мирный принял Светлову в свои крепкие объятия и закружил в исполненном пылом страсти бюрократическом хороводе. Одна проверка за другой, предоставление требуемых документов, сканирование пальца и сетчатки глаза. И это «всего лишь», потому что если бы Майя заранее не позаботилась о комфортном прибытии на звездолёт, то ей пришлось бы ещё и сдавать всяческие анализы, тесты и прочую «херомантию», как метко выразился папа Светлов, когда предупреждал дочку, чтобы она всё предварительно подготовила и сдала.
К счастью, проверки заняли не более получаса - но это были полчаса потерянного времени. А время - деньги. Время - уходящая жизнь. Как бы там ни было, но спустя полчаса девушка в сопровождении нескольких военных отправилась на портовом скутере прямиком к кораблю. Внизу простиралось огромное посадочное поле, кое-где виднелись небольшие корабли, Майя даже заметила пришвартованный в стороне от остальных радонийский дипломатический звездолёт. А впереди она увидела «Данко» - название было вылито огромными буквами на борту исследовательского звездолёта, членом экипажа которого ей предстоит стать. Он был так похож на «Энтерпрайз» из западной фантастической саги XX века - наверное, его дизайнеры вдохновлялись «Стартреком».

Стоило вспомнить, пожалуй, с чего всё началось. Отец настоял, чтобы Майя полетела в эту экспедицию в составе экипажа капитана Фёдора Чижика. Да-да, того самого Чижика, которого она не видела уже пять лет. Ох, и круглые, наверное, у неё глаза были, когда она узнала о капитанстве бывшего школьного учителя. Да ещё ведь он, кажется, был на год младше того возраста, когда капитаном стал Светлов!
Когда она в итоге согласилась, то первым делом получила воинское звание старшего лейтенанта медицинской службы - пробивной папа об этом позаботился. Иначе бы её никак не смогли включить в состав экипажа корабля Военно-Космических Сил в качестве начальника медицинской службы, или, проще говоря, главного бортового врача. Майе не нужно было никак доказывать свою воинскую профпригодность, достаточно было предоставить документы по её медицинскому образованию и опыту работы и поставить пару подписей. Принимавшие подписи смотрели на 17-летнюю конопатую пигалицу - старшего лейтенанта ВКС - большими круглыми глазами, но молча, прекрасно понимая, кто её отец. Да и девочка выглядела достаточно серьёзной, чтобы поверить в её самые серьёзные намерения на этот полёт.
Что касается самого полёта, то его целью было звёздное скопление Зельц, находившееся на рубежах Галактики и в настоящий момент территориально остававшееся нейтральным. На него претендовали радонийцы, однако Терра находилась гораздо ближе к Зельцу, и наши добрые друзья-прогрессоры дали нам шанс взять этот сектор под свой контроль при условии, что на одной из его планет будет основана земная колония раньше, чем до него доберутся исследовательские звездолёты Радонии. Таким образом, в задачи экспедиции входило планомерное исследование скопления Зельц, перемещаясь от звезды к звезде, в поисках пригодных для колонизации планет. По материалам, собранным «Данко», Комитет Колонизации решит, на какую из исследованных планет отправить корабль-колонию. Один такой корабль требовал ресурсов, сравнимых с десятилетним бюджетом средней европейской страны, а организация всей экспедиции и того больше. Потому с этим Комитет не спешил, копя средства, а пока терпеливо ожидая результатов полёта «Данко», который по времени должен был продлиться несколько месяцев. Причём сам полёт туда-обратно через гипер занял бы всего пару дней, оставшиеся месяцы были отведены под исследования и перелёты с места на место уже внутри скопления Зельц.
Но было ещё кое-что, о чём Светлова узнала из брифингов. В скоплении могли обнаружиться планеты не только пригодные для обитания землян, но и уже населённые местными цивилизациями. Вторичной задачей «Данко» (а на деле, по правде говоря, главной) было, по возможности, установить контакт с этими цивилизациями, которые наверняка не достигли космической эры, раз о них ничего не известно, чтобы впоследствии направить к ним официальных прогрессоров с Терры. Если у Земли появятся свои собственные ученики, то мы станем де-юре независимыми от Радонии и получим официальный статус полноправного домена в Галактическом Союзе. Домен Терра - звучит же! И никакие радонийцы нам после этого не указ.
В общем, планы объединённого земного правительства были весьма честолюбивы и на этот полёт очень-преочень рассчитывали. Не просто так папа Светлов старался для дочери - в случае успеха экспедиции её имя прославится, об экипаже «Данко» будут снимать фильмы, а может, и про саму Майю снимут биографическую ленту, и какая-нибудь Алла Пугачёва XXIII-го столетия споёт про неё песню «Куда уходит детство» в тех сериях, где Майя не по своей воле участвует в жестоком проекте RAR90.
Ну а пока что - вот он, впереди. «Данко» - корабль, названный в честь героя произведения Максима Горького. Русского Прометея, жертвенно вырвавшего своё пламенное сердце из груди, чтобы осветить дорогу людям и провести их через тёмный и опасный лес.

На верху движущегося трапа девушку встретил черноволосый мужчина с непроницаемым лицом, раскосыми глазами уроженца Средней Азии и короткой бородкой. Он был в военной форме офицера ВКС, и она сидела на нём как-то мешковато и неуклюже, словно была сорвана с чужого плеча. Но все пуговицы были застёгнуты, не было видно ни пылинки, наверняка и бластер в кобуре на поясе он смазывал регулярно два раза в день.
- Старший лейтенант Светлова? - строго спросил он на чистом русском языке, быстро оглядывая Майку с головы до ног и не меняя своего каменного выражения. - Майор Кырымжан, военный офицер и второй помощник на «Данко». Багаж с вами есть? Я помогу донести, - чуть мягче добавил мужчина.
Конечно, она его узнала - его фотография и имя были в медкарте. Там были имена всех, с кем она полетит. Кроме двоих солдат, которым назначат этот полёт в последний момент - то ли в качестве поощрения, то ли в виде наказания, учитывая, что им придётся несколько месяцев болтаться в космосе под присмотром майора. Эти двое предоставят ей свои медкарты уже по прибытии. Кстати, то, что Кырымжан майор, не значит, что он главнее Чижика, ведь капитан на звездолёте - главный, вне зависимости от воинского звания. Космические капитаны - это вообще отдельная песня. Майя, как дочь капитана, об этом, конечно же, знала.
- Следуйте за мной, - Кырымжан кивнул сопровождающим Майю, и, стоило ей переступить с лестницы на принимающую платформу корабля, как трап отъехал, платформа стала плавно втягиваться в шлюз вместе с находившимися на ней девушкой и мужчиной - движение практически не чувствовалось - а створки шлюза так же неторопливо начали съезжаться, чтобы закрыться за спиной прибывшей, подобно лепесткам гигантского цветка.
А там, по ту сторону этой самозакрывающейся двери, перед платформой, был Он. Человек в комбинезоне с эмблемой пылающего сердца стоял прямо, с заведёнными за спину руками и чуть поднятым подбородком. Нисколько, казалось, не изменившийся внешне за эти годы. Худощавый мужчина роста среднего или чуть ниже, с короткими тёмными волосами и молодым лицом, казавшимся спокойным, если не всматриваться в глубину глаз. Таких же внимательных и проницательных, как пять лет назад. В их глубине таилась грусть и... какой-то интерес, с которым он смотрел на нового члена команды. Девушку, чьим учителем он когда-то был. Фёдор Михайлович Чижик, капитан звездолёта.
«Чижик-Пыжик, где ты был?..»
  • А
    +1 от rar90, 25.10.16 05:25
  • О! Отлично. Бюрократией здесь явно распоряжаются Канцелярские Крысы! :D
    Замечательное начало. Чижик прямо в характере. Грусть, печаль. Нет бы вот сказать: "Светлова, блин, как давно я тебя не видел - я так рад!"
    Но конечно нет. Иначе это был бы не Чижик.

    Прекрасное начало.
    +1 от Лисса, 25.10.16 09:10

Алистер стоял на крыше заброшенного здания. Кажется, до Йоля здесь был склад каких-то товаров, но сейчас в стенах и в крыше зияли дыры, а окна смотрели в ночь пустыми глазницами, и в заваленных разным бесполезным хламом - всё нужное давно вынесли мародёры - помещениях гулял морозный зимний ветер, запорашивая всё редким снежком. Одетый в зимнюю куртку, тёплый шарф и меховую шапку юноша приложил к глазам визор, настроенный на ночной режим. Он не обращал внимания на свист ветра и хлопья снега, мельтешившие вокруг, а вот для визора, к сожалению, они были досадной помехой. Но ничего, то, что ему было нужно - Алистер разглядел.
В двух окнах большого здания, за которым наблюдал студент ЗШН, свет горел даже ночью. Наверняка это были пункты охраны - той, которая нуждается в еде, воде и отдыхе, а не автоматизированные системы. Они здесь тоже были, юноша был в этом абсолютно уверен, хотя и смутно представлял, насколько хороша охрана. И одной сигнализацией, скрытыми камерами наблюдения и живыми охранниками дело не ограничится. Здесь, в этом огромном доме, наверняка будут и охранные сверхсовременные дроиды, превосходно вооружённые. Брайс был готов поспорить на что угодно, что так оно и есть.
- Ну что ж... приступим... - тихо произнёс он, и приглушённый голос утонул в шерстяном шарфе, натянутом до самого носа.
- Может, всё-таки передумаешь? - без особой надежды спросила Эруё, с которой он поддерживал связь через комлинк. Сам планшетик находился в его лаборатории в школе, безопасности ради. - Это очень опасно.
- Не волнуйся, - несколько напряжённо ответил юноша, - погибать я не собираюсь.
- Но, Алистер, если ты погибнешь...
- ...то Абла вернёт меня к жизни, - нетерпеливо перебил колдун.
- Да, но ведь тогда ты будешь жить в теле своего клона, - возразила дух планшета.
- Как-нибудь переживу, - устало вздохнул Брайс. - Алисе это не помешало выйти замуж. Но, повторяю, погибать я не намерен.
- Алистер, прошу тебя...
- Эруё, - мягко, но решительно оборвал её истерику юноша, - это я прошу тебя помолчать. Если не хочешь меня выдать с головой.
Планшетик обиженно замолчала. А может, и не обиженно вовсе, но Алистеру так показалось.
- Абла...
- Я слышу... удачи.
- Спасибо.
Пора было начинать. Юноша прикрыл глаза, в следующее мгновение его очертания стали расплывчатыми, и сторонний наблюдатель мог заметить прозрачную фигуру только за счёт огибающих её и липнущих к ней снежинок, приносимых ветром. Ещё несколько секунд - и падающие снежинки будто «отодвинулись» от невидимой фигуры, огибая её теперь в небольшом радиусе и ударяясь о невидимый барьер. А затем фигура шагнула к краю крыши, раскинула руки в стороны и взмыла вверх, постепенно набирая скорость...

Звенела и выла сигнализация, стучали по коридорам сапоги охраны, раздавались голоса переговаривавшихся по комлинку охранников.
- Прорыв в сектор А, - доложился начальнику охраны подчинённый, первым прибывший на место. - Через окно. Оно не разбито, открыто как-то снаружи, повреждений не вижу, - с некоторым удивлением добавил он.
- Камеры зафиксировали активное применение сигмы, - раздался по комлинку голос дежурного.
- Перекрыть сектор А, - приказал нач.охраны. - Отследить перемещения злоумышленника. После первого предупреждения - огонь на поражение.
- Объект один и он движется по коридору 12...

Щит пока выдерживал - пули разбивались о него, сплющивались и падали на пол, а лучи энергетического оружия просто поглощались и подпитывали этот самый щит, давая ему дополнительную энергию для поддержания себя в рабочем состоянии. Охрана этого, кажется, не понимала. Но огнестрельников было слишком много, достаточно, чтобы вскоре вырубить щит. Надо было поторапливаться.
Невидимая тень скользила по коридору, не прикасаясь к полу. Алистер даже не пытался уворачиваться от пуль - словно эта игра со смертью для него много значила. Не выдержит щит или случайно даст сбой (хотя активированное заклинание могло сбоить только при попытке противника его «загасить») - и его мгновенно изрешетят в кровавое месиво. И очнётся он тогда в своей лаборатории в теле своего клона... Блин, потом ещё с духом подселившимся разбираться. Нет, он не должен погибнуть. Вперёд, к намеченной цели!
Шквал пуль изрядно мешал продвигаться быстро. Хорошо ещё, он мог пролетать над головами охранников, перекрывших коридор так, что пешком бы не протолкнулся. Но вот как быть с закрытой дверью впереди и вооружёнными до зубов бойцами перед ней? Брайс задержался на несколько секунд, пытаясь принять оптимальное решение. В его задачи не входило кого-то ранить или убивать - эти люди просто выполняют свою работу. Как те солдаты на Панау, ставшие его жертвами. Эх... о своих ошибках лучше не вспоминать. Он просто должен добраться до цели.
Секунды промедления едва не стоили Алистеру жизни. Бойцы вдруг расступились, дверь распахнулась и из-за неё в щит колдуна полился горячий свинец, а уши заложило от грохота пары пулемётов. Бесчисленные пули за несколько секунд истощили щит более чем на половину и превратили коридор в руины с изрешечёнными пулями стенами. Правда, они здесь были крепкими, способными выдержать даже взрыв бомбы, но всё же выглядеть лучше после пулемётной канонады не стали.
- Алистер! - испуганно пискнула Эруё в комлинке.
Вот теперь пришла пора использовать и ему тяжёлую артиллерию. Он начал медленно отступать-отлетать под шквальным огнём, то и дело обновляя щит, который разряжался за несколько секунд. Параллельно с этим его губы, скрытые под шарфом, нашёптывали слова заклинания, которое было его козырем. Оно станет главным средством проникновения на объект. Главной его ударной силой. Примечательно, что это была не латынь - слышавший шёпот узнал бы похожие на немецкие слова.
- Zeit, Hör auf! - завершил он словами активации, одновременно подрывая драконью батарею. Звук разорвавшегося аккумулятора утонул в грохоте канонады, а высвободившаяся энергия послушно потекла, куда ей велел колдун.
И он бросился вперёд, огибая в полёте застывшие - или всё же медленно, миллиметр за миллиметром, продвигавшиеся в воздухе? - пули. Вот он долетел до двери и увидел стоящего на пороге боевого дроида - здорового бронированного гада, почти перекрывшего проход. Дроид напоминал стоящего на задних лапах жука размером в полтора раза больше человека. Кажется, его дизайнер вдохновлялся «Звёздными войнами». Пролетев у монстрины над головой, Алистер оглушил его зарядом из эми-излучателя. Это задержит «жука» на несколько минут, плюс, он перегородил проход - находившиеся в коридоре и жавшиеся к стенам у двери бойцы не пройдут и не смогут преследовать колдуна.
Но заклинания остановки времени хватит ненадолго - а второе он уже использовать не сможет. Сил одно такое отбирает до хрена. Юноша чувствовал, что уже выдыхается - придётся, добравшись до цели, обглодать запасную драконью батарею, оставшуюся в рюкзаке за плечами. Так что, не останавливаться! Чем дальше он уйдёт - тем... чёрт, ещё один «жук»... К счастью, он был в коридоре неподалёку, в поле действия застывших хрононов, и тоже стоял неподвижно. Треснул разрядник, усыпляя дроида, а Брайс поспешил дальше, набирая в полёте скорость...

Распахнув дверь, юноша ввалился внутрь, тяжело дыша и истекая потом. Проклятые кондиционеры - здесь была Африка, а он в зимней одежде. Захлопнув дверь, Алистер рванул в сторону - и вовремя. Дверь снесло с петель мощным ударом, и ворвавшийся в помещение дроид уже поворачивался в его сторону, прокручивая диски гатлингов. С жалобным грохотом крепкая дубовая дверь упала на пол. Юноша не рассчитал - дроиды смогли освободиться от оцепенения слишком быстро.
Действие заклинания невидимости прошло. Полёт тоже перестал работать. Щиты ещё выручали, но их хватит ненадолго, на пару минут продержаться - максимум. Сил на крупное колдовство и времени подзаряжаться от батарейки не было. Положение было критическим. Алистер проиграл - он это понимал. Но отчего же он так довольно улыбнулся, когда повернулся лицом к противнику?
- Отбой тревоги! - громко скомандовал он, рывком стаскивая с глаз визор и другой рукой срывая с шеи шарф, открывая своё лицо.
Нацелившиеся в него огромные стволы замерли, успев выпустить десяток или два пуль. Дроид недобро сверкнул красным светом фотоэлементов-глаз, как-то подобрался и... с противными щелчками сложился в пассивный режим, втянув пулемёты под броневые пластины-заслонки. А затем попятился, развернулся и скрылся за дверью.
В комнату тут же осторожно заглянули бойцы охраны, целясь в нарушителя из своего ручного оружия. Но стрелять не стали, получив по комлинку соответствующее распоряжение. Вы только полюбуйтесь на их вытянутые лица!
- Ну, и кто будет платить за ремонт и истраченные боеприпасы? - послышался над головой, откуда-то из динамиков, несколько недовольный мужской голос.
- Всё оплатит ЗШН, отец, - усмехнулся Алистер, развеял щит и, сев на застеленную кровать своей комнаты - его конечную цель, принялся снимать жаркую куртку.
- С чего бы это вдруг?
- Потому что вступительный экзамен на проект ОММ сдан, - не говорить же папе о возможности печатать деньги в стенах школы в любом количестве без ограничений, он и сам это знает.
- Звучит, как мантра, - заметил Ашурбаннипал Брайс.
- Почти так оно и есть, - вздохнул юноша.
- Жду тебя в своём кабинете.
- Иду, - Алистер поднялся, извиняющимся взглядом поглядел на охранников и направился к рухнувшей двери.
- Юный господин! - испуганно ахнул оказавшийся в коридоре дворецкий.
- Всё в порядке, Дакворт, - устало отмахнулся он и хихикнул. - Прости... Джекворт.

- Ты понимаешь, что мог погибнуть? - серьёзно спросил лорд Брайс, стоило сыну переступить порог его кабинета. Хотя тревога подняла его из постели, неведомым образом Ашурбаннипал успел приодеться и расчесаться, и выглядел как всегда бодро, свежо и с иголочки.
- Я всё предусмотрел, - вздохнул юноша. Так лень было в третий раз объяснять все детали своего плана. В первый раз он обсуждал его с Эруё, во второй - с Аблой. Больше никто не был в курсе.
- Ну и как тебе охрана поместья? - усмехнулся отец, поверив Алистеру на слово.
- Честно? Не очень, - нахмурился он. - Я смог проникнуть в особняк в одиночку, пройти его насквозь, и охрана не смогла меня остановить. При этом, используй я против них магию или оружие, то они все бы уже были мертвы. Нам...
Юноша хотел сказать, что им требуется более совершенная система охраны, но запнулся на полуслове, когда пока ещё хозяин этого поместья разразился неожиданным смехом. Хохотал он громко и от души, особенно видя удивлённое выражение Алистера, а затем, с трудом остановив смех, утёр слёзы из уголков глаз и добродушно сказал:
- Господи, Алистер, как же ты наивен. Не могу сказать, что это так уж плохо, но учись просчитывать всё наперёд, сын.
- В смысле? - насторожённо спросил он, хотя уже знал, какой будет ответ.
- Я знал, что однажды ты захочешь проверить, надёжна ли охрана поместья, - серьёзно заговорил Ашурбаннипал. - Ты имел на это право, как его будущий хозяин и как человек, который должен заботиться о безопасности своей будущей семьи. Вы с Аблой не вечно будете учиться в ЗШН. Верно?
Юноша просто кивнул. Отец предугадал его действия и знал все мотивы. Ну, разве что кроме проекта ОММ. Щёки Алистера вспыхнули. Так его провести... И после этого вы станете говорить, что Алиса пошла в маму? Внешностью разве что. А хитра, как отец.
- Но как охрана узнала, что это я? - уточнил Алистер один важный момент.
- А она не знала.
- То есть?
- Система охраны поместья настроена по-разному реагировать на тревогу в зависимости от поведения угрожающего объекта, - ответил отец. - Наполовину это искусственный интеллект, способный анализировать ситуацию и применять нужные меры. Если бы ты нейтрализовал охранников, усыпив их или парализовав, искин бы отреагировал иначе. Если бы кто-то из охранников был убит, включилась бы Красная Тревога, и тогда тебя бы взяли за считанные секунды. Ты видел лишь малую часть всех возможностей.
- И что, даже мага бы взяли? - неверяще спросил Алистер.
Ашурбаннипал Брайс заговорщицки приложил палец к губам и подмигнул сыну.
  • С завершением сюжетки ^_^
    +1 от Random Encounter, 23.10.16 23:41

Анья сама нашла, отвлёкшись на несколько секунд от оглушённых пиратов, пару наручников и отвёртку. Ту самую, которая помогла всех освободить. Довольно быстро справившись с тем, чтобы закрутить их обратно, дочь сенатора сковала ими за спиной руки твилека - не без труда, всё же он был тяжеловат его ворочать, зато не мог сопротивляться.
Когда раздался до боли знакомый отцовский голос, девочка вздрогнула всем телом и завертела головой, будто ища Раффана в трюме. Но его здесь не было. А был только холодный и бесчувственный репродуктор, из динамика которого звучал такой тёплый и родной голос.
- Папочка... - шепнула неслышно Аньяли, и ей сразу же захотелось плакать. Она была отважной и волевой девочкой, но ей было всего девять лет. И ей было страшно. Сглотнув комок в горле и дослушав сообщение до конца, она обвела влажными от выступивших слёз глазами союзников, задержала взгляд на рыжей пиратке. - Он жив... я и не сомневалась. Ни секунды не сомневалась. Она нас приведёт к нему. Но сначала... сначала на мостик, - нахмурилась Аньяли.
Ей трудно давалось сейчас принять решение. Она совсем растерялась, но нельзя было теперь сдаваться, когда столько проделано. Отец её поймёт и простит. Она ведь спасёт его. Они все вместе спасут его и остальных. Да, у них есть шанс!
- Госпожа Дамьен, проследите за пленниками, - девочка поднялась и протянула женщине шокер. - Бейте их, если очнутся. Не стоит переводить заряды, - она кивнула на бластер у той в руке.
Сама же она взяла бластер твилека. Запасную батарейку тоже, просто сунув её за ворот «пижамы» и прижав краем комбеза к плечу.
- Господин Не-Знаю-Вашего-Имени, позвольте мне поговорить с пленницей, - направилась она в камеру как-то очень решительно. Не хватало только засученных рукавов и утюга в руке, зато был бластер.
Сковываем твилека. Отдаём шокер Неруа. Идём к рыжей с угрожающим видом. Ну вы поняли, что Анья собралась делать. Но никто же не в курсе. :)
  • Суровые набуанские девочки ^^
    +1 от Dominga, 20.10.16 07:39
  • Блин, что же будет, когда ей стукнет восемнадцать?)))
    +1 от awex, 20.10.16 09:57

По пути к Ичи Юсуке никак не разминулся бы с Кизуной, идущей навстречу. Впрочем, оба были достаточно мелкие, чтобы разойтись даже без необходимости усаживаться куда-то и уступать дорогу. Протискиваясь мимо него, девушка резко замахнулась рукой и дала очкарику пощёчину. Деваться ему было некуда, он был почти прижат Кизуной к сиденью.
- Это тебе за Фришу-тян, - зло шикнула она и, не останавливаясь, прошла дальше.
  • Приятно такие вещи, порой, читать ^_^
    +1 от Random Encounter, 18.10.16 23:22

Незнакомый союзник никак не отреагировал на приказ Аньяли - ну и правильно, она же ему не командир, чтобы приказывать. Только вот рыжая пиратка осталась с незажатым ртом и могла кричать и звать на помощь. Если в коридоре кто-то из её товарищей есть, наверняка услышат. Анья вздохнула и не стала повторять незнакомцу свою убедительную просьбу, а понадеялась, что пиратка достаточно благоразумна, чтобы не кричать. Набуанцы были настроены очень серьёзно - тот же доктор Нуава мог выстрелить случайно. Палец дёрнется - и нет рыжей. Печаль. Анье бы хотелось обойтись без жертв, хоть и понимала девочка, что, когда речь идёт о космических пиратах, тут уже в первую очередь о себе надо думать.
А пока что ей удалось вырубить двух пиратов при помощи шокера, и у твилека на поясе, кажется, должен был остаться бластер. Дочь сенатора присела над ним и ощупала его пояс и заодно карманы, собираясь снять и забрать любое оружие, какое найдёт.
  • Анья набирает фраги) даром что дочь сенатора)
    +1 от awex, 13.10.16 11:03

Всё смешалось в думах Сильмини. В грезах её, вызванных розовым дурманом накурившегося Претендента, в этих необычных абстракциях, пытающихся выдать себя за хороший такой, добрый и бодрящий сон, она видела обрывки всего произошедшего с нею после перемещения из Азариса в чужой мир, и были они причудливым образом перемешаны с воспоминаниями прошлого, прожитого в родном лесу. Больше всего места в этих грезах было отдано почему-то сэру Ульриху и всему, что было с ним связано. Рыцарь представал в воображении эльфийки в разных образах, из ледяного превращался в нормального - и каждый раз был он другим. Сильмини ведь ни разу не видела его в обычном состоянии. Проклятье делало его непохожим на себя прежнего, хоть и оставляло все те же черты внешности. Но, например, его волосы. Какого они цвета были изначально? Сейчас-то они превратились в бело-ледяные. А ведь Ульрих мог быть и черноволосым, и блондином, и шатеном. И когда перед спящей Сильмини выстроились в ряд целая дюжина Ульрихов и предложили найти среди них настоящего, эльфийка забеспокоилась. Тогда-то она и ощутила волну страха от пробежавшего мимо щенка рогатого пса.
Но сон продолжался, и теперь он стал тревожным. Появился жутенький брат гемландца, мерзко улыбнулся и велел ей найти настоящего Ульриха. Коли угадает альвари, то, так и быть, отпустит его с ней, а коли нет, то сама женой Андреаса станет. Таковы правила игры. Выбирай, Сильмини!
А пока она задумчиво ходила вдоль ряда Ульрихов, его проклятый брат бормотал что-то маловразумительное писклявым голосом:
- Беда… беда… лай-лай-лай… Бежать бедать… предупреждать… ай яй яй, Яни-Яни… Бедный бедный Яни-Яни… бедный бедовый что видеть его глаза…
Ходила Сильмини и всматривалась в лица одинаковых с виду гемландских рыцарей. Одни усмехались ей, другие заверяли, заикаясь, что это они и есть настоящий сэр Ульрих фон Бранден из дома фон Бранденов. Только один был молчалив. Смущённо отвёл взгляд и подёргал себя за косу.
- Это он! - эльфийский палец обличительно ткнулся в рыцареву грудь, да так, что Ульрих аж покачнулся. - Я выбираю его!
- Забирать брать отниматеньки глупый парень… - завозмущался-запищал Андреас. - Забирать женщину-коднара. Ай-яй-яй… Предался, отдался, отказался... сьями-сьями, ядовитая душа, ядом ведьмищу душит...
- А? - непонимающе обернулась Сильмини.
Глядь на себя - а и в самом деле обернулась! Чешуя на коже проступила, а из-под чешуек перья вылезли. Ногти удлинились и когтями острыми стали.
- Что такое? - щёлкнула клювом альвари-коднарица, за голову схватилась. - Почему? Феари?!!!

