Набор игроков

- Stories of the South
- Путь на Запад
- Праздник в Рейвенмуре (Pathfinder)
- Хроники Вечного города
- На пепле растет еще более зеленая трава
- "Через тернии к вершине Вселенной"
- Арена: кровь и разврат
- Обратный отсчёт
- Деревянные игрушки
- [GURPS] S.T.A.L.K.E.R.: "Ангелы и Демоны"
- Life is Grind
- [D&D 5e] За пригоршню монет
- [D&D 4e]Hammerfast Caravan Duty
- Постапокалипсис: Начало
- Ordo Custodes Secretorum
- Мафия XXXVII "Управление рисками"
- "Rise and Shine"
- Civilization 1.0
- На Заре Федерации | GURPS 4ed
- Ветер с севера(перезапуск)

Завершенные игры

Форум

- Общий (9496)
- Игровые системы (4370)
- Набор игроков/поиск мастера (23923)
- Конкурсы (4578)
- Под столом (13631)
- Улучшение сайта (5037)
- Ошибки (2075)
- Для новичков (2650)
- Новости проекта (6200)

Личный кабинет: XIII

Статус: Plus 44 – Chapter XIII :)
Дата регистрации: 08.11.11
Рейтинг: n/a
Подано голосов: 501
Последний визит: 17.01.17 14:36

Нарушения: 2/6
Последний бан: 1-й (демократический на 3 дней) с 21.02.2013

Контакты

ICQ: Номер не указан
Jabber: Не указан
Местоположение: Россия, Санкт-Петербург
Сайт: не указан

О себе

Актуально: доступен в основном после 19:00 (GMT+3) и выходным.

• Не умею изображать конвейер текста и, чтобы не сильно тупить, играю в две (максимум — три) игры разом. Не люблю ультра-слоу темп и умирающие на ходу партии. Не очень надёжен. Не фанат ориентиров на выживание, боевик или тактику в чистом виде — в литературной игре мне интересно другое. Люблю индивидуальное отношение (стараюсь проявлять его же) и дружелюбную околоигровую болтовню. И я очень даун, да.

• Больше всего хочу слегка меланхоличную школьную романтику. C тегом «без насилия», ага. Зато можно с морем и гипертрофированными садово-парковыми ландшафтами) И здесь, и в целом люблю, когда игры — с диалогами, насыщенными деталями социальными сценами и нестрогим сюжетом. Можно с детективом или приключениями. И чтобы сопельки всякие, рубашки с коротким рукавом, скейты и бетон спальных районов. Верньер можно выкручивать и в хипстоделику с привычных окраин, и в микроменеджмент в солнечных Штатах. Или в духе такого дорожного рассказа про катающихся из А в Б ребят)) На ярко-жёлтом открытом джипе, конечно. Ну... или нет. :D

• Огромная куча идей и критически мало смысла — почти фирменный стиль))

• Mindless Self Indulgence — Sex for Homework.mp3

Личная почта

Игры

Ведет:

Участвует:

Лучший ход

      Огонь очень красивый.

      Он рисует красивые купола раскалённого воздуха, наполненные продуктами атомарного расщепления. Пройдёт ещё несколько десятилетий, прежде чем неорганическая химия окончательно придёт к выводу, что огонь — это всего лишь процесс. Это излучение в видимом диапазоне. Это цветы, порождённые плазмохимической реакцией и прекрасные в своей мимолётной красоте. В повседневной жизни никто не смотрит, как зарождается огонь. Люди шаркают спичками о рябое лицо коробка. Люди бросают в огонь поленья, смятые откровения, заумные книги. Пламя — будь оно жёлтое, рыжее или почти красное — радушно бросается на добычу. Пламя радуется всему подряд. Но то, что человек принимает за бессердечную жестокость (так находя в огне родственное начало, так приписывая ему тёмные страсти своего вида), на самом деле далеко от жестокого.

      Огонь прекрасен. Он действительно дарит красоту.