Никто ей не ответил. Да ответ и не нужен был - она перестала быть коднаром и стала рогатым псом. Щенком благородного абиссинского пса, бегущим куда-то, к земле принюхиваясь. В голове забились путаные мысли: куда я бегу? Зачем? Что или кого ищу? Запахи пугали, всё казалось слишком каким-то реальным, на сон не похожим даже.
Увидев кучку фей-ямов, которых поначалу она приняла за говорящих белок, Сильмини насторожилась. Видишь фея - быть беде. Эти белколисы беды так и притягивали. А может, их притягивали чужие для этого мира существа, а фей-ямы просто рядом оказались и ни в чём не виноваты. Принюхалась, огляделась, помочилась под кустик и на Найджелла зарычала. Стоп. Найджелл? Сэр Най, что с вами не так??? Вас король-Лес покусал?! Феари в опасности! А где же сэр Ульрих? Хотя бы один из!
- Глупый парень? Найджелл?! - бесцеремонно (в своей манере) ворвалась в эльфийкин сон Цера, почти один в один повторяя те же вопросы. - Найджелл делает что-то плохое с Феари? А где Ульрих? Что произошло?!

Что там было дальше, альвари не досмотрела. Услышав, что её зовут в самое ухо зычным химерийским голосом, она вырвалась из цепких объятий сновидений. Дрогнули сначала веки эльфийки, а потом она резко открыла глаза.
- Что?.. Цера, подожди... Таверна... они рядом с Таверной! Я с тобой... - попыталась Сильмини напутствовать химеру, чтобы долго не искала.
Она чувствовала сильную слабость после не очень-то здорового и порядочно дурного сна, только казавшегося лёгким и воздушным, а потому, когда встала на ноги и пошатываясь побрела за химерой, та успела убежать далеко.
- Сэр Най... что с тобой случилось... - выдохнула она и постаралась идти быстрее. - Оставайся здесь, там опасно, а ты теперь можешь умереть, - серьёзно предупредила Сильмини королька, оглянувшись.
Останется или нет - ему решать. Нянчиться с ним альвари больше не собиралась.
Топает что есть сил за Церой, но отстаёт.
+1 | Следы на песке, 13.10.16 00:57
  • Хороший пост. Даёт надежду что Следы на Песке еще живы.
    Вдохновенно. А что может быть лучше для взгрустнувшего мастера чем вдохновенные посты?
    Плюс.
    +1 от Лисса, 13.10.16 09:59

- Ох... знаешь, я тебе сочувствую, правда, - кивнул Честнат, - случившееся с тобой ужасно... Так, ну из одежды я добыл только это. Невесть что, но это временно, - он пожал плечами, показывая сложенный бабушкин сарафан и широкополую шляпку.
+1 | Харбор Пайнс, 01.09.16 11:04
  • Мне нрааавится эта игра. И поэтому я пишу плюсики игрокам. Вот так.
    +1 от Полярный, 11.10.16 08:35

Человек со знаменитой улыбкой сейчас отнюдь не улыбался, а хмурился. Он смотрел на экран рабочего монитора и, когда рыжеволосая девочка в лётном комбинезоне бросилась под ноги угрожавшего ей рыцаря и стала ползком пробираться к своему учителю, а затем другой рыцарь её схватил, мужчина не выдержал и поднялся из кресла.
- Остановите это, - не оглядываясь, произнёс он. Его взор был прикован к экрану, где продолжала разворачиваться драматическая сцена в пещере. Изображение было чётким - скрытые камеры под сводом пещеры отлично всё зафиксировали, но тёмным из-за слабого освещения. Хорошо, что современные технологии позволяют сделать сделанную в темноте картинку светлее.
- Не надо, Юра, успокойся, - легла на его плечо сухая ладонь. - Ты пойми, эксперимент уже начался. Это важно для всего человечества. Подумай о будущих перспективах. Твоя дочь прославится так, как тебе и не снилось. Все они станут героями Земли, если всё пройдёт успешно.
- Но, Леонард Карлович, вы считаете, это успешно? - Юрий Светлов обернулся и внимательно поглядел в лицо председателя всепланетного комитета по космическим исследованиям. И, снова глянув на экран, импульсивным жестом указал на него. - Вот ЭТО успешно?
На дисплее один из рыцарей ударил Алексея Стругачёва пикой по голове и тот упал. Потекла кровь. А затем на пол полетела Майя Светлова. Ещё через несколько секунд видимость пропала из-за заполонившего экран дыма. Кулаки капитана медленно сжались. Так, что костяшки пальцев побелели. Брови опустились, губы превратились в одну узкую полоску.
- Вот это уже слишком, согласен, - помрачнел и дедушка Лёвы. - Они обязаны были обойтись без рукоприкладства. Это нарушение прямого приказа. Виновные будут наказаны и уволены со службы.
- Вас беспокоит только это? - порывисто, в гневе, спросил Светлов. Он сбросил с плеча руку академика и пошёл к выходу из рубки управления. - Там моя дочь. И этот мальчик пострадал. Может, им нужна помощь медиков.
Леонард Карлович задумчиво посмотрел вслед уходящему капитану и произнёс только одно слово:
- Андромеда.
Широкая спина капитана Светлова застыла в дверном проёме.
- Поверь, Юра, я беспокоюсь за ребят не меньше тебя, - сказал ему Иоффе. - Там и мой внук, не забывай об этом. Пусть он сейчас и на «Фобосе». Но Андромеда, Юра. Её тайны ждут, когда мы за ними придём. Когда они за ними придут, - он кивнул на экран. - Или ты думаешь, там будет безопаснее, чем здесь? Отнюдь. Там наши дети и внуки могут столкнуться со смертельными опасностями. Они должны научиться справляться с проблемами. Иначе проект не имеет смысла, - академик растерянно развёл руками.
- Но они же дети... ДЕТИ, Леонард Карлович! - капитан обернулся.
- И что? - Иоффе вздохнул. - Ты забыл, зачем мы всё это затевали? Нам ведь дети и нужны. Светлые дети светлой космической эры. Лучшие ученики МЗУ. Только они смогут преодолеть пространство и время...
- Да, я знаю, - Светлов устало кивнул и весь как-то поник. Он развернулся и медленно направился обратно к столу.
- Вот и хорошо, - несколько вымученно улыбнулся Леонард Карлович и поднял заварницу. - Чаю?

На плечи дрожащих ребят, подобранных у пещеры, накинули тёплые куртки и на ховере довезли их до «Фобоса». Путь занял от силы минут десять - ведь ховер, в отличие от колёсного транспорта, не зависел от неровной поверхности. Капитан Светлов всю дорогу не выпускал из объятий свою дочь. Видно было, что он здорово перенервничал. А когда добрались до корабля, взял её на руки легко, как пушинку, и быстро поднялся по трапу. Кому было трудно идти самостоятельно, тем помогали или даже несли на руках. Миновав коридоры необычно освещённого, словно новогодняя ёлка, корабля, они дошли до медицинского отсека. Там ребят уговорили выпить какие-то таблетки, напоили, дали каких-то питательных галет и в целом им полегчало и физически, и психологически. После этого они умылись, переоделись в чистое и переместились в учебный отсек.
По дороге до звездолёта где-то на отдалении ребята видели рыцарей, снявших свои шлемы и оказавшихся вполне земными людьми. Те стояли в стороне и о чём-то тихо переговаривались между собой.
В учебном отсеке их уже ждали оставшиеся на корабле одноклассники, выглядевшие ничего не понимающими. Настя казалась расстроенной, но была рада видеть ребят, вернувшихся живыми и почти невредимыми. От вида Лёхиной раны, которую за время поездки на ховере успели обработать и перевязать, она пришла в ужас. А Стругачёву хоть бы хны - красовался себе в повязке, как герой. Правда, выражение лица у него было злое. Будто хочет двинуть кому-нибудь, а кому - не знает.
А ещё вернувшихся из пещеры ждал сюрприз. На своём привычном учительском месте сидел Фёдор Михайлович Чижик, грустный и с перебинтованной головой. При виде вошедших он встал.
- Сидите, сидите, Фёдор Михайлович, - сказал ему капитан Светлов, но учитель и не подумал садиться. Он смотрел на ребят и больше всего на Майку. Выглядел Чижик каким-то затравленным. Майкин отец тем временем продолжал. - Дети, а вы садитесь. Представьте, что у вас урок, и садитесь.
Когда все, рано или поздно, расселись по своим местам, Юрий Светлов со вздохом начал:
- Прежде всего, я должен извиниться перед вами и вашим учителем за всё, что вам пришлось пережить.
- Мы должны извиниться, - поправил его дедушка Лёвы.
- Да, именно так, - согласился капитан. - Мы должны извиниться.
Он присел рядом с Майкой и положил руки ей на плечи.
- Готовится новый космический полёт, проект под кодовым названием «RAR90», первый полёт землян в другую галактику, Андромеду. Он такой долгий, что звездоплаватели отправятся в путь детьми, а вернутся взрослыми. Кого послать в этот рейс? Ориентироваться при подборе кандидатов на обычные оценки слишком рискованно. И вот учёные предложили эксперимент: пусть дети сами проявят себя в трудных и опасных условиях. Мы оборудовали полигон на этой планете. Поблизости от пещеры роботы смонтировали выглядящий заброшенным замок, в который вы должны были попасть, гонимые рыцарями. Дальше они бы оставили вас в покое, и мы бы стали смотреть, что вы предпримете, оставшись сами в подобных условиях и без взрослых.
- Значит, вы с ними были заодно?! - вспылил Лёха Стругачёв, вскочив с места и обличительно наставив палец на Чижика. Глаза его пылали праведным гневом.
- Ребята... - начал извиняющимся тоном учитель, но Светлов его перебил.
- Фёдор Михайлович, позвольте, я дорасскажу... Да, дети, ваш учитель был в курсе всего. Когда я в последний раз приходил в училище - помнишь, я с ним говорил? - спросил он у Майи. Да, она помнила этот разговор, после которого и отец, и учитель были сами не свои. Девочка тогда ещё решила, что между ними вспыхнула некая вражда. Юрий Светлов и в самом деле недолюбливал Чижика, так что повод так думать у неё был. - Тогда я ему рассказал, какой планируется эксперимент, и Фёдор Михайлович вызвался участвовать. Он не мог вас доверить кому-то другому. Если бы он не согласился, вы бы отправились в полёт с другим преподавателем.
- Простите, мне пришлось обманывать вас, ребята, - вздохнул Чижик.
- Оставлять вас совсем одних нельзя было, - продолжал Светлов, - поэтому в замке к вам должен был присоединиться Фёдор Михайлович, одетый в панцирь робота.
- Чего? - недоумённо вопросил хмурый Стругачёв.
- Ваш корабельный робот - кстати, он очень о вас беспокоится - был запрограммирован имитировать повреждения и отключение после атаки рыцаря, - пояснил капитан, - а после того, как ваш учитель вас покинул, он должен был переодеться в робота и прийти в замок. Якобы робот самовосстановился и отправился на ваши поиски. Кстати, не с пустыми руками - по «легенде» он якобы сумел тайком от рыцарей пробраться на корабль и вынести из него ваш живой уголок, чтобы ты не волновалась за животных, - мужчина провёл ладонью по волосам дочери. - И, если бы они оставались на корабле, это могло бы повлиять на ваши решения, что портило чистоту эксперимента... В замке вы нашли бы чистую одежду, реконструкцию средневековой, воду и еду в подвалах, которую бы готовил ваш «Робик». Фёдор Михайлович много часов потратил на курсы готовки, чтобы научиться готовить так же хорошо, - капитан чуть улыбнулся, а учитель мрачно смотрел в пол. Похоже, ему было стыдно перед ребятами. - Позже, когда бы вы немного обжились в замке, на второй или третий день планировалось проверить, как вы реагируете на опасность. К вам бы явилась механическая гусеница и атаковала замок. Впрочем, у нас были разные варианты на случай самых разных ваших действий. Вы же могли решить не оставаться в замке, а исследовать планету или пробиваться к кораблю, например. В общем говоря, этот полигон как реалистичный парк развлечений, о чём вы не должны были узнать, пока не пройдёте все необходимые тесты.
- А Алёша? - вдруг спросила Настя. - Зачем его били? И Фёдора Михайловича тоже? Ведь он же... - она не договорила, вопросительно поглядев на Чижика.
- Кхм... ударили меня по-настоящему, - он коснулся повязки, - ну, почти, не со всей силы, конечно. Дело в том, что я... - Чижик посмотрел на академика Иоффе.
- Да, вы чуть не нарушили план, - кивнул пожилой мужчина. - Но я могу вас понять. Вы испугались за девочку. Уверяю вас, ей бы никто не стал причинять вред.
- Ага?! - возмущённо выкрикнул Лёха, постучав себя кулаком по повязке на голове.
- Это серьёзное упущение, - нахмурился Леонард Карлович, - виновные будут...
- Леонард Карлович, я вас прошу, - поморщился Светлов. - Оставьте свой официальный тон. Рядом с вами внук сидит.
- Нда... - вздохнул растерянно дедушка Лёвы и положил ладонь капитану Крамеру на плечо. - Извините, в общем, дети.
- Блин... - ругнулся Лёха. - Ну а почему всё закончилось? За нас испугались, да? - ехидно-возмущённым тоном спросил парень.
- И это тоже, - кивнул капитан Светлов. - Я до последнего сомневался, стоит ли продолжать эксперимент, учитывая обстоятельства того, как всё обернулось. Леонард Карлович меня убедил, что это очень важно для человечества.
Академик серьёзно покивал при этих словах.
- Окончательное решение всё свернуть мы приняли, когда вам стала угрожать серьёзная опасность, - продолжал Юрий. - У нас вышла неувязка. Мы не знали, что в этой местности обитают гигантские пауки. Гусеницу с человеком внутри придумали и собрали учёные, а вот пауки были настоящими. Их обнаружили наши разведчики недалеко в горах, целое логово, и похоже, оно здесь не одно. Эти пауки обитают под землёй и выходят на поверхность ночью. Хорошо, что данные о них были получены вовремя. Вы ведь могли в самом деле погибнуть, - он обнял Майю за плечи.

Фёдор Михайлович Чижик обвёл глазами своих учеников. Кто-то пристально смотрел сейчас в сторону, пытаясь будто бы что-то рассмотреть за иллюминаторами, кто-то не отрывал взгляда от своего учителя.
Лёва Крамер. Смелый и отчаянный мальчишка, гордость своего деда. Он молодец, не растерялся, когда они с Петей и Настей остались втроём на корабле. Придумал способ разведать местность. Прибор ночного видения - опять же его идея. И рыцарей он не испугался. Отважный капитан из него вырастет.
Петя Куницын. О нём можно сказать почти всё то же самое. Он не изобретатель, но чудесно разбирается в технике и сильно помог ребятам, собрав тот самый ПНВ. Он выдвинул несколько весьма интересных гипотез случившегося с «Фобосом» и в целом показал себя рассудительным человеком.
Настя Полоскова. Может, ей не место в космосе, но её тянет к звёздам. Хоть в училище она поступила не по своему желанию, но стала одной из лучших в классе. Добрая и умная, заботливая девочка. Надёжный штурман.
Лёха Стругачёв. Это... это просто Лёха. Весёлый и в целом добрый парень, неунывающий и храбрый. Он не раз, как и все ребята, проявил себя за время эксперимента. Всё потому, что ему не сидится на месте. Потому и достаётся больше других - повязка на голове красноречиво об этом свидетельствует. Но мальчик он хороший.
Коля Гераськин. Замечательный бортинженер. Большого труда стоило техникам настроить искин «Фобоса» так, чтобы Коля случайно не заметил, что его перепрограммировали и часть информации сокрыта от ребят. Парень он тоже хороший, отчаянный, пытающийся думать.
Аня Любова. Проявила себя как хороший врач, но это всё же не её. Она, как и Светлова, биолог, исследователь. Вот где должны проявиться её таланты. В остальном же, добрая и отзывчивая девочка, очень общительная и смелая. Ведь это она первой развязалась в клетке. И Майю бросилась защищать, когда у неё была возможность сбежать и избежать плена.
Марина Бабурова. Не проявила своих качеств как старпом, зато показала себя как смелая и выносливая звездолётчица. Внимательная к деталям. Готовая прийти на помощь. Рассудительная. Хорошая девочка.
Майя Светлова... На ней учительский взгляд задержался надолго. Светлая и позитивная девочка, она была лучиком света в тёмном царстве, когда они только сели. Улыбалась и шутила, говорила не умолкая. Строила планы, выдвигала прекрасные теории. Замечательная дочь знаменитого капитана. Только ей надо не в экипажах летать, а биологом становиться в каком-нибудь космическом заповеднике. Очень уж она любит возиться с животными и растениями. А главное... сможет ли она когда-нибудь простить своего учителя за этот обман, невольным участником которого он стал?

Можно ли сказать, что они выдержали трудный экзамен и теперь с честью вернутся на Землю? Ведь всё пошло не так, как было задумано. Средневековый замок они так и не увидели.
- Постойте! - спохватилась штурман Полоскова. - А как же гравилуч? А невидимая система? Это всё тоже подставное?
- Да, - кивнул Фёдор Михайлович и виновато повёл плечом, - к сожалению. Фобос был запрограммирован на этот полёт, чтобы сымитировать вынужденную посадку и аварийную ситуацию на корабле. А эта звёздная система была удалена из всех навигационных карт.
- Жаль, - вздохнула девочка, - а я так надеялась, что мы открыли новую цивилизацию.
- Выходит, никакой я не первопроходец, - Стругачёв обречённо опустился в кресло. - И раз эксперимент провалился, то мы никуда не полетим.
- Дети, не унывайте, - крепкая рука капитана Светлова тепло сжала плечо дочери. - Человечество приблизилось к новому этапу космической эры. Полёты в другие галактики скоро станут явью, а не мечтой. И вы обязательно откроете новые цивилизации и станете первопроходцами на новых открытых планетах. Именно вы - будущие звездоплаватели. Текущее поколение учеников МЗУ. Я вам даю слово Юрия Светлова.

Вот так. Капитан Светлов, как известно, никогда не нарушает данного слова. А значит, придёт время, и эти дети станут героями.
Это последний мастерский пост. Каждый из вас, кто желает, может написать послесловие. Время на него у вас до конца недели, а в понедельник я завершу игру. Все игровые вопросы в обсужд, здесь я уже отвечать не буду. Но могу поправить - если что-то не так, пишите, сделаю.
  • За отличный выход из ситуации
    +1 от fil211, 06.10.16 09:26
  • Рар90))))) А вообще, очень жаль, что игра закончилась(
    +1 от Зареница, 06.10.16 09:45
  • За мужество и умение прекратить игру, когда все пошло не так
    +1 от rar90, 06.10.16 11:21
  • Благодарю за хорошую игру, жаль финал такой внезапный и суровый. И с дядей Федей жестко.
    Ну а так все было круто. Спасибо. Было интересно.
    +1 от Лисса, 10.10.16 15:19

Подошедшие к месту крушения асуры гильдейцы в лице Анжелики, Кайто, богини Гестии и двоих примкнувших к ним странниц - принцессы ильнари и её телохранительницы - обступили лежащую на ком-то Мию. Кто там под ней, было не видно из-за густой растительности и пышного платья асуры. Но этот кто-то завозился, и девушка обхватила его двумя руками и прижала к себе.
И почувствовала, как её бюст встретился с другим большим бюстом. Ведь Мию поймала вовсе не «беглого» парня, а скорее «беглую» девушку. Высокую, крепкую, с соломенными волосами, заплетёнными в тонкие косички, и синими глазами. И с двумя большими наливными дыньками, уперевшимися в такие же у Мию.
- А вы тоже? - спросила девица, распахнув перепуганные глаза, у своей захватчицы.


+1 | Guild of Heroes, 05.10.16 06:44
  • Интересный поворот
    +1 от Путник, 06.10.16 09:10

Открыв дверь магазинчика и увидев своего нового знакомого, на которого уже вешалась какая-то местная барышня - надо сказать, сама милота, - Элейна не удержалась от ехидной ухмылочки. А она ещё переживала, что он здесь без неё заскучает. Лемкин оказался парень не промах и знал толк в том, как правильно нужно проводить время в ожидании. Хотя выглядел он почему-то не очень радостно от внимания этой... ушастой. Как-то подозрительно она была похожа на одну кошко-девочку из одной игрульки, хотя под беретом было не понять, есть ли у неё кошачьи ушки. Вообще, Джордж питал слабость ко всяким неко-девушкам, потому не мог оставить факт схожести без внимания. Но вот хвоста у неё точно не было. К сожалению, надо полагать.
Прикрыв за собой дверь и мысленно посмеявшись от реакции продавщицы на её «бездонную» сумочку, блондинка лёгким и пружинистым шагом направилась прямиком к сладкой парочке. Тёмно-коричневый костюм из брюк и жакета смотрелся на ней довольно стильно, его дополняли дорожные сапожки, повязанный в виде галстука аккуратный шарф и тёмные перчатки из выделанной кожи. Ко всему этому добру прилагалась воздушная, как зефирка, и розовая, как попка младенца, дамская сумочка, которую девушка держала в руке, забыв перекинуть ремешок через плечо. Никаких украшений на ней видно не было, но весь вид Элейны как бы намекал на её благородное происхождение, несмотря на вполне себе «мирской» наряд.
- Смотрю, ты время зря не теряешь, - заметила она Лемкину, приблизившись к ним и с интересом разглядывая незнакомку.
+2 | [Anima] "Gaia Online", 03.10.16 09:54
  • Ко всему этому добру прилагалась воздушная, как зефирка, и розовая, как попка младенца, дамская сумочка,
    УржалсяXD
    +1 от Dominga, 04.10.16 17:37
  • Бедный Лемкин...
    +1 от Аликтус, 04.10.16 17:48

Изображать панику Ами было не нужно. Она уже паниковала! Сначала напустившаяся на них Хэнэко - по правде-то, заслуженно напустившаяся, но от этого было не менее страшно. Потом неожиданный срыв Мотидзуки-сан - Тагава пришла в ужас, когда поняла, что малышка Джун хотела воспользоваться своим палашом против Хэнэко, и кажется, ей это не показалось! К счастью для всех, Джун ограничилась разрубанием двери, в которую тут же и вылетела пулей. Но окончательно Ами добила всё же окружающая обстановка. Не стоило ей оглядываться вокруг. Ох, не стоило! Перед глазами живо предстала картина гигантского комара, пронзающего своим жалом тело человека, садящегося на него сверху и начинающего пить его кровь, жадно чавкая и хлюпая ею. И при этом брюшко наливается красным и увеличивается в размерах... Нет!

И тут над ухом прогудел комар. Самый обычный маленький комарик.
- Нет!!! - взвизгнула кошко-девушка, отскакивая в сторону и отмахиваясь от назойливого насекомого обеими руками, на которых сами собой снова выросли перчатки с когтями. Она растеряла все остатки здравого смысла, совсем позабыв, как несколько минут назад своими руками (ну, или руками Марионетки, какая разница) раздирала гигантских комаров на множество кусков. Сейчас ей этот маленький комарик показался страшнее атомной войны.
Но всё же... всё же Ами не бросилась следом за убежавшими Джун и Хэнэко. Её остановила Кагами-сан, протянувшая ей руку помощи. А ещё рядом была Харуко, и это как-то, хотя бы немного, успокаивало. Опасливо поглядев на протянутую руку, девушка подошла к Шиори и крепко за неё ухватилась. Да, рукой в перчатке и с когтями. Тёплая и мягкая, бархатная кожа. Когти, к счастью, были на кончиках пальцев, потому не могли причинить руке вред.
А потом они растаяли, вместе с прочим костюмом. Исчезли кошачьи ушки и хвост, платье мейды. И Ами стояла в своём обычном виде, держась за руку Кагами-сан. Девочка закрыла глаза, всхлипнула и кивнула.
Ей не нужно было изображать панику.
Вторая рука протянулась к Харуко.
  • Хм... Оо
    +1 от Maskelpas, 03.10.16 08:21

Чижик ничего не отвечал Майке. А может, она его просто не слышала, потому что кричала так громко, захлёбываясь и хрипя, и при этом едва слыша собственный голос. В ушах стучала кровь и лязгали доспехи ненавистных рыцарей.
А учитель смотрел на девочку и ему было страшно за неё. Она отчаянно пыталась доползти, добраться до него, не щадя себя, не жалея сил, опрометчиво рискуя жизнью. Будто бы он для неё стал близким и родным человеком. Это вызвало замешательство в сердце мужчины. Может, он чего-то недоглядел? Ведь прежде Майя была для него такой же ученицей, как и все остальные. Он не давал ей поблажек, несмотря на то, что она была дочерью знаменитого капитана Светлова, а его слово имело большой вес в МЗУ. Он относился к ней как ко всем остальным ученикам. Ну, конечно, если не считать, что к каждому у Чижика был индивидуальный подход, и всё же у него не было любимчиков или, наоборот, тех, на ком он мог сорвать дурное настроение. Вот даже неугомонный хулиган Стругачёв не мог сказать, что учитель к нему относится несправедливо и хуже, чем к другим. Все получали от Фёдора Михайловича ровно то, что заслуживали. И он подумать не мог, что кто-то из учеников вдруг к нему настолько привяжется.
Поведение Светловой было трудно списать на рационализм. Да, он уже понял, что Майя считает его самым полезным участником экспедиции, а значит, его надо оберегать больше всех. Но это не объясняло, с каким отчаянием она за него боролась. Это... это не рационализм, это уже тянуло на что-то личное. Личные симпатии ученицы к учителю. Возможно, он заменил ей отца и сам не заметил произошедших изменений. Это было... странное чувство.
Как бы там ни было, много времени на размышления Чижику не оставили. Когда рыцарь отпустил его руку и схватил девочку, Фёдор Михайлович испытал сильный гнев - давно он так не злился на кого-то. К чёрту рационализм - и он вырвался из рук единственного оставшегося конвоира, чтобы броситься Светловой на помощь. Ты - мне, я - тебе. Ты - за меня, как я за тебя. Он не думал, что, поступая так, сам рискует жизнью. Он просто действовал. К сожалению, его конвоир не проникся моментом. Металл не знает жалости. Металл больно бьёт по голове. И тогда не остаётся уже ничего, кроме как из последних сил пытаться разжать чужие руки, сцепившиеся вокруг хрупкого тела девочки.
- Кх... - он обмяк и сполз на пол, так и не сумев довершить начатое.

А Майке не везло - так во всём. Плевок у неё не получился. Совсем. В пересохшем рту - ведь она так и не попила воды и отказалась от каши - скопилось слишком мало слюны, чтобы её хватило на смачный плевок. Из губ брызнули лишь пузырики, наверняка вызвавшие у смотревшего на неё рыцаря усмешку. Как и жалкая попытка его боднуть головой. Слишком крепко держали её, чтобы эта попытка могла оказаться удачной...

Враги покинули пещеру, забрав самое ценное, что было у Светловой. Самое ценное во всей экспедиции. Без чего шансы их вернуться становились совсем уж мизерными. Но разве об этом теперь думала Майя? Нет. Чижик был для неё не просто шансом на спасение, он стал за это время чем-то большим и почти родным...
Дым обильно пополз по пещере. Коля самоотверженно бросился на самое большое его скопление, видимо, рассчитывая, что гильза находится под ним и он сможет её накрыть, однако гадская рыцарская граната, должно быть, укатилась куда-то в сторону, так как дым продолжал валить уже из другого места. И Гераськин почувствовал, что его накрыло... Всё же умудрился вдохнуть ещё до того, как задержал дыхание. В голове помутилось и перед глазами потемнело...
Коля потерял сознание последним. А первой была Майя. Несмотря на отчаянные попытки остаться в чувствах. Несмотря на ушибленную руку, сильно заболевшую после пары ударов о камень. Несмотря на привкус крови на губах. Она успела наглотаться и отключилась первой, так и не доползя до выхода... За ней вырубилась Марина, успевшая подобрать ведро, что-то крикнуть Гераськину и двинуться вглубь пещеры к озерцу за водицей. Смертная темнота нагнала её посередине пещеры, ноги подкосились и старпом упала и растянулась на полу, а железное ведро с грохотом покатилось в сторону... Аня... Аня была следующей...
И лишь Лёха Стругачёв, увидев дым, машинально задержал дыхание и каким-то чудом остался в сознании. Может, помогала боль в разбитой голове, пульсировавшая и напоминавшая о том, что он ещё жив. Закусив губу, он медленно пополз к выходу, по пути шаря по полу в поисках проклятой гильзы... Парень понимал, что его сил сейчас не хватит всех вытащить из пещеры, но вот гильза... если её выбросить...
Зареница: первый пропуск хода.

Штрафы:
Майя Светлова
"Ушибленная": -10 на проверки Силы, Ловкости и Выносливости из-за ушибленной кисти руки.
Лёха Стругачёв
"Стукнутый": -10 на проверки Силы, Ловкости и Выносливости из-за разбитой головы.
Майя, Аня, Коля, Марина
"Вялый": -10 на все проверки из-за последствий газового отравления. Пройдёт за полчаса-час.

С Лёхи Стругачёва снят штраф "Нарушитель". Еда восстановила его силы и избавила от недомогания, вызванного падением при посадке.


Конец второй главы
  • Классный пост!!!
    Ееее, Чижик слышал этот психобред :)
    С плевком тоже круто. Уж если день не задался, так он не задался во всем.
    +1 от Лисса, 01.10.16 10:27

Отбежав на несколько шагов, но сообразив, что Лёва и не подумал бежать вместе с ней, Настя остановилась и развернулась. Она разрывалась между страхом и желанием сбежать и где-нибудь спрятаться и беспокойством за Крамера, так смело решившего выйти навстречу рыцарям. В одно мгновение стало холодно, несмотря на тёплую одежду, а в груди отчаянно колотилось сердце.
«Думай, Настя, думай. Нет! Решай немедленно! Ты или с ним, или сама по себе!»
И она решила так, как подсказывало ей сердце. Подбежав обратно к Лёве, девочка остановилась позади него, в страхе выглядывая из-за спины на приближающихся средневековых рыцарей. Она не могла ослушаться своего капитана. Она не могла оставить Лёву одного перед грозящей ему опасностью. Если их схватят, то пусть лучше вместе. Хотя у Полосковой теплилась надежда, что им удастся найти с местными общий язык. Может даже, они помогут им найти и вернуть остальных ребят. Хорошо бы... но эти надежды, как же они были наивны.
А Петя... его поступок... она не могла винить его в трусости. Может, он и правильно поступил, что решил где-то укрыться. Хоть кто-то ещё, может, вернётся на «Фобос»...

Свет факела осветил Лёву, а затем выхватил из-за его спины выглядывающую Настю. Ехавший первым всадник остановился, внимательно разглядывая сверху ребят. Жестом дал непонятную команду двоим ехавшим сзади, и те выступили по бокам от него, нацеливая на Крамера маленькие ручные арбалеты. Лёва почувствовал, как Настя испуганно дёрнулась и схватила его за левую, опущенную руку своими двумя руками, пытаясь то ли оттащить, то ли оттолкнуть с линии огня. Однако выстрелов не последовало. Вместо этого их командир, который держал факел, властно поднял свободную руку и несколько небрежным жестом помахал Крамеру кистью в латной рукавице. Этот жест можно было трактовать как «проваливайте отсюда» - очень было похоже на привычный аналогичный жест на Земле.
Только сейчас капитан обратил внимание на одно несоответствие. Он помнил рыцарей с экрана, с изображения, которое транслировал Робик. И пусть картинка была нечёткой, тряской и с помехами, но Лёва точно мог сказать, что между теми рыцарями и этими имелись некоторые отличия. Доспехи были вроде такими же, но шлемы имели другую форму - у рыцарей, похитивших ребят, они были заострены спереди, у этих шлемы походили на кастрюльки. Также, кажется, различался гербовый узор на доспехах, но вот тут Лёва был не уверен, настолько хорошо он их не запомнил.
Зато запомнила Настя. Перестав тянуть Лёву за руку, она зашептала:
- Это другие рыцари... по-моему, они не поняли, что мы с корабля. Мы ведь не в скафандрах.
Конечно, было странно, если рыцари приняли их за кого-то другого. За местных каких-нибудь. Они ведь могли поинтересоваться: а что вы, дети, делаете рядом с этой странной штукой, да ещё посреди ночи? Ну, и одежда их едва ли похожа на местную. Но их действительно прогоняли...

Тем временем трое остальных рыцарей достигли трапа и остановились. Тот, что был с факелом, спрыгнул с лошади и принялся осторожно осматривать лестницу, а затем начал подниматься по ней в явном намерении зайти в шлюз. Впрочем, дальше выходного отсека он вряд ли зайдёт. Механика блокировала его от внутреннего шлюзового - чтобы открыть дверь внутрь корабля, нужно было знать, как это делается.

Куницын добежал до найденных валунов и спрятался за ними, но рыцари, похоже, не собирались нападать и преследовать ребят. Петя не мог видеть, что там происходит - от Лёвы и Насти его отделяли не только камни, но и корпус корабля, зато он не слышал шума драки. Теперь оставалось только решить, оставаться ли ему в своём укрытии и ждать развязки или всё-таки пойти к остальным.
Где-то высоко прямо над головой ухнула пролетающая ночная птица - если это была птица. Голос её очень напоминал сову.
  • Неожиданно! Готовился к чему угодно, но не к этому. Теперь придётся подумать. ;)
    +1 от TellTale Heart, 30.09.16 19:01

Всё полотно мирной и уютной пещерной жизни звездолётчиков разделилось на две половины. Половину До и половину После. А между ними пролегла глубокая трещина, явившаяся будто из ниоткуда, разделившая мир напополам. Ничто не предвещало беды. Уже и на контакт рыцари вроде бы шли, пусть и отмалчивались в свои металлические шлемы. Однако что-то изменилось...
И скорей всего виной этому был топот коней, который был теперь слышен отчётливо даже сквозь шумовую завесу дождя. Здесь могло быть только два варианта: либо сюда мчался их командир и они собирались показать ему старшего из пленников, либо, что виделось даже более вероятным, учитывая, как спешно и суетливо всё происходило, это были враги рыцарей, и они хотели по-быстрому забрать хоть кого-то из пленников и уехать отсюда, пока ещё можно унести ноги. Но почему Чижика? И почему не всех? Ведь кажется, они бы вполне могли поехать с рыцарями на лошадях, было бы их желание всех забрать. В общем, тут тоже были вопросы.
Как бы там ни было, в пещере началась драма. Но началась она После. А было ещё До. И оно было довольно милым, если подумать. Спокойное общение, шуточки вперемешку с серьёзными разговорами. Словно бы и не было никакой вынужденной посадки, и разговаривают Майя, Аня и Лёха не в мрачной пещере на чужой планете, а тайком выбравшись из своих комнат в общежитии где-нибудь ночью в коридоре училища. Так бывало. Мирный и спокойный разговор. От него на душе легче становится.

На Анькин вопрос про невесты Лёша промолчал, только что-то тихо пропыхтел под нос. Он так и не понял, сработал ли его тайный план и, если да, то какие результаты он принёс. Весёлый тон Любовой сбил его с толку, и только взгляд оставлял надежду на лучшее.
Но надо было срочно менять тему беседы.
- Оо, какие у тебя, Светлова, шикарные носки, - похвальным тоном протянул Лёха, пытаясь получше рассмотреть в потёмках Майкину ножку в носочке, который она ему и Ане показывала. Парень ради такого дела даже от еды отвлёкся. Он показал большой палец. - Знаешь, что они мне напомнили? У древнегреческого бога Гермеса сандалии были с такими крылышками. Только не вышитыми, а настоящими. Классные носки! Я бы даже попросил их поносить или обменялся, если бы размерчик был подходящий. Смотри, я тоже в носках, - Стругачёв вытянул ногу, с гордостью демонстрируя самые обычные чёрные носки с парой ма-аленьких дырочек, которые увидеть иначе девочки бы и не смогли, если б он сам не выставил их напоказ. Носки были влажные после купания, Лёха их одел после того, как выжал из них воду. Оставаться босиком ему не хотелось.
Беседа из спокойно-шутливой как-то незаметно свернула в серьёзное русло и обсуждение плана Мирного Контакта, над которым размышляла Светлова. Даже Лёха посерьёзнел, слушая девочку и пытаясь понять, каким именно собирается быть предстоящий план. И не очень-то понимал, что и как будет совмещать в нём Майка, как-то запутанно она объясняла. Ну да, он ведь не Чижик, чтобы ему доклады как из пулемёта строчить. Хотя вот про приоритетность вроде понятно всё было. Значит, первым кидаем за борт Лёву, чтобы не умничал, от него меньше всего пользы (всё никак не мог угомониться Стругачёв и держал зуб на капитана за недавнее происшествие), потом... а кого потом? На этом моменте он озадаченно поскрёб в голове пятернёй. Все профессии важны, все профессии нужны. Ну, про Чижика понятно, что он самый полезный из всех. Учитель же и вообще космолётчик с дипломом, не то что они, школяры необразованные.
И тут Майя сказала, что любит Фёдора Михайловича. Ещё и кучу комплиментов ему наговорила. Лёха несколько секунд без выражения смотрел на неё, пытаясь сообразить, что она хочет этим сказать и почему Анька показывает ему кулак. Нет, кажется, не послышалось. И кажется, это была не шутка. И на Стругачёвских губах уже начала расплываться ехидная ухмылочка, как тут...
По полотну счастливой беседы проползла злополучная трещина, разделяя мир на До и После.
И тогда началась драма.

Рыцари были непреклонны, неумолимы и беспощадны. План Очарования Светловой провалился с треском, не успев начаться. Слишком напуганной выглядела девочка, когда дрожащими руками предлагала им подношения с далёкой Земли. Слишком спешили хозяева этой планеты (если у неё не было других хозяев, похозяистей), чтобы внимать её мольбам. Их целью был единственный взрослый среди этого пионерлагеря - всё остальное лишь досадные помехи. А в средневековье помехи принято выкорчёвывать с корнями.
Пики продолжали угрожать. Одна нацеленная прямо на Майку, другая - на Стругачёва, выглядевшего самым опасным препятствием. Ух, как он сжал кулаки и сверкнул глазами, бросаясь вперёд в тот момент, когда Светлова упала куда-то на пол и поползла между ног у рыцарей. Пика дёрнулась ей вслед и стукнула в камень уже позади девочки, чудом успевшей проскочить дальше.
- Ай... Анька, отпусти! - прошипел-процедил Стругачёв, когда что-то не пустило его вперёд и это что-то оказалось руками упавшей на колени Любовой, с силой схватившей его за руку.
Он попытался было вырваться из её цепкой, необыкновенно сильной для девочки хватки, но замер, ощутив прикосновение холодного металла к горлу. Остриё пики было теперь нацелено прямо Стругачёву в шею. Злости его это не поубавило, да и страху не прибавило, но рвение сбило. Всё же геройски погибнуть, по правде говоря, хоть и было круто, но не в тринадцать же лет! Если б не Анька... нет, он бы точно пренебрёг опасностью, не вцепись она в него мёртвой хваткой.

Проскочив мимо рыцаря, Майя кинулась дальше к Фёдору Михайловичу, которого успели схватить за руки двое мечников и сейчас заводили их за спину учителю. Майкин противник быстро развернулся, загремел латами следом за ней. Но поймал девочку не он - проворства и скорости не хватило. Её встретил один из мечников, быстро шагнувший вперёд, вынужденный отпустить руку Чижика, чтобы устранить досадную помеху в виде буйного ребёнка. Поймав Майю легко как пушинку и убедившись, что она собирается драться, кусаться и царапаться до последнего, он её рывком развернул к себе спиной и перехватил за талию, прижимая к себе и зажимая обе её руки. Попытка наступить мечнику на ногу не увенчалась успехом - он явно этого ждал и убрал ногу, да и что ему было бы, даже получись это у Светловой? Маленькая ножка в шедевральном носке против огромного латного сапога. Больно бы было, да, но едва ли вывело рыцаря из строя.
И вот тут уже не выдержал Чижик. Не слушая слов здравомыслия Марины, он воспользовался свободной рукой, чтобы с размаха ударить локтем единственного своего оставшегося стража куда придётся. А пришлось как-то удачно - рыцарь ухнул от боли, впервые издав хоть какой-нибудь звук за всё время знакомства. Вырвав вторую руку, Фёдор бросился на Майкиного пленителя с криком:
- Ах ты!..
Характерный лязг оповестил о выхваченном из ножен оружии. Ушибленный мечник как-то слишком быстро оклемался. Бумс! Меч плашмя опустился на голову Чижика, и картинка перед его глазами поплыла и подёрнулась мраком. Он успел ухватиться за предплечья Майкиного мечника и даже попытался его то ли толкнуть, то ли просто разжать его руки, сцепившиеся вокруг девочки. Майя его лица не видела - учитель был сзади, но другие ребята, смотревшие на него в этот момент, могли видеть, как закипевший от гнева Чижик на глазах бледнеет и оседает на пол.
Меч рубанул воздух в направлении приближающихся Коли и Марины, предостерегая, чтобы они не подходили.

Пикинёр подбежал к Майе, которую удерживал мечник, угрожающе навис над ней и застыл, будто о чём-то размышляя. Она видела его глаза. Человеческие глаза с европейским разрезом. Цвет в потёмках было не определить, но вроде бы светлые. И они, как ни странно, не ярились кровью, смотрели не агрессивно, но напряжённо и как-то даже растерянно.
Рыцарь подался назад, выпрямился и пошарил у себя на поясе. Отстегнул с металлическим щелчком что-то маленькое и конусовидное, формой напоминающее гильзу от стреляной пули. И быстро пошёл к выходу из пещеры, махнув рукой остальным, мол, уходим. Мечник, отключивший Чижика, спрятал оружие в ножны, не подпуская близко Гераськина и Бабурову, подхватил Фёдора Михайловича с пола и легко, словно ребёнка, перебросил через плечо, потопав следом за пикинёром.

В общем, это было поражение. Обидное и безоговорочное. Ничьи попытки спасти ситуацию не помогли. Майку её конвоир потащил к выходу предпоследним. Замыкал отступление рыцарей пикинёр со странной штукой, которую зажимал в руке.
Лёха таки вырвался из Аниной хватки, отцепив её от себя по возможности мягко, и бросился на рыцарей, но толку? Лишь схлопотал концом пики по голове и, охнув, упал на пол, схватившись за голову. Под светло-рыжими его волосами проступила кровь. Она была теперь и на пике. Рыцари переглянулись и покинули пещеру, напоследок толкнув Майю внутрь так, чтобы она упала.
По каменному полу покатилась та самая напоминавшая гильзу штуковина, и в тот же момент из неё повалил густой белый и удушливый дым, перекрывший выход, забиравшийся в лёгкие и заставлявший кашлять, а глаза слезиться. В нос ударил запах чего-то незнакомого и, кажется, природного происхождения, не чувствовалось химии...
Очень тяжёлый пост и с насилием. Не люблю насилие :(

Пещера небольшая и Коля с Мариной быстро бы добежали до рыцарей, пока те возились с Чижиком и Майей. Один мечник их не подпускал вначале, но затем, если они будут гнаться за рыцарями и атаковать, тоже получат, как и Лёха. Я напишу резолв в след.посте, если заявите сопротивление.
Сейчас ситуация такова. Рыцари ушли с Чижиком. Бросили в пещеру что-то, подозрительно смахивающее на гранату со слезоточивым газом (только размером и формой с гильзу). Кто не задержал дыхание, задыхается, глаза слезятся у всех. Можно попробовать преследовать рыцарей, можно заявить потерю сознания, ну и т.д. на ваше усмотрение. Саму гильзу не видите - попытка её найти и выбросить наружу тоже должна заявляться. Где-то у входа.
Ближе всех ко входу Майя и она скорее всего потеряет сознание - вряд ли она сможет задержать дыхание сейчас, когда ей, наоборот, приходится судорожно дышать. Но оставляю на откуп Лиссе, ей свой персонаж виднее. Чуть дальше от входа раненый Стругачёв - вы не видите, насколько сильно, но кровь идёт, вроде не обильно. Дальше Аня и Коля с Мариной.
  • За неожиданный поворот
    +1 от rar90, 28.09.16 10:32

Чижик не стал настаивать на том, чтобы Гераськин поел вместе со всеми. Да и ели все как-то порознь, а не вместе. И ложка была всего одна. В общем, тут даже особого смысла настаивать не было. Последним Коля решил поесть - так последним, каши в котле много, хватит на всех. В желудке урчит - ничего, потерпит, он же мужчина. В конце концов, сегодня уже был лёгкий завтрак на «Фобосе», так что с голоду никто не умрёт.
Увидев, что затеял Гераськин, учитель отправился к озерцу вместе с ним, чтобы помочь с прилаживанием получившейся длинной верёвки. Темнота раздражала - тут уж приходилось действовать почти целиком наощупь. И помощь Фёдора Михайловича была очень кстати, вдвоём обследовать озерцо было сподручнее. Он тоже разделся до пояса, отстегнув верх комбинезона, и забрался в воду, принявшись шарить по дну и по стене, прилегающей к отверстию лаза. Не очень-то удобно было учителю раздеваться при учениках, но обстоятельства способствовали тому, чтобы подавить в себе чувство неловкости. Чижик очень надеялся, что ученики его правильно поймут.
- Гераськин совершенно прав, так будет надёжнее, - согласился он с Колей, когда подошла Марина и удивилась, чем это они там занимаются.
Верёвка, на первый взгляд, выглядела очень длинной - ведь связанными были шесть человек! Плюс, ещё оставалась изрезанная верёвка, которой был связан Стругачёв по рукам и ногам. Наверное, получившейся длины могло бы хватить, если там плыть не очень далеко. Конкретную длину Марина не видела, это надо было специально считать и измерять.
Изыскания Фёдора Михайловича и Коли в итоге не принесли положительных результатов. Ни один, ни другой не нашли ничего, за что можно было бы надёжно закрепить верёвку. Ни одного достаточно удобного выступа в скале.
- Мда, похоже, придётся ограничиться своими силами, - заключил несколько разочарованный неудачными поисками Чижик, вылезая из воды и слегка отряхиваясь. В темноте рассмотреть его фигуру было не просто, но можно было однозначно сказать, что атлетическим или даже спортивным телосложением учитель звездоплавания не выделялся, он был худощав и телосложением больше напоминал крупного подростка, чем физически крепкого взрослого. Лёха по сравнению с ним выглядел крепышом. - Или использовать кого-то из нас вместо выступа, предварительно надёжно его зафиксировав, - задумчиво предложил Фёдор Михайлович. - Привязать верёвку к ноге сидящего, например.
Немного подождав, пока тело обсохнет, Чижик вновь надел верх, прежде чем возвращаться к ребятам, обступившим котёл с едой и расположившимся у выхода из пещеры.

- А что за план такой? - живо заинтересовался Лёха, услышав от Майи про то, что Анька там придумала какой-то хитрый стратегический план с шутливым названием, явно вуалирующим всю смертоносную мощь Любовской затеи. - Дитями притвориться, что ли? А чего тут притворяться-то. «Мы маленькие дети, нам хочется гулять», - напел он песенку из «Приключений Электроника». - Не спорю, план хороший, хоть я и не верю, что эти гады на это купятся. Хотя... - Стругачёв запнулся, с интересом рассматривая девочек. Особенно уже успевшую освободиться от скафандра Светлову.
Этот интерес был не чисто мальчишеский, тут было больше другое. Он попробовал взглянуть на девчонок как бы со стороны. Вот будь он взрослым инопланетным мужиком, увешанным железками, как бы он воспринял их? И... всё сходилось. Перед его взором предстали две маленькие девочки. Ну, да, уже вступающие в подростковый возраст, но всё ещё дети. Особенно подходила под этот образ невысокая Майка, Анька была повыше ростом и скорее тянула на девочку постарше. Хм, а ведь может и сработать. Если мальчишки, включая Чижика, не полезут поперёд батьки девочек в пекло.
- А вообще-то план может получиться, - подумав, словно бы с неохотой признал Алексей. - Песню из клетки заценил, ага. Прямо про нашего Чижика Михайловича, - страшным шёпотом, пока учитель был занят с Колей у озерца, но оглянувшись в его сторону, доверительно сообщил Стругачёв. И уже нормальным голосом продолжил: - Насчёт историчности не понял. Светлова, ты у нас англичанка? Потому что, если нет, то с тем же успехом ты можешь унаследовать какие-нибудь корейские или африканские традиции.
Трудно сказать, на что намекал Лёха. Наверное, на то, что в Корее и у африканских племён были свои особенные традиции наказания провинившихся учеников, о которых Стругачёв, как самый главный историк их отряда (ага), конечно же, прекрасно знал. В любом случае, дальше эту тему парень развивать не стал.
- Не, ну если вы брезгуете, - он показал девочкам здоровую ложку, которой только что ел, с налипшими на ней кусочками местного заменителя пшена, - то вода есть, хотите - пойду помою. Так и сделаю, наверно, - Алёша решительно поднялся с корточек. Еда его согрела, кстати, и чувствовал он себя намного лучше. - Это будет гигиенично...
На этих словах он запнулся, с сомнением поглядев на озерцо, в котором полоскались уже и он, и теперь Коля с Чижиком. Да, это точно будет гигиенично. Здоровье ведь важнее всего!
- Хм, ладно, - передумал он и опустил ложку в котёл. Анька вон вообще из рук ела. Ну, с перчаток скафандра. Фу, конечно, кашу из рук есть. - Я наелся. Кто хочет - налетай, - сообщил он громко и развернулся по направлению к озерцу. - Эй, мужики, помощь нужна? - поинтересовался Стругачёв, почему-то причислив к «мужикам» и Марину, которая тоже была там.
- Мы и сами уже справились... мужик, - чуть улыбнувшись, ответил Фёдор Михайлович, приближаясь к котлу. - Ну что, перекусим - и вперёд? - спросил он, видимо, у Коли, а также у не успевших поесть девочек.

Слышимый вдалеке за шумом дождя лошадиный топот приближался. Подставив перчатки под дождь, а затем и вытирая их о камень, Аня заметила замелькавшие в темноте фигуры рыцарей. Нет, не тех всадников из многочисленного отряда, который они слышали, а, видимо, уже знакомых конвоиров. А потом несколько из них торопливо направились к пещере. Также оказалось, что почти у самого входа стояли двое латников - сторожили освободившихся от верёвок пленников. Они во мгле не заметили высунувшуюся наружу девочку, а она их заметила, хоть и не сразу.

Лёха присел неподалёку от входа и смотрел на прихорашивающихся девочек. Точнее, только Светлова умывалась, но похоже, что и Аня собиралась последовать её примеру. Да, чистые и умытые они наверняка больше понравятся рыцарям. Интересно, в каком возрасте у них здесь девочек замуж выдают. Алексей помнил, что в средние века браки заключались в очень раннем возрасте, особенно всякие династические. А Джульетте так вообще было то ли двенадцать, то ли четырнадцать лет. На самом деле ей было тринадцать, но Стругачёв настолько точно этого не знал. Короче, заволновался Лёха. Хорошо, если Анин план сработает именно так, как она его задумывала, и рыцари увидят в них миленьких маленьких девочек. Но что, если эти средневековые мужики разглядят в них что-то большее и старшее... ну, в общем, Лёхе дай повод поволноваться - он в лепёшку расшибётся, так будет стараться. Парень нахмурился от своих страхов. Надо будет проконтролировать этот план, решил он про себя.
- Да хватит уже, хороша, - не выдержал он и сказал Майке, когда Аня предложила ей помочь. - Ещё немного - и хоть в невесты забирай...
Лёха не осёкся, но сразу после этих слов замолчал и, незаметно в темноте покраснев, отвернулся от девочек, сделал вид, что заинтересовался игрой света от факела на каменном полу пещеры. Интересно, что подумает Анька? Тайный план Стругачёва заключался в том, чтобы посмотреть, будет ли она ревновать. Он исподтишка поглядел на Любову.

Как бы там ни было, но Гераськин и Чижик не успели начать есть, а Аня не успела помочь Майе. Топот кованых сапог раздался у входа в пещеру и внутрь не вошли, а вбежали один за другим четверо рыцарей. Движения их были суетливы и несколько дёрганы. По их виду можно было предположить, что случилась какая-то неприятность.
- Что-то случилось... - Фёдор Михайлович повернулся к ним, с тревогой глядя на их приближение.
Двое с пиками остановились, завертели головами по сторонам, изучая ситуацию в пещере. Обратили внимание на разложенные тут и там снятые скафандры, на мокрую одежду на некоторых, на умытую Майю. А затем один поднял руку и направил указательный палец прямо на учителя. Это стало командой для двоих мечников направиться к Чижику с явно не дружескими намерениями.
- Что происходит? - поняв это, Фёдор Михайлович, кажется, побледнел и неловко попятился, но бежать-то было некуда.
Пикинёры взяли своё оружие и направили его один на Лёху, успевшего вскочить и сжать кулаки, другой на Майку с Аней. Как бы говоря детям: только без глупостей. Коля с Мариной были чуть дальше и им пока, видимо, не мешали. А вот Стругачёв... Лёха набычил шею и поднял сжатые кулаки перед собой, явно готовясь ринуться в бой.
  • Тайный план Стругачёва))))
    +1 от Зареница, 27.09.16 13:03
  • Очень грустный пост. Так вроде вначале все хорошо и круто, Чижика раздели даже)
    А завершение ужасть.
    Когда казалось бы всё хорошо должно было стать, всё снова становится плохо.