      И пусть всего мгновение парят в воздухе нарисованные купола, пусть неделимую долю секунды продолжается цветение эфемерно-горячих роз, пусть лишь один единственный миг отделяет синеву зарождающейся искры от ровного теплового гало... эти мгновения действительно прекрасны.

      Закрывая глаза, Людвиг фон Вартенбург увидел то, чего никогда не видел прежде: то, как за курносым прицелом двуствольного хаудаха расцветают звенья пламени. Как вспухает воздух, порождая словно наполненные огненной дымкой пузыри — и вот, пока эта мысль ещё бежит вместе с утекающей кровью, пузыри лопаются, а клочья огня становятся тем, что привыкли видеть солдаты. Громом и смертью. Кислой гарью. Бьющим в нос горьким дымом. Отдачей, которая сломала бы руку человеку, не практиковавшему железную дисциплину в теле и духе. Становятся дуплетом из примитивного дробовика.

      Вождь отшатнулся, попятившись из только что проделанной дыры. Если бы Людвиг мог видеть его, то на серой плоти лица, перемешанной с осколками каменной шкуры, он прочитал бы гримасу глубокого и почти человеческого удивления. Словно это не бессмертный страж Похъялы, а секунд-майор Федеральной армии по-настоящему не мог умереть. Дробь ударила в грудь, хлестнула по горлу, срывая всё новые и новые куски толстой шкуры. Где-то ниже читалась отметина, сделанная пулей Вебера, а рядом те, что оставили мушкет Кройце и пистолет доктора Крамма. В темноте ноября первобытная легенда столкнулась с неповоротливой и, вместе с тем, предельно логичной военной машиной будущего. Умирая, солдаты и канониры продолжали делать то, чему их учили — пулю за пулей они всаживали во врага, который продолжал стоять на ногах. Но вместо трепетного поклонения, которое вызывали побасенки о далёких землях севера у финских дикарей, солдаты стержневой нации обращались к другому — к философии всё более крупных калибров.

      Жирный свист наполнил собой метель. Сквозь мельтешение бурана внезапно рухнуло нечто тёмное, подняв на месте падения фонтан разбитых булыжников и комьев смёрзшейся земли. Ослеплённый вождь медленно обернул лицо к небу, пытаясь понять, что случилось. И там, на вершине наблюдательной башни, Дитрих Хайнц заорал, срывая охрипший с полудня голос на неприятный визг:

      — Выше на градус или два, герр ефрейтор!

      Ботфорт Бахмана упёрся в чугунный клин, регулирующий положение мортиры. С учётом того, куда именно приходилось стрелять, пушка задрала нос почти вертикально в небо, послав прошлое ядро по очень высокой дуге. По периметру лафета, узкой деревянной тумбы, шли небольшие риски с вытравленными градусами огня. Если сейчас мортира била в небо под углом в 82 градуса, то...

      Ефрейтор в сомнениях смотрел на орудие. Сейчас мортира была ещё больше похожа на кастрюлю, только дымящую остатками пороха. Вебер опускал в неё новое ядро, стараясь не уронить его раньше времени. Обычно для этих целей использовали специальный зацеп или верёвочную чашку, но сейчас не оставалось времени даже на это — пачкая рукава белой рубахи и обжигая пальцы о горячий металл, Микаэль водворил на место чугунный шар.

      «Градус или два» означало, что совершить выстрел придётся под углом в 84 градуса к горизонту, почти что в небо. Но внизу ворочалась тёмная фигура вождя, а новые хлопки пистолета больше не звучали. И здоровая рука Бахмана резанула темноту в непривычной артиллерийской отмашке.

      — Заряжай.

      Поворотный механизм со скрипом изменил угол наклона орудия. Прижавшийся к парапету Дитрих, двумя руками хватаясь за рвущуюся с головы треуголку, отчаянно кивал, без слов призывая поторопиться. Вебер, сплёвывая снег, лёд и пороховые гранулы, насыпал в запальное отверстие достаточно порошка. Уже на глаз, уже неважно...

      — К бою готово, герр еф...
      — Огонь!