    Лёха начинает пугать своей серьезностью. Как бы командиром не решил заделаться))
    +1 от Лисса, 27.09.16 20:22

Лина немного удивилась, когда Николас затащил в карету и Оскара, но возражать не стала, да и интересно было послушать их разговор и что там произошло, из-за чего во дворе был весь тот сыр-бор, что они со Стерре слышали изнутри Лимонного павильона. Оскар, впрочем, не особо желал прояснять ситуацию.
Если бы «тётушка» спросила её, что она думает об этих Арбаксах, то Лина бы ответила: «Леди Аннеке палец в рот не клади - по локоть откусит. Леди Дебора более мягкая и, хоть пытается стать похожей на Опору, у неё это не очень-то выходит. Она тоже опасна, но на неё можно надавить при необходимости».
Но её не спрашивали - и она молчала. Зато с интересом слушала, что скажет Дятел. На его мнение девушка уже начала полагаться. В людях он вроде неплохо разбирался.
  • За мысли.
    +1 от Агата, 25.09.16 09:21

Что же, желания Коли начали выполняться, уже когда он подходил к двери спортзала. Услышав сзади по коридору стремительно приближающийся топот и какой-то не то рёв, не то вой обиженно-разъярённого зверя, попаданец машинально обернулся и успел увидеть несущееся на него на всех парах собственное тело росточком так ни много, ни мало, а за два метра, то есть на полторы или две головы выше Светы. Одето оно было в спортивную форму, а вот на голове вместо привычного хаоса творился форменный порядок - волосы были прилизаны и причёсаны.
Не успел Николай в теле Светы опомниться, как Света в теле Николая схватила его за плечи и, прижав к стеночке рядом с дверью, легко приподняла над полом. Попаданец почувствовал, как пол уходит из-под его ног, а хватка была ощутимо болезненной.
- Верни мне моё тело! - истерически проревела Света громким надломленным басом, кажется, не вполне осознавая, что творит. Лицо - такое знакомое и родное, иногда виденное в зеркале - перекосило от злости, а глаза безумно сверкали. Зрелище было страшное, учитывая габариты Коли и Светы соответственно. Лицо парня приблизилось к лицу приподнятой над полом девушки, и она отчётливо уловила запах мяты.
+1 | Женский день, 22.09.16 12:19
  • Что творится! Прям увидел эту сцену перед глазами =)
    +1 от Romay, 23.09.16 10:24

Облокотившись о каменную стену пещеры, Фёдор Михайлович увлечённо слушал три гипотезы Майи Светловой, одна краше другой.
Первая заставила его нахмуриться и задуматься о чём-то. Наверное, Чижик размышлял, для чего рыцарям могло бы понадобиться устраивать такое представление. И о том, кто из известных рас мог быть в этом замешан. Нельзя ведь исключать, что некто, считающий себя более древней, могущественной и великой расой, проводил над жителями Земли, одной из самых молодых рас Галактики, свои странные эксперименты. Но это, по правде, было бы по галактическим законам преступлением против разумных, приравниваемым к расизму и ксенофобии, такое каралось очень строго.
Вторая гипотеза показалась Чижику интересной уже хотя бы потому, что Майя сравнила её с сюжетом одной известной книги одного известного писателя 20-го века, к творчеству которого маленький Федя был, по правде, неравнодушен, пусть эти произведения, написанные в век примитивных по нынешним меркам технологий, когда человечество только мечтало о космосе, и были слишком наивны. Нынешние дети их перестали понимать. Они удивлялись, почему герои этих книг пользуются допотопной и громоздкой техникой, ни у кого нет планшетов, датападов и голокомов, и - какой ужас! - они ездят на большие расстояния на колёсном транспорте! Так или иначе, находились любители и ценители старой советской фантастики, и Чижик тайно был страстным фанатом оной, а потому, когда Майя напомнила ему про «Подземелье ведьм», он смущённо опустил взгляд, радуясь, что в темноте пещеры сейчас трудно разглядеть выражение его лица. Да и стоял он так, что факел на него прямо не отсвечивал. Что же до самой гипотезы и её правдоподобности, она была ничем не хуже первой и казалась годной, чтобы взять её на вооружение и проверить при случае. Но, увы, оставалась лишь гипотезой, пока их не навестят эти самые «Боги».
И наконец, третья гипотеза. Личная гипотеза Майи Светловой, как она сама выразилась. Чижик подошёл ближе, заметив, что девочка показывает что-то на медальоне, а разглядев надпись, медленно кивнул, не совсем понимая, к чему клонит Майя. Это была интересная по-своему гипотеза, опять же пока не поддающаяся проверке. В то, что рыцари взяли их под свою защиту, не очень-то верилось, но их действия можно было трактовать и так, как предлагала биолог. В любом случае, стоило над этим хорошо подумать, а также над тем, как бы в скорые сроки проверить какие-то из этих трёх вариантов. Услышав последние слова Светловой, завершавшие её стройный гипотетический ряд, про то, что жестокости в действиях рыцарей не было и они бы могли обращаться с пришельцами в разы хуже, Чижик невольно коснулся ладонью того места на животе, куда его ударили перед тем, как скрутили. Незаметно от ребят, как ему показалось, но Майка, живо с ним общавшаяся, уловила движение.
- Эх, Светлова, и не жалко тебе будет расставаться со своим кулоном? Это же память, - послушав предложение девочки относительно дальнейших действий согласно плану контакта, вздохнул учитель. - К тому же, зачем тебе ведро? Нам его и так дали в пользование. Будешь пробы для анализов собирать? - Фёдор Михайлович робко улыбнулся, видимо, попытавшись таким образом пошутить, свежа ещё была память о двух почти-совсем-одинаковых ведёрках для проб грунта на анализы. Так и остались они где-то там, на площадке перед кораблём, если только рыцари не забрали. Или оставшиеся на «Фобосе» ребята.

Учитель вернулся на «своё» место у стены и принялся обдумывать гипотезы Светловой, а Майя между тем заговорила со Стругачёвым. Раздеваться предложила. Начала ни с того, ни с сего Аньку расхваливать, словно бы сватала ему. Ещё и Анька добавила свои пять копеек. Вот прямо хоть под землю на месте провалиться или со стыда сгореть. Но нет! Стругачёвы не из того теста слеплены! Лёха задрал нос повыше.
- А может, я закаляться решил, - как-то совсем невпопад выдал он. - Вообще, с чего вы взяли, что я кого-то стесняюсь? Можно подумать, мне есть чего стесняться. Я же не Булкин... - Лёха хотел продолжить, но вспомнил об учителе, осёкся и поглядел в его сторону, тихо вздохнул. - В общем, не стесняюсь я. Думал, само на мне высохнет, а оно не хочет сохнуть... Ты кушай, кушай, - это он уже Марине, - а я после тебя, - может, это и была шутка, типа «если у тебя животик не заболит», но Лёха сказал это серьёзно.
Произнеся эти слова, парень отошёл в дальний угол пещеры - тот, куда Майка вылила воду из ведра - и принялся расстёгивать и снимать верх комбеза, исподтишка поглядывая на девочек. Лётный комбинезон всё же представлял собой цельный сплав верха и низа, но его можно было снять частично, обмотав верх вокруг пояса. Под ним на Стругачёве было только бельё, и показываться одноклассницам на глаза в одних трусах не входило в Лёхины планы.
- Да, действительно, - тем временем согласился Чижик с предложением Майки и начал снимать скафандр. - Здесь не так холодно. Думаю, кто хочет, может снять скафандры, без них будет легче двигаться. Но, возможно, и не стоит. Вдруг похолодает.
Стоило Чижику сказать эти слова, как снаружи пещеры послышалось мелкое покапывание, а затем издалека прогремел глухой громовой раскат. Вода в озерцо стала капать чуть быстрее.

Скафандр Чижика был в итоге снят и передан в пользование Стругачёву, который утащил его в дальний угол пещеры и надел почти на голое тело, чтобы снять полностью комбез и как следует выжать.
- Ребят, а что, если высушить комбинезон факелом? - послышался его голос. Теперь ведь, после установления контакта, можно было говорить не таясь. Главное, патриотических песен не горланить. Наверное.

- Ну, на лыжах я плохой бегун, - признался Фёдор Михайлович, присев на корточки у котла и не мешая пока уплетать кашу девочкам - Марине с Аней. - Так что поручил бы лыжный забег тебе, Светлова. А что скажет старший помощник капитана? - он серьёзно посмотрел на Бабурову.
По идее, не будь с ними Чижика, номинально главной должна была быть она, как старший помощник капитана звездолёта. Но Марина пока только слушала остальных и иногда соглашалась с чьим-то мнением, а Фёдор Михайлович хотел видеть от неё больше инициативы. Ведь не просто так он её назначил старпомом, а за её навыки управленца. Сейчас же она их совсем не проявляла, плывя, если можно так сказать, по течению и проявляя мало активности. Ну, разве что на разведку с Майей сходила и первой кашу попробовала, но Чижик ожидал от неё большего. Вот, наверное, такой инициативы, какую показывала Светлова. Пусть по-своему, по-бабуровски.
- Всё же поешь, Светлова, - мягко сказал Чижик Майе, услышав её причины отказываться от еды. - Пища, наоборот, придаёт сил в таких ситуациях. Это же энергия для организма, чтобы бороться с болезнью. Впрочем, как хочешь, - не стал он настаивать.
Было видно, что Фёдор Михайлович почти сдался мнению большинства относительно выбора пловца в подводный лаз, но хотел выслушать мнение Марины.
  • за старую советскую фантастику!
    +1 от rar90, 21.09.16 16:50
  • Хорошо. По итогам двух кстати постов. Вообще хотела тот, который до этого оценить, но здесь про маленького Федю, что улыюнуло)))
    А вообще оба хороши. Пожалуй первый сочнее, ну а здесь как бы развитие и дождь.
    Меланхолия. Хорошо. Может она не задумывалась, но мне отчего-то очень меланхоличным пост показался, причем в хорошем смысле.
    +1 от Лисса, 22.09.16 10:29

Единственным утешением плачущей эльфийки, наблюдавшей за этим истеричным потоком воплей, слёз и соплей юного короля-леса, лишившегося своей магии, и пытавшейся попросить у него прощения, были мысли о том, что волшебный Фонтан, действительно, мог таким образом через неё наказать Лес за все его проделки над смертными. Было ли это наказанием само по себе и стал ли он человеком насовсем? Или у него оставался шанс на исправление и перерождение? Это были вопросы без ответов. Впрочем, Сильмини как-то даже неосознанно в этот момент, едва подумав об этом, потянулась мыслями и чувствами к Фонтану в желании уточнить это и прояснить для себя. Надо же было знать, с чем она имеет дело и насколько велики проблемы у королька. Альвари не знала, услышит ли её Фонтан без применения магии, но использовать её она не стала бы сейчас. Ещё мгновение назад вообще хотела от неё отказаться, сейчас уже не была уверена в таком решении...
«Сможет ли он вернуть свою магию?» - таким был её единственный вопрос, и она прислушалась к ответу. Счастье, что не услышать его из-за воплей мальчишки Сильмини не могла, ведь он должен был прозвучать в её мыслях и в её сознании, а не в ушах, чрезмерно занятых громкими криками и визгом. Признаться, аж до боли громкими.
Ну, а пока он ползал перед ней, эльфа даже не знала, что ей делать и как его успокаивать. Она то слёзно просила прощения, то пыталась его обнять, но он каждый раз вырывался, осыпая её упрёками, обвинениями и оскорблениями. Иной раз брало верх раздражение и после очередного оскорбления хотелось влепить королю пощёчину, остудить его, но чувство вины и стыда всё равно оказывалось выше. И Сильмини растерянно стояла на коленях и смотрела на несчастного, утирая слёзы из глаз.
- Да. Да. Идём. Идём к Фонтану, - согласилась она, увидев в этом единственный выход. Только Фонтан может вернуть Лесу магические силы. Но может и не вернуть. От него зависит, от этого истеричного мальчишки, в котором не осталось ничего от короля, что могло бы вызывать уважение. И всё же он был королём, пусть теперь и с маленькой буквы.
Чего только не придёт в голову, когда сидишь потерянная на коленях перед ревущим и ползающим перед тобой подростком, который хотел секса, а поплатился за своё желание магическим даром. Сильмини не знала, как его успокоить, как утешить. Вариант с пощёчиной был плох с позиции чувства вины. Сама ведь сделала это с ним, и он прав, обвиняя её в содеянном. И она уже обдумывала другой вариант, заодно собираясь помочь ему с одеждой и научить одеваться без помощи магии (раздеваться-то он без всякой магии умел, что недавно отлично показал), когда вдруг явилась Цера.
Очень вовремя. Иначе кто знает, не раздавила ли бы ему голову «Сильминичка», которой жуть как не понравилось такое бесцеремонное обращение. Её руки уже тянулись к голове мальчишки, когда на поляну вышла химера. Пусть она и выглядела неуверенной в своих действиях, но действовала решительно и, вполне возможно, даже эффективно. Цера вообще была эффектна и эффективна во всём, чем занималась. Вспомнить хотя бы, как она дрова на костёр собирала. А как могилу копала! Любо-дорого поглядеть было, в такой могиле хоть самой хоронись от королевских истерик.
- Подожди, Цера, - альвари поспешила вскочить на ноги и почти подбежала к ним. - Я сама.
Схватив мальчишку за плечи, она повернула его лицом к себе, а затем обхватила ладонями его лицо, потянулась к нему и поцеловала. Крепко. Так, чтобы наверняка затих. Ну, хотя бы на время поцелуя. А отстранив лицо - уже не такое бледное, даже щёки слегка порозовели, - но не выпуская голову из ладоней, тихо ему сказала:
- Веди себя достойно. С магией или без - но ты король. Будешь слушаться меня во всём - вместе дойдём до Фонтана, и тогда вернёшь свою магию и попросишь у него всё, что хочешь. Или предпочтёшь, чтобы Цера тебя умертвила?
+1 | Следы на песке, 20.09.16 03:48
  • А Принц чё, недостойно себя ведет чтоли? :D
    +1 от Лисса, 20.09.16 20:07

Настя кивала Пете, слушая его новые объяснения. В общем-то, она была согласна, что лучшее их оружие при встрече с местными - это ноги... ну, или язык. Альтернативой мог быть только бластер, но выстрелить из него в живого человека... Петя был совершенно прав, она бы тоже не смогла.
- Я тоже не смогу выстрелить в человека. Ну, или в разумное существо, - кивнула она пилоту, подтверждая его слова. - Да вообще в живое... Разве что, если жизнь будет на волоске, - со вздохом добавила девочка.
Про кислотные дожди Пете вспомнить не удалось. В памяти мелькали только смутные обрывки воспоминаний. Он точно помнил, что отличить кислотный дождь от обычного можно и без специальных анализов, но как... то ли запах, то ли вкус у него должен быть какой-то особенный.
- Про лист бумаги - хорошая идея, - задумчиво отозвалась штурман. - Мы ведь не проверяли здешнюю растительность. Вдруг она умеет сопротивляться кислоте. Ну, там, особо защищённая кожура...
Настя уже хотела было сбегать в свою каюту за блокнотом и вырвать из него листок, но опоздала. Капитан объявил готовность на выход, к тому же постарался её успокоить. И в чём-то он был прав. Ну да, если бы здесь были опасные для человека дожди, то и туман был бы кислотным. Это же очевидно! А Робик заверял, что туман самый обычный, как на Земле. Девочка успокоилась по этому поводу и решила сосредоточиться на деле. Не нужно искать опасности там, где их нет.
- Готова... - глухо отозвалась она, вытянувшись даже в струнку зачем-то. Хоть не козырнула.
Шлюз с шипением открылся, впуская внутрь свежий холодный воздух со знакомым запахом, который бывает после прошедшей грозы. Нет, явно температура была больше нуля. Тепло одетым ребятам пока что было вполне комфортно. Прислушавшись, Лёва и остальные могли различить в тишине и темноте далёкий голос какой-то ночной птицы. А ещё негромкий скрипучий треск, явно издаваемый насекомым вроде цикады - на самом деле, это могло быть что угодно, но звучало похоже. Шумела где-то вдали листва от ветра, а ещё слышались капающие звуки - кап-кап. Дождя уже не было, но где-то рядом вода мелкими каплями стекала в образовавшуюся лужу.
- Буду ждать вашего сигнала, - громко прошептала Настя.

Первым ступив на трап и оглядевшись, Петя мог с удовлетворением отметить две вещи. Во-первых, прибор ночного видения получился хороший - с его помощью можно было различить многие детали окружения, включая ландшафт местности, пусть даже картинка была не самой чёткой. А во-вторых, на площадке перед звездолётом он не заметил никого живого, даже повертев головой по сторонам с высоты верхней ступени трапа. Выпущенный из технического шлюза Икар виднелся впереди, лежащий на земле. Отсюда он казался сломанной птицей. Но теплоты не излучал.
Наверное, можно было смело выходить. Если только рыцари не сидят где-то в засаде...
  • Улыбнуло)) Хе-хе. Хорошо что у Майи не было бластера. Чё-то мне подсказывает, ей не надо его давать)))
    +1 от Лисса, 18.09.16 23:10

Где-то там позади остались проблемы Ульриха с алкоголизмом и повышенным либидо, странное замечание Церы, намекнувшей, что её Старый Хозяин тоже так делал, а теперь, выходит, покусал Церу с Ульрихом, или укусил сначала Церу, а потом уж она Ульриха, и они оба испытывают соответствующие зависимости. Странный вопрос химеры про поцелуи вообще вылетел из головы - когда она его задавала, Лес уже утаскивал Сильмини в лес.
Сейчас же перед ней были совсем другие проблемы. Но всё началось... опять с либидо. Похоже, Старый Церин Хозяин покусал не только тех двоих. А может, Цера служила Аспарагусу и это всё его проделки? Как бы там ни было, альвари сейчас было не до этих рассуждений. Она всей душой желала помочь мальчишке-королю сделаться гармоничным и обрести себя настоящего, а вышел пшик даже не досадный, а совершенно немыслимый и позорящий все магические умения Сильмини Келевон. Такой вот ужасный конфуз молодой волшебницы альвари.
Магия... она есть суть каждого альва. Она вообще течёт в каждом живом существе, и даже сейчас текла (кажется) в теле Леса, вот только тело это стало человеческим и лишённым всякого дара обращаться с магическими энергиями. Сильмини ахнула и отшатнулась от короля, выпуская его из своих «объятий» и не веря в то, что с ним произошло. Изумление и испуг так явственно читались на её лице, что невозможно было усомниться - ох, не это она задумывала, совсем не это...

А ведь за тридцать ударов сердца перед этим казалось, что всё идёт как надо. Что всё очень хорошо продвигается. Их магические энергии слились воедино и эльфийке открылась картина, которую она, быть может, и не увидела бы иначе, чем его глазами. Это было увлекательное путешествие через лес, пропитанный до корней страшным ядом Эгерей. Вот когда пришло понимание, что одному альву не под силу остановить распространение пагубной силы, сводящей королька с ума и делающей лес таким, каким предстал он перед ними. Злым и весёлым, любящим подкидывать смертельно опасные, неприятные сюрпризы под видом своих подарочков. Искренним подарком, по сути, был только щенок рогатого пса... ну как искренним, за него королёк вполне искренне предлагал эльфийке расплатиться своим телом. Знал бы он тогда, к чему это приведёт...
Но теперь было понятно, откуда исходит эта тьма и куда идти, чтобы выкорчевать её с корнями. Срубить корень зла и явить в этот мир свет и любовь. Да, даже в такой печальный и трагический для некоторых момент Сильмини нашла положительные стороны в произошедшем. Теперь она понимала, что чёрный яд Эгерей вместе со злом Кумы распространяется по миру из самого тёмного в этом мире города. И кажется, она даже могла найти к нему дорогу. Вот только дойти до этого места будет трудненько. Нелёгкой обещает быть эта прогулочка. Даже если рядом будут верные друзья. Но... когда есть цель - препятствия второстепенны. К тому же, у Сильмини, как у всякого альва, впереди целая вечность. Ну, так она пока думала.

- Ах, прости! - всплеснула она руками, стоя перед ним на коленях. Руки сложились перед собой будто в молитвенном жесте, лицо побледнело, а в уголках глаз появились слёзы. Сильмини не сводила с мальчишки испуганных очей. Она была в священном ужасе от содеянного, хоть и понимала, что это не она, а Фонтан забрал у короля магию. Но ведь потому, что она не умеючи попросила помочь мальчишке. Эльфийка затрясла головой, зажмурилась, отчего застывшие в уголках глаз слёзы потекли по щекам. Хорошая же она целительница... - Прости-прости-прости! Этого не должно было случиться! Я хотела, чтобы ты смог дойти сам до Фонтана! И ты... - она сглотнула, - теперь можешь...
Побелевшее лицо теперь стало краснеть от стыда и отчаяния. Она решилась открыть глаза и взглянуть на свою нечаянную жертву магии.
- Но если ты до него дойдёшь, ты сможешь загадать желание и всё вернуть! Причём и очиститься заодно, - попыталась она заверить короля, что не всё так плохо, как могло показаться на первый взгляд.
Ну подумаешь, стал обычным человеческим мальчишкой. Разве это плохо? Обычные человеческие мальчишки живут и не жалуются. Но для магического существа оно, конечно, трагедия... И альвари это понимала. И ей было так неловко, стыдно, горько и противно от самой себя, что хотелось вот прямо не сходя с этого места дать торжественное обещание, поклясться Илуватаром Творцом, что она больше никогда не применит магию. Голос разума, кричавший, что «ты, Сильмини, спятила ко всем кх'нурам и не смей делать этого», пока удерживал от этого рокового решения.
+1 | Следы на песке, 15.09.16 01:38
  • Я тебе уже кучу плюсов задолжала...
    +1 от alien, 18.09.16 21:15

Заметив, какой эффект произвёл её жест на Рэана - а ведь она только хотела сказать ему успокаивающие ласковые слова, удерживая его лицо в ладонях, - Эрика и сама чуть отступила, опуская руки, едва не отшатнулась. Она вдруг тоже смутилась и поспешно отошла на небольшое расстояние, заодно убедилась, что наги не собираются нападать, хоть самец и выглядел очень грозно. Наверное, он бы напал, но не мог этого сделать без приказа своей госпожи, которой несомненно была жрица Морана. А та не собиралась этого приказывать. Девушка с облегчением выдохнула. Ну, кажется, на этот раз обошлось. Но Рэану стоит быть посдержаннее. Да и ей тоже... не лезть вот так к людям и прочим существам, неизвестно как относящимся к прикосновениям.
- Простите, если мой жест вас обидел, - тихонько сказала она арбалетчику, улучив удобный момент, когда он мог её слышать. - Это моя вина. Вы правы, я верю в лучшее в существах. Иногда слишком верю. Но я понимаю, что прикосновение может быть неприятным. Мне тоже не всякое прикосновение нравится. Постараюсь быть посдержаннее впредь, - пообещала Эрика, отчего-то краснея. Весь этот разговор о прикосновениях... Будто они о чём-то интимном говорят, хотя ведь речь шла исключительно о безобидном.
Неожиданное решение мужчин устроить небольшой турнир удивило полуэльфийку и насторожило. Как бы они под таким благовидным предлогом не стали выяснять отношений. Свои опасения она высказывать не стала, чтобы никого не обижать напрасными подозрениями, но по блестящему насторожённому взгляду было видно, что девушка напряжена, несмотря на сопровождавшие приготовления к бою шутки да прибаутки. А ещё её уже не в первый раз удивило обращение Эйла к дварфийке «дама чудесного имени». То ли это был некий изысканный комплимент, то ли это обращение что-то да означало. Может, слово «Кирика» на языке шестипалых людей означает что-нибудь чудесное. А может, всё намного проще, но вряд ли Эрике удастся об этом узнать.
Зато вот жест Дэйррина с предложением Еве одежды ей понравился - молодец он, первый до этого додумался. Могла бы и Эрика ей свой плащ предложить, но всё ещё боялась подходить близко. Сага тоже потешил. Она с интересом наблюдала за прыгунчиком и, когда он стал ластиться к мечнику, присела на корточки у импровизированного костерка из светящихся плошек и, сложив ладони вместе, уронила на них щёку, наклонив голову набок и при этом улыбаясь в умилении от увиденного. Особенной милоты этой сцене добавляло то, что Сага был не просто милейшим пушистиком, а ещё и разумным существом.
За первым поединком полуэльфийка наблюдала с тревогой, но, заметив, что партнёры не стремятся покалечить друг друга, немного расслабилась. Подумала даже, а не попробовать ли и самой, но... поняла, что это нелепая мысль. С кем ей здесь сражаться? С Сагой? Все остальные выглядели явно или более умелыми и сильными бойцами, чем Эрика, или внушительными обладателями крепких змеиных хвостов, способных заменить собой оружие. Даже беззащитная Ева была беззащитной только на первый взгляд. Хотя... может, с ней? Эрика осторожно поглядела в её сторону, но передумала. Нет, уж лучше она побудет на вторых ролях. Жаль, платочка у неё нет. Кстати, интересный образ - а главное, понятный ей. Получается, что Эйл из мира, где тоже существуют рыцарские турниры, или по крайней мере осведомлён о таких турнирах. В словах кроется истина, и можно многое узнать о спутниках, просто послушав, что и как они говорят.
- Сага, можно тебя погладить? - позвала Эрика прыгунчика, когда он остался один.
+0 | Цена бессмертия, 15.09.16 03:32
  • Наша команда ставит рекорды по синхронному смущению :)
    +0 от Merapi, 16.09.16 00:56

Проклятая скорлупка проклятого орешка с проклятущим хрустом треснула под ногами. Проклятие! Аньяли замерла, тревожно и испуганно озираясь по сторонам, но никого из пиратов поблизости не наблюдалось. Девочка с облегчением выдохнула. Зато хруст привлёк внимание доктора Нуава и пилота. И если господин Келен никак вообще не показал, что заметил дочь сенатора, чуть ли не ползущую на четвереньках по грязному полу трюма, то добрый доктор дал ей подсказку, и очень ценную подсказку. Аньяли поняла его слова правильно и остановилась. Кивнула доктору, приложила палец к губам. Без ключа, ножа или чего-либо ещё, с помощью чего можно освободить пленников от цепей, дальше идти нет смысла. Пока её ещё остальные не заметили, и прежде всего незнакомец. Кто его знает, что это за человек и не поднимет ли он тревогу. Это же ужасно, когда ты сидишь в клетке на цепи - и к тебе ползёт маленькая злая девочка. Испугается, закричит, позовёт на помощь, прибегут пираты и тогда придётся Аньяли с ними разбираться. А она была не настолько уверена в своих силах, ага. По правде, ей самой было страшно.
Как нарочно, ни ножа, ни чего-то ещё длинного и острого у Аньяли с собой не было. Даже банальной заколки в волосах - она ведь не успела спросонья привести себя в порядок. Но что-нибудь полезное могло найтись где-то здесь. Это же трюм, здесь что угодно может быть. Вот даже скорлупки от орешков. Девочка вместо того, чтобы ползти дальше к узникам, принялась осматривать помещения трюма, ища что-нибудь подходящее под описание доктора Нуава. Всё так же украдкой скользя от стены к стене, заглядывая в двери, стараясь даже дышать поменьше.
Производим обыск и инвентаризацию трюма пиратского корабля. Ищем прежде всего оружие, прочие полезные штуки и что-то, чем можно отпереть цепи (ключ, нож, шило, световой меч, Звезду Смерти и т.д.).
  • Чет в голосинушку. Особенно вот с этого:
    Это же ужасно, когда ты сидишь в клетке на цепи - и к тебе ползёт маленькая злая девочка. Испугается, закричит, позовёт на помощь, прибегут пираты и тогда придётся Аньяли с ними разбираться.
    Маленькие набуанские девочки настолько суровы...
    +1 от Dominga, 15.09.16 08:58

В крошечном озерце, воды которого слегка отражали свет потрескивавшего у выхода из пещеры факела, вился белым ужом подросток в скафандре без шлема, протягивал руки к стенам, деловито их ощупывая, тянулся ими ко дну, которого с трудом, но доставал. Он не услышал комментариев Майки и Марины на свой счёт, когда те вернулись, так как был слишком занят и голова была его под водой почти целую минуту. Зато когда Аня подёргала его за ногу и он это почувствовал, то слегка задрыгался и, вынырнув, весь обливаясь водой, задышал открытым ртом в полную грудь. Лицо у парня было напряжённо-сосредоточенным, впрочем, его выражение в потёмках было трудно рассмотреть.
- А, уже вернулись? - оглянувшись, заметил он девочек. Но тут же вернулся взглядом к Любовой и тихо зашептал так, чтобы услышала только она. Благо, стояла рядом и пока не отходила от озерца. Лёха был донельзя серьёзен, что могло даже удивить девочку. - Аня, у меня есть мысль, что эта вода сюда натекла через трещину в скале. Если она большая, мы смогли бы в неё пролезть и сбежать. Рыцари в своих скафандрах, тьфу, доспехах точно не смогут нас преследовать через неё. Я что-то нащупал похожее, но надо проверить. Никому пока не говори. Ведь может оказаться, что трещина совсем маленькая.
Даже не став слушать Анин ответ, Стругачёв набрал в лёгкие новую порцию воздуха и снова ушёл под воду, на этот раз опускаясь глубже и обшаривая руками стену у самого дна. Там можно было заметить небольшой выступ в скале, которая выдавалась вперёд, в пещеру.