      Мортира глухо бухнула, хотя звук её выстрела был больше похож на очень-очень громкий всплеск, чем на привычный громовой удар длинноствольных позиционных пушек. Подпрыгнув вместе с лафетом от некоторого переизбытка пороха, сигнальное орудие окрасилось в сизые клубы дыма. И, под расцветающие в небе вспышки сигнальных ракет, чёрное ядро со свистом достигло небосвода. Оно на несколько секунд поравнялось с лиловой луной и зависло на фоне бессмысленного фиолетового блюдца, прежде чем рухнуть обратно, с каждой секундой набирая скорость.

      Вождь поднял голову, ещё не зная, что именно слышит. Пышная корона качнулась в привычно-повелительном жесте. Даже самые свирепые среди северных дикарей, даже покорные саамы и эсты превращались в кротких тюленят в его присутствии, благословенном Матерью всех Матерей. Не зная усталости и пощады, арктический тролль берёг покой вверенных ему полей и равнин, айсбергов и стылых холмов.

      — Как учёный и дворянин... — проскрипели его изуродованные превращением губы.

      Перед смертью царь-олень видел стада этих гордых животных, вольно бегущих среди полей мифической Похъялы. В переливах северного сияния звёзды пели ему о звенящей вечности, о красоте января, об открытом полярном море.

      Перед смертью горный инженер Фриц Дортмунд видел бульвар Святой Анны. Видел статуи и особняки в стиле барокко, мраморные дворцы и банкирские дома. Оркестр давал венский вальс, обнажённые предплечья дам манили своей недоступностью, а принц Николай с улыбкой говорил что-то венценосному отцу.

      — ... я благодарю ва...

      Ядро, набравшее в скорости десятки морских узлов, разорвало его уродливую фигуру на куски камня, плоти и по-неживому густой белёсой крови, похожей на материализованную эссенцию самой зимы. Гомункул — личина человека, нелепо натянутая на каркас из костей и злой магии — перестал существовать в ту самую секунду, когда пожелал переступить порог казармы.

      Воцарилась тишина, в которой оседали догорающие красные ракеты. Выше их, за ковром штормовых туч, лиловая луна Похъялы медленно теряла демонический отблеск, становясь самой обычной бело-жёлтой луной. В переливах среди звёзд таяли далёкие картины сказочного города, где Старая Лоухи протягивала к очагу навсегда замёрзшие пальцы.
Раунд 1
Людвиг: 14%
Вождь: 84 - (66 - 21) = 39%
Первый выстрел: 61,6 vs 80 — мимо.

Раунд 2
Вождь: 36 vs 50, не знает, откуда стреляли и не пытается укрыться.
Второй выстрел: 71,4 vs 70 (Бахман +10, не +20) — попадание ядра.

Я отрезолвил сразу 2 раунда, т.к. и так понятна заявка — перезарядить & выстрелить. :)


Посты и дополнительные действия по желанию. Можно финальные, но тогда хочу ТОЛСТЫЕ ПОСТЫ.
Людвиг может, по желанию, прийти в себя, быть приведённым в себя врачом или оставить этот вопрос на моё усмотрение (rd100 или смерть).
Потом я напишу эпилог, где расскажу и про письмо, и про другое (rd100 или смерть).

Достижение разблокировано: «Морская батарея» (Карл Бахман, Микаэль Вебер, Дитрих Хайнц, Людвиг фон Вартенбург; выиграть эту игру)

Достижение разблокировано: «Не в мою смену» (Карл Бахман; сохранить хоть одного НПС из своего взвода)
Достижение разблокировано: «.., ты встретишь один» (Людвиг фон Вартенбург; сделать какой-нибудь бессмысленный и эпичный поступок а-ля офицеръ)
Достижение разблокировано: «Разве я звал подкрепление?» (Микаэль Вебер; дожить без особых потерь до прибытия лодки)
Достижение разблокировано: «Человек и его фонари» (Дитрих Хайнц; принять сигнал, подать сигнал)

Потенциально возможные альтернативы личных достижений:

Если мы когда-нибудь будем играть в похожем формате, эти достижения дадут какой-нибудь бонус. Не придумал, какой. :)
+16 | Батарея, 24.10.16 20:31