А пока пилот класса Б проводил свои подводно-спелеологические изыскания, в середине пещеры, чуть ближе к её выходу, начался серьёзный разговор огромной важности, от итогов которого зависело будущее угодившей в хитроумную гравитационную ловушку экспедиции. Говорила преимущественно Майя, которой, как про себя заметила Марина, явно хотелось выговориться после продолжительного молчания. Говорила по делу и чётко, выстраивая фразы в формулировки, которые можно было бы сразу печатным текстом заносить в доклад, доступный к пониманию каждого. Учитель внимательно и несколько напряжённо её слушал, постепенно по мере «доклада» как-то расслабляясь, что ли. Казалось бы, ему волноваться надо всё больше, но его лицо с каждой порцией сказанных Майей фраз смягчалось и делалось спокойнее. В то время как девочка, наоборот, всё сильнее волновалась.
Если бы она умела читать мысли, то, наверное, смутилась бы, так как Чижик в этот момент ей любовался и восхищался. Она, вот в данные конкретные секунды, была удивительно правильным примером настоящей космолётчицы, какими их себе представлял вообще-то Фёдор Михайлович. Настоящей дочерью своего отца. Такие, как Майя, вырастая, становятся гордостью Родины, и Чижик испытывал сейчас что-то вроде радости и гордости вперемешку, ведь она была его ученицей. Лет через надцать, когда слава о космолётчице Светловой разлетится по всему известному космосу и журналисты с разных планет будут брать у неё интервью, однажды она может упомянуть и своего учителя. Встанет гордо знаменитый космический биолог Светлова, держа на руках какую-нибудь инопланетную коалу, и скажет на камеру: «Я училась в МЗУ под началом замечательного человека и педагога Чижика». А затем с улыбкой помашет рукой: «Фёдор Михайлович, пламенный вам привет от Майи Светловой с Ироана! Помните, как я играла на ваших уроках в тетрис? А вот историю я больше любила, но всё равно стала биологом». Нет, про историю, конечно, она не скажет, да и Чижика это признание, в общем-то, по-своему улыбнуло. Он и сам, когда был в этом возрасте, на нелюбимых предметах занимался чем угодно, но только не слушал учителя. Печально, конечно, что Светлова не любит курсы звездоплавания, но у каждого человека свои увлечения, важно понимать это, принимать и уважать его устремления. Чижику было не обидно. Ну, может, самую чуточку.
Однако, чтобы Светлова давала такие интервью, для начала им всем нужно возвратиться на Землю, живыми и желательно здоровыми, чему не очень-то способствовали выкрутасы Стругачёва. Отсюда было отлично слышно, как он плещется в воде, и, слушая Майю, Чижик нет-нет, да и отворачивался, чтобы грозно (как ему казалось) поглядеть на Лёху. Но тот, простите, был повёрнут к нему задом и ничего не видел. А разговор был таким, что отвлекаться от него не стоило. Так что почти всё оставшееся внимание Фёдор Михайлович уделял говорившей девочке, ну и посматривал, как её слова восприняли другие его ученики.
После состоявшегося затем острого диалога между Майкой и Колей, когда в пещере наступила тишина и даже Стругачёв перестал плескаться, будто понимая всю важность момента, настал черёд говорить учителю. Секунд пять или десять он молчал, переводя взгляд с одного ученика на другого, наконец вздохнул, положил ладонь в скафандре на плечо Майе и заговорил:
- Спасибо за откровенность, Свет...
- Ребята! Фёдор Михалыч! - перебил его показавшийся оглушительно громким шёпот Лёхи. - Я нашёл лаз!

Из воды Лёха выбрался нескоро - долго ковырялся в ней, чего-то там искал. За это время Майя успела и свой доклад Чижику высказать, и с Колей переговорить. Аня вполне могла бы отойти от озерца к остальным и их послушать при желании. Как бы там ни было, разговор Майки с Гераськиным как раз подошёл к концу, когда Стругачёв закончил свои исследования и окончательно вылез из воды. Мокрый как хлющ, замёрзший, на ходу расстёгивая и стаскивая скафандр, хлюпая водой в штанинах, но чрезвычайно довольный собой, Лёха решил не ждать, пока Чижик задвинет очередную лекцию, и нахально его перебил на полуслове, объявив во всеуслышание о своей находке.
- Крохотный лаз! - горячо шептал он. - Но мы все, кажется, пролезем! Надо только скафандры снять. Хорошо, что Булкина не взяли, он бы и без скафандра не пролез. И рыцари туда сто пудов не пролезут. Фёдор Михайлович, бежать надо, пока они нас не кинулись! Но сначала запустить туда разведчика - неизвестно, куда этот лаз ведёт.
Стругачёв, как всегда, был на высоте и сыпал гениальными идеями. А главное, отчаянно смелыми до сумасбродства. Это было в его стиле, в общем-то. Но факт остаётся фактом: что-то таки он нашёл под водой, и это что-то могло с какой-то долей вероятности оказаться спасением.

- Что? Какой лаз? - несколько растерялся учитель, но потом недовольно покачал головой. Заставить Алексея оставаться в скафандре он не мог, ведь тот промок насквозь. И это, честно говоря, сильно путало планы. Если завязать верёвки обратно и сделать вид, что они вовсе не развязывались, то как объяснить, отчего Стругачёв весь мокрый и без скафандра? Не объяснишь же это появлением из лужи какой-нибудь русалки, решившей развлечь себя маканием связанного Стругачёва в воду и раздеванием его. Чижик тяжело вздохнул. - Алексей, Алексей...
И, не ответив ему, повернулся к Майе.
- Извини, отвлекли. Так вот, Светлова, спасибо тебе за мнение. Я его очень ценю, - серьёзно сказал он девочке. - Ты молодец, не растерялась в стрессовой ситуации и продолжаешь действовать здраво и рассудительно. Вы все, ребята, молодцы... кхм... - Чижик покосился на Лёху, но снова посмотрел на Майю. - Итак, ты предлагаешь вступить с рыцарями в контакт или подождать, пока они сами сделают к этому первый шаг. Давайте так и сделаем. Это действительно самый безопасный в нашем положении план. Геройствовать нет большой необходимости, пока с нами обращаются... скажем так, более-менее человечно. Мы ведь легко можем представить, как сами выглядим в глазах рыцарей. У страха глаза велики. Вероятно, они нас боятся, потому и решили сначала обезвредить, а затем разбираться. Бежать - в данном случае рискованнее. И, ребята, - он оглядел всех, - я прошу у вас прощения за то, что сам в какой-то момент растерялся и принял неверное решение. Светлова молодец, показала мне, где я не прав, - Чижик потрепал её по плечу и одобрительно улыбнулся девочке.
- А что, если они нас хотят принести в жертву своим богам? - выслушав учителя, горячо и задохнувшись от возмущения, запротестовал Лёха. Он уже скинул скафандр и пытался как-то отжать свой комбинезон, не снимая его с тела. - Или вообще посчитали за демонов и поджарят на костре этой... как её... интервенции... эмм, экзекуции? Ну, вы поняли. А мы тут сидим, как дурачки, и ждём, когда они сделают первый шаг...

Первый или десятый, но тут снаружи послышался тот самый шаг. Стук латных сапог по камню и лязг доспехов. Рыцари охотно шли на контакт с пришельцами. В количестве двух или трёх особей, но точно не один, шла не одна пара ног. Каким же он будет теперь, этот контакт?
Времени на принятие окончательного решения оставалось... считанные секунды.
В данном случае у нас не боевой режим, но время всё же ограничено, поэтому прошу много не говорить, а больше действовать :)
  • Хорошо, что Булкина не взяли, он бы и без скафандра не пролез
    Милая деталька) И ракета бы с ним тоже не взлетела)))
    А вообще отличный пост. Чижик - класс!
    +1 от Лисса, 14.09.16 09:39

Кому-то, кто в эти мгновения испытывал панику, повезло - или не очень, с какой стороны посмотреть - трястись на плече у нежданно пришедшей на помощь спасительницы. А кому-то, также паникующему, приходилось заботиться о том, чтобы с большой скоростью переставлять казавшиеся ватными и непослушными ноги, следить при этом, чтобы не наступить на что-нибудь или кого-нибудь на полу, и урывками вдыхать-выдыхать воздух, лишь бы не задохнуться во время бега. Не то чтобы он был слишком стремительным - попробуй побегать по залу, усеянному телами потерявших сознание людей, попадавшей со столов посудой, самими перевернувшимися столами и стульями, осыпавшимися кусками штукатурки и осколками стёкол из окон, и всё это почти в кромешной тьме, если не считать светящегося... ну, кого-то там впереди... В общем, страх придавал девочкам прыти, но быстро бежать без риска навернуться было просто невозможно. И всё же, Ами казалось, что она ещё никогда в жизни не бежала с такой скоростью, как сейчас.
Сосредоточение на беге помогало отвлечь мысли от творящегося вокруг вселенского беспредела. Лучше ведь думать о том, как не упасть самой и не утащить с собой на пол Харуко-чан, чем вспоминать те кошмарные сцены, что Ами видела - буквально - одним глазом, но которые теперь не так-то просто было выбросить из головы.
А потом наступила тьма. И паникующая девушка чуть было не дёрнулась из хватки неожиданно смелой и решительной подруги, но впереди снова забрезжил свет, и вот теперь Ами смогла разглядеть знакомую мордочку, которая улыбалась ей, когда она выглядывала в окно. Забегая на кухню, Тагава думала, показалось ли ей или она правда увидела то белое животное. А потом все мысли как-то разом разбежались, стоило ей увидеть, что происходило внутри. Готовый вырваться наружу новый крик был подавлен очередным рывком Харуко - Ами хватило рассудка понять, что надо бежать, а не кричать, но стоило ей чуть выровнять дыхание, как она заверещала, на бегу глядя на комара, сосущего кровь у мужчины. Верещание это было прерывистым и негромким, так как все основные силы девушки уходили сейчас на бег.
Не смотреть! Не смотреть на комара! Пока она его не видит - он не увидит её! Смотреть под ноги! И Ами принялась смотреть только себе под ноги, сосредоточенно замолчав и немного пыхтя. Кажется, лисокот что-то сказал впереди - кажется, это его голос? Но Ами было не до этого. Она смотрела под ноги. Какая красивая керамическая плитка. Какой красивый осколок банки. Какая красивая коробка с чем-то... чем-то...
- Ап-чхи! - чем-то пахучим.
Не думать ни о чём, кроме бега!
Бежим за Харуко. Если не добежит до холодильника, то и Ами не добежит, а иначе - следуем за подругой.
  • Отличные описания.
    +1 от Джакка, 12.09.16 15:28

На показанный Дианой язык рыжая Дрю ответила тем же жестом, улыбнувшись при этом. Не похоже, что она боялась быть замеченной в разглядывании другой девушки в душе. Хотя пара других девчонок это явно заметила.
- Ладно, я пошла, - накрасившись, заявила уже одетая Ксюша и, помахав Диане и красящейся Свете, направилась к выходу.
Маша ещё только вытиралась, как и Егор-Диана, в общем-то. Похоже, выбора у Егора не было, кроме как остаться здесь ещё ненадолго в обществе своей девушки.
- Странная у тебя сегодня аура, - неожиданно услышал Егор за своей спиной тихий и будто отстранённый голос. Машинально обернувшись, он увидел медленно одевающуюся девушку со странным взглядом, казавшимся немного безумным. Говорила она словно бы сама с собой, несмотря на явное обращение в построении фраз. - Как и у Светы.
Николай находился неподалёку и тоже это услышал.
+1 | Женский день, 10.09.16 05:16
  • Девушка меня заинтриговала=)
    +1 от Romay, 11.09.16 00:50

Вода оказалась прохладной и свежей, чистой и вкусной, она показалась Ане сладковатой даже немного, хотя это скорее было от жажды. Вкусовые рецепторы любят добавлять привкус еде, когда очень голоден, и питью, когда хочется пить. Вот и сейчас казавшаяся сладкой водица таяла во рту Любовой, а её капли остались блестеть у неё на губах.
Стругачёв перед тем сделал движение, будто хотел её остановить, но замер и как-то серьёзно проследил за тем, как девочка пьёт воду из ладоней, обтянутых неснимаемыми рукавицами скафандра. Поглядел на её губы, резко отвернулся и, присев у кромки воды, тоже зачерпнул горсть и выпил. Если через пять минут с Аней что-то случится, значит, пусть и с ним случится тоже. Но вообще это было очень неправильно. Ведь она же у них единственный бортовой врач. Случится что-то с ней - и мало того, что вся экспедиция останется без врача, так ещё и врачу врач понадобится. Парень вздохнул, а затем тряхнул головой и нагнулся над маленьким водоёмом. Сунул в воду руки глубоко, пошевелил ими, поводил по сторонам. И, наклонив корпус, вдруг глубоко вдохнул и сиганул в лужу. Ну, не то чтобы прыгнул - просто лёг на воду и сполз во впадину, оказавшись в воде, куда тут же наполовину ушёл с головой и завертелся ужом, тычась в стены руками.
Лёхе пришла неожиданная идея изучить дно и стенки впадины - а что, если здесь есть расселина в скале, через которую натекла вода? Как-то не верилось, что капля по капле тут собралась такая внушительная лужа. Он даже не догадывался, что похожие мысли недавно посещали Аню. Но Аня - это Аня. А Стругачёву если взбредёт что в голову - он это сразу же и сделает.

- Любова! - запоздало прошептал Чижик, отвлёкшийся на собирание верёвок и не успевший остановить ученицу. Он с ужасом смотрел на её руки, прижатые к губам.
Впрочем, мимолётная паника быстро миновала. В самом деле, на планете земного типа шансы на то, что вода окажется вполне пригодной для питья, были велики. Микробы микробами, но человеческий организм людей конца XXII-го века выработал иммунитет ко многим простейшим инфекциям, медицина была на высоте. Да и рыцари должны же что-то пить. В общем, Фёдор Михайлович Чижик решил не поднимать панику на пустом месте, хотя и считал поступок Любовой очень неосмотрительным.
- Ладно уж, - тихо вздохнув, махнул он рукой и хотел ещё что-то добавить, но тут его удивил уже Стругачёв, зачем-то полезший в воду с головой. И даже не подумавший о том, что эта самая вода щедро затечёт в скафандр и мальчик насквозь промокнет. А затем продрогнет, простынет, проболеет и умрёт. И отвечать за это будет он, учитель Чижик, не доглядевший за нерадивым учеником. - Стругачёв, ты чего??? - разнёсся по пещере крайне удивлённый шёпот. От удивления у Чижика из рук даже выпала одна из верёвок.
Но голова Лёхи была под водой. Он учителя не слышал.

В общем, примерно к этому времени с докладом к учителю вернулся Гераськин, и тот как-то слишком резко обернулся на тихий голос Коли, будто боясь, что и от него тоже сейчас дождётся очередного непредсказуемого поступка. Рассеянно выслушав мальчика, Фёдор Михайлович всё же сумел взять себя в руки, успокоился и выдохнул.
- Нам повезёт, если удастся найти наши шлемы, - уже спокойно ответил он Коле. - Во-первых, там мощные фонари и можно было бы забраться куда-нибудь наверх и с высоты осмотреться - без фонаря в тумане это не вариант, да и с фонарём не много разглядим, но хоть что-то. Во-вторых, есть небольшой шанс, что сохранилась связь с кораблём.
Чижик замолчал, не зная, какой ещё способ найти корабль придумать, и перевёл взгляд на вернувшихся девочек. Они как раз успели услышать его ответ Гераськину и могли подключиться к разговору. Кажется, самое время было Майе высказать своё несогласие по поводу изменений в планах учителя.
  • даже боюсь представить извращения этого плана учениками)
    +1 от Зареница, 10.09.16 02:12

Провожая Майку с Мариной не очень довольным взглядом, Стругачёв уже хотел остановить их, воззвав к голосу разума, но тут услышал шёпот Ани и повернулся к ней. А затем развернулся лицом в ту сторону, куда указывала девочка. Всмотрелся в блики света на чём-то блестящем. Наверное, там и правда была вода. Что-то ведь должно капать.
- Пойдём посмотрим, - шепнул он Ане, вмиг позабыв о своём желании остановить Майю и Марину. - За мной, - ещё тише позвал он Любову, начав украдкой двигаться в дальний угол пещеры к таинственному источнику отблесков и капающих звуков.
Эх, ему бы сейчас бластер для убедительности образа отважного космолётчика и исследователя далёких планет...

Орать никто не орал, но вот приглушённо Майку таки окликнула Марина, а за ней она услышала такой же приглушённый оклик Фёдора Михайловича:
- Светлова! Ты куда? Подожди! - он явно не понял, что вообще происходит. Не успел договорить свой план про разведку - девочка взяла и пошла к выходу без всякого обсуждения. К тревоге на его бледном лице теперь добавилось удивление.
Чижик неплохо знал Майю Светлову. Он вообще пытался получше узнавать каждого своего ученика - его характер, типичное поведение, манеры, реакции на окружение. И дело было не в работе даже, а в отношении. Он относился к школьникам как к маленьким взрослым, по-человечески и с уважением, пытаясь вникнуть во внутренний мир каждого и понять его мотивы, найти с каждым контакт и способы эффективного взаимодействия. Майка здесь не была исключением и он, конечно, знал о некоторых её странностях. Однако одно дело, когда ты каждый день видишь человека в спокойной, ненапряжённой обстановке, и совершенно другое - когда вы попадаете в стрессовую ситуацию, способную кардинально изменить казавшееся привычным поведение человека до неузнаваемости. Сейчас нельзя сказать, что Майя вела себя совсем уж неожиданно для Чижика, но он замечал её некую оторванность от коллектива, и это беспокоило учителя. Нет, Светлова - большой молодец, она передала на корабль важную информацию, сумела взаимно развязать руки Ане, посоветовала ему тереть верёвку о прутья клетки и в целом вела себя очень эффективно, с точки зрения результата. Но вот эти маленькие странности, похожие на некий вызов - мол, я вас послушаю, но сама решу, что мне делать, - не могли не беспокоить Фёдора Михайловича. Пока всё шло хорошо - оно-то ладно, но Майя могла где-то не рассчитать своих сил, и кто знает, как это аукнется на ней и на остальных.
Мужчина уже было подался за ней и отправившейся следом Мариной, но тут заговорил Гераськин, и, выслушав его, Фёдор Михайлович проникся тем, что Коля добавил в конце. Он неуверенно поглядел в спину уходящим девочкам и наконец кивнул, соглашаясь с Колей.
- Пожалуй, ты прав, - шепнул он. - К тому же, Бабурова подстрахует.
Ему решительно не нравилось, что на разведку отправились девочки, но не возвращать же их было силой. Да и мужчинам занятие найдётся.
- Гераськин, Стругачёв... Стругачёв? - Чижик тут обратил внимание, что и Лёха с Аней рванули прочь, только в другую сторону. Кошмар - ученики разбегались кто куда, не слушая учителя! Нет худшего наказания для преподавателя.

- Здесь озерцо, Фёдор Михалыч, - громко прошептал оглянувшийся Лёха.
Они с Аней дошли до кромки воды и остановились. Здесь в полу пещеры образовалась впадина, в которую стекала вода капля по капле из крохотной трещины в скале. Правда, Стругачёв изрядно преувеличил, назвав это озерцом. Большая лужа или маленький бассейн - так было правильнее. Вот только, к разочарованию Ани, не похоже было, что лужа глубокая и что под водой есть какой-то лаз. Но можно было проверить. При неясном освещении одного факела, расположенного к тому же ближе к выходу из пещеры, толком не разглядишь - дна видно не было. А ещё Любова со Стругачёвым заметили пробивавшуюся между трещин в скале зелень, чувствовавшую себя здесь вполне комфортно.
- Замечательно, Стругачёв, но мы не знаем, годится ли эта вода для питья, - вздохнул Фёдор Михайлович. - Не советую вам её пить, ребята. Потерпите. Гераськин, давай-ка приготовим верёвку, - кивнув Коле, учитель стал подбирать с пола пещеры верёвки, которыми были связаны их руки.

Майя первой добралась до выхода из пещеры - узкого горла, но вполне достаточной ширины, чтобы здесь без проблем прошёл рыцарь с мешком со Стругачёвым на плече. Впрочем, Марина недалеко отстала. Девочки осторожно крались вперёд, всматриваясь в туман. Добравшись до самого выхода из скалы, они выглянули и заметили неподалёку от пещеры разведённый костёр, вокруг которого расположились несколько рыцарей. Из-за плохой видимости было не понять, чем они там занимаются, но сам костёр выделялся светлым пятном на фоне тумана. Точное количество рыцарей также было не подсчитать, не подобравшись к ним ближе. Тут или надо было рискнуть и выйти из пещеры на открытое пространство, где даже в тумане девочек могли заметить, или ограничиться определением «там у костра несколько рыцарей» в своём докладе о результатах разведки. Как назло, и деревьев вот прямо рядом не росло. Но можно было, например, подползти.
Вообще, костёр был расположен так, чтобы просматривался выход из пещеры, но сейчас в ту сторону никто из тюремщиков не смотрел, да и поди ж ты разгляди в белом тумане белого человека в белом скафандре.
  • О да. Часть от Чижика прям взволновала. Когда Майка говорит - плохо, когда поет - еще хуже, а когда молчит - так прям катастрофа. Вот прямо невозможно же выбрать стратегию поведения с учителем :D
    +1 от Лисса, 07.09.16 23:50

После телефонного разговора с Харуко-чан Ами была в лёгком шоке. Надо же, гигантская белая крыса! Страшилки хуже не придумаешь! Ну, разве что, если бы крыса была чёрной, это было бы немного страшнее. Шок и в самом деле был лёгкий, потому что девушка надеялась всё же, что маме подруги померещилась эта крыса. Но теперь Ами семь раз подумает, прежде чем идти в гости к Харуко! Надо посоветовать ей завести кошку, кошка в доме - и крысы будут его стороной обходить.
Ещё раз покачав головой, сидевшая на подоконнике у себя в комнате девушка бросила последний взгляд в окно перед тем, как спрыгнуть и побежать умываться, и... увидела на той стороне улицы странное животное, похожее то ли на кошку, то ли на лисобелку.
- Аа? - от удивления Ами приоткрыла рот и прильнула к стеклу.
А кошка, словно почувствовав её интерес, посмотрела на неё в ответ и... улыбнулась? Да быть того не может! Кошки не умеют улыбаться. Ами просто показалось, вот и всё. Что-то синее у неё во лбу... Девушка не успела как следует рассмотреть это необычное животное - оно одним махом взлетело на крышу дома и исчезло, оставив наблюдательницу сидеть с открытым ртом и выражением крайнего смятения на лице.
- Брр, - потрясла Ами головой и стала протирать кулачком глаза, сонно бормоча, - я точно ещё не до конца проснулась... Ещё Харуко с её крысой...
А кошка-то ведь тоже была белой. Что, если мама Харуко приняла её за крысу? Да ну, это просто совпадение! Надо пойти и умыться холодной водой, чтобы проснуться окончательно.
Мягкие пушистые тапочки в форме то ли собачек, то ли зайчиков зашлёпали по полу до ванной.

Распродажа! Распродажа!
Тагаве хотелось купить так много сразу и всего, но денег было не то, чтобы много, да и они были в «Ветви сакуры» вдвоём с Харуко, а у той денег ещё меньше, едва на зарядку хватило. Ами это знала и не хотела огорчать подругу лишними покупками, потому ограничилась самым необходимым. Самое необходимое включало тетради, карандаши, ластик, новую линейку взамен сломавшейся старой и... в общем-то, это был далеко не весь список, но девушка очень старалась ограничить себя в покупках.
Когда всё вроде было куплено, они с Харуко решили немного посидеть и поболтать в «Оотамоти». Честно говоря, это решила Харуко-чан, ибо Ами постеснялась ей предлагать посиделки в кофейне, зная о её весьма умеренных финансовых сбережениях. Но раз она предлагает - значит, у неё деньги есть, а отказывать попросту неприлично. Вот и заняли девушки один из столиков у окна, прицениваясь к меню и думая, что бы заказать.
И Ами уже почти выбрала... ну, почти, потому что хотелось так много и всего! меню просто изобиловало вкусняшками! - как тут началось нечто, что потом Тагава Ами назовёт светопреставлением.

Сначала в ноздри ударил удуряющий запах стоялой болотной воды, от которого Ами чуть не стошнило сегодняшним завтраком - всё из-за неожиданности, ага. Но не успела она удивиться, как вздрогнула от резкого шума и... застыв, пронаблюдала, как из стен кофейни осыпается штукатурка и появляются древесные корни, как в окнах появляются гигантские кувшинки, перекрывая доступ солнечному свету. Ами открыла рот, даже не замечая в этот миг, как внутри всё холодеет и опускается куда-то в пятки. Послышался треск напряжения, который издавали замигавшие на потолке электрические лампы. Правда, его из-за начавшихся криков можно было и не услышать, если специально не прислушиваться.
В кофейне творилось что-то невообразимое. Застывшая от ужаса девушка не могла пошевелиться. Всё, что она могла - смотреть и слушать. Из раскрывшихся на лианах ярко-белых цветов повалил ядовитый зеленоватый туман. Ами поняла, что он ядовит, когда увидела теряющих сознание людей. И лучше бы она ещё тогда сама потеряла сознание, потому что дальше всё было только хуже. По какой-то причине туман действовал не на всех.
- Ф-фу... - инстинктивно девушка прикрыла нос рукой и панически вскочила, собираясь куда-нибудь бежать. Да и крик мужчины «к выходу!» подсказал, что сидение на месте их с Харуко не спасёт.
Бежать было поздно. Ами с ужасом уставилась в дверной проём, где появилась первая хулиганка их класса Такэда Хэнэко. Однако, не успела Тагава решить, что хуже - оказаться рядом с Хэнэко или остаться сидеть здесь, как за спиной хулиганки появились... в общем, лучше бы не появлялись.
- Я не-не-не пи-пила сакэ... - пролепетала Ами, с ужасом чувствуя, как подкашиваются её коленки. Хорошо, что сзади всё ещё стоял стул. В отличие от девочки, он сохранил твёрдость ног и услужливо подставил ей седушку, на которую она буквально рухнула.
И вот... когда комары влетели в зал и началась пальба и смертоубийства, нервы Ами не выдержали окончательно. Она зажмурилась, сжала кулачки и, набрав в лёгкие побольше воздуха, заверещала что было сил. Когда спустя несколько секунд девушка рискнула открыть один глаз и оглядеться, увиденное её не удовлетворило и она снова зажмурилась, продолжая звонко и истерично визжать. У неё был план! Да-да! Если закричать пронзительно громко, так, чтобы начали лопаться стёкла, то комары могут испугаться и улететь!

Появления своего недавнего знакомого - кажется, это было то самое животное, виденное в окне (Ами о нём постеснялась рассказать Харуко, чтобы та не смеялась над ней) - девушка не заметила, так как была слишком увлечена исполнением своего стратегического замысла. Она так пронзительно, артистично визжала - а чтобы выглядело убедительней, пустила слёзы из-под сомкнутых век и стремительно начала бледнеть. Силы её были на исходе - ещё чуть-чуть, и либо она проснётся, либо грохнется в обморок.
Сквозь собственный визг Ами услышала чей-то нежный голос, а потом её кто-то схватил за руку и куда-то потащил. Она сама не поняла, кто это был, но у комаров ведь не было рук? Или были? Ноги послушались и сами поднялись, крик удивлённо оборвался на хриплой ноте и девушка побежала, не разбирая дороги и ничего не понимая. Лишь дошло, что её тащит Харуко, а у Харуко не было ужасного хобота-стилета, значит, можно её не бояться.
Но чей это знакомый хвост там впереди?
  • Хоть один вменяемый человек. Ура?)
    +1 от ArbitraryNickname, 07.09.16 06:25

Что-то изменилось. Переменилось в настроении окружающих. И прежде всего перемены эти были связаны с эмоциями Короля-Леса, Сильмини это чувствовала, понимала это. Она повернулась к мальчику в тяжёлой короне, нежно держа на руках абиссинского малыша, и неотрывно смотрела на королька, пока он печально говорил, забыв даже о возмущении её неозвученным отказом.
Эльфийка проследила за полётом птички, в которую обратился Лес, и нахмурилась, задумалась над увиденным. И почему она раньше об этом не подумала? Хотя ведь она тогда просто считала, что Лес не может покинуть пределы гм... леса, и что Фонтан находится где-то за этими пределами, а потому мальчишке Лесу до него никак не добраться. Но выходит, здесь дело совсем в другом.
Есть ли у тебя план, Сильмини? Ха, есть ли у неё план? Да у неё целый мешок планов!
Губы альвари неожиданно тронула улыбка. Нежная и добрая, она прорезалась сквозь тьму чужого несчастья, развеивая её своим мягким пленящим светом. Это была не насмешливая улыбка, не злая и раздражённая улыбка женщины, которую всё достало, и этот нытик-Лес тоже. Нет. Сильмини улыбалась так, как могут улыбаться только альвы, когда чётко знают поставленную перед собой цель и верят, что смогут её достичь, а значит, помочь кому-то близкому обрести желанное.
И когда птичка, ударившись вновь о землю, обернулась мальчиком, эльфийка подошла к нему ближе с этой улыбкой и, выслушав его слова, лишь убедилась в своём решении.
- Тшшш... - приобняла она его одной рукой, успокаивая, к себе привлекая. Другая прижимала к груди маленького щенка. - Сможешь, - с уверенностью сказала альвари. - Ты сможешь пойти к Фонтану с нами и загадать своё желание.
И тогда она сможет загадать своё...

Появление Ульриха и Церы не прошло незамеченным. Вот только внимание эльфийки сейчас было занято корольком, и она не могла уделить его должное количество вернувшемуся гемландцу, словно учуявшему близость Таверны. Плохо это было, на самом-то деле. Таверна до сих пор представлялась альвари ловушкой, в которую их заманивает магия этих мест. Старика Кальдарфиниуса или кого-то ещё. А даже если не ловушка...
Сильмини представила нажравшегося до усрачки - как он сам выразился - Ульриха, синего и бухого, сидящего вразвалочку за столом в таверне, и на каждом колене его сидит по распутной девице, обе противно хихикают, старательно делая вид, что их взаправду забавляют рыцарские шуточки и им интересно его ухаживание, а на деле трясутся внутри от омерзения и страха перед ужасным чужаком, от которого веет холодом. Нет, с девочками ему вряд ли так повезёт. Они ведь замёрзнут рядом с ним, в буквальном смысле в ледышки превратятся. Ах, вот если бы и выпивка так же замерзала!
Фу, противное вообще-то зрелище. Рушит весь благородный образ прекрасного рыцаря, каким виделся Ульрих эльфийке. Не того рыцаря, что встречается на страницах дамских романов (Сильмини и не слыхивала про таких), а больше приближённого к реальности, со своими недостатками, болячками и хворями, с вонью изо рта, блестящего от крупных капель пота, с красными от недосыпа глазами, но всё равно прекрасного и благородного рыцаря.
- Сэр Ульрих! - оглянулась она на него, и глаза альвари потемнели. - Прошу Вас подбирать выражения! Или вы нам с леди Феари и Церой тоже предлагаете нажраться до усрачки и воспользоваться услугами дешёвых шлюх? - строго спросила Сильмини.
Эльфа оглянулась на хрустальный мост, который почти полностью восстановился, и вздохнула. Поглядела через реку на Феари и крикнула в ответ:
- Хорошо! Не волнуйся так!
Повернулась обратно к Ульриху и Цере.
- Я думаю, пройти по мосту можно, не разрушив его. Там написано, - она показала на табличку, - когда ступите на него, прославьте имя Аурэллиуса Аспарагуса Кальдарфиниуса Первого, его создавшего. Поблагодарите его за чудесный мост - и вы пройдёте.
Сильмини кивнула, чтобы придать Ульриху уверенности.
- Идите, а мы вас скоро догоним, - она поглядела на королька и хитро улыбнулась. - Ну, показывай, где твоя полянка? Веди меня. Страстной любви не будет, но хорошо тебе сделаю.
+1 | Следы на песке, 05.09.16 22:44
  • Нееет. Не убивай Королька и не режь его на куски! Этот поход на полянку уже меня напугал. Гы-гы-грызу ногти.
    +1 от Лисса, 05.09.16 23:03

- Всё будет хорошо, Майка, вот увидишь, - шмыгала носом Настя, грустно разглядывая фотографию в рамке на столе, на которой была изображена улыбчивая Светлова со своим знаменитым отцом и всей остальной семьёй. - Мы вас спасём. Мы придумаем такой план, что закачаешься. Мы победим всех рыцарей на этой планете, покажем им, чего стоит прогресс человечества. Потерпи просто немного, Майя, ладно? С вами Чижик, с вами Коля, с вами Лёша, наконец. Они девочек не дадут в обиду, они как мушкетёры - всегда заступятся за честь дам. Да и вы с Аней и Мариной не промах. Вдруг вы сможете бежать? Но мы не станем этого ждать - мы будем действовать. У Лёвы уже есть план, хороший план, для начала. Мы разведаем обстановку и вас найдём, придём за вами, будь уверена. Мы вас не бросим в беде. И на Лёву не обижайся - наговорил он тебе всякого, дурак, теперь сам об этом жалеет. Мы же все друзья, правда? Мы ведь даже если ссоримся, то по-дружески. Всё будет хорошо, Май, честно.
Полоскова снова шмыгнула носом и поглядела на человека со знаменитой улыбкой, славного космического героя славного космического будущего Земли.
- Я вам обещаю, капитан Светлов! Торжественно клянусь! Мы сделаем всё, что только возможно, и вернём вашу Майку... ой, вашу дочь в целости и сохранности! - девочка встала по стойке смирно и козырнула, отдавая фотографии честь. - Капитан Крамер, пилот Куницын и я, штурман Полоскова, мы позаботимся об этом! Клянусь! Клянусь! Клянусь!
Она вернулась взглядом к животным. Вон там - попугайчики, две штуки. Кажется, у них всё в порядке, сидят спокойно на жёрдочках, один из них перья чистит. А вон - мышки, или крыски, Настя в этом не очень разбиралась. Какая из них - Мышь, которую Майя ей хотела дать подержать, девочка не знала, они все ведь на одно лицо, и как только Светлова их различает. Животные, попугаи и рыбки были в полном порядке - несмотря на ощутимый холод в помещении, Майкины придумки с утеплением работали. Но стоило бы всё же перенести их в более тёплые помещения.

Выслушав Петю (новостям про отсутствие энергии она даже не особенно удивилась, это было ожидаемо и она к ним была готова) и Лёву, Настя им сказала немного взволнованно:
- Ребята, я проверила живой уголок. Здесь холодно, но мы с Майей недавно утеплили клетки и аквариум, животные пока не мёрзнут и с ними всё в порядке. Но лучше будет перенести их туда, где теплее. Не знаю, наверное, в жилых каютах должно быть тепло. Сможете мне помочь?..
И после паузы добавила уже тише:
- Это не срочно. Животные пока ждут, а вот люди... - штурман не договорила. - Лёва, я вам там нужна? Если пока нет, то поищу, куда их перенести, и, может, сама начну. И везде лишний свет повыключаю, ага.

В инженерном и техническом отсеках, к слову, уже было весьма холодно - Петя провёл там около часа и ощутимо замёрз, пальцы и нос были ледяные. Так что, возвращался он обратно изрядно продрогший, по дороге выключая везде ненужный свет.
К тому времени, как он вернулся, Икар был готов процентов на девяносто - оставалось ещё немного доделать, и можно будет прикрутить к нему изъятую из планшета камеру и приготовить к отправке в первый разведывательный полёт. Дело у Крамера спорилось даже быстрее, чем он думал. Вот что значит собранность, когда понимаешь, как велики ставки в деле, которое делаешь. Может, выходило не всё идеально, но для своей задачи Икар годился.
  • Полоскова снова шмыгнула носом и поглядела на человека со знаменитой улыбкой, славного космического героя славного космического будущего Земли.
    - Я вам обещаю, капитан Светлов! Торжественно клянусь! Мы сделаем всё, что только возможно, и вернём вашу Майку... ой, вашу дочь в целости и сохранности! - девочка встала по стойке смирно и козырнула, отдавая фотографии честь. - Капитан Крамер, пилот Куницын и я, штурман Полоскова, мы позаботимся об этом! Клянусь! Клянусь! Клянусь!

    Ой, прямо до слёз пробрало! По ходу, Настя не меньшая маньячка, чем сама Майя. Но я всегда знала что тихих девочек отличниц надо бояться.
    +1 от Лисса, 03.09.16 15:54

Вы не можете просматривать этот пост!
| ,
  • Ради пущей интриги старался не подглядеть случайно результат и читать по порядку.
    +1 от Dariel, 02.09.16 02:11

Чудесная живая река подарила Сильмини незабываемое наслаждение, такое редкое в эту пору нелёгких испытаний. Холодная вода умыла её измождённое лицо, прибавляя утраченной бодрости. Она обожгла горло приятным морозцем, напоила утомившуюся альвари. Облизала слегка пенистым бурным язычком своим ноги эльфийки. Речка была ей рада, а она была рада речке. Настоящая дружеская встреча, словно бы старые друзья свиделись после долгой разлуки, и им было о чём рассказать друг дружке, пошептаться, посплетничать.
- Ах-х, - чуть вздрагивая от холода, пила Сильмини речную воду, никак не в силах оторваться от чудесного этого и самого замечательного в мире напитка - живой пресной воды.
Покуда пила, слушала приветливую болтовню яму-яму, поглядывала на них сверху вниз забавно так, чуть голову набок наклоняя, прислушиваясь будто к тому, что они ей рассказывали. Про орущих птичек - одна такая как раз разбудила эльфийку своим криком. Про вонючек - они так тех мелких, противно пахнущих насекомых называли, догадалась она без труда, о ком же ещё могла идти речь. Но интереснее всего были новости о том, что кто-то уже перешёл реку. Должно быть, Феари с Найджеллом ушли сильно вперёд, вот и не слышат её.
Сильмини поглядела на разрушенный мост, прищурилась, чтобы больше различить с расстояния. Что же в этом мосту так не нравилось лисичкам, что они на него рычали? Хрустальный магический мост был разрушен теми, кто по нему недавно прошёл, и сам по себе медленно, лениво восстанавливался. Очень интересная магия, между прочим. Такие штуки, поддерживающие вещи веками, не дающие им сломаться, а если сломаются - то восстанавливающие их, это вам не простецкие шутки. Это самая настоящая Магия!
А мост был красив. Мост был действительно прекрасен. Чудесный, сверкающий на солнце хрусталь. Вычурные розы и крылатые младенцы. Очароваться можно и восхититься таким замечательным мостом. Сильмини прочла надпись, прилагавшуюся к мосту, и весело захмыкала. Опять этот старый проказник со своими фокусами. Но вот почему мост развалился после того, как по нему недавно прошли, она догадалась. Просто Феари с Найджеллом вряд ли последовали совету-инструкции, имевшемуся в надписи. Они шли по мосту, и не думая восславлять героическое имя могущественного волшебника. А магия моста наверняка была рассчитана на подпитку от восхвалений. Ты идёшь по мосту, хвалишь мага, его создавшего, и мосту хорошо, ему добро становится, и он не рушится. Может, они и в ловушку у памятника попали, потому что не похвалили мага и не поблагодарили за безопасный путь, как он просил в надписи на постаменте. С магией шутки плохи. Магия любит, когда её уважают. И наказывает тех, кто ею пользуется без уважения к чародею.
Нет, альвари больше не злилась на него. Испытание было пройдено. Живительная вода придала бодрости и весёлого, игривого даже настроения. Мысли Сильмини омрачало только беспокойство за остальных, поэтому стоило поспешить на тот берег и поискать их...

Однако.
Раздавшийся неожиданно из кустов приятный писк заставил брови альвари взметнуться вверх и резко повернуться на этот звук. Она с удивлением пронаблюдала за тем, как одна из лисичек убегает в кусты и выносит оттуда... маленького щеночка.
На выражение лица Сильмини сейчас было любо-дорого поглядеть. Такое оно было умильное и забавное при виде крохи, озадаченно пищащего в зубах яму-яму. Это был действительно сюрприз Леса. Чудесный подарочек...
Эльфийка присела, протягивая к нему руки.

- Сильмини Келевон! Немедленно отпусти его! Это мой луб!
Остроухий мальчишка негодующе кричал, глядя, как его непрямая родственница из Дома Леонтари, соседней ветви его собственного Дома, тискает в объятиях маленького пушистого зверька, у которого изо рта забавно выглядывали удлинённые клыки. Малыш-луб сейчас казался плюшевой мурчащей игрушкой, но это сейчас. Пройдут годы - и он превратится в огромного и смертельно опасного саблезубого хищника с могучей гривой. Но пока что у него и гривы-то не было. А вот клыки уже сейчас были опасны - о них можно было случайно пораниться.
- И ничего он не твой, - спокойно возразила остроухая девочка с серебряными волосами и глазами цвета ясного неба. Она сидела на нижних ветвях могучего элькрунуса и болтала босыми ножками, а в её руках был маленький луб. - Он ещё тебя не выбрал. Правда, Ниши? - спросила она львёнка, и тот, задумчиво посмотрев на юную альвари, потёрся щекой о её руку.
Сильмини взглянула на Аэгиса и смело заявила:
- А может, он выберет меня? Видишь, как мы хорошо ладим.
- Думай, что говоришь, глупая! - возмутился ещё больше мальчик, глядя на неё снизу вверх. - Ты - девочка, тебя он не выберет!
Это была правда. Лубы исконно считались компаньонами альвов-мужчин, олицетворением дикой силы и ярости. Только со своим хозяином они могли вести себя как игривые котята, для остальных они были свирепыми хищниками. Но пока они были маленькими и ещё не выбрали себе хозяина, то действительно напоминали котят, мягких, пушистых, шаловливых и с острыми как кинжал клыками.
- Фу, как грубо, - скривила носик Сильмини. - А вдруг выберет? Всё когда-нибудь случается в первый раз. И я могу стать первой альвари с компаньоном-лубом, - слегка поддразнивающим тоном говорила она.
- Не выберет! Вот увидишь! Отпусти его! Ниши, пойдём со мной!

Ниши действительно выбрал Аэгиса. Сенсации не случилось. Сильмини Келевон из дома Леонтари не стала первой альвари, которую выбрал луб себе в компаньоны. Однако...
- А-ай! Осторожно, Ниши! Не порань меня! - весело визжала синеокая девочка-подросток, упавшая в траву под весом огромного саблезубого льва, накинувшегося на неё и принявшегося вылизывать. Да так аккуратно, чтобы не зацепить своими ужасными клыками и не поранить когтями. Ниши всё ещё был львёнком, но размерами был уже побольше девочки.
- Сильмини Келевон! Немедленно отпусти его! Это мой луб! - донёсся голос приближающегося к ним альва-подростка.
- Не могу! - пискнула альвари. - Это он меня держит, а не я его! - она засмеялась.
- Гррр! Ниши, отпусти её! Пойдём со мной! - негодовал Аэгис.
Ниши послушно слез с девочки, повернулся к своему компаньону, но затем...
- Э-эй! Эй! А ну слезь с него! - закричал альв.
Не успел Аэгис опомниться, как Ниши, его верный компаньон, характерным движением легонько толкнул мордой Сильмини в бок и пригнулся, чтобы девочка могла забраться на него сверху.
- Предатель! - закричал остроухий парнишка, глядя, как Сильмини легко взмахнула на спину луба.
- Да полно тебе! - прикрикнула на него альвари. - Ниши любит меня, но он ведь твой компаньон. Давай лучше забирайся сзади.
Прохожие и работавшие на полях взрослые альвы с лёгкой улыбкой провожали взглядом несущегося мимо них большого львёнка с сидящими на его спине мальчишкой и девчонкой.
- О Боги, Сильмини, ты не могла волосы собрать? Они мне в лицо бьют!
- Крепче прижмись и положи голову мне на плечо!


- Вот и целуй Меня теперь. Да взасос, да покрепче!
Эльфийка хмуро обернулась на голос, тихонько вздохнула и вернула свой взгляд щенку.
- Ну, привет, малыш, - ласково сказала она, улыбаясь. - Я - Сильмини. А как тебя зовут?
Несмотря на восторженно-пошлые речи, которые вёл Король-Лес, Сильмини не могла его на этот раз игнорировать. Подарок стоил того, чтобы хоть внимание обратить на того, кто его сделал, не говоря уже о чистой благодарности. Прижав к себе щеночка, она поднялась и повернулась к вредному мальчишке.
- Благодарю Вас за Подарок, Ваше Величество Лес, - искренне произнесла она, а затем удивлённо спросила. - Но как? Разве Вы не идёте с нами до Фонтана?
Альвари пропускала его пошлые предложения мимо ушей, решив на них не обижаться. Должно быть, черви основательно выедали Лесу мозг, и стоило поскорее дойти до Фонтана и спасти Лес от этой напасти.
Впрочем, тут ещё помогла Феари, чей крик неожиданно услышала эльфийка. Она радостно повернулась на голос и всмотрелась вперёд, выискивая взглядом на той стороне фигурку леди Феари, в человечьем ли или коднаровском виде, а рядом с ней и Найджелла.
- Феари!!! Мы здесь! У моста! - закричала она как можно громче, помня, что слух у людей всё же уступает альвскому. Вот как оно у коднаров, Сильмини не знала. - Тшш, не бойся, малыш, - шепнула она щенку, чтобы он не боялся её криков, и впервые за всё время пребывания в этом мире чуть-чуть приоткрыла эмпатический блок, чтобы коснуться разума щенка и послать ему эмоцию теплоты и спокойствия. Лучи добра, так сказать. Всё хорошо, мой хороший.
+1 | Следы на песке, 01.09.16 15:51
  • И не заснула я на втором абзаце :D)

    Хороший пост. Прошлое к тому же. Люблю флэшбеки. Хотя Принц опечалится, бедняга.
    +1 от Лисса, 01.09.16 17:42

Мия подошла к подоконнику, высунула ушастую голову наружу, улыбнулась Куке, помахала ей ручкой и... полностью закрыла окно. После чего лениво направилась к своей кроватке, собираясь таки немного вздремнуть - теперь, когда в комнате стало спокойно.

Что ж, пять пальцев... Рэан был значительно больше похож на человека, чем Эйл, хотя когда-то Эрика слышала про шестипалого человека, но это считалось ненормальным, своего рода уродством, поскольку иметь лишний палец в мире пятипалых - это неправильно. Мечник у неё таких мыслей не вызывал, потому что он не был жителем её мира.
Про то, что они движутся на корабле в плотной жидкости, девушка ничего не поняла. Это звучало как-то очень уж странно. Под водой, что ли? Но расспрашивать она не стала, догадываясь, что всё равно едва ли поймёт. Да и поговорить пока было о чём кроме этого.
Просьба-призыв Рэана не договариваться с чудовищами возымела свой эффект. Он так убеждённо говорил, что Эрика ему поверила и решила поостеречься таких договоров. Но здесь стоило бы узнать мнение остальных. Вот Эйл его, кажется, не слишком разделял. Рэан заметил понимающий кивок полуэльфийки, когда посмотрел в её сторону. Тем самым она показала, что согласна с ним. Если только для них кивок не означает что-нибудь другое. А вдруг отрицание? Это было бы столь же нелепо, сколько и смешно.
Выслушав Сагу про Хранилище, девушка чуть улыбнулась замечанию хоботунчика о чихании барона. Выходит, этот таинственный барон (Эрика покосилась в его сторону) сможет определить нужное Мессиру Киоларе. Это несколько облегчало задачу поиска.
Также Эрика согласилась с Эйлом - в таком положении детальные планы не разработаешь. Придётся импровизировать по прибытии. Девушка приняла серьёзное выражение лица, понимая всю важность проблемы, стоящей перед ними. Это тебе не танцы под музыку.
Она была готова рассказать о своих возможностях - магических умениях и прочих навыках, но тут события несколько отвлекли её. Сначала врасплох застал вопрос наги по имени Ева. На самом деле у неё было длинное и сложное имя, которое не запомнила и сама Эрика, потому - Ева.
- Вы... Нас вернете обратно... Когда мы закончим? - спросила нага голосом, переполненным страхом.
Было понятно, что вот ей совсем не хочется возвращаться. Значит, кто-то рад, что его «похитили» из родного мира, кому-то там было плохо. И нага вдруг предстала полуэльфийке в совершенно ином свете. Это не она, Эрика, её опасается, а Ева опасается всех и каждого. Бедную змеехвостую девушку держали в клетке... какой ужас... одними губами это прошептав, Эрика немного смущённо изучила её издали. Отсюда было видно мало, по большей части только силуэт, но полуэльфийка обладала достаточно хорошим зрением, чтобы различить такую заметную деталь, как отсутствие на Еве какой бы то ни было одежды. Сначала-то она думала, так принято у наг, тем более что и другие змеелюди были почти не одеты - можно ли считать одеждой некие украшения, скорее всего подчёркивавшие статус или ритуальные? Но если Ева томилась в клетке... Хмм, верхняя человеческая половина её тела должна быть весьма привлекательна для мужчин, если судить по стройному силуэту. Эрика невольно покосилась на мечника и арбалетчика. Интересно, найдётся ли у кого-то одежда для Евы. Хоть что-нибудь прикрыться.
Воспользовавшись предложением Рэана, она бесстрашно подошла к светящимся плошкам, остановившись рядом с арбалетчиком и Эйлом, примерно на одинаковом расстоянии от каждого и довольно близко к ним, так что каждый мог бы протянуть руку и достать её кончиками пальцев.
И вот он - момент истины - настал. Эрика тоже думала, что после Хранилища их вернут домой. А их, получается, просто отпустят. Отправят в некую Зиму (а звучит-то холодно!) - и дальше непонятно, что делать и как искать путь домой. Девушка слегка помрачнела. Такого подвоха она не ожидала. Настроение потихоньку стало уходить в минус.
Эрика встрепенулась, увидев появление нового действующего лица. Кажется, вот это был точно человек. Когда мужчина вышел на свет, не переставая говорить, и его можно было хорошо рассмотреть, оказалось, что выглядит он внешне и лицом, и одеждой очень похоже на жителя родного королевства. Девушка бы даже спросила его, а не из Абелина ли он, но тот назвался Дэйррином из Хаоса, а про Хаос Эрика ничего не знала, ну, кроме того, что это слово обозначает полный беспорядок и неразбериху. Странно называлось место, откуда родом этот человек. Он привлёк её внимание настолько, что она даже пару шагов в его сторону сделала, когда он выбрал место у импровизированного костерка, ровно между двуногими и змеехвостыми.
Услышав про неработающую у него магию, Эрика поспешно проверила, как обстоят дела с её магическими способностями. Чтобы никого не беспокоить резкими движениями и странными пассами, она попробовала явить из ладони перед собой крошечный светящийся шарик - магический светляк - и... ничего не вышло. Это ведь было простейшее заклинание, его даже маленькие дети с даром магии огня способны сотворить! После нескольких неудачных попыток создать сначала светляка, а затем и высечь язычок пламени Эрика сдалась и поникла, что мог заметить каждый по опущенной голове и плечам. Для неё это был существенный удар, ведь она жила магией и её надежды и планы на будущее были с ней связаны. Стоило лишь понадеяться, что это временно. Или что магия вернётся к ней по возвращении домой.
- Моя магия тоже не работает, - тихо сообщила она всем, но больше Дэйррину.
Пока полуэльфийка была сосредоточена на проверке работоспособности своей магии, она пропустила часть разговора Дэйррина с дварфийкой и чуть было не упустила момент, когда ближе подползли наги. Эрика повернулась на звук шороха перемещающихся по полу хвостов. Сперва напряглась, но быстро себя одёрнула, напомнив, что они все в одной упряжке. И с удовольствием понаблюдала за тем, как красиво сворачивается кольцами змеиный хвост Мораны. Ах, прелесть! Вот что можно назвать прекрасным и опасным.
- Эрика. Меня зовут Эрика. Из Абелина, - назвалась она Дэйррину, услышав, что Кирика не стала называть имён «пришлых» из уважения к их мнению, что, в свою очередь, вызвало уважение у Эрики к дварфийке.
Бабочку, принесшую Эйлу послание, она не заметила, так как смотрела в это время в другую сторону. Хотя краем глаза отметила странный жест мечника, когда он поднял руку, оберегая лицо от загадочного почтальона.
- Магия? Магия - это волшебство. Умение чаровать, - грустно отвечала девушка. Ей не хотелось сейчас говорить о магии, её утрата воспринималась тяжело. Надо было выдержать паузу и пережить это, а позже во всём разобраться. - Например, я могла осветить темноту волшебным огоньком или разжечь костёр язычком пламени из пальца. Но это почему-то не работает. Почему? - она поглядела на Сагу, казавшегося эдаким всезнайкой. - Ну, а что я умею, кроме магии? Да ничего... Все бытовые обычные умения. Готовлю я, правда, хорошо, всё же с детства на постоялом дворе работаю. Неплохо в целительстве разбираюсь, в травах лекарственных... но совсем немного... я недоучилась на знахарку, - нахмурилась Эрика. - Из лука могу, или нож метнуть - у меня нож с собой, годящийся для метания. Но я не боец, это в крайнем случае сумею, - кивнула она. - Это из того, что могло бы быть полезно. А так... ну, пою хорошо, на флейте играю... кстати, она у меня с собой, - на губах девушки мелькнула радостная улыбка.
+0 | Цена бессмертия, 31.08.16 23:54
  • Интересно читать. Столько реакций на самые разные детали и на других существ, перемена отношения к ламии. Мне нравится, что Эрика замечает и как она думает.
    +0 от Merapi, 01.09.16 00:58

В ответ собеседница только добродушно и вместе с тем иронично усмехнулась и демонстративно закатила глаза, многозначительно показывая своё мнение обо всём этом. Добивать Ольгу колкими фразами в спину она не стала, оставшись на крыльце докуривать свою сигарету.
Смска, вопреки надеждам и ожиданиям Дениса, не подсказывала путь до Ольгиного рабочего места и прочие подробности её службы. Найти нужный кабинет, впрочем, было можно по табличкам с должностями, фамилиями и званиями на дверях, если только Ольга была владелицей одного из таких кабинетов. Тем временем Ден вчитывался в текст послания настоящей Ольги.
«Да уж вижу какой ты энергичный, с утра тебе звонили с 3 ном. с женскими именами. Кто такая Леночка? Она очень настойчива! <_<
Ровно в тот момент, как попаданец дочитал сообщение, пришла новая смс от Ольги:
«Ау? Ты где? Проблемы??? Слу, эта Лена меня замучала. Кажется она под дверью стоит!»
+1 | Женский день, 29.08.16 23:56
  • Как клубок проблем-то закручивается!^_^
    +1 от Dominga, 30.08.16 00:22

Брыкания Майи на руках у схватившего её рыцаря принесли свои плоды, и довольно существенные, если посмотреть. Хоть лица самого рыцаря она и не видела из-за сплошного шлема, а туман мешал как следует разглядеть, что там - по ту сторону узкой прорези для глаз, но когда девочка задёргалась, заизвивалась, она услышала, как её носильщик издал несколько звуков вроде пыхтения. Умаялся, бедолага, непокорную пленницу тащить. А руки его в это время были напряжены и слегка дрожали. Ну, точно это был не робот - роботы ведь не пыхтят от усталости и руки у них не дрожат. Всамделишный живой человек... ну, или гуманоид. Абориген, короче говоря.
Несмотря на оказанное сопротивление, Светлову поместили в большую клетку вместе с вяло протестовавшей против незаконного порабощения Аней и совсем никаким Фёдором Михайловичем, будто забывшим, что в этой ситуации можно и нужно сопротивляться тюремщикам. Клетка была рассчитана будто на троих - четверым здесь уже было бы тесновато, а троим в самый раз, чтобы расположиться, не мешая друг другу. Удобный трёхместный номер с прекрасными атмосферными видами.
Страх немного сошёл с лица учителя, когда он уяснил, что с Майкой всё более-менее относительно в порядке и серьёзных ранений нет, а прокушенная губа серьёзным ранением едва ли могла считаться. Он недоумённо поглядел на девочку, услышав её извинения касательно вчерашнего урока. Выглядел Чижик неплохо, если вспомнить, как ему досталось, хотя и был бледен. Чисто вьюноша бледный со взором горящим. Но на кусочки он не думал рассыпаться. Мужик же.
- Тетрис? - мужчина хмыкнул, хотел что-то ещё сказать, но промолчал, так как девочки в это время затеяли проверку замка их клетки и крепости верёвки, стягивавшей им руки. Это была намного важнее любого тетриса. А главное, всё это сопровождалось их тихим разговором и совсем уж не слышным из Чижиковского, дальнего от входа, угла клетки шушуканьем. Громкие-то разговоры пленители им запретили разговаривать, ясно дав это понять стуком латных рукавиц по прутьям, когда девочки в ходе диалога слишком уж повысили голос.
Туман мешал Светловой рассмотреть всё в деталях, да ещё в такой неудобной позе с руками за спиной, да ещё в неуклюжем скафандре, но она всё же приблизительно поняла, как устроен механизм запирания клетки. Прутья решётки, когда она опускалась, входили в специальные отверстия-пазы в днище повозки, а сверху механизм поднятия и опускания двери чем-то блокировался, вероятнее всего, простейшим поворотом ключа-запора, до которого никак не дотянешься, даже если получится просунуть руку сквозь довольно узкие проёмы между прутьями клетки. Никаких навесных замков с жутко секретными большущими ключами, которые легко потерять советской пионерке в карманах пажеского костюма, не наблюдалось. Всё должно быть просто и понятно, по-примитивному и в то же время надёжно. Гений современной техники - современной для этой планеты. Если забыть о том, что эта самая планета их к себе притянула гравилучом искусственного происхождения.
Стоит ли говорить, что внутри клетки не нашлось ни подходящего куска железа, ни отломанной деревяшки, ни даже завалящей ручной базуки с самонаводящимся прицелом, чтобы вооружить до зубов их маленький и гордый отряд космодесантников. Вот о прутья перетереть верёвки виделось идеей неплохой, пусть это и требовало долгой и нудной работы наверняка не на один час. Да и прутья не сильно-то острые, круглые, но зазубринки имелись. Если об них тереть, будет быстрее.

Зато Аня, взявшаяся развязывать верёвки у Майи, нащупала узлы и обнаружила, что стянуты они не особенно сильно, и при должной сноровке и терпении у неё получится освободить запястья одноклассницы. Как выразилась сама Светлова: «руки скрипят, но можно было и туже затянуть, а они не затянули».
- Универсальные жесты... да, конечно, - сумел вставить несколько слов в болтовню девочек учитель. Голос его звучал как-то совсем не радостно. Почему-то он был уныл и пуст, равнодушен даже. А взгляд у Чижика был отстранён, смотрел он куда-то вдаль из клетки. - Мы их скоро будем проходить... в следующем классе, - глухо добавил он.
Так и слышалось между слов: если доживём и вернёмся на Землю, если он будет-то, следующий класс.

Терпение и труд всё перетрут. Но тереть пришлось бы долго, а развязать куда как проще. Узел поддавался, и Майя почувствовала, что натяжение верёвки на её запястьях ослабло.
- Особого смысла в этом нет, - снова подал голос Чижик, поглядев на то, чем занимаются девочки. - Захотят - снова свяжут, на этот раз крепче. Но, если получится, не снимайте верёвки до конца и постарайтесь сделать вид, что руки по-прежнему связаны. Чтобы сбросить их в удобный момент, - он уверенно кивнул, и неожиданно в его голосе появилась сила и надежда будто какая. Наверное, заметил, что верёвка Майи обмякла. - А если нас будут допрашивать, я думаю, стоит говорить правду. Мы должны убедить их, что мы им не враги. И что можем быть полезны. Когда они поверят, то, может быть, захотят с нами... сотрудничать, - задумался Чижик. - Мы им ведь многое можем дать. Из наших знаний, наших технологий. Многому научить. Понимаете? Не отчаивайтесь, девочки. Вы совершенно правы - раз мы до сих пор живы, то им не имеет смысла нас убивать.
Кажется, он верил в то, что говорит, хотя и сомневался, так ли уж всё хорошо пройдёт, если сказать рыцарям правду.

Снаружи мелькали силуэты рыцарей - пеших и верховых, а затем показались до боли знакомые фигуры в скафандрах. Всего две - это были Коля Гераськин и Марина Бабурова. И они даже были в шлемах! Их довольно бесцеремонно вели к клетке. Но, как оказалось, не к их клетке - да здесь уже и места мало было для новых пленных. Рядом проскрипела ещё одна такая же повозка, и Колю с Мариной, связав им руки за спиной, затолкали внутрь.
Затем обнаружился Лёха Стругачёв. Майка его случайно увидела - точнее, третий силуэт в скафандре, но кто же ещё это мог быть? Его грубо закинули на круп лошади и в таком виде мешком довезли до клеток, после чего сняли активно трепыхавшегося парня, оказавшегося связанным по рукам и ногам, и запихали в клетку к Коле с Мариной. Тяжёлая решётка упала, закрывая им путь к свободе.
- Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»! - возопил Лёха, дёргаясь в клетке, чтобы устроиться поудобнее. А затем загорланил песню, отчаянно хрипя и фальшивя, но с душой и настоящей пионерской злостью:
- Вставай, проклятьем заклеймённый,
Весь мир голодных и рабов!
Кипит наш разум возмущённый
И смертный бой вести готов.
Весь мир насилья мы разрушим
До основанья, а затем
Мы наш, мы новый мир построим, —
Кто был ничем, тот станет всем.

По прутьям ещё на первом четверостишии стали бить латные рукавицы, когда же это не помогло и Стругачёв не успокоился, решётка поднялась, внутрь заглянул один из рыцарей, схватил Лёху за волосы так, что тот аж взвыл, всунул ему в рот какую-то тряпку, накрутил на голову, соорудив кляп. И скрылся, после чего решётка вновь опустилась.
Заскрипели колёса, и повозки тронулись, набирая ход. А по обе стороны от них звучало цоканье копыт едущих всадников.

Может быть, Настя и прониклась боевым духом командира Крамера, несущего молодым народам Галактики добро и свет. Но в глазах её блеснули слёзы, когда она его слушала. Девочка сильно волновалась, ей не хотелось сидеть сложа руки в бездействии, а сейчас, когда их друзей пленили, вот прямо в эти минуты, любое промедление казалось вопиющим бездействием.
- Как ты будешь всё решать миром, Лёва? - шмыгнула она носом, будто раздумывала, плакать ей или лучше не стоит, но пока ещё держалась. - Может, ты знаешь их язык? Или у тебя есть что им предложить? Обменять пленных? Если бы мы поймали парочку рыцарей...
Штурман замолчала и отвернулась, не зная, что к этому ещё добавить. Да и пререкаться с Крамером не хотелось. Это только время терять. Да и прав он, если хорошо подумать. Но как же трудно признавать его правоту в такой момент, когда жизни товарищей висят на волоске.

Тем не менее, дело заладилось, когда были приняты первые решения. За неимением лучшего выбора оставшиеся в корабле ребята превратились в Самоделкиных и занялись кто чем. Капитан возился с подготовкой Икара к полёту, Петя выкручивал из планшета камеру (инфракрасной на корабле, увы, не нашлось), Настя взяла свою рацию и принялась прослушивать разные частоты.
К слову, в коридорах корабля стало прохладнее, в чём убедился Крамер, пробежавшись туда и обратно в жилой отсек.
Камера легко поддалась уверенным движениям инструментов. Куницын был хорошим специалистом по ремонту разного рода устройств, плюс он сохранял в этой ситуации колоссальную выдержку и спокойствие, что позволило ему почти сразу же выудить крошечную камеру планшета, стоило лишь вскрыть корпус гаджета и чуток поковыряться с креплениями.
Осталось подождать, когда Лёва доделает зонд, и прикрепить камеру к нему. Проблемы в этом Петя не видел совершенно. Дело одной-двух минут. А пока можно было заняться вопросом налаживания связи. Но... с чего бы начать? И чего они хотят добиться?
Итак, мы подошли к окончанию первой главы. Сейчас можно посоциалить Ане с Майей, Коле и Марине с кораблём, Лёве с Петей. Вот общаться пленникам между клетками придётся знаками, потому что рыцари будут против громких голосов - но можете посоциалить знаками ;) В понедельник я, вероятно, дам завершающий главу мастерпост и разделю партию на две части. Вторая глава будет состоять из двух частей-комнат, открытых для чтения.
  • я поеду туда не в тюремном вагоне...
    +1 от rar90, 27.08.16 14:45
  • О! Наконец-то могу плюсануть.
    Прекрасный мастерский. Тут и интернационал, и Лёху повязали и Фёдор Михайлович нам своей отстраненностью, столько простора для творчества дал. Вот так если бы активно разговаривал - ну разве мы бы дошли до чего дошли? А он сидел и грустил, а девочки строили ИДЕИ :D
    Отличный пост.
    +1 от Лисса, 29.08.16 11:03

Как поётся в одной песне: она оглянулась посмотреть, не оглянулся ли он, чтоб посмотреть, не оглянулась ли она. И увидела, как мрачный рыцарь отрывается от дерева, которому выпала честь быть орошённым благородным содержимым благородного гемландского желудка, и уходит вдаль, растворяясь как в тумане в незримом портале, разделявшем мир сущий, мир настоящей живой осени, от мира иллюзорного, лета красного, леса обманного. За остальными пошёл, поняла Сильмини, провожая спину хромающего рыцаря.
Что-то между ними там произошло. Что-то, что изменило их отношения. Повлияло как-то на них. Пока трудно сказать, как именно. Наверное, зависело от их взглядов на жизнь, их характеров и мировоззрений. Она узнала его сокровенное, он - её, то, что она даже не помнила. Чувство жгучего стыда охватило в этот миг эльфийку, как она подумала, что он всё это видел так живо, в процессе, будто сам в этом участвовал. Что он это будет помнить теперь. И... о Илуватар, что же он о ней подумал?.. Другой стороной этой палки о двух концах было её знание сокровенной тайны Ульриха. Сильмини спешно отвернулась и торопливо направилась в сторону реки, чей призывный шум слышался впереди, а острое альвское обоняние уже улавливало насыщение влагой воздуха.
Им нужно будет объясниться. Поговорить об этом. Успокоить друг друга, сказав, что эту тайну они сохранят навсегда, что забудут увиденное и больше никогда не вспомнят. А может, наоборот, им стоит открыть свои сердца и перестать бояться своего прошлого, осуждать себя самих? Научиться воспринимать прошлое как прошлое, а жить настоящим и не зависеть от того, что было. Сильмини, в общем-то, так и жила всё это время. Случившееся её не тяготило. Хотя почему-то она его предпочла забыть... А вот Ульрих своё помнил, и нога его была сломана в застенках родного замка, его же братом... брр... Она должна с ним поговорить!
Но сейчас... сейчас стоит заняться насущным.

И откуда только в ослабевшем теле взялись силы бежать. Сильмини Келевон из дома Леонтари припустила к реке, как ребёнок, услышавший журчание ручья и желающий поскорей до него добраться, сбросить свои одежды и искупаться, а то и прыгнуть в воду прямо во всём, веселиться в свежей прохладной водице, фыркать и брызгаться во все стороны.
- Здравствуй, река! - певуче выкрикнула она, едва завидев бурный поток, несущий свои пенные воды, клокочущий знакомым и родным с детских лет шумом быстрой живой воды.
Её мучил вопрос, где же все остальные, поэтому она не ринулась сразу в воду. Она всматривалась вдаль, в пенную ленту, змеившуюся впереди, выискивая острым взглядом тех, кто, возможно, угодил в этот поток и нуждался в помощи. Ведь не мог же Претендент ошибаться.
- Аууу! - снова закричала эльфийка, прислушиваясь к окружающим звукам, которые бы отличались от обычных природных. - Кыш, подлиза, - фыркнула она, прогоняя пальцами ужалившего её овода, даже не пытаясь его прибить или как-то навредить ему, для Сильмини он был живым существом, а чужую жизнь альвы ценят превыше всего. Теперь, правда, шея чесалась и болела от укуса. Вот ведь маленький негодяй, альвской кровушки ему захотелось.
Где-то там уже не очень далеко впереди был волшебный Фонтан, исполняющий все желания, но до него ещё дойти надо. А река - вот она, рукой подать.
«Что? Что такое? Я слушаю», - обратила она внимание на суетящихся вокруг неё рогатых лисичек. Может быть, они хотели сообщить что-то важное. Может, даже знали, где все, и могли к ним привести.
Спустившись на берег, альвари бухнулась на колени у кромки воды, не заботясь о том, что намочит одежду и свои длинные волосы, зачерпнула полную горсть воды и как следует прополоскала рот, затем умылась, часто дыша и фыркая на радостях от того, что удалось освежиться.
Наконец она застыла. Замерла, сосредоточившись на разговоре с живыми созданиями этого мира, с животными, с растениями, даже с этими странными, неприятно пахнущими насекомыми. Сложных философских бесед, им непонятных, эльфийка не собиралась вести. Всё ведь намного проще. Достаточно спросить их о живых, что пришли недавно. О больших живых существах, с неё, с Сильмини, примерно размером. Где они сейчас? Направление. Ей нужно направление.
+1 | Следы на песке, 26.08.16 16:49
  • Отлично! Понравилось. И наконец-то яму-яму поболтают))
    +1 от Лисса, 27.08.16 19:45

Всю дорогу, занявшую едва ли около часа, Лина смотрела в окно да изредка строила глазки Николасу. Первое - потому что это было интереснее, чем смотреть на спящую Стерре и слушать её ровное дыхание. Второе - потому что Бельфлауэр чувствовала, ей придётся в скором времени играть роль видной партии в игре Великих Домов, и нужно было потренироваться на кошках, а Николас был вполне себе подходящим для этой цели котом. К тому же, она замечала его взгляды на себе всю дорогу, что и заставило Лину отвечать ему примерно такими же взглядами и улыбками. А если уж совсем честно, то Николас был не последним мужчиной, интерес которого был ей по-своему приятен.

Но достаточно лирики. Юная госпожа Багир, удостоив при выходе из кареты Оскара лишь одним нейтральным взглядом, вошла в Лимонный павильон со всем возможным достоинством для её персоны, поприветствовала пожилую леди Аннеке и её молодую помощницу. Удивительным образом их две пары напоминали друг друга. Две тётки в возрасте, обе с грубоватыми манерами и любящие выкурить трубку, понимавшие друг дружку с полуслова - это было так смешно, что Лина старательно делала вид, что у неё чешется нос и она смахивает с него пылинки, чтобы лишний раз улыбнуться под прикрытием ладони. И две более молодые представительницы своих Домов, тихие, скромные, молчаливые, играющие в этом спектакле роль мебели. Или, вот, посуды для разливки чая.
- Да, спасибо, - сдержанно улыбнулась и кивнула Лина предложившей чай Дебби.
Она никоим образом не собиралась вмешиваться в игру тётушки Стерре, но послушать и понаблюдать было не просто интересно, это было настоящее удовольствие. Маркитантка Лине определённо нравилась, хоть и была тяжела по характеру.

Услышав грохот снаружи, девушка невольно вздрогнула, но вскакивать не стала. Бросила взгляд на выход, заметила готового к действию Николаса и повернулась обратно к столу, пошарила по нему взглядом в поисках ножа или вилки - всего, что могло сойти за оружие, но ни к чему не притронулась. Вместо этого уняла дрожь в пальцах и спокойно, как ни в чём не бывало, поглядела на Дебби, ожидая обещанный чай.
Бельфлауэр была готова действовать в любую секунду. Внешне спокойная, внутри она превратилась в натянутую пружину. Однако девушка полагала, что ничего им сейчас не грозит. Слишком просто бы это было. Да и ругань снаружи как бы говорила, что там всего лишь произошла некая незначительная неприятность с кем-то (Оскар?).
  • За кошек и Д'Артаньяна
    +1 от Агата, 27.08.16 03:08

Вы не можете просматривать этот пост!
| ,
  • Такая милаха ведь, за чтож ты её так ><
    +1 от Edvard Lori, 26.08.16 18:59

Битва не на жизнь, а на смерть продолжалась.
По правде, и не битва даже, а слабые попытки сопротивляться. И... о смерти речь, кажется, уже не шла. Рыцари чувствовали, что справляются, и едва ли стали бы умертвлять захваченных в плен белых демонов о двух головах, стеклянной и спрятанной под ней обычной.
Девочки-биологи сопротивлялись тем не менее не на шутку. Даже учитель, казалось, готов сдаться в плен, а они всё не давались рыцарям, доставляли им проблем.
- Не пытайтесь ок-кх-кхазывать сопротивление! - услышали они восклик Чижика, и он снова закашлялся. Фёдор Михайлович наверняка понимал, что рыцари не будут особенно церемониться, и если Светлова с Любовой станут противиться, кто знает, что их ждёт. Он уже решил, что лучшим выходом для них будет сдаться. Ну и что, что русские не сдаются? Они ведь ещё не проиграли. Это тактический ход, чтобы провести переговоры с местными. Чижик точно надеялся, что они смогут убедить рыцарей отпустить пришельцев.
Майке поплохело - причём это было по-настоящему, она почувствовала, что задыхается в шлеме скафандра, как будто подача воздуха из баллона внезапно прекратилась. Такова была реакция организма на приступ паники, почти одолевшей девочку. Один страх родил другой, и вот уже ей душно и тесно в скафандре.
Когда она упала, занимавшийся ею рыцарь подхватил обмякшее тело, переглянулся с товарищем. Закричала Аня, но её попытка вырваться закончилась тем, что рыцарь грубо обхватил её за пояс и с силой потолкал вперёд. Кто-то из рыцарей освободил их от троса, связывавшего всех троих. Майю же не стали волочить по земле, как мешок с человеком. Вместо этого она ощутила, как отрывается от земли, затем мир вокруг затрещал, в ушах раздался оглушительный треск, и очередной судорожный вдох закончился глотком свежего морозного воздуха. Чистого воздуха незнакомой планеты. Чистейшего. Если не считать множественных микроорганизмов, наверняка в нём обитавших и всю свою короткую микроорганистическую жизнь мечтавших о первом контакте с организмом пришельцев с далёких звёзд. Вдох - и выдох. И вот уже помутившееся было сознание возвращается к Светловой. Её, кажется, несли на руках. Со связанными за спиной руками. Поза была жутко неудобной, казалась шаткой - стоит дёрнуться, и упадёшь. Но рыцарь уверенно нёс пришелицу вперёд, в одному ему известную сторону.
- Светлова! Светлова, что с тобой? - донёсся откуда-то спереди встревоженный крик учителя.

Лёха и не пытался стаскивать с Марины скафандр - начал было помогать снять шлем, но, увидев сопротивление девочки, моментально переключился на себя. И успел наполовину расстегнуть неудобный скафандр, когда и появились те два рыцаря.
Маринин камень угодил уже в щит, и Бабурова бросилась наутёк, пока отважный героический звездолётчик Стругачёв защищал честь дамы от посягательств грубых мужланов, закованных в средневековую броню. Так ему самому виделась сейчас вся эта сцена в моменте, если не охватывать всё более широко. Потому что если вспомнить об остальном, ситуация становилась аховой. Но один против двоих - по мнению Алексея, был далеко не худший расклад.
- За Родину! За Чижика! - слышала Марина почти победные крики Стругачёва за своей спиной, каждый возглас сопровождался стуком камня о щит рыцарей, а может, и об их доспехи. - За Иоффе! Леонарда! Карловича! И внука его непутёвого! За-ааах ты так! Получи! Ещё! Отпусти, банка консервная!
А старпом бежала в туман. Бежала и спотыкалась, едва не падала.
Потом из тумана вышел ёжик. Закованный в броню и ощетинившийся оружием, в белесом мареве рыцарь и в самом деле был похож на ежа из какого-то мультфильма древности.
Марина стукнулась прямо в него, не заметив в тумане, не разглядев впопыхах.
- Бумс! Хрясь! - ударился в шлем наконечник копья. Не пробил, даже трещинки не появилось. Но что-то хрустнуло.
И вот уже её с вывернутыми за спину руками ведут в неизвестном направлении, так и не сняв шлем. Гонят тычками в спину. Простой и понятный язык человеческих жестов.

- Рыцари в латах, рыцари... в тяжёлых доспехах... средневековых... металлических... металл... железо... Ивашка из Дворца пионеров... Кощей... магнит! - воскликнула Настя, проведя ассоциативную цепочку. Она недовольно поглядела на подавшего глупую, по её мнению, идею Петю. - Как ты их собрался лассо ловить? Умеешь кидать? Нет, я предлагаю магнитом! Если их латы возьмёт... У нас ведь на корабле есть мощный электромагнит! - взволнованно предлагала штурман, переводя взгляд с Пети на Крамера и обратно. Она была готова вот прямо сейчас бежать и действовать.
Электромагнит на корабле действительно был в двигательном отсеке. Если его открутить, то можно было соорудить довольно мощный магнит, который бы притягивал всё железо в небольшом радиусе вокруг себя. Но это займёт много времени. Рыцари наверняка успеют увести пленных, и где их потом искать в этом тумане?

Загадочным скрипом, который слышали Майя с Аней, оказался скрип несмазанного колеса подъезжавшей к ним по склону телеги. Она вынырнула из тумана внезапно, нарушив целостность белого одеяла своими квадратными формами. Вернее, это был параллелепипед. Довольно большая телега, представлявшая собой передвижную клетку из дерева и металла. Сама конструкция клетки на колёсах была выполнена из дерева, а прутья были металлическими.
Подняв решётку, конвоиры затолкали туда сначала Фёдора Михайловича, а следом за ним и девочек. Руки у всех были связаны верёвками за спиной. Лицо учителя было бледным и измождённым, но он с тревогой всматривался в лица девочек. И прежде всего - Майи.
- У тебя кровь... Светлова... - выдохнул он.
Решётка со скрипом опустилась, глухо стукнув о днище телеги. Где-то там снаружи слышался храп лошадей и цоканье их копыт. Прибыло подкрепление. Будто тех рыцарей, что окружили корабль, не хватило...

Получив несколько вмятин на латах, рыцари взяли в плен Марину и Лёху. Подгоняя их кулаками и пиками, они принудили их присоединиться к Коле. Руки школьников связали за спиной. Пленников построили и повели куда-то вниз по склону холма.
- Я не пойду с вами! - пронзительно закричал Лёха, когда увидел, что они сворачивают в сторону от звездолёта. Он вдруг вырвался от опешивших от неожиданности рыцарей и, как есть со связанными руками, бросился бежать к кораблю, но верёвка, брошенная ему вслед, моментально свалила его с ног. А Коля с Мариной почувствовали, что их крепко держат, не вырваться.
Один из рыцарей, всё так же молча, связал пилота по рукам и ногам и бросил на круп коня. Лёха начал было брыкаться, но, получив затрещину, нанесённую металлической рукой, успокоился и ехал дальше молча.
Шлемы остались только у Коли и Марины. Сейчас Майя с Аней и Лёва с Петей (а также по связи с Колей и Мариной) могут посоциалить. Будем считать, боёвка окончена пока что.
  • Ёжик в тумане, bleat)
    +1 от burbles, 25.08.16 10:38
  • Это тактический ход, чтобы провести переговоры с местными. Чижик точно надеялся, что они смогут убедить рыцарей отпустить пришельцев.

    Доооо! До этого-то всё так мирно шло. Да конечно убедят! И чай с ромашкой выпьют и плюшек им рыцари предложат на сладкое. Потому так и гостеприимны - вон клетку подогнали даже! Почти личный автомобиль :D
    +1 от Лисса, 25.08.16 13:44

Говорят, жизнь состоит из полос. Полоса белая, полоса чёрная, и снова белая, и вновь чёрная, и опять белая, и ещё раз чёрная, белая, чёрная, и так далее. Но, сколько бы ты по этим полосам не прыгал, будь ты хоть человек, хоть эльф, в конце пути тебя ожидает жопа. И не очень-то важно уже, откормленные ли это ягодицы толстозадой зебры или поджарый зад хищного зверя тигра. Не имеет значения, убегал ты всю жизнь или же преследовал. Был тварью дрожащей или свирепым охотником. Всё равно это жопа. Всё равно запашок-то будет дерьмецовый.
Однако.
Как выяснила только что Сильмини, и жопа жопе рознь. Пусть пробуждение было не из приятных, пусть не из тех, что грезятся в мечтах, пусть безумно хотелось стукнуть и отшвырнуть подальше обладателя назойливого противного голосочка, жужжащего у самого уха и вызывающего приступы головной боли. Но. То, что казалось смертным концом, неожиданно обратилось белой полосой. Серенькой такой, грязной полоской, если по чести. Но белой - в сравнении с непроницаемой чернотой той бездны, из которой вырвались они с Ульрихом. Ослепительно светлой на фоне мрака замковых подземелий Бранденсбурга.
И хотелось кричать от радости, что они уцелели. Что она, Сильмини Келевон Леонтари, вернулась к жизни. Что сэр Ульрих сейчас орошает землю содержимым желудка, а не начинает загнивать бездыханным и неподвижным трупом. Только из лёгких вместо восторженных возгласов вырывались тяжёлые хрипы. Только в голове не было ясности, словно бы мозги альвари вынули наружу, прожарили на вертеле, вдобавок просушили на солнце, долбанули камнем и вставили обратно в череп. Только зудящий Претендент что-то там говорил про травку и уплывающий подарок Леса...
Погодите. Подарок Леса? Тонет? Кого-то надо спасать?
- О не-е-ет... - простонала тихо девушка. - Опя-ять...
Лапу Претендента, пытавшегося помочь ей подняться, Сильмини не приняла. Не хотела искушать судьбу соблазном сжать эту лапу помощи покрепче и с разворота отправить лиса в дальний полёт куда-нибудь... туда, где травка зеленеет. Пусть набирает сколько хочет, этой травки-то. Да и, по правде, со своим росточком-то ничуть он не поможет дылде эльфийке, скорее уж она его случайно опрокинет. Нет, спасибо. Своих сил вроде встать хватает. Пусть их и мало осталось после... после того, что было.

Воспоминание было живо. Оно сидело в голове густым застывшим желе, не желая выходить и изливаться прочь, и на поверхности волнующейся желеобразной массы бликами-вспышками памяти играли образы пережитой смерти и совместного путешествия с рыцарем в его родовой замок.
Она помнила, что тогда, взяв за руку Ульриха и встав с ним рядом, была горделивой тигрицей, смотрящей на приближающегося врага без страха и с вызовом, с предупреждением во взгляде. Но Андреас почему-то не желал пугаться и в панике убегать. Он превратился в большого и грозного хищника, больше и грознее тигра даже (вообще альвари не знала, кто такие тигры, но описываемые ощущения были примерно такими), приближался и наступал, и тогда гордая тигрица поджала хвост и превратилась в напуганную и дрожащую зебру. Травоядное по своей природе, это создание испытывало страх, но всё ещё цеплялось за руку рыцаря в какой-то дикой и безумной надежде, что он не испугается, что послушает её и одолеет своего брата.
Будем честными до конца. Когда Андреас приблизился слишком уж, Сильмини Келевон отступила за спину Ульриха, выглядывая из-за его плеча и возмущённо сверкая глазами-сапфирами на речи Ульрихового змееглазого братца, глядящего на неё как удав на кролика, гипнотизирующего своим взглядом и речами обольстительными. Да что он о себе возомнил? Она молчала. Не хотелось ничего отвечать, хоть на языке вертелась тысяча острых и обидных слов. Нет. Она помолчит и даст высказаться «Улле». Ведь это его кошмар.
И всё же.
Всё-таки.
Почему?
Почему мерзавец Андреас говорит о необходимости сделать выбор? Между ним и Ульрихом. Почему он заявляет, что Бранденсбургу нужна баронесса, и предлагает ей выбирать? Будто бы... будто если ты женщина, ты обязательно должна стать чьей-то женой, вот прямо тут и сразу же. На всё это у Сильмини находилось одно меткое слово: «люди!». Люди... смертные, спешащие прожить свой срок, торопящиеся поэтому, вечно боящиеся куда-то опоздать, не дожить, умереть от старости, оставшись без наследников. Понятие любви им не чуждо, но им невтерпёж её ждать. Вот так подождёшь - и род твой прервётся. Альвари это понимала и не могла осудить подобное рвение. Но стоящий перед ней шоколадный заяц ласковый мерзавец знал, что она не человек, что у неё другой взгляд на жизнь и совсем другая философия, лишь в чём-то сходная с человеческой. И он смел навязывать ей себя либо Ульриха. Словно бы она должна выбрать и стать женой одного из них. Это было неправильно. Как ни посмотри.
Только.
Она уже выбрала. Предпочла «ничтожного недоделка» и «увечного полудурка» такому распрекрасному и восхитительному, пропахшему духами и смертью женоподобному «целостному человеку». Как предпочла? А вот это хороший вопрос, раздери его луб. Для Сильмини Ульрих был едва знакомым существом, но казалось, что они уже вечность пережили вместе. Она успела его рассмотреть с разных сторон и с уверенностью могла сказать, что этот человек (или кем он там был) ей нравится. Но - как мужчина ли?
Тогда её бессвязные мысли были прерваны ударом Ульриха. Он нашёл в себе силы противостоять брату, которого безумно боялся, и она это оценила.
- Ты настоящий рыцарь, - кажется, успела она сказать в ответ, прежде чем зеркало воспоминаний стало распадаться на осколки.
Это была их маленькая победа. Первая на большом пути. Хотелось бы в это верить. Ну, что путь будет большой и усеянный трупами врагов... ээ, в смысле, безопасный и с проторенной дорожкой, без терний, через которые придётся продираться.
Одна победа. Одна на всех - мы за ценой не постоим.
«Тогда уж альвка. Но правильнее будет сказать - альвари. Это слово не склоняется. Учите матчасть», - огрызнулась она на прощание Лесным Людям.
Ни о чём жалеть она не будет. Она выбрала. Ульриха. И пусть недовольные подадут на неё в суд.

Зеркало воспоминаний треснуло и раскололось на осколки, открывая путь в жизнь из ловушки между жизнью и смертью. Один осколок, как в сказке, угодил в глаз эльфийке, и теперь она видела прошлое, помнила о нём, могла заглянуть под покров воспоминаний. Другой осколок вонзился в сердце, причиняя боль... она теперь будет сопровождать её всегда. До тех пор, пока она не разберётся со своими чувствами и не ответит себе на вопрос: «кто для тебя Ульрих?». Этот несносный Андреас, чтоб его... Ох, и зла же она была сейчас!
- Показывай направление, - слабо велела, не попросила даже, а именно приказала она Претенденту. Впрочем, таким слабым голосом приказы не отдают. Фей-ям это понимал и ехидно ковырялся в зубах, проверяя градус терпения эльфийки. Но наконец соизволил ткнуть куда-то пальцем, будто делая одолжение.
Щурясь от необычно яркого солнца, Сильмини поднялась с волокуш и огляделась. Заметила Ульриха, но не подошла к нему. Наверное, он бы не хотел, чтобы она его сейчас видела в таком состоянии. Мужчины не любят, когда женщина видит их слабости. Это и у альвов так. Конечно, если только слабость не должна быть раскрыта, чтобы не повлекла за собой дурных последствий. Но это не тот случай. Ничего, что тошнит. Главное - жив.
- Ой, свет... - и теперь уже она согнулась перед Претендентом, едва не исторгнув на него остатки своего желудка, перемолотого в горниле смерти. Может, что-то и попало. А может, нет. Жаль. Это могло бы сбить налёт сонливости и равнодушия с пафосного лиса-наркомана. Пусть даже разозлило бы. Живые эмоции - они полезны, хорошая встряска для укуренного организма. Или органона - поправил бы сейчас Сатин из пьесы Максима Горького «На дне».

Всё плохое когда-нибудь заканчивается. Этим свойством оно, по правде, не очень-то отличается от хорошего.
Вот и эльфийке похорошело, в конце-то концов. И она, некрасиво скривившись и утерев губы рукавом, заторопилась в сторону, указанную Претендентом, поверив разумному зверьку, что там кого-то надо спасать. Озираясь по сторонам и вверх, приглядываясь и прислушиваясь. Птичка ведь ей не померещилась, правда?
- В сумку мою загляни! - не оборачиваясь, сказала Сильмини лису. - Может, найдёшь чего покурить из запасов трав. Но много не бери, а не то уши оторву! - не удержалась всё-таки миролюбивая эльфийка.
И где же остальные все? Леди Фе, сэр Най, очаровательная Цера, сумасбродный Лес и... просто Кристиан? Ну, южанин, кажется, был в волокушах. Разделял её горькую долю бытия растением. Или нет?
- Ау! Леди Феари! Найджелл! - громко позвала она тех, кто вроде бы уже точно прошёл в портал. С Церой, Лесом и Кристианом ничего ведь пока не ясно.
Воды бы сейчас! Во рту все стрептококки посдыхали от вони!
Прошу прощения за много ненормативного йумора. Сильмини, ясен пончик, не знает ни про тигров и зебр, ни про Сатина с Максимом Горьким, ни про стрептококки. Это всё слова автора, примерно соответствующие ощущениям альвари.
+3 | Следы на песке, 20.08.16 08:30
  • Красочное описание :) Знатный поповед :)
    +1 от rar90, 20.08.16 09:35
  • ну как ТАКОЕ можно не плюсануть?!
    +1 от Panika, 22.08.16 19:36
  • Вот с водой как раз проблем не будет. Воды много и она хороша!
    Хороший пост. Ну, прямо душевный.
    +1 от Лисса, 22.08.16 21:29

Ичиго отрицательно качнула головой, выпрямляясь.
- Нет, Усуя-сама, всё в порядке, - заверила она хозяйку. - Я с докладом. Прикажете доложить сейчас или подготовить его в письменном виде со схематическими обозначениями? Или в электронном?
  • Вот ЭТО было неожиданно XD
    +1 от Random Encounter, 22.08.16 17:07

Робик ничего не ответил капитану, но от него поступило текстовое сообщение в чат: «ПРИКАЗ ПОНЯЛ.» Понимал корабельный робот, что ему сейчас лучше вести себя потише, его басовитый и неестественно металлический голос мог быть неоднозначно воспринят загадочными рыцарями с далёкой планеты. И легко мог показаться угрожающим.

А дальше начался экшон в самом что ни на есть буквальном смысле этого заимствованного у Запада слова.
Сначала Майя решительно шагнула в сторону от учителя, вызвав его быстрый (ну как быстрый, в неповоротливом скафандре-то) взгляд в её сторону, который, хоть она его и не видела, с высокой вероятностью был недовольным и, возможно, даже ужаснувшимся её отчаянной смелостью. Прозвучали её слова из внешнего динамика - первые слова на этой планете, сказанные человеком с планеты Земля. Ведро с ужасом смотрело на Майку, стоя на земле. Какая-то здешняя букашка, воспользовавшись столкновением двух высших разумных форм жизни, спешно сбегала из ведра вниз, к такой родной поверхности планеты, пока на неё никто не обращал внимания. Камень мягко скатился с открытой ладони, облачённой в белую рукавицу скафандра, и, цокнув пару раз по земле, застыл, парализованный страхом за инопланетного биолога.
Практически одновременно с этим с шорохом воткнулась в землю лопатка для проб грунта, бухнулся ещё один камень и зазвучал дрожащий голос второй девочки. Второго биолога их учебной экспедиции.
Мир замер в ожидании развязки.

Впрочем, вернёмся на несколько секунд назад и посмотрим, как дела у первой группы наших отважных первопроходцев.
Гераськин попробовал найти лазерной указкой глаз ближайшей к нему лошади, однако густой туман мешал сориентироваться. По правде, Коля с трудом различал само животное, не то что его голову и отдельно взятый глаз. Конь со всадником казались единым целым силуэтом. Не удивительно поэтому, что у Гераськина ничего не вышло. Зато указку действительно не было видно в тумане, если только эти рыцари не обладали каким-нибудь особенным противотуманным зрением.
Марина вышла на пару шажочков вперёд Робика и подняла руку перед собой в приветственно-останавливающем жесте. Тут же она заметила рядом с собой фигуру Стругачёва, решившего, видимо, её поохранять, уж очень грозно он выглядел с газовым резаком, сейчас опущенным, но определённо готовым к использованию, если рыцари сунутся на Марину.
- Ты чего творишь? - раздался в шлемофоне Бабуровой его голос, приглушённый и немного напуганный. - Спрячься за робота.
Робик же застыл как железное изваяние, только руки чуть шевелились, и внимательно наблюдал за рыцарями.
И здесь тоже мир замер в ожидании развязки.

Хорошо было только тем, кто находился внутри корабля. Они смотрели кино, слушали, как соседи гремят посудой, лупя ею по выходному люку «Фобоса», и давали дельные совета персонажам на экране, пока те стояли на волоске между жизнью и смертью.
Но, по правде, они ведь тоже здорово переживали. На Полосковой лица не было. В смысле, оно было, но кровь от него отлила и лицо было белым, как мел. Девочка впилась взглядом в экран, не зная, чем ещё они могут помочь товарищам, кроме казавшихся глупыми сейчас советов, и вздрагивала от каждого удара по кораблю.
Развязка... все ждут развязки...

Рядом с Майей просвистел арбалетный болт, ударившись где-то позади о камень. Арбалетчики немного растерялись, видимо, когда скучковавшиеся пришельцы разделились, и теперь направляли оружие попеременно то на одного, то на другого. Фёдора Михайловича, похоже, считали самым опасным, ведь он был в скафандре для взрослых и выше девочек, а в его руке была непонятная палка, которая тоже могла оказаться оружием. Или волшебной палочкой. Вот взмахнёт сейчас ею пришелец - и превратит рыцарей в жаб. Кто знает, что там у них на уме было.
- Что вы делаете?! - закричал Чижик и бросился на помощь ученицам. - Светлова, уходи! Аня! Бегите!
Выскочив вперёд, прикрыв собой девочек, Фёдор направил на ближайшего рыцаря бластер, и из его кончика вырвался ослепительный даже в тумане луч, но он прошёл мимо. Рыцари почему-то совсем не испугались - или наоборот, испугались и перешли к действию, понеслись вперёд, в атаку.
Первым местные жители достигли учителя Чижика. Двое задержались возле него, а остальные, не останавливаясь, двигались к девочкам. Один из рыцарей выбил бластер из рук Фёдора Михайловича ударом меча, и грозное, но совершенно бесполезное оружие космического будущего улетело куда-то в туман, проиграв бой оружию земного средневековья. Другой наклонился и отважно ухватился руками в латных перчатках за шлем Чижика, и... с треском разрываемой ткани стащил его с головы учителя. Ох, и сильными были эти рыцари! Ну, да ещё бы, попробуй, будучи слабым, поездить в таких доспехах.
- Он же сейчас задохнётся! - услышали все в шлемофонах перепуганный шёпот Насти.
Думаете, откуда она увидела Чижика? Ведь наблюдали находившиеся в корабле с камеры Робика, а робота рядом с девочками не было. Просто в это же самое время таким же образом шлем стащили с Лёхи Стругачёва, отважно бросившегося на защиту Маринки. Но об этом чуть позже.
К удивлению Майи и Ани, ничего страшного не произошло. Учитель лишь судорожно глотнул воздух, но остался невредим. Выходит, атмосфера здесь вполне сносная для дыхания. Да и рыцари же чем-то дышат, если только это люди, а не роботы. Не удивительно, что Лёха их принял за роботов. За всё это время рыцари не издали ни звука. Да и лиц их ребята не видели. Так что версия о роботах не была лишена оснований.
Спрыгнувший с коня рыцарь всё так же молча ударил под дых Чижика, и тот в тяжёлом скафандре рухнул на землю. Однако, добивать его они не собирались. Второй уже доставал верёвку откуда-то из седельных сумок. Так как в девочек не стали стрелять, а приближались к ним, то очевидно, что их всех хотели взять в плен. И вот тут возникал главный вопрос: что будет, если они окажут сопротивление? Численный перевес был явно на стороне рыцарей.

У первой группы дела тоже были не очень, хотя на четверых звездолётчиков, если считать Робика, приходилось четыре рыцаря.
Двое наставили пики на вышедшую вперёд Марину, что стало поводом для прыжка Стругачёва вперёд. В его руках зажёгся язык пламени, пока ещё слабого. Удар копьём - и горелка вылетела из рук пилота, а один из рыцарей подъехал к нему и сорвал шлем, что и вызвало испуг у смотревшей на это из корабля Насти.
Однако рыцари не ведали, с кем связались. Лёха, чуть не задохнувшись от испуга в первую секунду, каким-то чудом вырвался из хватки рыцаря, схватил Марину за руку и бросился за валуны, увлекая за собой девочку с криком:
- Коля, задержи их!
Двое мечников пришпорили своих коней, увидев это, и отправились вдогонку. Пикинёры же остались перед Колей и Робиком, который пока не решался применить лазер из опасения задеть в тумане кого-то из ребят. Зато он мог накрыть их звуковой волной, как приказал капитан.
Вот только этот приказ робот, не обладавший возможностью менять голос, воспринял по-своему.
- Ах вы, детей обижать вздумали?! - своим зычным басом проорал он на всю округу, выступая вперёд и поднимая руки, сжимая их в кулаки перед собой, как для поединка на боксёрском ринге. - Маленьких не боитесь, значит?! А теперь попробуйте тронуть большого! Я, герой-звездолётчик со сверхспособностями Железный Человек, стою на защите справедливости и не позволю вам обижать слаб-аб-аб-аб...
И слова застряли в динамиках могучего железного супергероя, покатившегося по земле от мощного удара двух пик разом. Удара, свалившего даже весящего нешуточно робота.

В это самое время в корабле погас экран ноутбука, исчез передаваемый Робиком сигнал, и перестали стучать во входной люк.
- Бежим им на помощь! - подскочила не на шутку перепуганная Настя, оглянувшись на мальчиков.
Двое рыцарей спрыгнули с лошадей и скручивают оглушённого ударом Чижика со снятым шлемом. Ещё несколько почти рядом с Майей и Аней, им решать, сдаться, сопротивляться или убегать. Можно попробовать найти бластер, но ситуация явно проигрышная.
Двое рыцарей с пиками перед Колей. Робик опрокинут на землю - удар сильный, как бы чего себе не повредил. Лёха без шлема утаскивает Марину (она может воспротивиться) за ближайшие валуны, увиденные при свете фонаря. Двое рыцарей с мечами их преследуют.
  • Долгожданный триллер :)
    +1 от TellTale Heart, 18.08.16 14:08
  • Вот это поворот!
    +1 от Зареница, 18.08.16 23:14
  • Прекрасный мастерский пост. Здесь можно много сочных моментов выбрать, но я три самых понравившихся укажу))

    Я, герой-звездолётчик со сверхспособностями Железный Человек, стою на защите справедливости и не позволю вам обижать слаб-аб-аб-аб...


    Ведро с ужасом смотрело на Майку, стоя на земле. Какая-то здешняя букашка, воспользовавшись столкновением двух высших разумных форм жизни, спешно сбегала из ведра вниз, к такой родной поверхности планеты, пока на неё никто не обращал внимания. Камень мягко скатился с открытой ладони, облачённой в белую рукавицу скафандра, и, цокнув пару раз по земле, застыл, парализованный страхом за инопланетного биолога.


    Хорошо было только тем, кто находился внутри корабля. Они смотрели кино, слушали, как соседи гремят посудой, лупя ею по выходному люку «Фобоса», и давали дельные совета персонажам на экране, пока те стояли на волоске между жизнью и смертью.

    Шикарно))) Весь пост хорош, но эти моменты меня просто порвали.
    +1 от Лисса, 20.08.16 22:32

- Маринка права, - согласился с ней Стругачёв, - трос-то из металла, простым оружием его с одного раза не сломаешь, - сказал он так уверенно, будто уже пробовал это делать.
Приготовив газовый резак, Коля смело направился дальше в обход корабля, большую половину которого первая группа успела обогнуть, в направлении шлюза, а за ним устремились не на шутку вструхнувший, хоть и не подавший вида Лёха и Марина, держащаяся поближе к Робику.
- Ох... ох... - тихо охал корабельный робот, очень обеспокоенный опасной для школьников ситуацией. - Уже иду, капитан, - ответил он на приказ Крамера, стараясь быстрее переступать своими тяжёлыми металлическими ногами. - Коля, позволь мне идти впереди. Я вас прикрою.
Гераськин понимал, что если они хотят поторопиться, то робот за ними не угонится. Но если он их будет прикрывать спереди, так будет безопаснее.
Лучи фонарей ребят и Робика выловили впереди смутные высокие силуэты, которые было не различить пока из-за клубящегося густого тумана. По внешнему каналу послышался клацающий звук, который приближался вместе с силуэтами. Их было двое... трое... четверо?

- Есть оставаться на месте, - чётко ответил на приказ капитана Фёдор Михайлович. И бросил девочкам: - Держитесь сзади.
Презрев всю логику размышлений Майи, он выступил вперёд с бластером наизготовку, прикрывая собой девочек. Второе ведро он поставил на землю, чтобы руки оставались свободными. Фонарь-то крепился к шлему скафандра, как к каске шахтёра, достаточно было повернуть голову в нужную сторону и посветить им. Впрочем, ничто не мешало Майке с Аней бросать камни в вероятных врагов, прячась за спиной учителя. Не самой широкой спиной-то. По правде. Хотя скафандр делал её визуально намного шире.
И тут в свете фонаря Чижика девочки увидели, что между ними и кораблём показались странные создания. Металл покрывал их, казалось, полностью, и от него отражались лучи фонарей. Высокие существа медленно подступали к людям из тумана, перебирая своими четырьмя нижними конечностями, а в двух верхних держали... массивные щиты, прикрывавшие их верхнюю половину, и большие мечи.

Точно таких же созданий увидела перед собой и группа Гераськина.
- Роботы! - закричал Лёха, указывая на них пальцем. В его руке тоже объявился газовый резак. - Какие-то допотопные роботы! Они на чём-то сидят! На каких-то четвероногих существах.
- Это не роботы, Алёша, - немного обиженно возразил Робик. - Такими были рыцари. Давным-давно. Я видел их в фильмах. Они сидят на лошадях, тоже закованных в латы.

Учитель пристально всматривался в приближающихся. Не менее десяти рыцарей медленно приближались к нему и девочкам от корабля. Откуда они выехали, было неясно, так как звездолёт по-прежнему был окутан туманом.
- Вот и первый контакт, - Чижик был немного растерян. Вот уж кого-кого, а средневековых рыцарей, да ещё на лошадях, он здесь наверняка ожидал увидеть меньше всего. - Девочки, не шевелитесь, - велел он Светловой и Любовой. - У них арбалеты.
Действительно, у некоторых из рыцарей вместо меча и щита в руках был старинный арбалет, нацеленный прямо на стоящего впереди Фёдора Михайловича. Арбалетный болт едва ли прорвёт крепкую ткань скафандра, но удар будет ощутимый. Хотя, если они разрезали металлический трос мечами, то, может, их оружие значительно совершеннее земного средневекового? К счастью, рыцари не спешили стрелять. Не хотят промахнуться в тумане или пока не уверены, что перед ними враги?
Но через несколько секунд стало ясно, отчего они не стреляют. За спинами у девочек послышалось уже знакомое клацанье, приближавшееся со стороны спуска с холма. Это был тяжёлый цокот лошадиных копыт по камням. Ещё одна группа рыцарей явно поднималась снизу.
- Мы окружены, - констатировал Чижик, с какой-то обречённостью перехватывая рукоять бластера поудобнее. Кажется, он был готов выстрелить, но по какой-то причине не решался. Видимо, всё ещё теплилась надежда, что они смогут обойтись без конфронтации.

А вот у той четвёрки рыцарей, что подходила сейчас к группе Гераськина, арбалетов не было. У двоих мечи, ещё двое - с длинными копьями. Их сейчас прекрасно видел на экране Лёва, оставшийся мониторить события.
Робик всё же попытался выйти вперёд ребят, чтобы прикрыть их собой. Срабатывала программа, говорившая ему в первую очередь заботиться о безопасности людей.
- И правда рыцари... - изумлённо выдохнула Настя, повернувшаяся к экрану. Она даже не знала, радоваться этому открытию или огорчаться. Вроде бы рыцари - это люди, или похожие на них существа, с ними как-нибудь можно договориться. Не чудовища же какие-то непонятные, не иная форма жизни, с которой у людей нет ничего общего. Но это не делало опасность меньшей.
Тем временем Петя обнаружил, что проще всего перекрыть дверь в шлюз будет, достав из шкафчиков лишние скафандры, не понадобившиеся ребятам. Тяжелее их под рукой ничего не было. Скамейки и столик, увы, были прикреплены к полу и стенам. Как и сами шкафчики со скафандрами. Удары снаружи продолжались, но не становились ближе - рыцарям пока не удавалось прорваться внутрь. Да и, если подумать, вряд ли удастся так быстро, взломать бронированный и загерметизорванный наружный люк - дело не пяти минут. Оставшиеся внутри корабля в данный момент могли чувствовать себя в относительной безопасности. Но изнутри они ничем не могли помочь товарищам.
- Фёдор Михайлович, поговорите с ними! - выпалила вдруг Полоскова. - Вы же знаете универсальные жесты, как с инопланетянами общаться. Надо дать им понять, что у нас мирные намерения.
  • Презрев всю логику размышлений Майи, он выступил вперёд с бластером наизготовку, прикрывая собой девочек.
    Иного я конечно не ожидала, но мы еще посмотрим кто кого)
    +1 от Лисса, 16.08.16 22:01

Воспоминания двоились перед распухшими от слёз глазами. Картинка прыгала и сменялась одна на другую. Можно было бы сказать, это напоминало кадры старой киноплёнки, трясущиеся, изменчивые, неизменно чёрно-серо-белые кадры. Только такое сравнение не могло прийти в голову эльфийке, никогда не видевшей подобного. Для неё это были обрывочные клочки памяти, своей и чужой, прошлого и настоящего, перемешанные между собой словно бы в хаотичном порядке. Уцепиться бы за нужную ниточку, дёрнуть её и выхватить истинную реальность из этого беспорядочного клубка чёрно-белых нитей.
- Б-бранденсбург... это Бранденсбург... я так и з-знала, - дрожа то ли от холода, то ли от боли, то ли от всего этого вместе, процедила Сильмини. - Жуткое место, п-по правде. Жутко прекрасное и до жути страшное. Уж н-не обижайся... Думаю, таким его сделал т-твой брат.
Не понравился ей самый великий замок Гемландии. Он воистину был велик и прекрасен, но его хозяева... о-о, они были удивительно негостеприимны. Сам-то замок в этом не виноват, конечно. Но любое место впитывает ауру его обитателей, и если обитатели эти злые, то и место становится злым. И был Бранденсбург злым, жестоким и опасным для альвов местом, неприветливым и колючим. Чувствовали Лесные Люди, что эльфийка хочет отобрать у них Ульриха. Будто он был игрушкой, им принадлежащей, с которой они не желали расстаться. Будто не имел он права на своё мнение, что ему делать, где странствовать и с кем быть. И это было неправильно.
- С-спасибо... спасибо, д-добрый рыцарь, - как-то нежно даже поблагодарила она его за то, что он от души вмазал брату по яйцам. - Ты отомстил... ему за меня. И сам за это пострадал. Так не должно быть...
Говорить было трудно. Стоять ещё трудней, но оказалось, это можно делать и со сломанной ногой. Точно так же, как удавалось это Ульриху. Сцепив зубы от боли и стараясь на неё не наступать. Куда легче было затем убегать. Потому что бежала она не на своих ногах, а на руках Синего Рыцаря. На чужих руках убегать всегда легче.

По мере подъёма наверх кадры в голове замелькали яростнее, с новой силой, давая нужные подсказки, возвращая эльфийке мало-помалу её суть и уменьшая влияние прошлого Ульриха. Даже гнусный шёпот Лесных Людей слышался как-то более ясно, легче воспринимался, вызывал новое желание ответить им агрессией на агрессию. Но она не отвечала. Ничего не отвечала. Гордая альвари не собиралась торговаться с этими глупцами, прогонявшими её прочь. Она поступит по чести и по совести, как ей велит сердце, и не станет слушать глупых духов, считающих себя вправе распоряжаться чужой жизнью. Они не ведают, что творят. И на все их злые слова есть только один ответ:
«Я вас прощаю».

В какой-то момент она смогла бежать самостоятельно, больше не чувствуя прежней боли в ноге. Она ещё ныла, отдавалась призрачной, ненастоящей болью, но не мешала быстро переставлять ноги, больше не заботясь о несуществующей хромоте. Все кости снова были целы. Казалось, даже рёбра полностью восстановились, и дышалось Сильмини легче. Или то потому, что с каждой ступенькой наверх воздух становился чище.
- Нет, Ульрих! - горячо возразила она,